Владимир Козлов, Ирина Донченко
Психология успеха: жизнь с вершины

Владимир Козлов

Ирина Донченко

ПСИХОЛОГИЯ УСПЕХА:

ЖИЗНЬ С ВЕРШИНЫ

УДК      316.625(07)

ББК      88.522я9

К59

К59

Козлов, В.

Психология успеха: жизнь с вершины : практическое руководство / Владимир Козлов, Ирина Донченко. – Запорожье : СТАТУС, 2019. – 144 с. – (Психология для жизни).

ISBN 978-617-7759-17-0

В книге представлены теоретические и практические разработки авторов концепции вершинной самореализации личности. Предпринята попытка возвратить категориям метаценностей (самореализации, творчества, свободы) статус высших проявлений человека, живущего с вершины.

Книга носит практический характер. Может быть интересна людям помогающих профессий и всем, кто стремится к развитию, самореализации и повышению качества своей жизни.

УДК 316.625(07)

ББК 88.522я9

ISBN 978-617-7759-17-0

©  В. Козлов, И. Донченко, текст, 2019

©  Издательство «СТАТУС», оформление, 2019

!

Все права защищены. Полное или частичное воспроизведение и распространение, каким бы то ни было способом, материалов этого издания возможно только с письменного разрешения владельцев авторских прав.

Правовую поддержку издательства обеспечивает

юридическая компания «ПРАВОВОЙ АЛЬЯНС»

СОДЕРЖАНИЕ

Введение 6

Вершинная психология 8

Успех как категория 45

Материальный аспект успеха 51

Социальный аспект успеха 97

Духовный аспект успеха 108

Заключение 120

Приложение 122

Список использованной литературы 139

ВВЕДЕНИЕ

О

сновная задача этой книги – дать читателю практические инструменты, с помощью которых он сможет, при желании, достичь вершин своего успеха, поняв, что в его жизни есть сейчас, куда ему хочется прийти, в чём будет проявляться его личный успех, как построить путь достижения целей, какие трудности на этом пути могут встречаться и как их трансформировать в ресурсы. Поэтому на ряду с нашими рассуждениями об этих важных вопросах, нами представлены практические упражнения и техники, выполняя которые, вы точно сможете эффективно двигаться к вершинам своей самореализации в материальном, социальном и духовном направлениях.

Авторы книги – успешные люди, которые постоянно находятся в процессе достижения вершин своего материального, социального и духовного развития. Нам точно есть что сказать и мы готовы щедро делиться своим опытом и знаниями, полученными нами эмпирическим путём. Знакомьтесь.

Владимир Васильевич Козлов – президент Международной академии психологических наук, академик МАПН, доктор психологических наук, профессор, заведующий кафедрой социальной и политической психологии Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова, основатель интегративной психологии. Специализируется в области социальной психологии, кризисологии, психологии сознания, психологии личности, психологии творчества, методологии психологии. Под его научным руководством защищено 145 кандидатских и 37 докторских диссертаций. Автор более 900 научных публикаций, в том числе 117 монографий и учебных пособий. Успешный и реализованный человек во всех сферах: материальной, социальной, духовной. В его жизни важно, чтобы были воплощены все основные смыслы человека на земле: любящие жена и дети, память и почтение родителям, честность и ответственность в выполнении общественного долга, любимое дело и восхождение к вершинам своей самореализации. Основной смысл его жизни – открывать просторы и оказывать поддержку своим интеллектом, энергией и чувством. Для него важно, чтобы каждый час его жизни был наполнен силой этого смысла в мышлении, в чувствах и в поведении.

Ирина Анатольевна Донченко – кандидат педагогических наук, доцент, член-корреспондент Международной академии психологических наук, автор более 70 научных трудов, психолог-консультант. Автор многочисленных программ личностного и профессионального развития. Владелица нескольких бизнесов, творческий человек, готовый к созданию и реализации интересных проектов. Основная ценность – создание экологичного и ресурсного пространства для партнёрского взаимодействия между людьми.

В данной книге мы отразили наше видение и понимание успеха в его основных проявлениях: материальном, социальном и духовном. Надеемся, что книга будет полезна и ценна для вас. И что время, которое вы инвестируете в её изучение, принесёт вам значительные дивиденды в вашей жизни уже в ближайшем будущем.

ВЕРШИННАЯ ПСИХОЛОГИЯ

П

онятие «вершинная психология» связано с тремя важными психологическими категориями: человеческий потенциал, самореализация, целедостигающая активность.

Глобальные трансформационные процессы, происходящие в современных условиях в мировой цивилизации в разных сферах – межгосударственных отношениях, диалоге культур, развитии наук, образовании, утверждения нового мышления и глобального сознания представляют собой различные стороны единого процесса антропо-социо-техно-трансформации, имеющего следующие характерные особенности.

Во-первых, современный исторический период не просто новый век или новое тысячелетие, это качественно иной этап планетарной эволюции – становление новой единой человеческой цивилизации.

Во-вторых, доминантой наступающего будущего является интеграция всех сторон человеческой деятельности, всё более зримо проявляющих себя как аспекты единого процесса трансформации.

В-третьих, качественно новое состояние мира ставит человечество перед необходимостью активного и осознанного соучастия в формировании новой планетарной цивилизации с новыми эталонами личности и духовно-ценностным уровнем. В ином случае вероятность её деградации резко возрастает.

В-четвёртых, происходящие процессы выдвигают человека в качестве ключевой фигуры нового века. Сохранение специфики и уникальности всего того, что было накоплено человечеством в ходе своей долгой истории в материальном, социальном и духовном развитии – залог выживания общечеловеческих ценностей в изменившемся мире.

В-пятых, человечество находится в не имеющем аналогов интенсивном процессе глобализации и трансформации социально-политических структур, а также техноэкосферы, активно влияющем на систему «человек – окружающая социальная, техногенная, природная среда», который вне сохранения высших человеческих ценностей как интегрирующего начала процесса может привести к чрезвычайно плачевным результатам [2, 6].

Тема самореализации в психологии как метафорического пробуждения, инициации в высшие психические состояния – самая древняя и одновременно наиболее сложная теоретическая, философская, психологическая, мифологическая, культурологическая, педагогическая, религиозная проблема, которую в полноте не удаётся раскрыть ни одному человеку и научной школе. Кристаллизация высших ценностей – самореализации – проявление своей потенциальности, рождена самим бытием людей и их экзистенциональными запросами.

Одновременно в российской психологии проблема высшего уровня интеграции человеческой личности как жизни с вершины, пиковой самореализации затрагивалась чрезвычайно редко, хотя и является самой сутью и предельным устремлением человека во все времена [2, 3, 8, 11, 16].

Мы надеемся, что эта книга будет попыткой возвратить категории метаценностей (самореализации, творчества, свободы) как высших состояний проявления человека – живущего с вершины.

В прагматическом контексте современной социальной ситуации в России, которую мы можем описать как «потери эталонов», деидеализации, утраты ориентиров личностного развития, данная работа, на наш взгляд, имеет выраженную актуальность и общественную востребованность.

Социальная и культурная ситуация современного общества делает глобальный запрос к современной теории и практике психологии: она призвана отвечать на самые важные жизненные вопросы бытия человека. Мы уже достаточно подробно останавливались на инвариантных проблемах существования человека и способах их разрешения в своих предыдущих монографиях [2, 3, 4, 5, 6, 7, 10, 14, 16].

Но сама суть, смысл и цель профессиональной психологической деятельности – раскрывать ресурсы личности для новых просторов самореализации и поддерживать чувствами, пониманием, ясностью осознания. Самая важная функция психологической помощи – суметь вдохнуть в своих клиентов уверенность в том, что они обладают безграничными возможностями, ждущими только того, чтобы им позволили проявиться.

