Элоудж Диливиджин
Ловцы апокалипсиса. Тёмные владыки Абеллона

Что наша жизнь? – ИГРА!!!

Что наш мир? – ВОЙНА?

Что наше будущее? – АПОКАЛИПСИС???

Часть первая

Реликвия Чёрных Волков

Мрачные тени меж деревьев скользят,

Тёмными молниями они на поляну летят.

Вокруг кровавые глаза и острые клыки.

Это на охоту вышли чёрные волки.

Чёрные волки – лесная братва!

Чёрные волки – смерть и борьба!

Чёрные волки – пощады не жди!

Чёрные волки – бегите враги!

В глазах тех, кто ничего не ждёт от судьбы,

Лучи скользящей в небесах полной луны разжигают надежды огоньки.

Её серебряный свет их реликвия – их талисман!

Он для них как дурман.

Огласив округу воем, грозная стая стремглав понесётся туда,

Куда укажет их реликвия – куда подмигивая, направит луна.

Чёрные волки – лесная братва!

Чёрные волки – смерть и борьба!

Чёрные волки – пощады не жди!

Чёрные волки – бегите враги!

Серебряный свет приведёт чёрных волков туда,

Где дичи полные леса, где они не будут знать забот никогда.

Вдруг набежавшие облака скрыли луну – их путеводную звезду.

В сетях окружившего мрака, в его плену,

Тревожно втягивая воздух, они ждут,

Когда серебряный луч вновь укажет им путь.

Чёрные волки – лесная братва!

Чёрные волки – смерть и борьба!

Чёрные волки – пощады не жди!

Чёрные волки – бегите враги!

Мрачные тени меж деревьев скользят,

Тёмными молниями они на поляну летят.

Чёрные волки ни на что несмотря попали туда,

Куда привела их вновь засиявшая в небесах полная луна!

…Ловцы апокалипсиса летели на драконе навстречу новой жизни. Их искрящиеся от радости глаза не могли налюбоваться проносящимся внизу до боли знакомым пейзажам. Как же они по нему соскучились!

Стадо белоснежных единорогов пасущихся под радугой пробуждало ностальгию. Не меньше щемило сердце и при виде леса гигантских цветов. Эмоции зашкаливали. Во весь голос хотелось кричать.

С головокружительной высоты птичьего полёта казалось, что внизу плещется безбрежное изумрудное море. Его волны скользят по живописной простирающейся до самого горизонта равнине, среди которой раскиданы разноцветные островки благоухающих полей разнотравья, где в глазах рябит от разнообразия цветов.

Захватывающее дух ощущение полёта заставляло отважных искателей приключений позабыть обо всём. Ласки обвивающего тёплого ветерка их растворили в себе. Иногда в его шёпоте проскальзывала дивная мелодия. Её навязчивый мотив преследовал, вынуждал напрячь слух. И, тогда как бы издалека доносились слова песни древнего пророчества:

«Утихнет буря, пройдёт ночь,

Апокалипсис потеряет мощь.

Мир спасенье обретёт,

Когда река времени пришельцев принесёт.

Они зловещего демона прогонят прочь,

И даже тьма не сможет ему помочь.

Их ожидает слава и почёт!

Приключений река их в новые дали понесёт»

Ловцы апокалипсиса после того как два года назад испытали головокружительные и опасные приключения в далёком прошлом Земли возвращались в сказочный мир, населённый драконами и другими мифологическими существами.

Зария, твои герои вернулись!

Истоки этой невероятной истории переносящей в мир сказок и легенд начинались три с половиной года назад в наполненных смертью джунглях Южной Америки…

Глава 1. Кровавые джунгли

Где-то в Южной Америке

Джунгли, недавно заточённые в пылкие объятия ночной мглы, треплет свинцовый ураган. Безостановочно ухают взрывы. Они такой силы что, кажется, в небесах содрогается недавно взошедшая багровая луна. Канонада неумолимо становится ближе. Между деревьев в дальнем конце просеки уже клубится белый дым. Хоть он и стремительно увеличивается, но ещё не может скрыть облака кровавой пыли, повисшие в пропитанном гарью влажном воздухе. Её зловещий цвет указывает на то, что местная почва насыщена железом.

Жаркий бой, разразившийся перед вечером, оглушает такой дьявольской какофонией, что будто рядом клокочет сам ад. Эпицентр безжалостной кровавой битвы находится за несколько километров от того места, где среди купы деревьев в небольшом углублении лежит человек. Он росл, жилист и широкоплеч, но об этом знает только скрывающая его мгла.

Полосатый флаг на рукаве здоровяка красноречивей слов говорит о том, что он джи-ай (американский солдат). А нашивка на правом плече, где над перекрещенными автоматами скалится голова волка, не оставляет сомнений в том, что он из спецназа. Камуфлированная униформа вместе с маскировочной краской на лице и руках идеально сливают коммандос с окружающей местностью – делают трудно заметным среди зарослей хвощей и папоротников. Нависшие над его головой ветки кустарника с крупной листвой, маскируют так, что без тепловизора его не найти, даже в ясный день.

Растворившийся среди тропической растительности воитель джунглей командир спецгруппы. Он первый вернулся на точку сбора, и теперь затаившись, внимательно смотрит в ту сторону, где сейчас властвует воинствующий хаос, рокочущий взрывами и свистящий пулями. Коммандос в любой момент готов отразить вражескую атаку. В доказательство этого его указательный палец покоится на спусковом крючке штурмовой винтовке-автомате «Хеклер Кох».

В суровых чертах плотно сбитого здоровяка без особого труда можно узнать уроженца Техаса. Об этом убедительно говорят его широкие скулы, прямой лоб и волевой подбородок.

На обычно невозмутимом лице спецназовца читается тревога. Причина её показавшийся на фоне чёрного неба белый дым. Клубы его с каждой секундой всё гуще, что тревожит опытного бойца. Шестое чувство ему говорит о приближении беды. Ещё больше усиливает его уверенность в этом яркое свечение, насыщенное цветом крови. Приподняв вуаль ночи, оно всё ярче озаряет джунгли.

Пламя огромного пожара окрасило небосвод в цвет заката. Смотря на это, не оставалось сомнений в том, что огонь за стеной растительности стремительно расширяется. Воображение живо рисовало, как он хищно поедает пальмы, как с его уст крошками летят мириады ярких искр. Взметнувшись в звёздную высь, они сыплются на землю, становясь причиной новых очагов возгораний.

Если вдуматься, что так может полыхать на северо-востоке, лишь одна мысль приходит на ум: горит военный лагерь генерала Карнэльо.

Командир спецгруппы снова и снова скользил взглядом по стене тёмных джунглей. Все его мысли крутились вокруг потерявшихся в ночи членов его команды. Как никогда он жаждал, чтобы сейчас перед ним оказались все они. Его длительное ожидание прервали раздвинувшиеся ветви густого кустарника. Хоть он и растёт в полусотне метров дальше по просеке у основания высоких пальм с вееровидными верхушками, но коммандос уловил движение. В подтверждение того, что он не ошибся, из мрака появился бегущий силуэт. Казалось, он плывёт среди пронизываемого алыми всполохами белого дыма, вуалью стелющегося между буйной тропической растительности.

Спецназовец, всматриваясь в появившуюся из джунглей незнакомку, заметил у неё в руках снайперскую винтовку.

– Клыки чёрного волка, ну наконец-то! – техасец узнал в приближающейся тени снайпера группы. – Где вас всех носит?! – продолжал рокотать он. – Я здесь уже битый час жду!

Тревога не покинула воителя джунглей: сколько он не напрягал глаза, но больше никого кроме девушки, пришедшей из ночи, так и не увидел. Повернувшись к ней, он раздражённо спросил:

– Лауллер, что происходит? Где все остальные???

– Скоро будут, – ложась на траву рядом с командиром, ответила довольно юная для рискованных операций на вражеской территории брюнетка.

Дыхание девушки после быстрого бега тяжёлое. По её испачканному гарью и грязью красивому кукольному лицу, обрамлённому чёрными, как смоль спутанными волосами, струится пот. Но именно сейчас прилипший к телу камуфляж обрисовывает стройную фигуру. С трудом верится в то, что она воительница, только что вынырнувшая из утробы ночи, а не модель модного журнала.

– Что значит скоро?

– Гарри, – девушка после убедительного взгляда командира бойким голосом начала рассказывать о том, что произошло в кровавых джунглях, – наши сорвиголовы не успели отойти от вражеского лагеря как попали под перекрёстный огонь. Больше всех неистовствовали телохранители ликвидированной нами верхушки мафиозной группировки, задумавшей переворот. Они палили так будто перед ними целая армия. Всё стало намного хуже после того, как неожиданно из ночи появилась целая армия наёмников. Откуда только они взялись! А ещё я там видела элитный взвод отправленного нами в мир иной Командора. А ты знаешь, что все его люди искусные бойцы. К тому же все они вооружены гранатомётами и миномётами!

– Клыки чёрного волка! Чёрт! Чёрт!! Чёрт!!! И какого дьявола вы там задержались?! Я же дал чёткий приказ, чтобы все немедленно отходили! Задание было выполнено!

– Но Боб заметил, что после нашего бешеного огня уцелел главный советник Командора…

– Да к дьяволу Боба! Кто у вас командир?!

– Но Сэм его поддержал…

– Понятно, вы окрылённые успехом, сломя голову полезли в самое логово зла. Пока я, ничего не зная о грандиозных планах некоторых, потому что мою рацию повредила шальная пуля, возвращался на точку сбора, отчаянные сорвиголовы решили поиграть в войну. Жаль, что во время нашей стремительной атаки я был на отдалённой позиции и из-за густых зарослей не мог видеть остальных членов группы. Я бы вправил вам мозги! Ничего, пусть только попадутся мне на глаза, я им устрою прогулки среди ночных джунглей! Ладно, что уже после драки махать кулаками…. Что случилось, то случилось. Лишь бы им выбраться из адских жерновов.

– Не переживай командир, они не из робкого десятка.

– Ты молодец Крассотка, – меняя тему разговора басисто словно выпалив, произнёс штатовец – не зря его позывной Пистолет. – Семью выстрелами уложила возомнившего себя пупом земли Командора и пять его генералов. Отличная работа, Джина.

– Спасибо, – тихо ответила девушка, беглым взглядом скользнув по мужественному лицу командира. От её внимания не укрылась его нарастающая тревога за оставшихся в логове врага друзей – он не сводил глаз с тёмных зарослей в конце просеки, ожидая их возвращения. – Они выберутся Гарри, – бодро произнесла она, чтобы вернуть ему спокойствие. – С ними же Сэм. А он бывал ещё и в не таких передрягах.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь. Я в них уверен, как в себе. Но времени практически не осталось. Совсем скоро здесь будет настоящий ад!

В подтверждение слов командира спецгруппы «Чёрные Волки», миссии которых санкционирует непосредственно сам президент, канонада боя начала стремительно нарастать, приблизившись совсем близко. Над головами притаившихся в зарослях коммандос засвистели пули, срезая листья папоротников. Всего в нескольких метрах от них ухнули взрывы, стеной вздыбив землю, осыпав красными комьями. В лица пахнуло пороховым дымом, обжигающим кожу.

– Вот и они! – оглушённая Крассотка радостно закричала, не жалея голосовых связок. Её несказанно обрадовало то, что из облитой кровью мглы вынырнули три бегущие фигуры.

Это были «Чёрные Волки». Они неслись быстрее пули, на ходу отстреливаясь от преследователей короткими очередями из «Чёрных Рыцарей» – штурмовых винтовок.

До ложбины, где воинов джунглей ждали командир и снайпер группы, когда оставалось два десятка метров, разразился взрывной шторм. Мины с неба посыпались как горох. Ревущий взрывами хаос захлестнул всё вокруг.

Две мины упали под ноги спецназовцам, почти добравшихся до точки сбора. Ещё одна мина врезалась в землю около Гарри и Джины – мощный взрыв, повалил пальму, их засыпало её оторванными огромными листьями. Воздух джунглей цвета крови, пропитанный едким запахом дыма бушующего пожара, наполнился свистящими осколками и… кувыркаясь летящими рваными частями тел. В нос ударил резкий приторно-сладкий запах смерти.

Лауллер за миг до случившегося отчётливо видела наполненные жизнью глаза Чака и Боба. Боевые друзья были уже рядом с ней, как её оглушило, а под ногами неистово задрожало. Лицо обдало чем-то горячим. Кожей она ощутила стекающую со щёк тёплую липкую жидкость. Когда ей с трудом удалось открыть засыпанные землёй глаза, непередаваемый ужас вцепился в неё мёртвой хваткой, одновременно из гортани вырвался нечеловеческий крик.

Жуткий страх, сковавший Джину, вызвала свежая кровь, которая покрыла её тело с ног до головы. Ещё ужасней было то, что около неё на траве с куском оторванного туловища лежит голова Чака. Он смотрит на неё бессмысленным стеклянным взглядом. Не желая верить в случившееся, она вращала головой, ища друзей. Но там, где всего мгновение назад были они, в земле зияет огромная воронка.

Кошмар захлестнул девушку. Ужас происходящего ещё больше подчёркивали замеченные ей рубиновые капли, блестящие на листьях растущего рядом кустарника.

К сожалению, это были ещё не все жуткие открытия Лауллер. Большое количество пахнущих смертью капель, срываясь вниз с верхушки высокого побагровевшего растения, падают ей на голову. Кровавый дождь вынудил её поднять глаза вверх. А там… ветки густо обвешаны рваными кусками мяса.

В нескольких метрах от Джины, пришёл в себя Гарри. В ушах его звенит, а в голове гудит так, словно в самом разгаре бал у Сатаны. Не обращая внимания на контузию, он, прочистив глаза от земли, взглядом, затянутым багровой дымкой, заскользил по траве в поисках автомата. Его удивило то, что вокруг всё в крови, тогда как на нём нет, ни одной царапины. Это заставило его задуматься.

Размышления спецназовца о том, чья это кровь прервала замеченная им на траве каменная пластинка размером с ладонь. Из её поверхности выступает стёртое по краям изображение. Приблизив к глазам рельефный рисунок, он увидел, что с плоского камня на него смотрит размывчатое от времени чудовище. Несколько интригует крупная буква «А», сжатая между распахнутых челюстей монстра.

Боевой офицер уже хотел отвести взгляд от необычного прямоугольного камня с волнистыми боками, как произошло нечто необычное с трудом подающееся логическому объяснению. Крупные капли ещё тёплой крови, срываясь с нависающей над головой листвы, упали на загадочную пластинку. Они стремительно впитались в её поверхность. Тут же по ней разлилось голубое свечение, притягивающее взор.

Техасец машинально, не отдавая себе отчёта, находясь одновременно в подавленном и возбуждённом состоянии – испытывая горечь утраты и кипящую ярость мести, при всём этом загипнотизированный таинственным свечением; неосознанно сунул загадочный камень в карман камуфляжных брюк.

Командир «Чёрных Волков», чтобы очистить окутавшийся мутной пеленой разум, встряхнул головой. Быстро забыв о светящейся каменной пластинке возвращаясь в жестокую реальность, он намётанным взглядом профессионала окинул местность. Увиденное не добавило ему оптимизма: его люди мертвы, а рядом среди клубов белого дыма роятся чёрные тени с «Калашниковыми» в руках. Но главное расстояние между ним и приближающимися гонцами смерти стремительно сокращается.

– Волчьи клыки среди адского пламени! – простонал Пистолет, увидев, что ко всем бедам добавилась ещё одна.

Гарри стало не по себе, когда он обнаружил, что Джина находится посреди открытого пространства в зоне властвования смертоносного свинца. Рыдая, она склонилась над бездыханным телом, лежащим лицом вниз.

Боевой офицер сглотнул горькую слюну, узнав в погибшем чернокожего гиганта Сэма, который был душой группы отчаянных сорвиголов. Его сердце словно тисками сжала боль. Для него поверженный смелый воин был не только первым помощником, но и лучшим другом. Именно поэтому он как никто другой понимал чувства девушки.

Потеря друга вывела Гарри из колеи. Больше не в силах сдерживать рвущийся наружу гнев, он вскипел от ярости.

Коммандос, резко вскочив на ноги, отработанными до автоматизма движениями срывал с колец спецжилета гранаты Ф-1. Воздух кровавых джунглей пронзил его полный ненависти крик:

– Я сейчас всех тех, чьи кровавые тени, мелькая, скользят между стволов пальм, порву на мелкие части, и перемешаю с землёй! За моих людей вы все сейчас вдоволь наглотаетесь собственной крови! Смерть убийцам!!!

Техасец гневные крики подкрепил неистовым метанием гранат. А после того, как они закончились, он из «Хеклера» открыл такой шквальный огонь, что на какой-то миг показалось, в воздухе повис свинцовый туман. Результатом его бешеной импульсивной атаки стало то, что численность противника значительно уменьшилась. А ещё он заставил его вжаться в землю – нюхать её.

Из уст обуянного яростью штатовца полилась песня, так нравившаяся его ребятам, павших в этих проклятых кровавых джунглях. Она была талисманом «Чёрных Волков». Чем больше он распалялся, тем громче её басил:

«Чёрные волки – лесная братва!

Чёрные волки – смерть и борьба!

Чёрные волки – пощады не жди!

Чёрные волки – бегите враги!»

Пистолет ещё и ещё посылал рои свинца в сторону неприятеля. Но врага было слишком много, а боезапасы подходили к концу. Молниеносно приняв решение, он по-пластунски пополз до девушки, находящейся на линии огня, парализованной горем потери.

– Джина, всё будет хорошо, – Гарри под неистовым обстрелом удалось добраться до Лауллер – единственной из всей его людей оставшейся в живых. По-отечески нежно он зашептал ей на ухо, пытаясь приободрить. А для того, чтобы её вывести из ступора прижал к груди. – Ему мы уже ничем не сможем помочь… – пытался он подобрать нужные слова, чтобы она успокоилась и адекватно воспринимала происходящее. – Его спина вся изрешечена осколками. Его бой закончен. Сэм вместе с остальными ребятами уже ищет себе новую работу на небесах. А нам, если мы не хотим к ним присоединиться, самое время уходить. Надо выбираться отсюда.… Вставай, уходим! И хватит слёз, они совсем не красят твоё лицо, всё-таки ты же у нас крас-савица!

Крассотка при последних словах командира сквозь слёзы улыбнулась, невольно вспомнив о том моменте, когда впервые встретилась с «Чёрными Волками». Яркая картинка, всплывшая из глубин памяти, повисла у неё перед глазами.

…Был тёплый солнечный день, когда недавняя выпускница школы снайперов в новенькой форме твёрдым шагом вошла в штаб элитных подразделений. Только она переступила порог, как десятки взглядов жадно впились в её стройную фигуру.

Офицер, выделяющийся крепким сложением, не меньше остальных был впечатлён красотой вошедшей девушки. Пожирая её глазами, он отпустил комплимент всего из одного слова. Но когда он его произносил, то поперхнулся.

– Крас-с-с-с-с-с-сотка! – зависло на устах восторженного коммандос, имя которого Гарри Бартол по прозвищу Пистолет.

Девушка, резко повернувшись к офицеру, вначале смутилась, а затем рассмеялась. Её задористый смех поддержали все, кто находился в штабе…

Джину после того случая и прозвали Крассоткой. А со временем прилипшее к девушке прозвище, стало её боевым позывным. Но сейчас было не до приятных воспоминаний, её сердце сжимала горечь утраты, а перед глазами стоял мрак…

Глава 2

В Танзанию!

Полтора года спустя

Калифорния

Раскалённый добела диск солнца недвижно висит в безоблачном небе. Он несёт тропический зной в Лос-Анджелес, гордо задравший ввысь зеркальные головы небоскрёбов. Дующий с океана лёгкий бриз не приносит желанного облегчения, обращая в прах надежды миллионов жителей мегаполиса, уставших от жары. Горячий воздух продолжает терроризировать город, закованный в адский пыл. Он превратил его в гигантскую жаровню.

Лос-Анджелес, несмотря на тропический зной жил обыденной жизнью, хотя и не такой бойкой. Это не относилось к его окраинам, тем более к той, что находится со стороны пожелтевшей равнины. В ней жизнь остановилась полностью. Но не всё было безнадёжно, случались и исключения из правил. Одно из них происходило прямо сейчас.

Нарушая сонную тишину на узкую улочку бедного квартала города, изнывающего от жары, лениво выполз видавший виды лиловый «Форд». Автомобиль так напряжёно гудит двигателем, что кажется ещё немного и рассыплется, превратившись в груду металлолома. Проехав около ста метров, он крякнул, выпустил сизое облачко дыма и замер около старого двухэтажного отеля, словно сошедшего с экрана вестерна. Дверь его со скрипом распахнулась.

Из дряхлой машины ярким мотыльком выпорхнула стройная брюнетка с довольно привлекательной внешностью. На первый взгляд она была из тех девиц, что снимаются для обложек мужских журналов.

Незнакомка, широко расставив ноги, из-за высоких платформ кажущиеся невероятно длинными, недвижно замерла. Не спеша, приподняв зеркальные солнцезащитные очки, она надменным взглядом окинула прилегающую к отелю улицу.

Девушке с внешностью модели, вдруг ни с того ни с сего захотелось вспомнить бурную юность – возможно солнце напекло ей голову. Покачивая аппетитными бёдрами, плотно обтянутыми чёрной с блёстками кожаной юбкой, нисколько не прикрывающей стройные ноги, она кокетливой походкой направилась к отелю.

Странная леди, сделав несколько шагов, замерла. Её неподвижность была недолгой. Ведь она не думала пока отказываться от образа развязной девочки. Явно её пребывание на солнце было слишком долгим. Небрежно руки положив на талию, она поигрывала полушариями выпирающего вперёд роскошного бюста. И было не удивительным, что тот рвался на свободу из тесного плена цвета ночи кожаной блузки с глубоким декольте.

Незнакомка, в конце концов, вспомнив, зачем оказалась здесь стала пай-девочкой – безумие покинуло её голову. Взгляд её вновь устремился на отель. Он казался безжизненным: возле него не было ни души. Её вниманием завладел вышедший из него смуглый латиноамериканец, который нервно озираясь по сторонам, бросает назад злобные взгляды. Он так спешит, что кажется, за ним гонятся. Щедро «украшенное» огромными синяками лицо он прячет под широкими полами шляпы. Не успела она определить, что это за «птица», и какого полёта, как латиноамериканец скрылся из вида. Улица вновь стала пустынной.

Девушка погрузилась в размышления. Она думала о странном постояльце, пытаясь понять, что в нём ей не понравилось. В её мысли проникли весёлые крики. Обернувшись, она обнаружила под высоким раскидистым вязом двенадцатилетних мальчишек. Они играли во «Властелина Мира» – разными способами бросали в землю нож.

От шумной группы ребят отделился смуглолицый мальчуган. В отличие от товарищей его одежда: выгоревшая на солнце розовая футболка и джинсовые шорты; не пестрят пятнами грязи и рваными дырами. Широким шагом он приближался к стоящей перед отелем странной леди.

– Здравствуй Крассотка! – бодрым голосом приветствовал девушку подскочивший к ней мальчуган, которого жители района знают как первого хулигана.

– Привет Малыш Звонкая Монета! – Лауллер добродушно посмотрела в детски-наивное расплывшееся в улыбке лицо мальчишки, где выделялись искрящиеся жадным предвкушением глаза.

– Крассотка, ты за нужной информацией? – весело подмигнул подросток.

– Ты, как всегда, угадал Малыш, – не сводя взгляда с отеля, слегка кивнула головой девушка.

– Ноу проблем, только бы была звонкая монета!

– Лови! – Джина подбросила в воздух два двадцатипятицентовика, заискрившихся в лучах солнца.

– Ты ищешь Гарри? – Малыш ловко поймал монеты, тут же скрывшиеся в его кармане.

– Кого ещё как не старого приятеля я могу искать в этом богом забытом месте.

– Считай, ты его уже нашла.

– Надеюсь, он не наломал здесь дров?

– Ну как сказать. Он уже третий день в полёте…

– Даже не говори, в каком. Без объяснений ясно, что проходит он над бездной зелёного змия.

– Сейчас он спит мертвецким сном. Его комната на втором этаже. В общем, всё как обычно. Но ты появилась как раз вовремя.

– Что же здесь произошло? – встревожилась Лауллер.

– Помнишь прошлый раз, когда он также по полной программе веселился в Духе Ковбоя, то какому-то заезжему франту прострелил оба уха?

– Помню, но не совсем понимаю.

– Слушай дальше. Вчера пришёл Доминго, брат местного влиятельного наркодельца. Так вот он приятель того франта, оставшегося с дырами в ушах. А ещё поговаривают, что подстреленный опасный бандит…

– Ну, так что Доминго? – прервала Крассотка мальчишку.

– Что Доминго… ничего. Всё кончилось тем, что Гарри его хорошенько обработал кулаками. Но вот беда, он только что пришёл в себя, и скорее всего, побежал жаловаться своему братцу. Да ты наверно видела недавно вышедшего из отеля латиноамериканца. С какой же скоростью он отсюда помчался прочь, будто его преследует по пятам целая свора бешеных псов!

– Трезубец Сатаны, пьяный болван, что за дурная привычка сначала стрелять, а лишь потом думать! – зло сквозь зубы прошипела Лауллер, широким шагом направившись к «Духу Ковбоя».

Девушка, войдя в отель, предчувствуя приближающуюся беду, не мешкая хорошо знакомым ей путём, поднялась на второй этаж. Без особых проблем она попала в номер Гарри – покрытая узором из пулевых отверстий дверь была приоткрыта. Её пытливому взору предстал настоящий кавардак из перевёрнутой мебели, беспорядочно разбросанных вещей и гор мусора. Воительница джунглей, снайперша «Чёрных Волков» в поисках своего боевого командира пройдя сквозь похожую на свалку гостиную и миновав не лучшего вида коридор, подошла к настежь открытой двери в спальню.

Уроженка Флориды, не раз бывавшая в любимом номере Гарри, была уверена в том, что в два счёта его найдёт. Также как и объект её поисков, она после потери друзей в джунглях Южной Америки ушла в отставку. И также как он, она потерялась в жизни, не зная где себя применить. Единственное что её манило это страсть к опасным приключениям.

Время шло, а Крассотке похвастаться было нечем. На глаза кроме последствий ночного кутежа ничего не попадалось. На столе выстроены в несколько рядов пустые бутылки виски, образуя целое войско. Вокруг кровати раскидано бесчисленное количество смятых пивных банок, а на ней самой крепко спят две совершено голые цвета шоколада жрицы любви.

Джина, не раз сталкивавшаяся с подобным, мало обращала внимания на то, что где и в каком количестве валяется, да и какие бабочки залетели на огонёк. Её серьёзно беспокоило то, что нигде не видно «предмета» её поисков.

– Гарри! Пистолет!! Гарри!!! – флоридка испугавшись не на шутку, лихорадочно распахивала двери.

Девушка, в конце концов, нашла командира в ванной комнате.

Гарри с сигарой в зубах, наслаждаясь, лежал в горячей воде. Среди колеблющихся огромных барханов белоснежной пены его не сразу можно было заметить. Закинув ноги на заднюю стенку ванны, он в правой руке держал недопитую бутылку виски.

Затуманенный алкоголем бессмысленный взгляд Бартола наткнулся на остановившуюся в дверях девушку. Ему показалось, что он где-то её видел. Лёгкая улыбка на её устах определённо говорила, что он встречался с ней и не раз. Знакомый образ щёлкнул в мозгу отставного офицера аварийный тумблер.

– Приивеет сееестриичка, – отложив сигару, медленно выпустив кольца дыма, он заговорил. Язык его заплетался, слова с трудом покидали уста.

– Здравствуй командир! Вижу, хорошо проводишь время, да и заряжен виски до предела!

– А ты как думала, я же… не должен отставать от своей Беретты, ведь она… никогда и не при каких условиях… не отстаёт от меня, а её обо… обо-йма… всегда полна, – гордо произнёс «пробуксовывающим» голосом Гарри.

В этот момент в мыльной воде ванны произошло какое-то движение. А затем из воды в том месте, где исходя из анатомии тела, находится мужское достоинство лихого спецназовца, вынырнул покрытый пеной воронёный ствол пистолета.

– А чтоб тебя! – прыснула со смеха флоридка. – Пьяный чёрт! Гранату тебе в одно тёмное место! Гарри Пистолет, ты настоящий сукин сын!!!

– Нуу, воообщето я тр… тр… тр…. трезв, и пожалуйста, ничего в меня… не надо… засовывать.

– Посмотрим на твоё поведение. Даю тебе две минуты, чтобы ты вытащил свою задницу из ванны и собрал вещи!

– Это с чего бы? Мне и-и-и… ик, и, ик, здееесь неплохо, ик, даже, ик, совершено отт… отлично, ик!

– Так нужно, и без лишних разговоров! – резко не терпящим возражения голосом сказала Джина, отлично понимая – зная характер командира, что если он услышит о предстоящей разборке, то тогда его из этого богом забытого отеля не вытянут и все демоны ада. – Понимаешь одна красивая девушка в смертельной опасности. Ей срочно нужна твоя помощь! Так что быстрей собирайся! Меньше слов, а больше дела!

– Понял… Раз наадо, так наадо. Ик! А он-ннн-на, ик, действительно, ик, красииивая?

– Быстрей, у нас мало времени!

Гарри кое-как с помощью Лауллер выбравшись из ванны, с трудом на себя натянул джинсы. Накинув на плечи камуфляжной окраски рубашку с коротким рукавом, он, больше не спрашивая ни о чём, покорно последовал за девушкой.

Бывшие спецы только успели сесть в лиловый «Форд», как на улочку визжа тормозными колодками, вылетели набитые головорезами тёмно-синий «Плимут» и грязно-жёлтый «Додж».

Боевики, набившиеся в автомобили как килька в консервную банку, сразу обнаружили цель. Как только это произошло, воздух наполнился яростным стрекотом «Узи».

Автоматная очередь прошила лиловый бок автомобиля беглецов.

– Люди Сильверадо! – воскликнула Джина, с тревогой слыша, как взятый ей напрокат «Форд» яростно атаковал свинцовый рой, бомбардируя корпус, дырявя его.

Девушка, не став дожидаться, когда пули разнесут автомобиль на части, стремительно вставила ключ в замок зажигания. Она с такой силой ударила по педали газа, будто вымещала на ней всю злость.

– Это что такое?! Волчьи клыки среди адского пламени! Это кто осмелился по нам открыть такую сумасшедшую стрельбу?!? Тут и без того в голове словно бушует гроза!!! – Гарри, выхватывая «Беретту», вскипел от ярости. Он вмиг протрезвел от грозного свиста пуль, выбивших рядом с его головой стекло, брызнувшее в салон осколками.

«Форд» беглецов с оглушительным визгом бешено завращавшихся колёс резко сорвался с места, оставив позади тёмное облако из выхлопных газов и жжёной резины. Из его открытого окна наполовину вылез прохмелевший отставной коммандос, бывавший и в не таких переделках. Из верной «Беретты» он открыл неистовый ответный огонь. Как в подтверждение того, что его боевые навыки остались при нём, выпущенные им девятимиллиметровые пули, с впечатляющей точностью зарылись в передние колёса «Плимута».

Автомобиль преследователей закрутило. Его резко повело в сторону, подставляя тёмно-синий бок под мощный удар «Доджа».

– Ату их командир! – воскликнула Крассотка, увидев, что меткие выстрелы Бартола спровоцировали столкновение машин преследователей.

У Лауллер отлегло на сердце – опасность больше не висела дамокловым мечом над ними. Облегчёно вздохнув, она до упора утопила педаль газа, жаждая умчаться отсюда прочь.

Управляемый девушкой «Форд», надрывно ревя двигателем, набрал скорость. Подняв густые облака пыли, он растворился в них. За серой завесой, ставшей непроходимой преградой для лишившихся подвижности боевиков Доминго, он оставил крики, наполненные колоритными фразами. И не было никакого сомнения в том, что летящие вслед отставным офицерам отборные ругательства ещё долго будут висеть в раскалённом жарким солнцем воздухе, кружа над превратившимися в груду металлолома автомобилями.

Гарри, как только все угрозы остались позади, вальяжно откинулся на спинку кресла автомобиля, уносящегося прочь от «Духа Ковбоя». Неизвестно откуда взявшиеся тягостные мысли лезли ему голову. Не обращая на них внимания, он крутил в руках приведённую в боевую готовность «Беретту». А когда понял, что опасность осталась позади, вернув её в поясную кобуру, вонзил острый взгляд в лицо флоридки.

– Куда мы так несёмся сестричка?

Не говоря ни слова Джина, из бардачка извлекла каменную пластинку, вручив её командиру.

– Клыки чёрного волка! – с ноткой горечи простонал Пистолет, увидев в руке память о последней превратившейся в катастрофу боевой операции.

Перед глазами техасца горьким воспоминанием медленно проплыли лица погибших друзей. Вязкий комок подступил к горлу. Судорожно сглотнув его, он осторожно провёл рукой по рельефно выступающей из плоского камня букве «А».

– Мы мчимся навстречу новым острым ощущениям! – выждав, когда скорбь ушла из глаз командира – когда они вновь ярко засверкали пламенем жизни; воскликнула Крассотка. – Думаю, скоро нас закружат в водоворот опасные приключения!

– Лауллер, ты в этом уверена? – недоверчиво посмотрел на девушку техасец.

– Если это было не так, с чего бы я сейчас сидела рядом с тобой!

– Логично.

– Слушай, на досуге я нашла одного профессора археологии. Это один из лучших специалистов в области, связанной с ритуальными обрядами. Она уже видела так дорогой нам камень. Я заметила, когда она его держала в руках, в её глазах вспыхнуло пламя азарта. Мы едем навстречу с ней, чтобы узнать думаю… кое-что интересное о реликвии Чёрных Волков.

– Приключения говоришь, чтобы раскрыть тайну нашей каменной пластинки… – задумавшись, зачесал затылок Гарри. – Ну что же, тогда вперёд!

– Вперёд!!! – поддержала командира флоридка. – Только прошу тебя, не перебивай профессора пошлыми шутками. И вообще лучше не говори. От твоего дыхания можно захмелеть. Пожалуйста, попридержи сбивающий с ног перегар в себе.

Автомобиль охотников за тайнами в самом сердце Лос-Анджелеса скользил в потоке автомобилей. Скрипнув тормозами, он замер на парковке возле зеркального небоскрёба, верхушкой подпирающего голубой небосвод.

Искатели приключений войдя внутрь похожего на ледяную гору циклопического здания не без проблем миновали охрану – их пропустили только после того, когда выяснили что они есть в списке на разрешение войти. Когда конфликт был исчерпан для последних из «Чёрных Волков» всё прошло гладко. С «ветерком» они на скоростном лифте поднялись на последний этаж небоскрёба. Затем они, преодолев длинный коридор, остановились перед дверью с табличкой: «Профессор археологии Алда Феникс».

Дверь от лёгкого стука приоткрылась. Гарри первый вошёл в огромный кабинет, разделённый на несколько комнат тонкими гипсокартонными переборками. После первого же шага в его глубины он удивлёно присвистнул. Бурную реакцию у него вызвало то, что в нём на стенах развешаны археологические образцы, снимки из экспедиций, античные фрески, а также разнообразные ритуальные предметы, начиная от ножей и заканчивая экзотическими масками. Но особо спецназовца, слывшего знатоком восточных единоборств, заинтересовало кимоно, а ещё оружие самураев. Рассматривая его, он заметил рядом висящие фотографии с запечатлёнными на них решающими моментами финальных боёв чемпионатов мира по кумитэ.

Бывшие джи-ай, немного проплутав, казалось по огромному музею, в одной из комнат обнаружили хозяйку кабинета, работающую за компьютером. Взглядам их предстала высокая стройная девушка с приветливым лицом шоколадного оттенка. Несмотря на миловидность, оно в себе таит некоторую суровость.

Техасец пытливо рассматривал хозяйку. Ему особенно понравились её заплетённые в длинные косички блестящие тёмные волосы, завораживающим каскадом спускающиеся на чувственные плечи. Его взгляд, немного задержавшись на них, жадно скользнул по точёной фигуре, подчёркнутой плотно облегающим коротким платьем кофейного цвета.

– Добрый день Алда, – приветствовала Джина профессора. – Знакомьтесь это мой друг Гарри Бартол, про которого я вам рассказывала. Извините за наше вторжение, но дверь была приоткрыта.

– Ничего, я вас ждала, располагайтесь в креслах чувствуйте себя как дома, – мягким голосом приветствовала хозяйка кабинета своих посетителей, буравя их взглядом больших проницательных глаз. – Вы как раз вовремя. Я за последние несколько часов очень многое нашла по поводу так интересующего вас мистического камня.

– Очень интересно. Надеюсь, это нас не разочарует?

