К. В. Геец

Доменные имена и доменные споры в России и за рубежом

Монография

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.77

ББК 67.404.3

Г28

Автор:
Геец К. В., старший советник по правовым вопросам ООО «Объединенные пивоварни Хейнекен».

Рецензенты:
Калятин В. О., кандидат юридических наук, доцент, профессор кафедры интеллектуальных прав Исследовательского центра частного права имени С. С. Алексеева при Президенте Российской Федерации, доцент департамента права цифровых технологий и биоправа НИУ ВШЭ;
Алексеев Г. В., кандидат юридических наук, доцент кафедры правоведения СЗИУ РАНХиГС.

В монографии проведен комплексный анализ функций, характеристик доменных имен, их места в системе объектов гражданских прав, правоотношений администраторов, а также основных проблем, возникающих в правоприменении при рассмотрении доменных споров. Разобрано соотношение права на доменное имя с правом на товарный знак. Рассмотрены пределы соотношения права на доменное имя при его столкновении с правами на иные объекты. Выявлены процессуальные проблемы разрешения доменных споров. Исследовано российское и зарубежное законодательство, а также правоприменительная практика.

Законодательство приведено по состоянию на 31 августа 2022 г.

Печатается в авторской редакции.

УДК 347.77

ББК 67.404.3

© Геец К. В., 2023

© ООО «Проспект», 2023

СОКРАЩЕНИЯ

ААС — Арбитражный апелляционный суд

АПК РФ — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации

АС — Арбитражный суд

ВАС РФ — Высший арбитражный Суд Российской Федерации

ВОИС — Всемирная организация интеллектуальной собственности

ВС РФ — Верховный Суд Российской Федерации

ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации

ГПК РФ — Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации

СИП — Суд по интеллектуальным правам

СМИ — Средство массовой информации

ФАС — Федеральная антимонопольная служба

ВВЕДЕНИЕ

Доменные имена – одни из ключевых объектов в Интернете. Большинство интернет-ресурсов находится под доменным именем; соответственно, правообладатели последних выступают посредниками, а зачастую и непосредственными участниками отношений, возникающих в Интернете.

Для юриспруденции доменные имена представляют множество нерешенных проблем: от теоретических, связанных с поиском их места в системе гражданских прав, выявлением содержания права на доменные имена и пределов его осуществления, до сугубо практических, прямо влияющих на последствия выбора лицом того или иного обозначения для представления себя в Интернете.

Ежегодный рост количества доменных имен увеличивает и количество правоотношений в Интернете. К концу первого квартала 2021 г. количество зарегистрированных доменных имен составило 363,5 миллиона¹, что выше показателей аналогичного периода 2017 г. на 33 миллиона². При этом по состоянию на 25 ноября 2021 г. число доменных имен, зарегистрированных в российских зонах — .ru, .рф и .su, — составило 5,01, 0,68³ и 1,06 миллиона⁴ соответственно.

Рост числа доменных имен и правоотношений, возникающих посредством них, обусловливает и рост споров, связанных с осуществлением прав на эти обьекты. Так, данные специализированного Центра ВОИС по арбитражу и посредничеству, рассматривающего доменные споры в административном порядке, свидетельствуют о ежегодном росте числа споров: к примеру, в 2021 году Центром было рассмотрено 5128 дел, что превышает аналогичный показатель 2020 г. почти на тысячу дел (4204) и почти на полторы тысячи (3693) — показатель 2019 г.⁵

Доменные имена трудно назвать только что появившимся объектом для гражданского оборота, а доменные споры рассматриваются по всему миру без малого почти 30 лет.

Между тем их правовое регулирование во многих странах, включая Россию, не развито, а правоприменительная практика, связанная с осуществлением прав на доменные имена, разнится даже в пределах одного суда.

Пожалуй, будет излишним и шаблонным говорить о том, что мы живем в эпоху цифровых технологий, в которой новые объекты появляются с ужасающей частотой. Однако смещение фокуса исследователей, законодателей и правоприменителей с одного объекта на другой едва ли позволит должным образом стабилизировать гражданский оборот и унифицировать соответствующие правоотношения.

Последние годы доменные имена не находятся в центре внимания юристов. Куда большее количество исследований посвящено правовому регулированию искусственного интеллекта, криптовалюте, NFT и другим объектам. Не отрицая важность указанных исследований, отмечу, что доменные имена, когда-то также бывшие предметом интереса и причиной дискуссий и все еще являющиеся ключевым объектом в интернет-отношениях, отошли на второй, если не на третий план, а их регулирования все еще не появилось.

Целью настоящей работы было комплексное рассмотрение доменных имен как объектов гражданского права, прав на них, пределов их осуществления, в том числе при столкновении с другими сходными объектами, а также освещение некоторых процессуальных сложностей, возникающих при рассмотрении доменных споров.

В работе проведено исследование ряда теоретических и практических вопросов, которым уделялось не так много внимания в отечественной литературе, в том числе: правоотношениям администратора, трехфакторному определению нарушения исключительных прав на товарный знак в доменном имени, «припаркованным» доменным именам, основным проблемам, возникающим при рассмотрении доменных споров, включая «обратный захват» имен, выявление личности администратора и установление обеспечительных мер.

В монографии использовано множество российских и зарубежных работ, посвященных исследуемой теме, а также свыше трехсот отечественных и пятидесяти зарубежных (преимущественно – американских и Центра ВОИС по арбитражу и посредничеству) судебных актов, включающих ключевые позиции по доменным именам.

Первые две главы монографии посвящены теоретическим вопросам, относящимся к доменным именам. Главы с третьей по восьмую направлены, в большей степени, на решение практических вопросов, связанных с конфликтами между правообладателями доменных имен и иных сходных обозначений (включая вопросы определения юрисдикции, злоупотребление правом как администраторами, так и правообладателями товарных знаков, и другие).

Таким образом, настоящая работа может быть полезна как для исследований в соответствующей области, так и понимания рисков при выборе того или иного обозначения в качестве доменного имени или ведения споров, связанных с доменными именами.

Искренне буду рад отзывам и комментариям, которые можно отправить на мою почту — kvgeets@gmail.com.

Глава 1.
ДОМЕННОЕ ИМЯ: ХАРАКТЕРИСТИКИ, ФУНКЦИИ, ПОНЯТИЕ, МЕСТО В СИСТЕМЕ ОБЪЕКТОВ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ

1.1. Характеристика и функции доменных имен

Целью настоящей главы является рассмотрение доменных имен как интернет-идентификаторов, выявление их функций и места в системе объектов гражданских прав. Понимание функций и назначения объекта в теории позволит найти оптимальную модель его регулирования на практике.

Интернет является системой объединенных компьютерных сетей, которые, в свою очередь, представляют собой определенную совокупность подключенных к ним компьютеров, серверов, иных устройств.

Для идентификации каждого подключенного к Интернету устройства используется уникальный сетевой адрес — Internet Protocol Address (IP-адрес). Чтобы получить доступ к содержимому в Интернете, хранящемуся на таком устройстве, необходимо использовать его IP-адрес⁶.

Приблизительно до 2010 года в качестве IP-адресов использовались обозначения в виде разделенных точками четырех чисел, значение которых варьировалось от 0 до 255 (например, 64.233.161.102). Такой вид адресов определяется протоколом IPv4 (Internet Protocol version 4).

Очевидно, что количество таких адресов не было безграничным. В. О. Калятин отмечал, что оно ограничивалось четырьмя миллиардами адресов, при этом часть из них была «частными или специальными (резервными)»⁷.

С учетом стремительного развития Интернета и соответствующим увеличением подключенных к нему устройств становился актуальным вопрос замены старых обозначений. Еще до исчерпания адресов IPv4 были разработаны новые обозначения, состоящие, на этот раз, из восьми групп, разделенных двоеточием, каждая из которых включает в себя четыре символа (буквы и/или цифры; например: 2a00:1450:4010:c01::8a⁸). Такой вид адресов определяется протоколом IPv6.

