Григорий Кроних
Похищение

1

Быстрые пальцы Христофора разметали карты. Его руки, летающие над гадальным столиком, казалось, не просто раскладывают карты, но еще и совершают над ними магические пассы. Миша напряженно следил за процедурой, не понимая, но словно веря в то, что сейчас-то и решится его судьба. Свои руки он держал под столиком.

– Не волнуйся так, – посоветовал Христофор. – В любом случае это только прогноз.

– Это судьба. Если не верить – зачем гадать? – спросил Миша.

– Вариант судьбы, – уточнил Христофор. – Ожидают тебя денежные затруднения, дорога в казенный дом, чужой во всяком случае. У бубновой дамы будут через тебя большие хлопоты. Избавление тебя и твоих близких будет все время в твоих руках, но ты, Миша, будешь упрямым ослом. Сердце твое успокоится твоим интересом, интерес останется при тебе. Понял?

– Чего?

– Ты слушаешь меня? Не будь ослом, и неприятности тебя минуют.

– Хорошо, хорошо, я постараюсь, – сказал Миша с облегчением и достал руки из-под столика.

– У тебя что-то случилось? – с участием спросил Христофор. – Могу я тебе чем-нибудь помочь?

– Так, неприятности, – неопределенно махнул рукой Миша. – Бизнес, знаешь. Там всегда неприятности. Спасибо, ты мне уже помог.

– Ладно, это мелочи. Постарайся все-таки избавить свою брюнетку от лишних хлопот. Как ее зовут?

– Настя. И хлопоты – ее профессия. Она моя секретарша.

– Хорошенькая?

– Дело вкуса. Извини, мне пора, на работу съезжу. Да и тебя ждут, – сказал Миша.

– Счастливо, – Христофор проводил приятеля до дверей кабинета – полутемной комнаты, задрапированной бордовой плотной тканью, расшитой золотыми звездами. – Пока, – хлопнул по плечу и пригласил очередную посетительницу. – Проходите, пожалуйста.

Мимо Миши проплыла очаровательная блондинка с грудью, мешающей майке облегать тело. Интересная у Христо работа, позавидовал Миша, который вел переговоры и дела почти исключительно с мужиками. Все в коже, "адидасе" и с толстыми мордами. Но вспомнив, что в ближайшее время хлопотать о нем будут исключительно брюнетки, вышел из офиса.

Миша сел в "Жигули" и поехал в свой офис. В последнее время это был самый неприятный маршрут. Отвратительный. Чтобы хоть как-то облегчить себе эту процедуру, он даже перевез из дома часть своей коллекции марок. Но дела шли так кисло, что и марки не могли улучшить его настроения. Надежнейшие партнеры с которыми он работал уже не первый год не поставили вовремя товар, Миша не успел его продать и наделал долгов. Взял кредит, расплатился, теперь зато нечем платить по нему проценты. Миша чувствовал себя лисой, догоняющей собственный хвост в тот момент, когда охотники уже заряжают ружья.

В офисе пусто – день субботний. Миша запер за собой дверь, включил кофеварку на столике рядом с местом секретарши и прошел в кабинет. Посреди комнаты стоит круглый стол, заваленный альбомами с марками. Интересная, но не лучшая часть коллекции. А кое-что самое-самое на всякий случай укрыл до лучших времен. Спрятал так – никто не догадается. Даже сам хранитель.

Миша полистал альбомы. Христофор в детстве тоже собирал марки. А также спичечные этикетки, значки, ручки, монеты, брелки. Кое-что Миша, пожалуй, упустил. Второй его друг Гера собирал автомобильчики. Модели с открывающимися дверцами, капотами и багажниками, блестящие новой краской и латунными моторами. Как настоящие, но в отличие от них никогда не знавшие ни смазки, ни дорожной грязи. Как их хозяин… Раздражение Миши было естественным раздражением человека обремененного долгами по отношению к друзьям, ими не обремененными.

Миша сел за стол, разгреб бумаги и снял трубку.

– Егор Николаевич? Здравствуйте. Это Михаил Полосов.

– Здравствуйте, Миша.

– Как поживаете, как здоровье супруги?

– Все хорошо, спасибо. Надеюсь, вы звоните не за тем…

– Конечно, прошу меня извинить, но мне хотелось бы заручиться вашей поддержкой. Мне нужен кредит в 150 миллионов.

– Пожалуйста, под залог имущества, 60 процентов от его оценочной стоимости, – предложил банкир ласковым голосом.

– Но ведь обычная ставка 70 процентов?

– Миша, вы звоните мне в субботу. А когда молодой интересный мужчина занимается делами в субботу, значит дела того требуют.

– И все-таки я попросил бы вас…

– Вы же знаете, Миша, как я вас люблю, – голос стал сладким, – как я вас уважаю и ценю. Мои деньги – берите, пожалуйста, без процентов и залогов. А банковские – не могу.

– Так ведь банк-то ваш, Егор Николаевич, – заметил Миша.

– Это только так кажется, Миша. Вы еще так молоды…

– А если бы я позвонил в понедельник? – поинтересовался Миша уже совершенно альтруистически.

– А в понедельник у меня уже сводочка с утра лежит: кто кому и сколько должен.

– Понятно. До свидания.

– Прощайте, Миша.

Никаких свиданий, значит. Плохо. Банкир не девушка, его отказ пережить значительно труднее. Еще позвонить? Не стоит, другие скажут тоже самое. Тем более, что ему нужно хотя бы 80 процентов, иначе и смысла нет. Не быть упрямым ослом?.. Нет, на крайнее средство он никогда не пойдет.

В приемной что-то стукнуло.. Наверное, кофейник автоматически отключился.

Что-то он хотел еще сделать…

Миша достал записную книжку и быстро сделал запись. Не гарантия, конечно, но если будет время, он позаботится о более надежном способе сохранить сообщение.

В приемной снова шорох. Миша привстал и застыл.

Дверь в кабинет распахнулась от молодецкого удара. В комнату ввалилось четверо человек в кожаных черных куртках и такого же цвета масках. Отличались налетчики в основном ростом да оттенками синих джинсов.

Миша плюхнулся назад в кресло и поднял руки.

– Привет, ребята. Вы немного ошиблись. У меня ничего нет, кроме автоматической кофеварки, которую вы могли видеть в приемной. А я здесь торчу, чтобы сочинить объявление о ликвидации фирмы. Претензии в течение месяца после опубликования.

– А у нас претензии уже готовы, – сказал один из гостей, подходя поближе. – В трех экземплярах, – добавил он, отвешивая оплеухи.

У Миши зазвенело в ушах.

– Учти, козел, мы никогда не ошибаемся, – задушевно сказал другой гость и опрокинул стеллаж с документами.