– Думаю, нет. Слушайте. Судя по характерному рисунку, изображённому на поверхности каменной пластинки и литере а, её происхождение теряется во мраке веков. Точнее во время рассвета на побережье Восточной Африки крупной цивилизации. Это примерно двадцать тысячелетий назад. Мне доводилось слышать про затерянный среди пустыни храм Апокалипсиса. Скорее всего, эта пластинка как-то связана с ним. Мне удалось узнать, что в одном из манускриптов описывается похожий символ на его стенах. Но я решительно не могу понять одного, как она оказалась в Латинской Америке, где вы её нашли. Похоже, этого… уже не узнать никогда. Ну да ладно, сейчас не об этом.… Так вот, помимо прочего я проверила пластинку на приборе, с помощью которого можно определить уровень разного рода излучений. Он подтвердил мою гипотезу о том, что в ней таится нечто мистическое. Прибор зашкалило от малоизвестного науке излучения. В определённых кругах его называют паранормальной энергией. В общем, я думаю, что эта каменная вещица представляет собой ключ.

– Ключ?

– Да. Возможно, он открывает проход к чему-то таинственному, или что-то наподобие этого.

Джина с Гарри переглянулись.

– Решено! – Бартол вскочил с кресла с сияющим лицом от предчувствия скорых и опасных приключений. В глазах его читалось непоколебимое желание разгадать тайну каменной пластинки. – Отправляемся на поиски храма!

У профессора от пылких слов Гарри засветились глаза.

– Я еду с вами! – воскликнула она.

– Алда! – вскочила с места Лауллер. – Мы едем на поиски смертельных опасностей!

– Ну и пусть! – горячо запротестовала шоколадка, в гневе став ещё прекрасней. – Я занимаюсь альпинизмом! Я взбиралась на заснеженные суровые пики Гималаев! У меня чёрный пояс по кумитэ! Наконец во мне есть частица славянской крови! Мама мне рассказывала, что моим дедом был моряк из Одессы. А славяне самые отважные люди! Да и без меня вам будет трудно разыскать храм! Я нужна вам!!!

– Это отлично сестричка, – вмешался Гарри. – Если хочет, то пусть отправляется с нами. Её помощь будет нам полезной. А если ещё взять во внимание то, что она, хм… – его взгляд скользнул по тёмному лицу афроамериканки, – славянка…. Ну если не по цвету кожи, а… душой… то наша экспедиция, получается, будет международной.

– Хорошо, – коротко ответила Крассотка. – Признаюсь, я на это надеялась. Хороший археолог не помешает нашей экспедиции.

– Ну, так что за проблемы? – выпуская густые клубы сигарного дыма, воскликнул Пистолет.

– ИИИЙЯЯ! – радостно вскричала Феникс.

Эмоции переполнили девушку. Оказавшись в их плену, она вихрем подскочила к новым друзьям, заключив их в пылкие объятия.

– Так куда мы отправляемся? – Джина и Гарри в один голос спросили у нового члена их команды со славянской душой.

– В Танзанию!

– В Танзанию!!! – хором воскликнули отважная троица только что образовавшейся компании искателей приключений.

Крепко обнявшись, компаньоны радостно потрясали в воздухе каменной пластинкой – реликвией «Чёрных Волков», на поверхности которой можно рассмотреть букву «А», зажатую между челюстей фантастического монстра.

Глава 3

Храм Апокалипсиса

Порт Танга. Танзания

Невероятное количество разношёрстного народа озабочено снуёт у причала, приветствуя гостей Танзании, прибывших на огромном пароходе. Среди встречающих больше всего торговцев. Навязчиво предлагая товары, они о чём-то спорят между собой, сопровождая каждое слово яростной жестикуляцией. То тут, то там можно услышать ругательства на арабском, английском, французском и испанских языках. К ним примешиваются возгласы на диалектах местных племён. К роящемуся гаму людских голосов и давке, добавляется знойная духота безоблачного полдня тропиков. Ухудшает положение запах морепродуктов, а также резкие ароматы специй. От всего этого кружится голова. Лёгким в плотной толпе не хватает кислорода. От удушья и невозможности выбраться из галдящего потока остаётся, как выброшенной на берег рыбе широко открывать рот. Одним словом, Восточная Африка с первого взгляда походит на кошмар, к тому же самый жуткий.

Прибывшая из Калифорнии троица лихих искателей приключений, добиравшихся до Африки сначала на самолёте вместе с археологической экспедицией, а затем на отплывшем из ЮАР корабле, сейчас с большим трудом пробивается сквозь столпотворение. Они пытаются как можно дальше отойти от назойливых торговцев сувенирами, рыбой, специями, снадобьями, амулетами, экзотическими фруктами и прочим, прочим, прочим. А ещё Гарри тошнит после сильного шторма, в который попал их корабль.

– С чего мы начнём наши поиски? – поинтересовалась Джина, когда охотники за древними тайнами, наконец, оказались в стороне от скопления людей.

– Будем придерживаться плана, выработанного нами во время длительного авиаперелёта и изнурительного морского путешествия, – утомлёно произнесла Алда, взвалившая на свои плечи организацию экспедиции.

– Тогда для начала нам нужен автомобиль, – невесёлым голосом пробасил Пистолет, без особого энтузиазма покосившись в сторону шумного базара – он уже не мог видеть лица местных торговцев, от криков которых в голове пустились в пляс все черти преисподней.

Делать нечего, надо было идти на базар. Ведь машина – это только первый пункт из того, что необходимо приобрести для длительного и опасного путешествия на малоизученные гиблые земли вдали от цивилизации, безнадёжно затерявшиеся среди африканских саванн.

Час проходил за часом, а путешественники никак не могли выбраться из гудящего, словно пчелиный улей базара, где от обилия товаров рябит в глазах. Но вот после стоивших неимоверных усилий торгов с неповоротливым грузным арабом, с хитрыми глазами и несговорчивым характером – он, только заслышав низкую цену, сразу переставал понимать английский; наконец, у них был автомобиль. Хотя могло показаться, что это никому ненужный ржавый хлам, но, к счастью, первое впечатление было обманчивым.

Не прошло и двух часов как побывавший не в одной переделке потрёпанный «Ленд Ровер», но главное с работающим как часы надёжным двигателем, был готов к дальней дороге. Вполне могло показаться, что она ведёт на войну. С этим трудно было не согласиться, если взглянуть на то, какие приготовления сделали калифорнийцы, прежде чем отправиться в путь. Но чему удивляться, зная о том, что самое активное участие в сборах проявили отставные спецназовцы. Именно поэтому автомобиль, доверху оказался набитым автоматическим оружием, патронами, гранатами и всей необходимой амуницией, приобретённой у чернокожих дельцов в укромном уголке рынка. Смотря на всё это втиснутое в машину добро, в голову закрадывалась мысль, что с таким арсеналом можно устроить переворот в небольшой стране.

– Ну что ж нам осталось только купить провиант, – Крассотка, окинув взглядом всё то, что уже положили в джип, припаркованный на примыкающей к базару малолюдной улочке, облегчёно выдохнула, после чего захлопнула дверцу.

– Клыки чёрного волка, это же опять надо идти к тем вечно что-то кричащим бородатым прохвостам и скрягам! – Гарри нехотя оглядываясь в сторону торговых рядов, выдавил из себя злым усталым голосом, похожим больше на стон. Он не понаслышке знал, что на базаре так тесно, что даже яблоку негде упасть, что там настоящий перекрёсток миров – там Азия мёртвым узлом переплелась с Африкой.

Спустя час друзья возвращались с базара. Сгибались под тяжестью корзин, доверху наполненных съестными припасами, они еле переставляли ноги. Джина острым взглядом снайпера заметила мелькнувшую в салоне «Ленда» тень.

– Похоже у нас непрошеный гость! – Крассотка, стремительно опустив корзины на землю, взамен вооружилась резко снятым с плеча «Ингрэмом».

Девушка, не успела сделать и шага, как дверь джипа резко распахнулась. Пытливым взглядам искателей приключений предстал невысокий щуплый латиноамериканец, бросившийся им навстречу разжавшейся пружиной. Он налетел на них мощным ураганом из буйного южного темперамента, перемешанного с восторгом.

– Волчьи клыки среди адского пламени! – оторопел отставной командир спецназа. – Я готов поставить свою голову под заклад, если это не Джим Ловкач!

Два старых друга горячо обнялись.

Флоридка, наблюдая за этой сценой, застыла с вскинутым вверх пистолетом-пулемётом. Её лицо расплылось в трогательной улыбке.

Латиноамериканец, выскользнув из объятий Гарри, выплёскивая из себя радостные эмоции, извергающиеся вулканом, подскочил к Лауллер. Он чуть не задушил её в пылких объятиях.

– Кровь мамонта, как давно я вас не видел! – без остановки восторженно тараторил он. – Рассказывайте, как ваши дела, как здоровье, как вы?! Почему с вами нет моего лучшего друга, здоровяка Сэма? Как там поживают Чак, Боб, и все остальные Чёрные Волки???

– Их нет, Джим… Они там, откуда уже не возвращаются.… И надеюсь, им там хорошо, – голос Бартол был пронизан горечью.

Вязкая тишина повисла над друзьями, скованными тяжестью потери.

– Они все погибли в Латинской Америке, при выполнении боевой задачи, – нарушил тишину Гарри. – После их смерти, я и Крассотка, подали в отставку.

– Погибли… Весельчак Сэм… – крупная слеза скользнула по закалённому всевозможными выходками судьбы суровому лицу латиноса. – Отставка…

– Да друг, мы уже давно на гражданке, – Джина пристально посмотрела на Ловкача.

– Да будет земля им пухом, – еле слышно произнёс Джим, выходя из оцепенения. – Аминь.

– Аминь, – в один голос вторили ему Пистолет, Лауллер и Алда.

– Ну а вы сами как? Куда сейчас направляетесь? Рассказывайте! Рассказывайте!!!

– Мы… просто путешествуем. Ты лучше расскажи, чем занимался все эти годы, куда бесследно исчез?

– Ну чем я мог заниматься с моей специальностью? – пожал плечами прожжённый авантюрист. – Ну конечно, всё тем же.

– Понятно, тем, чем несколько минут назад занимался в нашей машине.

– Да ладно, – отмахнулся Джим. – А помните нашу первую встречу? Вам нужен был первоклассный вор для очень рискованной операции. Кроме того, что он должен обладать талантом – незаметно изымать всё плохо лежащее; ещё должен быть первоклассным медвежатником, то есть открывать сейфы на одном дыхании!

– Мы и нашли такого специалиста-универсала в твоей особе.

– Славное было время.… Бартол, а помнишь, прощаясь, я сказал, что если когда-нибудь наши пути пересекутся, то вновь всецело ваш, и буду следовать за вами даже в ад?

– Помню.

– Так вот я перед вами. И готов следовать с вами хоть на край света. Надеюсь, вы собрались не в увеселительное путешествие на машине ломящийся от оружия?

– Ах ты, бывалый проныра! Уже успел везде сунуть свой длинный нос!

– А ты как думал!

– Куда же тебя девать?! Возможно… вчетвером будет веселее! – Пистолет, прищурив глаз, выдержав паузу, раскатисто пророкотал. Громко, рассмеявшись, он обрушил на плечо Ловкача жилистую руку, дружески похлопав по нему.

– Вчетвером?!

– Да, вчетвером. В наших рядах прибавление. Знакомься Алда Феникс, новый член нашей команды. Между прочим, она имеет учёное звание. Она профессор археологии.

Джим, только это услышал, тут же оказался рядом с шоколадкой. На его лице застыло восхищение. Двумя руками он пожимал её правую руку.

– Очень приятно. Никогда не был знаком со столь титулованной леди, – искрясь от радости, шептал он.

– А я с вором! – Алда, продолжая пожимать руки восторженного латиноамериканца, задорно смеялась.

– Так куда мы отправляемся? – спросил старый новый член команды искателей приключений, скользнув по лицам друзей. С трудом выдерживая повисшую паузу. Его буквально распирало от любопытства. В его глазах вспыхнули жадные огоньки узнать их тайну.

– В храм Апокалипсиса. Мы обладаем ключом к его секретам.

– Гм. Храм… Древние тайны… Подземелья… Сокровища… Тайные двери! Мамонт меня растопчи, это как раз по моей части! Чего же мы тогда ждём, быстрей в дорогу! Я об этом мечтал всю жизнь!!!

– В дорогу! – громкими восклицаниями поддержали латиноамериканца остальные отчаянные путешественники, не теряя времени устремившиеся к машине.

– Ну что ж, поехали!!! – захлопывая дверь, пророкотал Бартол, последним сев в «Ленд Ровер», взревев двигателем, сорвавшийся с места.

Джип, оставляя за собой густой пыльный шлейф, пожирал километр за километром бесплодные каменисто-песчаные земли. Они занимали огромное пространство, простираясь широкой полосой, от края наполненной жизнью саванны до кряжа гор, берущих их в клещи. Буйные краски живописного ландшафта давно скрылись за горизонтом. Им на смену пришла похожая на лунный пейзаж голая местность, где кроме камней трудно обнаружить что-либо ещё. Правда, иногда среди серого однообразия пустыни попадались островки сочной зелени.

Искатели приключений из часа в час видели вокруг безжизненный инопланетный пейзаж. Лишь однажды они встретили кочевников, перегонявших огромные стада коров и овец в поисках новых пастбищ. Только на утро следующего дня, отнимающим силы марафоном, исколесив не одну сотню километров африканского бездорожья, они оказались близки к цели.

– Судя по координатам, упоминающимся в одном древнем тексте, мы уже где-то в окрестностях храма! – бодро воскликнула Феникс, чтобы поднять дух друзей, угнетённых нудным однообразием пустыни.

У девушки были все основания, чтобы вновь зажечь жаждой приключений глаза охотников за тайнами. Пришла она к такому заключению после того, как долгое время пристально всматривалась в окружающий невзрачный пейзаж. Несмотря на его безликость, она заметила нечто известное только ей одной.

– Значит, нам недолго осталось бороздить пустыню? – Джина вопросительно посмотрела на специалистку по ритуальным обрядам.

– Хорошо бы, а то надоело трястись в этой ржавой банке, – протирая заспанные глаза, зевая, жаловался Ловкач на тяготы утомительной бесконечной езды.

Путешественники уже через полчаса оказались около храма. Их глазам предстало довольно жуткое место. Это царство змей, гиен и стервятников. Взгляд здесь то и дело натыкается на крупных остроклювых птиц, сидящих тёмными тучами на лишённых листвы ветках иссушенных солнцем мёртвых деревьев, которые можно пересчитать по пальцам. Любители падали в бесконечных драках за лучшее место громко кричат и шумно хлопают крыльями. А избранные стервятниками в качестве дома похожие на скелеты бледно-серые древесные исполины с обломанными верхушками кажутся грозными памятниками подстерегающей здесь на каждом шагу смерти.

Костлявая леди в этом зловещем месте постоянная гостья: куда ни посмотри, везде белеют кости и черепа. Но не только обглоданные останки животных беспорядочно раскиданы вокруг. Среди них, к ужасу искателей, приключений встречаются и фрагменты человеческих скелетов.

Страх и уныние, господствующие на представшей взглядам охотников за тайнами мрачной местности, где как пить дать обитают самые жуткие ночные кошмары, усиливал древний храм. У гигантского культового сооружения мощные стены, сложенные из огромных серых блоков, плотно прилегающих друг к другу. Издалека оно выглядит как серо-оранжевая клякса среди песчано-каменистой пустыни.

Минувшие тысячелетия сыграли с храмом злую шутку, вкопав его по шею в песок и частично разрушив. Его стены, на десять метров поднимающиеся над поверхностью пустыни, избороздили трещины. Некоторые из них покосились, а другие и вовсе рухнули, создав непроходимые завалы.

– Храм Апокалипсиса когда-то своими очертаниями напоминал парящего орла, – Алда, полной грудью вдыхая воздух пустыни, ещё сохранивший утреннюю прохладу, пылающими азартом глазами всматривалась в мрачные стены некогда величественного сооружения. Вместе с друзьями она рассматривала его с верхушки небольшого холма, на котором замер «Ровер». – В давние времена, – продолжала она лекцию, – его стены, скорее всего, были покрыты яркими красками.

– Что?.. – переспросил Гарри. Голос девушки прервал лихорадочное течение его мыслей. Воображение спецназовца под впечатлением уведенного грозного каменного исполина рисовало невероятно ужасные образы. На какой-то миг, он даже потерял грань между реальностью и вымыслом.

– Ничего особенного, просто нам предстоит тяжёлая кропотливая работа, – Джина вместо Феникс ответила техасцу, который на неё посмотрел рассеянным взглядом.

– Это точно, – подтвердила профессор. – Найти секретную замочную скважину для нашего ключа, это всё равно, что искать иголку в стоге сена.

– А как вообще раньше использовался этот храм? – спросил Бартол, поражённый сооружением, пережившим десятки веков.

– Возможно, – ненадолго задумалась Алда, – это было культовое место древней цивилизации. В храме может быть проводились кровавые обряды жертвоприношения. Но тайна об этом затеряна в прошедших тысячелетиях.

– Ладно, меньше слов больше дела! – Ловкач сделал шаг по направлению к храму. – Не унывайте, чего повесили носы! Не забывайте, что среди вас профессиональный вор. Нюх мамонта, ручаюсь, что быстро найду то, что всем нам нужно! Не будем зря терять время. Вперёд на поиски отверстия для нашего таинственного ключа!

Отважные путешественники, проникнув внутрь древнего культового сооружения через обнаруженный разлом в стене, который расширили с помощью взрывчатки, целый день искали пресловутую замочную скважину. Они исходили вдоль и поперёк все огромные и высокие мрачные залы храма Апокалипсиса, населённые летучими мышами, пауками, змеями и ещё бог знает кем, пока не пришли к выводу, что цель их поисков, скорее всего, находится на нижних подземных уровнях. Одним словом, надо искать вход в подземелье.

Осуществлению плана дальнейших поисков помешали сгустившиеся сумерки. Близилась ночь. Искателям приключений ничего не оставалось, как расположиться на ночлег. Кто-то лёг в машине, а кто-то возле неё. Усталость быстро сморила охотников за древними тайнами. Теперь их не мог разбудить ни противный писк москитов, ни заунывный вой шакалов на взошедшую луну. Им даже нипочём был рёв ада. Настолько крепок был их сон.

С самого утра, как только на горизонте забрезжило солнце, путешественники возобновили поиски. Время шло, но результат был всё тем же: кроме огромных помещений, заполненных пустотой, они больше ничего не обнаружили. И уже в голову начали приходить идеи, а не взорвать ли ещё какую-нибудь стену.

Скоро всё изменилось.

Солнце поднялось уже высоко, но искатели приключений вместо того, чтобы искать замочную скважину для их каменного ключа на «Ленд Ровере» медленно огибали храм. Смотря на это, было непонятно, то ли они собираются уезжать – махнув на всё рукой; либо решили тщательней осмотреть его окрестности.

Всё началось примерно полчаса назад, когда Феникс, знакомая в общих чертах с подобного типа культовыми сооружениями, осенило. И тогда она пришла к твёрдому решению и в этом убедила друзей, что вход в сердце храма – подземное святилище; должен быть где-то снаружи. Внутри если и существует к нему проход, то он тайный. Да к тому же многочасовые поиски красноречиво свидетельствовали о том, что обнаружить, где расположен вход в него практически невозможно, этому мешают многочисленные завалы. Её твёрдая уверенность перенести поиски из бесчисленных тёмных коридоров и залов под обласканное солнцем голубое небо вдохнуло в путешественников новую надежду. Окрылённые ей они устремились к внедорожнику.

Джип, колеся вокруг храма, в конце концов, замер у его северной части, выдвинутой вперёд. Местность перед ней вызвала интерес у отчаянных авантюристов. Когда они вышли из машины тут же оказались перед фактом того, что здесь больше, чем где-либо охватывает панический ужас. Возможно, это из-за того, что они оказались среди похожих на клыки гигантского чудовища двухметровых чёрных камней. Ещё больше их впечатлила накренёно стоящая башня, сложенная из крупных серых камней.

Мрачное круглое строение, высящееся рядом с храмом, одним своим видом усиливало страхи от кидающего в дрожь неприветливого пейзажа, открывшегося глазам путешественников. Массивные стены башни густо покрыты рельефно выступающими изображениями черепов и двуглавых змей, а её каменный шпиль смотрит в голубое небо страшным клыком ужасного монстра. В возбуждённом сознании она кажется командиром окружающей каменной армии.

Охотники за тайнами решили остановиться здесь. Их заинтересовало жуткое строение, стоящее обособлено как страж местности. Основания их были не беспочвенны. Наверху накренившейся от времени башни прорези бойниц. Значит, она в былые времена охраняла подходы к святилищу. Верный признак того, что они на верном пути.

– Мне кажется, что в этой части храма мы ещё не были, хоть и больше суток разгоняли фонарями темноту, бродя в его глубинах, – сделала вывод Феникс, после того как миновав сторожевую башню и пройдя между высоких чёрных камней, с интересом рассматривала стены древнего храма.

– С чего ты это взяла? – недоверчиво посмотрел на девушку Бартол. – Этого просто быть не может. Ведь мы в храме буквально облазили все углы!

– Я говорю, может. Посмотри внимательней, видишь, что эта часть храма, возле которой мы находимся, как бы отделена от всего комплекса. Вполне возможно, что как раз за этими стенами и находится древнее святилище!

Ловкач, движимый воровским чутьём, не вникая в спор друзей, вплотную приблизился к стене храма. Его внимание привлёк рельефно изображённый огромный глаз, расположенный не меньше чем в метре от земли. Сначала он тщательно его ощупал руками. Затем кулаком нанёс несколько лёгких ударов в разных местах барельефа, как будто по звуку хотел определить, что за ним находится. Не удовлетворившись этим, он приложил ухо к каменному зрачку, размером с колесо автомобиля.

– Есть! Есть!! Я нашёл!!! – авантюрист, восторженно крича, прыгал и неистово размахивал руками.

– Что ты там нашёл? – Крассотка удивлёно посмотрела на вора.

– Тайный вход! Он здесь, за этим глазом. За ним пустота, а в центре зрачка есть небольшое отверстие. Я чётко ощущаю ток воздуха, и он довольно сильный.

– Даже если это и вход, – подошла к латиноамериканцу Лауллер, – то дверью, похоже, является весь глаз. А таких размеров каменный блок попробуй, сдвинь с места. Без знания того, где находится секретный рычаг, открывающий проход внутрь, это невозможно.

– Алда, пожалуйста, принеси мне из машины гранатомёт. Возможно, он поможет решить эту задачу, – Гарри, кивнув шоколадке, оценивающе посмотрел на стену, внушительность которой вынудила его потянуться за сигарой.

Брюнетка с вором переглянулись.

– А вы чего стоите, как гипсовые статуи? – накинулся на них отставной офицер. – Живо идите к джипу, и как можно больше наберите оружия и боеприпасов! Кто знает, что нас будет ждать за стеной, если гранатой удастся её расшевелить.

Через несколько минут на небольшой песчаной площадке, окружённой клыковидными камнями, вокруг Бартола, уже успевшего вложить в раструб М-55 надкалиберную гранату, собрались все участники рискованной экспедиции. В напряжённом ожидании, съедаемые предвкушением заглянуть за грань неизвестности, они застыли.

Гарри, на невозмутимом лице которого не дрогнул ни один мускул, вскинул гранатомёт, не спеша, наводя его на цель. Но это не мешало ему пыхтеть зажатой между зубов сигарой. Наконец поймав в прицел зрачок каменного глаза, он мягко нажал на спусковой крючок…

Глава 4

Жертвенный огонь святилища и Врата Времён

Граната с шипением вылетела из раструба М-55. Со снайперской точностью она врезалась в яблочко – в центр каменного зрачка. Прогремевший мощный взрыв доказал монолитную крепость стен храма: каменный глаз остался невредимым, лишь несколько незначительных трещин появились на его краях. Оглушённым путешественникам было не до этого, их огорчило то, что не удалось сдвинуть с места тайную дверь, которая не поддалась грубой силе.

Искатели приключений, несмотря на то что не открыли дверь, всё же достигли цели попасть в подземелье храма, как это не казалось парадоксальным. Рокот взрыва ещё не утих, как земля ушла из-под их ног. Кубарем они полетели в разверзшиеся недра. Их поглотила внезапно появившаяся под ногами песчаная воронка, хищно втянув в себя.

Первым провалился под землю сам виновник случившегося, застывший с гранатомётом в руках.

Пистолет, подчиняясь силе притяжения, падал в неизвестность. С головокружительной скоростью он скатывался по круто уходящему вниз узкому коридору, уже второму подряд. В него он попал через широко раскрытый обсаженный зубами клюв огромной каменной птицы. Жуткий горельеф трудно было не заметить несмотря на то, что в коридоре властвует мрак, а перед глазами коммандос, которого крутит и подбрасывает, мелькают стены. Мимолётного взгляда на него ему хватило, чтобы понять, что вместе с песком его несёт в загадочные недра храма Апокалипсиса.

Что было дальше, техасец уже не помнил. После того как он на пятой точке влетел в широко открытый клюв, головой ударился об стену резко уходящего вниз коридора. В ней помутилось, перед глазами поплыли тёмные круги.

Бесстрашные авантюристы, провалившиеся в недра неизвестности, довольно быстро преодолели крутой спуск. Но именно эта стремительность стала причинного того, что они все до того, как достигли конечной точки экстремального путешествия в недра храма потеряли сознание.

Охотники за тайнами один за другим приходили в себя. Открыв глаза, они с удивлением обнаружили, что оказались в просторном подземном зале. В нём царит мгла. Лишь немногочисленные тонкие лучики солнечного света пронзают её. А ещё они обнаружили, что в причудливых позах лежат на двух холмах песка, провалившегося вместе с ними. Некоторое время они не могли понять, что с ними произошло. С тревогой они бросали взгляды по сторонам

Гарри, очнувшийся одним из первых, яростно сверкал глазами. Сыпля крепкие ругательства, он левой рукой пытался нащупать сигару, по его мнению, только что выпавшую изо рта. Другой рукой, из которой, в конце концов, выпустил гранатомёт, судорожно сжимаемый во время падения в неизвестность, он потирал набрякший на лбу синяк.

Алда, протерев от песка глаза, быстро привыкшие к царящему полумраку, поднялась на ноги. С профессиональным интересом она рассматривала таинственное помещение. Взгляд её жадно скользил по расписанным иероглифами стенам. На какое-то мгновение он замер на теряющемся в мглистой выси своде, с которого через немногочисленные отверстия пробиваются тонкие лучи дневного света. Некоторые из них падают на карниз, на головокружительной высоте опоясывающий прямоугольный зал.

Внимание профессора археологии к карнизу привлекли стоящие на нём крупные фигуры. Это были каменные чудовища, расставившие в стороны крылья. У них туловище дракона, а голова орла. Смотря на них, кажется, что они готовы в любой момент взлететь, чтобы атаковать нарушивших их покой чужаков.

Скульптуры карниза, несмотря на их впечатляющий грозный вид, надолго не задержали внимание шоколадки. Углубившись в зал, она увидела нечто другое то, что было намного интересней и ужасней.

Девушка ещё издалека заметила окружающий бездонный колодец каменный барьер. При одном только взгляде на него бросает в дрожь. Он густо покрыт фигурными изображениями змееподобных страшных чудищ, сплетённых телами в единое целое.

Зловещие головы жутких скульптур нависают над барьером на изогнутых змеиных шеях. Это так реалистично что, кажется, они покачиваются. Их каменные глаза такими пронзительными взглядами смотрят в зал, что тело покрывается холодным потом. Воображение рисует, что они оживают и вот-вот вырвутся из каменных пут.

Не было ничего удивительного, что при взгляде на каменных монстров охватывал панический страх. Его усиливали их широко распахнутые пасти, обсаженные острыми зубами.

Феникс с интересом, смешанным со страхом, подошла к барьеру бездонного колодца. Ежесекундно ей казалось, что обвивающие его злобные каменные чудовища, сейчас оживут и погрузят в её плоть огромные чёрные клыки. Всё же, она пересилила себя и заглянула за его край, увидев там зияющий чернотой провал в форме идеального круга.

Девушка долго не задержалась возле угнетающего сознание мрачного колодца. Удаляясь, она невольно ускорила шаг. Подсознательно стремясь быть дальше от него, она не заметила, как оказалась на противоположном конце зала. Она остановилась перед стеной, украшенной гигантским барельефом во всю её высоту. На нём изображён зловещий монстр, между челюстей которого зажата огромная литера «А».

Калифорнийка, вскрикнув от открывшегося ей зрелища, отпрянула назад. Но в следующий момент она поняла, что это именно то, что они искали. Сделав открытие, она буквально сверлила стену глазами. Он переполнивших её эмоций хотелось пуститься в пляс.

Позабывшую обо всём на свете шоколадку оторвали от созерцания неожиданной находки, ворвавшиеся в её мысли крики друзей. Вихрем, разрушающим мрачную тишину, они неслись с другого конца зала.

– Алда! Алда! Алда! – Джина и Ловкач, отряхиваясь от песка, по очереди звали девушку, заметив её на другом конце зала: они жаждали от неё услышать ответ на мучающий их вопрос. – Феникс, ты случайно не знаешь, – кричали они, – где мы оказались?

– Мы в святилище храма Апокалипсиса! – профессор с гордостью в голосе прокричала друзьям.

– Возможно это так, но я никак не могу понять, как мы сюда попали? – вор, потирая ушибы, захотел установить истину.

Ловкач, устремив взгляд вверх, увидел в нескольких метрах от пола огромный барельеф черепа. В глубине крупных глазниц того темнеют отверстия. Он понял, что, вылетев из них, они и оказались в зале, упав в него вместе с песком. Но как они попали внутрь храма Апокалипсиса, он никак не мог понять – для него это была загадка.

Авантюриста отвлёк от животрепещущей темы странный сладковатый запах, встревоживший его. Он никак не мог его распознать. Возможно, это было из-за того, что он смешан с затхлым воздухом подземелья. Это вынудило его в поисках неприятного аромата подозрительно осматриваться вокруг.

– Какой же здесь тяжёлый воздух! – после паузы пробасил Джим.

– Да ароматы здесь явно не из райского сада, – Лауллер согласилась с другом.

– Я не об этом… – латиноамериканца отвлёк упавший на ладонь тонкий солнечный луч, один из тех, что пробиваются в подземелье. Пока он, заинтересовавшись, скользил взглядом по своду, взволновавший его странный запах отступил на второй план. Теперь он вновь хотел знать все подробности того, как они попали сюда. – Утроба мамонта, как же мы здесь всё-таки оказались? – авантюрист принялся бомбардировать друзей вопросами. – Я помню только то, как меня чем-то стукнуло по голове, а потом перед глазами полная тьма. Так как же мы сюда попали?..

– А что тут гадать насчёт того, как мы здесь оказались! – Гарри мощным командным голосом прервал друга. – Клыки чёрного волка, по-моему, мы все жаждали как можно быстрей отворить тайную дверь и нам это удалось! Самое смешное в этом то, что в каменном глазе находился искусно спрятанный рычаг, открывающий дверь в храм. Теперь-то понятно, что с течением времён вход в него оказался глубоко под песком. Ошибка наша была в том, что мы ожидали, что уйдёт в сторону каменный блок с барельефом глаза…. Да и кто мог подумать, что секретная кнопка находится намного выше двери. Что было в головах древних, я не знаю. Возможно, это было сделано специально. А может быть, в те времена жили великаны…

– Я поняла, – перебила техасца Крассотка. – Выпущенная тобой граната, когда врезалась в зрачок глаза, разорвалась. Её осколки, впившись в камень, нашли секретный рычаг, открывший проход в святилище. И вот мы здесь! Хотя нам и пришлось кубарем пролететь несколько десятков метров, но зато мы достигли своей цели!

– Всего один мой точный выстрел…. Это же надо так облажаться! – продолжал сокрушаться Бартол. – Клыки волка среди адского пламени, утешает меня лишь одно, что мы стали очень близки к разгадке тайны таинственной пластинки!

– Это правда, мы наполовину разгадали древнюю тайну, – подтвердила Алда, ещё раз, внимательно окинув взором окружающие стены.

Джим, слушая друзей, продолжал взглядом скользить по залу. После свода, он задержал его на испещряющих стены загадочных узорах. Затем тот с отвращением метнулся прочь от сидящих на карнизе под сводом мрачных скульптур. В следующий момент его взгляд неосознанно замер на сыплющим крепкими словами техасце, который не уставал сокрушаться своим необдуманным выстрелом.

– Из-за меня мы все могли попасть в смертельную ловушку, – продолжал корить себя бывший коммандос.

Штатовец, в конце концов, успокоился. Ему как никогда захотелось курить, ведь неожиданный полёт в глубины храма помешал ему вдоволь насладиться табачным дымом. Жадно он откусил зубами кончик сигары. Одновременно его рука потянулась к бензиновой зажигалке.

Ловкач именно сейчас вспомнил, что за неприятный приторно-сладкий запах беспрерывно атакует его чувствительный нос. Он побледнел. Его глаза расширялись от накатывающегося волной ужаса. Шокированным взглядом он фиксировал то, как на запал зажигалки опускается большой палец Гарри. Происходящее было как в замедленном кино. Непередаваемый кошмар когтями вцепился в него.

«Священный золотой мамонт, это же газ! Если Бартол надавит на запал зажигалки, будет взрыв!!!» – страшная мысль молнией пронеслась в голове вора.

Из голосовых связок пришедшего в неописуемый ужас Джима вырвался неистовый крик:

– СТОЙ ГАРРИИИ! НЕЕЕТ!!! ГАЗ!!!

Но было уже поздно. Палец техасца вдавил запал зажигалки.

Латиноамериканцу ничего не оставалось, как броситься на высящуюся рядом кучу песка. Но перед тем, как зарыться в неё он успел в мглистый воздух зала метнуть отчаянный крик:

– ВСЕ НА ПОЛ!!!!!

Храм неистово содрогнулся. Огненный цветок взрыва с адским грохотом буйно расцвёл в зале святилища.

Несколько секунд и всё было закончено. Огненный вихрь воспламенившегося газа, пронёсшись над головой, развеялся в мглистом пространстве. Оглушённые искатели приключений, потирая новые ушибы от града обрушившихся со свода мелких камней, поднимались на ноги.

– Клыки чёрного волка, мне опять не дали покурить, – с обидой в голосе произнёс пострадавший больше всех Бартол. Его перемазанное гарью лицо исказила боль, пронзившая тело в тот момент, когда он, пытаясь подняться на ноги, опёрся об пол ладонью правой руки, покрывшейся волдырями ожогов. – Но одно хорошо, – говоря, он с трудом сдерживал готовый вырваться крик, – что благодаря предупреждению Джима все остались целы. Хотя… мог крикнуть и раньше.

– И тебе Пистолет спасибо за то, что чуть не сжёг моё седалище, – сыронизировал латиноамериканец.

– Смотрите! – громкий повторяющийся гулким эхом крик Джины прокатился по залу, закованному в оковы медленно оседающих клубов серой пыли.

Лауллер, возбуждённая от переполнивших её эмоций, рукой показывала в центр зала на жуткое ограждение бездонного колодца.

Путешественники, бросив взгляды туда, куда показывала флоридка, увидели, что над ощетинившимся клыками каменных монстров барьером, колеблется жёлто-голубое пламя, поднявшееся из глубин земли.

– Похоже на то, что мы зажгли священный жертвенный огонь, – сделала вывод Феникс, с интересом смотря на высокое пламя. – Время внесло свои коррективы в его работу. Газ, подававшийся вероятнее всего по каменным трубам, непрошено вырвался на свободу…

Взгляд шоколадки замер на стене. Она увидела на ней гигантскую литеру «А», сжатую в зубах невероятно огромного чудовища. Отблески огня причудливо играли на барельефе, оживляя его. Казалось, что его широко открытая страшная пасть, сейчас захлопнется и тогда острые клыки вонзятся в плоть путешественников.

Девушку нисколько не интересовал смотревший со стены страшный монстр. Её внимание привлекло то, что большое количество света собирается в углублении в центре барельефа. Это явно было не случайно. Ещё от её пытливого взгляда не укрылось то, что блики пламени, отразившись от своеобразного улавливателя, огненным лучом пересекают зал.

Алда, охваченная волнением первооткрывателя, не теряя времени, направилась к тому месту, куда стремится отражённый луч света танцующего над колодцем священного пламени. Следуя за ним, она приблизилась к стене, обнаружив, что на ней в метре от пола находится углубление, окружённое иероглифами, выстроенными шестиугольником. Именно в него и упирается поток света. В её глазах вспыхнули радостные огоньки: очертания углубления в точности повторяли силуэт реликвии «Чёрных Волков».

– Гарри, дай мне, пожалуйста, пластинку, – голос калифорнийки от предвкушения близкого открытия был напряжён. – Я, кажется, смотрю на ту самую загадочную замочную скважину!

Мгновение и каменная пластинка, плотно войдя в паз, была вставлена в стену.

Мёртвая тишина воцарилась в зале: взгляды охотников за тайнами приковались к вернувшейся на своё место реликвии «Чёрных Волков». Томительно тянулись секунды, но ничего не происходило.

Напряжённая тишина продолжала висеть в воздухе. Только священный жёлто-голубой огонь трепетал высокой колонной за спинами путешественников. Ярко он освещал зал. Внезапно он погас, погружая святилище в кромешную темноту. Она продлилась недолго. Призрачное бледно-голубое свечение разлилось по поверхности, вставленной в паз пластинки, слившейся со стеной. Вначале это был еле различимый неясный свет. Постепенно он становился ярче. Ещё немного и он был уже настолько мощным, что казалось чудовище, которое смотрит с найденного в Южной Америке плоского камня, оживает, более того стремительно увеличивается в размерах.