Мы уверены, что внутри каждого человека скрываются не только решения всех жизненных проблем, но и потенциальная возможность прожить жизнь на уровне, гораздо более высоком, чем он в настоящий момент может себе представить [11].

Психолог может дать человеку возможность пережить откровения в его обыденной жизни как озарение – иной взгляд, новое понимание привычных вещей, ясные перспективы самореализации, новые горизонты целедостигающей активности.

Психолог может больше – дать опыт инсайта, напрямую связанную со смыслом жизни, пониманием своей миссии. Для этого нужно помочь человеку оглянуться на свою жизнь, выходя за рамки обыденности, чтобы он осознал себя частью мира, постиг свою высшую мудрость, духовную сущность, предназначение, основной смысл своего существования.

На наш взгляд, в силу специфичности и сложности предмета этой книги, каждый человек, вставший на путь самореализации, не только обречён страдать и радоваться в одиночестве, но и пережить трагизм индивидуальности своего понимания метаценностей и пик-переживаний.

Ваша вершина жизни индивидуальна по происхождению, по смыслу, переживанию и предначертанию.

У каждого человека ощущения, эмоции, чувства, желания, прозрения о самореализации, метаценностях, высших пик-переживаниях как великой глубины души крайне личные, интимные, непередаваемые [16].

Особенностью самореализации, нахождения экзистенциональных основ бытия, духовного поиска и стяжения высших состояний сознания является то, что мы ищем похожий способ рефлексии, который допускает выводимое путём умозаключений понимание их феноменологии. Именно в духовном поиске, самореализации, актуализации потенциального, возможного Я, важна социальная поддержка, понимание, взаимное душевное проникновение и сопереживание.

В силу сложности и многогранности проблемы в работе используется интегративный подход [2]. Интегративные исследования уже давно стали научной реальностью, и их эффективность мало у кого вызывает сомнения. Кроме того, применение интегративного подхода обусловлено невозможностью исследования таких сложных социокультурных и психологических явлений, как самоактуализация, трансцендентный поиск основ бытия, в рамках какого-либо одного парадигмального подхода.

Острота и новизна проблем, возникших в сфере самореализации и творчества, пик-переживаний, требует дополнения традиционных методик новыми подходами. Таким новым подходом, получающим всё большее применение в общественных науках, является интегративный подход. Специфической его чертой является определённый универсализм, позволяющий обозреть многие элементы общественного и личностного целого [12].

Современная социальная ситуация в России и во всём мире делает тему вершинной психологии и самореализации особенно актуальной в силу нескольких причин:

Во-первых, одной из наиболее острых глобальных проблем современности является социально-психологический, культурный, идеологический и ценностный конфликт современных социальных систем, духовным стержнем которых являются духовные ценности и уклад жизни.

Во-вторых, для выживания человечества в целом необходим поиск путей взаимопонимания между различными социальными сообществами, культурами, укладами жизни, точек ценностного, духовного соприкосновения и понимания.

В-третьих, духовные измерения самореализации, пик-переживания, возрождения и жизни с вершины являются не только пределом личностного развития человека во всех духовных традициях современного мира, но и объединяющим принципом всех культур.

Россия не только страна многонациональная, многослойная, многоконфессиональная, но и разделённая огромными территориальными пространствами, разрывами между социальными стратами по уровню доходов, потенциальных возможностей доступа к ресурсам денег и власти. Для сохранения социально-психологической, экономической и политической стабильности в Российской Федерации необходимо взаимопонимание между представителями различных культур, народов, конфессий и страт. Высшие ценности самореализации имеют исключительное значение не только для конфессионального сознания российского общества, но и для самосознания людей, отделённых друг от друга социальной, культурной, религиозной, политической и стратовой идентичностью. Следовательно, для взаимопонимания людей, интеграции и кристаллизации российской национальной идеи, необходимо искать способы адекватного понимания высших ценностей самореализации, самоактуализации каждого человека в стране. На наш взгляд, именно высшие ценности самореализации, проявления потенциальности каждого являются тем общим, что позволяет вести социальный диалог, осознать единство, являются объединяющим коммуникативным средством между различными группами и стратами современного общества.

Личностное развитие, достижение самореализации, самоактуализации, стремление к постижению метаценностей, разрешению вечных вопросов бытия психологически опирается на особую метапотребность человека в обретении целостности, полноты знания и понимания базовых ценностей и смыслов жизни [2, 8, 11].

Уникальность современной ситуации состоит в том, что движения за развитие человеческого потенциала, гуманизацию и революцию сознания стали одними из самых важных составляющих массовой культуры. Они призывают к радикальной реформе всех сфер жизни современной западной цивилизации. И психология может выступить интеллектуальным лидером этого всеобъемлющего порыва к беспредельному развитию, давая экспертную оценку древним и современным методам духовного совершенствования, переводя на язык современной западной и российской культуры древние знания об искусстве трансценденции, о расширении сознания и потенциальности личности, пробуждения и духовной реализации [4, 7].

Россия уникальная страна, в которой миф, религия и научное мышление сосуществуют не только в культуре одновременно, но и в каждой индивидуальности. Российская материальная, социальная и духовная жизнь странным образом вбирает в себя не только авраамические религии (иудаизм, христианство, ислам), но и суфизм, буддизм, адвайту-веданту, йогу, языческие славянские движения, шаманизм, астрологию, эзотерические практики туземных и древних цивилизаций и др. В психологическом, духовном, философском, культурологическом отношении самореализация включает в себя сотни моделей и представлений и наполнена тысячами тренингов и семинаров «успеха» и продвижения.

В настоящее время перспектива понимания психологического измерения самореализации способствует многоаспектному, интегративному подходу к личному и трансперсональному, древнему и современному, к традициям Востока и Запада, к знаниям и мудрости, искусству и философии, науке и религии, интроспекции и созерцанию.

На наш взгляд, методологическая, теоретическая, практико-психотехническая разработка психологического измерения самореализации как пик-переживаний, жизни с возможной вершины личности имеет особую актуальность в современной психологии, социальную востребованность и научную перспективу.

Актуальность и ценность исследования вершинной психологии и пик-переживаний заключается в том, что в них мы можем раскрыть связь сакрального в культуре с универсальным экзистенциальным опытом, с многообразием человеческих переживаний, с насущными проблемами человеческого существования.

При этом интегративный герменевтико-феноменологический подход является адекватным к исследованию высших состояний реализованности личности при опоре на описания, не выходящие за пределы самоочевидного, пережитого опыта, отказе от допущений и гипотез в исследовании, отказе от измерения, исчисления, математического и статистического анализа, но допущения классификации как метода. В своём методологическом подходе мы полностью солидарны с А. В. Юревич, который отмечает, что «вычленяются шесть ключевых характеристик гуманитарной парадигмы, отличающих её от парадигмы естественнонаучной:

1) отказ от культа эмпирических методов;

2)

признание научным не только верифицированное знание, но и зна

ние, подтверждённое «внесубъектным» эмпирическим опытом;

3) легализация интуиции и здравого смысла исследователя;

4) возможность обобщений на основе изучения частных случаев;

5) единство исследования и практического воздействия;

6) изучение целостной личности, включённой в «жизненный контекст» [23, с. 5].

Идеи и понятие «вершинная психология» в теоретической постановке в отечественной психологии нашли отражение в произведениях Л. С. Выготского [1]. Эти идеи можно считать теоретической основой постановки и развития вершинной психологии. Вслед за «Моцартом психологии» мы предполагаем, что психология должна быть направлена на реализацию «вершины» личности.