Вот и хлопоты начались, подумал Миша. Предсказывает Христо как по писаному, оказывается.

– А кофеварку свою засунь в… – заметил здоровяк и своротил круглый стол. Альбомы посыпались на пол.

Миша рванулся вперед, но первый ударил его дубинкой по голове. Он не почувствовал, как его достали из кресла, вывели на улицу и сунули в багажник "Тойоты".

2

Георгий оставил свою "девятку" на платной автостоянке рядом с клубом. Заплатил за четыре часа – долго сегодня он тут задерживаться не собирался.

"Вымпел", который навестил Георгий, был очень удобно расположен: в центре города, на Красном проспекте. Не то что некоторые другие, хозяева которых то ли связей достаточных не имели, то ли денег. Этот же "дворец развлечений" был всегда под рукой и предоставлял самые разнообразные возможности потерять ваши деньги. Впрочем, не без удовольствия. Но сегодня Георгий был на службе, даже можно сказать в местной командировке, напоминал он себе, чтобы не увлечься легкой атмосферой веселья, игры и чревоугодия. Сначала – дело.

Он шагнул в распахнутые стеклянные двери и вдруг наткнулся на выпяченное пузо гориллы, охраняющей вход в это святилище Вакха.

– Проблемы, Слава? – удивился Георгий, но мгновенно сообразил: у Славы пузо значительно меньше.

– Я тебя не знаю, – прорычала горилла.

– Я тебя тоже, – заметил Георгий, прощая вышибалу за то, что не узнал. В конце концов, одет он в клубный черный пиджак с золоченными пуговицами и светло–серые брюки, – поди отличи в полутьме знаменитого журналиста от преуспевающего спекулянта. По печати интеллекта, скажите вы? И ошибетесь. И деловые люди не задницей думают, а совсем наоборот. Георгий лично знал нескольких, которые строили операции в десяток ходов, превращая (в этом есть что-то божественное) памперсы в вино, векселя администрации в крем от бородавок, летние сапоги в утепленные штиблеты. И еще непременно зарабатывали на каждом шаге. А бывают журналисты, которые… Ни слова о коллегах. Тогда и они, возможно, будут меньше чесать языки по поводу твоей скромной персоны.

– Света! – окликнул Георгий знакомую администраторшу.

– Здравствуйте, Гера, – ласково улыбнулась Света.

Оценив ситуацию, она что-то шепнула горилле на ухо. Пузо тут же втянулось на место, а длинные руки свесились по швам.

– Вольно, – скомандовал Георгий, чувствуя себя генералом, а может и самим налоговым инспектором.

– Рада тебя видеть, – защебетала Света, – может быть, выпьешь что-нибудь за счет заведения?

– Спасибо, попозже. Я сегодня зашел по делу.

– А–а, из-за вчерашнего, – понимающе кивнула Света. – Честно предупреждаю, у меня алиби и хороший знакомый адвокат.

– У меня тоже, – серьезно сказал Георгий.

Света рассмеялась.

– Кто был свидетелем?

– Да вот Леха, – кивнула Света на гориллу, – и еще Игорь – официант, он как раз мимо двери проходил.

– Это блондинчик такой? – уточнил Георгий.

Администраторша кивнула.

– Спасибо, солнышко.

Света скрылась в зале уверенной походкой хозяйки, а Георгий вернулся на исходную позицию к двери.

– Меня зовут Гера.

– Леха.

Георгий достал из кармана пару "червонцев" – десятитысячных купюр. Леха проникся вниманием.

– Вчера здесь на крыльце подстрелили одного парня. Я бы хотел услышать подробности.

– Ты – мент?

– Нет. Тебя же вчера уже допрашивали.

– Ну.

Деньги перекочевали в толстую ладонь гориллы.

– Да я толком ничего не видел. Вышел он на крыльцо, спустился и повернул налево к автостоянке. Тут его и шлепнули. Из пистолета стреляли, метров с двадцати. А при здешнем освещении и в пяти шагах от крыльца ничего толком не разглядишь. В общем убийца среднего роста, одет был в темное, если не негр, то значит в маске был. Среднего сложения. А мужик этот согнулся и упал мешком. Я когда подбежал, он уже готов был.

– Сколько выстрелов было?

– Три.

– А ранений?

– Два, кажется.

– Ладно, спасибо.

– Только я тебе ничего не говорил.

– Так оно и есть, – вынужден был согласиться Георгий. Никаких новых сведений он не получил.

Георгий прошел в игральный зал. В кармане завалялось несколько мелких фишек и он, так, между делом, поставил на красное. Выиграл. Крупье снова крутанул рулетку и бросил шарик. Георгий, не задумываясь, поставил на число 13.

Кто же все-таки убил вчера коммерсанта на пороге этого ночного клуба? Он все утро и день провел в поисках хоть какой-то ниточки. Георгий узнал, что погибший остался должен банку "Интер" круглую сумму, но банкротом он не был, а, значит, банку его смерть не выгодна. Других долгов и счетов не обнаружилось. Картина гибели подробностей не добавила.

Шарик остановился на 13-ти. У игроков и зрителей вырвался вздох зависти и восхищения. Погруженный в размышления журналист передвинул горку фишек на красное и снова выиграл. Георгия гораздо больше денег интересовало загадочное убийство. Тайны украшают жизнь. Он ссыпал фишки в карман, подошел к кассе и обменял их на толстую пачку банкнот. Хватит бездельничать, напомнил он себе. Он ведь на работе. Георгий вошел в бар и сел за столик. Через минуту к нему подошел официант Игорь.

– Добрый вечер.

– Привет, Игорь. Темное "Холстен" и пачку "ЛМа".

Игорь понимающе кивнул и сбегал за заказом. Георгий протянул ему пятьдесят тысяч.

– Сдачи не надо.

– Спасибо.

– Присядь, Игорь.

– Нам не положено.

– Тогда постой. Ты видел вчера, как произошло убийство?

– Нет. Просто я оказался недалеко. Услышал выстрелы, повернулся, кинулся к двери. Увидел тело на улице и подбегающего к нему Леху.

– Этот Леха давно у вас работает?

– Неделю, – ответил Игорь.

– А убитого клиента ты знал? Он часто заходил? – спросил Георгий.

– Не часто, но заходил. Коммерсант средней руки, Спокойный. Чаевые давал обычные. Иногда его сопровождали дамы.

– Какие?

– Обычные.

– Проститутки?

– Да нет, скорее подружки. Одна блондинка была особенно хороша. С ней он появлялся последнее время.

– Вчера она была здесь? – быстро спросил Георгий.

– Нет.

Георгий хлебнул пива и достал сигарету. Игорь дал ему прикурить.

– Особые приметы? – спросил журналист.

– Яркая блондинка с хорошей фигурой. Э-э… крашенная, конечно. Носит бледно-голубые джинсы, короткую черную куртку и черную же майку с яркой надписью.