Искатели приключений, застыв от удивления, безмолвно наблюдали за происходящим в святилище древнего храма.

Голубое свечение так же внезапно, как и появилось, исчезло. Вместо него на другой стене зала запылал гигантский барельеф монстра, сжимающего между челюстей огромную литеру «А». Она вдруг так засияла, что от льющегося из неё ослепительного света стало больно глазам. Сантиметр за сантиметром яркий свет захватывал стену, пока полностью её не поглотил.

Шоколадка, словно завороженная подошла к равномерно растёкшемуся по стене ослепительному ярко-белому свечению. На какой-то момент ей показалось, что она оказалась перед гигантским экраном монитора, показывающего «белый шум». Она вытянула вперёд руку, желая дотронуться до яркого света.

Девушка очень удивилась, когда её рука исчезла в свете, обнаружив за ним пустоту.

– Я не ощущаю стену! – растеряно крикнула она. – Меня это пугает!

Алда не прекращала пытливо водить рукой, скрывшейся в ярком свете, хоть и не видела её. Она пыталась ей нащупать пропавшую стену святилища. Неосознанно она сделала шаг вперёд. В тот же миг она исчезла в ослепительно белом свечение.

– Феникс, куда ты пропала? Ты где? Что случилось??? – неистово закричали искатели приключений, на глазах которых калифорнийка растворилась в ярком белом свете.

Путешественники, заподозрив неладное, не думая о последствиях сломя голову кинулись следом за Алдой. Они были уверены в том, что она попала в беду.

Охотники за тайнами один за другим исчезали в огненно-белой стене святилища храма Апокалипсиса. Они сами не зная того, когда оказались в таинственном белом свечение, прошли сквозь Врата Времён. А всё началось с вставленной в углубление в стене святилища каменной пластинки, запустившей грозный неподдающийся пониманию механизм древней магии.

Глава 5

Лес гигантских цветов

Полёт сквозь время был быстротечен. Он длился те короткие мгновения, за которые стайер пересекает черту финиша. Искатели приключений за долю секунды со скоростью звука пронеслись в созданном магией коридоре, соединяющим настоящее и прошлое. Всё произошло так стремительно, что они совершенно ничего не поняли.

Путешественники, щуря глаза от яркого солнечного света, стояли на небольшой каменной площадке, расположенной примерно посредине одинокой скалы. Её стремящаяся в небо верхушка похожа на голову орла, а бока напоминают размашистые крылья величественной птицы – ни дать ни взять собирающийся взлететь орёл.

– Алда, вот ты где! – Джина, не подозревая о том, что оказалась в другой реальности – на другом конце коридора времени; несказанно обрадовалась, увидев перед собой, целую и невредимую девушку с шоколадным цветом кожи. Не в силах сдержать эмоции она кинулась обнимать Феникс, которая замерла недалеко от края скальной площадки. – Ты вдруг пропала… Я, так испугалась!

– Я абсолютно не понимаю, где мы и как сюда попали? – недоумению Ловкача, замершего рядом с девушками, не было предела. Жадно глотая воздух как рыба, оказавшаяся на берегу, он растерянным взглядом рассматривал простёршийся до самого горизонта фантастический пейзаж.

Рот латиноамериканца по мере того, как увиденное доходило до его шокированного сознания, открывался шире. Перед ним раскинулся новый мир, где под тёплой лазурью неба, которое словно бригантины бороздят лёгкие как лебяжий пух облака, стремится вдаль цветочное поле, завораживающее яркими красками. Над ним порхают мириады крупных радужных бабочек.

Вдали за цветочным полем на покрытом сочной зеленью холме стоит огромный город, прячущийся за мощной розовой стеной. Несмотря на её высоту, она не в силах скрыть разноцветные островерхие башни и золотые купола дворцов, которые тянутся в голубое небо. Город своей сказочностью настолько поражает воображение, что при взгляде на него создаётся иллюзия того, что он висит между небом и землёй.

Взгляд, оторвавшись от величественного града, словно парящего, вновь переместился на цветочное поле, окружающее Орлиную скалу. Его привлёк изумрудный луг в виде сердца. Над ним в благоухающем воздухе, радуя глаз, висит радуга. А под ней на сочной траве пасутся бесчисленные табуны грациозных белоснежных единорогов.

Голова от всего увиденного шла кругом, хотелось радостно кричать. У путешественников захватывало дух от понимания того, что представший им волшебный мир находится за гранью времён. А ещё от того, что сказка начинается уже у подножия Орлиной скалы. Стоит только с площадки на её груди спуститься вниз по каменной лестнице, как окунёшься в неё с головой. Сердце вырывалось из груди, зовя на поиски приключений, открывающих путь к тайнам древнего мира.

В окружающем гомоне дивных звуков в какой-то момент послышались приглушённые голоса. Путешественники, бросающие вокруг восхищённые взгляды, подумали, что это шелест игривого ветра, треплющего их волосы. Лишь один Джим чётко услышал выстраивающиеся в строки слова, закружившиеся вокруг него. Его захлестнуло девятым валом из сладких фраз и слов, которые пели не иначе как ангелы. Среди них выделялось слово: «пророчество».

Авантюрист пытался пальцами заткнуть уши от преследующей его навязчивой мелодии, в которую в незапамятные время могущественный колдун вложил слова пророчества. Дивная мелодия оживила в его голове воспоминания, передающиеся с молоком матери. Слова дремавшей в пелене веков песни, а сейчас пробудившейся, пуще прежнего закружились вокруг него. В шёпоте ветра он чётко слышал каждое слово песни. Она вновь звучала и звучала:

«Уже пророчество грядёт.

Назначенное судьбой время скоро придёт.

И тогда утихнет буря, пройдёт ночь,

Апокалипсис потеряет свою мощь.

Мир спасенье обретёт

После того как река времени пришельцев принесёт.

Они зловещего демона прогонят прочь,

И даже тьма не сможет ему помочь.

Но героев за гранью времён,

Где дух тьмы силён,

Будет ждать с ним новое сражение.

Ох, не лёгкое будет оно, ох и не лёгкое.

Но не будем унывать.

Будем верить,

Надеяться и ждать,

Что апокалипсис им удастся поймать!»

Вор неистово встряхнул головой, чтобы отмахнуться от терроризирующей его песни. А после того, как смолкли звуки мелодии он, забыв её, как ни в чём не бывало, продолжил рассматривать фантастический пейзаж древнего мира.

– Без всякого сомнения, мы преодолели барьер времён и оказались в очень далёком прошлом Земли, – Феникс, рассматривая дивный мир широкими от возбуждения глазами, без остановки тараторила. В её голосе ощущался восторг. Сияя от радости, она полной грудью вдыхала воздух, наполненный таким насыщенным цветочным ароматом, что он казался райским. – И скорее всего более ранним, чем можно себе представить, – не унималась она. – А если судить по тому, что мы оказались на площадке орлиноподобной скалы, то храм Апокалипсиса ещё не будет построен несколько столетий!

– Вот это да, кольт мне в глотку! – удивлёно присвистнул Пистолет, по-своему ошарашенный произошедшим.

Бывший коммандос в надежде увидеть то место, откуда они только что пришли, обернулся назад. Его взгляд натолкнулся на десятиметровую отвесную скалистую стену, заканчивающуюся подобием орлиной головы.

Гарри, движимый любопытством, подошёл к скале, трогая пальцем её гладкую поверхность. Он заметил высеченную на ней гигантскую литеру «А», заключённую в круг. Его несколько удивили её размеры. Но больше его поразило то, что её можно увидеть, только смотря на стену под определённым углом.

– Это же надо. Если бы я сам не видел этого, никогда бы не поверил! – техасец всё ещё был под впечатлением того, что произошло в святилище храма. – Я отчётливо помню ослепительное белое свечение, пройдя сквозь которое оказался здесь. Вдруг… оно за мной развеялось. А сейчас вместо него стена скалы…. Что за чёрт? Но самое главное, как же нам теперь вернуться назад???

– Раз мы уже оказались в удивительном месте, где без сомнения загадки и чудеса нас подстерегают на каждом шагу, то вперёд! – Крассотка, возражая командиру, с жаром воскликнула. После чего она, бросив вызывающий взгляд в древний мир, наполненный жуткими тайнами и опасностями, скрывающимися за внешней красой, сделала шаг к ступенчатой каменной лестнице.

Флоридка, перед тем как начать спуск так посмотрела на друзей полными огня зелёными глазами, разбрызгивая из них искры жажды острых ощущений и предвкушение познать неизведанное, что разожгла в их сердцах пожар головокружительных приключений. Как и её они их, также поглотили – сделали своими рабами.

– Давайте сначала разузнаем, что здесь к чему! – пылко вскричала она. – А потом, чтобы это нам ни стоило, отыщем заветный ключ, который откроет врата обратно в наш мир! Мы же искатели приключений! Как мы долго их жаждали! Так чего мы стоим! Ведь они вот перед нами!!!

– Вперёд! И будь, что будет!!! – соглашаясь с Лауллер, громкими возгласами поддержала её вся компания отчаянных и лихих путешественников – в их глазах больше, чем когда-либо читалась жажда приключений.

Охотники за тайнами, не теряя времени, начали спуск по идущей вдоль скальной стены узкой каменной лестнице. Только они достигли подножия скалы, как неожиданно для себя оказались в густых дебрях настоящего леса, только вместо стволов деревьев здесь толстые стебли гигантских цветов. На пятиметровую высоту они поднимают красочные огромные венчики, чтобы подставить их под тёплые лучи полуденного солнца.

Цветочное поле оказалось самыми настоящими джунглями. Для детей технического прогресса это стало шоком.

– Такого я ещё никогда не видел, – Джим, идя по еле заметной тропинке петляющей среди тёмно-зелёных стеблей с руку толщиной, не переставал восхищаться лесом цветов. Одновременно он наслаждался приятным ласкающим обоняние нежным ароматом.

Лицо вора от хорошего настроения лучилось. Тихо он напевал. Уверено шагая, он то и дело отводил и приподнимал мешающие огромные листья. Всю дорогу он не отрывал взгляда серых глаз от полога цветочного леса, образованного гигантскими лепестками. Они так плотно примыкают друг к другу, что вниз проникает лишь небольшое количество солнечного света. Единственным утешением было то, что их венчики под напором лучей дневного светила просвечиваются, превращаясь в цветные фонари.

Авантюрист с восторгом наблюдал за тем, как всё время вверху меняется насыщенная яркими красками цветовая гамма. Вот над ним полог окрашен в молочный цвет. Несколько шагов вперёд, и он становится мягкого лилового цвета. Ещё несколько шагов и уже в глаза бросается золотой цвет. А потом ярко-синий, пурпурный, салатный, лимонный и даже цвет пламени. И так до бесконечности.

– Череп мамонта! – неистово воскликнул авантюрист, ударившись головой об стебель гигантского мака.

Джина и Алда, идущие следом за вором, прыснули со смеха. Девушек веселье взяло в плен ещё до того, как их друг лбом врезался в древовидный стебель. Но теперь хохот вырвался из них как пробка из бутылки шампанского – они уже не в силах были его сдержать.

Всё началось с того, когда Джим, засмотревшись на один из цветков, споткнулся. Это и запустило череду его забавных злоключений.

Латиноамериканец, как только ногой зацепился за сплетение корней, попытался во, чтобы то ни стало удержать равновесие. В сопровождение приглушённого смеха держащихся за животы спутниц он, широко расставив руки, прыгал то на одной ноге, то на другой. Во время забавных телодвижений его так шатало из стороны в сторону, что не вызывало сомнений, что падение неизбежно. Неизвестно сколько бы это ещё продолжалось, но его уморительный кордебалет прервало столкновение со стеблем гигантского цветка.

Злоключения вора на этом не закончились. После удара огромный мак неистово затрясся. Из его венчика дождём пролилась алая пыльца. Она ливнем обрушилась на обескураженного от столкновения со стеблем авантюриста. В считанные мгновения он с ног до головы оказался осыпан липкой пыльцой, окрасившей его в цвета пылающего заката.

– Ну, прямо вождь краснокожих! – Гарри выпуская изо рта кольца сигарного дыма, перевёл взгляд на Джима. Смеясь краешками уголков губ, он таким серьёзным взглядом окинул друга, скрытого под слоем красной пыльцы, будто тот сейчас должен выйти на сцену театра.

– Да ну вас всех! – раздражёно крикнул латиноамериканец, осматривая себя округляющимися от удивления глазами.

Вор, пытаясь струсить с одежды пыльцу, неистово бил по ней руками. Невольно отступая назад, он локтем ударился об стебель ещё одного цветка-великана. Под громкий смех он скрылся за голубой завесой, клубясь плавно опустившейся пыльцы, окутавшей его будто туманом. В нос ему ударил насыщенный сладкий дурманящий аромат.

– А-пчхи, им смешно! – сокрушался авантюрист. – А меня, пчхи, этот трижды проклятый цветок, пчхи, обгадил всего! Святые булки мамонта! А-а-пчхи!!!

– Нет, ты не вождь краснокожих, а вождь голубокожих ротозеев! – техасец больше не в силах удержать рвущийся наружу задористый вулкан смеха, громко его выплеснул. Держась за живот, он заразительно хохотал, наблюдая за тем, как Ловкач, отчаянно жестикулируя, яростно отмахивается от оседающей пыльцы, будто от атакующего осиного роя. Его забавляло, как тот перекрашивается в ярко-голубой цвет.

– Он, как джинн из диснеевского мультфильма! – задыхаясь от смеха, каталась по земле флоридка.

– Ещё скажи Аватар! Да он больше, чем на голубого щенка не тянет!

– Проклятые цветы, пчхи! – продолжал неистово вопить Джим, пытаясь отбежать как можно дальше от медленно оседающего голубого облака. – Чтобы, пчхи, мамонты вас всех растоптали! Пчхи!!!

Авантюрист с такой скоростью носился по цветочному лесу, будто ужален в причинное место.

– Мало того, пчхи, что они меня сделали красным, пчхи, так ещё осыпали чем-то голубым и липким, пчхи! – не унимаясь, кричал горе-путешественник. Он был настолько разъярён, что с его лица, покрытого красно-голубыми пятнами, тёмными бусинками злобно сверкали глаза. Казалось, из них огненными потоками, сейчас хлынет ярость. – А вы, пчхи, смейтесь, смейтесь! Когда вас, пчхи, будет аппетитно почавкивая пожирать местный крокодайл, пчхи, я буду также без остановки смеяться! А-а-пчхи!..

– А это ещё что такое? – растеряно, протянул Бартол. С его лица быстро улетучился смех, уступив место безграничному удивлению, превратившему его в каменную статую.

Гарри шокировано застыл с выпученными глазами и широко открытым ртом, из которого выскользнула на землю только на четверть выкуренная сигара. Его взгляд вонзился в порхающих под пологом цветочного леса небольших существ. В это было трудно поверить, но это были хорошенькие миниатюрные девушки. Странные создания то выныривали, то вновь растворялись в пёстром своде из разноцветных лепестков. С невероятной лёгкостью они порхали между гигантских цветов. Их прозрачные крылья такие же, как у бабочек, только в несколько раз больше.

– Неужели перед нами самые настоящие мифические существа из сказок и легенд?! – не веря своим глазам, восторженно воскликнула шоколадка

– Не может быть! Да это же самые настоящие эльфы, вернее прекрасные эльфийки! – присоединился к восторженным возгласам латиноамериканец, от чудесного зрелища забыв даже о том, что похож на разноцветную кляксу. Он довольно потирал руки, а на его лице застыла сладострастная улыбка.

– Несчастье ты наше, можешь даже и не думать, сам знаешь о чём! Я хорошо тебя знаю! Вечно воображаешь, что все жаждут тебя ублажать! – шикнула на вора Крассотка.

– А почему бы и нет, три тысячи триста тридцать три летающих в небе на разноцветных крыльях мамонтов!

– Да всё потому, что без сомнения здесь водятся упомянутые тобой крокодайлы, которые, скорее всего ещё и плюются огнём. И ты даже не успеешь вытащить из штанов своё достоинство, лилипутских размеров…

– Вообще-то оно очень даже и немаленькое! Можно даже сказать огромное, клянусь святым мамонтом! – перебил флоридку Ловкач, озабочено бросив встревоженный взгляд вниз на штаны, будто хотел лишний раз убедиться в том, что там у него всё в полном порядке.

– Короче в считанные мгновения оно зажарится, – с дразнящей усмешкой продолжила говорить Джина. – И потом станет пригодным разве что…. Ну, скажем на хот-дог. Извини, но на большее твоя маленькая сосиска, которая в пламени дракона, несомненно, забавно скрючится, не годится.

– Не смешно! Но хоть у меня и королевский размер…

Грянувший громкий заразительный смех прервал Ловкача. Нахмурившись, он бросал вокруг злые взгляды. Ещё больше усилило его гнев то, что неудержимый хохот прерывался целым потоком из обидных слов, характеризующих размеры лилипутов.

– Я всё слышал! – вспылил Джим. – Так вот хоть у меня и.… Да! Да!!! Именно королевский размер!..

– Может быть, ещё скажешь, что у тебя там хобот мамонта.

– Ух, – авантюрист гневно смотрел сверкающими бусинками глазами на Лауллер, от шутки которой громыхнул такой смех, что казалось, сейчас попадают окружающие огромные древовидные цветы. – Я ещё раз повторяю, что хоть у меня и королевский размер, по сравнению с которым даже мамонты отдыхают! И нечего на меня смотреть такими насмешливыми взглядами! Всё же… я, пожалуй, перенесу свидание на другой день.

Бывший командир «Чёрных Волков» заворожено продолжал наблюдать за тем, как одно из парящих над землёй воздушных созданий со сверкающим вихрем крыльев за спиной, вплотную подлетело к нему. Он шокировано замер, смотря на оказавшуюся перед ним полуобнажённую юную девушку.

Прекрасная незнакомка была невысокого роста, не больше полуметра. У неё нежная бархатная кожа. Её миловидное лицо обрамлено вьющимися золотыми локонами.

Летающая девушка, возбуждающего вида, зависнув перед техасцем, завораживающе махала за спиной невесомыми прозрачными крыльями. Она бросала на него мягкие взгляды небесно-голубых глаз.

Взгляд Гарри, наполненный негой, в свою очередь плавно скользил по эльфийке – по её хорошенькому личику, коралловым губкам, чувственным плечам. От него не могли укрыться просматривающиеся под прозрачным серебряным платьем вишенки сосков юной прекрасной груди и аппетитные округлые бёдра.

Все самые смелые фантазии возбуждённого разума штатовца, созерцающего, казалось внеземную красоту, внезапно грубо прервала длинная страшная тень. С грозным шипением она скользнула вниз со стебля рядом растущего древовидного цветка. Не один час она пряталась под его пышным венчиком из крупных рубиновых лепестков с белыми пятнами.

Молнией вверх взмыла выхваченная Бартолом «Беретта». Несколько раз подряд она оглушительно харкнула огнём. Меткие выстрелы заставили замереть в считанных сантиметрах от крылатой девушки сильное тело гигантской чёрной змеи. Ещё миг и её вооружённая ядовитыми клыками широко распахнутая пасть, в которую спокойно может поместиться небольшой автомобиль, сомкнулась бы на порхающем над цветами миниатюрном создании.

Устроившая засаду под пологом леса цветов пятнадцатиметровая рептилия, получив смертельные ранения, соскользнула на землю. Девятимиллиметровые пули оставили на её теле страшные раны. Из них фонтанами била кровь.

К ужасу Алды Феникс, чудовище умирая, извивалось в конвульсиях у её ног. Ещё больше девушку пугало то, что страшная тварь злобно смотрит на неё крупными жёлтыми глазами, медленно меркнущими.

Спасённая техасцем полунагая милашка, шелестя прозрачными крыльями, вновь подлетела к нему. Благодарно посмотрев ему в глаза, она коралловыми губами сладко поцеловала его в щёку. Затем она тихим льющимся нежной мелодией тонким голосом что-то прошептала на ухо спасителя, одновременно смахнув с пахнущих свежестью солнечного утра вьющихся золотых локонов невесомую пыльцу, которая такого цвета, как и они.

Дар небесного создания, медленно опускаясь, незримо ложился на мужественное лицо Гарри. В золотом свете из редких солнечных лучиков, проникших под полог дивного леса, он, искрясь, переливался.

Юная эльфийка, отлетая, приостановившись, послала воздушный поцелуй своему спасителю. Быстро набрав высоту, она скрылась среди радужных лепестков гигантских цветов.

– Да… это тебе не с ночными бабочками в Духе Ковбоя кувыркаться, – подошла к техасцу Крассотка, дружески ложа ему на плечо руку. Её прикосновением, возвращая командира с небес на землю, выводя из магнетически любовного трансового состояния. Затем она с отвращением посмотрела на мёртвую змею колоссальных размеров. – Фу, какая мерзкая гадина! Но… нас больше интересует, что же, тебе сказала миниатюрная летающая девушка? Меня буквально распирает от любопытства. Не тяни, рассказывай!

– Это было что-то завораживающее, – лишь через несколько секунд проявив признаки жизни, тяжело вздохнул Пистолет, всё ещё находясь под впечатлением незабываемого голоса и поцелуя летающего сказочна-прекрасного существа. – Мне решительно начинает нравиться этот мир!

– Рассказывай! Рассказывай!!!

– Хорошо… Она произнесла всего несколько слов…

– Да не тяни же!

– Она сказала, что её зовут Шалла, что она принцесса эльфов. Потом она поблагодарила меня за спасение от всего эльфийского народа.

– И это всё?

– Нет. Ещё она произнесла непонятные странные звуки, больше напоминающие магическое заклинание. А затем она осыпала меня золотой пыльцой. После этого она сказала, что теперь на мне лежит знак-талисман, способный защитить от многих опасностей. Что было дальше, вы видели. Прекрасной нимфой-бабочкой, она исчезла под пологом цветочного леса…

Глава 6

Трубы Судного Дня

– Мне кажется, что я нахожусь в дивной сказке, что стала частью её, – Феникс загадочным взглядом больших тёплых глаз обвела друзей. В её мягком голосе ощущалось благоухание прекрасного солнечного утра. Всё увиденное в далёком прошлом планеты её пьянило. – Я до сих пор не могу поверить в реальность всего происходящего. Мне кажется, что я сплю…

Калифорнийку прервал, больно ударив по барабанным перепонкам, пронзивший воздух резкий оглушительный звук. Казалось, он исходит отовсюду. Противным вибрирующим рокотом, похожим на хаотическое сочетание жутких звуков ада, он сводит с ума. Он такой мощный, будто одновременно затрубили сотни тысяч медных труб.

В воздухе только завибрировал невыносимый дьявольский звук, без сомнения издаваемый одним из порождений тьмы, как все гигантские цветы одновременно сомкнули лепестки. Их нежные венчики стремительно склонились до самой земли. Одновременно в небе исчезла радующая глаза радуга, а бесчисленные огромные табуны пасущихся на сочном лугу единорогов с неистовым ржанием резко сорвались с места, уносясь, прочь.

– Что происходит? – Джина бросала вокруг полные тревоги взгляды.

Девушка обратила внимание на то, что всё плотней к земле прижимаются цветы, а небо, предвещая беду, затягивается тяжёлыми чёрными тучами. Всем существом она ощущала, что надвигается нечто недоброе. От пяток до кончиков волос она чувствовала близкое присутствие зла.

Ветер, неумолимо нарастал. Интервалы между его неистово налетающими яростными порывами сокращались. И это пугало. Мощь его стремительно увеличивалась. Нещадно он трепал волосы путешественников, а также безжалостно хлестал их лица поднятыми в воздух мириадами песчинок. С каждой секундой его свирепого натиска в их сердца всё больше вселялся ужас.

– Надвигается очень сильная буря! – Бартол, пытаясь пересилить мощь ветра, прокричал во всю силу голосовых связок. Вращая наполнившимися испугом глазами, он вместе с друзьями не сводил взгляда с грозного неба.

Путешественникам уже скоро пришлось пригибаться под сумасшедшими порывами ветра, достигшего такой силы, что воздух яростно воет и стонет. Из-за поднятых им густых клубов серой пыли стало темно как ночью.

Буря продолжала усиливаться, хотя и без того уже набрала дьявольскую мощь. Все огромные цветы, не став ждать, чем это закончится, вжались в землю. Из-за ураганных порывов ветра всё трудней было устоять на ногах. Под натиском стихии мрачные мысли роились в голове. Они подстёгивали лихорадочно размышлять о том, что предпринять, чтобы уцелеть.

– Я не понимаю, откуда взялся сатанинский трубный звук, пугающий так, что кровь стынет в жилах?! – штатовец бросая в чёрное небо отчаянные крики, пытался разобраться в причинах происходящего. А ещё больше он жаждал найти ответ как из этого выпутаться. – Но я точно знаю одно, сразу после него начался этот ревущий ад! Дьявол бы его побрал!!!

Как в отместку на ругательство техасца, искатели приключений во второй раз были оглушены жутким и резким трубным звуком.

– Больше это напоминает давно забытую сильную магию!!! – почти в самое ухо Гарри неистово прокричала Алда, оглушённая неумолимо нарастающим ревущим гулом, из-за которого уже невозможно было расслышать даже собственный голос.

Дьявольская свистопляска, стиснувшая в крепких объятиях отважных путешественников, была только цветочками. То, что началось уже через минуту, им показалось самым жутким кошмаром. Перед ними оглушёнными свирепым натиском, демонически ревущего ветра, смешавшего в единое целое небо с землёй, ясный солнечный день превратился в самую тёмную ночь. На расстоянии вытянутой руки трудно было что-либо различить. Плотная завеса из клубящейся пыли накрыла их. Несомые ураганным ветром песчинки набивались в уши, засоряли глаза, больно врезались в кожу. Они проникали под одежду и неприятно скрипели на зубах.

– И трижды протрубил ангел апокалипсиса, день превратился в ночь… – философски заметил латиноамериканец, вдруг вспомнив название храма, который они так упорно искали, но вместе с ним нашли нечто большее.

Авантюрист, защищая ладонями глаза, с ужасом, стремительно переходящим в панический страх, смотрел в чёрное небо, разрываемое ослепительными вспышками молний, чертящих в нём жирные зигзаги. Нарастающая канонада оглушительных раскатов грома в его возбуждённый разум вносила ещё больше смятения. Всё это могло означать только одно, что скоро над головой будет бушевать чудовищная гроза.

– Бегом, к высящемуся на холме городу! – во всю силу голосовых связок прокричал Пистолет. Его посеревшее от пыли лицо стало суровым. Ещё больше строгости ему придали вспышки молний, выхватывающие его из продолжающего сгущаться мрака.

Другого решения в создавшейся катастрофической ситуации не было. Даже поверхностного взгляда на происходящее было достаточно, чтобы понять, что это единственный шанс на спасение от клокочущей адом пугающей неизвестности, от смертоносного нечто, которое вот-вот обрушится.

Стихия свирепствовала, под её зловещий аккомпанемент искатели приключений изо всех сил словно лани бежали по огромному полю, где всего несколько минут назад стоял прекрасный лес цветов, радуя разнообразием ярких красок, лаская божественными ароматами. Но сейчас здесь властвовал ураганный ветер, несущий целые тучи пыли, засыпая ей всё. От его завываний кошки скребли на душе.

Целью неистового марш-броска путешественников был далёкий холм. На нём озарённый грозовой феерией высится циклопических размеров город-крепость, похожий на отдыхающего великана.

Охотники за тайнами напролом сквозь бурю неслись к городу. Они надеялись там найти спасение. Стремясь к нему, они не обращали никакого внимания, как на норовящий их сбить с ног нещадно хлещущий ветер, так и на гром, клокочущий рокотом адских барабанов.

Прогнозируемо в третий раз раздался, заставляя холодеть кровь и замирать сердца, зловещий трубный гул. Он неистово содрогнул окутанный мглой воздух, пронзив его какофонией звуков хаоса. Именно сейчас путешественники, преодолев подъем, запыхавшись, достигли сложенных из розового гранита зубчатых городских стен.

Искателям приключений казалось, что ещё немного и ураганный ветер оторвёт их от земли. Его могучие клубящиеся бурей руки вот-вот обовьют их тела, подкинув до чёрных туч. Какова же была их радость, когда он неожиданно ослаб. Но взамен него с тёмного неба посыпались куски льда величиной с кулак. Сначала их было немного, но с каждой секундой их количество стремительно увеличивалось. Ещё чуть-чуть и сплошная ледяная стена с адским грохотом обрушилась на застигнутых врасплох людей.

– Ну и что будем делать теперь, потроха мамонта? – упавшим голосом протянул Джим, остановившись перед плотно закрытыми огромными воротами, обитыми железом. Его – профессионального вора; даже не заинтересовали раскиданные по ним изображения золотых драконов, придающих им праздничный вид, что в окружающих жутких реалиях было как насмешка.

Авантюрист в попытке найти ответ на свой же вопрос поднял глаза вверх. Защищая голову руками от обрушившегося ледяным штормом града, он пытливо скользил взглядом по городской стене, высотой с пятиэтажный дом.

– Я подозреваю, что у них и в помине нет, ни домофона, ни даже простого звонка, – с некоторым сарказмом в голосе произнёс Джим, подавленный тем, что путь к спасению закрыт. – Да что я говорю, бивни мамонта, ай! – вскрикивал он, при каждом полученном болезненном ударе. – Откуда здесь, ай, в столь давние времена, ай, может взяться электричество?! Ай-яяй!

Крассотка, которая и без того находилась на грани нервного срыва от не предвещающих ничего хорошего гулких ударов крупных градин по воротам, тяжёлым взглядом смерила Ловкача. Ещё одно словно, и она его бы точно убила (по крайней мере, поколотила). Она буквально из последних сил переносила покрывающую тело гематомами ледяную бомбардировку, а тут ещё его неуместный юмор.

Бартол, увидев преграду, так просто отступать, не собирался. Он попытался открыть огромные ворота. После нескольких безуспешных попыток сдвинуть с места тяжёлые створки он понял, что они заперты изнутри. Бессильно разводя руки, он со злостью пнул их ногой.

– Я их всё равно открою! – яростно воскликнул отставной офицер. Гневно в эмоциональном порыве он откинул в сторону резко снятый с плеча гранатомёт: он понимал, что гранатой ворота не взять.

После недолгих размышлений техасец решительно скинул из-за плеч объёмный военный рюкзак, доверху набитый пластидом и радиоминами.

–Подожди, у меня есть идея лучше! – Феникс, окриком остановив Гарри, решительно перед ним поставила свой рюкзак. Из него она быстро извлекла трехзубую альпинистскую кошку и большой моток прочной нейлоновой верёвки. – Пластиковую взрывчатку лучше приберечь для другого случая. Да и зачем портить ворота, которые могут стать для нас защитой.

– Ну, надо же, посмотрите, что у нашей учёной цыпочки в сумке, – язвил латиноамериканец, получая всё новые болезненные синяки – последствия непрекращающейся бомбардировки огромных градин. Это не мешало ему с интересом наблюдать за молниеносными и умелыми действиями чернокожей девушки, которая быстро размотала верёвку и особенным узлом привязала к ней стальную кошку. – Да в её рюкзаке полное альпинистское снаряжение. Святые булки мамонта, а я всё время думал, что это она, надрываясь, тянет за собой! Ведь я её не видел рядом с нами возле машины там, у храма, когда мы набивали автоматами, гранатомётами и прочими убойными игрушками рюкзаки.

– Уймёшься ты наконец-то! – Джина накинулась на Ловкача.

Гнев флоридки пошёл на убыль. Поспособствовало этому то, что град к её огромному облегчению прекратился.

Радость Лауллер и её друзей была недолгой. По небу тысячами извивающихся огненных змей заскользили молнии. Их мощь и ярость нарастала. Над их головами они чертили ослепительные зигзаги, вееровидно расходящиеся в стороны. Ещё немного и они со зловещим шипением и громким пугающим треском устремились вниз.

Сотканные из ослепительной энергии стрелы тьмы в сопровождении гулкого сотрясающего землю грома врезались во всё подряд. Огненно-синяя стена из бьющих одна за другой молний стремительно пересекла цветочное поле. После столкновения с землёй, они рассыпались мириадами бело-синих искр. От малейшего прикосновения с ними вспыхивали древовидные стебли вжавшихся в грунт цветов.

Пистолет, не обращая внимания на новые сюрпризы бушующей стихии, вызванной трубами Судного Дня, раскручивал стальную кошку. С гневным шипением она рассекала воздух изогнутыми острыми зубьями. Бросив взгляд на верхушку стены, он с силой метнул её вверх.

Стальная кошка, взмыв над высокой городской стеной перелетела через островерхие зубцы.

Техасец, удовлетворённый метким броском резко на себя, дёрнул верёвку, заставляя глубоко впиться в гранит альпинистскую кошку. Ещё раз, потянув её на себя, он убедился, что она намертво вцепилась в верхушку стены.

– Ребята ещё немного! – восклицал Бартол заканчивая «колдовать» над воздушной дорогой в город. – Ещё чуть-чуть и… вуаля, путь наверх открыт! – радостно вскричал он. – Клыки чёрного волка, живее взбирайтесь! – сделав оптимальное натяжение для подъёма, он крепко двумя руками держал нейлоновую верёвку. – Быстро вверх, а то ещё немного и от нас здесь останутся лишь одни обглоданные молниями оплавленные кости, над которыми будет витать запах сгоревшего мяса!

– Хоть и неприятно, но довольно точно, – согласилась с Гарри страстно увлекающаяся альпинизмом шоколадка.

– Я надеюсь, что за этой стеной меня ждёт ванна с тёплой водой и рюмка виски со льдом, – карабкаясь вверх, не переставал возмущаться Джим, злясь на весь мир из-за негостеприимной встречи за гранью времён. – Три тысячи триста тридцать три идущих по горному перевалу мамонтов!

Авантюрист, не преодолел и пары метров подъёма, а дыхание его уже было прерывистым и тяжёлым. Из последних сил подтягивая тело вверх, он с трудом переставлял руки. Они налились, словно свинцом. Всё медленнее он взбирался следом за Алдой, проворной мартышкой, юркнувшей ввысь, и уже битый час поджидавшей его на верхушке стены.

– Да, кстати, и не помешал бы массаж местных красавиц, – продолжал вслух фантазировать горе-путешественник. – Но для начала, святая глотка мамонта, неплохо было бы утолить жажду бокалом пива!

– Ты смотри, размечтался он, лучше давай живее шевели филейной частью, а то ей богу черепаха! – прикрикивая, толкала латиноамериканца, взбиравшаяся следом за ним Лауллер. Ей уже порядком надоело находиться из-за него между небом и землёй.

– Да, куда ещё быстрей, меня рюкзак тянет вниз, будто его доверху набили кирпичами, – стонал Ловкач. – А всё, потому, кости мамонта, что нечего было меня, как ёлку обвешивать тяжёлыми автоматами! Ну а теперь живей шевели пятой точкой, раскричались!

Под хлынувшим с мрачных небес проливным дождём, похожим больше на бурлящий поток, искатели приключений с большим трудом взобрались наверх. С верхушки розовогранитной стены, оказавшейся такой толщины, что на ней свободно могли разминуться два автомобиля, они смотрели на полускрытый ливнем город.

Несмотря на разгул стихии и спустившийся с небес полумрак загадочная столица древнего королевства поражала величием. Взгляды охотников за тайнами, то там, то тут выхватывали высокие златокупольные храмы и дворцы, а ещё неимоверное количество круглых и квадратных островерхих башен с яркими разноцветными стенами и шпилями. В их тени находятся менее роскошные городские кварталы. Невзирая на их приземистый вид, они прекрасно вписываются в общий архитектурный ансамбль. Возможно, это из-за того, что все они состоят из симпатичных двух или трёхэтажных розовостенных зданий с высокими остроугольными крышами, крытыми бело-жёлтой черепицей.

Отважные путешественники, спустившись со стены, оказались на безлюдных узких улицах окутанного мраком города. Из-за свирепствующей бури он словно вымер и от этого походил на город-призрак. Но это не мешало им быстрым шагом по вымощенной булыжником мостовой углубиться в его загадочные недра.

Дьявольская гроза скоро разразилась с новой силой. Неистовые вспышки молний так натянули нервы, что было недалеко до истерики. Искателям приключений в царствующем вокруг полумраке скользили тенями вдоль бесконечно тянущихся домов спальных кварталов, с плотно закрытыми ставнями. От новой порции ужаса стало казаться, что это дремлющие с закрытыми глазами чудовища.

Зловещий шторм вновь набирал мощь. Его сила уже была не меньшей чем на цветочном поле. Ослепительные молнии в сопровождении яростных громких раскатов грома с оглушительным треском проносились над головами путешественников. Змеясь, они с адским грохотом врезались в окружающие дома, бросаясь отщепленными от стен мелкими камнями.