И первый, и второй варианты обозначения IP-адресов были созданы для автоматизированного опознавания подключенного устройства. Вместе с тем подобная идентификация, использующаяся и для одного небольшого устройства (например, смартфона), и для огромного сервера, крайне неудобна пользователям для запоминания нужных интернет-страниц. Эта проблема ощущалась еще задолго до развития Интернета до сегодняшних реалий.

При увеличивающемся с каждым годом количестве подключенных к Интернету устройств необходимость наличия адресации, альтернативной IP-адресам, и удобной для восприятия людям, была очевидна⁹.

Для решения этой проблемы в 1987 г. была разработана система доменных имен (DNS — domain name system), использующаяся для идентификации того или иного адресного пространства в Интернете доменным именем — обозначением из букв, цифр и тире, разделенных точками. Например, уже упомянутым IP-адресам 64.233.161.102 и 2a00:1450:4010:c01::8a соответствует доменное имя google.com. Отметим сразу, что доменное имя, как в указанном случае, может находиться под несколькими адресами, равно как и один IP-адрес может содержать множество доменных имен.

В 2015 г. зарубежные исследователи отмечали: «DNS имеет более 250 миллионов зарегистрированных доменных имен и является крупнейшей в мире распределенной базой данных, и ее росту не видно конца»¹⁰.

Функции доменных имен

Доменные имена обладают двумя базовыми функциями. Первая — функция адресации, позволяющая путем ввода доменного имени получить доступ к содержимому в Интернете, хранящемуся на том или ином устройстве, идентифицируемом IP-адресом (этот адрес должен быть связан с доменным именем)¹¹. Например, вводя как указанный выше адрес 64.233.161.102, так и доменное имя google.com в адресную строку, пользователь равным образом попадет на одну и ту же страницу в Интернете (точнее — на одно и то же содержимое, хранящееся на одном и том же устройстве). Таким образом, хотя функция адресации IP-адресов и доменных имен пересекается, основное отличие заключается в том, что доменное имя позволяет идентифицировать местоположение нужного содержимого в Интернете удобным для человека способом. На это указывает и В. В. Архипов: «основная задача доменного имени — обеспечить удобный для запоминания и идентификации средствами преимущественно естественного языка способ определения интернет-сайтов»¹².

Указанное отличие обусловливает и выделение второй функции — индивидуализации содержимого на устройстве, к которому происходит переадресация, в удобной для человека форме. Пользователю гораздо легче запомнить обозначение google.com, нежели упомянутые ранее сочетания символов. При этом google.com не только идентифицирует устройство, которое имеет IP-адрес, но и индивидуализирует содержимое, хранящееся на нем. Теоретически такое содержимое может быть любым (информационный ресурс, интернет-магазин, блог, форум и т. д.), однако вне зависимости от содержания оно будет ассоциироваться у пользователей с доменным именем, под которым находится.

В исследованиях нередко встречается указание на то, что доменное имя индивидуализирует информационный ресурс в Интернете¹³, что видится верным. В конечном итоге, любое содержание, которое находится на устройстве, определяемом доменным именем, представляет собой информационный ресурс (в данном случае можно синонимично использовать термины «сайт»¹⁴ или «интернет-ресурс»)». Тем не менее интернет-ресурс и доменное имя — разные, хотя и взаимосвязанные объекты.

Необходимо отметить, что реализация обеих функций зависит от волеизъявления правообладателя имени. Так, установление адресации, выбор ее места (конечной точки), наличие или отсутствие информационного ресурса под доменным именем, в случае наличия ресурса — его содержание, остаются в ведении именно правообладателя доменного имени. Соответственно, зарегистрированные, но не используемые доменные имена не выполняют функцию адресации и функцию индивидуализации интернет-ресурса ввиду отсутствия последнего.

Между тем обе функции являются базовыми для всех доменных имен и могут быть реализованы в любое время после регистрации.

Помимо базовых функций, доменное имя обладает факультативной функцией индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий (об этой функции будет подробнее сказано в параграфе 1.3). Именно эта функция в отдельных случаях трансформирует доменные имена в полноценные средства индивидуализации; равным образом, именно она стала причиной споров об отнесении доменных имен к той или иной категории объектов гражданских прав.

С учетом этого представляется важным для отнесения доменного имени к конкретному виду объектов гражданских прав и последующего определения прав его правообладателя, их содержания и пределов осуществления охарактеризовать доменные имена и выделить их отличия от иных интернет-идентификаторов.

В качестве доменных имен в текущем параграфе мы будем рассматривать символьное обозначение, предназначенное для идентификации удобным для человека способом устройства, подключенного к Интернету, и индивидуализирующее содержание на нем¹⁵.

В отличие от IP-адресов¹⁶, доменные имена возникают после внесения специально уполномоченным лицом — регистратором доменных имен (далее — регистратор) — соответствующей записи в специальную базу данных — реестр. Запись, в свою очередь, возникает после заключения договора между физическим или юридическим лицом, которое впоследствии именуется как «администратор доменного имени» (далее — администратор), и регистратором. IP-адреса распределяются в рамках уже существующей системы адресации, в то время как регистрация доменного имени предполагает создание нового интернет-идентификатора, хотя и внутри уже существующей доменной зоны. С учетом постоянного появления новых доменных зон можно говорить о потенциально неограниченном количестве доменных имен.

Структура доменного имени. Отличие понятий «домен» и «доменное имя»

Доменное имя состоит из разделенных точками нескольких наименований доменов, в которые оно входит. Разделение производится в иерархическом порядке: от верхнего (первого) уровня домена к нижнему (второму, третьему и т. д.); при этом нумерация таких уровней производится справа налево. Например, в доменном имени scholar.google.com обозначением верхнего (первого) уровня домена будет com, вторым — google, а третьим — scholar.

Под каждым уровнем домена можно создавать еще один, который будет являться частью вышестоящего. Структура доменного имени продиктована иерархической структурой доменов. Каждый домен включает в себя определенную часть адресного пространства в Интернете. Соответственно, любое выделение дополнительной части пространства путем создания нового домена внутри уже существующего будет произведено в пределах первоначальных границ этого пространства. Внутри вновь созданного пространства можно выделять еще часть путем создания еще одного нижестоящего домена. При этом каждый поддомен будет относиться к вышестоящему, являясь его частью, и включая в себя часть адресного пространства, относящейся к охватываемой «старшим» доменом. Таким же образом строится структура доменного имени. В основном доменные имена содержат от двух до четырех уровней доменов, хотя их число потенциально не ограничено.

Важно отметить различие подходов к определению понятий «домен» и «доменное имя» в отечественной доктрине. Так, В. О. Калятин считает указанные понятия самостоятельными категориями, понимая под доменом «область адресного пространства иерархических имен сети Internet, которая обслуживается набором серверов доменных имен (DNS) и централизованно администрируется»¹⁷, а под доменным именем — «зарегистрированное в установленном порядке словесно-цифровое обозначение, заменяющее цифровой IP-адрес компьютера, подключенного к сети», отмечая при этом, что «существование системы доменных имен не отменяет и не заменяет использование IP-адресов, но делает использование системы IP-адресов незаметным для пользователя Интернета»¹⁸. А. Г. Серго, напротив, считает, что разделять названные понятия безосновательно, ссылаясь на международные технические стандарты, в которых понятия «domain» и «domain name» синонимичны¹⁹.

Последний подход, как представляется, не совсем корректен, хотя использование понятия «домен» вместо «доменного имени» можно увидеть и в российской судебной практике²⁰.

Названные понятия, действительно, тесно взаимосвязаны, но их основное различие видится в следующем. Домен является отдельно взятой зоной адресного пространства в Интернете, включающей в себя потенциально неограниченное число нижестоящих доменов (таких же пространств, внутри которых могут быть созданы иные пространства): так, например, домен .ru является зоной адресного пространства, в которую входят все остальные нижестоящие домены — yandex (yandex.ru), izak (izak.ru) и т. д.

