Марианна Красовская
Змеиного царевича жена

Глава 1. На берегу морском сидели…

Алена

Если б меня заставили жить в Болотограде, честное слово, я бы уже утопилась. А море слишком красиво, чтобы поганить его трупами идиоток из Яви. И песочек белый, и волны, играющие с моими ступнями, как шаловливые котята.

Здесь я могла сидеть в одиночестве, сколько хочу. Наги не любят солёную воду, она разъедает их чешую. Конечно, от одного купания ничего не будет, разве что хвост потускнеет, но если жить рядом с морем, невольно начнёшь его избегать.

Белая Скала – рыбацкий посёлок на берегу Синего моря. И скалы тут действительно белые. Я таких ярких чистых тонов не встречала даже в Яви, хотя о чем я… всю жизнь в городе прожила, поездка в лес была праздником. Здесь же голубая вода, зелёная трава, белое небо, белый песок, белые скалы и россыпь веснушек одуванчиков. Если бы только у меня были краски – любые: акварель, гуашь, акрил… Ух, я бы! Но красок не было – были платья, туфли, драгоценности, кружевное белье, белоснежная посуда из тончайшего, почти прозрачного фарфора, столовое серебро, мягкие ковры и даже парочка стульев.

Свадьба пока ещё в планах, а подарки несут, несут. Противная старшая сестрица Зуба как с цепи сорвалась. Зря мы ей дали карт-бланш на организацию торжества. Я рассчитывала на скромную церемонию, а потом семейный ужин, но Жалиславе слово «скромность» было неведомо. Это не змеица, а настоящий ураган. И надоела она мне уже хуже манной каши.

А с другой стороны, я ощущала себя принцессой. С меня разве что пылинки не сдували. Все капризы исполнялись молниеносно. Местная змеиная швея в первый же день приползла знакомиться, и не с пустыми руками, а с набросками нарядов для человеческих девушек. Как она проницательно заметила – все там будем. В смысле, если все сложится правильно и вернуться утерянные ипостаси, то у неё уже будет своя база моделей и выкроек. Замечательная, я вам скажу, нагиня! Мы с ней славно поладили. И теперь у меня было не только нижнее белье, но и брюки (широкие и длинные, правда, мои рваные джинсы объявили срамным одеянием и посоветовали уничтожить), и юбки (до середины лодыжки, зато все с карманами), и пара летних платьев. И, о ужас, купальник!

Купальник пришлось продемонстрировать озабоченному моей нравственностью жениху. Ему не понравилось. Точнее, судя по взгляду, очень даже понравилось, но вслух он сказал что-то вроде: «Так гулящие кикиморы не одеваются! Я своей жене в этом позволю ходить только в спальне». Пришлось немного поскандалить, разбить пару тарелок и рассказать о правах женщин. Нет, а почему ему можно в жилетках на голое тело разгуливать, а мне в купальнике нельзя? Не такой уж он и открытый на самом деле, даже не бикини – так, нечто вроде тканевого корсажа с оборочками на бёдрах. Ретро-ретро, у Мэрилин Монро был куда откровение. Правда, у неё и посмотреть было на что, а я-то доска стиральная: одни ребра и колени.

Купаться мне все же разрешили, но строго под присмотром жениха. Ну и плевать, я же не перед мужиками собиралась красоваться, больно мне нужны эти мутанты хвостатые!

Мне по большому счёту и Зуб был не нужен, но с ним хоть договориться можно. К тому же хоть и фиктивный, но брак с ним меня защищает и нехило так обеспечивает. Раньше я не понимала, как это – выйти замуж по расчёту. Это какой же такой расчёт должен быть, чтобы через себя и свои принципы переступить? Но теперь сообразила, что все не так уж и плохо. Скажем так, на Земле, в смысле, в Яви, мне такая партия и не светила. Красивый, молодой, из богатой семьи. В принципе, даже не дурак. И домик у моря. А хвост – что хвост? У каждого свои недостатки.

В общем, я поняла, что страдания – это совсем не мое, и пошла купаться. Зачем страдать, если можно не страдать?