– Трубы Судного Дня, часть вторая! – прокричал Джим, с ужасом смотря на то, что вновь налетевшая гроза стремительно усиливается. – Друзья, руки в ноги, пока нас не испепелило молниями! Быстрее на поиски убежища! На этот раз дьявольский ветер вряд ли нас пощадит! И ему в этом поможет похожий на потоп проливной дождь!.. А ещё его поддержат глыбы льда! О мощи священного мамонта!!!

Мощь раскатов грома нарастала с арифметической прогрессией. Одновременно сотни молний сверкали над головами искателей приключений, растягиваясь змеящимися огненными лентами. Пламенной сетью они опутывали дома. Их стены под беспрерывным демоническим натиском покрывались сетью огромных трещин и как следствие некоторые из них рассыпались.

Высокие розовостенные строения, то тут, то там вспыхивали как порох, окутываясь жарким огнём. Их черепичные крыши с грохотом проваливались вовнутрь. В городе уже было бесчисленное количество мест, где пламя пожара огненным столбом взмывает в тёмное небо.

Масштабные разрушения у спасающихся от страшной бури путешественников вызвали леденящий душу страх. Перед ними и позади них с оглушительным треском рушились стены, вздымая ослепительные снопы искр. Со всех сторон доносились отчаянные крики поглощаемых огнём людей. Это был настоящий ад. От происходящего казалось, что смерть идёт за ними по пятам.

Пришельцы в чуждом для них мире, озарённые заревом пожарищ и осыпаемые обломками лопающихся как переспелые арбузы стен, неслись стремглав. Миновав ещё несколько кварталов, они оказались на просторной базарной площади. На ней царит настоящий хаос, где всё вперемешку. Повсюду куда не кинь взгляд среди сметённых и разбросанных бурей деревянных прилавков, ещё недавно крытых соломой, а теперь перевёрнутых, лежит спешно оставленный товар.

– Бивни мамонта, да это же настоящий Клондайк! – восклицал вор раз, за разом спотыкаясь, преодолевая завалы из битой глиняной посуды и горы из овощей и фруктов, поскальзываясь на них. Но на них он не обращал внимания. Ежесекундно он намётанным взглядом профессионала фиксирует, где лежат ценные вещи. – Да здесь же целое состояние! Тут целые горы ювелирных изделий, дорогого холодного оружия, украшенного бриллиантами! Кожаные вещи, слоновая кость и много что ещё другое! Это же настоящий рай! Три тысячи триста тридцать три ворвавшихся в сокровищницу мамонтов!!! Давайте хоть на немного остановимся, к тому же гроза стихает! Послушайте, да мы все станем миллионерами и большими людьми!!!

– Я тебе остановлюсь! Выкинь это из головы! Беги вперёд и меньше смотри по сторонам! – Феникс прикрикивала на авантюриста. – Мы чужаки в неизвестном нам мире! Скоро вернутся хозяева раскиданного бурей добра! Думай, что говоришь! Мы и так бежим с дьяволом наперегонки, по самому краю бездонной пропасти смерти!!!

Глава 7

Нападение адских птиц

Охотники за тайнами, не останавливаясь, бежали среди торговых рядов базарной площади. На ней много проходов блокированы упавшими на бок лотками, рухнувшими навесами, засыпаны товарами. Завалы на ней превратили её в труднопроходимый лабиринт. Грозящая с тёмных небес чёрная буря подстёгивала их быстро искать в нём проход.

– Волчьи клыки! А это ещё что такое? – Бартол, бросив взгляд ввысь, заметил нечто странное. Мрачные предчувствия, но в первую очередь стремительно приближающиеся из штормовых небес огромные тени вынудили его застыть в центре площади с поднятой вверх головой. – Это похоже на новый сюрприз тьмы!

Бывший командир спецназа пытливо всматривался в то, что с собой принесла чёрная буря. Его взгляд довольно быстро выхватил в тёмных небесах, всё ещё пронзаемых всполохами медленно уходящей грозы, то, что не предвещало ничего хорошего.

Гарри, превратившись в гипсовую статую, с тревогой наблюдал за тем, как на востоке из захватившего полнеба клубящегося кровавого марева, вылетел зловещий клин.

Тревожные мысли зароились в головах путешественников, при виде стремительно приближающихся к городу огромных птиц, размером с небольшой самолёт. Их адский вид указывал на то, что сейчас станет жарко.

– Это похоже на посланцев пекла, вызванных теми дьявольскими трубами, – меняясь в лице, испугано пробормотал Джим, напрочь забыв про лежащие у ног «сокровища». Чем дольше он смотрел на быстро приближающихся ужасных крылатых тварей, тем больше его тело покрывалось зябкими мурашками.

С авантюристом согласились его друзья. С тревогой, переходящей в страх, они смотрели на клин, оживляющий самый жуткий ночной кошмар.

Вор с ужасом наблюдал за тем, как из небес, окрасившихся в зловещий кровавый цвет, стремительно спускаются жуткие птицы, махая обтянутыми серой кожей крыльями, которые не меньше пятнадцати метров в размахе. Его удивило то, что их края украшают необычайно крупные чёрные перья, а ещё то, что их длинные клювы обсажены торчащими в стороны игловидными зубами. Их громкие пугающие крики вынудили его пятиться назад.

– Да это же настоящие исчадия ада! – Алда шокировано рассматривала пикирующих с небес крылатых тёмных исполинов, с огромными жуткими лысыми головами, покрытыми плотной чешуйчатой кожей. – Как же их много!

К искателям приключений приближались птерозавры. Воздух наполнили их пронзительные крики, к которым прибавилось щёлканье тяжёлых чёрных клювов, метровой длины. Концы клювов угрожающе изогнуты вниз. Ещё больше пугает то, что из них торчат острые зубы. У самых их оснований похожие на усы тёмно-красные перья, которые на ветру развиваются подобно флагам – они настолько длинные, что огибают шестиметровые тела тварей.

Пикирующие вниз крылатые порождения тьмы, оглушая противными криками, неумолимо приближались. Высматривая добычу, они неуклюже покачивали зловещими лысыми головами. Как только они замечали жертву, их шеи как у гусей изгибались, и тут же часть клина с грозным шипением начинала кружить над ней, готовясь к атаке.

– Я не знаю, откуда эти твари взялись – из пекла, или из другой дыры, – кричала Крассотка, с ужасом смотря на подлетающую стаю чудовищного вида птиц, – но нам надо, как можно скорей найти какое-нибудь укрытие! И…

Флоридка до конца не успела выразить мысль, как пронзительно кричащие адские птицы, стремительно снизившись, с мрачным шипением пронеслись над головами путешественников. Спасаясь от них, они еле успели прильнуть к земле. Чудовища недовольные тем, что им не удалось схватить добычу, разворачивались, чтобы зайти на новую атаку. В ней, на счастье, не принимала участие вся стая. Несколько десятков крылатых ящеров, отделившись от основной группы, высматривали себе более ценную на их взгляд добычу. Не сбавляя головокружительной скорости, они лавировали между высоких остроугольных черепичных крыш зданий, окружающих торговую площадь.

– Одна из этих жутких тварей ранила меня! – с яростью в голосе завопил Ловкач, со стоном резко выдернув из левого плеча похожее на кинжал иссиня чёрное перо с поперечными красными полосами. Перед тем как гневно отбросить его в сторону, он обратил внимание на то, что оно невероятно плотное, при этом лёгкое как пушинка, а главное острее бритвы. – Всё, вы меня разозлили! Шкура мамонта, теперь вам конец летающие чудовища! – ощущая острую боль, он стремительно снял с плеча автомат. – Друзья стреляйте в них, пока они не нашпиговали нас смертоносными перьями! Давайте превратим их в кровавый фарш!!!

Искатели приключений, ощетинившись стволами автоматического оружия, открыли неистовый шквальный огонь по огромным птерозаврам, которые тёмным потоком носятся над ними. Чудовищные птицы, используя небо как плацдарм для нападения, стреляли из крыльев целыми тучами, несущих смерть кинжалоподобных перьев, способных пробить тяжёлый бронежилет.

– На, получите твари, чтобы вас мамонты на бивни нанизали! – яростно орал Джим, длинными очередями из «Хеклера» поливая дьявольских птиц, которые с пронзительными криками камнем бросались вниз.

Выпущенные вором девятимиллиметровые пули свистящими роями пронзали поддёрнутый мглой воздух. Очередной поток свинца, ударившись в грудную клетку похожей на демона птицы-ящера, срикошетили. Смертоносный свинец, встретившись с бронёй толстой чешуйчатой кожи твари, не причинил ей никакого вреда, лишь слегка напугал. Тем не менее, он заставил её изменить направление полёта. Прекратив атаку, отказавшись от намерений обрушить острый клюв на голову жертвы, она взмыла вверх.

– Святые небеса рая мамонтов! – латиноамериканец шокировано рассматривал глубоко вонзившиеся в землю чёрные перья с поперечными косыми красными линиями, выстроившиеся в шеренгу у его ног.

Рядом Гарри с помощью прыжков и кувырков еле успевал уворачиваться от пронзающих со свистом воздух смертоносных перьев, метящих в него. Из верной «Беретты» он посылал в летающих тварей пулю за пулей. Но все его выстрелы, как и у Ловкача, были безрезультатными.

– Смотрите, как надо с ними расправляться! – Джина прокричала друзьям, потерпевшим очередную неудачу в попытке сбить хоть одну из адских птиц. Заняв удобную позицию у лежащего на боку торгового лотка, облокотившись об его деревянный бок, она приготовилась вести прицельный огонь из автоматической винтовки.

Снайпер «Чёрных Волков», как только компаньоны обратили на неё внимание, демонстративно дважды с лёгкостью нажала на спусковой крючок М-110. Выпущенные бронебойные пули с ювелирной точностью поразили цель.

Искатели приключений пристально наблюдали за тем, как Лауллер ведёт огонь. Их глаза пылали любопытством. Первая пуля, угодив в крупный жёлтый глаз подлетающей адской птице, выбила ей мозг. Леденеющей тушей, она отправила её на землю. Вторая пуля, выпущенная флоридкой, не менее быстро нашла свою жертву – влетев в раскрытый страшный клюв пронзительно кричащей жуткой твари, ринувшейся в атаку. Обмякнув, та, кувыркаясь, устремилась вниз, быстро догнав чуть раньше убитую сородичку.

Атаки шумно хлопающих обтянутыми кожей крыльями чудовищ не прекращались. Их не пугало громкое оружие пришельцев. А судя по их дьявольской одержимости, не было сомнений в том, что они подчиняются таинственным и могущественным тёмным силам.

Одной из жутких тварей удалось сбить с ног Феникс. Произошло это из-за того, что калифорнийка не имела опыта обращения с огнестрельным оружием. Падая, она из рук выронила «Узи», который ещё несколько мгновений после того, как оказался на земле продолжал яростно стрекотать.

Девушка, растянувшись, оказалась перед шестью адскими птицами, которые, только заметив беспомощную жертву, поспешили приземлиться. Обступив её полукругом, они с пронзительными криками и клацаньем зубастых клювов двинулись к ней.

Перепуганной насмерть шоколадке, при виде надвигающейся на неё опасности ничего не осталось, как отступать. Стремительно на животе она отползала назад. Чудовища, жутко щёлкая клювами, быстро догнали её. Пока они не нанесли смертоносный удар, она молниеносно разжавшейся пружиной вскочила на ноги. Этим она продемонстрировала, что с ней шутки плохи, что агрессорам надо держаться на расстояние.

Ужас объял девушку, увидевшую перед собой жадно тянущиеся бледно-серые длинные лапы свирепых монстров, то и дело взлетающих не меньше чем на полметра. Перед её глазами хищно колебались широко расставленные в стороны их чёрные крючковатые пальцы, вооружённые изогнутыми острыми когтями. Тем не менее, её план сработал, крылатые твари держались на расстояние.

Алда, развернувшись, вкладывая все силы в бег, понеслась к краю базарной площади. Она жаждала одного как можно дальше оказаться от всего этого кошмара. Добежав до домов, она юркнула в узкий проулок, пытаясь там скрыться. Но птерозавры, чем-то похожие на гигантских гусей высотой с жирафа, продолжали упорно следовать за ней по пятам. То и дело они оглашали воздух резкими демоническими криками, в которых в единое целое смешаны мерзкое повизгивание и зловещее шипение.

Не отстающие от своей жертвы адские птицы, казались клубком хаоса, катящимся по узкой улочке. Это были настоящие исчадия ада. Переваливаясь с ноги на ногу, шумно хлопая крыльями, щёлкая зубастыми клювами и с шипением вытягивая вперёд змеиные шеи, они неслись за калифорнийкой. Периодически они взлетали, чтобы дать отдохнуть серым лапам, не привыкшим к долгой ходьбе.

Над оравой, преследующей девушку, висели такие оглушительные звуки, что становилось не по себе. Из них выделялось клацанье усеянных острыми зубами клювов. Кроме того, в рядах крылатых ящеров, усиливая хаос, то и дело возникали яростные драки за место впереди.

Феникс, спасаясь бегством, бросала назад мимолётные взгляды полные ужаса и страха. Оборачиваясь, она рядом видела серые похожие на черепа демонов головы адских птиц, над которыми длинными огненными лентами развиваются перья-усы. Особенно её пугали их зловещие обличья с огромными глазами, в которых пылает жёлтый огонь.

Птерозавры, ощущая, что девушка выбивается из сил, что ещё немного, и они настигнут её, оглашали улицу победными криками. В предвкушение пира они жадно высовывали из широко открытых клювов фиолетовые языки, раздвоенные на конце.

– Ох, и не нравится мне всё это! – в пылу боя зло воскликнул Пистолет, после того как взглядом окинул небо над рыночной площадью. Его раздосадовало то, что кроме мелькающих серых крыльев больше ничего не видит. – Моя верная Беретта, как я убедился не та огневая мощь для данного случая, когда чудовищ тьма тьмущая и их тела бронированные! – гневно сверкая глазами, он с сожалением вернул пистолет в кобуру. – Определёно надо что-то более мощное! Обидно, что крупнокалиберный пулемёт не заряжен, да и его лента в одном из рюкзаков.

Гарри, недолго думая вооружился гранатомётом. Приведя М-55 в боевое положение, вложив в него гранату, он застыл в ожидании. Как только он поймал в прицел яростно атакующую адскую птицу, то с довольной ухмылкой утопил спусковой крючок.

Надкалиберная граната с шипением вылетела из раструба грозного оружия. Оставив за собой дымный след, она врезалась в серое брюхо крылатой твари. Огненное ревущее марево окутало жуткую птицу. Взрыв разорвал её, превратив в обгоревшие окровавленные куски мяса, раскидав их вокруг.

– Это уже совсем другое дело! – глаза техасца наполнились радостью. Намереваясь развить успех, он быстро вставил в раструб М-55 следующую гранату.

Джим, рядом ведущий бой, ураганным огнём безостановочно поливал из автомата кожанокрылых тварей. Он уже успел сменить несколько магазинов. Несмотря на небольшую эффективность такого оружия против бронированных гигантов, всё же ему удалось сбить одного из них. Это произошло, когда он плотным огнём срезал уродливую голову птерозавра, над которой покачивались шестиметровые алые перья, похожие на усы или диковинные антенны. Кровавым мячиком она, подпрыгивая, покатилась среди раскиданных чудовищным ветром торговых лотков.

Крассотка также не теряла время даром. Она точными снайперскими выстрелами уложила ещё трёх адских птиц.

Гарри старался не отставать от флоридки. Задорными выкриками он подстёгивал её к соперничеству по количеству убитых крылатых тварей. Посылая одну гранату за другой, поджаривая в воздухе мерзких ящеров, он добавлял очки в свой актив.

Адские твари продолжали неистовые атаки. Они беспрерывно бомбардировали пришельцев из-за грани времён несущими смерть чёрными кинжалоподобными перьями, которые со зловещим свистом пронзали воздух. Они были настолько остры, что только лёгким прикосновением могли нанести глубокие обильно кровоточащие раны.

С головой погрузившись в бой – растворившись в его адском вихре; бывшие «Чёрные Волки» не заметили исчезновение Алды, которая тем временем пыталась спастись от зловещих преследователей.

– Сюда, в укрытие! – до слуха темнокожей девушки, что есть сил несущейся без оглядки по булыжной мостовой, донёсся спасительный крик. Он был как нельзя кстати: Алда обессилила от того, что битый час безуспешно пытается оторваться от преследующих по пятам исчадий ада, пронзительно верещащих за спиной. От ужаса, взявшего её в цепкие объятия, она находилась на грани обморока.

Феникс не сразу поняла, что спасительный приятный голос исходит из-под четырёхколёсной деревянной телеги, стоящей около потемневшей от времени стены трёхэтажного невзрачного здания с крышей из светло-жёлтой черепицы. Над ним величественной громадой нависает белокаменный дворец, казалось, упирающийся золотыми шпилями в мрачное небо. Но ей, находящейся на волоске от смерти, сейчас было не до местных красот.

Профессор археологии, получив надежду на спасение, не сомневаясь ни секунды, юркнула под телегу. К немалому удивлению, она под ней увидела голубоглазую белокурую девушку, пригнувшись сидящую. Ещё больше её поразили черты лица и одежда спасительницы. Они указывали на её высокое происхождение.

Алда никак не могла оторвать восторженный взгляд от загадочной незнакомки. Прекрасное миловидное лицо той окаймляют распущенные длинные волосы, каскадом спускающиеся на точёные плечи. Лёгкое голубое шёлковое платье, облегая, очерчивает грациозную фигуру. Оно идеально гармонирует с небесным цветом глаз. Из-под его полы выглядывают светлые кожаные сапоги, скрывающие до колен стройные ноги.

Красоту девушки эффектно подчёркивают изысканные украшения. Её чело опоясывает золотой ободок. Лебяжью шею обвивает, спускаясь к груди, золотая цепочка. На ней висит серебряный амулет в виде летящего дракона. А на запястьях её рук с бархатной нежной кожей при каждом движение позвякивают широкие бронзовые обручи, бока которых украшены дивными узорами.

– Кто ты, странница цвета ночи? – голосом, льющимся звонким ручейком, спросила спасительница, пытливо рассматривая шоколадку. – И как ты очутилась в этих проклятых краях, где над всем довлеет мрачная тень зловещего Абеллона?..

Внимание прекрасной незнакомки отвлекла жадно тянущаяся под телегу огромная чёрная лапа. В пронизанном мраком воздухе ограниченного пространства она яростно сжимала и разжимала жуткие пальцы, увенчанные острыми как бритвы когтями.

Рука девушки решительно устремилась к серебряным ножнам, украшенным узором из драгоценных камней, подвешенным к широкому кожаному поясу. Пытливый взгляд калифорнийки подметил, что он, обвивая, подчёркивает тонкую талию загадочной красавицы. Но прежде всего в глаза бросается его овальная медная пряжка с рисунком парящего сокола.

Пальцы воительницы благородных кровей легли на богато инкрустированную рукоять короткого меча. Молниеносно выхватив его, она нанесла резкий удар.

Феникс с восторгом смотрела на то, как взвились в воздух три отсечённых чёрных костистых пальца адской птицы, отскочившей назад с громкими криками и визгами.

– Так кто ты?

– Меня зовут Алда Феникс, – измождёно садясь на небольшой пучок соломы рядом с воинственной незнакомкой, тяжело дыша, ответила запыхавшаяся от бега профессор археологии. Чтобы головой не удариться об дно телеги, она пригнулась.

Отдых калифорнийки был недолгим. Она услышала, как нечто огромное оглашая воздух пронзительными криками, прыгнуло на телегу, из-за чего та, скрипя, неистово затряслась. Поняв, что это прелюдия к нападению она из рюкзака достала пистолет и не зря.

Крылатые твари, обнаружив, где прячется их добыча, ринулись к месту укрытия девушек. Жуткие лапы и головы появились рядом с ними.

Алда несколько раз подряд выстрелила по лезущим под телегу адским птицам. Жутко щёлкая длинными клювами, обсаженными иглоподобными зубами, они пытались засунуть огромные дьявольские головы туда, где укрылась их добыча. Большим разочарованием для них стало то, что им дали мощный отпор. Тем не менее они не оставили попыток дотянуться до плоти жертв.

Девушка ещё и ещё стреляла по злобным созданиям. В конце концов, крылатые монстры, оглашая воздух пронзительными мерзкими криками, перемешанными с истошными визгами, отпрянули назад. О том, что им досталось и хорошо, свидетельствовала хлещущая фонтанами чёрная кровь из страшных ран, оставленных пулями.

– Как же у вас здесь беспокойно, не дают и слова сказать! – кричала Феникс, продолжая безостановочно палить по отступающим мерзким тварям. – Я вместе со своими спутниками оказалась случайно в вашем… королевстве. Я не имею никакого понятия, в каких краях оказалась. А кто ты моя спасительница, и что здесь у вас происходит?

– Я принцесса Рафа, старшая дочь Баккаса VI, царствующего короля Зарии, – протянув руку для приветственного пожатия, гордо произнесла прекрасная спасительница, до этого уважительно окинув чужестранку, которой подвластен громкий огонь. – Я неосмотрительно вышла из дворца по неотложным делам, когда уже поднялся чёрный ветер, насланный на нас проклятой королевой Белисии злобной ведьмой Солой Мракк. Она во что бы то ни стало, хочет стереть наше королевство с лица земли! Помогает ей в этом жуткий старец чёрный колдун Каощей.

– Каощей? – услышав знакомое слово, удивлёно переспросила профессор. И тут она вспомнила, что слышала нечто похожее в славянском фольклоре.

– Да, Каощей. Говорят, что он живой мертвец, и чтобы поддерживать в себе жизнь питается только горячей кровью девственниц. Для того чтобы получить власть над миром он с помощью древней магией вызывает из недр тьмы трубящего демона разрушения Апокалипсия.

– Это примерно… если судить по названию королевств… четырнадцать или пятнадцать тысяч лет назад до новой эры, во времена рассвета таинственной могущественной цивилизации, – Феникс продолжала размышлять вслух, в каком времени она с друзьями оказалась. Сама до конца, не веря в это смелое предположение, которое для неё как для специалиста в области археологии напрашивалось само. – Неужели это правда?..

Размышления девушки прервали неистовые душераздирающие крики адских птиц, с громкими визгами ринувшихся в новую яростную атаку. Со злобным нетерпением они устремились к укрытию девушек, с шипением рассекая воздух огромными крыльями, мельтешащими уже повсюду. Казалось, они собой заполнили всю узкую улочку.

Какой-то миг и повозка под всесокрушающим натиском остроклювой и когтистой серой массы, головокружительно машущей крыльями, на несколько метров взмыла ввысь: её оторвала от земли чудовищная сила тварей из пекла. С лёгкостью они откинули её в сторону. Рухнув вниз, она от удара об камни мостовой с грохотом разлетелась, превратившись в груду обломков. Прячущиеся под ней девушки испугано закричали. Лишившись защиты, они оказались в середине кучи гигантских зловещих тварей, которые обжигая их смрадным дыханием, жадно потянули к ним страшные лапы.

– Волчьи клыки среди адского пламени, куда же пропала Алда?!? – Бартол громогласно уже несколько минут ставил вопрос перед друзьями, отчаянно сражающимися с тварями.

Техасец после того, как из М-55 испепелил очередную птицу, встал во весь рост, пытаясь найти исчезнувшую девушку. Беспокойно он вращал головой, в его глазах была тревога. Через минуту он повторил попытку. Пристальным взглядом он обвёл базарную площадь в надежде найти хоть какой-то след Феникс.

– Смотрите, вот она! – испугано воскликнул Ловкач, рукой показывая в сторону адских птиц, только что взлетевших в мрачное кровавое небо.

К ужасу искателей приключений, в когтистых лапах птерозавров зажаты два обмякших лишённых чувств тела, которые чуть выше талии обхвачены чёрными пальцами.

– О, Господи! – в один голос воскликнули Джина и Пистолет, распознав в одном из тел их спутницу. Расширенными от страха глазами они смотрели на то, как её руки и ноги свисая вниз, безвольно болтаются, будто это тряпичная кукла.

Увиденное «Чёрными Волками», привело их сначала в угнетение, потом в замешательство, которое быстро перешло в ярость. Но винить в похищении девушки никого кроме себя было некого. Они казнили себя за то, что необстрелянного новичка в запале боя потеряли из вида.

Путешественникам ничего не оставалось, как беспомощно разводить руками и злиться на своё бессилие помочь Алде. Они провожали чудовищного вида крылатую тварь взглядами, кипящими сатанинским гневом. В них читалось пожелания ей самой страшной смерти.

Адская птица, взяв направление на восток, всё выше поднималась в небо. Скоро она скрылась из вида в окрашенных кровавым цветом низких косматых облаках.

Стая жутких птерозавров вместе с чёрным ветром стремительно уносились прочь, направляясь в своё дьявольское логово.

Феникс под самыми облаками очнулась в когтях крылатого ящера. Она услышала далёкие наполненные отчаяния крики друзей. Острая боль в спине не давала ей возможности пошевелиться и сковывала разум.

Девушка не понимала происходящего. Её глаза боль затуманила серой мглой. Её сознание бороздили отрывочные воспоминания последнего нападения птерозавров: они снова и снова жуткими картинками прокручивались перед ней. В них она видела, как страшные когти, разрывая кожу, глубоко входят в плоть. Затем она высоко взмывает в небо, летя над улицей, по которой от дворца потрясая длинными копьями и огромными двуручными мечами, с опозданием спешат на помощь высокие широкоплечие воины в лёгких доспехах. Ужас и кошмар взяли её в цепкие объятия, она вновь потеряла сознание.

Ловцы апокалипсиса, сократившиеся на одного человека, растеряно застыли посреди базарной площади. Вокруг них лежали на земле около двух десятков изувеченных окровавленных туш дьявольских птиц, но это их мало радовало.

Путешественники, стоя гипсовыми статуями, видели, как из улочки, совсем рядом от места их жаркой схватки, бряцая доспехами, выскочило с полсотни рыцарей. Ещё они видели, как несколько воинов из больших луков послали длинные стрелы с тяжёлыми наконечниками в отставших от стаи крылатых тварей, которые с неохотой покидали город. Также они видели, что к общему ликованию собравшейся толпы зевак стрелкам удалось поразить двух адских птиц.

Небо очистилось от тяжёлых чёрных туч. Было это также стремительно и внезапно, как и ими затянулось. Под тёплой небесной лазурью всё засверкало и запело. Ещё немного и вокруг воцарился гомон городских звуков. О том, что всего несколько минут назад здесь властвовала тьма, напоминали лишь чёрные столбы дыма кое-где ещё бушующих пожарищ, да вопли причитаний над обугленными телами.

Для искателей приключений, ощутивших горечь потери, всё происходящее было как в тумане. Они, шокированные произошедшим, не знали, что делать.

К помрачневшим путешественникам, продолжавшим растерянно смотреть в небеса, тяжёлой грозной поступью приблизились воины. Их грубые лица густо покрыты свежими шрамами недавних сражений. Плотным кольцом они окружили чужаков, бросая в их сторону яростные крики. Их гнев увеличивался с каждой секундой.

В гомоне из десятков кричащих разгневанных голосов можно было различить лишь отдельные фразы. Но и этого было достаточно, чтобы понять, что они говорят о принцессе, похищенной адскими птицами Солы, а ещё о том, что этому помогли пришельцы, которые тайно проникли в город.

– Воистину у страха и горя глаза велики, – Гарри вдоволь наслышавшись нелепых обвинений в адрес себя и друзей, выразил своё мнение о происходящем. – Ох, и чувствую я, что всё это ничем хорошим не закончится. Друзья, слушайте меня, чтобы не случилось, не используйте оружие! Они нам не враги!

Только отставной офицер замолчал, как крепкие жилистые руки, со всех сторон, обрушились на путешественников, не до конца понимающих всего происходящего. Их схватили и потащили в неизвестном направление.

Глава 8

Пленницы Абеллона

и пробуждение чёрного колдуна

Белисия

Алда Феникс, открыв глаза после длительного беспамятства, обнаружила себя лежащей лицом вверх на каменном полу. Её одежда изорвана в клочья. Кожей она ощущает пробирающий до дрожи холод. Несмотря на то, что её от малейшего движения пронизывает до мозга костей сильная боль, источник которой в районе поясницы, она приподнялась. Это ей стоило большого труда. Немного отдохнув, она как было не тяжело, решила встать на ноги. Стиснув зубы, она ладонями опёрлась об серые плиты пола.

Профессор, сделав отчаянное усилие, выпрямила спину. Торжествуя маленькую победу над собой, она села посреди узкой камеры. Резкая боль вновь пронзила её тело. В глазах потемнело. Тем не менее, пламя веры в себя продолжала пылать в её глазах. Она и не думала останавливаться на полпути. Врождённое упрямство, сочетающееся с женским любопытством, заставили её подняться на ноги. У неё был характер воина: лишь один лёгкий стон вырвался из её груди за всё, то время, что она пыталась поставить в вертикальное положение тело, исполосованное страшными ранами.

Девушка, оказавшись на ногах, скользнула взглядом по окружающим мрачным стенам и низкому сводчатому потолку. Ненадолго она его остановила на закруглённом вверху проёме двери, перекрытом железной решёткой из толстых прутьев. Увиденное не оставило у неё никаких сомнений в том, что она находится в заточение, куда её бессознательное тело принесли адские птицы.

Калифорнийка, невероятным усилием воли преодолев адскую боль, окровавленным призраком – на её теле когти крылатых чудовищ оставили многочисленные кровоточащие раны; приблизилась к двери камеры. От слабости её голова закружилась, ноги подкосились. Падая вперёд, она из последних сил дрожащими руками ухватилась за металлические прутья. Это позволило ей остаться на ногах.

Профессор археологии, вернув течение мыслей в привычное русло, за прутьями дверной решётки увидела огромный мрачный зал. Его высокий свод теряется в мглистой выси. Пол в нём выложен белой и чёрной мраморной плиткой так, что благодаря умелому сочетанию светлых и тёмных фонов оживают будоражащие воображение таинственные узоры.

Феникс с открытым от удивления ртом, дрожа от ужаса, рассматривала циклопическое помещение, устрашающее своим видом. Взгляд её натыкался на ряды решётчатых округлых сверху дверей. Между ними из чёрных стен выступают искусно вырубленные в скальной породе чёрнобазальтовые полуколонны. По ним будто ползут, спускаясь вниз, обвивающие их каменные змеи. Их огромные головы у самого пола на метр вырываются из плена базальтовых оков. Пасти их широко открыты, а злобные взгляды обращены в зал.

Девушку впечатлили не только чёрные рептилии. В стенах зала вырублены огромные закругленные сверху ниши. В них стоят шокирующие трёхметровые каменные воины в доспехах. Вместо голов у них зловещие базальтовые черепа, из провалов глазниц которых струится мерцающий бледно-зелёный свет. Разрезая мрак, он порождает на огромных просторах зала неясные тени, отплясывающие леденящий кровь танец смерти.

Алда из последних сил стоя на подкашивающихся ногах, продолжала изучающе рассматривать жуткий зал. Покрывающие её спину страшные раны причиняли мучительную боль. Тем не менее, она не теряла присутствия духа, ища выход из сложившейся ситуации. Она пыталась обнаружить хоть что-то, за что можно зацепиться, чтобы иметь малейшую искру надежды на спасение.

Профессор обратила внимание на то, что зал имеет и второй и третий уровень. Они на несколько метровой высоте один над другим опоясывают его узкими галереями с низкими балюстрадами. Предчувствие подсказывало калифорнийке, что ещё выше них за завесой мглы таится нечто пугающее. Иногда до неё из соседней камеры доносились стоны принцессы Рафы, страдальчески переносящей боль. Они были такими пронзительными, что холодела кровь.

Девушка вздрогнула. Её испугал звук резко открывшейся большой двери, откуда-то извне ведущей в зал ужаса. Она заметно выделяется среди окружающей невесёлой обстановки. В первую очередь тем, что её густо покрывают золотые и серебряные узоры. Несмотря на то, что они сплетаются в зловещие символы, тем не менее, в царстве чёрного базальта это был луч света. Единственное что роднит её с антуражем этого проклятого места это то, что она, как и все двери вверху округлая. Но всё это ушло на второй план, стало неинтересным, когда в проёме двери появилась высокая худощавая женщина.

В царство ужаса не спеша вошла его хозяйка. Поражает и пугает её покрытое морщинками суровое бледное лицо с хищным острым носом. Не меньше впечатляют её огненно-рыжие волосы, волнами ниспадающие чуть ли ни до пола.

Жуткая правительница одним своим видом кого угодно может вогнать в ступор. Он говорит: «Беги». Её изысканные переливающиеся одежды хоть и разительно контрастируют с мрачным лицом, всё же таят угрозу. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть на её атласное оливкового цвета платье, плотно облегающее поджарую фигуру. По нему щедро раскиданы сверкающие крупные рубины и изумруды, а ещё блестящие золотые пластины в форме крылатых черепов и двуглавых змей.

Своевластная леди Зло, бросая вокруг надменные взгляды, шла крадущейся и в тоже время агрессивной походкой. Именно из-за этого при взгляде на неё становится не по себе. В её худых длинных как плети руках мелькает короткий золотой жезл с широкими алмазными каёмками на концах. Он вертится между её крючковатых пальцев с несколько сантиметровыми заострёнными ногтями, покрытыми толстым слоем золотого лака.

Голову мрачной королевы, показывая у кого здесь необъятная власть, венчает ажурная золотая корона с высоким зубцом впереди. По всей окружности в неё вставлены крупные бриллианты, играющие всеми цветами радуги.

Жестокая властительница медленно пересекает Жертвенный зал. В его дальнем конце она замерла напротив камеры Феникс.

Ведьма резко повернула голову к пленнице. Ослепительно сверкнув злыми глазами, она смерила её ледяным взглядом.

– Ты пришла в чувства, моя милашка? – хозяйка чёрного города, рассматривая девушку, заговорила тонким с хрипотцой голосом, в котором можно уловить затаённые нотки злорадства.

Пленница настолько сильно заинтересовала абеллонскую ведьму, что она не в силах была отвести от неё властный взгляд впалых змеиных глаз, жёлтого цвета. Им она так и приклеился к ней.

– У тебя такая дивная кожа, – после непродолжительной паузы продолжила говорить хозяйка зловещего города. – Её чёрный цвет такой же, как и у моей покровительницы тьмы!!! Но кто ты и откуда???

– Я Алда Феникс из Калифорнии! – гневно вскричала шоколадка, вызывающе посмотрев на свою тюремщицу. Она почувствовала в этот момент, что в её душу пытается проникнуть жуткий продирающий дрожью взгляд властной ведьмы.

Девушка всего в нескольких сантиметрах от себя видела сухое лицо с острым подбородком мрачной королевы. Призрачный свет, льющийся из провалов глазниц черепоголовых каменных рыцарей-великанов, стоящих в нишах стен, окрашивал владычицу тьмы в зелёный цвет. В нём она казалась жутким исчадием ада.

Калифорнийка, изучая жуткую тюремщицу, невольно обратила внимание на то, что на шее той, на массивной золотой цепочке висит ромбовидная золотая пластинка. Ей удалось рассмотреть, что на амулете ведьмы изображён череп, обвитый змеёй. Голова рептилии, широко открывшей пасть, поднята вверх, с её огромных чуть загнутых назад клыков блеклыми каплями стекает яд.

Феникс не знала, что так выглядит зловещий Абеллон, в сердце которого она сейчас находится.

– Ну а ты кто такая? И почему я в клетке?! – бурля от ярости, крикнула Алда властной незнакомке, погрузившейся в глубокие размышления.

– Хм… Калифорния… никогда не слышала о таком королевстве, – после долгого молчания наконец задумчиво заговорила ведьма, поигрывая золотым жезлом между пальцев, отягощённых массивными перстнями с драгоценными камнями. Продолжая бродить в дебрях памяти, она с нежностью провела пальцами по бокам жезла, покрытыми причудливыми узорами. – Это королевство, наверное, находится очень далеко, на другом краю Гибории? Так ли это, чернокожая милашка???

В ответ была тишина.

– Отвечай, когда я тебя спрашиваю таинственная незнакомка!.. Не зли меня!!! Я бы не спрашивала тебя, если бы знала названия королевств, находящихся далеко на севере огромного континента Гибория! Да и знать мне их ни к чему! Скоро это всё будет великая Белисия!!! Так насколько далеко Калифорния???

– Намного дальше, чем ты думаешь и даже можешь себе представить. Калифорния находится за гранью времён!

– Мне кажется, чёрная милашка, что ты не совсем откровенна со мной, – задумавшись, прошипела королева, замораживая пленницу льдом дьявольски заблестевших жёлтых глаз. – Так знай, что от меня владычицы тьмы, великой Солы Мракк, королевы Белисии, могущественной правительницы Абеллона утаить ничего невозможно, даже при всём желании!

Ведьма, кипя от ярости, в упор смотрела на покрытую запекшейся кровью шоколадку. В тоже время она не бросила даже беглого взгляда в сторону камеры Рафы. Она игнорировала принцессу столь ненавистного ей королевства, которая из-за решётчатой двери камеры презрительно смотрела на свою тюремщицу, мысленно клеймя её проклятиями.