В то же время доменное имя является идентификатором адресного пространства. Пространство идентифицируется путем ввода наименований нескольких доменов разных уровней, относящихся к нему (например, доменное имя scholar.google.com включает в себя три наименования домена, стоящих в строго установленной последовательности, хотя потенциально может включать в себя и другие нижестоящие домены). Такая совокупность наименований доменов, являющаяся идентификатором определенного, условно ограниченного адресного пространства, и есть доменное имя. При этом представляется, что прямой перевод первоначального термина «domain» (область, сфера, владение, территория) также указывает на разницу в обоих терминах. Кроме того, доменное имя само по себе является более точным, конкретизированным указателем адресного пространства в Интернете. Отметим также, что доменное имя относится к доменам так же, как часть — к целому.

На разграничение обоих терминов указывают и иные исследования. Так, Н. А. Новикова под доменом предлагает понимать «ограниченную часть пространства, область сети Интернет, которая идентифицируется через уникальное собственное имя, помогающее определить местонахождение (адрес) домена»²¹, а К. В. Сокерин отмечает, что домен и доменные имена являются разными, самостоятельными объектами отношений, понимая под первым «область пространства доменных имен», а под вторым — «идентификатор домена и (или) информационной системы»²².

Вышеприведенные утверждения, касающиеся разграничения понятий «домен» и «доменное имя», на наш взгляд, справедливы. Основное отличие заключается в том, что домен является зоной адресного пространства, включающей в себя все домены нижестоящих уровней, а доменное имя — совокупностью наименований (указателей) доменов в одной, отдельно взятой области адресного пространства.

С учетом изложенного, кроме того, видится корректным синонимичное использование терминов «домен» и «доменная зона».

Различие указанных категорий важно и на практике. Так, администратор, предоставляющий в использование на возмездной основе часть адресного пространства (например, выделяя дополнительный поддомен), должен указывать в договоре термин «домен». При указании «доменное имя» вместо него его контрагент может разумно полагать, что ему передается правомочие использования всего доменного имени целиком.

Справедлива и обратная ситуация — при указании в договоре термина «домен» администратор может ввести в заблуждение контрагента, передав ему не право на все доменное имя, а правомочие использования отдельного домена, например третьего уровня.

Выделенное различие важно и для судебных разбирательств: корректное использование терминологии будет способствовать ясности при определении нарушения — например при использовании товарного знака в поддомене (trademark.domain.ru) администратор будет вынужден прекратить нарушение путем удаления соответствующего домена; при использовании же товарного знака в доменном имени целиком (trademark.ru или tradema.rk)²³, решение будет относиться именно ко всему доменному имени. В этом случае решение может повлечь последствия в виде прекращения использования всего имени или передачи прав на него правообладателю товарного знака.

Отметим, что в настоящей работе исследуются доменные имена, создающиеся в рамках общепринятой системы, которая, как уже отмечалось, носит название «DNS». Тем не менее истории известны случаи создания систем доменных имен, не входящих в DNS²⁴. Наличие сегодня одной, повсеместно распространенной системы, конечно, не означает того, что в будущем не появится иной аналогичной или подобной системы идентификаторов адресного пространства, действующих по тому же принципу, что и символьные доменные имена. Представляется, что подходы к определению места доменных имен в системе объектов гражданских прав и, равным образом, по осуществлению прав их администраторов могут применяться и к таким, возникшим в будущем, идентификаторам, поскольку их характеристики и функции будут близки к доменным именам, существующим в рамках принятой ныне системы DNS.

Отличие доменных имен от других интернет-идентификаторов

Следует отличать доменное имя от других существующих сегодня идентификаторов адресного пространства. Под идентификатором адресного пространства Интернета предлагается понимать объект, служащий для распознавания такого пространства и отличия его от других.

Отметим, что применительно к гражданскому праву идентификаторы материального мира могут относиться как к определенному субъекту (например, физическому или юридическому лицу) или объекту правоотношений (транспортному средству, товару и т. д.), так и к определенному пространству. Представляется, что подобное разграничение по категориям применимо и к Интернету («цифровому миру, пространству»), поэтому видится важным это учитывать при сравнении цифровых идентификаторов с материальными.

В научной литературе, как отечественной, так и иностранной, встречались попытки отождествления доменных имен с иными, не относящимися к Интернету, идентификаторами. Так, З. Ю. Милютин указывал, что доменное имя «пополнило собой перечень таких… идентификаторов, как телефонный номер и почтовый адрес»²⁵.

Ш. Бурштейн отмечал: «наилучшим способом охарактеризовать правовой статус доменного имени будет аналогия с телефонным номером»²⁶. Подобное сравнение он обосновывал тем, что «доменное имя может указывать не только на источник товаров, услуг, предприятия или информации, но и виртуальное расположение такого источника, также как адрес или телефонный номер», и тем, что «сохранение права на использование персонального номера или доменного имени зависит от продолжения предоставления услуг оператором телефонной связи или регистратором доменных имен»²⁷.

Сравнение доменных имен с телефонными номерами видится некорректным, поскольку телефонный номер идентифицирует конкретного пользователя или конкретное устройство²⁸, в то время как доменное имя — содержимое в адресном пространстве. Едва ли можно говорить о том, что телефонный номер идентифицирует пространство реального мира. Доменное имя, как содержимое под ним, вовсе не обязательно будет кого-либо идентифицировать. Индивидуализация субъекта (администратора или лица, в чьих интересах используется доменное имя) возможна, но является факультативной, вторичной функцией, осуществляемой исключительно по желанию администратора.

Архитектура Интернета предполагает возможность идентификации адресного пространства (в данном случае части Интернета, где содержится та или иная информация), объектов (информации, поскольку, в сущности, все содержимое в Интернете является тем или иным ее видом) и субъектов (пользователей Интернета: физических или юридических лиц). Для целей настоящего исследования остановимся на идентификаторах адресного пространства.

К ним можно отнести не только доменные имена и IP-адреса, но и URL (Uniform Resource Locator, унифицированный указатель ресурса). Общим признаком таких идентификаторов является то, что они позволяют распознавать в той или иной степени определенную область адресного пространства.

Телефонный номер может являться идентификатором субъекта либо объекта, но не пространства материального мира.

В свою очередь, наиболее близкий телефонному номеру идентификатор объекта в Интернете — IP адрес — может и не определять субъект, указывая лишь на объект и его «месторасположение» в Интернете, т. е. выступая одновременно идентификатором объекта, адресного пространства и, в отдельных случаях, субъекта.

Подобные отличия материального мира от цифрового не позволяют соотносить их идентификаторы по всем признакам, поскольку правила функционирования обоих пространств существенно различаются. Если архитектура Интернета создает взаимосвязь между подключенными к нему устройствами, построенную таким образом, что каждое из них может указывать на адресное пространство и объект, то телефонные номера, создавая связь между устройствами, не указывают на пространство, с ними связанное. Индекс, в свою очередь, давая указание на определенное пространство в материальном мире, не будет охватывать полностью все находящееся на этой территории объекты (и тем более не будет определять субъектов).

В целом же, круг объектов, охватываемых IP-адресами, чрезвычайно широк: от любого устройства бытовой техники, подключенного к Интернету, до гигантского сервера, обслуживающего тысячи интернет-ресурсов.

Другим идентификатором Интернет-пространства является URL. В приказах Федеральной службы по интеллектуальной собственности можно найти определение URL, под которым понимается стандартизированный способ записи адреса ресурса в сети Интернет²⁹. Отметим, что в данном случае под ресурсом понимается объект, находящийся в четко обозначенном месте адресного пространства. Таким образом, URL идентифицирует и часть пространства, и объект, который в ней находится.

URL в самом общем смысле является уникальным набором символов, составленным по определенным правилам, который указывает на нахождение в Интернете различного рода объектов (страницы интернет-сайта, изображения, видео, любого другого объекта)³⁰. Фактически, URL является указателем местоположения того или иного объекта в Интернете.