– Какая надпись?

– Не помню. Извините, меня ждут другие клиенты.

Игорь ушел, и список вопросов к нему был исчерпан. Георгий докурил сигарету, прихлебывая пиво. Пора, напомнил он сам себе. Местная командировка и – никаких! Дело важнее всего. Георгий для очистки совести обошел игральные залы, высматривая подходящую блондинку. Под описание подходящую. Хотя понятно, что только круглая идиотка припрется через сутки на место убийства ее приятеля.

Не найдя блондинку, Георгий покинул клуб. Леха отсалютовал ему и распахнул двери. Вполне вероятно, что яркая блондинка любит посещать клубы и казино вообще, а не только данный в частности. Придется проверить все. Что поделаешь, служба.

Георгий вывел со стоянки свои "Жигули" и отправился в путь.

3

Свободный дух медиума мчался в пространстве. Вдали осталась Земля и знакомые созвездия. Солнце пылинкой потерялось позади. Он двигался не линейно, а как нефтяное пятно по поверхности воды – во все стороны, как запах плывет в воздухе – по всем измерениям. Это была сложная игра, но Христофор давно усвоил ее правила. Его жизненным принципом стало усвоение правил игры. Обстоятельства меняются, факторы возникают и исчезают, правила соответствуют новому дню. Умеешь играть – не пропадешь.

Христофор вернулся на Землю, нырнул прямехонько к родному Новосибирску. Повисел над центром, лениво раскручивая спираль, поплыл над городом. Отсутствие тела давало приятное чувство безопасности: кусок биомассы не потеряет равновесие, не упадет, не потянет вниз… Последний виток спирали Христофор прервал над плотиной, разделяющей реку и водохранилище, и, спустившись к воде, полетел по прямой, вдоль течения, на север, по-над правым берегом.

Дождливая весна подмыла берега, вода оставалась студеной, начавшееся лето в редкий день давало солнцу пожарить всласть. Обь оставалась в полном владении рыбаков, пляжи пустовали, набережные пропитались влагой как губки. Хотя… Вот на мостках, недалеко от автодрома, резвится группа молодых людей. Наверное, после бурной ночи решили освежиться. Впрочем, кажется, только четверо вполне наслаждаются ситуацией, окуная пятого головой в воду. Окунаемый же был поглощен другими делами: то хватал ртом воздух, то пускал большие пузыри под водой. Когда ему, задыхающемуся, позволили в очередной раз вынырнуть, мокрое лицо и спутанные волосы показались Христофору знакомыми…

Христофор то ли очнулся, то ли проснулся. Выходя из состояния транса, полежал немного с закрытыми глазами. Правда ли это? Просто ведение? Он открыл глаза, встал из кресла, размял затекшую спину, руки, ноги. Похрустев суставами, Христофор вернулся в кресло. Подтянул к себе телефонный аппарат, стоящий на столике для гадания и вызывания духов. Снял трубку и набрал номер.

– Алло, Гера?

– Привет, Христо.

– Доброе утро. Как дела?

– Тружусь. Волка ноги кормят, – заметил журналист.

– Но ведь я же тебе домой звоню. Ты, наверное, имеешь в виду, что шагаешь из комнаты в комнату, диктуя статью секретарше?

– Видит Бог, это не так. Но тебе, метафизику–брамину, этого не объяснишь. Ты поймал меня на пороге, я иду брать интервью.

– А нельзя его послать к черту? – поинтересовался Христо.

– Опять шутишь?

– Серьезно.

Георгий вздохнул и присел в прихожей на стул.

– Рассказывай.

– Я в состоянии медитации путешествовал в виде астрального тела в Космосе…

– Христо, я ценю твой юмор, дружище, но мне сейчас, правда, некогда. У моего интервьюируемого генеральские погоны и настоящее тело. Если я генерала сейчас упущу, то до его физического тела я уже не доберусь даже с помощью астрального. Речь идет об убийстве, а статью мне нужно сдать в очередной номер. Понимаешь?

– Понимаю, – сказал Христо, – но если ты не выслушаешь меня, может случиться еще одна смерть.

– Я же не твоя любимая девушка, зачем так реагировать на мой отказ? – удивился Георгий.

– Речь идет о Мише.

– Ладно, извини, я слушаю.

– Я видел на правом берегу Оби, в том месте, где расположен автодром – помнишь, мы учились там? – на мостках несколько человек. С ними был Миша. И эти люди совали Мишу головой в воду. Ему было плохо.

– Может с похмелья?

– Твой цинизм не знает границ.

– Прости. Что за люди?

– Не знаю. Одеты в черное. Люди и люди.

– Мужчины? Молодые?

– Да, пожалуй. Я не рассмотрел подробностей, а потом – Миша – мокрый, задыхающийся…

– Жаль. А ты не мог бы еще раз слетать туда и посмотреть…

– Гера! по-твоему это так просто: взял, слетал? Раз-два и готово? Махнул крыльями и на месте?

– Не кипятить. Я просто спросил. Я же не знаю этих твоих технологий. Не можешь – не надо. Так съезди.

– Съезди?! – переспросил Христофор.

– Ну, на машине. На машине ты можешь?

– Могу. Но я не уверен, что то, что я видел, происходит в реальном времени.

– Другими словами это… происшествие могло быть в прошлом или будущем? – сказал Георгий.

– И даже в параллельном мире.

– Славно. И что же ты он меня хочешь?

– Мы могли бы вместе съездить туда, – предложил Христофор.

– Нет, извини, я не могу. Если все это происходило в реальном времени, то закончилось. Опасности никакой нет. Посмотри сам. Мне пора брать интервью. Как только освобожусь, я постараюсь найти Мишу. А тебе позвоню.

– Хорошо. Знаешь, Миша заходил ко мне на днях, мне показалось, что он чем-то озабочен. Он попросил меня ему погадать! – воскликнул Христофор.

– Погадать? Я начинаю волноваться. Это действительно серьезный признак. Это ведь в первый раз?

– Точно. Он всегда посмеивался надо мной. А тут…

– Все, бегу. Я тебе позвоню, – пообещал Георгий и быстро положил трубку. Он был намерен взять свое интервью.

4

Поскольку за окном маячили тучи, поверх легкого брючного костюма Настя надела блейзер, а в сумочку положила зонтик. Обула туфли на высоком каблучке, осмотрела себя в зеркало, занимающее почти весь простенок в узком коридорчике. Все в порядке, можно идти на работу. Настя повернулась к двери, нажала указательным пальчиком на пимпочку, а большим потянула ручку, которая должна была открыть замок. Ручка не шелохнулась. Настя отложила сумочку и попробовала действовать двумя руками. Результат тот же. Настя, в общем, даже не удивилась. Во-первых: понедельник, во-вторых: с ней всегда происходят самые нелепые происшествия, в-третьих: замок уже пару раз заедало. Настя подергала дверь, попробовала раскачать ручку и пимпочку. Мужика нету в доме. Мужчин эти железяки слушаются. Видимо в благодарность за то, что те их выдумали.