Мракк ещё долго пленницу сверлила пытливым взглядом. Выражение её глаз вдруг изменилось. Резко отведя их в сторону, она трижды хлопнула в ладоши, чем пробудила звучное эхо. Несколько раз отразившееся от стен гигантского зала, оно растворилось в его выси. Выдержав паузу, она громко выкрикнула:

– Приведите мне жертву!

Под несмолкающий гул грозного эха, вызванного мрачным голосом королевы, в зал вошли два жилистых воина. Казалось, они были частью окружающего пленниц господствующего зловещего антуража. Наводит на эту мысль то, что их могучего сложения тела защищены устрашающего вида доспехами. Первыми в глаза бросаются стальные нагрудные панцири с мастерски выгравированной на них змеиной чешуёй. От них не отстают бронзовые налокотники, ощетинившиеся длинными изогнутыми вверх шипами.

Головы важно шествующих по залу рыцарей покрывают рогатые конусовидные шлемы без забрал с округлыми удлинёнными вырезами спереди. Именно сквозь них можно рассмотреть их суровые с приплюснутыми носами бронзовые лица, испещрённые шрамами. Их разделяют пополам полоски металла в виде молний, спускающиеся до мощных подбородков.

Грозный вид рыцарей, сливающийся со зловещей обстановкой зала, дополняют широкие кожаные пояса с овальными бронзовыми пряжками. С них жутко смотрит провалами пустых глазниц сама старуха Смерть. Над её покрытой просторным капюшоном мёртвой головой изображена коса. И нет никаких сомнений в том, что её сверкающее острое лезвие угрожающе замахивается для разящего удара.

Воины, мрачно сверкая свирепыми глазами, тяжёлой поступью неспешно шли по мраморному полу к одной из камер, расположенной в дальнем конце зала. Как раз напротив неё томятся пленницы, принесённые из Конора адскими птицами. Громилы вооружены мечами, которые вложены в серебряные ножны с рисунком готовящейся к атаке змеи. Чеканя шаг, они слегка касаются пальцами бронзовых рукоятей мечей, с верхушек которых скалятся черепа.

Рыцари Солы Мракк, остановившись около двери камеры, вставили в одно из многочисленных отверстий в базальтовой стене каменный ключ. Только он вошёл в предназначенный ему паз, тут же заскользила вверх решётчатая дверь. Из открывшейся камеры они грубо вытащили юную полностью обнажённую девушку. Схватив несчастную под руки, они потащили её к своей хозяйке.

Сола со злорадной ухмылкой наблюдала за работой своих верных псов. Как только пленница оказалась перед ней на коленях, она схватила её за длинные золотые волосы. Кивком головы, отправив прочь суровых воинов, она поднесла к искажённому болью и страданиями миловидному лицу жертвы золотой жезл, уперев его гладкий округлый конец вниз подбородка. Затем она с жуткой улыбкой на бледных устах хрипло зашептала заклинание. Пока оно пугающими звуками вылетало из них, она пожирала несчастную зловещим взглядом хищных глаз, а с её бледных уст не сходила злорадная усмешка.

Алда, предчувствуя нечто ужасное прижавшись лицом к решётчатой двери своей камеры, со страхом смотрела на происходящее. Вдруг из недр мглистой выси зала донёсся глухой раскатистый звук, напоминающий металлический скрежет. Подняв глаза вверх, девушка увидела, как нечто огромное пришло в движение на головокружительной высоте. Она не сомневалась, что оно подчиняется магии рыжеволосой хозяйки Абеллона.

Пугающее нечто становилось всё ближе, но густой мрак не давал возможности его рассмотреть. В сопровождение лязгающих стонов ржавого металла оно спускалось со свода зала, скрытого зелёным мраком. Звук указывал на то, что ужасающим нечто движет спрятанный от посторонних глаз старый несмазанный механизм.

Из сумрачной выси скоро появилась огромная каменная плита с ровной отшлифованной до блеска поверхностью. Очертаниями она похожа на летучую мышь. Она подвешена на тонких невидимых для глаз металлических тросах.

Эффектное бросающее в дрожь появление медленно спускающегося лифта тьмы ещё больше усилил ярко вспыхнувший огонь факелов, стоящих вдоль краёв жуткой плиты. Кровавое пламя в считанные мгновения обрисовало силуэт каменной платформы, выхватив её из окружающей зелёной мглы. Как только это произошло, она стала похожей на вылетевшего из жаркого огня преисподней ночного демона, ещё окутанного его всё испепеляющим пламенем.

Летучемышевидная плита с каждой секундой становилась ниже. Она уверено спускалась в самый центр Жертвенного зала. В глазах Мракк при виде неё зарезвились радостные дьявольские огоньки. Они разгорались ярче по мере приближения платформы, скользящей в мглистом воздухе, окрашенном в мертвенно-зелёный свет.

Плита, как только коснулась выложенного зловещими узорами пола, владычица тьмы тигрицей вскочила на неё, таща за собой девушку-жертву, в затравленных голубых глазах которой читается обречённость. Несколько уверенных шагов по спустившемуся сверху колдовскому лифту, и она остановилась в его центре перед каменным троном, поражающим, как и зал, готическим видом.

На кресле власти пугающей неординарностью выделяется высокая каменная спинка, заканчивающаяся лепестками лотоса. Особенной её делает то, что с поверхности каждого из каменных лепестков в зал смотрит барельеф человеческого черепа. Больше страха добавляет то, что все они по-разному жутко скалят острозаточенные зубы.

Неимоверно худой зловещий старец восседает на жутком троне. На первый взгляд он без признаков жизни: всем своим видом он похож на сбежавшего из пекла мертвеца. Накинутый на его плечи длиннополый чёрный халат с вышитыми серебряными черепами не в состояние скрыть его иссушенное временем тело, покрытое пергаментной бледно-серой кожей, провисая, очерчивающей каждую косточку скелета. Она настолько стара что, кажется, любое дуновение ветра превратит её в прах

Феникс, дрожа от предчувствия надвигающейся беды, неотрывно смотрела на жуткого старика, или вернее на обтянутый сухой кожей скелет. Скованная страхом она не в силах была оторвать от живого мертвеца взгляд, будто он примагнитился к нему. На какой-то момент ей даже показалось, что могущественная сила завладела им.

С ужасом профессор смотрела на скрещённые костлявые руки старца с худыми серыми пальцами, увенчанными длинными ногтями. Она видела, что в них крепко сжат посох. Он вырезан, о чём она не подозревала, из растущего в самых потаённых недрах тьмы чёрного дерева. Гладкие отполированные бока его слегка блестят. На его рукояти в угрожающей позе застыла золотая кобра. Она такой искусной работы, что кажется живой. Если долго смотреть на неё создаётся впечатление того, что рептилия вот-вот бросится в атаку.

В память девушки, словно фотоснимками впечатывались все подробности обличья того, кто, вызывая шок, сидит на каменном троне. В её архиве уже были воспоминания о его бледно-синей груди с рёбрами, очерченными старой провисшей кожей, из-за чего кажется, что они хотят вылезти из неё. Но больше всего впечатлил Алду висящий на массивной золотой цепочке, обвивающей бледную шею, величиной с кулак синий бриллиант в виде дракона.

У калифорнийки ещё были воспоминания, которых лучше не было никогда. Одно из них о седых белее снега волосах старца. На первый взгляд в них нет ничего кошмарного, но это если не всматриваться в детали. Его спутанные космы, спускаясь на осунувшиеся костлявые плечи, обрамляют морщинистое с впалым носом жуткое лицо. На нём обнажая кривые острые зубы, зловеще приоткрыты бледно-синие губы. При долгом взгляде на него невольно кажется, что оно в себе таит всё чёрное зло мира.

Отрывая Алду от созерцания настоящего кошмара во плоти, к трону приблизилась огнеголовая королева. Нетерпеливо она вытолкнула вперёд пленницу. В этот момент по озарённому мертвенным зеленоватым свечением бледному лицу Солы расплылась жестокая ухмылка. Казалось, тень смерти скользнула на её острых как у хищного зверя зубах.

То, что произошло дальше, было молниеносно и зловеще. Из золотого жезла, сжатого в резко взмывшей вверх правой руке Мракк, вдруг выскользнуло длинное острее бритвы узкое лезвие. С лёгким свистом смертоносная сталь жезла, превратившегося в меч, вспорола пропитанный злом воздух зала. Как бы невзначай она чиркнула по горлу обнажённой юной девушки. Пленница Абеллона, заливая пол горячей кровью, фонтаном ударившей из сонной артерии, покачнувшись, рухнула вниз. Она упала на восседающего, на каменном троне мертвеца.

Во впалый нос зловещего старца, только проник сладковатый терпкий запах свежей крови, как его глаза открылись. В них тут же запылал яркий зелёный огонь. Пробудивший его приторно-сладкий аромат привёл древние члены в движение. Он сейчас как никогда походил на живой труп.

Проснувшийся от длительного сна страшный повелитель тьмы, осмотревшись, увидел на своей груди мёртвую девушку. Нетерпеливо он притянул к себе её тело. С жадностью его сухие синеватые губы прильнули к перерезанному горлу бездыханной жертвы, торопливо глотая кровь. Животворящим обжигающим нектаром, она разлилась по многовековым венам чёрного колдуна, заставляя вновь биться его безжалостное злое сердце.

Горячая кровь жертвы быстро возвращала мумифицированному телу древнего могущественного мага его былое величие. Она освежала его вид, делала кожу более эластичной и не такой бледной.

Глава 9

Неужели древнее пророчество начинает сбываться?

Седовласый повелитель тьмы, спустившийся в Жертвенный зал из мрачной выси, быстро восстановил жизненные силы. С явной неохотой он оторвал от горла жертвы окровавленные уста. Но это был ещё не конец пира. С нетерпением он занёс страшную костлявую руку над ещё не остывшим телом. Нетерпеливо его растопыренные пальцы, унизанные длинными острыми ногтями, метнулись к бледной обескровленной груди мёртвой девушки. Врезавшись в неё, рвя плоть, они глубоко проникли вовнутрь.

Жуткий старик, с торжественной улыбкой на устах, резко вытянул окровавленную по локоть руку из груди жертвы. На его ладони лежало сердце. Предвкушая наслаждение, он на несколько мгновений застыл, сверля кровавый трофей жадным взглядом. Его огненно-зелёные глаза так и впились в столь желанный деликатес. Больше не в силах сдерживать себя, он стремительно поднёс сердце к ненасытному рту. Вонзив острые зубы в пьянящее лакомство, он с волчьим аппетитом поглощал его.

– Кто посмел меня будить? – задумчивым взглядом обведя зал, утробно пророкотал колдун, восседающий на каменном троне.

Старца трудно было понять из-за того, что его рот плотно набит бросающим в дрожь деликатесом. Вращая глазами, ища того, кто вызвал его, он продолжал, смачно чавкая, поедать сердце девушки, багровые нити жил которого всё ещё были снаружи, свисая с бледных губ. Чудовище в человеческом облике, медленно жуя, втягивало их в себя как лапшу.

– Я не слышу тебя! Говори же, зачем разбудил меня, а главное кто ты?!

– Это я Сола Мракк, – выйдя из зелёной мглы, произнесла королева, не спеша, приближаясь к трону.

– Это ты правительница Абеллона потревожила мои старые кости, насытив их опьяняющим нектаром, – умиротворённо, сладким голосом прошептал старец, смахивая рукавом шёлкового халата, усеянным серебряными черепами, кровь с губ и подбородка. – Тебе нужен мой мудрый совет или опять хочешь, чтобы я выпустил на волю порезвиться до рассвета силы тьмы? О как мне надоело, чуть ли не каждую неделю выполнять твои прихоти! Да знаю, что это нужно для укрепления власти и так далее и тому подобное. Одно прошу тебя, слишком много не говори. От твоего визжащего голоса, у меня пухнет голова и несварение желудка. А когда-то… голос твой был совершено другим, он лился подобно песне…. Ладно, – махнул он рукой, – это всё осталось за пеленой веков. Да и не пробуй меня разжалобить! – вонзил он в ведьму грозный взгляд. – Ты же знаешь, что сейчас выпустить силы разрушения невозможно, ведь даже демонам тьмы необходим длительный отдых. Им надо восстановить силы, подкрепиться чёрной энергией, которая у них основное блюдо. Для этого надо много чёрной плазмы. А она поступает в их мир только вместе с душами грешников…

– Нет, Каощей, – королева прервала старца, – мне не нужны легионы тьмы. Я сейчас не за этим. Я хочу, чтобы ты взглянул в Око Судьбы. Необходимо увидеть, что сегодня за странные события, пугающие слухи о которых дошли до меня, произошли в Коноре.… Ах, как же меня доводит до бешенства только одно упоминание этой ненавистной розовостенной столицы непокорной Зарии!!! Интуиция мне подсказывает, что от того, что мы сейчас предпримем, зависит наше будущее! Кажется, начинает сбываться пророчество, предсказавшее мою с тобой гибель! Я хочу знать, насколько близок этот час, чтобы предотвратить любую угрозу в самом зародыше!!!

– Ты так думаешь, Мракк? Ха, неужели нам может угрожать какая-либо угроза??? – колдун пристальным взглядом жутких немигающих огненно-зелёных глаз окинул королеву Белисии, на худом лице которой читалась тревога и напряжение.

– Я почти в этом уверена. Мои адские птицы принесли несколько часов назад хорошую добычу. Это принцесса Рафа, старшая дочь короля Баккаса VI, она же главная наследница на зарийский престол.… Теперь посмотрим, что запоёт этот напыщенный наглец правитель Зарии! Он до сих пор упрямо отказывался стать под мои знамёна и как все другие королевства платить дань со своих земель.

Жуткое лицо ведьмы расплылась в самодовольной улыбке. Она представила, как король Зарии слёзно умоляет её, прося пощаду для своей дочери.

– Но это ещё не всё, – на бледное лицо Солы вернулась маска строгости, а в глазах вспыхнули искры тревоги. – Вместе с принцессой адские птицы принесли очень странную незнакомку с туманными рассказами о грани времён. Они меня очень встревожили! И я подозреваю, что в наш мир она явилась не одна!!!

– Хм… Грань времён… Запредельная страна… – задумчиво произнёс Каощей, нервно теребя рукоять посоха Золотой Змеи, периодически постукивая им по каменному полу – возможно, таким образом, он хотел вернуть себе уверенность, улетучившуюся при последних словах ведьмы. – Хорошо! Может быть, то, о чём ты говоришь, действительно таит для нас определённую угрозу.

– Может быть?! – Сола повысив голос, раздражёно сверкнула наполнившимися яростью глазами. – В пророчестве говорится, что конец моему и твоему правлению положит четвёрка пришедших из далёкого будущего чужаков, сумевших преодолеть Врата Времён. Также в нём говорится, что один из них цвета ночи. Так вот заметь, та странная незнакомка с рассказами о грани времён самого настоящего цвета ночной тьмы!

– Ладно, не горячись, не делай преждевременных выводов. Сейчас посмотрим и во всём разберёмся.

Колдун, огненно-зелёными глазами медленно обведя зал, тихо произнёс заклинание. Массивная каменная плита, очертанием напоминающая силуэт летучей мыши, заскользила вверх. С адским скрежетом работающего на смеси механики и магии механизма, приводимого в действие набором ключевых слов, она довольно резво поднималась к теряющемуся в выси своду, везя туда правителей армии зла.

Мимо глаз тёмных владык, на мрачных лицах которых играли кровавые блики колеблющегося пламени факелов, стоящих вдоль краёв плиты, проносились галереи, опоясывающие второй и третий ярус Жертвенного зала. Колдовской лифт, не сбавляя набранной скорости, стремился туда, где арками соединяются выступающие из чёрных стен полуколонны, обвитые каменными змеями. Он мчался туда, где в своде зияет отверстие, которое очертаниями напоминает летучую мышь.

Плита, поднявшись на головокружительную высоту, на самый верх чёрного города-крепости, стенами которого служит похожая на череп гора, содрогнувшись, замерла. Наглухо собой она закрыла отверстие в чернобазальтном полу, как две капли повторяющее её форму.

Лифт тьмы доставил хозяев Абеллона в просторный невысокий зал. Стены в нём покрыты барельефами гигантских золотых черепов. Страх парализовывал любого, кто в первый раз попадал в тайную обитель чёрного колдуна. Через несколько секунд в окружение золотых мёртвых голов, начинало казаться, что отовсюду жутко смотрит зловещим взглядом сама Смерть. Дрожь охватывала несмотря на то, что в помещение достаточно светло. Мгла здесь была бессильна из-за расположенных в нём двух огромных окон от пола до потолка. Сквозь них вместе с бодрящим ветерком проникает дневной свет.

Взгляд, как только осваивался в тайном зале, тут же замечал разделяющий окна изгиб стены. Он привлекал к себе внимание ещё и тем, что к нему наклонно спускается потолок. Секрет его прост. Дело в том, что логово властителя тьмы расположено в высящейся на макушке города-черепа башне в виде головы змеи. Носом каменной рептилии и является странный изгиб, а расположенные от него по бокам окна её глаза.

Каощей после того, как оказался в спрятанных от посторонних глаз покоях, хрустя костями, медленно поднялся с каменного трона. Собравшись с мыслями, он хрипло пробасил длинное заклинание. Затем он с силой посохом ударил об пол.

В Обрядовом зале на несколько минут воцарилась гробовая тишина. Её не тревожило ничто. Ни треск горящих факелов: их яркое пламя как по команде угасло, превратившись в сизый курящийся дымок. Ни резвящийся задорный ветерок. Он больше не в силах был сюда проникнуть. Огромные отверстия окон перекрыли полупрозрачные огненно-красные защитные экраны из колдовской энергии.

Висящий на груди колдуна крупный бриллиант в виде дракона – его амулет; подчиняясь словам заклятия, на короткое время вспыхнул ярко-синим огнём. От льющегося из него мощным потоком ледяного света казалось, замёрзло всё, даже воздух в зале. На счастье, это длилось недолго.

Старец, продолжая колдовство, вытянул вперёд левую руку, утопающую в длинном рукаве мешком сидящего на нём чёрного халата, с которого смотрят серебряные лики смерти. Когда он раскрыл серую ладонь, над ней из ничего возник небольшой хрустальный шар. Недвижимо он парил в воздухе. В его мутных магических глубинах зарождалось голубое свечение. С каждой секундой оно увеличивалось, быстро сделавшись таким нестерпимо ярким, что глазам стало больно.

Яркий сгусток света, поглотив колдовской шар, продолжал расти, за считанные мгновения став в несколько раз больше его. А затем он превратился в яркую светящуюся картинку, которая ожила. В ней как на телевизионном экране замелькали все последние события, происходившие в мятежном королевстве. За несколько минут чёткого детального фильма тёмные властелины древнего мира увидели, как четвёрка чужаков вышла из ослепительного огненно-белого свечения, появившегося на груди Орлиной скалы. Потом они стали свидетелями того, как пришельцы попали в столицу Зарии, и как вели бой с адскими птицами.

– Я оказалась права, – сухо произнесла Сола, уперев ледяной взгляд обычно змеиных, но иногда, как теперь кошачьих глаз в бескровное серое лицо Каощея, поспешно вернувшегося в жуткое кресло власти. – Доказательств достаточно. Это именно те люди, о которых гласит легенда! Как мы видели они прошли сквозь целые столетия запечатанные Врата Времён! А сквозь них невозможно пройти никому! Открывающий их магический ключ давно утерян! К тому же у них в руках могущественный всё сокрушающий шумный огонь! Теперь я по-настоящему встревожена!!!

– Пророчество составлено древним могущественным магом из рода Великих, нам не следует ему не доверять, – утробно прохрипел погрузившийся в глубокое раздумье колдун. – Нам предстоит жаркая схватка.… Чтобы сохранить свою власть, величие и бессмертие нам надо действовать и немедленно!

– Что же нам делать???

– Во-первых, не паниковать. Во-вторых, не забывай, что у нас есть две ценные заложницы. Хотя возможно это и есть тот фактор, который поставит нас на грань жизни и смерти.

– То есть? – королева непонимающе посмотрела на старца. – Что ты костяная голова имеешь в виду?!

– Сама подумай, очень скоро чужаки вторгнуться в Белисию, чтобы освободить заложниц. И это уже не изменить, так предначертано судьбой!

– В таком случае я порежу пленниц на куски! А их головы с выколотыми глазами кину к воротам розовостенного Конора!

– Этого ни в коем случае делать нельзя. То, что уже сделано, нельзя изменить!

– Но почему? – не сдавалась рыжеволосая ведьма.

– Да потому что захваченная тобой Рафа пользуется большим влиянием и к тому же она любимица народа. В Оке Судьбы я видел всё это. К тому же об этом знаю не понаслышке! Любовь к ней простирается далеко за пределы её королевства. Если произойдёт то, о чём ты говоришь, поднимется восстание, а чужаки его возглавят! Тогда нашей власти придёт конец. Кроме этого, мы даже не можем отдать их живыми. Этот жест только обнажит нашу слабость в глазах всех порабощённых королевств. А страдания и раны, причинённые пленницам плюс то, что они увидели за стенами Абеллона, несомненно, опять же приведёт к гневу, желанию мести, восстанию и падению нашей империи!

– Получается какой-то замкнутый круг! – неистово вскричала королева. – Но что же, тогда делать?!?

– Для начала поднять всю нашу армию, – спокойно отвечал колдун. – Затем блокировать все дороги и тропинки ведущие из Зарии. Но самое главное внушить в головы простолюдинов, князей и королей, что от чужаков ещё большее зло! К тому же я своей магией создам надёжный барьер вокруг Абеллона, хотя он и без него неприступен. Да, и не забывай про Чёрного Волка. Обещай ему всё золото мира за то, чтобы он к твоим ногам кинул головы пришельцев из другого времени.

– Хорошо, – прошептала Мракк; на лице её застыла демоническая злорадная ухмылка. – Да, я обезврежу их и скормлю моим птичкам. А потом я сама завладею ключом от Врат Времён. Тогда я получу абсолютную власть и смогу контролировать как прошлое, так и будущее!

Королева Белисии, оставшись совершено одна – Каощей чтобы успокоить нервы решил прогуляться в недрах зловещего города; замерла перед бездной, в которой иногда мелькают грозные силуэты скользящих в воздухе адских птиц, что радует её взор. Её переполняли честолюбивые замыслы о власти над всем миром. Час проходил за часом, а она продолжала стоять в проёме разрезающего стену странного окна у края резко обрывающегося пола Обрядового зала. Обвевающий свежий ветерок располагал к размышлениям.

Задумавшись, ведьма бросала надменные взгляды вдаль, за пустыню, на безжалостно выжженные, а где и превращённые в топи преданными слугами тьмы земли Камалана, Раканы, Нимелана, Зарии и Шагрии. Лучи клонящегося к линии горизонта кровавого солнца окрашивали их в пурпур.

Прошёл час, а может два солнце давно скрылось из вида, небо раскрасили звёзды. Тёмная правительница, несмотря на опустившуюся ночь, продолжала стоять в глазе огромной каменной змеи, кольцами обвившей черепоподобный жуткий Абеллон, высотой с гору. Когда-то он ей и был, пока тысячи невольников железными орудиями не превратили мрачную скалу в город-крепость. С тех пор много воды утекло. Мир изменился несколько раз.

Десятки прошедших веков никак не сказались на чёрном городе. Он по-прежнему доминирует над местностью, что так радует Солу. И нельзя было исключать того, что она сейчас как раз размышляет о том, как был создан посреди пустыни этот колосс.

Мракк, несмотря на поздний час всё ещё статуей стояла перед бездной провала. Возможно, она представляла, как некогда в этих местах работали умелые каменотёсы. Она только могла догадываться о том, как они не покладая рук несколько десятилетий вырубали широкие коридоры и огромные залы. Бесконечно можно было удивляться тому, что им удалось предать скале Змеиный Череп точное до мелочей изображение мёртвой головы, над которой угрожающе подняла страшную голову не менее искусно высеченная из чернобазальтового монолита грозная рептилия. Смотря на её широко открытую пасть, кажется, что она хочет ринуться в атаку, чтобы вонзить огромные ядовитые клыки в того, кто, угрожая, окажется перед Абеллоном.

Время шло, тёмная владычица продолжала бросать в ночь полные тревоги взгляды. Иногда казалось, что она рассматривает магический барьер, поставленный Каощеем вокруг зловещего города, чтобы задержать непрошеных гостей. Главным предназначением барьера было предупреждать о приближающейся угрозе. Она не могла не заметить того, что повторяющий грозные контуры столицы Белисии защитный экран излучает лёгкое голубое свечение. Зная её чёрную душу, можно было с уверенностью сказать, что её непередаваемо тешит то, что для простых смертных этот свет недоступен.

Глава 10

Подземелье Конора

Зария

Джим, попавшим в ловушку волком ходил взад-вперёд по небольшой камере с сырыми мрачными стенами. В ней искателей приключений оказались после боя на базарной площади, где решили не вступать в конфликт с защитниками королевства – мрачными рыцарями в лёгких доспехах. Авантюрист то и дело бросал рассеянные взгляды на приунывших друзей.

Бартол и Джина с опущенными вниз головами, сидели на холодной каменной скамье. У них мрачные лица, в глазах уныние, в зрачках отражаются тюремные стены, покрытые тёмной плесенью.

Латиноамериканец раз за разом приближался к тяжёлой металлической двери, будто ожидал, что та сейчас откроется. На самом же деле причина его внимания к ней была в другом. Его к ней привлекало небольшое решётчатое окно, сквозь которое в тюремную камеру подземелья дворца проникал, разрезая мглу, луч жёлтого света. Только вор оказывался около двери, тут же пытливо смотрел сквозь квадратное отверстие. Но каждый раз он видел там одно и, то же: уходящий вдаль широкий коридор, наполненный ярким светом потрескивая горящих факелов, развешанных на стенах.

– Хватит призраком маячить перед глазами! – шикнула на Ловкача Крассотка. – У меня от твоего беспрерывно хождения уже кружится голова!

– Три тысячи триста тридцать три попавших в западню мамонтов! Ты, что мне прикажешь сидеть истуканом, как некоторые и плевать в потолок?! – огрызнулся латиноамериканец. – Это не по мне с наслаждением дожидаться того, когда сюда ввалятся бревноголовые вояки с непробиваемыми лицами и выпирающими вперёд железными животами! Но на этот раз они уже вряд ли нас куда-нибудь поведут. Челюсти тьмы! Да они просто нас порубят на куски своими длинными и даже слишком ножиками!!! Да и вообще на ходу мне легче думается.

– И о чём же?

– Да всё о том же! Как отсюда выбраться? Для того, чтобы как можно дальше убраться из населённого чудовищами трижды проклятого мира! К тому же нам необходимо скорее унести ноги из мира, где бушует ветер Апокалипсиса!!!

– Так чего же ты ждёшь? Давай вперёд, ты ведь у нас специалист по взломам всевозможных дверей. Только вначале, перед тем как действовать поострее заточи свои зубы.

– Мозги мамонта! Это зачем?.. К чему ты клонишь?!

– Включи разум! Да чтобы открыть эту дверь, тебе надо перегрызть металл немалой толщины.

Джим смерил флоридку яростным взглядом. Нахмурив лоб, он намеревался выплеснуть на неё целый поток из самых отборных ругательств.

– Утихомирьтесь вы! – громовым голосом вклинился в перебранку Гарри. – Мы и так по самые уши вляпались сами знаете во что! Ловкач прав, нам надо скорее убираться отсюда. Нас сюда втолкнули с криками и обещаниями, что страшная кара вскоре обрушится на наши головы. А ещё хмурые воины постоянно твердили, что мы скоро умрём ужасной смертью. Из того что я услышал можно сделать вывод, что это нам ничего хорошего не сулит. К тому же Феникс попала в беду, которая в разы больше! Её надо спасать и как можно быстрей…

– Подожди, подожди, – прервал друга латиноамериканец. – В чём эти мрачные вояки, невыносимо громкими криками, нас обвиняли? Я не понял? Мы даже при всём желании ничего ещё не успели совершить! Святые небеса рая мамонтов!!!

– Успокойся, тебе и этого хватит.

– Это чего?

– Считай. Во-первых, нас обвиняют в том, что мы со злым умыслом проникли в город. Во-вторых, что мы в союзе с тёмными силами. А в-третьих, что адские птицы с нашей помощью похитили их горячо любимую принцессу.

– Но мы, то здесь причём, железное терпение мамонта?!

– Не знаю, но именно мы завтра окажемся на площади, где нам запросто огромным топором с пребольшим удовольствием оттяпают головы, ну… или повесят.

– Чтооо??? – неистово вскричал Ловкач, отчаянно замахав руками. – Меня заочно к смертной казни приговорили в семи странах, но законникам так и не удалось на мою шею накинуть петлю! А тут какие-то железные чурбаны с замашками дикарей мне хотят отрубить голову! Свирепая мощь мамонта, определённо надо бежать отсюда и как можно скорей!!! Я даже согласен грызть дверь!!!

– Со стороны это может и кажется смешным, но сейчас явно нам не до смеха, – поднялась на ноги Лауллер. Её пытливый взгляд в поисках выхода из темницы скользил по слаживающим стены сырым серым камням, плотно прилегающим друг к другу. – Надо искать способ выбраться отсюда! Кстати, схватившие нас воины никакие не железные. У них из железа только кольчуги, шлемы да мечи.

– Меня повесят! Чёрт, чёрт, чёрт!!! Вздернут, да и ещё за здрасте сказать!!! Или порубят на куски!!! Три тысячи триста тридцать три ведомых на бойню мамонтов!!! И плевать мне на то, сколько они на себя нацепили железа! – продолжал причитать латиноамериканец. Вымещая ярость, он неистово топал ногами по покрывающим пол квадратным плитам.

Джим вдруг замолк, даруя ушам друзей долгожданную тишину. Произошло это в тот момент, когда он ощутил, что под подошвой, затёртой до дыр кроссовки, одна из массивных плит, давая надежду на спасение, слегка закачалась. Радость электрическим разрядом пронзила всё его существо.

Вор, резко нагнувшись, выхватил из правой штанины потёртых джинсов, обтягивающих кривые цыплячьи ноги, кинжал с широким лезвием и с рукоятью из слоновой кости. Не мешкая, он вклинил его острие в небольшой зазор между плитами пола. Он им решительно очищал по контуру от сцементированной грязи и связывающего материала заветный «островок» сверкнувшей надежды.

– Откуда у тебя кинжал? – Крассотка вплотную приблизилась к Джиму. Глаза у неё блестели от радости. В них отчётливо читался боевой дух, вновь вспыхнувший из тлеющего пепла.

– Ты что забыла о моей специальности крошка, – не без нотки гордости в голосе произнёс Ловкач. – Я позаимствовал его на всякий случай у одного из тех железноголовых кретинов.

– Осторожней, не сломай жало! – Пистолет с тревогой наблюдал, как гнётся лезвие кинжала в руках вора. С приглушённым окриком он бросился ему на помощь. Изо всех сил он старался как можно быстрей и без неприятных сюрпризов расчистить ставшую заветной плиту.

Не прошло и пяти минут активных действий попавших в ловушку охотников за тайнами, как плита, не устояв под их натиском, поддалась. Ещё миг и она с грохотом отлетела в сторону.

– Прадревнему ножичку то конец, – латиноамериканец, выпрямившись, вертел в руках искривлённый до неузнаваемости изогнутый винтом кинжал.

– Что будем делать? – закрыв ладонью нос, спросила Джина, с некоторой нерешительностью смотря в чернеющий в полу квадратной формы провал. От него её отталкивал вырвавшийся из затхлых катакомб отвратительный резкий запах, вызвавший лёгкое головокружение.

– Действовать и без промедления! – прохрипел Гарри, первым устремившись в зияющее чернотой отверстие, с трудом протиснувшись в него.

– А вдруг там мыши? Брр! – морщась, испугано запричитал Джим и, перекрестившись, последним юркнул во мрак квадратного проёма с как обычно не закрывающимся ртом. – Какой всё-таки сегодня неудачный день, с одной стороны петля, а с другой стороны голодные острозубые грызуны! Потроха мамонта, какая жуть!!!

– Не причитай напрасно, ещё ничего не случилось! – зашипела на него флоридка, осторожно встав на ноги после приземления на дно затхлой неизвестности.

Лауллер, в абсолютном мраке делая первые шаги, пыталась устоять на ногах на неровном от сырости скользком полу подземелья. Стараясь не упасть, она беспомощно размахивала руками. Смотря на неё, могло показаться, что она пытается поймать пропитанный тьмой воздух.

– Темно здесь как в могиле! – Крассотка гневными замечаниями сопровождала свой странный кордебалет. – Да ещё этот невыносимый смрад! Трезубец Сатаны, вот так попали!

– А я тебе про что, – огрызнулся вор, которому никак не удавалось подняться на ноги. Все его отчаянные попытки обрести под собой хоть какую-нибудь твердь приводили к тому, что он, не успевая и наполовину выпрямиться, снова поскальзывался. Неуклюже растягиваясь, он падал вновь и вновь. – Вляпались мы по самые шары мамонта, а ты ещё рычишь на меня!

– Однако с тех железнопузых солдат полицейские плохие, – прервал спор Бартол, только что нащупавший в потайном кармане джинсов небольшую бензиновую зажигалку.

Непонимающие взгляды устремились в ту сторону, откуда доносился голос техасца. Когда в окружившей вязкой тишине раздался щелчок, а затем тонкое, но высокое бледно-жёлтое пламя развеяло окружающую вязкую мглу, искатели приключений поняли, что их друг имел в виду.

Гарри, чтобы лучше рассмотреть, где они оказались, поднял над собой зажигалку. Глазам путешественников предстало сырое подземелье. Они стояли в невысоком сводчатом коридоре тайного хода, ведущего в недра мрака.

– Вперёд любители отчаянного риска! – Бартол, бегло окинув перемазанные грязью лица друзей, как обычно первым устремился навстречу неизвестности, без сомнения таящей неожиданные сюрпризы. Чтобы сэкономить бензин он уменьшил пламя зажигалки. – Нас ждёт очередное приключение, и надеюсь, оно не так плачевно закончится, как предыдущее.

Беглецы, не теряя времени, углубились в неизвестность. Довольно скоро они поняли, что оказались в настоящем лабиринте из сплетений ходов подземелья Конора. Но других вариантов как искать ведущей к свободе путь у них не было. Бесконечно долго они тёмными призраками скользили под капелью воды, просачивающейся с поросшего плесенью свода.

Путешественники, уже битый час пытались вырваться из темницы. Они думали, что идут вперёд, а на самом деле ходили по кругу.

– Мне уже всё это изрядно надоело, кажется, что мы заблудились, – застонал Ловкач, ощущая пронизывающую боль. Его ноги, побитые об покрывающие пол острые камни, пекли так, будто их пожирал огонь.

Вор ещё хотел что-то сказать, но… поскользнулся. Падая, он инстинктивно выставил вперёд руки. Невзначай ими он толкнул в спину техасца, идущего впереди.

– Волчьи клыки среди адского пламени! – выругался Гарри, еле удержавшись на ногах. Но больше его разозлило то, что вновь мрак застлал ему глаза.

Штатовцу, из рук которого после удара в спину выскользнула зажигалка, ничего не оставалось, как её искать.

– Ну, где же она делась, куда захлопнувшись, отлетела? – отставной офицер впотьмах руками шарил по полу. – Да куда же она запропастилась, когда так нужна??? А ещё хочется знать, кто мне так больно въехал в спину? Хотя можете этого не говорить, я сам догадываюсь, что это за несчастье в человеческом обличье было! Хорошо ещё, что это была зажигалка, а не граната с вытянутой чекой. Вот тогда-то мы точно полетали! В этой ситуации успокаивает только одно, что из-за того, что мы находимся в подземелье, то, как бы ни старались, слишком высоко не взлетели.

Глава 11

Странное знакомство с таинственным зверем

– Я наступил на что-то ослизлое! – Джим вдруг так завопил, будто пришёл конец света. – Я падаю!!! – поскользнувшись, он кубарем полетел вниз.

Вор лежал на влажном полу вверх лицом с раскинутыми в стороны руками. Под ногами, которые заплелись, он чувствовал бойкое движение холодного и скользкого змееподобного тела. Последнее обстоятельство его привело в неописуемый ужас.

– Что происходит? – Джину застала врасплох внезапно сгустившаяся тьма, причина которой погасшая зажигалка. Замерев, она вращала головой, силясь хоть что-то рассмотреть в кромешной темноте

Латиноамериканец, не смел, даже сделать вдох. Им овладел панический страх. По его телу бежали зябкие мурашки. А когда он около лица ощутил смрадное дыхание таинственной твари, то подумал, что это пришёл его смертный час. Мысленно прощаясь с жизнью, он неожиданно почувствовал ласковое влажное прикосновение к щеке, будто лизнул пёс. Затем из окружающего мрака, пугающего неизвестностью, заставив содрогнуться, появился длинный язык, раздвоенный на конце.

– Три тысячи триста тридцать три голодных мамонтов, меня ест какая-то змеящаяся гадина, – тихим голосом больше похожим на мышиный писк простонал вор.