В современной западной психологии понимание вершинной психологии, прежде всего, связывают с именем В. Франкла, изложившего свои основные идеи в книге «Человек в поисках смысла». Здесь он определил вершинную психологию как психологию, включающую в своё поле зрения стремление к смыслу, которое выражается в цели – прийти к такому мировоззрению, которое бы сделало жизнь осмысленной. Стремление к смыслу, по Франклу, представляет собой мотив, который не сводим к другим потребностям и не выводим из них. За этим понятием стоит тот факт, что человеческое бытие всегда ориентировано вовне на нечто, что не является им самим, на что-то или на кого-то: на смысл, который необходим, или на другого человека, к которому мы тянемся с любовью [26]. Личностные смыслы выражаются и реализовываются в мотивообразующих ценностях, которые трансформируются в определённые жизненные цели.

Интерес Виктора Франкла и Льва Выготского к пределам человеческой души нам очень близок. Эти пределы и являются предметной областью самой вершинной психологии.

Мы предлагаем рассматривать понятие вершинной психологии в нескольких дополнительных контекстах. Каждый человек к чему-то в своей жизни стремится. И эти стремления он определяет как вершину своего пути, своего развития, реализации своих возможностей, своей потенциальности. Безусловно, высота вершины сугубо индивидуальна, но, достигая её, человек проживает вершинные эмоции (Маслоу), пиковые переживания, связанные с удовлетворением от того, что она достигнута успешно.

В нашем понимании не только достижение пика реализации сопровождается ощущениями интенсивного счастья, полноты существования, но и самодвижение, шаги к своей вершине. То есть, вкладывание полноты себя, своей потенциальности, своих способностей и возможностей в достижение своих целей уже даёт вершинные эмоции наслаждения процессом деятельности. Жить с вершины – это двигаться к вершине. И самодвижение к вершине предполагает возникновение эмоций полноты реализованности и удовлетворённости.

Каждый человек имеет свою потенциальность, свои интеллектуальные, творческие, эмоциональные, деятельностные способности, пиковая реализация которых и является идеологией вершинной психологии.

Если мы обратим внимание на особенности русской ментальности, то можем отметить особый способ восприятия пространства. Оно переживается как простор, как то, куда вырываешься из неволи, как чистую потенциальность бытия, воля, свобода, полноценное дыхание, т. е. духовная жизнь, не стеснённая мирской скорбью.

Интегративная методология, опираясь на целостное видение человека в перспективе его материального, социального, духовного роста, предполагает при психологической работе с клиентом раскрытие его потенциальности, развитие интуиции, творчества, высших состояний сознания, личностных ресурсов. Использование этого принципа предполагает, что индивидуум мобилизует свои ресурсы для преодоления кризисного состояния, фрустрации и страха, возникающих из-за отсутствия поддержки со стороны окружающих и неадекватности самоподдержки [2, 12].

На наш взгляд, каждый человек обладает тенденцией к саморазвитию и потенциальностью, интенцией к целостности, большей свободе.

Раскрытие потенциальности может быть достигнуто на разных уровнях и не обязательно включать в себя так называемый духовный уровень. Более того, формы раскрытия могут быть различными.

В психологической работе потенциальность может раскрываться в:

– 

узнавании о различных составляющих личности, структуры, качеств, свойств, способностей, целей, истинной мотивации и т. д.;

– 

раскрытии перспектив развития материального, социального и духовного Эго;

– 

отождествлении или разотождествлении со значимыми фрагментами или качествами своего Эго на личностном уровне и отбрасывании неэффективных форм взаимоотношений, стиля управления, целеполагания, деструктивных для группового функционирования структурных элементов (членов группы или формальных и неформальных лидеров, микрогрупп) в социальных сообществах;

– 

раскрытии потенциальных возможностей, способностей, витальных ресурсов;

– 

усилении основных тенденций личности и группы, особенно экспансивной и гомеостатической;

– 

получении возможности отказа от отождествления себя с фрагментами Эго и структурных элементов группы и приобретении способности их контролировать:

– 

раскрытии творческих сил личности, высших психических состояний сознания, экзистенциальных смыслов существования. В группе – в переживании чувства «мы», ощущения полной безопасности, комфортности и реализованности в групповом пространстве.

Мы могли бы ещё продлить этот список, т. к. направлений и форм раскрытия потенциальности множество [8].

Самое важное в принципе потенциальности – открытие простора для дальнейшего развития, движения, жизни среди людей.

Поэтому предметом нашего исследования будет успех в достижении вершин своей жизни, анализ его психологических основ и представление психотехнологий, которые вы можете использовать в качестве инструмента, который поможет эти вершины достичь.

Чтобы понять свою вершинную психологию как стратегию и способ предельной самореализации личности, необходимо определённое «предпонимание» совокупности предположений, смыслов относительно содержания своего индивидуального и сокровенного пути раскрытия потенциальности. Необходим жизненный опыт, ценностное отношение человека к своей самореализации как предмету понимания, определённая общность интересов между человеком и жизни с вершины. Предпонимание предполагает придание самореализации высшей, сакральной метаценности.

Основой для такого достижения, на наш взгляд, является осознание человеком своей миссии как предельного смысла жизни.

В современной информационной среде существуют сотни тысяч объяснений смысла человеческой жизни. И ни одно из них не может дать полное и окончательное, раз и навсегда значимое решение, которое не может быть поколеблено никем и никак: истина и справедливость, в конце концов, восторжествуют, страдание не случайно и жизнь имеет смысл. Не потому что их не существует, а потому что Эго современного человека к ним скептично.

И дело не в том, что нет концепции бытия, космологии, удовлетворяющей потребность человека в интеллектуально состоятельном объяснении мира и смысла его существования в нём.

Суть в том, что современный человек смысл своей жизни, смысл «Бытия здесь» должен пережить как освящённый духом предназначения, сакральный, как свой путь и дорогу жизни, как свою судьбу и свою миссию, реализацию своей личности в полноте.

Процесс понимания и реализации миссии держится на триединстве личности и человеческого сознания.

Во-первых, всегда есть субъект, или персона, самость.

Во-вторых, есть объект, который воспринимается, переживается.

В-третьих, всегда есть смысл, который осознаётся человеком субъективно как отношение и переживание к объекту осознания.

Смысл является самым важным конструктом сознания. Вне смысла всё теряет содержание, всё девальвируется, обесценивается.

Из пяти основных проблем и мотиваторов развития и эволюции личности («Пять Великих»: абсурд жизни – смысл существования, смерть – бессмертие, одиночество–слияние в событии, никчёмность человека и стремление ко всемогуществу, страдание – наслаждение) наиболее жестоким и деструктивным для личности является сущностное переживание абсурдности и бессмыслицы жизни. Если человек смертен, никчёмен в своём бытии, одинок и раб необходимости, то какой смысл что бы то ни было делать, мыслить, чувствовать?

Действительно, если человек смертен, никчёмен в своём бытии, одинок, раб необходимости, а сама жизнь полна страдания, то какой смысл что бы то ни было делать, мыслить, чувствовать?

Человек всё время сталкивается с данностью, фактуальностью 5 великих проблем жизни, которые требуют разрешения, а чем больше вы продвигаетесь к болезни, старости и смерти, тем ярче одиночество и никчёмность вашего существования. Абсурд жизни в немощном теле со скудными эмоциями, когда прошлое стирается, а будущее блекло и туманно, становится не интеллектуально-философской темой, а искренним переживанием в выцветших глазах старости.

Поиск смысла жизни на всех этапах развития личности является одновременно путём внутреннего развития, становления, духовного роста, который в основном связан с преодолением абсурда жизни и формированием всё время новых целей и смыслов существования до последнего выдоха.