Настя сбросила туфли, прошла в кухню, нашла молоток для отбивки мяса и с ним вернулась к замку. Настя нажала пимпочку и врезала молотком по ручку. Клацнув, замок открылся. Потрясая своим оружием, Настя вернула его на кухню. Затем для верности вставила с наружной стороны двери ключ и покрутила им. Замок легко открывался и закрывался. Она решила ему верить, тем более, что другого выхода не было. Настя заперла дверь и отправилась на работу.

Иногда шеф бывает очень строг. Особенно в плохом настроении. А дела его идут, кажется, не блестяще.

К счастью, дверь офиса еще закрыта, шеф опаздывает. Настя открыла ее и вошла в приемную. В воздухе плыл запах кофе. Пережженного, старого кофе. Неужели она забыла выключить кофеварку? Настя бросилась к столику. Точно. Кофеварка была горячей, она так простояла все выходные. Слава Богу, что автоматическая. Кофе почти весь испарился, на самом дне закрытой колбы – бурая жижа. Настя выключила кофеварку и распахнула окно. Если комната успеет проветриться до прихода Миши, то и об этом грехе никто не узнает.

Настя оглянулась на кабинет начальника и заметила, что дверь приоткрыта. Не одна она, значит, была рассеянной в пятницу. Обычно шеф тщательно запирал дверь. Она приблизилась и заглянула внутрь. Ой-ой-ей! По кабинету промчался торнадо. Мебель перевернута, бумаги разбросаны. Сейф? Целый. И то хорошо.

Она бросилась к телефону и позвонила Мише домой. Никого. Тогда Настя позвонила в милицию.

– Приезжайте скорее, нас ограбили.

– Что украли? – меланхолично спросил дежурный милиционер.

– Ничего, – растерянно ответила Настя.

– Гражданка, вы что, издеваетесь? – возмутился тот.

– Нет, не знаю. Я пришла на работу, открыла, а тут все перевернуто. Я и позвонила.

– Ладно, говорите адрес.

– Красный проспект 46, офис 82, фирма "Тон".

– Ничего руками не трогайте, ждите опергруппу, – приказал дежурный.

– Спасибо, – сказала Настя и положила трубку.

Сорок минут до приезда милиции Настя потратила на поиски шефа. Домашний телефон не отвечал, у партнеров и друзей его не было.

– Капитан Митрофанов, здравствуйте, – появился в дверях человек в форме.

– Настя Соколова, – представилась секретарша.

Следом за капитаном вошли еще трое, деловито кивнули. Один из них, видимо эксперт, держал в руках чемоданчик.

– Что случилось? Расскажите по порядку, – попросил Митрофанов, приблизившись к Насте.

– Я пришла утром на работу, чуть опоздала. Шефа еще нет, я вошла и заметила, что дверь в кабинет приоткрыта. Заглянула, а там все перевернуто. Я позвонила вам, – отчиталась Настя.

– Ничего не трогали?

– Нет.

– Пройдемте, – пригласил ее капитан, и всей компанией они вошли в кабинет.

– Осмотрите, пожалуйста, все предметы, находящиеся здесь, проверьте все ли на месте…, в смысле – здесь.

– Хорошо, – сказала Настя.

Она обошла кабинет, стараясь не наступать на разбросанные бумаги и кляйстеры с марками. Настя знала, что шеф очень их ценит.

– А где, кстати, хозяин фирмы? – спросил капитан. – Вы ему звонили?

– Да, я пыталась его найти, но не смогла, – ответила Настя. – Я начинаю беспокоиться. Миши нигде нет.

– Вы с ним друзья?

– Почему вы так решили?

– Вопросы задаю я, – строго заметил милиционер. – Вы называете его по имени.

– Его все так зовут. Он у нас демократ большой. Говорил, это помогает почувствовать сотрудникам, что они члены одной семьи, команды.

Оперативники разбрелись по углам кабинета и принялись заносить в протокол все, что видели. Митрофанов же продолжал беседу с секретаршей.

– Что-нибудь пропало? Здесь хранятся ценные вещи?

– Документы в сейфе да, пожалуй, эти марки, – показала Настя на альбомы.

Капитан поднял один и открыл.

– Очень ценные марки здесь есть? Вы можете определить их наличие?

– Нет, – честно ответила Настя, – не могу. По словам Миши здесь только часть коллекции, самые ценные экземпляры он хранит дома. Насколько я вижу, тут ничего не пропало.

– Хорошо, – сказал Митрофанов. – Сергей, вызови слесаря, чтобы сейф открыл, – попросил он своего помощника.

– Я и сама могу, – встряла Настя.

Капитан как-то нехорошо на нее поглядел.

– Что же вы молчите, дорогуша? – удивленно спросил он.

– А вы не интересовались, – ответила Настя, решив, что больше напрашиваться не будет. Он подошла к железному ящику, набрала шифр и распахнула тяжелую дверцу.

Эксперт сразу сунул голову в сейф и сыпанул туда порошок для снятия отпечатков пальцев.

– по-моему все в порядке, – сказала Настя.

Митрофанов полистал документы, пожал плечами.

– Деньги ваш начальник тут не хранил?

– В последнее время нет, – ответила Настя.

– Чего-нибудь опасался? – со слабой надеждой спросил капитан.

– Просто не имел.

– Вы хотите сказать, что дела фирмы в гору не идут?

– Спросите шефа, – осторожно сказала Настя.

Эксперт понасыпал везде черного порошку и теперь сметал его кисточкой на пол. У остальных оперативников даже этого развлечения не было и они быстренько закончили протокол осмотра места преступления.

– Мы вас вызовем, чтобы снять показания. И вашего шефа тоже. Предупредите, когда он появится.

– А если не появится? – спросила Настя. – Вы что, уже уходите?

– У нас полно дел, – ответил Митрофанов. – А тут – чепуха какая-то. Хулиганство.

– Это все что вы можете сказать?! – возмутилась Настя.

– Но ведь ничего же не пропало, – сказал капитан.

– Пропало!

– Что?

– Кто! Миша пропал! Он уже два часа как должен быть на работе! – заявила Настя. – Я требую расследования!

– Если по каждому опозданию на работу проводить расследования, то для этого специальную милицию заводить придется. Столько любителей поспать развелось…

Эксперт упаковал свой чемоданчик и, отдав Насте честь, милиционеры покинули помещение.