URL назначается уже существующему объекту. Можно сказать, что функцией URL является указание, идентификация существующего объекта в интернет-пространстве. При этом важно, что URL назначается объекту с указанием доменного имени, к адресному пространству которого этот объект относится.

Равным образом и адрес электронной почты (аналог адреса субъекта в материальном мире) включает в себя доменное имя, под которым располагается адресное пространство, выделенное субъекту под соответствующие нужды: отправки, получения и хранения цифровых объектов (писем или иных файлов). Это пространство, как и URL, включает в себя доменное имя, к которому оно относится³¹.

Таким образом, и электронные адреса, и URL являются производными от доменного имени идентификаторами.

В отличие и от URL, и от IP-адреса, доменное имя идентифицирует определенную часть пространства в Интернете, которая может включать любые другие части пространств и объекты, находящиеся внутри нее, удобным, запоминаемым и легко опознаваемым человеком способом.

В рамках одного доменного имени может быть создано бесконечное указателей различных пространств, что особенно ярко выражено на примере социальных сетей и гигантских сервисов, предоставляющих услуги размещения интернет-ресурсов (хостингов). В таких случаях разграничение пространств может быть выражено как путем присвоения им доменов следующих уровней внутри доменного имени (например, example.domain.com), так и отдельного URL (domain.com/example).

Можно сказать, что доменные имена являются родовым объектом для большинства иных идентификаторов адресного пространства в Интернете. Кроме того, напомним, что как под одним IP-адресом может быть расположено несколько доменных имен, так и наоборот: доменное имя может располагаться под несколькими IP-адресами.

Подробнее отличия идентификаторов представлены в табл. 1.

Таблица 1

Отличия интернет-идентификаторов

Идентификатор

Объект правоотношений (информация)

Субъект правоотношений (физическое или юридическое лицо)

Адресное пространство (местоположение той или иной информации в Интернете)

IP-адрес

Может идентифицировать в тех случаях, когда имеет содержимое

Может идентифицировать, но не во всех случаях

Идентифицирует

Доменное имя

Может идентифицировать в случае использования доменного имени

Может идентифицировать в случае указания наименования такого лица в доменном имени или информации, указывающей на такое лицо в содержимом под доменным именем

Идентифицирует, однако администратор может менять IP-адреса своего доменного имени, устанавливать несколько IP-адресов или не использовать доменное имя вообще

URL

Идентифицирует, поскольку присваивается существующему объекту

Не идентифицирует

Идентифицирует, поскольку указывает на местоположение существующего объекта в уже созданном и структурированном пространстве. При этом является частью доменного имени

Электронная почта

Не идентифицирует

Идентифицирует

Идентифицирует частично, поскольку содержит доменное имя, под которым хранится информация. Является частью доменного имени

Отметим, что в данную таблицу не включены иные объекты, которые могут указывать на тот или иной объект, субъект или адресное пространство. Так, в частности, не отнесены мета-теги и utm-метки, призванные не идентифицировать или индивидуализировать что-либо, а, скорее, предоставить дополнительную информацию о содержимом интернет-ресурса и выделить его по заданным параметрам в случае поиска информации. Несмотря на это, оба объекта могут быть присвоены уже существующему интернет-ресурсу. Соответственно, данный ресурс должен обладать IP-адресом. С учетом того, что использование и мета-тегов и utm-меток связано с маркетинговыми целями, с большой долей вероятности они будут присвоены интернет-ресурсу, имеющему доменное имя.

Кроме того, из всех интернет-идентификаторов только доменное имя обладает функцией индивидуализации содержимого, хранящегося на устройстве, в удобной для человека форме — обозначением из букв, цифр и тире. Другим важным отличием является возникновение доменного имени путем его регистрации у специально уполномоченного лица — регистратора. Равным образом только доменное имя обладает, хоть и факультативной, функцией индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий.

Подробнее функции доменных имен представлены в табл. 2.

Таблица 2

Функции доменных имен

Функция

Основная / Факультативная

Способ реализации

Адресация и идентификация устройства, подключенного к Интернету, а также содержимого этого устройства

Основная

Реализуется путем соотнесения доменного имени с IP-адресом. Адресация будет происходить на адрес, который в данный момент связан с доменным именем. Соответственно, по этому IP-адресу можно идентифицировать устройство. В случае отсутствия IP-адреса адресация будет происходить «в никуда».

Идентификация содержимого возможна в случае его наличия.

Индивидуализация содержимого на устройстве, подключенном к Интернету

Основная

Реализуется в силу природы доменного имени: именно обозначение, выбранное в качестве имени, и будет индивидуализировать содержимое, находящееся на сайте под ним

Идентификация субъекта правоотношений в Интернете

Факультативная

Реализуется двумя путями. Первый — получение данных об администраторе доменного имени, которые он указывал при регистрации. Не всегда возможно для реализации, поскольку данные об администраторах-физических лицах защищены законодательством о персональных данных, и их получение существенно затруднено. Кроме того, возможна ситуация указания ложных данных при регистрации (истинность данных не проверяется, при регистрации происходит лишь автоматизированная проверка наличия данных), в результате чего найти настоящего правообладателя практически невозможно.

Второй путь частично смешивается с функцией индивидуализации юридических лиц и предприятий и реализуется путем размещения такого содержания в интернет-ресурсе под доменным именем, которое будет идентифицировать администратора этого ресурса

Индивидуализация юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий

Факультативная

Реализуется путем размещения такого содержания под доменным именем, которое будет связано с юридическим лицом или предприятием, его деятельностью, продажей товаров, выполнением работ или оказанием услуг. В результате указанная деятельность будет ассоциироваться у пользователей с доменным именем, под которым она производится.

Для реализации этой функции необходимо осуществление соответствующей деятельности на сайте под доменным именем, которое и будет основным средством индивидуализации компании

Доменные зоны

Верхним или первым уровнем в доменном имени являются домены, изначально разработанные для указания на принадлежность интернет-ресурсов к определенной территории, организационной форме предприятия³², осуществляемой им деятельности (например, .com разрабатывался для коммерческих организаций, .gov — для правительственных) или тематике интернет-ресурса.

Доменные зоны первого уровня делятся на общие, первоначально разработанные для указания специфики деятельности организации³³, и национальные (также именуемые географические), разработанные как цифровое пространство определенных государств³⁴.

Внутри национальных доменов иногда выделяют дополнительные зоны, например: .spb.ru, .msk.ru, .com.ru.

Изначально общих доменных зон, открытых для регистрации в них доменных имен, было 7: .com, предназначавшаяся для коммерческих организаций, .org — для некоммерческих организаций, .gov — для государственных организаций США, .mil — для военных организаций США, .edu — для образовательных организаций, .net — для организаций, деятельность которых была связана с Интернетом, и .int — для международных организаций³⁵. Такие предназначения доменных зон предполагали ограниченную возможность регистрации доменных имен в этих зонах лицами, не имеющими отношения к той или иной сфере деятельности (например, коммерческая организация не могла зарегистрировать доменное имя в зоне .int).

Следует отметить, что ограничения, применявшиеся ранее, частично остались и на сегодняшний день. Из «старых» общих доменных зон, например, они до сих пор применяются к зоне .edu. Однако последние годы выбор доменной зоны носит формальный характер — организация, регистрирующая доменное имя в зоне org, не обязательно будет являться некоммерческой.

Впоследствии количество общих доменных зон неуклонно росло: в 2011 году была запущена программа «New gTLD», в рамках которой начали регистрироваться новые общие доменные зоны. По состоянию на 28.02.2022 создано 1240 новых доменов³⁶, включая домены на кириллице, арабском, китайском и других языках³⁷. Среди них были выделены: домены для широко известных организаций (таких, как canon³⁸, toshiba, bmw, ibm), регистрация имен в которых закрыта иным лицам; домены для оказания профессиональных услуг (например, домен .law предназначен для регистрации доменных имен субъектами, оказывающими юридические услуги)³⁹; домены, указывающие на сферу деятельности (например, art, auction, football) и другие.