Крассотка, пока Гарри продолжал искать зажигалку, по интонации голоса Ловкача, поняла, что с ним случилось что-то серьёзное. Она поспешила к нему на помощь. В застилающей глаза темноте осторожно делая каждый шаг, она на ощупь шла в ту сторону, где только что слышала его встревоженный и в тоже время жалобный голос.

Лауллер под ногой вдруг почувствовала что-то мягкое и скользкое. С криком она отпрянула назад. Ещё больше её напугал резкий пронзительный жалобный стон. Он был похож на нечто среднее между скулящей дворовой собачонкой и грозным рыком льва. Не успел он стихнуть, как её ослепила и шокировала вспышка золотого пламени, которое мощной струёй врезалось в свод коридора. Разум пронзило понимание того, что огонь вырвался из пасти таинственного и возможно опасного зверя.

Нет худа без добра. Заполнивший подземный коридор яркий свет помог Пистолету найти зажигалку. Он её снова чуть не выронил, когда за его спиной с громким топотом пронеслось какое-то существо. Удаляющийся во мглу неистовый бег твари сопровождал истошный крик Джима, становясь всё тише.

– Трезубец Сатаны, мне всё-таки кто-то ответит, что, в конце концов, происходит?! – возмущалась Джина, дезориентированная стремительностью неожиданных событий.

Крассотка после того, как была ослеплена струёй пламени и оглушена душераздирающим воем неизвестного существа застыла на месте с беспомощно вытянутой вперёд рукой. Некоторое время она даже боялась пошевелиться. Её взгляд бесцельно метался из стороны в сторону. Единственное, что она помнила из того, что произошло это как каблуком ковбойского сапога наступила на кого-то, а потом… Она вспомнила!.. Этот кто-то и устроил переполох, так испугавший её.

– Джим, где ты? Отзовись??? – флоридка придя в себя, охваченная тревогой, звала авантюриста. В ответ, к своему ужасу, она услышала, что голос того становится тише и дальше.

Ловкач, испугано крича во всю мощь лёгких, тащимый кем-то в недра мглистого мрака, стремительно удалялся от своих друзей. Подчиняясь грубой силе существа волокущего за собой в неизвестность со скоростью болида формулы-1, получая болезненные удары, он на спине скользил по утыканному острыми камнями полу.

Экстремальное скольжение началось в тот момент, когда ноги латиноамериканца каким-то образом переплелись, сцепившись намертво, со змееподобным хвостом сильного неведомого зверя. А тот напуганный не меньше, чем его вопящий наездник пытался как можно быстрей убежать в темноту.

Вор через минуту полёта на пятой точке в неизвестность, показавшейся ему из-за адской боли вечностью, впереди увидел неясный свет. Тонким лучиком тот пробивался в окружающую кромешную тьму. Тварь с гребенчатой спиной, которая тащила его, неистово с удесятерённой силой устремилась к светлому пятну. Благодаря подвижности и эластичности ей потребовалось ничтожно мало времени, чтобы через узкое отверстие выбраться из катакомб.

Джим ощутил себя пробкой, плотно закупорившей винную бутылку: он намертво застрял в тесном проёме небольшого с острыми краями крысиного хода, выводящего из затхлого мрачного подземелья. Сцепленный ногами с огнедышащим зверем, да к тому же разрываемый острой болью от того, что бёдра сплющиваются, он оказался зажатым между краёв отверстия в стене. Он был не в силах протиснуться вперёд ни на миллиметр, а тварь упорно пыталась бежать дальше.

Последнее что помнил Ловкач это то, что покрытая плотной чешуйчатой кожей зелёная тварь, не меньше его охваченная ужасом, изо всех сил резко рванулась вперёд. Её хвост, закрученный в какой-то невероятный узел, наконец, расцепился с его ногой.

Огнедышащий зверь, оставив позади себя верещащее ужасное чудовище, которое с упрямой назойливостью преследовало его по пятам, наконец, мог вздохнуть свободно. Его хвост освободился от вцепившихся в него жутких челюстей, как он думал.

По сплетению коридоров подземного уровня королевского дворца Конора шаркающей походкой шёл бородатый здоровяк, выполняющий функции тюремщика. Его грузное тело шириной не меньше, чем два пивных бочонка качало из стороны в сторону. Не подозревая о происходящих рядом драматических событиях, он не спеша переваливался с одной ноги на другую. Яркий пляшущий свет факелов подчёркивал его заплывшие жиром формы. Его выступающий вперёд волосатый живот был такой необъятный, что не умещался под облегающей торс серой рубахой с коротким рукавом.

Косматая не расчёсанная голова здоровяка похожа на тыкву. Его приплюснутый нос от выпитой лошадиной порции вина насыщено бордовый, будто горит огнём.

– Спирта мне в глотку! – оторопев от неожиданности, басисто пророкотал верзила, вышедший из-за угла коридора, шокированный выскользнувшим из дыры у пола животным со змеящимся телом, которое тёмно-зелёной молнией бросилось ему под ноги.

Здоровяк выпучил красные поросячьи глаза. В голове его мелькнуло: «Надо немедленно остановиться». Но было уже поздно. Левая нога уже была занесена вперёд и, подчиняясь первоначальному импульсу мозга, опускалась.

Бегущий на тюремщика маленький дракон почти прошмыгнул под кожаным сапогом с рифлёной подошвой, обвалом опускающимся. Тем не менее, верзила наступил на кончик хвоста. Поджав его, он с визгом отскочил к стене. Но всё же, он отделался легко.

Совсем не так хорошо дела обстояли у латиноамериканца, выдернутого таинственным зверем из узкого отверстия в стене. В тот момент, когда его ноги расцепились с хвостом зелёного существа, он пробкой шампанского вылетел из стены. Не в силах что-либо сделать, оглашая воздух отчаянным криком, он летел ногами вперёд в тюремщика.

Толстяк, глаза которого после неожиданной встречи с неизвестной тварью застилал страх, не видел того, что на него снарядом несётся заключённый. Мощный удар в пах сотряс его, вызвав острую парализующую боль. Взревев медведем так, что задрожали стены, он лишённой чувств тушей осел вниз.

Ловкач после столкновения с тюремщиком оказался лежащим на полу вверх лицом. Перепуганным взглядом он фиксировал, что нечто огромное величиной чуть ли не с гору, заслонив свет, падает на него. Мысленно он попрощался с жизнью. Но до того, как гора обрушилась на него что-то тяжёлое ударило его по голове да так, что тёмные круги поплыли перед глазами. Сознание покинуло его. Как он затем ни старался, не мог вспомнить, что произошло после того, как застрял в стене.

Гарри, бросившись на поиски друга, канувшего с пронзительным воплем во тьму подземелья, после того как нашёл выход из него, замер с открытым от удивления ртом. Его взгляд упёрся в стоящего, покачиваясь латиноамериканца, нависающего над здоровяком, распростёртым лицом вниз. Это была целая гора, лежащая посреди освещённого факелами широкого коридора.

Штатовец, не зная ничего о том, что вор только что еле выбрался из-под необъятного тела тюремщика, не мог понять, как ему удалось сбить с ног такого гиганта.

– Что с тобой случилось? – Пистолет с сожалением отбросил в сторону ставший больше похожим на штопор кинжал, которым расширил лаз, чтобы выбраться из затхлых катакомб, сверлил друга взглядом. – Что здесь произошло? – удивлённым взглядом скользнув вокруг, он вновь его устремил на Джима, который в руках рассеяно, вертит огромную связку ключей. Казалось, тот не понимает, откуда та у него взялась. – Так что же произошло? – повторил он вопрос.

– Что произошло, что произошло!?! – встряхивая головой, раздражёно пробасил Ловкач, вдруг вспомнив, как из огромных рук тюремщика, от адской боли теряющего сознание, выпала тяжёлая связка ключей. Ещё он помнил, как та, больно ударив по голове, погрузила его на несколько мгновений во тьму. – Ты хочешь узнать, что со мной произошло? А действительно что?.. Ах, да… Я в катакомбах увидел огнедышащее чудовище. Оно явно хотело меня съесть! Оно схватило меня и тянуло в своё мерзкое логово! Брр, святые небеса рая мамонтов! Он ещё спрашивает меня что произошло!!!

– Допустим, но я не понимаю, где делось твоё кровожадное чудовище, которое, несмотря на все твои визги, тебя даже серьёзно не поцарапало? Да и как ты нашёл выход из катакомб?

– Откуда мне знать, где, теперь та тварь! – нервно выкрикнул вор. – А как я нашёл выход…. Да я после удара хвостом по голове того монстра толком ничего не помню, но… – осёкся он, краем глаза заметив то самое, так сильно напугавшее его и устроившее столь болезненную езду на спине кровожадное чудовище.

Глаза авантюриста увеличивались всё больше и больше. Удивлению его не было предела. Недалеко от него, свернувшись в клубок и укрывшись крыльями, лежал зелёный дракончик, который спиной прижался к стене. Смотря на небольшое, размером с таксу, кажущееся несчастным создание, латиноамериканец невольно представил, как расплывутся в насмешливых улыбках лица друзей, когда увидят мирно лежащую причину его криков и поэтому всю свою неуёмную энергию вложил в свой острый язык.

– Ты спрашиваешь, как я нашёл выход? Да всё очень просто! Чутьё мамонта, я же большой мастер в своём деле! Когда я что либо, не находил!

– Ну конечно, – насмешливо повёл бровями Гарри, перед этим заметив испуганного маленького дракона. – Я же совершено позабыл, что ты у нас мистер Большой Следопыт. Очевидно, своим дикими воплями ты как дельфин в мутной воде делал эхолокацию стен, в попытке найти в них проход!

– Совсем не смешно! Я, между прочим, пока кто-то ползал по скользкому подземелью, если ты этого до сих пор не заметил, отправил в нокаут лежащего возле твоих ног мускулистого толстяка! Скелет мамонта, знаешь, как это было тяжело сделать, он же высотой с целую гору!!!

– Это и есть твой ужасающий монстр? – всплеснула руками Лауллер только что выбравшаяся из катакомб сквозь узкий лаз, заметив дрожащего от испуга дракончика, смотревшего на неё двумя бусинками жалостливых глаз. – Да уж…. И я не вижу ничего удивительного, что громила с тыквоподобной головой лишился чувств! Да твой сводящий с ума визг был такой силы, что мог уложить целую армию!!!

– Смейтесь, смейтесь, – обиженным голосом подавлено прошептал Джим, гневно смотря на державшихся за животы друзей, как и он перемазанных с ног до головы грязью. Но вдруг вспомнив о своём козыре, он преобразился на глазах. Тут же его взгляду вернулась обычная задорная уверенность. – Между прочим, у меня в руках ключи от нашей тюрьмы… Хорошо, продолжайте смеяться, но уже над собой! Святые булки мамонта! А я ещё раз специально для некоторых неверующих повторю, что у меня есть ключи, гарантирующие нашу свободу и спасение!!!

– Они, что также отважно получены, как и в предыдущем сражении с толстяком, выигранным геройским криком! – прыснула со смеха Джина.

Девушка, вволю насмеявшись, отыскала в кармане джинсов несколько конфет. Быстро развернув обёртки, она их на ладони протянула съёжившемуся от страха «страшному» зверю.

– Да! – огрызнулся Ловкач, потирая выросшую между теменью и лбом огромную шишку. Яростным взглядом он наблюдал за тем, как тёмно-зелёное мифологическое существо с зубчатым гребнем, идущим от загривка до кончика хвоста, смешно на коротких когтистых лапах посеменило к неведомому лакомству. – Сейчас всем весело, а кто знал всего пять минут назад, что здесь водятся драконы, да и ещё такие маленькие.

Пистолет, с усмешкой наблюдая за этой сценой, медленно приблизился к дракончику и погладил его по загривку, покрытому чешуйчатой кожей. А тот ни на что, не обращая внимания, с удовольствием уплетал за обе щеки конфеты, осторожно раздвоенным на конце серо-багровым языком беря их с раскрытой ладони флоридки.

– Хороший мальчик…

– Да, пока огнём не плюётся! – перебил техасца вор. – Газы мамонта, смотри, а то сейчас изжарит тебя!

– Ладно вам, тихо! – Крассотка услышав подозрительный шум в жёлто-красной дали освещенного факелами коридора, приглушёно шикнула на друзей. – Кажется, у нас гости! Будьте готовы к любому развитию событий!

Лауллер, которая прошла жестокую школу войны, сказав это, превратилась вслух. Её тренированное тело, получившее железную закалку в горячих точках, автоматически взвелось – она готова была сражаться и, если понадобиться пройти по телам врагов. Ловя каждый доносящийся издали звук, она не замечала, мурлыча суетящегося вокруг неё дракончика. Выпрашивая ещё сладости, напугавшая до смерти Ловкача «зверюга», то и дело широко открывала зубастый рот. Не дождавшись лакомства, она змеиным языком елозила около карманов джинсов девушки, смешно хлопая маленькими, но довольно размашистыми крыльями.

Глава 12

Принцесса Зара

Гарри и Джим следом за флоридкой прониклись чувством тревоги. Они напряжёно всматривались в конец коридора, где в танцующем пламени факелов он разветвляется. Они были уверены, что из его недр вот-вот появится опасность.

Искатели приключений заметили тень. Скоро она воплотилась в шагающую уверенной походкой бесстрашной львицы прекрасную юную воительницу. При каждом шаге девушки позвякивали эффектно подчёркивающие её грациозную фигуру лёгкие доспехи, по которым раскиданы изображения серебряных и золотых хищников, застывших в атакующих позах. В пламени факелов они блестят, из-за чего создаётся впечатление того, что их пасти страшно оскалены. Казалось, ещё немного, и они ринутся на пленников Конора.

Таинственная воинственная красавица ослепляла путешественников жгучим блеском бездонных глаз цвета моря, в которых пылает отвага. Её миловидное и в то же время суровое лицо с румяными щёками и высоким аристократическим лбом обрамляют распущенные чёрные как ночь волосы, спускающиеся ниже плеч.

Голову девушки, указывая на её высокое происхождение, венчает искусной работы золотой ободок. Её скрытые под белой перчаткой тонкие пальцы правой руки покоятся на серебряной рукояти меча, украшенной мистическим узором. При взгляде на неё не покидает ощущение того, что она вот-вот ринется в бой. Её внушающее уважение оружие вложено в богато инкрустированные ножны, подвешенные к обвивающему тонкую талию широкому кожаному поясу с крупной бронзовой пряжкой овальной формы. На её зеркальной поверхности изображён парящий орёл.

Незнакомка чем-то похожая на грозного и в тоже время прекрасного ангела возмездия вплотную подошла к искателям приключений. Не в силах отвести от неё взгляда они замерли с открытыми ртами, чем сильно смахивали на каменных истуканов. Не давая им и мгновения чтобы перевести дух, она заговорила властным и одновременно мелодичным голосом:

– Я Зара, младшая дочь правителя Конора, короля Баккаса VI. Последние несколько десятилетий престол Зарии принадлежит ему по праву рождения. Я знаю, кто вы и поэтому мой долг помочь вам ради спасения моей старшей сестры, схваченной птицами ада вместе с вашей спутницей.

Отважные путешественники при последних словах гордой амазонки недоуменно переглянулись, не зная верить ли ей. Воздух пронзили их короткие бурные восклицания.

– Скорее всего, они сейчас находятся в мрачном городе-крепости Абеллоне, зловещая тень которого с каждым днём всё больше нависает над нашим королевством! – не моргнув глазом, продолжала пылко говорить воинственная королевская дочь. – А если это так, то значит они во власти зловещей королевы-ведьмы Солы Мракк! Эта жестокосердная правительница горячей кровью принесённых в жертву юных девушек вдохнула жизнь древнему могущественному чёрному колдуну Каощею. С тех пор живой мертвец имеет безграничную власть над силами тьмы. Он с их помощью хочет взять под полный контроль весь мир. Чтобы этого не допустить я буду рада помогать вам избранным!

– Так значит вы принцесса? – с интересом, смешанным с возбуждением, спросил Ловкач, буквально пожирая девушку восторженным взглядом, где страсть переплелась с восхищением.

Авантюрист, широко открытыми глазами, смотрел на точённую полуобнажённую фигуру зарийки подчёркнутую доспехами и дорогими украшениями. Но более всего он рассматривал, не скрывая восхищения, обвивающие её талию золотые пластины, ажурные по краям. Они прикрывали низ живота и ягодицы, но при этом обнажали аппетитно выглядящие загорелые бёдра.

Латиноамериканец помимо всего прочего был загипнотизирован настоящим воплощением грации: красивыми длинными ногами девушки, на которых великолепно сидят, очерчивая их стройность, высокие кожаные сапоги. Но куда девались эти чары, когда его взгляд, взвившись вверх, замер на больших холмах её упругой груди. Они прекрасны. Для него в первую очередь потому, что их верхушки скрыты за напоминающими морские ракушки ажурными полусферами из серебра, по которым разбросаны молочные опалы и небольшие алмазы.

Прелести принцессы были бессильны перед профессиональным интересом вора. Взгляд его с алчностью метался по золотым украшениям девушки. Дольше всего он задержался на обвивающей шею золотой цепочке. Его заинтересовал висящий на ней сделанный из слоновой кости амулет, в виде конусовидной морской раковины. На её поверхности золотом изображён дракон. Но самое удивительное и, конечно же, не укрывшееся от пронырливого взгляда авантюриста, было в том, что он имеет сквозное отверстие, к тому же, покрытое тонким слоем золота.

– Это что-то особенное и необычное, – прошептал он, отметив для себя, что амулет принцессы очень таинственная и очевидно дорогая вещь.

– Откуда вы знаете, кто мы? – отстраняя в сторону латиноамериканца, вперёд вышел Гарри, недоверчивым взглядом смерив воительницу, назвавшуюся дочкой короля. Он думал, что это хитроумная уловка, либо это коварная ловушка.

– Я узнала кто вы такие после разговора с придворным магом Атлеем, – испепелив техасца грозным и пронзительным взглядом больших глаз, в которых, причудливо играя, переливались синий и зелёный цвет, торжественно произнесла принцесса.

– Так кто мы, по-вашему, такие? И как вы нам сможете помочь? – не унимался Пистолет. – У нас есть ключи, которые откроют нам отсюда двери! И вообще, почему мы должны вам верить? Судя из ваших же слов после исчезновения сестры, вы становитесь единственной наследницей на корону вашего отца. А мы… можем стать помехой этому. Ведь когда мы спасём нашу компаньонку, то вместе с ней свободу получит и похищенная принцесса…

– Рафа моя сестра! – пылко вскричала Зара, перебив Бартола. В этот миг её бронзовое от загара лицо стало мрачным от гнева. – Я её люблю больше жизни! Лишь только она одна должна унаследовать корону Зарии! И я сделаю всё, чтобы это было именно так!!! Я сказала, что знаю, кто вы, потому что согласно древнему пророчеству, которое с рождения знает каждый житель нашего королевства, спасти принцессу, а вместе с ней и весь мир, смогут избранные. Только им суждено положить конец правлению тёмных сил. В нём сказано, что они придут из-за грани времён, держа в руках изрыгающее огонь оружие, звук которого подобен грому…. Разве не вы прошли сквозь Врата Времён, и не таким, ли оружием истребляли адских птиц?!?

– Так вы считаете нас спасителями миров? Избранными??? – в упор, смотря на гордую воительницу, сухо спросила Джина.

– Да! – воскликнула зарийка, без малейшей тени сомнения в глазах. – Атлей сказал, что час возмездия близок, что в наш мир пришли те, которые могут из рук поражать громким огнём! Они пришли из запредельного мира будущего. Они прошли сквозь долгие века закрытые врата, расположенные в самом сердце Орлиной скалы, некогда запечатанные могущественной силой. Я ещё раз спрашиваю, кто другой это мог сделать???

Невольное оцепенение сковало искателей приключений, обволакивая их недоумением. Взявшее их в плен смущение переросло в долгие переглядывания под острым прожигающим взглядом бесстрашной второй принцессы Конора.

– Это, без всякого сомнения, вы, – выдержав паузу, продолжила говорить королевская дочь. – Если я не права, то будущее покажет так это или нет. А как я могу помочь?.. Думаете, что эта тяжёлая связка ключей залог вашего успеха. Это далеко не так. Если вам и удастся вырваться из города, то вряд ли вы без громового оружия долго сможете остаться в живых в чуждом для вас мире.

– Может быть и так, а может, и нет, – ледяным взглядом смерив Зару, буркнул Гарри. – Я не один год командовал спецотрядом морской пехоты и в совершенстве владею всеми видами единоборств. Также я имею опыт обращения с разнообразным холодным оружием.

– Тогда возьми это, – взглядом воительница указала на короткий обоюдоострый меч, вложенный в ножны тюремщика, распростёршегося в глубоком нокауте, – и атакуй меня, если… хватит смелости и умения!

Зацепленный за самолюбие Пистолет, ни секунды не размышляя, нагнувшись, схватил меч. Он решил, как следует проучить дерзкую и заносчивую девчонку. Став в позицию для фехтования, собираясь с мыслями, он замер напротив принцессы, в правой руке которой крепко сжата обнажённая сталь.

Крассотка и Джим, застыв с изумлёнными лицами, наблюдали за тем, как в ярком свете факелов ослепительно-жёлтой молнией взвился вверх меч воительницы. И как, высекая каскады бело-голубых искр он, отразил все яростные выпады меча техасца. А затем описав замысловатую короткую дугу замер у горла командира «Чёрных Волков». Острее бритвы жало меча принцессы лишь слегка прикоснулось к его коже.

Гарри понял, что побежден, что бой проигран. В этот миг он ощутил давно забытые неприятные чувства разгромного поражения. Злясь на себя, он нервно отбросил меч, с оглушительным звоном ударившийся об каменные плиты пола. Полная капитуляция вернула его с небес на землю, усмирила гордынь.

Ловкачу было не до перипетий сражения. Всего в нескольких метрах от него находилась само воплощение грации. Его взгляд так и впился в бронзовокожую принцессу. Не скрывая восторга, он наблюдал за тем, как она с изящностью лани вернула обратно в ножны меч с серебряной рукоятью. При каждом движение прекрасной воительницы, наполняя его сердце необъяснимой лёгкостью, от которой душа рвётся наружу, позвякивали, покрывающие её руки, двигающиеся по ним от запястий до серебряных налокотников, которые ощетинены шипами, широкие бронзовые браслеты, украшенные дивными узорами.

Вор, увлёкшись созерцанием прекрасной в своём гневе воинственной девушки, незаметно для самого себя извлёк из кармана рубашки леденец, разворачивая не спеша его прозрачную обёртку.

– Теперь вам понятно, что, прежде чем кинуть вызов силам тьмы надо пройти хорошую подготовку; необходимо на целую голову улучшить технику владения рубящим и колющим оружием, – спокойным голосом говорила Зара. – Как мне не горько, но вам придётся вернуться в вашу камеру. Пока вас не оправдают, в глазах зарийцев вы опасные преступники. Я обещаю, что это лишь до утра. На рассвете состоится королевский суд…

– Да, после которого нам оттяпают головы, – морщась, протянул латиноамериканец, не замечая того, как к нему тихо по-кошачьи подкрался дракончик, жадно ноздрями втягивая возбуждающе дразнящий запах сладости.

Раздвоенный на конце серо-багровый язык шаловливого зверя осторожно тянулся к круглой сосательной конфете, зажатой между пальцев продолжающего отчаянно протестовать вора.

– Брр, череп мамонта! Меня такая перспектива не устраивает!

– Я уверена, что король будет к вам милосерден. Придворный колдун и я его дочь скажем своё веское слово. Он будет вынужден назначить вам испытание. Другого выхода из создавшейся ситуации я не вижу…

– Он стащил мой леденец! – не своим голосом завопил Джим, смотря волком на дракончика, который спрятавшись за воительницу, с удовольствием уплетал за обе щеки его конфету. – Вот бесов огнедышащий змей, да к тому же с крыльями!!!

– Это Далл, несносный сладкоежка! – громко рассмеялась принцесса, ласково поглаживая по покрытой шипами голове дракончика, прибежавшего к ней в поисках защиты. – Жестокие тёмные воины Солы убили его мать. Одна из немногих она осталась в Грэндских горах, неприступной стеной стоящих на северо-востоке нашего королевства. Большинство её сородичей после поражения в битве с вероломными силами зла покинули свой дом, в котором жили тысячелетия. Когда разворачивалась эта драма, я как раз была в тех краях. Я собирала всех тех, кто может сражаться за Зарию. Тогда-то я и подобрала его. Мне ничего не оставалось, как забрать беззащитного недавно появившегося на свет дракона с собой в Конор. Здесь он с утра и до самой ночи, резвясь, носится по королевскому дворцу, ухитряясь быть везде, проникать даже в закрытые комнаты. Ему всего несколько месяцев, поэтому он такой шалун. Знайте, что испокон веков драконы для нашего народа священные существа. По древнему поверью в них обитают боги. Большое несчастье ждёт того, кто причинит им боль.

– У, зверюга! – клокоча, хрипел до конца ещё не успокоившийся Ловкач, об ноги которого под дружный смех Гарри, Джины и Зары клянча сладости, тёрся зелёный дракончик. С детской невинностью он заглядывал ему в глаза. – Но ты мне скажи зелёный змей эдакий и почему я в тебя такой влюблённый! – с нотками примирения в голосе, пробормотал он. – Я дам тебе ещё конфету, но ты пообещай, что, когда вырастишь, не съешь меня!

Глава 13

Рыцари Дракона

Занимающееся солнечное утро окрасило в нежные цвета лёгкие похожие на лебяжий пух облака. Грациозными розовыми каравеллами с малиновыми парусами они проплывали над золотыми куполами беломраморного королевского дворца. Его окружают, будто беря в плен, двенадцать круглых островерхих башенок. Это величественный колосс, прилёгший подремать в самом сердце столицы Зарии – в сердце прекрасного города древней Земли. В нём, куда ни глянь повсюду изящные розовостенные кварталы, дворцы и башни.

В просторном тронном зале белостенного дворца Конора, несмотря на ранний час, собрались все знатные люди королевства, пышно одетые в шелка и бархат. Ради такого события он ярко освещён сотнями факелов, пылающих в бронзовых держателях, размещённых на стенах и колоннах. Ещё большее количество факелов в руках нарядно одетых факелоносцев.

Зал поражает величием и роскошью. Его высокий свод покрыт мистическими серебряными узорами. Стены расписаны огромными рисунками, на которых словно танцуя, жарко пылает высокий огонь. Если долго смотреть на его языки, кажется, что из них формируются размывчатые призрачные фигуры. Ещё больше воображение будоражит то, что в качестве фона для них золото высшей пробы, а созидающие сюжет линии выложены драгоценными камнями, преимуществе красных оттенков.

Антураж зала дополняют огромные пурпурные полотнища, закрывающие окна. С них грозно смотрят вышитые золотыми нитями драконы. Верх изящества в нём, покрытый перламутром дубовый трон, стоящий на возвышение. Его высокая резная спинка обвита двумя драконами из чистого золота.

Мифологические гиганты, которые стоят на задних лапах, нависают над троном. Их головы унизаны шипами. На их лапах страшные когти. В бликах скользящего света они кажутся живыми. Смотря на их широко распахнутые пасти с острыми зубами, не покидает мысль о том, что сейчас они ринутся в атаку. При взгляде на них не вызывает сомнений что это свирепые стражи кресла власти и защитники того, кто на нём сидит.

Под присмотром грозных золотых драконов, огромные тени которых и те пугают любого, кто в первый раз входит в зал, на троне восседает крепко сложенный старец. Его статную фигуру подчёркивает расшитый золотом мареновый камзол с раскиданными по нему рубинами и сапфирами. На его убелённой сединой голове, показывая кто здесь главный, сверкает массивная золотая корона с остроугольными зубцами. Ещё один символ власти – золотой скипетр; он держит в правой руке.

По бокам от трона, охраняя день и ночь покой Баккаса VI, стоят суроволицые рыцари в лёгких доспехах. Их уверенный полный достоинства вид, вышколенность и атлетическое сложение, усиливают могущество короля Зарии.

Перед правителем, то и дело бросающим грозные взгляды – перед его брызжущими яростью глазами; уже долгое время томятся со связанными за спиной руками виновники экстренного заседания королевского суда, которые известны как пришельцы. Ему доложили, что они проникли в столицу со злыми целями, а ещё то, что это именно они виноваты в том, что его дочь похитили адские птицы.

Отважные путешественники, невольно дрожа от страха, кожей ощущали раскалённую недобрую атмосферу тронного зала, тяжесть которой добавлял едкий дым факелов. Их встревоженные взгляды пытливо скользили по суровым гневным лицам вельмож. На них можно прочитать их смертный приговор. Под гнётом нездорового внимания и зловещего перешёптывания они не оставляли попыток отыскать ту, которая заронила в их души надежду.

Мрачные размышления охотников за тайнами прервали резкие голоса труб. Они возвещали о начале над ними суда.

– Мои поданные! – встав с трона, громогласно заговорил Баккас VI. Несмотря на суровое выражение лица и жёсткий взгляд, он взволнован. Красноречивей слов об этом говорит то, что левой рукой он нервно теребит край подола пурпурно-красного кафтана. – Слушайте…

Ненадолго король замолчал. В его голове молнией пронеслась страшная лишающая дара речи мысль, что его старшая дочь возможно уже мертва. Под её давлением на его иссушенном временем лице как никогда гневно запылали тёмные глаза. Какие же испепеляющие взгляды он метал в стоящих перед ним чужеземцев.

– Эти трое чужаков повинны в том, – скрежеща зубами, продолжил говорить правитель, с трудом сдерживая готовую вырваться наружу ярость, – что моя дочь, всеми вами любимая принцесса Рафа, попала в коварные руки проклятой небесами кровожадной королевы Солы Мракк! Вы хорошо знаете, что в проклятом Абеллоне, мрачной тенью нависшем над миром, ей не будет никакой пощады! Именно потому, я как любящий отец и ваш король говорю, даже требую: Смерть пришельцам!!!

Сотни глоток тут же подхватили слова короля. Вокруг заклокотало и загрохотало. Одобряющие возгласы захлестнули тронный зал. Казалось, его стены задрожали от лавиной обрушившихся неистовых криков.

– Подождите! – мощным сокрушительным вихрем громоподобный властный голос врезался в хаос криков. Грозной магической силой он охлаждал возбудившуюся до остервенения знать Зарии.

В зале появилась принцесса Зара. Гордо шествуя, она решительно рассекала толпу, словно каравелла бушующее море. Вплотную приблизившись к трону, она повернулась лицом к знати королевства.

–Вы все забыли про древнее пророчество! – пламенно заговорила принцесса. – И это не удивительно постоянно подвергаясь атакам сил тьмы, ваши разумы помутились! Так вспомните, что говорится в нём!!!

– Что? Что?! Что?!? – рокотало людское море.

– Я вам сейчас напомню пророчество. Слушайте! В нём говорится, что, когда наступит самое тяжёлое для королевства время, из-за предела времён придут пришельцы! С помощью грохочущего оружия они будут сокрушать силы тьмы! Ещё в пророчестве говорится, что если пришельцам доверятся, то они остановят силы зла! А теперь вспомните, какое оружие было в руках тех, кого вы собираетесь казнить!.. Вспомнили, то-то же!!! Отец!

Зара резко повернулась к Баккасу, смотря ему прямо в глаза.

– Отец, ты ведь справедливый король! Пришельцам необходимо дать шанс! Не только нас одних постигло горе! Они также во время нападения адских птиц потеряли человека – члена их команды. Посмотри в их глаза! В них ты увидишь, что они горят желанием отправиться в Абеллон, чтобы свести счёты со зловещей королевой Солой Мракк!!! Если не веришь мне, то послушай, что скажет Атлей!

От бурной речи принцессы, зародившей надежду, вся знать королевства замерла. Их взоры обратились в сторону мага, как раз приблизившегося к чужестранцам, пристально рассматривающего избранных, во что он верил всем сердцем. Длинная седая борода щуплого старца в тёмных одеяниях, когда он, кряхтя, склонялся, трогая пришедших из-за грани времён, касалась беломраморного пола. На его плешивой голове нервно покачивался неимоверно высокий остроконечный вишнёвый колпак, по которому раскиданы золотые звёзды.

– На одном из пришельцев находится защитная магия принцессы эльфов! – после затянувшейся паузы приподнятым голосом объявил белый колдун. От столь значимого открытия его жёлтое как пергамент морщинистое лицо засветилось радостью, а тощие руки взмыли ввысь, чтобы поблагодарить богов за то, что его мольбы услышаны. – Это самый верный признак того, что пророчество начинает сбываться! Ещё я скажу, что тот, кто отмечен знаком эльфов не сможет никогда причинить зла тому, кто этого не заслуживает!

– Вы слышали это!!! – радостно воскликнула принцесса.

– Хорошо, – после длительного раздумья сказал король, сердце которого смягчилось. – Я дам пришельцам шанс. Пусть они пройдут испытание огнём. Лишь преодолев смертоносное дыхание дракона они смогут доказать свою полную невиновность. И тогда они станут Рыцарями Дракона – полноправными гражданами Зарии! Я, принимая это решение, ничем не рискую. Если они не избранные, тогда они умрут ещё более жуткой смертью в священном огне!

Спустя час в мрачном зале Огненного Дракона, расположенного в одной из башен дворца, собрался весь цвет рыцарства Зарии. В него сквозь квадратные оконца под далёким сводом проникают редкие лучи света. Зал из-за небольших размеров в себя с трудом вобрал всех желающих посмотреть на очень редкое испытание огнём.

Знать королевства расположилась вокруг арены священного испытания. Рядом с ними на тёмно-зелёных нефритовых стенах зала можно увидеть впечатляющие барельефы. На них изображены извергающие мощные струи огня огромные драконы. Они летят, стоят и даже плывут, а также сражаются с полчищами страшных многокрылых чудовищ.

Взгляды присутствующих, не обращая никакого внимания на поражающие воображение барельефы, устремились туда, где посреди зала в полу зияет провал. Очертаниями он напоминает силуэт летящего дракона. Эта гигантская яма, которая глубиной в несколько метров, и есть арена испытания.

К радости большинства зрителей, пришельцы уже стояли в идущем под плитами священного зала узком коридоре, который ведёт на арену. С развязанными руками они томились в ожидании пугающей неизвестности. В нём они оказались после того, как вышли из небольшой комнаты, где Зара дала им несколько важных советов. Не сделали они и нескольких шагов по нему, как их оглушил грохот массивной каменной плиты, которая опустилась с грозным гулом, блокировав путь назад.

– Да уж, – протянул Гарри, приблизившись к решётчатой двери, преграждающей вход на ринг огненной смерти. За ней он увидел длинную площадку, окружённую высокими стенами, которые симметрично, то расходятся в стороны, то сходятся. – Неплохой каменный мешок. Хорошенький сюрприз, если ещё учесть то, что в нём стены густо испещрены множеством закопчённых отверстий!

Яркая огненная вспышка, внезапно родившаяся посреди арены, ослепила обречённых на испытание, вынудив вздрогнуть. Жаркий огонь, выхвативший из мглы их тревожные лица, пробудил в их головах мрачные мысли, заскакавшие табунами.

Совершено другое настроение царило у зрителей, окружающих драконовидный провал. Вырвавшаяся из пола струя пламени вызвала у них восторженные возгласы. Они стали громче после того, как вырвались новые огненные струи, часть из которых вылетела из стен. С каждой секундой среди людской массы с нетерпением ожидающих испытание разгорались нешуточные страсти. Кто-то ставил на быструю смерть пришельцев. Но были и те, кто верил, что им удастся продержаться больше двадцати секунд. Нашлись даже те, кто был убеждён, что они продержаться больше минуты.

Сотни глаз с жадным ожиданием смотрели вниз на священную арену гладиаторской схватки, где «разогревался» всё испепеляющий огонь.

– Наша задача, мне кажется, совершено невыполнимой, – упавшим голосом тихо произнесла Джина, обречёно смотря на жаркие струи кроваво-золотого огня, поочередно с нарастающей частотой и в разном порядке вырывающиеся из отверстий, хаотично разбросанных по фигурным стенам арены. Взгляд её стал испуганным, перед ним застыло ревущее буйство как ей казалось адского пламени.

Лауллер, пересилив себя, а для этого встряхнула головой, чтобы раз и навсегда отогнать пугающее наваждение, внимательно рассматривала стены ринга их смертельного боя. Сразу за решётчатой дверью они симметрично расходятся в стороны, после идут зубцевидными выступами, как бы имитируя размашистые крылья. К концу площадки они снова сужаются, очерчивая силуэт чем-то похожий на усеянную шипами голову чудовища. Нос его упирается в ещё одну решётчатую дверь.

Флоридка вдруг поняла, что арена испытания, если на неё посмотреть сверху, похожа на силуэт летящего дракона, который, когда его озаряет пламя, становится огненным. А еще она поняла то, что он направлением полёта указывает на выход, который, к сожалению, находится на противоположной стороне ринга. Выдох отчаяния вырвался из её уст после того, как она ещё раз недобрым взглядом на всё это посмотрела.

– Преодолеть двадцатиметровое расстояние, – запричитала флоридка, – под беспрерывными струями огнемётов, стреляющих отовсюду, разве что не сверху, да ещё продержаться неизвестно сколько, пока не откроется дверь на другой стороне преисподней, зажатой между фигурными стенами, это нереально!