Кризисные переживания всегда являются риском потери смысла жизни:

– 

когда исчезают источники жизненного смысла. Это блокада или девальвация жизненных целей, потеря или предельная неопределённость представлений о самопроявлении и самоактуализации;

– 

когда разрывается ткань реальности между «должным бытием» (как хочется жить и каким хочется быть, что хочется иметь – внутренним представлением о том, как должно быть «на самом деле») и «реальным сущим» (как живёшь и кем являешься в жизни, что имеешь и что можешь);

– 

когда человек чужой «на пире жизни» и он переживает отчуждение от окружающей жизни;

– 

когда вы теряете нечто очень важное и ценное в жизни в материальном, социальном или духовном;

– 

когда сидите «у разбитого корыта» и все важные цели вашей жизни не достижимы;

– 

когда вы на дне одиночества и знаете, что никто не придёт;

– 

когда вы оглядываетесь на своё прошлое и понимаете, что следов вы не оставили и уже поздно, невозможно что-то изменить [6].

В итоге человек теряет жизненный смысл, интерес к жизни, перспективы, а следовательно, и стимулы к деятельности. Появляется переживание отчуждения и безнадёжности, когда кажется – уже всё было и всё потеряно, жизнь опостылела, больше ничего нет, а чтобы реализовать «возможное я» нет ни сил, ни желания, ни смысла. Нет надежды [2, 6].

Существование вне смысла приводит к самому жуткому, и самому трагическому переживанию, которое может быть для нашего сознания – к абсурду бытия, пределу «тошноты» жизни, в которой ничто не мило, нет целей и задач, или же эти цели абсурдны и мелки, да и сами вы никто, и зовут вас никак, и все ваше бытие не имеет ценности.

Отсутствие смысла является не только крайностью духовного измерения человеческой жизни, но является пределом и социальной жизни человека, потому что потеря смысла приводит к полной девальвации уважения других людей, своей значимости, отношений с другими людьми, девальвации базовых чувств, статусов, бессмысленности игры в роли.

Абсурд жизни уничтожает и материальное измерение человеческой жизни: теряет смысл добывание, приумножение денег, теряют смысл материальные ценности, которыми обладает человек. Эта глобальная девальвация мира, жизни, себя в мире из той точки напряжения, в которой человек сталкивается с абсурдом жизни, хаосом ценностей. В этот момент осуществляется самый большой жизненный кризис, который приводит человека на социальное дно, приводит к игре со страхом смерти, и может привести к самой смерти, или физической, или социальной, к смерти психологической, к смерти Эго, к безумию [4, 6, 7, 9, 11, 16].

Глубокий кризис смысла приводит к переживанию, когда жизнь утрачивает все степени положительного отношения и воспринимается только негативно, в то время как смерть меняет свой знак с отрицательного на положительный. Смерть воспринимается как спасение от тошноты и абсурда жизни. Этот переворот даёт не только толчок к мыслям о суициде, но и её желанию, новой неизведанной страсти всё завершить, отсюда начинается формирование цели самоубийства и разработка плана его реализации [10].

Смысл жизни – для многих вопрос предрешённый, часто архетипически, протосценарно предрешённый настолько, что даже думать об этом не имеет резона. Есть люди, которые могут существовать в простоте. И надо признать, что в простоте и ясности есть своя красота [7, 9, 11]. Но для других, обретение смысла является важным. И здесь мы можем выделить несколько стратегий.

Первая стратегия обретения смысла жизни – это брать смысл у других. Если посмотреть на то, как развивался и формировался смысл нашей жизни, то мы можем увидеть, что те представления, которые мы имеем о своём смысле жизни, во многом не совсем наши. И в этом нет ничего удивительного, ведь на формирование нашего смысла жизни влияют наши родители, влияют наши учителя, влияют люди, значимые для нас.

Самое важное в этой ситуации – вовремя повзрослеть. Взрослость наступает в тот момент, когда люди, значимо повлиявшие на нас, становятся нашим внутренним достоянием, и тогда внутри себя мы можем слышать их мудрость. В этом случае человек может использовать вторую стратегию обретения смысла. Человеческая взрослость связана с ответственностью перед собой. Когда мы смысл жизни получаем извне, соглашаемся с предзаложенным смыслом, мы не вкладываем энергии в поиск смысла, а то, во что мы не вкладываем энергии, как правило, не так ценно для нас. Нам важно всё-таки, чтобы мы обретали смысл жизни в диалоге с самим собой. Вы сможете стать человеком знания в том случае, если вы станете взрослым.

Всегда встаёт вопрос: насколько этот обретённый смысл верный, насколько он по-настоящему мой? Когда вы переживаете смысл жизни, который вам дан, когда вы его открываете и чувствуете как истину, может быть, истину тайную и сакральную, то в этом переживании всегда участвует ваша душа. Смысл, который вы переживаете как истинное знание, всегда является процессом одухотворения. Этот процесс одухотворения наделяет значимостью даже вроде бы очень простые вещи, делает их сакральными, тайными знаниями. То, что человек считает смыслом, может очень просто звучать, но когда он переживает его в глубине своей души, это становится ценностью.

Когда вы переживаете смысл как истину и придаёте ему духовное измерение, в этом возникают аспекты трансцендентного, аспекты вечности и бесконечности существования смысла.

Первая стратегия обретения смысла: чувствуешь свою внутреннюю пустоту – иди наполняйся к другому, к другим. И двери смысла, на самом деле, откроются. Самое важное при этом – не думать о своей неполноценности, а понимать мудрость и вечность, универсальность этого вопрошания, вопрошания другого, в чём смысл моей жизни.

Второй способ обретения смысла жизни – идентифицировать цель и смысл жизни.

С взрослением люди проходят этапы формирования смысла через цель: в детстве мы живём для того, чтобы окончить школу, потом стремимся получить высшее образование, кто-то живёт для того, чтобы выйти замуж и родить ребёнка, чтобы воспитать и вырастить ребёнка, кто-то стремиться стать начальником, или заработать миллион, или… По большому счёту, цели человеческой жизни могут быть представлены и в материальном, и в социальном, и в духовном измерениях. Поставить правильную цель и вкладывать в эту цель свою жизненную энергию, на самом деле, абсолютно правильно, потому что цель как смысл всегда интегрирует человеческую личность, интегрирует сознание, волю, эмоциональную сферу, поведение. Если у вас есть фрустрация по поводу смысла жизни – ставьте себе цель, ставьте себе жизненную задачу на этом этапе жизни. Основная сложность этого способа в том, что цели достигаются, и тогда возникает опасность столкнуться с пустотой и потерей смысла. Если мы обретаем цель как смысл, достижение цели всегда может обернуться для нас экзистенциальной пустотой. Однако для личности, для Эго, этот способ образования смысла самый универсальный и самый эффективный, потому что позволяет аккумулировать жизненную энергию человека и достигать самореализации личности.

Вся наша самореализация происходит через достижение целей. Для того чтобы не было кризисов достижения целей и потери смысла жизни, надо иметь «матрёшки» целей, т. е. достижение одной цели должно рождать из себя другую цель, тогда жизнь превращается в удивительную распаковку смыслов, что делает её абсолютно особенной. И из этой точки можно понять людей, которые делают последний выдох с огромным количеством нереализованных целей. Их жизнь, их стремление жить наполнены энергией, и даже в последнем выдохе есть жажда достижения, есть смысл. Вторая стратегия – это стратегия самореализации, это стратегия успеха и достижения. Она позволяет превратить жизнь в осмысленную самореализацию, осмысленное целеполагание без экзистенциальных смысловых фрустраций.

Третья возможная стратегия обретения смысла жизни – это осознание своей миссии. Мы считаем, что у каждого человека есть какая-то глобальная сверхзадача в жизни, в каждом человеческом воплощении заложен глобальный смысл. Миссия – это некая путеводная звезда жизни. У выдающихся людей эта путеводная звезда появляется очень рано, она всё время внутренне ведёт человека, внутренне понимается человеком. Это внутреннее наполнение человека смыслом миссии, с одной стороны, является очень большой удачей. У всех великих людей была глобальная миссия в их воплощении. У Махавиры была миссия, у Будды была миссия, у Иисуса Христа была миссия, у Заратустры, у Платона, у Лао-цзы [4, 7, 9, 11].