Зуб поплёлся следом с самым унылым видом.

– Ты обещала меня не позорить, – бубнил он.

– Я и не позорю. Я просто люблю морюшко. Слышишь, как оно меня зовёт?

– Слышу, как трескается моя чешуя. Это больно.

– А рыбаки как же?

– У них мази всякие и чехлы для хвостов. Ну что ты ржешь? Это правда больно.

– Ещё скажи, что ты плавать не умеешь, – поддразнила его я, быстро скидывая платье.

Он сделал вид, что отвернулся, но глаза все равно на меня скосил и пробормотал:

– Умею, конечно. В пресной воде. В болоте или реке. И под водой тоже. Я же наг. У нас это в крови.

– Входит в комплектацию, я поняла. Неплохо. А что ещё умеешь?

– Ну так я же маг-воздушник! – Зубослав расправил плечи и улыбнулся во весь рот. – Я…

– А я вот не умею плавать, – сообщила я, с разбега прыгая в морские волны. – Ух!

– Э! Э! – он распрямился как пружина, рывком бросаясь следом. – Куда же ты лезешь, тупоголовая?

Отбиться от его рук не удалось, он все же вытащил меня из воды и бросил на тёплый песочек. Шипел, плевался сквозь зубы, вытирая хвост моим большим розовым полотенцем.

– Я тонуть не собиралась! Если ты хотел меня помацать, так бы и сказал!

– Хотел чего?

– Потрогать. Потискать. Пожамкать.

– Больно надо!

– Вот и прекрасно. Я теперь вся в песке. Пойду сполоснусь.

– Ален, ну не дури. Утопнешь – больше за тобой не полезу.

– Полезешь как миленький. Если не за мной, так за артефактом.

– Стерва двуногая!

– Гад хвостатый!

А что, по-моему, у нас очень гармоничная вышла парочка, да?

Глава 2. Взрослость

Зубослав

Неожиданно все происходящее начало меня забавлять. Наверное, это взрослость или даже старость. Двуногая ведьма Алена вела себя совершенно так, как и нагини. У меня шесть старших сестёр – я знаю, о чем говорю. Все они вредные, противные и капризные. Словом, ничего нового я не увидел.

Ну, если не считать купальника.

Я, конечно, не самый опытный в этом плане наг, но человечки, да ещё полуголые так ходить не должны! Это противоестественно и… и да, как я понимаю сейчас Ядика! Она восхитительная. Хрупкая, тоненькая такая, нежная. И эти ноги, бедра, колени, ступни с маленькими розовыми пальчиками, которыми Лелька зарывается в белый песок… А в голове у меня картинка, как ее изящные лодыжки скрещиваются у меня на талии или как я обвиваю ее ножки хвостом и… Мда, одно из двух: или ее купальный наряд сбил меня с пути праведного, или это всё наша парность. Потому что такие желания и раньше, понятное дело, возникали. И фантазия у меня вполне развита. Но раньше я извращенцем не был, а теперь вот сижу и пялюсь на оборочки, прикрывающие вполне человеческую задницу. И думаю о том, что после свадьбы это все будет моим на вполне законных основаниях. Лелька, правда, считает иначе, но это нормальное женское поведение. Они все ломаются до свадьбы. Опять же, я двух сестёр замуж выдал на своём веку. Одну, правда, вернули, но жизнь есть жизнь. И понятно, что все они до свадьбы ни-ни, нагини вообще к этому делу равнодушны, но потом-то и детей захотели, да и мужа порадовать – святое дело.

Забавная история вышла. Раньше я жениться совсем не хотел, а теперь жду свадьбы с нетерпением. Если не можешь повлиять на судьбу – плыви по течению с удовольствием, я так думаю.

– Лель, ты ещё хвост не отрастила? – крикнул я плескающейся в воде невесте. – Выходи давай, нам ещё нужно все проверить! У нас, между прочим, свадьба завтра!

– А ты меня вытащи! – демонически хохочет розоволосая ведьма, прекрасно знающая, что наги ненавидят солёную воду.