Национальные доменные зоны выделялись для государств. Регистрация доменного имени в такой зоне может предполагать относимость интернет-ресурса к такому государству (подробнее об этом в параграфе 3.1). Для Российской Федерации такими зонами являются .ru, .рф и .su⁴⁰, для США — .us, для Италии — .it, для Великобритании — .uk и т. д.

Вместе с тем, как и в случае с общими доменными зонами, регистрация в национальных зонах зачастую не предполагает обязательной связи с этим государством — во многих национальных зонах регистрация доменных имен доступна любым лицам.

Регистрация происходит в уже существующих доменных зонах. Создание собственной доменной зоны является скорее исключением из общих правил, которое сегодня применяется некоторыми широко известными организациями.

Поскольку каждый администратор домена первого уровня является своего рода монополистом в этой зоне, а доступ субъектов к созданию новых и к управлению уже имеющимися доменными зонами является крайне редким случаем на практике, рассмотрение таких отношений представляется не имеющей существенной актуальности задачей. Безусловно, куда более массовый характер носят отношения между администраторами и регистраторами доменных имен.

Регулирование доменных имен как с технической, так и с нормотворческой стороны на текущем этапе все еще носит больше частный, чем публичный характер. Хотя тенденция усиления интереса отечественного законодателя к регулированию правоотношений, связанных с доменными именами, и ощущается последние годы, нельзя не отметить превалирование норм, относящихся к контролю над содержимым в Интернете, над нормами, регулирующими правоотношения по поводу доменных имен (которых практически нет). Процедура регистрации доменных имен, регулирование возникновения, изменения и прекращения правоотношений по поводу них все еще находится в ведении частных организаций.

Изначально централизованное управление системой доменных имен находилось в компетенции правительства США, однако, с ростом популярности Интернета в 1998 г. оно было передано созданной специально для этого некоммерческой организации — Internet Corporation for Assigned Names and Numbers (далее — ICANN), — находящейся также в США. Помимо управления системой DNS в ее функционал входило также регулирование вопросов, связанных с IP-адресами.

Сегодня ICANN является своего рода верхним звеном в цепи органов, регулирующих адресацию в Интернете путем присвоения и распределения IP-адресов, аккредитации регистраторов зон gTLD, передаче полномочий по регулированию зон ccTLD национальным организациям соответствующих государств.

Важно отметить, что функции ICANN в сфере регулирования адресного пространства в Интернете носят исключительно технический характер, который не связан с имеющимся в этом пространстве наполнении — контентом (содержимым)⁴¹.

Содержимое, находящееся в адресном пространстве, в последние годы вызывает все больший интерес у законодателей и постепенно становится полноценным объектом регулирования. Контент рассматривается с разных точек зрения: информационной безопасности государств, способа нарушения интеллектуальных прав, персональных данных и многих других. Поскольку существенная часть контента размещается на интернет-ресурсах, которые, в свою очередь, располагаются под доменными именами, именно администраторы доменных имен определяют правила его размещения, а зачастую и содержание публикуемого контента.

Можно сказать, что во многом размещение и распространение контента зависит от того или иного способа использования администратором доменного имени.

В 2008 г. Р. С. Нагорный отметил: «Интернет до последнего времени представлял собой практически полностью саморегулируемую среду, в которой участники информационного обмена следовали стихийно сложившимся нормам поведения... Но теперь отмечается явная недостаточность одного только саморегулирования применительно к отдельным сетевым отношениям»⁴². Сейчас к большинству отношений, возникающих в Интернете, применяются нормы «обычного» права, а саморегулирование этой отрасли, равно как и делегирование полномочий по ее управлению в одни руки, видится крайне опасным мероприятием.

В функции ICANN, кроме того, входит аккредитация регистраторов, полномочных производить регистрацию доменных имен. Субъекты, управляющие (администрирующие) вновь созданными доменными зонами, также должны быть аккредитованы ICANN.

С учетом этого регистрация новых доменных зон, и управление ими отдельными субъектами, хотя и стало возможно последние годы, на практике осуществляется не так часто.

Таким образом, можно сказать, что регулирование сферы доменных имен и по сегодняшний день находится в ведении частных организаций. Хотя многие вопросы, связанные с регулированием отношений в Интернете, уже сейчас находятся в ведении публичного права⁴³, техническое регулирование, правила и процедура регистраций доменных имен, а также делегирование соответствующих полномочий в основном носит саморегулируемый, властно-подчиненный характер, построенный на иерархической структуре множества негосударственных организаций.

На сегодняшний день в Российской Федерации к российским национальным доменным зонам (ccTLD) относятся зоны .ru, .su, .рф. Вместе с тем приказ Роскомнадзора от 29.07.2019 № 216 относит, помимо них, «иные домены верхнего уровня, управление которыми осуществляется зарегистрированными на территории Российской Федерации юридическими лицами, являющимися зарегистрированными владельцами баз данных указанных доменов в международных организациях распределения сетевых адресов и доменных имен». Под последними понимаются зоны gTLD, управление которыми осуществляется российскими регистраторами. К таким доменам можно отнести, например, .рус, .москва, .дети, .tatar. При этом Верховный Суд Российской Федерации двумя годами ранее раскрыл другое содержание российской доменной зоны: в п. 14 постановления Пленума от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее — постановление Пленума № 23) под ней понимается «национальные домены первого уровня и доменные зоны второго уровня, ориентированные на российскую аудиторию либо включающие сайты на кириллице».

Поскольку оба органа сходятся на том, что домены .ru, .su, .рф образуют российскую национальную доменную зону, а также под влиянием общей мировой тенденции установления юрисдикции государств над своими зонами ccTLD, настоящая работа будет строиться на правилах регистрации доменных имен в указанных трех зонах. Подробнее недостатки выбранных подходов к определению российской доменной зоны будут рассмотрены в параграфе 3.1.

Подобный вывод, кроме того, обусловлен и однозначной подчиненностью правоотношений, возникающих в интернет-ресурсах, расположенных в доменных зонах .ru, .рф и .su, российскому праву. Тем не менее изложенные в исследовании выводы о правоотношениях администратора, их содержании, праве на доменное имя и пределах его осуществления применимы и к иным доменным зонам — с теми отличиями, которые отражены в соответствующих правилах их использования.

Функции администрирования и технического сопровождения доменной зоны .ru до 2002 г. принадлежали АНО «Российский Научно-Исследовательский Институт Развития Общественных Сетей» (далее — РосНИИРОС). В дальнейшем данные функции были переданы созданному для этих целей АНО «Координационный центр национального домена сети Интернет» (далее — Координационный центр)⁴⁴. В 2010 году Координационный центр стал администратором доменной зоны .рф.

Доменная зона .su (Soviet Union), изначально созданная как доменная зона СССР, на сегодняшний день входит в число российских национальных доменных зон. С 1993 по 2001 годы администрированием данной доменной зоны занимался РосНИИРОС. После заключения им соглашения с Фондом Развития Интернета (далее — ФРИ) по 31.07.2020 года функции администрирования были возложены на данную организацию; с 01.08.2020 РосНИИРОС вновь стал администратором данной зоны.

Учитывая функции, возложенные на обе организации, именно они устанавливают правила регистрации доменных имен в соответствующих доменных зонах, которые являются своего рода нормативной базой в отношениях между регистраторами и администраторами.

Следует отметить текущую тенденцию установления смешанного характера управления национальными доменными зонами в Российской Федерации: из некогда исключительно частной деятельности она постепенно становится публично-частной. Так, в 2009 и 2010 г. были заключены соглашения о взаимодействии между Министерством связи и массовых коммуникаций Российской Федерации и Координационным центром по вопросам управления национальным доменами .ru и .рф соответственно⁴⁵. Кроме того, в соответствии с распоряжением Правительства РФ от 22.10.2020 № 2723-р, Роскомнадзор осуществляет функции и полномочия учредителя РосНИИРОС.