Полнота реализации человека зависит от того, насколько он соприкасается со своей миссией и распаковывает этот глобальный проект его рождения на земле. Миссия обретается на всю жизнь, миссия является процессом реализации того, что предзаложено в рождении.

В миссии есть множество положительных аспектов. Миссию невозможно потерять. Миссия даёт переживание чувства божественного, духовного предначертания. Миссия придаёт удивительную масштабность человеческому существованию, потому что она всегда реализуется в крупных измерениях: «я и эпоха», «человек и развитие цивилизации»… И в этом есть большой вызов для человека. Одно дело всю жизнь прожить, занимаясь малярным трудом (мы здесь смотрим только с точки зрения масштаба, потому что любая деятельность может переживаться как наполненная смыслом и творчеством), и другое дело создавать новую технологию, новые способы управления, новые знания, новую истину. Но главный плюс третьей стратегии в том, что пока вы выполняете миссию, вы чувствуете себя одухотворённым. Люди, которые выполняют миссию, переживают правду, истину, ощущают правильность бытия. Им кажется, что истина им дана на ладони. Поэтому те, кто владеет своей миссией, выглядят убедительными, у них нет ни капли сомнений в том, что делать завтра или послезавтра, у них нет конфликта в том, правильно ли они живут – они живут из правды.

С другой стороны, есть и минусы в этом способе получения смысла. И главный минус в том, что миссия невыполнима. Миссия всегда невыполнима, каким бы ни был масштаб личности. И Будда ставил перед собой невыполнимые цели. И Иисус поставил задачи, которые не решаются [11]. Уже всем понятно, что и коммунизм построить не удалось, и миссия Владимира Ленина была обречена на провал. И сейчас уже никто не считает, что нужно ставить на пьедестал человека, который грезил идеей мировой революции, который грезил идеей социализма на всей земле. Миссия даёт неистовые грёзы, но в этом неистовстве и есть правда, и есть истина. Отношение к миссионерам всегда очень неоднозначное: многих критикуют, многих убивают, распинают, сжигают… Но красота и предел человеческой жизни в том, чтобы пережить свою миссию. Может быть, сгореть, может быть, прожить не так, как хотелось бы, потому что миссия проглатывает всю личность, всё сознание человека, у миссионера нет выбора: выполнять миссию или не выполнять.

Миссия – это глобальный подарок человеку, потому что это акт внутренней инициации в истину, акт распаковывания своей глубины, своих внутренних интенций, своих способностей. Но, на самом деле, миссия не даётся, миссия берётся, и для того чтобы взять истину, надо принести в жертву огромное количество фрагментов своего Эго. С одной стороны, вроде бы хочется быть Буддой. С другой стороны, не очень-то и привлекательна мысль в течение сорока пяти лет ходить по миру с чашей для подаяний. Хочется жизни, хочется жить ещё и по-другому, удовлетворять и другие потребности. Поэтому миссию надо не просто принять, на миссию надо ещё и решиться.

Смысл жизни всегда рождается из индивидуальной психической реальности человека, он всегда уникален для личности, для времени, для пространства [11].

Таким образом, смысл жизни требует предельных усилий человеческого сознания для его разрешения – ответы на вопросы: «Зачем я живу на земле», «В чём моё предназначение», «Зачем люди рождаются и проживают жизнь». Смысл жизни – это то, что делает человека личностью и индивидуальностью.

Смысл как переживаемая ценность является Эросом личности, её животворной энергией.

Вне смысла «ничего не работает» и в субъектности самое большое значение принадлежит смыслу – переживанию. Что касается пиковых, вершинных переживаний, то им придаётся смысл высших духовных состояний и они, как правило, отделены от обычной личности, как в философии, так и в психологии. Эти смыслы традиционно считаются сверхчеловеческими, трансперсональными, уникальными, как сама самоактуализированная личность (А. Маслоу).

На наш взгляд, вершинные переживания полноты бытия, счастья не могут быть отделены от личного опыта субъекта, а являются «скрытым знанием» личности, неосознанным потенциалом. И в этом отношении мы можем предполагать существование условий не только проявления, но и сохранения возможности воспроизводства вершинных состояний, и чувств в каждом человеке. В каждом человеке состояние «жить с вершины» функционирует в некотором смысле иррационально, как чистая потенциальность, что ещё не существует, а лишь должно существовать. Это должное является существующим как «скрытая переменная», но оно может быть осуществлено.

Успех личности, полнота самореализации возможны для любой личности, но всегда есть одно условие – это надо пережить внутренней необходимостью, моральным императивом долженствования [2, 8].

Миссия – это всегда центральный смысл человеческого существования на земле. В личностном пространстве он имеет три объектных вектора, куда направлено сознание и сама интенция личности, самосознание: материальное, социальное, духовное.

Смысл как миссия и миссия как смысл образуется и реализуется за счёт целей будущего. В современной отечественной психологии смысл целеполагания является основным в реализации миссии. Для отдельной личности, отдельного человека базовый смысловой конструкт – это направленность личности в будущее, целенаправленность, целеполагание и целедостижение для удовлетворения своих мотивов, потребностей, интересов. Высший из этих потребностей – мотив самореализации, достижение вершины и жизни из реализованной потенциальности.

Целостный конструкт миссии – это единство конструктов трёх гештальтов, гештальтов возможности самореализации и реализации через три аспекта функционирования человека – жить богато, статусно и духовно. Но такая реализация всегда происходит через конкретизацию целей как образов будущих достижений. В человеке в настоящем всегда есть образ будущего – желаемого себя, возможного себя.

Но кроме вектора самореализации в будущем, у человека есть направленность на настоящее – спутников жизни. Это те люди, которые сопровождают его по жизни. У многих людей направленность не в будущее, а направленность в настоящее, в служение. Есть дети, жена, учитель, на которых направлено служение. Даже когда отец умрёт, вы ему ещё служите, ухаживаете за могилой. Эти люди могут выступать собирательными образами. Смысл проистекает из объектов, которые существуют рядом, через что и реализовывается бытие. Спутник жизни как объект может быть смыслом жизни и способом самореализации – жизни с вершины. Вы можете служить вашей больной, старенькой маме и вы будете это переживать как священный долг и свою миссию. Жизнь с вершины можно рассматривать в контексте миссии как социальную реализацию, но не в карьере, а в служении другому, другим.

Будда Шакьямуни достиг своей цели в 35 лет, пережил нирвану, сформировал учение, решил свой коан, но прожил ещё 45 лет. В чём он нашел смысл? В векторе события с людьми «сейчас, в служении другим из чувства любящей доброты и сострадания, передачи реального знания и ясности реализации». Случайным прохожим, ученикам ближним, школе давал энергию. Каждый день ходил по деревням, читал проповеди, чтобы получить рис. Он всё время зарабатывал себе на хлеб. Традиционный разворот к людям. Он просто служил. У него ничего не было. Есть традиция – служить тем, кто рядом. Это миссия. Это вершинная миссия огромного количества больших, очень больших людей.

Разворот миссии может осознаваться через прошлое – смысл может быть в следе, который вы оставите на земле. Этот принципиальный разворот в прошлое – в память, которая вроде с одной стороны являет перед сознанием человека мир теней – как бы уже несущественное. Но прошлому личности, его способам, стилю, содержанию реализации всегда придавали сверхзначение, суперзначение в человеческой эволюции. След был самым важным критерием оценки личности. След всегда «читался» богом: «Я тебя послал, ты пришёл, с какой записью? Что ты там наследил. Что-то плохо, иди-ка в холодный ад».