Я задумчиво поглядел на хвост, и без того уже сегодня получивший порцию неприятностей. Сдается мне, невестушка берет меня на понт. Это, кстати, выражение я от нее услышал. Она вообще очень забавные слова знает, вроде “кринж”, “отпад” или там “жесть”, только не в плане металла, а в значении “ужас-ужас”. А уж про ругательства вообще молчу. Когда я ей сказал, что матерные слова в Нави произносить не следует, потому что черти могут услышать и явиться, то красна девица мне выдала целый поток всякого непонятного, но неблагозвучного. Я запомнил, а что-то даже записал. Вернусь в универ, научу друзей.

К счастью, злыдней Аленка не была. Я уже заметил, что она только притворяется этакой ведьмой, а по натуре не злобная совершенно. Капризная и невоспитанная, это есть, но вот жестокости в ней я не заметил. И видя мое беспокойство, она все же выходит из воды, а я стискиваю зубы и очень радуюсь, что наги устроены куда как совершеннее людей. У нас нет никаких наружных признаков возбуждения, все скрывает чешуя, и хвала Перуну!

Но как изящно и непринужденно она наклоняется, чтобы подцепить тоненькими пальчиками махровую простыню! Как встряхивает мокрыми розовыми волосами, которые от соленой воды завились, как шерсть у барашка! Как оттягивает лямку купального платья, вытирая плечо! Как смотрит прямо в глаза и командует:

– Ну чего ты застыл как истукан? Подержи полотенце, я в сухое переоденусь.

– Завернись и иди так, дома переоденешься, – бурчу я. – Заодно и соль с кожи смоешь. Никто тебя не увидит, да и ветра нет. Не простудишься точно.

– Это неприлично, – сомневается она.

– Неприлично, ядрен батон, голой купаться! – вот у меня и появился шанс воспользоваться новым лексиконом.

– Я не голая, – мгновенно взвилась она. – Я в купальнике!

– У нас такой разврат допустим только в спальне! И то с выключенным светом!

– Пипец вы скучные. Поди ещё и под одеялом только. Никакой фантазии!

Я гордо промолчал, потому что да, под одеялом. Нагини не любят демонстрировать тело даже мужьям. И вообще супружеские обязанности их не вдохновляют. Но Алена, словно невзначай, раз за разом намекает мне о своей опытности в этом деле. Сначала я взбесился, а потом понял – мне несказанно повезло. Все же мы, мужчины, получаем от секса удовольствие. И если ей тоже нравится, она не будет меня мариновать, как это делала бы жена-змеица. У меня, может, секса будет больше, чем у отца. У него-то, поди, всего семь раз и было. Нагини обычно беременеют с первой попытки, если, конечно, у них проклятье не ударило именно по этой сфере.

Задумался, пожалел Златку. Ей так и не удалось стать матерью, сколько раз пришлось терпеть?

Тем временем Алена пыталась стянуть свой развратный костюм, а я был исполнен благородных намерений подобного не допустить. Вроде как на берегу мы одни, но я предпочитаю, чтобы на мою невесту никто не глазел. Поэтому пришлось спеленать ее полотенцем (она хохотала и отбивалась), подхватить на руки и тащить наверх. Каменную лестницу с сотней ступеней Алена терпеть не могла, поэтому особо не брыкалась. А мне что, мне не сложно. Я вообще сильный, потому как попробуй хвост потаскай за собой – мало не покажется. Моя человеческая невеста кажется мне легкой, как пушинка. Нагиню я бы поднять полностью не смог.

– Зуб, да где вас носит? – встретила меня на пороге старшая сестрица. – Платье портниха принесла, ждёт. Родители и дед с минуты на минуту прибудут! Мне одной, что ли, это все надо?

– Ну нам с Зубославом точно не надо, – резонно заметила Алена, выпутываясь из моих рук. Отпустил я ее неохотно. – Мы ведь сразу сказали, что нафиг-нафиг. Но ты решила организовать торжество на двести персон. Так чего теперь ноешь?