При этом отметим, что внесенный недавно законопроект предусматривает полномочие Правительству Российской Федерации по определению «прав администрирования доменного имени российской национальной доменной зоны»⁴⁶. Вероятно, в случае принятия данного законопроекта регулирование деятельности по регистрации и осуществлению прав на доменные имена будет носить больше публичный, чем частный характер. Нельзя, впрочем, не отметить, что понятие «российской национальной доменной зоны» остается не раскрытым.

Саморегулирование данной отрасли связано с исторически сложившимися особенностями распределения адресации в Интернете, которая уже третий десяток лет подчиняется нормам «мягкого права» (данный вопрос будет рассмотрен в следующем параграфе). При этом постепенному переходу установления публично-правового регулирования данной отрасли препятствует, с одной стороны, ряд политико-экономических причин (как минимум, нахождение ICANN в американской юрисдикции), и, с другой, отсутствие единства в подходах регулирования доменных имен на теоретическом уровне и уровне правоприменительной практики.

Подводя итог, можно выделить следующие характеристики доменных имен:

– возникновение путем регистрации специально уполномоченным лицом;

– возникновение внутри уже существующей доменной зоны;

– выраженность в символьном обозначении;

– иерархическая структура обозначения, указывающая на домены, к которым относится данное доменное имя, выраженная путем разделения точками каждого нижестоящего уровня домена;

– потенциальная неограниченность количества доменов внутри одного доменного имени;

– выполнение функции адресации;

– выполнение функции идентификации адресного пространства, возможная идентификация объектов и субъектов интернет-правоотношений;

– возможность выполнения функции индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий.

1.2. Регулирование доменных имен

«Мягко-правовое» регулирование доменных имен

Правила регистрации доменных имен в Российской Федерации устанавливаются Координационным центром и РосНИИРОС для доменных зон .ru/.рф и .su соответственно.

Так, в отношении доменных зон .рф и .ru действуют Правила регистрации доменных имен в доменах .ru и .рф, утвержденные решением Координационного центра национального домена сети Интернет № 2011-18/81 от 05.10.2011 (далее — Правила зон .ru/.рф), а в отношении доменной зоны .su — Правила регистрации доменных имен в домене .su, утвержденные решением директора РосНИИРОС (Приказ № РОС-08/66 от 14.07.20) (далее — Правила зоны .su). Отметим, что Правила не являются нормативно-правовым актом.

Подобное регулирование правоотношений доменных имен, являющееся явно выраженным примером «мягкого права» (soft law), очевидно связано с отсутствием публично-правового регулирования данного вопроса. Такая ситуация характерна не только для доменных имен, но и для всей системы адресации в целом. Так, М. Б. Касенова указывает: «права на конкретный уникальный идентификатор интернета закрепляются в договорно-правовом порядке, что обусловлено, с одной стороны, тем, что в настоящее время на национальном уровне правовая регламентация трансграничных отношений использования интернета либо отсутствует, либо носит фрагментарный характер; и, с другой стороны, отношения в сфере трансграничного использования интернета не урегулированы ни международными договорами, ни унифицированными международно-правовыми нормами»⁴⁷.

Как отмечается в литературе, мягкое право «предоставляет альтернативный способ заполнить пробелы в законе, когда существует явная и срочная потребность в регулировании конкретной ситуации, но при полном отсутствии применимых правовых норм»⁴⁸.

При всей положительности концепции «мягкого права», в частности, рассмотрения ее как «протонормы»⁴⁹, основы «для заключения в будущем полноценного международного соглашения», возможности «отработать предлагаемые решения, выявить их плюсы и минусы и своевременно скорректировать, возможно, попробовать несколько вариантов»⁵⁰, необходимо отметить и ее негативные стороны. Так, существование в течение длительного времени «мягко-правового» регулирования, нормативная база которого исходит из одной организации, создает риск определенного злоупотребления этой организацией-«законодателем». В. О. Калятин отмечает: «международные организации зачастую находятся под влиянием определенных стран или компаний; соответственно, проводимая ими политика может приводить к достаточно жесткому принуждению других участников, притом что заинтересованная сторона оказывается в тени», указывая, что контроль за сферой адресного пространства до сих пор остается за США, «и предложения отказаться от него пока остаются лишь на уровне рассуждения»⁵¹.

Концентрация властных полномочий, позволяющих определять круг лиц, допущенных до регистрации доменных имен, а также процедуру возникновения, изменения и прекращения правоотношений по поводу них, могут привести к ручной сегрегации лиц, получивших аккредитацию, и ситуациям перехода множества имен в одни руки⁵². При этом, конечно, можно говорить о потенциальных злоупотреблениях не только организацией, управляющей доменом верхнего уровня, но и о регистраторах, допущенных ею к работе.

Данная ситуация особенно опасна в регулировании Интернета. При возрастающем интересе к содержанию, находящемуся в Интернете, крайне важно обращать внимание и на порядок появления объектов, которые предшествуют этому содержанию, — доменных имен.

Тем не менее, в отсутствие регулирования сферы доменных имен нормы «мягкого права» являются единственным способом заполнить соответствующие законодательные пробелы. Кроме того, указанная гибкость создает возможность куда более быстрой адаптации к меняющимся реалиям, нежели процедура внесения изменений в уже принятые нормативно-правовые акты.

Однако при всем этом сфера доменных имен существует не первый год и не первое десятилетие. «Мягко-правовое» регулирование не может быть вечным, тем более при упомянутых негативных его факторах (особенно с учетом нахождения властно-законодательных полномочий в руках одной организации). Поэтому видится важным разработка норм, связанных с доменными именами, которая инициирует переход, хотя и постепенный, от «мягкого права» к праву традиционному.

Осуществление деятельности регистратором возможно только после его аккредитации соответствующим администратором доменной зоны. Отметим, что администратор доменной зоны, будучи лицом, определяющим правила ее использования, полномочен допускать до регистрации доменных имен в ней лиц, прошедших аккредитацию. При этом, как было указано ранее, сам администратор доменной зоны, как правило, аккредитуется ICANN. В зонах .ru и .рф аккредитация осуществляется Координационным центром, в зоне .su — РосНИИРОС. В случае прекращения аккредитации регистратор теряет право выполнять свои функции: регистрировать доменные имена, выполнять поддержку сведений о них и т. д.⁵³ При подписании соглашения об аккредитации регистратор принимает обязательство по соблюдению соответствующих Правил, поэтому их текст носит для регистраторов нормативный характер.

Обе версии Правил содержат близкие определения как доменного имени, так и администратора. Под доменным именем понимается символьное обозначение, предназначенное для сетевой адресации, в которой используется система доменных имен (DNS), под администратором — пользователь, на имя которого зарегистрировано доменное имя, а под регистрацией — внесение в реестр сведений о зарегистрированных доменных именах⁵⁴.

Особенности регистрации доменных имен и требования к ним в российских доменных зонах

Регистрация доменного имени осуществляется соответствующим аккредитованным регистратором на основании заявки пользователя (будущего администратора). При этом доменное имя должно соответствовать требованиям, установленным в Правилах. К таким требованиям относятся:

1. Технические требования: доменное имя должно быть не менее двух и не более 63 символов; состоять исключительно из букв (только латинских в зоне .ru и кириллических в зоне .рф; латинских, кириллических или иных букв (символов) из специального перечня в зоне .su), цифр и дефиса (при этом дефис не может быть первым или последним символом);

2. Требования к содержанию: доменное имя не должно содержать слова, включенные в специальный стоп-лист. Под последним понимается перечень символьных обозначений, регистрация которых недоступна в качестве доменных имен. В обоих Правилах содержатся сведения о том, что стоп-листы формируются и поддерживаются Координационным Центром и РосНИИРОС соответственно. Общим для них является включение слов, противоречащих общественным интересам, принципам гуманности и морали (в частности, слова непристойного содержания, призывы антигуманного характера, оскорбляющие человеческое достоинство либо религиозные чувства и т. д.)⁵⁵, а также слов, зарезервированных для регистрации доменных имен государственными органами власти. При этом стоп-лист может дополняться, например, доменными именами, использовавшимися для адресации к сайту, доступ к которому был ограничен на постоянной основе Роскомнадзором.