Где же Миша? Он всегда так пунктуален…

Настя вышла в приемную. Только двух близких приятелей Миши не смогла она вызвонить. Настя сняла трубку. Христофор по-прежнему не отвечал, а в редакции сообщили, что у Георгия важное интервью.

У всех свои дела, а до Миши дело только ей. Нет, такое положение дел Настю не устраивает.

5

Георгий подкараулил своего генерала в областной администрации, на коллегии. В перерыве генерал вышел из зала и журналист вцепился в него как клещ, пиявка или любящая жена.

Зря, подумал генерал, зря он не бросил курить вчера, например. Тогда сегодня он не пошел бы в курилку и не налетел бы на этого…

– Здравствуйте, Георгий, рад вас видеть. Кого-нибудь ищите?

– Доброе утро, Игорь Федорович, ищу. Вас ищу.

– А я никогда не прячусь от журналистов. Всегда пожалуйста. Приходите в управление, посидим, поговорим.

– Да застать вас трудно, Игорь Федорович, – посетовал Георгий.

– Так ведь дел много, – пояснил с улыбкой генерал.

– Я вас не задержу, будьте любезны, уделите внимание.

– Извольте, Георгий… э-э, – протянул генерал.

– Просто Георгий. Присядем?

Они сели в фойе за небольшой столик. Георгий тут же достал диктофон.

– Слушаю вас.

– Скажите пожалуйста, Игорь Федорович, как идет расследование убийства коммерсанта Сюркина?

– Два дня всего прошло, работаем. Отрабатываем несколько версий, собираются свидетельские показания ну и все как положено. Преступники к таким делам тщательно готовятся, следов не оставляют.

– Не считаете ли вы, что в последнее время произошло несколько похожих преступлений – убийств и покушений на коммерсантов?

– Нет.

– Является ли заказным последнее преступление?

– Пока следствие располагает только признаками того, что оно могло быть заказным, но фактов для подобного утверждения недостаточно, – сказал генерал.

– Но все-таки есть вероятность, что убийства трех коммерсантов за последние полгода связаны между собой? – настойчиво спросил Георгий.

– Любое событие имеет свою вероятность, – туманно ответил генерал, вертя в пальцах сигарету.

– Не обращался ли Сюркин за помощью в правоохранительные органы незадолго до своей смерти?

– Не задолго – не обращался, – вздохнул генерал.

– А задолго? – быстро спросил Георгий.

– В прошлом году обращался по поводу вымогательства.

– Игорь Федорович, поподробнее, пожалуйста!

– Мы дали ему меченые деньги, он передал их рэкетирам, которых мы и арестовали. Они осуждены, находятся в местах лишения свободы.

– Убийство Сюркина – это месть?

– Преступники в тюрьме, – повторил генерал.

– А подельники, друзья?

– Следствие подобными фактами не располагало. Рэкетиров было двое.

– А не исключено, что…

– Не будем заниматься домыслами, – сказал генерал, вставая.

– Хотите продолжить беседу в курилке? – спросил Георгий.

– Нет, хочу просто покурить.

– Большое спасибо, Игорь Федорович, за содержательное интервью, – с легкой иронией сказал Георгий.

– Рад был помочь, – с улыбкой ответил генерал. – До свидания.

– До свидания.

На большее, собственно, Георгий и не рассчитывал. А то, что Сюркин помог посадить двух рэкетиров… Интересный факт.

Георгий отправился в редакцию.

Несмотря на то, что, шагая по редакционному коридору, Георгий сочинял начало статьи, которую он должен сдать в очередной номер, журналист приметил миниатюрную брюнетку с независимым видом сидящую на стуле. Приписать это обостренной профессиональной наблюдательности или иному свойству?

Редактора отдела Семена Дмитриевича, своего непосредственного начальника, Георгий нашел в радостном возбуждении. Принц Али под чутким руководством шефа преодолел все компьютерные опасности и соединился с принцессой. И теперь оба на свой лад веселились.

– Здравствуй, Георгий, – сказал шеф и сразу посерьезнел. – Ты когда статью сдашь? Мне надо полосу формировать.

– Семен Дмитрич, хотите на следующем уровне научу играть?

– Перестань, это просто психологическая разгрузка. Перекур. Тебя, кстати, в коридоре девушка дожидается.

Георгий удивленно задрал брови.

– Наверное, за автографом, – предположил Дмитрич.

– Один – один, – сказал Георгий и пошел знакомиться с посетительницей.

– Здравствуйте, я – Георгий, чем могу быть полезен?

Брюнетка встала.

– Меня зовут Настя, я – секретарь Миши Полосова.

– Вот как? Это он вас прислал?

– Нет, видите ли…

– Давайте пройдем ко мне, – предложил Георгий, – и там поговорим.

– Хорошо, – согласилась Настя.

Журналист проводил гостю в отгороженный от комнаты закуток, где стоял его рабочий стол, компьютер на нем и пара стульев.

– Присаживайтесь, – пригласил Георгий, – кофе хотите?

– Нет, нет, спасибо, – скривилась Настя.

Идиосинкразия, решил Георгий.

– Почему же Миша сам не позвонил, а прислал вас? Что-нибудь случилось?

– Не знаю.

– Вот те раз! А кто знает? Миша?

– Миша может и знает, но я не знаю где он, – всхлипнув, произнесла гостья.

– Ну-ну, успокойтесь, Настя. Расскажите все по порядку.

– Хорошо. Утром у меня сломался замок и я опаздала на работу. А когда пришла, то шефа – Миши – еще не было. Но дверь в его кабинет оказалась открытой, а он всегда ее запирает.

– Ну и что, подумаешь – дверь забыл закрыть. Да в институте он…

– Это еще не все. За открытой дверью кабинет оказался разгромленным.

– Уже интереснее, – пробормотал Георгий. – Милицию вызвали?

– Вызвала.

– Что сказали?

– Попросили посмотреть, что пропало. Когда все вещи и документы оказались на месте, сказали – хулиганство. Пообещали вызвать на допрос. Меня и Мишу. А он до сих пор не появился. Мне кажется, с ним что-то случилось. – Настя замолчала.

А Георгий задумался.

Миша, опять Миша. И на этот раз не видение самоучки-медиума, а вполне реальное событие.

Георгий снял трубку и набрал номер.

– Алло, Христо! Привет. Ты уже вернулся с мостков? И каковы результаты?

– Никаких. Я и подходить не стал. Так видно, что пусто, – ответил Христофор.

– Отрицательный результат – тоже результат.

– Может быть, я ошибся?

– К сожалению, Христо, наверное, нет. Ко мне пришла мишина секретарша Настя. Утром он не явился на работу, зато кто-то успел разгромить его кабинет.

– Значит все точно?

– Похоже так. Я поеду сейчас осмотрю кабинет Миши, потом позвоню. Все, пока.