Как пример благого поступка хочется привести рассказ столетней давности Акутагава Рюноскэ «Паутинка».

«Однажды Будда бродил в одиночестве по берегу райского пруда.

Весь пруд устилали лотосы жемчужной белизны, золотые сердцевины их разливали вокруг неизъяснимо сладкое благоухание.

В раю тогда было утро.

Будда остановился в раздумье и вдруг увидел в окне воды, мерцавшей среди широких листьев лотоса, всё, что творилось глубоко внизу, на дне Лотосового пруда.

Райский пруд доходил до самых недр преисподней.

Сквозь его кристальные воды Игольная гора и река Сандзу были видны так отчётливо ясно, словно в глазок биоскопа.

Там, в бездне преисподней, кишело великое множество грешников. И случилось так, что взор Будды упал на одного грешника по имени Кандата.

Этот Кандата был страшным разбойником. Он совершил много злодеяний: убивал, грабил, поджигал, но всё же и у него на счету нашлось одно доброе дело.

Как-то раз шёл он сквозь чащу леса и вдруг увидел: бежит возле самой тропинки крохотный паучок. Кандата занес было ногу, чтобы раздавить его, но тут сказал себе: «Нет, он хоть и маленький, а, что ни говори, живая тварь. Жалко понапрасну убивать его».

И пощадил паучка.

Созерцая картину преисподней, Будда вспомнил, что разбойник Кандата подарил однажды жизнь паучку, и захотел он, если возможно, спасти грешника из бездны ада в воздаяние за одно лишь это доброе дело. Тут, по счастью, на глаза Будде попался райский паучок. Он подвесил прекрасную серебряную нить к зелёному, как нефрит, листу лотоса.

Будда осторожно взял в руку тончайшую паутинку и опустил её конец в воду между жемчужно-белыми лотосами. Паутинка стала спускаться прямо вниз, пока не достигла отдалённейших глубин преисподней.

Там, на дне ада, Кандата вместе с другими грешниками терпел лютые мучения в Озере крови, то всплывая наверх, то погружаясь в пучину.

Повсюду, куда ни взгляни, царила кромешная тьма. Лишь изредка что-то смутно светилось во мраке. Это тускло поблескивали иглы на страшной Игольной горе. Нет слов, чтобы описать весь безотрадный ужас этого зрелища. Кругом было тихо, как в могиле. Лишь иногда слышались глухие вздохи грешников.

Преступные души, низверженные после многих мук в самые глубины преисподней, не находили сил стонать и плакать.

Вот почему даже великий разбойник Кандата, захлебываясь кровью в Озере крови, лишь беззвучно корчился, как издыхающая лягушка.

Но вдруг Кандата поднял голову и начал вглядываться в темноту, нависшую над Озером крови. Из этой пустынной мглы, с далёкого-далёкого неба, прямо к нему, поблескивая тонким лучиком, плавно спускалась серебряная паутинка, словно опасаясь, как бы её не приметили другие грешники.

Кандата от радости забил в ладоши. Надо только уцепиться за эту паутинку и полезть по ней, взбираясь всё выше и выше. Тогда уж, верное дело, ускользнешь из преисподней.

А если повезёт, то, чего доброго, и в рай попадёшь. И не погонят тебя больше на вершину Игольной горы, не бросят снова в озеро крови.

Подбодрённый этой надеждой, Кандата крепко ухватился за паутинку обеими руками и начал изо всех сил карабкаться вверх.

Само собой, для опытного вора это было делом привычным.

Но от преисподней до райской обители много десятков тысяч ри. Как он ни старался, нелегко ему было добраться до горных высот. Лез, лез Кандата вверх – и, наконец, даже его, такого силача, одолела усталость. Не смог он без единой передышки добраться до самого неба.

Делать нечего, пришлось дать себе роздых. Вот остановился он на полдороге, висит на паутинке, отдыхает, и вдруг поглядел вниз, в глубокую пропасть.

Недаром так упорно взбирался Кандата вверх по этой тонкой паутинке. Озеро крови, где он только что терпел лютые муки, скрылось в непроглядной тьме. А вершина страшной Игольной горы, смутно сверкавшая во мраке адской бездны, уже у него под ногами. Если он и дальше будет так проворно карабкаться, что ж, пожалуй, ему и в самом деле удастся дать тягу из преисподней.

Крепко цепляясь за паутинку, Кандата впервые за много лет вновь обрел человеческий голос и с хохотом крикнул:

– Спасён! Спасён!

Но тут же внезапно заметил, что и другие грешники без числа и счёта облепили паутинку и, как шеренга муравьёв, ползут вслед за ним всё выше и выше.

При этом зрелище Кандата от испуга и удивления некоторое время только и мог вращать глазами, по-дурацки широко разинув рот.

Эта тоненькая паутинка и его-то одного с трудом выдерживала, где же ей выдержать такое множество людей!

Если паутинка лопнет, тогда и он сам, – подумать только, он сам! – уже забравшийся так высоко, полетит вверх тормашками в ад. Прощай надежда на спасение!

А пока он говорил это себе, грешники целыми роями выползали из тёмных глубин Озера крови. Сотни, тысячи грешников, растянувшись длинной цепочкой, торопливо лезли вверх по сверкающей, как тонкий луч, паутинке. Надо что-то скорей предпринять, или паутинка непременно порвется и он полетит в бездну.

И Кандата завопил во весь голос:

– Эй вы, грешники! Это моя паутинка! Кто вам позволил взбираться по ней? А ну, живо слезайте. Слезайте вниз!

Но что случилось в тот же миг!

Паутинка, до той поры целая и невредимая, с треском лопнула как раз там, где за неё цеплялся Кандата.

Не успел он и ахнуть, как, вертясь волчком, со свистом разрезая ветер, полетел вверх тормашками всё ниже и ниже, в самую глубь непроглядной тьмы.

И только короткий обрывок паутинки продолжал висеть, поблёскивая, как узкий луч, в беззвёздном, безлунном небе преисподней.

Стоя на берегу Лотосового пруда, Будда видел всё, что случилось, с начала и до конца. И когда Кандата, подобно брошенному камню, погрузился на самое дно Озера крови, Будда с опечаленным лицом опять возобновил свою прогулку.

Сердце Кандаты не знало сострадания, он думал лишь о том, как бы самому спастись из преисподней, и за это был наказан по заслугам: снова ввергнут в пучину ада. Каким постыдным и жалким выглядело это зрелище в глазах Будды!

Но лотосы в райском Лотосовом пруду оставались безучастны.

Чашечки их жемчужно-белых цветов тихо покачивались у самых ног Будды.

И при каждом его шаге золотые сердцевины лотосов разливали вокруг неизъяснимо сладкое благоухание.

В раю время близилось к полудню».

Урок простой – оставьте благой след, след жизни, – это будет благим приобретением. Способность оглядываться, зачем вы жили, – это способность всё время держать свою миссию. Реальный продукт реализации остаётся в прошлом как след вашей миссии. И если вы обернулись, и за вами идёт тьма людей, вас помнят, на вас оглядываются, ориентируются, значит, вы правильно прожили жизнь. А что значит, правильно прожить жизнь – правильно выбрать цели. Это философия поступка. Поступок, который направлен во вне к объекту, осмысливается из точки миссии и наполнен смыслом бытия.

В современной европейской и американской психологии основным способом формирования миссии рассматривается целеполагание и целедостижение. Что касается этого ресурса и применения такого способа в истории, он не впервые встречается. Все реализованные люди ставили цель и достигали её. То есть, первый способ реальной реализации миссии – это постановка цели и её достижение. В отличие от традиционных способов, где была бинарность или тримуртия целеполагания и целедостижения.