В данном случае нельзя не отметить определенный синтез между публично- и частно-правовым регулированием. Указанный пример, как видится, иллюстрирует взаимосвязь между нормами «мягкого права» и законодательными. Между тем говорить о переходе «протонормы мягкого права» в полноценную правовую еще рано, поскольку блокировка, осуществляемая Роскомнадзором, связана с содержанием информации на ресурсе под доменным именем, а блокировка наименования доменного имени — как с самостоятельно формируемыми стоп-листами регистраторами, так и с вынесенными судебными решениями о конкретных интернет-ресурсах. При этом внесение в перечень обозначений, противоречащих принципам гуманности и морали, является исключительно положительным примером «мягкого права», призванным восполнить законодательный пробел.

3. Требования к новизне: доменное имя не должно совпадать с уже зарегистрированным доменным именем. Это означает, что не может существовать одинаковых доменов в одной доменной зоне. Однако существование одинаковых доменов в разных зонах допускается⁵⁶. При этом доменное имя может отличаться лишь на один символ от уже существующего: например доменное имя gogle.com, отличающееся от известного google.com на один символ, будет считаться обладающим новизной. Отметим, что некоторые доменные зоны gTLD используют сервис TrueName, запрещающий регистрацию доменных имен, схожих до степени смешения с уже зарегистрированными (подробнее об этом в параграфе 1.3). Вместе с тем данный сервис применяется к ограниченному числу зон, в которые не входят российские.

Кроме того, критерий новизны, как отмечено, применяется «ограничено — только в рамках конкретного домена. Так, наличие зарегистрированного доменного имени .aaa.ru не будет препятствовать в регистрации доменного имени .aaa.msk.ru»⁵⁷. Важно отметить, что новизна исследуется только в отношении наименования, которое на момент регистрации должно быть свободным. Это означает, что:

– не имеет значения, существовал ли ранее такой домен в этой доменной зоне. Любое количество регистраций ранее аналогичного домена в той же доменной зоне, которые впоследствии прекратили свое существование, не влияет на принятие решения о регистрации и не снижает критерий новизны (в отличие от объектов патентного права, новизна у которых предполагает отсутствие известности в соответствующих сведениях на дату подачи заявки);

– не имеет значения существование аналогичных обозначений в других зонах. В отличие, например, от товарных знаков, критерий новизны для которых означает, что «не существует обозначений, которым охрана в Российской Федерации была бы предоставлена ранее и остается действительной в текущий момент, совпадающих или являющихся сходными до степени смешения с заявленным обозначением»⁵⁸, существенным для регистрации является лишь отсутствие в текущий момент такого доменного имени, зарегистрированного в желаемой доменной зоне.

Таким образом, проверка критерия новизны производится только на момент подачи заявки и только в рамках домена, в котором запрашивается регистрация. Соответственно, критерий новизны носит локальный характер и не учитывает предыдущие регистрации аналогичного наименования в этой же зоне.

Регистрация доменного имени производится после автоматизированной проверки регистратором выполнения требований пользователем, включая соответствие доменного имени вышеуказанным критериям.

Доменное имя в соответствии с обоими Правилами считается зарегистрированным после внесения сведений о нем в реестр, то есть после формальной автоматизированной проверки доменного имени на соответствие требованиям к наименованию, содержанию и новизне. В этот же момент администратор получает право на доменное имя, включающее правомочия использования и распоряжения, которое действуют на протяжении срока регистрации (подробнее об этом в параграфах 2.1 и 2.3). Таким образом, именно регистрация влечет возникновение объекта вместе с правом на него.

Доменные имена в российском законодательстве

В российском законодательстве указание на доменные имена содержится в ряде федеральных законов, однако в большинстве случаев оно ограничивается их простым упоминанием. Примечательно, что в нормах, регулирующих деятельность негосударственных пенсионных фондов⁵⁹, форекс-дилеров⁶⁰, акционерных инвестиционных фондов⁶¹ и их управляющих компаний⁶², а также кредитных рейтинговых агентств⁶³, установлены обязанности указанным субъектам иметь сайт в Интернете, адрес которого включает доменное имя, права на которое принадлежат таким субъектам. Следует отметить, что если в первых четырех случаях названные субъекты обязаны иметь «права» на сайт с доменным именем, то кредитное рейтинговое агентство — «право собственности». Учитывая природу доменных имен и порядок их возникновения, требования о праве собственности представляются некорректными.

Обязательное наличие доменного имени указано в требованиях к заявлению о регистрации сетевого издания СМИ⁶⁴.

Легальное определение доменных имен содержится в ФЗ от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее — ФЗ «Об информации»). Пункт 15 ст. 2 ФЗ «Об информации» понимает под доменным именем обозначение символами, предназначенное для адресации сайтов в Интернете в целях обеспечения доступа к информации, размещенной в Интернете.

Данное определение обусловлено целями самого федерального закона, основная цель регулирования которого не связана с правоотношениями по поводу доменных имен. Доменное имя в ФЗ «Об информации» выступает не с точки зрения объекта гражданских прав, отношения по поводу которого возникают, изменяются и прекращаются, а в качестве идентификатора адресного пространства, содержание под которым соответствует или не соответствует требованиям, установленным указанным законом. В данном случае главенствующую роль играет именно функция адресации доменного имени, которая позволяет получить доступ к тому или иному содержанию. Содержание же в ФЗ «Об информации» имеет наиболее существенное значение как объект (в данном случае) публично-правового регулирования. Функции доменных имен, а равным образом и правоотношения, возникающие, изменяющиеся и прекращающиеся по поводу них, имеют второстепенное значение в силу специфики регулирования правоотношений данным законом. При этом важно отметить, что размещение контента под информационным ресурсом является одним из видов использования доменного имени, однако, сам контент и отношения, которые он порождает, может выступать объектом и частного, и публичного права.

Указанное определение неоднократно подвергалось критике в научных трудах за содержание только технической характеристики доменного имени. Например, Н. А. Новикова указывала, что оно «раскрывает доменное имя с технической стороны, оставляя не освещенными и юридически не регламентированными многие особенности данного объекта»⁶⁵. Похожей позиции придерживается и Е. А. Гладкая⁶⁶. Хотя регулирование ФЗ «Об информации», как уже указывалось, не связано с самими доменными именами, а направлено на содержание информационных ресурсов, располагающихся под ними, в отсутствие в законодательстве иных определений доменных имен, отражающих их функции, и направленных на регулирование именно правоотношений по поводу них, приведенная исследователями критика представляется конструктивной.

Помимо ФЗ «Об информации» отдельные нормы, связанные с доменными именами, содержатся в ряде актов федеральных органов исполнительной власти Российской Федерации — Роскомнадзора⁶⁷, Минкомсвязи⁶⁸, Роспотребнадзора⁶⁹ и др.

Вместе с тем большинство из указанных приказов направлено на обеспечение публично-правовых интересов, связанных с контролем той или иной информации. Содержание данных актов преследует, как правило, установление различных порядков рассмотрения обращений, связанных с нахождением в Интернете информации, распространение которой запрещено, порядков взаимодействия между органами исполнительной власти в связи с ее обнаружением и т. д.

ГК РФ не содержит определения доменных имен, упоминая их лишь в качестве способов использования товарного знака⁷⁰ и географического указания⁷¹. Вместе с тем как и природа средств индивидуализации, так и отечественная судебная практика прямо указывают на возможность нарушения прав на иные средства индивидуализации в доменном имени. Примечательно, что российское антимонопольное законодательство содержит прямой запрет на использование товарного знака, фирменного наименования, коммерческого обозначения и наименования места происхождения товаров конкурента в доменном имени⁷².