– Лучше бы меня повесили, – жалобно застонал Ловкач, ощущая каждой клеткой существа прожигающий до костей жар беснующегося на арене огня. Его яркие кровавые блики отражались на влажном от липкого холодного пота перепуганном смуглом лице авантюриста. – В аду и то, наверное, прохладней! Заживо сгореть… брр! Я туда не полезу даже за всё золото мира! Три тысячи триста тридцать три обгорелых мамонтов!!! Я профессиональный вор, а не йог и тем более не пожиратель огня!..

В дальнем конце коридора, перед отрезавшей путь назад каменной дверью, неожиданно появился вырвавшийся из отверстия в полу огненный столб. С гулом пламя врезалось в низкий свод потолка. Не успело оно ещё в мглистом пространстве развеяться, как на несколько сантиметров ближе к путешественникам с пугающим оглушительным рёвом появился ещё один столб огня.

Новый огненный столб миг спустя врезался в свод и снова ближе. Но это было только начало. Скоро намного ближе появился ещё один столб пламени. А затем один за другим ещё и ещё вырастали столбы ревущего огня. Захвативший узкий коридор огненный хаос стремительно продвигался вдоль него к стоящим около выхода на ринг искателям приключений.

Перед обречёнными на священное испытание, отвлекая от приближающегося к ним пламени, заскользила вверх дверь из толстых металлических прутьев. Выход на арену огня был открыт.

– Пламя преисподней! – истошно заорал Джим, вдруг осознав, что если он сейчас не выйдет на ринг, то его испепелит передвигающийся колоннами по узкому коридору огонь.

– Делать нечего, нам ясно дают понять, что обратной дороги нет! – концентрируясь, собирая все силы и навыки в единое целое, пробасил техасец. – Слушайте внимательно, – обведя взглядом друзей, он кратко инструктировал их, чтобы у них был шанс выжить. – Когда окажитесь на ринге, максимально соберитесь и внимательно смотрите на отверстия в стенах! Знайте, что из них в любой момент может вылететь струя пламени и не одна! Опасайтесь неожиданных плевков огня! Берегите глаза, расчётливо дышите, а главное не делайте резких вдохов, иначе тогда раскалённый воздух сожжёт вам лёгкие!.. Вперёд, и с богом!!!

В зале Огненного Дракона воцарилась тишина. Все напряжённо наблюдали за тем, как трое в их глазах обречённых смельчаков неистово носятся по адской арене. Время шло, а им, несмотря на увеличение амплитуды огненных атак, всё ещё удавалось избегать испепеляющего дыхания грозного бога.

Трое сорвиголов бесстрашно лавировали среди яростных струй огня. Они, то подпрыгивали кузнечиками, а то стремительно пригибались к самому полу. Чтобы избежать огненных объятий им приходилось беспрерывно делать немыслимые кульбиты.

В королевской ложе, расположенной под самым сводом зала, принцесса Зара с тревогой наблюдала за тем, что происходит на арене. На ней её новые друзья пытались увернуться от жалящих струй жаркого пламени. В её больших похожих на синие озёра глазах, в которых можно без оглядки утонуть, отражались яркие вспышки бушующего на ринге священного испытания огненного урагана. Несмотря на прокатывающиеся по нему цунами огненные валы она была уверена в том, что для пришельцев из-за грани времён должно всё закончиться благополучно, ведь они избранные. Тем не менее, как только так называемое дыхание бога, с более мощным яростным рёвом вырывалось из стен глубокой ямы, очертаниями повторяющей силуэт летящего дракона, девушка невольно вздрагивала. И небезосновательно: там внизу был настоящий ад, в котором могли изжариться даже черти.

– Крассотка, берегись, струя справа! – горланил двигающийся подобно молнии Пистолет, еле успевая уворачиваться от беспрерывно шипя извергающегося золотистого огня.

Коммандос был не в состоянии предугадать, из какого отверстия, и из какой стены в следующий момент вылетит жаркое пламя. Находясь под постоянным яростным обстрелом, он, когда в очередной раз оказывался на линии огня, еле успевал прижаться животом к серо-зольному полу. Но, тем не менее, в этом невероятном ритме он ухитрялся найти время, чтобы окинуть взглядом всю арену и узнать, как обстоят дела у друзей.

– Джина, огонь слева у самого пола! Подпрыгни, чтобы избежать его объятий! Ловкач, на пол! – неистово кричал Бартол, подсказывая, что делать друзьям. – Лауллер, осторожно ещё одна струя слева, уходи с середины ринга! Джим, я тебе говорю, немедленно ложись и откатывайся назад, чтобы тебя не накрыло повторной огненной струёй, но уже направленной вниз!

– Трезубец Сатаны! – кричала флоридка, отчаянно ласточкой бросаясь в разрез между двух встречных огненных струй.

Девушка с выдохом облегчения прекрасной ланью приземлилась в безопасной на считанные мгновения зоне. Уже в следующий момент она подгоняемая неистовым огненным шквалом, который с новой силой обрушился на неё, катилась боком по покрывающим пол каменным плитам. Затем, вскочив на ноги, она со скоростью ураганного ветра перемещалась колесом.

– Священные булки мамонта, у меня, наверное, уже горит зад! – рядом вопил Ловкач, стремительно несущийся на другую сторону огненной арены. Он был похож на обезьяну, которая выпрыгнула из кипящего чана, куда шаля, свалилась.

На авантюриста без улыбки нельзя было смотреть. Каждый раз он воспринимался по-разному. То он казался попавшим в западню волком, когда, мечась от одной стены до другой, неистово носился по рингу. То он так ловко уворачивался от плевков огня, перепрыгивая через него, что походил на коня, берущего преграды. То он, ретируясь на животе от яростно струящегося из разных сторон пламени, так извивался, что как две капли воды походил на змею. Но каждый раз одно было неизменно то, что он воздух оглашал такими истошными воплями, будто за ним гонятся все черти ада

Не прошло и минуты дьявольски страшного и ужасного испытания, как перед глазами искателей приключений мир расплылся в режущей завесе огненного марева. Их кожа казалась обугленной, лёгкие разрывались от нестерпимого жжения, а во рту пересохло так, что пустыня Сахара завидовала. Невыносимый жар сводил с ума. Ещё немного и не было никаких сомнений в том, что адская боль не даст возможности сделать полноценный вдох.

Ловцам апокалипсиса с каждой наполненной смертельной опасностью секундой начинало казаться, что тянущемуся вечность кошмару, пронизанному пламенем преисподней, уже никогда не будет конца. Но вдруг решётчатая дверь, блокирующая выход из адской арены, взмыла вверх.

Отважные путешественники, увидев, что путь к спасению открыт, не заставили себя долго ждать. Они кубарем выкатились в прохладный коридор, где бессильно распластались на полу. Наслаждаясь окутавшей их мглой, они не обращали никакого внимания на интенсивно дымящуюся одежду, прожжённую во многих местах.

Откуда-то издалека до охотников за тайнами, которые радовались тому, что им удалось живыми выбраться из пекла, донёсся властный голос. Он возвестил о том, что теперь они стали Рыцарями Дракона.

Глава 14

Драконье дерево

В лазурных небесах ласково сияет солнце, уверено приближаясь к зениту. Нежась в его тёплых лучах по узкой тропинке, петляющей между зелёных холмов, не спеша друг за другом едут десять всадников. Они держат путь от высоких розовых стен Конора к старому лесу.

Во главе кавалькады путешественников и в её хвосте по три вооружённых воина. Доспехи рыцарей сопровождения на солнце ослепительно блестят. На верхушках их серебряных шлемов ярко пылают драконьи головы. В руках их искрятся круглые алые щиты с рисунками золотых драконов. В их ножнах сияют украшенные рубинами рукояти тяжёлых двуручных мечей. Их могучие тела защищены сверкающими панцирями с раскиданными по ним изображениями соколиных крыльев. Не хуже всадников защищены сталью, способной выдержать удар копья, их пегие жеребцы.

Над ведущим всадником на высоком древке развивается в объятиях лёгкого ветра знамя Зарии. На нём в закатном небе летит вышитый золотом на пурпурном шёлке дракон.

В середине кавалькады верхом на буланых жеребцах едут искатели приключений. К их сёдлам приторочен весь внушительный арсенал их громкого оружия плюс длинные обоюдоострые мечи.

Немного впереди охотников за тайнами на белоснежном жеребце скачет настоящая амазонка принцесса Зара. Её точёную фигуру эффектно подчеркивает накинутый на плечи белый атласный плащ, расшитый серебряными орлами – символами королевской династии.

– Как же я не люблю ездить верхом, – скулил всю дорогу ёрзающий в седле Джим. – Мозоль мамонта, да у меня уже одно место всё отбито! А как оно болит!

– Интересно это то, которое ниже поясницы или то, что выше издающего противные звуки горла? – Крассотка насмешливым взглядом окинула вора, скачущего впереди неё.

– А разве у него, то, на чём он сидит и лицо, не одно и то же? – Гарри, закатываясь от смеха, обернувшись, бросил саркастический взгляд на едущего позади него Ловкача, корчащего обиженные гримасы.

– Лучше бы смотрели на себя! Им весело! А как мне будет весело, когда одна из водящихся здесь зловещих уродливых тварей будет жадно отгрызать ваши ненаглядные седалища! Мне и так без вашего доставания после вчерашнего испытания огнём не очень хорошо. У меня вся кожа печёт! Вы только посмотрите, ведь это сплошной ожог! Миллион больно кусающихся блох мамонтов!!! А ещё всю ночь меня преследовали кошмары. Снилось, что черти, поливая маслом, жарят меня на огромной раскалённой докрасна сковороде!

– А драконы, плюющиеся огнём, не снились? – давилась от смеха Зара, поглаживая левой рукой Далла.

Дракончик, не слыша шуточного спора, свернувшись клубком, мирно дремал позади девушки. Чтобы было удобно, он положил зелёную голову на заднюю луку седла, украшенного королевским золотым гербом.

– Мне интересно, с какими специями тебя готовили, и с каким гарниром подавали к столу? – флоридка после короткой паузы продолжила насмешки над горе-воином.

– Да, наверное, было очень вкусно! – Пистолет, подыгрывая Лауллер, захлёбывался от смеха. – А как жаль, что меня не было на том званом пиру. Хотя мог заскочить ко мне и пригласить старого друга!.. Молчишь, ну да ладно, пригласишь в следующий раз. Только не зови, если мясо пригорит, не хочу, чтобы у меня была изжога!

– Да ну вас очень добрые друзья, одним словом, зубоскалы! – насупившись, махнул рукой Джим.

Отважные путешественники уже через полчаса ехали по величественному буковому лесу, утопающему в сочной зелени. На три километра углубившись в него, они оказались на большой поляне. Спешившись, они осматривались. В дальнем конце поляны их взгляды привлекла стрелой взмывающая в небо белокаменная башня с зубцами на верхушке. Её полированные стены делят на равные части многочисленные острые углы. При взгляде сверху она очертаниями напоминает многолучевую звезду. Её высота поражает. По сравнению с ней исполинского роста вековые деревья не иначе как карлики. На уровне человеческого роста её опоясывает барельеф из иероглифов таких витиеватых, что их трудно отличить от узоров.

– Это башня Волка, – таинственно произнесла принцесса, остановившись перед искателями приключений, с вчерашнего дня носящих гордое звание Рыцари Дракона. Лицо её в этот момент как никогда стало суровым.

Это был ответ Зары на недоуменные взгляды её спутников, которые пристально смотрели на белые стен завораживающего строения грозного и одновременно прекрасного.

– Башня когда-то была святыней для народа, жившего здесь много веков назад, – выдержав паузу, зарийка начала рассказ о героическом прошлом её предков. – Все они погибли, защищая башню от тёмных сил, но так и не дали врагу её осквернить. Захватчикам, посланным королевой тьмы, так и не удалось прикоснуться к её святым стенам. Её защитники держались до тех пор, пока солнце не встало из-за горизонта. Лишь только тогда последний из них, ещё за несколько часов до этого получивший смертельное ранение, испустил дух. Он знал, что дневной свет обратит демонов в людском обличье в бегство. Считается, что бродящий в этих местах призрак белого волка, который для древних был великим богом, наполняет неодолимой силой тех воинов, кто пришёл сюда накануне праведного смертного боя. Поэтому именно здесь я вам покажу некоторые жизненно необходимые премудрости ратного искусства. Лишь когда вы их освоите, мы продолжим путь дальше.

– Духи, призраки, всё это полная чушь, – сплёвывая, пробасил Ловкач, награждая принцессу сквозящим пренебрежением взглядом. Он смотрел на неё будто перед ним докучающая школьная учительница. – Я не понимаю, зачем понапрасну тратить время на обучение владению разными допотопными железками. Нам надо спешить пока не поздно, освобождать Алду Феникс и Рафу. И вообще, три тысячи триста тридцать три идущих напролом мамонтов, есть ли у вашего высочества хоть какой-то план, как мы это будем делать???

– Эти так называемые железки, – смерив латиноамериканца испепеляющим взглядом, ставших жёсткими глаз, ледяным голосом заговорила воительница, – наша единственная защита против магией порождённых жутких тварей. Запомните, только меч может прорубить дорогу в царстве тьмы! И чем искуснее вы будете владеть им, тем больше будет у вас шансов на успех! Ваше изрыгающее громкий огонь оружие может оказаться бесполезным против порождений тьмы. Не забывайте, что нам предстоит схватка со зловещей королевой Белисии. Очень и очень могущественной ведьмой! Кроме всего прочего в её распоряжение страшная магия чёрного колдуна Каощея.… Ну, а план у меня такой. Мы стороной обойдём испепелённые злобой земли нашего врага. Сделаем мы это для того, чтобы перед тем, как штурмовать жуткие чёрные стены грозного Абеллона попросить совета и помощи у великого белого колдуна Силивия, живущего в Шагрии среди бескрайних лесов. Это королевство расположено у подножия далёких Фарагийских гор.

– А это ещё что за мёртвое дерево? – вдруг спросил Джим, показывая взглядом на высящегося посреди поляны древесного исполина.

Авантюрист, возможно, таким способом хотел потянуть время, чтобы оттянуть начала урока по фехтованию. На эту мысль наводило то, что совсем недавно он с большой неохотой и невнятным бормотанием взял в руки тяжёлый меч, кривясь, сжав в ладони его бронзовую рифлёную рукоять.

– Когда я смотрю на это жуткое дерево, мне кажется, что вместо веток у него змеи, – вор, вертя в руках меч, не переставал скользить взглядом по колоссу. Его вниманием завладели кошмарно искривлённые длинные сухие ветви того, лишённые листвы. Не добавляла ему оптимизма и потрескавшаяся грязно-белая кора гиганта.

– Ты имеешь в виду убелённого веками старожила этих мест? – Зара погружённая в мысли о томящейся в плену тёмных владык Абеллона сестре, наконец, поняла, о чём её спрашивает Ловкач. – Это драконье дерево. Для нашего народа оно священно. Легенда гласит, что некогда беспощадный враг, уничтожавший всё на своём пути, бесчисленными легионами наступал на Конор. Жители города понимали, что они обречены. Совладать с несметными полчищами захватчиков было невозможно. Но никто, включая женщин, детей и стариков, и не думал о том, чтобы отступить. Все решительно были настроены сражаться до последнего – умереть, но не уйти со своей земли. И тогда случилось посланное небесами чудо. На том месте, где мы сейчас стоим, на пути врага стал огромный многоголовый золотой дракон. В кровавой схватке он пал, но до этого яростным огнём успел испепелить большую часть захватчиков. На месте его смерти и выросло это дерево.… Ладно, хватит предаваться воспоминаниям пора, наконец, заняться делом!

Принцесса-воин с твёрдой решимостью, и это раздосадовало авантюриста, встала в боевую позицию. Перед тем как сделать приветственный жест мечом, она с плеч скинула белоснежный плащ. Не теряя времени, она приступила к показу смертоносных колющих и рубящих выпадов, а также приёмов защиты и уклончивых манёвров. Её тренированное тело, защищённое элегантными доспехами, стало упругим и эластичным, но продолжало сохранять грациозность и изящество. Казалось, что мускулы воительницы, перекатывающиеся буграми под покрытой шрамами бронзовой кожей, сплелись в единый узел, делая её похожей на атакующую львицу.

– Движения должны быть плавными и в тоже время резкими, внезапными – неожиданными для противника, – громко и чётко объясняла ученикам, без всякого сомнения, будущая королева. Временами её голос был настолько громким, будто перед ней готовящаяся к сражению армия. Двигаясь, словно в божественном танце, она детально показывала все секретные выпады. – Всегда смотрите врагу только в глаза! Будьте готовы к любым нестандартным решениям. В этом один из секретов победы! Перемещайтесь молнией так, будто вы опять на ринге жалящего священного огня! Много тренируйтесь, и всё получится. Я в вас верю! С вами теперь сила священного дракона – вы теперь его рыцари!!!

– Да, легко сказать плавно и одновременно молниеносно двигайтесь с огромным ножом в руках. Да у него же вес как у штанги! – бурчал латиноамериканец, стоя спиной к мёртвому драконьему дереву.

Джиму довольно скоро надоели премудрости фехтования. Он решил показать, что без всяких утомительных тренировок отлично владеет гигантским ножиком. Решительно двумя руками он ухватился за рукоять меча, перед ним вонзённого в землю. Он задумал его эффектно взметнуть ввысь.

Обливаясь потом, вор с трудом выдернул меч из земли. Намереваясь продемонстрировать несколько па атакующих выпадов по воображаемому противнику, он резко вскинул его вверх. А для того, чтобы привлечь к себе внимание он громко закричал:

– Святые булки мамонта! Может вам ещё и бабочкой порхать! Смотрите!!!

И действительно посмотреть было на что, как говорится зрелище не для слабонервных. Непомерно тяжёлый обоюдоострый меч для проворных рук взломщика, но для фехтования слабых, с сердитым шипением длинным острозаточенным клинком неуверенно и неумело вспенил воздух вокруг него. Его вес тянул авантюриста за собой, делая похожим на шатающегося завсегдатая питейных заведений. Выглядело довольно забавно то, как он упрямо пытается подчинить непокорную блестящую в лучах солнца ледяную сталь. Его кидало из стороны в сторону, взад и вперёд, заставляя хаотично махать руками.

– А чтобы тебя! – проревел, выходя из себя Ловкач, окончательно убедившись в том, что так просто с мечом не совладать. – У, заточенная берцовая кость мамонта!

Джим, крепко стиснув зубы, и сжав, что есть силы влажными от пота пальцами рифлёную рукоять, в последний раз попытался нанести размашистый плечевой удар в схватке с самим собой. Чтобы это осуществить он отшлифованный до зеркального блеска широкий клинок тяжёлого меча занёс над головой.

Сместившийся центр тяжести потащил латиноамериканца за собой, вынуждая его, пятится назад. У него была такая походка, будто он ступает по марсианской поверхности.

Далл, не подозревая о «показательном выступлении» горе-фехтовальщика, растянувшись на зелёной траве, нежился в лучах полуденного солнца. Он лежал недалеко от мощных корней высящегося посреди лесной прогалины мертвенно-бледного дерева, тянущего в тёплое небо лишённые листвы ветви, похожие на змей.

Белый великан как раз находился за спиной пятящегося назад Джима, тащимого тяжестью меча. Неотвратимо он приближался к дракончику, дремлющему рядом с мёртвым деревом. Ещё шаг и он натолкнулся на него.

Зелёный, грубо разбуженный, спросонья не понимая, что произошло, грозно рыча и гневно шипя, отскочил в сторону.

Латиноамериканец, споткнувшись об зелёную гребенчатую спину мифологического зверя, выпустил из рук тяжёлый двуручный меч. Спиной вперёд он полетел на траву.

– О, седалище мамонта, как же больно! – провожая взглядом улетающее грозное оружие, застонал Ловкач, филейную часть которого пронзила боль.

В глазах у вора, оказавшегося в горизонтальном положении, столкнувшегося с землёй не только пятой точкой, а ещё и затылком, на несколько секунд потемнело.

Вылетевшая из рук пройдохи остро заточенная сталь вонзилась в принявшее на себя удар драконье дерево. Клинок меча так глубоко вошёл в белый мертвенный ствол исполина, изборождённый глубокими трещинами, что, без всякого сомнения, пронзил его старое сердце.

Джим после падения приходил в себя. Встряхнув головой, он разразился такой гневной речью, что от нескончаемого потока из отборных ругательств казалось, восстанут мёртвые. Когда же в попытке подняться с земли он во всём теле ощутил ноющую боль, его брань усилилась. Печать молчания на его уста наложил вдруг появившийся странный нагоняющий жуть клокочущий звук, который с каждой секундой пугающе нарастал. Оглушающей какофонией хаоса он доносился со стороны мёртвого дерева.

Латиноамериканец, не понимая, что происходит, вонзил растерянный взгляд в драконье дерево. Ему показалось, что змеиные ветви мёртвого исполина зловеще шевелятся. Охваченный приступом страха, совершено забыв о боли, он стремительно вскочил на ноги.

На поляне безгранично властвовал противно свистящий клокочущий и завывающий звук. За считанные секунды он достиг такой силы, что казалось, ещё немного, и сведёт с ума.

Ловкач, чтобы не оглохнуть, плотно прижал ладони к ушам. Скоро он обнаружил, что в том месте, где меч вонзился в ствол, мощным потоком вырывается серая струя. Смотря на неё, не было никаких сомнений в том, что это из дерева выбирается потусторонняя призрачная тварь. Она и была источником оглушительного звука, напоминающего стремительно сдувающийся воздушный шар. С каждым мигом звук становился сильней.

Нарастающий дьявольский свист испугал Далла, заставив засеменить подальше от драконьего дерева.

Вор, как только увидел свистящую призрачную струю, развернувшись на сто восемьдесят градусов, со всех ног бросился прочь. Он так ещё никогда не бегал. Даже без полицейского радара было видно, что в попытке убежать от сильно рассердившихся неведомых потусторонних сил он бьёт все рекорды скорости. Смотря на него, казалось, что его преследует по пятам осиный рой.

Латиноамериканцу дальше, чем на несколько метров, убежать не удалось. Глубоко вонзившийся в драконье дерево меч, с адским свистом вылетел из него будто пробка из бутылки шампанского. С невероятной силой его подбросило в небо. Теперь уже ничто не мешало серой струе, разящей гнилью, вырваться из нутра узловатого ствола колосса. Она с невероятной мощью устремилась на свободу, породив неистово вращающийся вихрь. Его тёмное жало стремительно растягивалось, метя в того, кто посмел потревожить покой павшего некогда здесь золотого многоглавого дракона.

Мистический смерч быстро настиг вора. Его окутало густыми клубами серой пыли. Вокруг него воздух буквально вскипел, неистово завертевшись в дьявольской пляске.

Джим ощутил, что его отрывает от земли и подкидывает вверх. С каждым мигом в объятиях неистово закрутившего кошмарного вихря он терял связующее звено с реальностью, растворяясь в зловещей жути, накинувшейся на него. В голове у него шумело от демонического свиста, глаза застилала непроглядная тьма, а лицо так хлестал адский ветер, что казалось, в кожу одновременно вгоняют тысячи ледяных игл.

Авантюриста резко кинуло вниз, будто жонглирующая им страшная неизвестность, наигравшись, отшвырнула в сторону.

– А чтобы черти забрали себе в пекло это проклятое дерево вместе с вашим ратным искусством! – придя в сознание, с болезненным стоном прохрипел Ловкач, с ужасом вспоминая сильный удар об землю, от которого как ему показалось, хрустнули и рассыпались на части все его кости. А когда он попытался подняться на ноги, то ощутил зловонный запах. Тут он увидел, что весь от кончиков волос до пят покрыт омерзительной слизью. – Да чтобы это драконье дерево разорвало! – ругательства с новой силой так и полились из него. – Чтобы его термиты съели до самого гнилого корня!!! Чтобы в него молния попала!!! Чтобы его снесли и растоптали мамонты!!!

Латиноамериканец, посылая проклятье за проклятьем, не замечал того, что происходит в небесах. А там меч, подброшенный в заоблачную высь серой струёй, подчиняясь силе притяжения, устремился назад. Кувыркаясь в воздухе ослепительно искрясь в солнечных лучах, он новой угрозой для горе-фехтовальщика, возвращался на землю. Не прошло и секунды, как его увесистая рукоять приземлилась в гущу просаленных похожих на копну смоляных волос вора, торчащих ежом. Попав в темя, она нанесла сокрушительный удар, прервав не только поток ругательств, а ещё и отправив сквернослова в глубокий нокаут.

Джим, в очередной раз, очнувшись, увидел над собой лица друзей. У них на устах играла едкая усмешка.

– Мне кажется, – еле сдерживал смех Пистолет, – что кто-то не совсем удачно поссорился с давно засохшим деревом.

– А оно его решило поставить на место! – давилась от смеха Крассотка, окидывая язвительным взглядом только что пришедшего в себя авантюриста. – Да так его проучило, что праздник для глаз! Оно его в два счёта уложило на лопатки, к тому же окатив плохо пахнущей слизью, похожей на сопли тьмы. Теперь уже точно любителю мамонтов придётся вымыться и выстираться, а то аромат его привлечёт к нам, а прежде всего к нему, всю нечисть этого мира.

– Или, наоборот, распугает её, – шуточно философствовал Гарри. – А этого нам точно не нужно. Ведь в этом случае вместе с чертями и демонами может сбежать, да как можно дальше от нашего горе-воина, сбивающего с ног незабываемым ароматом, и ведьма Сола Мракк. И где нам тогда её искать, не за тридевять же земель?! – прикрывая нос ладонью, хохотал он.

– Да ну вас!.. – привстав, махнул рукой Ловкач. Он уже собирался демонстративно отвернуться, как заметил вдалеке съёжившегося дракончика, перепуганного мистическим ветром. – У, зловредные тараканы! Ведро мамонтовых испражнений вам на ужин!!! Далл, иди ко мне, лишь ты один меня понимаешь.

– Лучше не ходи к нему, – продолжала острить Джина. – Потом и за неделю не отлижешь себя, он же настоящая вонючка!

– Всё хватит веселиться! – твёрдым шагом подойдя к искателям приключений, командным голосом пророкотала Зара. – Идите и продолжайте совершенствовать свои навыки владения оружием Рыцарей Дракона! А кое-кому вообще необходимо научиться, правильно в руках держать меч! – в лицо поникшего Джима она вперила пронзительный взгляд строгих глаз. – Теперь я лично займусь твоей подготовкой!

Зарийка, не теряя времени, вплотную приблизилась к авантюристу, положив руку на его плечо.

Латиноамериканец за несколько часов под зорким контролем и непосредственным участием принцессы с горем пополам освоил простейшие приёмы владения мечом.

– Не моё это, не моё, – шептал промокший от пота после беспрерывных упражнений Джим. – Святые мускулы мамонта!

Вор раз за разом бросал любопытные взгляды в ту сторону, где тренировались его друзья. И там он видел одну и ту же картину, как они без устали фехтуют, словно из железа.

Новоявленные Рыцари Дракона, завзято взявшиеся за подготовку к предстоящим сражениям, постепенно улучшали уровень мастерства. В пылу азарта страстных поединков между собой они уверено приближались к высотам их учительницы. Но всё же между ними ещё была целая пропасть, ведь для того, чтобы достичь её класса требовались месяцы упорных тренировок.

Совсем по-другому обстояли дела у горе-рыцаря, тренировавшегося одновременно с друзьями, но по отдельной программе. Он постоянно норовил присесть на траву. Как только он замечал, что Зара, наблюдающая за ним с плоской верхушки большого камня, высящегося в центре лесной поляны, задумчиво отводит взгляд в сторону, тут же его движения становились вялыми. Земля как магнитом тянула его к себе. Его отдых длился недолго. Как только воздух пронзал гневный крик принцессы, он мгновенно как ошпаренный вскакивал на ноги.

Громкий голос зарийки то и дело взмывал над поляной, означая, что упорная подготовка горе-фехтовальщика продолжается.

– Ах ты, лентяй! – не уставая, кричала принцесса и этому казалось, не будет конца. – Подымай свой тощий зад и учись обращаться с мечом! Тебе скоро придётся воевать не со старым мёртвым деревом, а с закалёнными в боях безжалостными воинами Белисии и бог знает с какими ещё тварями тьмы, обитающими за зловещими стенами Абеллона! Там тебе одной зловонной слизью не отделаться!

Солнце неуклонно двигалось по небесному своду, всё ближе смещаясь к косматым верхушкам крон величественных стройных буков. Невзирая на это, обучение искателей приключений не прекращалось. А то, что в нём наметился прогресс, не было сомнений. Чтобы в этом убедиться достаточно было мимолётного взгляда. На вора и то приятно было смотреть, несмотря на все его ухищрения избежать тренировки.

Воинские занятия по подготовке ловцов апокалипсиса к смертельной битве с армией тьмы плавно перешли на следующий уровень.

Глава 15

Скачки с препятствиями, стрельба из лука

и пулемётная очередь

Грациозная воительница королевских кровей подвела к Ловкачу буланого жеребца, что стало для него неожиданностью. Элегантным движением аристократической руки она вложила в его ладонь уздечку.

– Опять скакать верхом? – от безысходности застонал Джим.

Под неумолимым взглядом принцессы авантюристу пришлось рукой дотронуться до гривы коня. Тот зафыркал, забил об землю передними копытами, пытаясь отпрянуть в сторону.

Скакун, о чём догадалась зарийка, учуял неприятный пугающий запах, идущий от его наездника, помеченного мистической силой драконьего дерева (аромат из мёртвого ствола гиганта был настолько стойким, что сохранился даже после длительного купания авантюриста в неподалёку журчащем прохладном ручье).

– Смотрите, он мне тут расфыркался и разбрыкался! – в сердцах воскликнул вор. – Да успокойся ты, мамонт недомерок, с гривой вместо шерсти! Тут и без тебя всё тело ноет да болит!

Три остальных коня, ощутив чудовищный запах также забеспокоились. После того как лошади смирились с ароматом Ловкача, Зара чтобы показать своим примером как правильно надо проходить полосу препятствий, с лёгкостью пушинки ловко вскочила в седло белоснежного скакуна, круп которого покрыт голубой бархатной накидкой с золотыми узорами и кистями. Пришпорив коня, она его пустила в галоп. Демонстрируя слаженность действий, играючись она на нём перепрыгнула три подряд тёмно-зелёных барьера из колючих кустов.

Гарри и Лауллер без малейшего колебания последовали примеру наставницы, показав неплохую технику прохождения препятствий верхом. Тем не менее, когда они демонстрировали своё умение, не всё у них прошло гладко. По очереди они делали одну и ту же ошибку, но на их счастье, на земле не оказались. Хотя вполне могли, ведь их лошади копытами цепляли верхушку кустарника. С трудом, но всё же, им удалось перемахнуть через все три живых барьера.

Когда пришёл черёд латиноамериканца верхом преодолевать препятствия, он с большой неохотой вскочил в седло не до конца успокоившегося жеребца, панически напуганного исходящим от его наездника грозящим смертью запахом. Не успел он комфортно устроить в седле многострадальную пятую точку, как конь неистово заржал. Пытаясь сбросить седока, он встал на дыбы. С помощью шпор, благого мата и истошных криков, летевших из горла подобно огненным бомбам из жерла вулкана, ему удалось успокоить жеребца. А главное ему удалось направить его на полосу из трёх барьеров, хотя от мысли прохождения их у него дрожали коленки.

К всеобщему облегчению Джим, наконец, неистово помчался вперёд. С ужасом он смотрел на то, как стремительно сокращается расстояние до высокого кустарника, неприветливо выставившего навстречу жёсткие ветви, усеянные крупными шипами.

Буланый скакун, несущий на спине дрожащего от страха всадника, которому казалось, что тот разогнался до скорости ураганного ветра, неумолимо приближался к препятствию.

–Ну, сделай это мой скакун, – шептал Ловкач, расширенными от страха глазами фиксируя последний метр до зелёного барьера.

Вор перед преградой невольно выпустил узду. Зажмурив глаза и пригнувшись к гриве коня, он крепко вцепился в неё дрожащими руками. Замерев, он с тревогой вслушивался в свист ветра да тревожный стук леденеющего от страха сердца. Воображение рисовало его висящим на колючих упругих ветках, неистово воя от боли…

Тяжело дыша, жеребец взмыл вверх. Сердце латиноамериканца ёкнуло. После хорошей встряски, заставившей каждой косточкой вспомнить о теле, болезненно переносящем приключения последних дней, он открыл глаза. Выдох облегчения вырвался из его груди, когда он увидел себя целым и невредимым за живой стеной преграды. Обернувшись, он заметил кружащиеся тёмно-зелёные крупные листья, срезанные копытами лошади с верхушки кустарника.

– Ух, кажется, обошлось, святые небеса рая мамонтов! – радостно воскликнул Джим охрипшим от длительного крика голосом. Но уже в следующий момент взглядом загнанного волка он, к своему ужасу, обнаружил впереди новую преграду, про которую на радостях совершено забыл.

Именно в этот момент Ловкач краем глаза заметил Далла, игриво соревнующегося с его лошадью. Юный дракон как никогда следовал принципу путаться у всех под ногами. Зелёная стена высокого кустарника между тем была уже совсем близко. На какой-то миг горе-наезднику показалось, что она выросла, чуть ли не до неба, закрыв собой весь божий свет.

– Ещё одного прыжка, я не перенесуууууууууууууу!..

Вор ощутил неимоверной силы толчок. Его неистово тряхнуло, да так, что из судорожно вцепившихся пальцев выскользнула конская грива. Чудовищная сила его подбросила вверх. Он почувствовал себя в свободном падении. По его коже табунами отчаянно помчались мурашки.

Буланый жеребец, с лёгкостью перепрыгнув через вторую преграду, приземлился на землю уже без своего седока.

Горе-наездника выбросило из седла, словно из пращи. Ракетой класса «земля-воздух» он летел навстречу неизвестности, готовой щедро его одарить болью, в чём сомнений не было. Неистовым криком, похожим на рёв сирены, он оповещал всех о своём приближении.

Сумасшедший полёт авантюриста к его счастью, а может быть и печали, продлился недолго. Камнем с небес он рухнул вниз. И надо было такому случиться, что он упал на спину Далла.

Филейная часть латиноамериканца после того, как «шумно» приземлилась на зубчатый гребень юного дракона, его пронзила такая боль, что в голове помутилось. Боясь упасть, он отчаянно пытался ухватиться руками за скользкую спину мифологического зверя, пронзённого не меньшей болью. Ко всем его бедам добавилось ещё и то, что он оказался сидящим задом наперёд.

Далл, не зная ничего о воздушных приключениях вора, был неприятно удивлён тем, что на него обрушилось нечто тяжёлое, ударившее его. Перепугавшись неведомой угрозе, он изо всех когтистых лап, рванул в сторону леса, намереваясь искать спасения в его густых зарослях.

– Ты посмотри! Посмотри!!! – наблюдая за происходящим, держась от смеха за живот, улюлюкая, кричал Пистолет. – Это же надо Ловкач оседлал детёныша дракона и пытается продемонстрировать нам на нём высший класс верховой езды!

– Только, по-моему, он несколько перепутал, где должна быть у того голова! – Крассотка поддержала командира. С громким смехом и широко открытыми от удивления глазами она смотрела на истерически вопящего вора, от отборных ругательств которого уши сворачивались трубочкой, а ещё в них расцветали фейерверки из колоритных слов.

Ловкач, верхом несясь на драконе, от страха всё ниже клонился к его хвосту. Со стороны же это выглядело так, будто он там ищет уздечку.

– Осторожней, смотри не покалечь нашего зелёного друга! – до ушей вора долетали колкие насмешки. – Помни о том, что он очень редкое животное, даже в эти давние для нас времена!

– Проклятая ящерица! – в свою очередь вопил Джим. – Три тысячи триста тридцать три неистово бегущих мамонтов! Остановись же ты, наконец!!!

Ловкач, чтобы не свалиться, что есть сил, пальцами впился в невысокий треугольник зубца костистого гребня спины Далла. Глотая густые клубы пыли, он видел перед собой заканчивающийся пиковидным наростом энергично раскачивающийся хвост. Через плечо, бросая тревожные взгляды назад или вернее вперёд, он с ужасом наблюдал за тем, как стремительно приближаются густые заросли леса.

– Остановишься ты зелёный змей эдакий, в конце концов, или нет?!? – трубами судного дня кричал авантюрист. – Хобот ты мамонта! Тормози!!! Мама, спаситеееее!..

Юный дракон вместе с наездником растворился в яркой лесной зелени. Лишь только треск ломающихся веток да глухие удары в сочетании с громкими проклятиями на колоритном испанском языке напоминали о них.

Через некоторое время из густых зарослей появился латиноамериканец. Он шёл, шатающейся походкой. Штаны его приспущены. Его одежду покрывают рваные дыры, а руки, плечи и бёдра густо изрисовали тонкие кровоточащие полосы – следы от хлёстких ударов веток.