Самая древняя дифференциация целей и миссии – это древнееврейская. Эта культура существует более десяти тысяч лет на земле как уникальная социальная общность.

Мы можем выделить две глобальные цели и реализации миссии из истории. Они зависят от места рождения и рода.

Первая, это клан людей, которые поклоняются золотому тельцу, занимаются деньгами.

Традиции много тысяч лет и в соответствии с Ветхим Заветом, когда Моисей был на горе Синай, Аароном был отлит золотой телец.

«Когда народ увидел, что Моисей долго не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам бога, который бы шёл перед нами, ибо с этим человеком, с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось. И сказал им Аарон: выньте золотые серьги, которые в ушах ваших жен, ваших сыновей и ваших дочерей, и принесите ко мне. И весь народ вынул золотые серьги из ушей своих и принесли к Аарону. Он взял их из рук их, и сделал из них литого тельца, и обделал его резцом. И сказали они: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской!»

Спустившийся по указанию Господа с Синая Моисей впал в гнев, разбил Скрижали Завета, вручённые ему на горе Богом, и уничтожил тельца. Затем Моисей собрал сынов Левия и сказал им: «Так говорит Господь Бог Израилев: возложите каждый свой меч на бедро своё, пройдите по стану от ворот до ворот и обратно, и убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исх. 32:37). Это было исполнено, и в тот день было убито около трёх тысяч человек.

Несмотря на это наказание, поклонение золоту и материальному богатству стало объектом поклонения многих родов человеческих.

Это самые богатые люди на земле, и весь материальный потенциал держался и держится в их руках, огромное количество территории, ресурсов денежных, технологии, ноу-хау, золота и драгоценностей, замков и промышленности.

Второй способ самореализации – это духовность. Из истории культуры это люди из Назарета. Город Назарет был центром культуры, таким же как Рим. Это столп учёности. Назаретяне культивируют дух. Среди имён: Иисус Назаретянин, А. Эйншейн, З. Фрейд и сотни тысяч многих великих, которые занимались или наукой, или искусством, или историей, или философией, или психологией.

Есть такая дифференциация, два способа реализации миссии. Две стратегии: или золотой телец, или дух. И эта традиция держится всё время. Этот странный феномен связан с разными способами мышления и формирования миссии. Достижения разными способами своей миссии. Но надо понимать, что они выполняют миссию по-разному, но все выполняют канон великого Соломона, канон во взаимной поддержке. Евреи глубокие и удивительно трудолюбивые люди, с огромной потенциальностью. Это самый важный момент для древних народностей, которые умеют держать традицию.

И третий способ самореализации – выстраивание социальной карьеры.

В самих традициях заложено, что власть передаётся по наследству, право иметь деньги, материальные блага и место в духовной иерархии.

Но кому не даётся по наследству ни власти, ни денег, ни верховного места в духовной иерархии, идут снизу вверх в соответствии стратегий, которую предложил тысячелетие назад пастух Давид, ставший царём Израильским.

«Кто был ничем, тот станет всем» – это великий тезис для тех, кому по рождению не досталось ни денег, ни власти, ни духовного смысла самореализации. И они выбрали путь из низов вверх по лестнице иерархии. И овладевая пространством властвования над людьми, такие люди овладевали властвованием духовными и материальными ресурсами.

Верхушке власти позволено иметь и материальные блага, и претензии на духовность.

Есть универсальный принцип вершины – если хотите найти признание у людей, что ваша человеческая миссия реализована, то вы должны одновременно быть богатым материально, достичь вершинного социального статуса и одновременно пользоваться славой мудреца. Если эту цель излагать на современном языке: мультимиллиардер, президент страны, мудрец.

Если есть только духовная реализация, а ни власти, ни денег нет, то это неправильно. Интеграция власти с материальным ресурсом – это богатство защищённое властью, а когда она ещё освящена церковью и признанием людей – это универсальная реализация.

Таким образом, существует три способа, метода стратегии самореализации.

Стержень личности – это «Я-социальное». Личность и группа поддерживают нормальный баланс, когда осознание и витальность одновременно направлены на поддержку всех трёх глобальных подструктур личности.

Внутренняя идея гармонии личности и социальных общностей заключается в триединстве этих Эго-идентификаций:

«Я-духовное», «Я-материальное», «Я-социальное».

Важна идея баланса. Только тогда, когда личность поддерживает баланс, она выглядит не только социально успешной, но и переживает внутреннюю гармонию (см. Рис. 1).

«Я-духовное»

«Я-материальное» «Я-социальное»

Рис. 1. Соотношение структур «Я»

Эта гармония обусловлена свободой сознания от «залипания», жёсткой идентифицированности с одной из трёх подструктур. При фиксации на подсистемах Эго происходит сужение сознания с потерей степеней свободы и как результат – полная обусловленность личности с объектами отождествления. Человек сам по себе онтологически не является противоречивым духовно-социально-тварным феноменом, вынужденным разрываться между животной, социальной и космической ипостасями. Формирование его универсального, целостного мировоззрения возможно при свободе индивидуального сознания от жёстких и косных идентичностей. Именно сознание способно одухотворить тварную природу личности, выйти за пределы предметности материального Эго и наполнить живительной энергией смысла бытия как служения другим в социальном Эго.

Разберём этот тезис на трёх базовых установках Эго.

«Я-духовное»

«Я-материальное» «Я-социальное»

Рис. 2. Соотношение структур «Я» при фокусировке сознания на «Эго-материальное»

Большая часть людей идентифицирована с «Я» материальным. Обозначим этот тип людей материалистами. Если подходить из общей классификации, то фокусировка предполагает:

– 

захваченность телом;

– 

конкретными вещами мира: элементами физического пространства и (или) деньгами как их эквивалентом.

Материалисты имеют рецептивную, эксплуататорскую, накопительскую и рыночную ориентации, иными словами всё то, что прямо или косвенно подчинено жажде обладания и накопления. Сознание такого человека захвачено миром вещей и он тотально зависим от мира. Классическим образцом материалиста является личность западноевропейца, для которого основной мотив активности – личное благополучие, выражаемое совокупностью потребительских благ.

Личность среднего европейца не понимает того, что источник силы и смыслов находится в нём самом, а отчуждает его в социальную и биологическую среду. Мы не верим в медитирующего европейца, т. к. он является носителем прагматического мировоззрения, посвятившего свою жизнь обладанию материальными ценностями, формированию комфортного существования.

Посещая любую Западноевропейскую страну, можно увидеть, что в их жизни всё прагматично и рационально.

Они правильно кушают в правильных местах в правильном соотношении белков и углеводов в соответствии с диетой, ведут правильный образ жизни и алкоголь употребляют «как аптекарь прописал».

В их домах до тоски идеально налажен быт, они максимально используют достижения современной цивилизации во всём.

В предельном выражении материалист с доминирующей ориентацией на деньги, накопление, стяжательство вырождается в биологический организм с физиологическими проявлениями. При этом не только внутренний мир человека подменяется набором инстинктов: инстинктом насыщения, инстинктом размножения, инстинктом самосохранения и т. д., но и отношения с другими людьми выстраиваются в соответствии с биологической селективностью.

Следующий типаж связан с людьми, для которых важнее социальный статус и ролевые реализации (игроки в социальные игры и карьеру – мы их видим каждый день по телевизору и встречаем на работе). Обозначим этот тип людей социалистами. Социальное «Я» вытесняет духовное и материальное «Я» (см. Рис. 3).