– Держи меня в курсе.

– Поехали, – сказал Георгий Насте.

– Но Георгий…

– Друзья зовут меня Гера и на "ты".

– Ладно, – согласилась Настя и встала.

– Ты куда? – удивился Дмитрич. – А статья?

– Срочное дело, вернусь после обеда и сдам статью, – легкомысленно пообещал Георгий.

– До свидания, – пискнула Настя, увлекаемая журналистом.

– Заходите еще, – пригласил Дмитрич и погрузился во вторую версию "Принца Али".

6

В машине Георгий попросил Настю снова, не пропуская ни одной детали, рассказать всю историю с самого начала. Настя добросовестно пересказала, как она застряла в квартире из-за замка, открыла его молотком и т.д.

– Скажи, пожалуйста, часто так бывает, чтобы ты забыла выключить кофеварку или свет?

– За полгода работы у Миши это в первый раз случилось, – ответила Настя.

– А Миша забывчивый человек?

– Не замечала, – призналась секретарша.

– Значит, получается, что вы оба, не страдающие склерозом люди, в один день забываете сделать то, что до этого исполняли каждый день?

– Да.

– И тут же появились хулиганы, которые разгромили кабинет, но не тронули приемную? – продолжал рассуждать вслух Георгий.

– Выходит так, – подтвердила Настя.

– Не выходит.

– Всякое событие имеет какую-то вероятность того, что произойдет.

– Что-то подобное я уже сегодня слышал, – заметил Георгий. – У тебя родственников генералов нет?

"Жигули" Георгий оставил на обочине. Они быстро поднялись в офис, арендованный мишиной фирмой. Настя отперла дверь. Журналист осмотрел кофеварку, которую Настя так и не помыла.

– Когда я тебе кофе предложил, ты так скривилась…

– В том-то и дело, что люблю, – вздохнула Настя.

– Тогда свари свежий, а я пока кабинет осмотрю, если ты не возражаешь? – предложил Георгий.

– Конечно, – ответила Настя.

Георгий пересмотрел все бумаги и кляйстеры, заглянул во все углы, перетряхнул на всякий случай книги. Когда Настя принесла кофе, он сосредоточенно листал настольный календарь.

– Спасибо, – взял свою чашку Георгий. – А что это за дата – 28 января, не знаешь?

– Мишин день рождения, – ответила Настя.

– Н-да, – журналист взял ложечку и размешал сахар.

– А 18 февраля отмечено в календаре потому, что это мой день рождения. Миша всех сотрудников поздравлял, – сказала Настя.

– Я так и понял, – Георгий хлебнул кофе. – Отличный кофе… Ты бы не могла открыть для меня сейф?

– Пожалуйста, – она поколдовала над шифром и выложила перед журналистом пачку бумаг.

Георгий полистал учредительские документы, договоры на поставку товаров, бухгалтерские отчеты.

– Договоры-то все старые, – заметил Георгий. – Дела, похоже, шли не очень?

– Миша скрывал, но, по-моему, ты прав, Гера.

Георгий достал записную книжку и переписал в нее партнеров по договорам.

– Составь мне, пожалуйста, список остальных клиентов и партнеров вашей фирмы. Теперь: что ты можешь сказать о ваших конкурентах?

– Ничего, – сказала Настя. – Партнеров я знаю, а конкурентов, наверное, и Миша не знает. Всех, по крайней мере.

– Да, это не легкая работа – отыскать конкурентов. Как я понимаю, вы торговали всем, что подвернется: одежда, продукты, сигареты, книги.

– И многое другое. Но раньше фирма занималась игрушками.

– Ладно, я попробую навести справки по своим каналам. А теперь мне пора, – сказал Георгий.

– А я? – спросила Настя.

– Займись уборкой. Когда вернется Миша, он будет тебе благодарен.

– Нет, я хочу вместе с тобой заниматься поисками Миши. Пожалуйста, Гера! – попросила Настя. – Убрать все я успею вечером.

– Это не разумно.

– Я в этом кабинете с ума сойду сидеть.

– А дела фирмы?

– Какие дела? – удивилась Настя.

В ту же секунду в кабинете Миши раздался звонок.

– Вот, – махнул рукой Георгий, – вот и дела.

– Подожди, – попросила Настя. – А вдруг Мишу похитили и сейчас потребуют выкуп?

– Всякое событие имеет свою вероятность, – меланхолично заметил Георгий, но послушно остался на месте.

Настя сняла трубку.

– Алло, здравствуйте… минутку. – Настя закрыла микрофон рукой. – Мишу спрашивают, говорят лично и важно.

Георгий решительным жестом забрал у нее трубку.

– Добрый день, я заместитель Михаила, его самого сейчас нет. Не могу ли я чем-то помочь?

– Можешь, – услышал журналист скрипучий, как ржавые петли, голос. – Можешь помочь деньгами.

– Объясните подробнее, в чем дело?

– Дружок твой записную книжку потерял, а я нашел. Могу вернуть, как пишут в газетах, за большое вознаграждение.

– Вы не ошиблись, это точно его книжка? Где вы ее нашли?

– На берегу, на мостках около автодрома, что за вокзалом, – ответил давно (часов пять как) не смазанный голос.

– Верю. Какую сумму вы хотите?

– Пять миллионов!

– Мужик, ты охренел, – сказал Георгий, переходя на понятный для клиента язык.

Настя дернула Георгия за рукав, кивая так, что он испугался за целостность ее шеи. Но он сдаваться не собирался.

– Три, – поправился мужик.

– Пятьсот тысяч, – твердо сказал Георгий, отнимая издерганный рукав. – Я не могу торговаться, когда меня все время дергают, – прошипел он, прикрыв трубку.

– Не смей торговаться, когда речь идет о жизни человека! – провозгласила Настя.

– Два с половиной, – проскрипел оппонент.

– Миллион, – предложил Георгий.

– Больно ты уступчивый, – пожаловался мужик. – Я лучше хозяина подожду.

– Его долго не будет.

– Ради таких денег и подождать не грех, – заметил "железный Феликс".

– Сойдемся на двух, – сдался Георгий.

– Сойдемся, – согласился тот, и даже голос сразу помягчел.

– Где, когда?

– Через полчаса у дурдома на Владимировской. Идет?

– Хорошее место, – согласился Георгий. – Буду.

Мужик повесил трубку.

– Как ты мог торговаться за Мишину жизнь? – глаза Насти сверкали.

– Он тебе нравится? – проникновенно спросил Георгий.

– Дурак!

– Вижу, что нет, иначе бы ты не предположила, что его продадут как уцененный товар за пару миллионов.

– А кого продают?

– Что, – уточнил Георгий.

– Что? – покорно повторила Настя.

– Мишкину записную книжку!

– Похитители?