Я спрятал ухмылку. За подобные слова Жалка в меня бы ядом плюнула, а от Аленки ничего, перетерпит. Невеста моя достойна уважения – сумела себя поставить перед змеями, ее острого языка даже побаивались. Она не терпела всяких сюсюканий, не стеснялась говорить все, что думает – совсем как я. Только меня за хамство постоянно упрекали, а у неё был амулет истинности, то есть ключ к снятию проклятья.

Жалислава отчего-то даже не оскорбилась, а расплылась в улыбке. Не понял! Где закатывание глаз, где шипение сквозь зубы?

– Да, братец, вот она – любовь истинная, – пропела сестрица. – Ох и невеста у тебя, вы с ней два сапога пара!

Я только фыркнул. Понял и сам уже. И знаете, не жалею почти. Разве что не нагулялся ещё, но, может, это и к лучшему. Зато мне теперь язвить и брыкаться не нужно, Алена все берёт на себя!

– Платье розовое? – деловито осведомилась невеста.

– Все, как ты и хотела, – подтвердила Жала. – Розовое с камушками. Ну… ничего такое. Мне почти нравится.

– Почти?

– Да оно стоит, как дворец в три этажа! – сорвалась-таки сестрица. – Могла бы и попроще выбрать!

– Ну так Граммофон Бонифатьевич оплатит, не ты же, – пожала плечами Аленка. – Кстати, а где гости дорогие жить будут?

– Здесь. Комнат на всех хватит, – и сестрица зубасто улыбнулась. – Да ты не переживай, они дня три поживут и уедут.

– Э-э-э… их трое.

– Четверо. Ещё Злата. Но я ее к себе возьму, не волнуйся.

– А спален три!

– Да. Одна родителям, одна деду, одна вам с Зубиком.

Алена открыла рот, вспомнила про то, что матом в Нави ругаться крайне не рекомендуется и пробормотала что-то вроде «ерондер пуп». Я все прекрасно понял. Невеста моя после первой ночи заявила, что спать мы будем раздельно, и это не обсуждается. Я согласился – меня все устраивало. А теперь подумал: а неплохо Жалислава это придумала, все равно завтра свадьба и брачная ночь. Я с радостью буду рядом с этой противной наглой… такой красивой моей истинной парой, да.

Глава 3. Родня

Алена

Платье красивое. Нежно-розовое, с кружевами, декольте, рукавами-фонариками и пышной юбкой в пол. Платье моей мечты, можно сказать. Ну люблю я розовый цвет! Дома мне б такое платье точно не светило – не модно, не стильно, дорого-богато. Все вокруг говорили, что фасон «баба на чайник» морально устарел, лучше вообще брючный костюм или что-то скромно-элегантное, а мне вот нравилось такое, хоть убейте. Свадьба вынужденная, но это совершенно не значит, что я оденусь в чёрное и буду страдать! Не дождётесь!

Портниха, некрупная изумрудная змейка с красивым именем Шиасса, сновала вокруг меня, расправляя оборки, поправляя подол и восхищаясь.

– Чудо, просто чудо! – заявила она наконец. – Лучшее мое творение!

– Лучше купальника?

Шиасса прищурилась с довольным видом и ничего не ответила. Но я-то знала, что от пошива купального костюма получили удовольствие мы обе.

– Все будут в восторге. Особенно берегини.

– Какие берегини? – насторожилась я.

– Так уже заморские гостьи прибыли. А ты не знала? Жалислава пригласила родню твоей бабки. Поэтому и со свадьбой тянули, ждали, пока они приплывут.

– Твою дивизию! – выругалась я. – Вот гадюка тупозубая! Ничего мне не сказала!

– Боялась, что ты сбежишь на их корабле от Зубослава? – предположила портниха.

Подобное мне в голову не приходило, а зря. Идея-то хорошая. И главное, вполне осуществимая. Но теперь, когда вся семья Зуба в сборе (я уже слышала на первом этаже грохот и бас дедули Грома), сбежать мне точно не дадут. Дверь распахнулась, Зуб засунул свою тупую голову в комнату и сообщил:

– Родители мои прибыли, спускайся.