«Я-духовное»

«Я-материальное» «Я-социальное»

Рис. 3. Соотношение структур «Я» при фокусировке сознания на «Эго-социальное»

Такие люди видят свой смысл жизни в том, чтобы был рост в карьере. Для них важно быть королями. Вся их энергия направлена на то, чтобы быть значимыми для других в статусах. В этом варианте сознание человека захвачено миром социального взаимодействия, статусов, ролей, и он тотально зависим от отношений других к нему. У человека появляется убеждение, будто он способен сформировать своё «Я» не изнутри него самого, а создать отношения к личности извне как основную реальность. Самооценка и самоутверждение личности зависят не от интрапсихического содержания личности, а от его оценки общественным мнением, социальным пространством. Личность перестаёт быть самодостаточной и требует постоянной апелляции к внешнему авторитету, соотнесения с мнением социального окружения.

Чтобы чувствовать себя живым, он нуждается в постоянном поощрении, внимании со стороны других. И это внимание должно быть обращено на то, как личность выполняет общественный долг.

«Я-духовное»

«Я-материальное» «Я-социальное»

Рис. 4. Соотношение структур «Я» при фокусировке сознания на «Эго-духовное»

Достаточно редко встречаются ситуации, когда «Я-духовное» доминирует над всеми остальными (см. Рис. 4). Ценности духовного Эго как мы уже указывали выше, это личностный рост, знания, ментальность, экзистенциальные ценности бытия.

Обозначим этот тип людей условно духовниками. Как пример, мы можем привести жизнь схимника или святого. Для них духовный путь является основной ценностью бытия в мире. Классическими образцами духовников являются основатели мировых религий и духовных традиций – Лао-Цзы, Будда, Заратустра, Христос, Бодхидхарма. Но если мы расширим нашу рефлексию, в качестве образца может быть обозначена любая творческая личность, ориентированная на созидание и трансцендирующая Эго, время, тело, пространство.

Они, как правило, не в состоянии достойно организовать своё предметно-вещное, материальное бытие и их отличает индифферентность к обыденности и равнодушие к преходящему характеру вещей.

Сотни тысяч духовников положили на алтарь поиска истины, красоты, вечности свою плоть, жизнь, молодость и умерли в нищете.

На наш взгляд, поведение русского, да и любого человека с восточной ментальностью в значительной степени ориентировано не на получение материальных выгод. В дореволюционной России православному человеку был чужд прагматический и потребительский подход к жизни. Россия жила идеальностью и выше своего «тварного» обустройства всегда ставила стяжание духовного, соборного, нравственного.

В советский период ситуация не изменилась. В этом великая трагедия и великая сила русского стиля жизни: устремлённость к духовным основаниям мироздания, неиссякаемость духовного потенциала здесь всегда сочетались с нивелировкой бытовых ценностей, с пренебрежительным отношением к плоти и «тварной» основе человека.

Вычленяя материалистов, социалистов и духовников как типы личностей, мы должны представлять, что эта дифференциация достаточно условна.

Человек меняет пространство своих идентификаций с возрастом. Например, Будда Шакьямуни первые двадцать девять лет своей жизни провёл в полной отождествлённости с материальным Эго, предаваясь удовольствиям и наслаждениям во дворцах, построенных для него отцом – королём клана шакьев Шуддходаной.

Затем, узнав о болезнях, старости и смерти, он бежал из отцовских чертогов и приступил к поиску пути, ведущему к прекращению страданий и искоренению неудовлетворённости, и на протяжении шести лет вёл суровую, аскетическую жизнь, полную лишений и самоотречения, стремясь установить полный контроль над своим умом и телом. Именно эту стадию можно обозначить как полную отождествлённость с духовным Эго.

И когда после этого этапа он преобразился в полностью просветлённое и пробуждённое существо – Будду, на протяжении оставшихся сорока пяти лет своей жизни он обучал живых существ «срединному» подходу к жизни и духовному развитию. Этот последний этап его жизни можно обозначить как реализованное социальное Эго, т. к. это было священное служение другим людям, жизнь ради других людей.

Вне сомнения, жизнь среднего человека не отличается такой чистотой стадий перехода, но некоторые взаимопереходы, смены ценностей и установок мы можем наблюдать в течение жизни.

Все три подсистемы имеют между собой достаточно выраженную и реальную связь. «Я-социальное» может служить и находиться в функциональном подчинении по отношению к «Я-духовному», «Я-социальное» может полностью служить и находиться в отношении соподчинения к «Я-материальному». «Я-материальное» может служить и подчиняться в мотивационно-потребностном отношении «Я-духовному», «Я-материальное» может полностью быть обусловленным и детерминированным мотивами «Я-социального».

«Я» – это сложное системное образование, внутри которого каждая подструктура имеет связь с другими и взаимовлияние, взаимодействие, взаимообусловленность. Что касается внутренней структуры этих глобальных компонентов – «Я-материального»,

«Я-социального», «Я-духовного» – они тоже имеют между собой взаимосвязи и некую взаимообусловленность.

У любой личности существует теоретическая возможность идентифицироваться с любой Эго-структурой, но в основном эта возможность, этот выбор больше является теоретическим предположением, чем реальным фактом. Человек всегда обусловлен, детерминирован структурой идентификаций, доминирующими тенденциями, сформированными отношениями, и во многом свобода выбора является больше философским или психологическим предположением фантастического содержания.

Вне сомнения, в соответствии с нашим пониманием, суть человеческой природы составляют чистота и прозрачность индивидуального свободного сознания, не зависящие от содержания идентификаций с различными материальными, социальными или идеальными объектами.

Для нас существование этой глубинной, истинно чистой природы сознания не вопрос методологический, идеологический, нашей личной убеждённости. Это не вопрос нашего практического опыта и эмпирических экспериментов наших учеников. Это единственный сущностный факт, откуда мы творим реальность.

Но всегда есть ошибка. Ошибка «залипания» сознания на объекте идентификации. В этот момент объект становится содержанием самосознания, и мы начинаем смотреть, чувствовать осмысливать реальность из отождествлённой формы. Таким образом, мы начинаем относиться и взаимодействовать с жизнью из отождествлённого тела, материальных предметов, оценивать других и себя в зависимости от количества накопленных денег или других богатств, места в социальной иерархии, духовных смыслов и ценностей.

«Я-идентификации» отличаются:

1) по содержанию;

2) по значимости и объёму занимаемого пространства в структуре личности (внутри Эго-идентификации любая структура занимает определённую территорию, они различаются как бы по площади).

3) мерой устойчивости;

4) временем, длительностью существования.

Любая личность («Я») имеет качество неоспоримой индивидуальности не только за счёт неповторимой мозаики «я-идентификаций», но и тех четырёх переменных, которые определяют их своеобразие [2].

Сегодня всегда стоит проблема эталона, а проще – кому завидовать. В христианской традиции трудно было и нельзя было завидовать богатому. Завидовать было грешно в ХIX в., т. к. лучше всех жил батюшка, дворяне. Устой был патриархальный, домострой. Это был грех. Зависть – это смертный грех. Сейчас не так. В семантической основе слова лежит представление, что находится «за видом». За видом вашей жизни. Вы живёте своей жизнью, а за видом вашей жизни есть другая жизнь. Зависть – это заглянуть за пределы возможностей вашей жизни. Как только возникает зависть, то возникает напряжение. Показывает, как вы хотите жить. Зависть удивительно живое чувство. Зависть является большим и мощным мотивообразующим элементом жизни. Когда мы были маленькие, мы завидовали большим мальчикам или девочкам и хотели быть похожими на них. Это связано с трансформацией личности. Так в студенчестве объектов зависти было не так уж много: «дипломат» и джинсы, и какая-то куртка, футболка с надписью, кроссовки Adidas. Всё. Завидовали, копили деньги, искали, могли заработать в стройотряде, но не покупали же шерстяной костюм, а джинсы. Это элемент видения свободной, богатой жизни за рубежом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.