– Да нет, случайный человек нашел. Зачем похитителям "толкать! канцтовары", да к тому же бывшие в употреблении? Поехали.

Когда они спустились в фойе, Георгий подошел к вахтеру.

– Добрый день.

– Здравствуй, коль не шутишь.

– Скажите–ка, любезный, кто дежурил в субботу и воскресенье?

– В субботу Шурка Степанов, а вчерась Коля Иванов.

– А как бы мне Колю и Шуру найти?

– Через справочное можно, – предположил умный вахтер. Георгий достал пару червонцев.

– Коля на Рельсовой живет, дом 18, квартира 6. А Шура ажно на Ленинградской, дом 216.

– Спасибо, – Георгий протянул деньги. – А вы, соответственно, в пятницу дежурили?

– Само собой.

– Никто вечером в здание не приходил? Коммерсанты там, или другие люди?

– Не было, никого не было в вечеру.

– Вот и славно, – пробормотал Георгий, – хоть деньги не зря спалил.

Они с Настей вышли из здания, сели в машину. До встречи оставалось 15 минут. Георгий завел мотор.

7

"Жигули" удачно подошли к перекрестку и, не останавливаясь, повернули с Красного проспекта на улицу Гоголя. Та незаметно перетекла в улицу Челюскинцев, которая привела машину на привокзальную площадь.

Георгий вдруг подумал, что все началось с комичного рассказа Христо о путешествии астрального тела. Прошло несколько часов, и он уже всерьез занимается расследованием, которое может привести его черте куда. Не лучше ли отдать записную книжку милиции? Не лучше. Это то же самое, что сдать ее в бюро находок. Если Миша выпутается из передряги, то найдет ее там, а если не выпутается?.. А милиция искать Мишу не будет. Для этого нужно, чтобы прошло трое суток, чтобы ближайшие родственники (кроме марок у Миши – никого) написали заявление… Для того, чтобы нашла потеря своего хозяина целым и невредимым, нужны его, Герины, руки, его голова, его воля. Гера – значит герой. Ну, почти значит, с точностью до двух букв.

– О чем думаешь? – тихо спросила Настя, чтобы не спугнуть смутные догадки сыщика.

– О статье, которую уже пора сдавать, – с тоской сказал Георгий.

Совсем как мистер Доббсон об очередной серии "Санта-Барбары", подумала Настя. А как же: "если можешь не писать..?"

"Жигули" миновали привокзальную площадь и уже нашли путепровод, который прямехонько вел их к сумасшедшему дому. Георгий притормозил. По тротуару вдоль каменного забора прогуливался лишь один гражданин. Небрит, не чесан, одет в застиранную клетчатую ковбойку и старые узкие брюки, заметил Георгий одним взглядом. Если бы не экстраординарный случай, торг можно было бы свести до ста тысяч. Георгий остановил "Жигули" и посигналил.

Мужик быстро подошел к машине и опасливо заглянул в салон сквозь чуть тонированные стекла. Георгий распахнул дверцу.

– Садись.

Убедившись, что в машине девушка, мужик успокоился и сел на заднее сидение.

– Книжку я спрятал в надежном месте, – на всякий случай предупредил он. – Где деньги?

– Не гони, – сказал Георгий. – Сначала покажешь, где ты нашел записную книжку, потом получишь деньги.

– Мы так не договаривались, – проскрипел как рассохшаяся табуретка мужик и взялся за ручку двери.

– Сидеть, я сказал, – приказал Георгий и тронул машину. – Дорогу показывай.

По Чернышевскому спуску они спустились к автодрому, объехали его и приблизились к воде.

– Здесь? – спросил журналист.

Мужик кивнул.

– Пошли.

Все трое выбрались из машины. Мужик подвел сыщиков к началу мостков.

– Вот тут нашел, – ткнул он полусогнутым, как клюв коршуна, пальцем.

Георгий внимательно обследовал кромку берега, потом прошелся по мосткам. Обычный настил из досок, стоящий на деревянных сваях. Обычных. Мешанина полустертых следов на берегу. Все. Георгий вздохнул.

– Давай книжку.

– Я ее в надежном месте… того.

– А из заднего кармана у тебя что – футляр для очков торчит? Или бумажник крокодиловой кожи? – Георгий сделал шаг вперед.

Мужик, несмотря на доходяжный вид, резво отскочил и проскрипел:

– Деньги покажь!

Георгий достал из внутреннего кармана свой вчерашний выигрыш.

– Держи.

Скрипун приблизился, протянул и выхватил деньги.

– Едем, – сказал журналист Насте, – больше тут делать нечего.

– Эй, командир, – позвал его вдруг скрипун.

– Чего тебе?

– Подбрось до вокзала?

– Садись…, – мужик сделал шаг, – …за десять штук.

Скрипун замер, моргая.

– Ты чего, командир? Тут три минуты ехать.

– А идти-то полчаса, – заметил Георгий, садясь в машину.

– Давай хоть за пятерку?

– Мало я с тобой торговался, – пробормотал Георгий, разворачивая "Жигули". – Прощай, миллионер!

– Какой экономный вымогатель! – удивилась Настя.

– До первой рюмки, – заверил ее Георгий, – за два дня пропьет.

– Два миллиона?

– Запросто. Даже рубашку не сменит. Вот лучше посмотри: мишина книжка? – Георгий передал Насте покупку.

– Да, его, – быстро определила секретарша.

– Тогда все в порядке, не зря два "лимона" спалил. Жаль, что ничего больше не нашли, – заметил журналист.

– А я нашла, – Настя протянула ему руку и раскрыла ладонь.

– Пуговица, – сразу узнал находку Георгий. – Ну и что?

– Мне кажется, это с мишиного костюма, – ответила Настя.

– От брюк?

– Нет, от манжета пиджака.

– Нам это здорово поможет, – сказал Георгий.

"Жигули" повторили свой путь в обратном направлении, но на Красном проспекте повернули налево.

– Куда мы едем? – спросила Настя.

– На улицу Рельсовую.

– Зачем?

– Чтобы установить: кто забыл выключить твой кофейник?

"Жигули" миновали ресторан "Садко" и повернули направо. Георгий быстро отыскал нужный дом.

– Подожди меня в машине, – попросил он Настю.

– Хорошо.

Георгий вошел в подъезд и поднялся на второй этаж. Правильно чередуя короткие и длинные звонки, он добился того, чтобы ему отворили дверь. Ухмыляющийся субъект, совершивший этот подвиг, вдруг отдал Георгию честь. Журналист повторил его жест.

– Старший лейтенант Сизов, – представился он. – Вы Николай Иванов, хозяин квартиры?

– Я. Но мы ничего не нарушаем. Сидим тихо–мирно, – Иванов стал оседать, видимо, чтобы продемонстрировать это "тихо–мирно".