Дракончик к моменту появления горе-наездника уже нежился на солнце. Через щёлочки полуоткрытых глаз он наблюдал за тем, как тот отчаянно ему грозит кулаком.

Ловкач уже собирался последовать примеру зловредного в его глазах ящера, чтобы хоть несколько задобрить ноющее тело после порки ветвями, но Зара не оставила у него никаких иллюзий. Не желая ничего слушать, она отвела его на рубеж стрельбы из лука, где собрались все остальные участники команды спасения пленниц из когтистых лап зла.

Для принцессы стало полной неожиданностью, что её бездарному потерянному ученику пришлась по душе новая фаза подготовки к бою с тёмными владыками Абеллона. Она не знала, что он хорошо знаком с этим видом оружия. С открытым ртом она наблюдала за тем, как вор со знанием дела невозмутимо взял в руки покрытый причудливым резным узором большой лук из чёрного дерева. Потрогав пальцем, натяжение тетивы он уверено достал из кожаного колчана, расшитого цветными блестящими нитями, длинную чёрную стрелу с тяжёлым стальным наконечником. Заинтересовано он прикоснулся к прикреплённым на противоположном конце стрелы красным перьям, необходимым для стабилизации полёта.

– Сейчас я вас всех сделаю, – торжествующе прошептал Джим, в этот момент даже позабыв о том, что находится во власти сковывающей движения боли.

Авантюрист, не теряя времени с силой натянул тетиву, целясь в центр мишени – в небольшую квадратную доску, на которой белым мелом нарисованы концентрические круги. В неё не так просто попасть: помимо того, что она небольшая и стоит на траве, до неё не меньше ста метров.

Вор, перед тем как вооружится луком, некоторое время самодовольно наблюдал за неудачной стрельбой его друзей. С трёх попыток они попали всего по разу, да и то не больше чем в девять.

– Снайперы мне тоже! – злорадствовал прохиндей. – Сейчас я вам всем покажу, как надо стрелять. Смотрите и учитесь! Вот я навожу на цель, медленно на вдохе на-тя-ги-ва-ю. А теперь, терпение мамонта, плавно, рукой мастера отпускаю, иииииииииии…

Ловкач перед выстрелом, чтобы занять более удобную позицию, сместился на полшага вправо, где позабытый всеми, свернувшись калачиком, сонно позёвывал Далл. Дремля, он наружу выставил безвольно свесившийся вниз ослизлый серо-багровый язык, раздвоенный на конце.

Нога стрелка, готового выпустить стрелу, стала на дракона. С громким шипением, смешанным с грозным рычанием, тот резко отскочил в сторону, одновременно из пасти выпустив струю золотого пламени.

Латиноамериканец, как раз взявший в прицел мишень, вдруг ощутил, что под его правой ногой исчезла точка опоры, словно под ней растворилась земная твердь. Ещё более ошеломляющим было для него то, что яркая огненная вспышка ослепила его. Пошатнувшись, он с заряженным луком в луках полетел на землю. Невольно вскинув их вверх, он отпустил тетиву. Хищно взвизгнув, та послала стрелу в голубую гладь неба. Это было невероятным, но она устремилась ввысь под прямым углом.

Джим, выронив лук, подчиняясь силе притяжения, растянулся на земле. Ему ничего не оставалось, как растерянным взглядом провожать стрелу. Он видел, как та, достигнув предела высоты, сделала переворот и… стремительно возвращалась в ту самую точку, откуда была отправлена в полёт.

Вор, как только понял, чем ему грозит возвращение стрелы, как ошпаренный вскочил с травы. Чтобы оказаться на ногах у него были и другая причина, не менее веская. Его джинсы, после того как были «обласканы» жарким дыханием Далла, пылали ярким огнём в районе пятой точки. Но ему было не до пожара на ягодицах. Его взгляд был прикован к стремглав возвращавшейся назад стреле.

Горе-лучник успел отскочить в сторону за миг до того, как смертоносный наконечник вонзился в землю там, где он только что беспомощно «барахтался».

Ловкач, как только миновала смертельная опасность, под истерический гогот друзей пытался сбить пламя, пляшущее на его филейной части. С отчаяньем, смешанным с яростью он наносил по ней удары.

По иронии судьбы в это же самое время принцесса решила научиться обращаться с громко изрыгающим огонь оружием пришельцев. Пока Рыцари Дракона были вовлечены в новые злоключения вора, она уверено приблизилась к горе автоматического оружия, часть которого лежит вне рюкзаков и тюков. За несколько часов до этого она подробно расспросила у Гарри, как с ним обращаться.

Зарийка с жадным азартом в сине-зелёных глазах протянула руку к мрачно мерцающей на солнце воронёной стали, трогая её. Нетерпеливо взяв в руки М-60, она с восторгом рассматривала механизм смерти далёкого будущего, наслаждаясь его приятной тяжестью, таящей в себе невероятную сокрушительную мощь.

Зара, вспомнив слова старшего из посланных народу Зарии роком провидения пришельцев, после непродолжительных поисков нашла флажок предохранителя. Без тени сомнения на лице она его опустила, чем привела в боевое положение так её покоривший уже заряженный крупнокалиберный ручной пулемёт. Ощущая себя первопроходцем, она осторожно вдавила спусковой крючок. В тот же миг её оглушило шквальным огнём, неистово вырвавшимся из ствола М-60.

Мощная отдача откинула девушку назад. Подчинив себе, она её завращала вокруг своей оси. Смертоносный свинец летел тучами, нашпиговывая окружающее пространство зловещим свистом и хаосом…

– Смотрите, Ловкач, он же суперстрелок, чуть не пронзивший стрелой солнце, сам себя бьёт руками по своему ненаглядному седалищу, из-за чего оно даже загорелось! – последние из «Чёрных Волков» отпускали колкие шутки и задорно смеялись, с упоением наблюдая за разворачивающимся зрелищем. – Так её! И ещё раз, и ещё!!! Атата! Ещё сильней по ней! Атата!!!

– Я горю! Горюууууу!!! – латиноамериканец, напоминая отчаянно хлопающую крыльями курицу, неистово кричал. – Тушите же меня! Чего стоите истуканами как чучела мамонтов…

Последние слова авантюриста растворились в яростном грохоте неистово застрекотавшего пулемёта.

Тяжёлые пули стальными роями со свистом летели во все стороны. Они заставили искателей приключений упасть и вжаться землю.

Джим, лёжа на боку, продолжал тушить вспыхнувшие джинсы. Он отчаянно ругался, награждая друзей не очень лестными эпитетами, провозглашая их, то мамонтовыми тараканами, то недалёкими людьми, а то клубком аспидов. Так сильно он возмущался не от того, что его поджёг Далл, и не от того, что никак не мог потушить себя, а потому что грозное оружие попало в руки к дикарке хоть и благородных кровей.

Длинная очередь из М-60 в очередной раз по кругу прошла через всю обширную поляну. Она оставила глубокие отметины на расположенной вдали у самой кромки леса белокаменной башне Волка со стенами-лучами. Свинцовый рой растрощил деревянные опоры одной из двух пятиметровых сторожевых вышек, поставленных на краях поляны. Деревянная конструкция, со скрипом накренившись набок, рухнула. Падая, она покалечила трёх рыцарей в серебристых доспехах – часовых, следивших за тем, чтобы силы тьмы или иная опасность не застала врасплох принцессу и её спутников.

Младшая королевская дочь, несмотря на устроенный ей хаос как завороженная продолжала вдавливать спусковой крючок. Пулемёт в её руках казалось, раскалился добела. Со зловещим шипением он выбрасывал в пространство целую армию свинцовых посланцев смерти. Крупнокалиберные пули, достигнув леса, срезали ветки деревьев, отщепляли кору и крошили в мелкую щепу кустарник.

Накрывший поляну адский грохот заставил дракончика испугано заметаться. Спасаясь от неизвестного страшного шума, он пустился наутёк.

– Вот это да! – переводя дух, тяжело выдохнула амазонка. Откинув в сторону только что замолчавший «крупняк», успевший пропустить через себя несколько метров ленты, она ошалелым взглядом окидывала масштаб причинённых ей разрушений. – Никогда бы до встречи с вами не подумала, – перевела она взгляд на Рыцарей дракона, – что кусок железа, хоть и такой увесистый, может в момент причинить такие масштабные разрушения!

– Святые булки мамонта, ну, вы и даёте! – с трудом поднявшись с земли, прохрипел Ловкач.

Взгляды Крассотки и Пистолета уткнулись в дымящуюся пятую точку авантюриста. Смотря на неё, они прыснули со смеха. Причина их безумного веселья крылась в том, что его выгоревшие на солнце джинсы покрылись большими дырами, которые прожёг огонь. Сквозь них видны красные в крупный белый цветочек семейные трусы.

– Что за дикий и неуместный смех? – обижено, буркнул латиноамериканец. – Чем зря на меня таращиться, вылупили они зенки, лучше бы внимательно смотрели за нашим оружием. Им всё ещё смешно! Палёная шкура мамонта! Его бивнями вам бы в одно место! А эти трусы, между прочим, я купил за двадцать баксов!!!

– И потому он с ними никогда не расстаётся, – резюмировала Лауллер, что вызвало похожий на взрыв атомной бомбы эффект. От тут же последовавшего оглушительного заразительного смеха казалось, сейчас попадают окружающие поляну вековые деревья.

Глава 16

Лекарство для жертвы имитатора сражения

Джим с дрожью в коленках подошёл к последнему рубежу ускоренной подготовки обучению навыкам ратного искусства. Его пугало стоящее перед ним длинное и громоздкое бревенчатое строение, напоминающее мрачный склеп. От него веяло ужасом. Именно в эту жуткую могилу, расположенную недалеко от башни Волка, надо было войти, чтобы перейти на новый уровень готовности к битве с армией тьмы.

Зара, как только все искатели приключений собрались вокруг, по их мнению, гигантского ящика страха, двумя руками ухватилась за рукоять большого деревянного колеса, которое прикреплено к его боку. Активно его завращав, она привела в действие механизм, спрятанный внутри странного сооружения.

Ловкач, наблюдая за происходящим, с содроганием услышал, что внутри таящей ужас чудовищной конструкции нечто с пронзительным скрипом пришло в движение.

Гарри и Крассотка, облачившись в лёгкие доспехи, по очереди растворились в тёмном провале узкого входа в мрачное строение. Смело, они вошли в свой аттракцион ужасов. Но это был далеко не «Луна-парк». Через некоторое время они сильно уставшие и взмыленные вышли с его противоположной стороны, где оказались перед четырьмя воткнутыми в землю шестами, на которые нанизаны тыквы. Их они должны разрубить мечом, к тому же с одной попытки.

Пистолет первый вышел из мрачного сооружения. Ему практически на сто процентов удалось справиться с поставленным принцессой заданием. Его тяжёлый обоюдоострый меч, летавший в руках подобно молнии, на двух тыквах оставил глубокие борозды, а ещё две разрубил пополам, одна из которых разлетелась на мелкие куски.

Флоридка справилась хуже. Она, как и штатовец без особых проблем прошла тяжёлое испытание внутри гигантского ящика страха. Но выйдя из него, лишь слегка зацепила одну тыкву. На большее у неё сил не осталось. В изнеможении она села на землю.

Настала очередь Джима.

– Я ни за что не полезу, в этот чёртов ящик! Гроб мамонта! Вы что хотите моей смерти?! – пытаясь сопротивляться, неистово вопил он.

Авантюрист извивался и брыкался ногами всё, то время, пока его облачали в стальные доспехи, которые тяжелее, судя из его криков, самого большого сейфа. Тем не менее, несмотря на все протесты, скоро все они оказались на нём.

– Давай, пошёл, и будь паинькой! – воскликнула Лауллер, после того как стальная защита на Ловкача была одета. А чтобы поторопить друга, она с едкой улыбкой на устах его подтолкнула к зияющему темнотой входу в жуткую пугающую неизвестность.

– Иди и стань отбивной, – обижено, посмотрев на Джину, прошипел латиноамериканец, закованный с ног до головы в прочную сталь.

Медленно, словно на ватных ногах авантюрист приближался к входу, ведущему внутрь деревянной конструкции. Он был похож на астронавта, отправляющегося к далёким звёздам.

Ловкач сквозь узкие прорези натянутого на голову яйцевидной формы шлема с ярко-голубым плюмажем на верхушке увидел вибрирующие балки перекрытия входа в неизвестность. Смотря на них, он понял, что внутри происходит активное движение. Перед тем как сделать первый неуверенный шаг в ящик страха он по-гагарински на прощание помахал рукой. Из-за тяжёлой брони это стоило ему немалых усилий. Ведь пальцы его и те были в металлической перчатке.

Джим, как только оказался внутри таинственного жуткого строения, мглистый воздух которого пронизывают тонкие золотые лучики, кроме пустоты ничего не увидел. По-другому и не могло быть, ведь приводящее в движение адскую начинку колесо уже секунду как бездействовало. Именно поэтому его взгляд в узком коридоре довольствовался только бревенчатыми стенами и потолком, зияющими щелями.

Громкий стук закрывшейся тяжёлой двери, заставил авантюриста вздрогнуть. Он понял, что назад дороги нет. Тяжёлый вздох вырвался из его груди.

Большое колесо только завращалось, как вор увидел такое, отчего ему стало не по себе, а его лоб покрылся испариной. Его глазам предстал целый лес из стремительно появляющихся в разном порядке и с разными интервалами брёвен. Они раз за разом пролетали поперёк коридора, а затем исчезали во тьме. Перед его глазами грозные тени будто отплясывали танец преисподней. Они вылетали то сбоку, то сверху. Смотря на них, не было сомнений в том, что они изувечат любого, кто окажется у них на пути. С шипением они проносились перед глазами авантюриста. Это пугающее действо продолжалось по всему протяжению заточившего его мрачного ада, вызывая головокружение.

– Кости мамонта! – скрипящим от страха голосом заскулил Джим.

Мастер злоключений, замерев с широко открытым от ужаса ртом, смотрел на летающие перед ним массивные деревянные колотушки. Он с трудом понимал, как вообще возможно безболезненно прошмыгнуть с одного конца коридора на другой.

Ловкач попытался представить, как невообразимо надо уворачиваться, пригибаться и одновременно подпрыгивать, чтобы избежать мощных ударов брёвен. Задача явно была невыполнимой, даже взгляду и то было трудно угнаться за ними. Они с такой скоростью носились внутри узкого прохода из нескольких метров ужаса и боли, что зрачки в попытке уследить за ними были близки к тому, чтобы завязаться в тугой узел.

Перед глазами горе-воина от вида грозных деревянных снарядов поплыли тёмные круги. Мрачный наполненный ужасом коридор в дьявольской пляске завертелся перед ним. Ему стало плохо. Но всё же, надо было думать, как преодолеть несколько метров ужаса и хаоса.

Массивные колотушки, обещая много боли, продолжали грозно мельтешить перед латиноамериканцем. Они, то горным обвалом неслись с потолка, а то норовили ужалить справа либо слева. Но главное заранее не было известно, удар будет нанесён на уровне головы или ног, а может и туловища. Это заставило его крепко задуматься ещё и над тем, как в таком неповоротливом и тяжёлом обмундирование, в котором даже трудно пошевелиться, и мало что видно сквозь ограничивающие обзор прорези шлема, можно скакать ланью, да ещё при этом не покалечиться.

Вор после долгих раздумий, понимая, что назад дороги нет – дверь наглухо заблокирована; решился действовать отчаянно. Он собрался идти напролом, надеясь на броню.

– Да будь что будет! – выкрикнул авантюрист, мысленно перекрестился, и сломя голову ринулся вглубь ящика страха. – Друзьями ещё называются! Надели мне ржавую кастрюлю на голову и втолкнули в склеп! Чтобы вас всех дьявол долго зажаривал на шампуре! Чтобы вас мамонты растоптали, а затем на костях станцевали самбу! АААААААААААААААААА!!!

Гарри, только что сменивший у большого деревянного колеса утомившуюся принцессу, не догадываясь об отчаянных планах горе-воина, быстрей завращал его. Уже секунду спустя агрессивное нутро приближённого до реальности тренажёра-имитатора тяжёлой схватки на поле битвы, где смерть одновременно грозит со всех сторон, наполнилось новым импульсом.

Однообразный скрип имитатора, к которому искатели приключений уже успели привыкнуть, неожиданно сменили гулкие отдающиеся металлическим звоном удары. Более того им демонически вторили пронзительные вопли, прерывающиеся благим матом и колоритными испанскими проклятиями.

Крассотка, расслабившись, отдыхающая на траве, услышав оглушительные крики, подпрыгнула. От пронзительных страшных звуков казалось из преисподней, её кровь заледенела. На мгновение ей почудилось, что гудящие раскатами грома ужасные удары обрушиваются на её тело.

Дремлющий рядом дракончик, проснувшись, плотно прижался к девушке. От страха он ей под руки спрятал больно колющуюся шипастую голову.

Техасец, от удивления и шока широко открыв рот, вылезшими из орбит глазами смотрел на тренажёр. До минимума он замедлил вращение приводившего его в действие большого колеса.

– Матерь божья! – всплеснула руками Джина, широко открыв глаза, невольно зажмуренные в тот момент, когда ледяная рука ужаса сковала её.

Но кое-кому страшно кричащему в это время внутри деревянной конструкции, беспрерывно содрогающейся от гудящих металлом звуков, эти секунды показались целой вечностью.

– Гарри, перестань, в конце концов, вращать колесо! – голосом судного дня прокричала флоридка, даже боясь представить, что внутри тренажёра могло случиться с их другом.

Через несколько томительных секунд ловцы апокалипсиса увидели Ловкача, шатаясь вышедшего наружу из нутра деревянного кошмара. На него было больно смотреть. Защищавшие его доспехи превращены в месиво, став сплошной вмятиной огромных размеров. Ещё страшней выглядела его голова. При взгляде на неё сердце обливалось кровью. Внутри тренажёра-имитатора защищавший её шлем после мощного удара разлетелся на мелкие осколки. И теперь она по цветовой гамме мало отличалась от спелого помидора – её густо покрывала кровь, сочащаяся тонкими струйками из многочисленных ран на счастье неглубоких. Но больше всего на голове выделялось левое ухо, посинев, увеличившееся в два раза.

Латиноамериканец неуверенной поступью вышел из нутра зловещего для него ящика страха. Его так качало из стороны в сторону, будто он сейчас находится на палубе плывущего по бушующему морю корабля. Перед тем как бесчувственным телом осесть на землю он лбом натолкнулся на шест с нанизанной на него тыквой, разлетевшейся от удара на сотню кусков.

– Мне кажется, что это зрелище не для слабонервных, – пробасил Бартол, спеша к другу, который растянулся на траве вверх окровавленным лицом. – Но Лауллер, – перевёл он взгляд на девушку, – зачем же, надо было так кричать? Я и так, когда услышал нечто странное происходящее внутри тренажёра, тут же убрал руки от колеса управления. И к тому же, я бы не сказал, что он похож на матерь и тем более божью. Больше всего он сейчас похож на несчастье из коробки. Надеюсь, что хоть кости у него остались целы. Я не раз говорил этому горе-воину, что надо работать головой, в том смысле, что шевелить извилинами мозга, а не использовать её в качестве тарана.

– Я уже умер? – Джим, с трудом приподняв голову, сквозь мутные кровавые круги, повисшие перед глазами, увидел склонившихся над ним друзей.

– Волчьи клыки среди адского пламени, ну, слава богу, жив! – прохрипел Гарри, по инерции продолжая отчаянно тормошить латиноамериканца. – О том, чтобы умереть можешь даже и не мечтать. Выкинь это из головы до тех пор, пока в этом мире, расположенном за гранью времён, мы не победим зло и не спасём Алду и Рафу. А до этого тебе ангельских крылышек не видать так же, как и твоего распухшего уха.

Ловкач, услышав, что что-то не так с его ухом поспешно схватился за него рукой. Тут же он взвыл от пронзившей его острой боли. Одновременно он ощутил, что оно невероятно увеличено и покрыто кровью.

– Трубный рёв мамонта, это вы виноваты! – почёсывая левой рукой огромную шишку, торчащую на макушке, стонал авантюрист. – Мало того, что ухо опухло, ещё и огромная шишка выросла на голове!

Всё существо вора в этот момент пронзили болезненные вспоминания о том, как шишка появилась ещё после первой попытки овладения мечом, когда тот, вонзившись в драконье дерево, затем вернулся назад, ударив его бронзовой рукоятью. А теперь невероятных размеров обильно кровоточащая шишка, в разы увеличившаяся после того, как бревно вдребезги разбило шлем, походила на гребенчатый нарост. Если же внимательней и с фантазией присмотреться к голове горе-воина можно заметить, что её венчает кровавая корона.

– Мы разве виноваты в том, что ты настоящий король глупцов! – воскликнула Зара, с трудом сдерживая смех. Он так и рвался из неё после того, как она на голове Джима увидела напоминавшую корону гигантскую шишку. А затем тихо добавила: – К тому же я считаю, что этот кровавый венец ты заслужено надел на себя.

– Нет, это не я глупец! Это из-за всех вас на моём теле не осталось ни одного живого места! И теперь я калека, который больше не сможет сделать ни одного шага! Или вы меня будете нести на руках, либо я останусь здесь! Кровь мамонта! Пройдёт целая вечность пока я смогу хотя бы пошевелиться!..

Джим мечущим искры взглядом яростно обводил поляну. Вдруг тот стал каким-то ошалелым, испуганным. Случилось это после того, как его взгляд воткнулся в фигуру принцессы, которая, как только убедилась, что с горе-учеником всё в порядке, отошла в сторону и склонилась над арсеналом огнестрельного оружия, столь притягивающего её к себе.

В грядущем огненном шторме, грозящем путешественникам неконтролируемыми потоками свинца, как ни странно были и положительные стороны. Ведь если бы, не эта увлечённость зарийки неизвестно, сколько ещё причитаний и жалоб услышали бы от мастера злоключений его друзья.

Авантюрист, замерев от ужаса, наблюдал за тем, как Зара «покопавшись» в куче из незнакомого ей грозного оружия, взяла в руки гранатомёт. Более того она его неосознанно привела в боевое положение, чем вызвала панику у заметившего это горе-больного – глаза его наполнились непередаваемым страхом.

– Нет только не это! – Ловкач, понимая, что сейчас может произойти, закричал с пеной на устах, одновременно взвыв от ужаса. – Потроха мамонта!

Латиноамериканец, позабыв о парализующей его члены сильной боли, резко разжавшейся пружиной, вскочил с земли.

Граната с шипением вылетела из раструба М-55. Выстрел ослепил, оглушил и отбросил назад отдачей любительницу мощного оружия.

Вор, как только услышал глухой хлопок выстрела, с пронзительными воплями бросился в сторону ближайших зарослей

– Граната, спасайтесь, все кто может!!! – неистово кричал он. – Далл за мной!!! Быстрей, а не то сейчас так шандарахнет, что от нас и мокрого места не останется!!! Три тысячи триста тридцать три бегущих со всех ног мамонтов!!! Не отставай!!!

– Как для находящегося при смерти калеки с перебитыми ногами да изувеченным телом, он неплохо двигается! – весело воскликнула Лауллер, наблюдая за тем, как латиноамериканец, сверкая пятками, что есть силы, бежит в сторону высокого кустарника. – Ну, прямо новая серия из цикла: Возвращение живых мертвецов!

Кумулятивная надкалиберная граната, сопровождающая бег авантюриста яростным свистом, оперившись, взмыла по крутой дуге в безоблачное небо. Там она гулко взорвалась. Как только это произошло, путешественники за исключением Ловкача, который продолжал неистово бежать, облегчённо выдохнули.

– Однако хорошее средство нашла Зара от плаксивого настроения, а главное от многочисленных ушибов и ран! – заливался смехом Пистолет, с восторгом наблюдая за тем, как Джим что есть мочи, оставляя позади густые клубы пыли, несётся по поляне, словно самолёт, бегущий по взлётной полосе. – А какой прилив адреналина! Говорил, что ходить не может!.. Да его хоть сейчас можно стайером на олимпиаду посылать! Медаль высшей пробы обеспечена! Но всё-таки надо ещё раз напомнить принцессе, что наше оружие несёт большую опасность. И если нет крайней необходимости, пусть держится от него подальше. Но всё же, как он чешет, как чешет!!!

Глава17

Тёмные владыки Абеллона приходят в ярость

и начинают действовать

Белисия

Последние лучи кровавого солнца, готового скрыться за горизонтом, породили мрачные хороводы длинных сумеречных теней на мёртвых просторах Белисии. В ней уже не один век вместо зелёных лугов и цветочных полей, некогда радовавших глаз пестротой ярких красок, на сотни километров раскинулся однообразный унылый пейзаж. Куда ни глянь, везде серая потрескавшаяся земля бесконечной пустыни. Там, где когда-то были наполненные птичьим гомоном дубравы, теперь страшными памятниками тотального уничтожения стоят безжизненные леса. Они смотрят в закатное небо обломанными стволами, которые обуглены пожарами.

На юго-востоке мрачного королевства тьмы, расширяющегося каждый день за счёт новых захваченных земель, перед тремя остроконечными скалами высится тёмной громадой город-крепость, имеющий статус столицы. Во всех соседних королевствах его именуют не иначе как проклятый Абеллон. В незапамятные времена его вырубили внутри горы Змеиный Череп, навеки ставшей его стенами и крышей.

На заре времён изваянная природой чёрная базальтовая гора при определённом воображении напоминала человеческий череп, обвитый огромной змеёй, как бы охраняющей его. Именно поэтому древние назвали гору Змеиным Черепом. Однажды её увидел один из первых королей Белисии. Её устрашающий вид пленил его. Он приказал превратить её в грозную неприступную крепость. Век проходил за веком. Она превратилась в величественный и устрашающий дворец-крепость царствующих династий. А с течением времён она преобразовалась в мрачную столицу королевства.

Прошли века, песок поглотил некогда плодородные земли. Мало кто помнил о былых временах. Мрачной памятью о них остался лишь стоящий среди огромной пустоши зловещий город-череп.

Близилась ночь. Принёсший прохладу вечерний ветер обвевает накалившиеся за день иссиня чёрные полированные стены Абеллона, который до мельчайших подробностей повторяет человеческий череп. Освежающим дыханием он охлаждает их.

Жуткий город, взмывая на шестисотметровую высоту, доминирует над пустыней. Усиливает впечатление при взгляде на столицу Белисии, обвивающая её несколькими кольцами чёрная змея. Грозно она подняла над ней базальтовую голову.

Невзирая на окружающий ореол страха, вездесущий игривый ветер неустанно кругами носится вокруг столицы Белисии. Бесстрашно он скользит вдоль стен чёрного города, проникая в зияющие темнотой огромные провалы носа и глазниц, ниже которых плотно смыкаются высеченные в скале гигантские зубы. Подымаясь ещё выше, он играет между чуть загнутых назад позолоченных клыков верхней челюсти каменной рептилии. Её голова – фигурная башня, которая стоит на макушке скалы-черепа.

Колоссальных размеров змея смотрит в опустившуюся на пустыню ночь большими огненно-красными глазами – проёмами окон, затянутыми защитными экранами, созданными чёрной магии. Одного взгляда на неё достаточно чтобы понять, что она никому не позволит нарушить покой Абеллона. Её раздвоенный на конце каменный язык, покрытый синей краской, поблекшей за последние столетия, угрожающе выставлен вперёд. Вся её поза говорит: «Не подходи, а то атакую!»

Внутри проклятого города в Жертвенном зале, расположенном под башней в виде головы рептилии, попавшим в западню тигром мечется в узкой камере Алда Феникс.

– Святые небеса, да здесь кругом витает смерть! Надо бежать, бежать!!! – восклицала она, в который раз осматривая окружающие монолитные мощные стены. – Но как???

– Не терзай себя понапрасну пустыми надеждами, – обречённым голосом тихо заговорила принцесса Рафа, томящаяся в соседней камере. Сидя на каменной скамье, она с ледяным спокойствием сквозь решётчатую дверь смотрела в жуткий зал. – Мы находимся в самом логове зла, в сердце чёрной горы Змеиный Череп. Мы в проклятом небесами городе-смерти Абеллоне, откуда выбраться невозможно.

– Но почему?!? – в сердцах воскликнула Алда, невольно вспомнив свой тихий кабинет в Лос-Анджелесе, где она занималась исследованиями найденных археологических образцов в промежутках между экспедициями. – Не может такого быть, что невозможно! – бросая взгляды в зловещий зал, она вспоминала о тихих вечерах, когда воздух наполнен трелями сверчков; вспоминала о том, как преподавала студентам, рассказывая им о древних культовых обрядах. – Надо пробовать! Надо пытаться бежать! К тому же я опытная альпинистка и горы мне не помеха!

– Горы тут совсем не причём, – принцесса бессмысленным взглядом скользила по тёмному своду потолка своей камеры. – Просто у нас нет ни одного шанса.

– Но он всё, же должен быть!

– Нам остаётся только одно безропотно ждать приговора судьбы и верить в свою счастливую звезду.

– Я всё равно никогда не смирюсь!!!

– У тебя нет выбора.

– Я в это отказываюсь верить!

– Сама подумай. Давай на минуту предположим, что тебе каким-то невероятным образом удалось выбраться из камеры. Что дальше, куда идти? Какой выбрать коридор из бесчисленного количества образующих непроходимый лабиринт тоннелей и ходов? Их столетиями вырубали в толще горы! Хорошо, допустим, хоть это и невозможно, ты нашла выход, но за тобой послана погоня. Что дальше?! Ты обессиленная бредёшь по безжизненной пустыне, простирающейся за горизонт. Знай, её не в силах преодолеть даже сильному воину! Но это если тебя ещё не настигли вызванные чёрной магией кровожадные порождения тьмы, а некоторые из них как ты сама видела, очень быстро летают. Какие же у них огромные клювы, обсаженные зубами, а ещё лапы и когти!

Феникс при последних словах принцессы невольно вспомнила о жутких адских птицах, напавших на неё в Коноре. Гримаса боли исказила лицо девушки. От одной мысли об этих тварях заныли оставленные их когтями на теле глубокие раны.

Алду пока одолевали неприятные воспоминания, Рафа продолжала развивать свою мысль.

– Так вот если тебе всё-таки удалось от них уйти, то у тебя нет никаких шансов против посланных за тобой в погоню сотен закованных в сталь вооружённых до зубов воинов Солы – её верных псов. Думаешь, я не взвешивала все шансы, как вырваться отсюда. Я пришла к выводу, что это бесполезно. Просто физически невозможно, в запасе надо иметь как у кошки несколько жизней! Нам остаётся лишь одно уповать на чудо и древнее пророчество…

Девушки вздрогнули от резкого щелчка, гулко прокатившегося по Жертвенному залу. Под нарастающие скрипящие звуки с окутанной мглой выси не спеша заскользила вниз огромная плита-платформа. Она собой представляет центральную часть пола в Обрядовом зале, спрятанном внутри базальтовой головы змеи. Когда она плотно входит в отверстие-паз в середине пола зала, то блокирует собой единственный вход в него.

Пленницы, подняв головы вверх, напряжённо всматривались в зелёную мглу. Они увидели очерченный огнём силуэт гигантской летучей мыши. Смотря на неё, преследовала мысль, что, сверху планируя, спускается жуткий фантом.

Девушкам скоро предстал во всём своём зловещем величии чёрный колдун. Восседая на древнем троне, стоящем в центре медленно спускающейся плиты, копирующей силуэт летучей мыши, он легко постукивает пальцами по своему грозному чёрному посоху, увенчанному золотой змеёй. Из окружающего мрака его вырывает колеблющийся свет яркого пламени факелов, стоящих на равном расстоянии вдоль краёв платформы.

– Думаете, как убежать? – хриплым утробным голосом, от которого охватывает страх и кидает в холодный пот, заговорил зловещий старец. Он оставался совершено недвижимым, чем невольно походил на каменного вечного сфинкса. Немигающим грозящим смертью взглядом огненно-зелёных демонических глаз он сверлил девушек, вонзив его в их побледневшие лица. – Я уверен, что вы думаете о побеге. Ха, выбросите эти мысли из головы! Вы обречены! Рано или поздно вы станете моими жертвами! Я заранее предвкушаю, как буду зубами впиваться в ваши сочные, ароматно пахнущие свежей кровью, ещё трепещущие сердца!!!

От последних слов колдуна, эхом блуждающих по огромному залу, по телу Феникс поползли морозные мурашки панического ужаса. Парализованная адским кошмаром она не в силах была оторвать взгляд от зловещего старца, будто он к нему пригвождён.

Девушка, оказавшаяся в цепких объятиях страха, гусиной кожей ощущала, как взгляд тысячелетнего старца, продолжающего злорадно смеяться, пронзает её насквозь. Ей казалось, что бьющий из его огненно-зелёных глаз ледяной загробный огонь, болью обжигает её разум.

Калифорнийка, дрожа от ужаса, смотрела на костлявого колдуна. Его белее снега седые волосы, космами спускаются на острые сутулые плечи. Его морщинистое серое лицо ожившей мумии, отвращает впалым носом. Не меньше пугают его бледно-синие губы, то и дело обнажающие остро заточенные звериные зубы. Когда он хищно скалится, сжимается сердце.

С громким скрипом, вынудив вздрогнуть пленниц, распахнулась двустворчатая дубовая дверь, густо покрытая тонкими пластинками из золота и серебра. Обе её половинки, обвитые хитросплетениями из зловещих узоров, источающих из себя первородное зло, резко разошлись в стороны, пропустив в сумеречный зал королеву Белисии, тёмную владычицу Абеллона.

Сола Мракк с надменным видом стремительно ворвалась в огромный Жертвенный зал, где на всё наложен мертвенный оттенок. Мягко ступая по мраморному полу, она направлялась в сердце своих владений. На ногах её высокие сапоги из человеческой кожи. На их узких голенищах красуются крупные бриллиантовые кобры.

В зелёном свете, льющемся из провалов глазниц стоящих в нишах стен черепоголовых каменных рыцарей-великанов, рыжеволосая ведьма выглядела настоящим исчадием ада. Усиливало это впечатление зловещее мерцание бриллиантов, вставленных в её золотую ажурную корону – они жутко прекрасны среди властвующего вокруг призрачного света. В унисон бриллиантам переливаются ледяным зелёным пламенем драгоценные камни, раскиданные по атласному платью, плотно облегающему её сухую поджарую фигуру.

– Что происходит? – встревожено спросила Сола, мрачным призраком вплотную подойдя к восседавшему на троне Каощею.

Зловещий старец казалось, дремал. Его голова откинута на каменную спинку, увенчанную огромными лепестками лотоса, покрытыми мрачными изображениями скалящихся человеческих черепов.

Колдун вдруг резко открыл страшные глаза. Не говоря ни слова, он выставил вперёд костлявую руку, утопающую в широком рукаве шёлкового чёрного халата. На её перевёрнутой кверху ладони покоится хрустальный шар.

Чёрная королева с нетерпением приблизила жёлтые глаза к магическому шару, жадно впившись взглядом кобры в его туманные глубины. Она увидела в нём пришельцев из-за грани времён. Они проходили подготовку Рыцарей Дракона возле башни Волка среди заповедного леса Героев.

– Духи Зарокана! – Мракк выпрямившись, зашипела гадюкой. Яростным взглядом она раздражёно обвела стены Жертвенного зала. В этот момент она как никогда стала похожа на её любимцев огромных каменных змей, обвивающих полуколонны, выступающие из чёрных стен. – Пришельцы не тратят времени понапрасну! С ними ещё эта выскочка Зара!!! Настало время покончить с ними! Вызывай колдун демона Апокалипсия, пусть сметёт их армией тьмы!!! Действуй!.. А затем пусть на рассвете Чёрный Волк со своими людьми прочешут лес Героев и его окрестности! И если они обнаружат, что кто-то из них уцелел, то пусть убьют его и очень медленно! А голову Зары… кинут к воротам Конора! Тогда уж Баккасу придётся прийти ко мне с поникшей головой и смирёной гордыней! Я всё сказала.… Ещё одна ночь и считай Зария у меня в кармане!!! Начинай повелитель тьмы и быстрей!!!

– Если бы всё так было просто, – прохрипел сквозь зубы Каощей, недовольный тем, что им командуют. Но делать было нечего ситуация диктовала действовать и незамедлительно.

Собравшись с мыслями, повелитель тьмы, хрустя костьми, поднялся с трона древних королей. Оказавшись на ногах, он снял с шеи толстую золотую цепочку с висящим на ней магическим ключом, дающим своему владельцу бессмертие. Кроме того, он дарует безграничную власть над могущественными демонами разрушения.

Тёмный правитель Абеллона, перед тем как начать таинство колдовства, благоговейно поцеловал могущественный ключ: крупный синий бриллиант в виде сидящего дракона, с которым никогда не расстаётся. Затем он поднял на уровень глаз повёрнутую вверх сухую морщинистую ладонь, с лежащим на ней грозным Драконом Тьмы. После этого он тихим голосом забормотал только одному ему известные слова грозного магического заклятия. Прошло совсем немного времени, как драгоценный камень засиял. Внутри его родился пульсирующий синий свет. Первое время он был еле заметным, но по мере произношения новых слов запретной опасной древней магии сиял всё ярче и ярче.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.