– Выйди! – рявкнула я, бодро прячась за Шиассу. – Примета плохая – в платье до свадьбы невесту видеть.

– Я бы и без платья поглядел, – фыркнул наг, прикрывая дверь. – И вообще, какие в пень приметы? Нас практически насильно женят, это, видимо, хорошая примета, да?

Я невольно улыбнулась. Он прав совершенно. Что нам до примет?

С помощью портнихи переоделась в легкое широкое платье с коротким рукавом, договорилась о том, что Шиасса прибудет рано утром и поможет мне затянуть шнуровку: это давало ей право остаться на свадьбе, хотя, конечно, простых нагов не приглашали. Спустилась вниз, отчего-то волнуясь. Ну кто такие эти Полозовы? Зачем я переживаю? Даже если мы друг другу не нравимся, что с того? Свадьбу все равно не отменят.

Ужин накрыли в саду. Слишком много хвостов – не поместятся в гостиной. Один дед десятиметровой длины, куда ему телеса свои пристроить? Папаша Аскольд тоже не маленький, но весьма… весьма! Блондинистый, с зелёными глазами, в светлом шёлковом сюртуке и белой рубашке. Если и дед, и Зубослав были явными вояками, то этот – аристократ в каждой чешуйке. Хорош, паскуда ползучая, слов нет. Но судя по сплетениям его золотистого хвоста и чёрного хвоста Властимилы, у меня шансов на его внимание ноль целых ноль десятых. Красивая они пара, подходят друг другу. В голове мелькнула шальная мысль.

– Папа, это Алена, моя истинная, – представил меня Зубослав, привычно уже сворачивая свои чёрные кольца в подобие кресла. – Алена, это Аскольд Бенедиктович, Великий Советник. По большому счету перед тобой сейчас самый главный змий Серпента.

О, латынь. Латынь я немного знала. Самую малость. Серпент – это даже красиво. Лучше, чем Болотоград. Одобряю. Буду женой царевича Серпента. Зубослав ведь – царского рода?

– Очень приятно познакомиться.

Решила не портить отношения прямо сходу, ещё успеется. Красавец свекр мне пока ничего плохого не сделал.

– Алена, мы пригласили на ужин двух… гостий. А ещё будет Жалислава с супругом. Надеюсь, ты не против.

Я пожала плечами. Все равно меня тут никто не спрашивает. Ну, так я и не плачу за банкет. Спокойно, они уедут через три дня. Потерплю.

– Зубик, а почему Алена без стула? – ласково спросила Властимила. – Вынес бы три стула, а?

– Два, – ответил Зуб. – Дед, достань, а? Через окно, чего зря ползать.

Мать нахмурилась и открыла рот, чтобы отчитать нахала, но дед по-мальчишечьи ухмыльнулся, всплеснул своим бесконечным хвостом, будто осьминог щупальцем, и вытянул из открытого настежь окна стул, потом другой. Рафинированный блондин папенька едва уловимо поморщился. Ему выходка старшего поколения явно не понравилась.

– Есть ещё порох в пороховницах! – громыхнул дед с довольным видом. – Не потерял сноровку!

– Папа, ну ты же не на поле боя, – кисло заметила Властимила. – Веди себя прилично хотя бы при гостях!

– А можно вопрос? – невинно перевела на себя внимание я. – Властимила Громохвостовна, не хотите ли вы проверить истинность своей пары? Я вам с радостью амулет дам подержать.

За прошедшие три недели я худо-бедно разобралась, как эта штука работает. Не потому, что действительно этого хотела, а потому, что ко мне каждый день делегации приползали. Все хотели убедиться, что сделали правильный выбор. Первой, конечно, пробовала Жалислава со своим молчаливым и мрачным Эфадаром. Я, признаться, думала, что они совсем друг другу не подходят – она не в меру активная, болтливая, ядовитая и сплетница, а он просто холодный молчун, но нет – медальон под их пальцами током никого не стукнул, а наоборот, красиво засветился, и серебряная змейка приветливо шевельнула хвостом. Жалислава расцвела совершенно очаровательной улыбкой, а супруг ее остался равнодушен и быстро откланялся, сославшись на службу. Но я-то заметила переплетённые кончики хвостов. Так мило, что аж тошнит. Надеюсь, я такой не буду.