Георгий поддержал его двумя пальцами.

– Дежурили вчера?

– Так точно. За время дежурства никаких происшествий не случилось! – Николай попытался принять стойку "смирно".

Похоже – отставник, догадался Георгий.

– Мишу Полосова знаете? Фирма "Тон"?

– Так точно.

– Он вчера приходил на работу?

– Нет.

– Точно? – переспросил журналист.

– Обижаете.

– А к нему никто не заглядывал?

– Абсолютно! – бодро ответил Николай.

– Что – абсолютно?

– Никого. Ни единого человека.

– Спасибо, до свидания.

– Может рюмашку, служивый? – предложил Николай, когда Георгий отошел на безопасное расстояние. – Ну как знаешь.

– Что-нибудь узнал? – спросила Настя.

– Один-ноль не в нашу пользу, – ответил Георгий, заводя мотор.

– Куда теперь?

– На Ленинградскую с надеждой сравнять счет.

– Ты что, спортивный обозреватель?

– Скорее игрок.

8

Миша сидел на сыром полу подвала и развлекался тем, что изо всех сил пялился в полумрак. При таком освещении так можно увидеть все что угодно. В темноте чудились фигуры и лица, улицы города и раскачиваемые ветром деревья. Приятнее всего было рассматривать марки. Миша мысленно переворачивал плотные картонные листы кляйстеров, разглядывал зубчики и надпечатки, любовался красками французской серии и тонким рисунком марокканской.

В субботу четверо парней разнесли его офис, Мишу оглушили дубинкой и привезли в этот грязный сырой подвал. Его приковали наручниками к скобе, торчащей внизу стены, словно в ожидании такого подходящего случая. Если бы городу только что не исполнилось сто лет, Миша легко поверил бы в средневековый возраст каземата.

В первый день заключения его забыли покормить, во второй избили, на третий – вывезли "подышать воздухом" и чуть не утопили в Оби. Похитители требовали денег. Много. Даже больше, чем составляли его собственные долги. На кого они работали? Миша не понял. Фирма его последнее время не процветала, если они дикие рэкетиры, то их разведка нашла слишком тощую дичь, или…

В общем, Миша ждал следующего – четвертого дня. Других дел в его календаре не значилось. И рассматривал марки. Особенно одну: самую-самую…

Лязгнул замок? и обитая железом дверь пропустила парня с миской и стаканом в руках. После купания особенно разыгрывается аппетит, хорошо, что в здешнем санатории это учитывают: ему впервые принесли кусок хлеба.

Парень освободил пленнику одну руку, Миша набросился на скудный паек.

– Ты вводишь нас в расходы, – заметил охранник. – Мы тебя кормим, прогуливаем, купаем. Ты надумал оплатить наши издержки?

Миша сосредоточенно чавкал.

– А ведь завтра мы можем включить в статью расходов канистру бензина и спички, – заметил парень.

– Я уже устал повторять: у меня нет денег! – сказал Миша.

– Нехорошо врать.

– Давай я тебе выпишу чек, – предложил Миша, – если ты так уверен в моей платежеспособности.

– Люди говорят.

– Нету денег, нету!

– Другое есть. Фирма, например.

– Забирайте. Вместе с долгами, – согласился Миша.

– Офис есть, машина есть, марки есть, – перечислил вымогатель.

– У меня и спичечные этикетки имеются, – заметил пленник. – Могу присовокупить к остальному – вышеперечисленному – имуществу.

– Отдыхай, мужик, отдыхай, – посоветовал парень, приковывая руку назад к скобе и унося выскобленную миску. – И побольше думай о канистре бензина.

– Да пошел ты…

Парень лениво мазнул Мишу по челюсти. Половина лица сразу онемела.

– Завтра поговорим.

Железная дверь закрылась, шаги стихли. Невидящие глаза уставились в полумрак. Темнота складывалась в тени, а те образовывали фигуры и лица, улицы и деревья…

* * *

"Жигули" наконец добрались до Ленинградской.

На этот раз Настя увязалась за Георгием.

– Ведь я тоже занимаюсь этим расследованием, – мотивировала она свой поступок.

Георгий неопределенно хмыкнул.

Они подошли к двери, которую легко было выделить из уныло–коричневого фона забора по надписи: "Осторожно, во дворе злая собака". Георгий нажал кнопку звонка.

– Это ведь неправда? – спросила Настя.

– Что?

– Ну, будто в каждом дворе – злая собака. Это хозяева так злоумышленников пугают?

Не успел Георгий с ней согласиться, как дверь приоткрылась и в щель протиснулись сразу две головы. Одна – мужская, другая собачья. Мужчина улыбнулся, пес ощерил зубы.

– Чего надо? – спросила первая голова.

– Гав! – поздоровалась вторая.

– Старший лейтенант Сизов, – представился Георгий, не озадачиваясь новой выдумкой. – Вы – Александр Степанов?

– Ну-у, – неуверенно протянула первая.

– Гав! – согласилась точно знающая вторая.

– Пройдемте в отделение для дачи свидетельских показаний, – предложил Георгий.

– Командир, а нельзя без этого… Так поговорим, а?

– Вы хотите, чтобы я нарушил инструкции, да еще в присутствии стажера? – журналист кивнул на Настю.

– Гав! – подтвердил пес.

– Мне собачку не с кем оставить, – нашелся Степанов.

Георгий посмотрел в глаза псу, тот зарычал и показал клыки.

– Уважительная причина, – сказал журналист, – еще кто обидит… Скажите, вы дежурили в субботу в здании на Красном проспекте за номером 46?

– Дежурил.

– Мишу Полосова знаете? Директор фирмы "Тон"?

– Знаю, – признался Степанов.

– Он в субботу на работу приходил?

– А как же. Он последнее время часто по субботам работает.

– Когда это было примерно?

– Днем, часов в 12.

– А к нему кто-нибудь приходил?

– Были посетители. Пришли – коммерсанты мол, желаем видеть Полосова. Я пропустил, – сказал Степанов.

– Сколько человек?

– Четверо.

– Как выглядели?

– Одинаково.

– Как это одинаково? – не понял Георгий.

– Молодые, крепкие. Все в коротких кожаных куртках черных и майки у всех черные. А на груди, значит, надпись цветная синяя, а одна буква – красная. Это я хорошо запомнил. Они перед столом моим стояли, так что майки перед глазами и маячили, – сообщил вахтер.

– А лица помните?

– Лица не помню, я на майки смотрел.

– А почему? – поинтересовалась Настя.

– Потому что это как вот вам в глаза Рексу смотреть, – тяжело.

– Гав! – откликнулся пес на кличку, – он всегда на страже.

– Понятно, – сказал Георгий. – А может они и не коммерсанты?

– Все может, – согласился Степанов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.