Но светился амулет не всем, кто приходил проверять истинность уз своего брака. И мне очень интересно, как поведут себя те, кто теперь знает – не пара они.

Теперь мне хотелось поддеть Властимилу: как она отреагирует? Но увы, шоу не получилось. Змеица переглянулась с супругом и покачала головой:

– Нет, Алена. Не хочу.

– Почему? – немедленно спросил любопытный Зубослав.

– Я слишком люблю и уважаю своего супруга. Я так долго его искала и ждала. К тому же у нас семеро детей. Если амулет покажет, что мы не истинные, это ничего не изменит. Никто из нас не бросится искать другую пару. Но сомнения нам жизнь испортят. Так что – не стоит. У нас слишком все хорошо, чтобы в этом усомниться.

– А если покажет истинность? – не унимался Славик.

– Тогда это обесценит нашу семью, – усмехнулся Аскольд. – Можно будет подумать, что это не мы нашли друг друга, а все само собой получилось.

– Глупости, – вдруг рыкнул дед хмуро. – Найти истинную пару – половина дела. Ее ещё удержать надобно.

Мы все тут же неловко замолчали. Да, он прав – не так-то все просто.

– А вот и гости! – неожиданно пропела молчавшая доселе Злата. – Стулья будут очень кстати!

К нам приближались Жала и ее муж, а с ними – две пожилые женщины, даже бабки, пожалуй. Одна вообще еле ковыляла, опираясь на трость. А самое забавное – волосы у старушек были цветные, у той, что помоложе – серебристо-голубые, а у старшей – цвета фуксии. Очуметь, мне нравится!

– Алена, это родня твоя, – сообщила Жала. – Прабабка Пелагия и ее дочь, сестра твоей бабушки, Василиса.

Глава 4. Берегини

Алена

– Э-э-э… здрасьте, – проблеяла я, удивленно и восторженно разглядывая причёски новоиспечённых родственниц.

– И тебе не хворать, внученька. Какая-то ты заморенная у нас. А точно ли по доброй воле ты замуж выходишь?

Вот это вопросики! И что мне отвечать? Нет, бабушки, меня как бы шантажом заставили и вообще давили на чувство долга?

Оглянулась на Зубослава: эко он побледнел, болезный! Что, испугался моей искренности? Сейчас как заберут меня к себе за синее-синее море, да еще вместе с жемчужиной, будете тут все Алену еще добрым словом поминать!

На самом деле я хулиганить не собиралась, поэтому улыбнулась бабкам так широко, как смогла, аж челюсти свело:

– Любовь у нас с Зубиком неземная. Мы же истинная пара, разве оно так не должно быть?

Зубослав со свистом выпустил воздух – словно шарик сдулся. Рано радуется, он еще мне ответит за этот театр одной актрисы. Просто я девушка умная. Кто знает, чего на самом деле бабкам разноцветным от меня надо? Со Славиком я уже почти подружилась, мы с ним все порешали. К своей роли я привыкла, настроилась на беззаботную и сытую жизнь. Домик у моря, опять же. А эти новые родственницы – темные лошадки. Что-то я их разумно опасаюсь. Мне все же не пятнадцать, в бесплатный сыр уже не верю.

Бабки покивали головами, разглядывая меня с ног до головы.

– А волосы пошто тебе обкромсали? Болела, али за ведьмовство?

– В Яви так модно, – сумрачно ответила я, понимая, что мои опасения начинают сбываться с самого начала.

– Ай, длинная коса – девичья краса! – пропела лиловая старушка, зачем-то погладив меня по голове.

– Волос длинный – ум короткий! – парировала я, уворачиваясь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.