В проекте четвертой части ГК РФ⁷³ содержался параграф 5 «Право на доменное имя». В соответствии с ним предлагалось определение доменного имени как символьного обозначения, предназначенного для идентификации информационных ресурсов и адресации запросов в Интернете и зарегистрированного в реестре доменных имен в соответствии с общепринятым порядком и обычаями делового оборота. Из финальной версии четвертой части ГК РФ данный параграф был исключен.

Таким образом, большинство норм, содержащихся в современном российском законодательстве о доменных именах, направлены, в большей степени, на регулирование информационного содержания под доменными именами (и то, как правило, весьма специфического). При этом следует вновь отметить смешанный характер правового регулирования отношений, связанных с доменными именами. С одной стороны, учитывая специфику Интернета, иерархическую структуру ICANN и подчиненных ей организаций, можно говорить о некоем саморегулировании данной отрасли, в определенной степени нормами «мягкого права», с другой, отмечая важность публично-правового регулирования указанных отношений в части информационной безопасности, необходимо обратить внимание на особые нормы, установленные государственными органами.

Более того, учитывая отсутствие специальных норм в законодательстве, можно сделать вывод о том, что законодательное регулирование правоотношений, возникающих, изменяющих и прекращающихся по поводу доменных имен, практически не развито. В противовес этому, регулирование информации в содержимом под доменными именами с каждым годом возрастает.

Учитывая, с одной стороны, упомянутую критику вышеприведенного определения доменного имени в ФЗ «Об информации», содержание которого, как представляется, оправдано целями самого федерального закона, и, с другой стороны, отсутствие в отечественном законодательстве иных определений доменного имени, в поисках понятия, отвечающего характеру доменных имен как объекту гражданско-правовых отношений, необходимо обратиться к доктрине.

Определение доменного имени

С самого начала частно-правовых исследований доменных имен предлагалось множество их определений. А. А. Агеенко понимал под доменным именем «любое текстовое обозначение, которое зарегистрировано или назначено любым регистратором доменных имен, или любым иным лицом, обладающим такими полномочиями, как часть электронного адреса Интернет»⁷⁴.

Многие исследователи, учитывая функции индивидуализации адресного пространства в Интернете, выполняемые доменным именем, в предлагаемых определениях указывали на их принадлежность к объектам интеллектуальной собственности. Например, А. В. Попцов понимал под доменным именем «средство индивидуализации, представленное в виде уникального символьного обозначения, служащее для адресации и индивидуализации информационного ресурса в сети Интернет»⁷⁵, а Н. А. Новикова — «неохраняемый российским законодательством результат интеллектуальной деятельности, представляющий собой символьное обозначение, предназначенное для сетевой адресации, предназначенное для индивидуализации информационных ресурсов в сети Интернет, а также способное выполнять функцию индивидуализации товаров, работ и (или) услуг, рекламируемых и (или) распространяемых посредством сети Интернет»⁷⁶. А. Г. Серго предлагает понимать одновременно и под доменом, и под доменным именем «обозначение, предназначенное для индивидуализации информационных ресурсов в компьютерной сети Интернет»⁷⁷. Указанное определение, отражающее индивидуализирующий характер доменных имен, не лишено недостатков, так как оно одновременно применяется к разным категориям — домену и доменному имени, и, кроме того, не дифференцирует доменное имя с иными идентификаторами. Так, например, IP-адрес также может идентифицировать и индивидуализировать информационный ресурс, только, в отличие от доменного имени, неудобным для человека способом. Равным образом указанное определение можно применять к URL главной страницы сайта (например, https://www.google.com/ тоже будет индивидуализировать информационный ресурс в Интернете). А. П. Сергеев указывает: «под доменным именем понимается условное словесное обозначение, предназначенное для идентификации компьютера, подключенного к сети Интернет, а также для указания на расположение соответствующих ресурсов на компьютере»⁷⁸. Данное определение, пожалуй, одно из немногих в отечественной доктрине учитывает указание доменного имени в URL и адресах электронной почты. Впрочем, доменное имя включает в себя не только слова, но и символы и цифры.

Указание в определении на относимость доменных имен к средствам индивидуализации или результатам интеллектуальной деятельности представляется излишним. Хотя сегодня подобный объект и отсутствует в перечне охраняемых объектов интеллектуальной собственности и приравненным к ним средств индивидуализации, его возможное появление в будущем среди них не означает необходимость подобного упоминания в определении. Вместе с тем указание на одну из основных функций доменных имен — идентификационную — представляется обязательным, поскольку доменные имена первоначально созданы для идентификации подключенного к Интернету устройства вместе с его содержанием способом, удобным для восприятия человеком.

Иные функции, возможно выходящие из нее, — индивидуализация юридических или физических лиц, товаров, работ, услуг, предприятий, выполнение роли, фактически идентичной роли средств индивидуализации — являются для доменных имен вторичными и не всегда возможными.

Выделение подобных функций в определении видится ненужным, поскольку не все доменные имена используются в коммерческих целях и в целях индивидуализации чего-либо, кроме содержимого на устройстве, к которому происходит адресация. Равным образом некоторые доменные имена используют уже существующие средства индивидуализации, являясь своего рода (в случае добросовестного использования) дополнительным идентификатором компании, ее товаров или услуг. Конечно, существуют и обратные ситуации, при которых доменное имя трансформируется в полноценное средство индивидуализации, и компания ассоциируется у пользователей в основном в связи с этим доменным именем, но все же их число едва ли сопоставимо с общим количеством доменных имен.

Помимо изложенного, для рассмотрения доменного имени именно как объекта гражданских правоотношений представляется важным указание на факт его регистрации. Без регистрации доменное имя просто не будет существовать, соответственно, не может возникнуть и отношений, с ним связанных.

Таким образом, под доменным именем следует понимать зарегистрированное символьное обозначение интернет-ресурса. В российской зоне это обозначение должно отвечать, помимо технических требований, требованиям к новизне и содержанию. Тем не менее, последнее требование может быть не соблюдено при регистрации (например, впоследствии выбранное обозначение может быть признано противоречащим общественным интересам, и такое доменное имя будет удалено из реестра; однако первоначально оно все равно будет зарегистрировано).

В зарубежных правовых системах подход к определению доменных имен на законодательном уровне различается. В Японии и Южной Корее оно содержится в законодательстве о недобросовестной конкуренции. В Японии под доменным именем понимаются «буквы, цифры, знаки или другие символы или их комбинация, соответствующие комбинации цифр, знаков, букв, назначенных для идентификации отдельных компьютеров в Интернете»⁷⁹, в Южной Корее — цифра, буква или символ, или любая их комбинация, представляющая собой Интернет-адрес, состоящий из цифр⁸⁰.

В законодательстве США доменное имя понимается как «любое буквенно-цифровое обозначение, зарегистрированное или предоставленное любым регистратором доменных имен, реестром доменных имен или другим органом регистрации доменных имен в качестве части электронного адреса в Интернете»⁸¹.

Украинское законодательство о товарных знаках содержит следующее определение доменного имени: под ним понимается имя, используемое для адресации компьютеров и ресурсов в Интернете⁸².

В Законе Туркменистана «О правовом регулировании развития сети Интернет и оказания интернет-услуг в Туркменистане» доменное имя (наряду с доменом) определено как символьное обозначение, зарегистрированное для сетевой адресации, в которой используется система доменных имен (DNS)⁸³. При этом в Законе о товарных знаках Туркменистана содержится понятие «национальный домен второго уровня», под которым понимается «домен, имя которого включает в себя имя национального домена верхнего (первого) уровня (.ТМ) и собственное имя»⁸⁴.

В Республике Беларусь определение доменного имени содержится в Инструкции о регистрации доменных имен в национальной доменной зоне, утвержденной приказом Оперативно-аналитического центра при Президенте Республики Беларусь 18.06.2010 № 47⁸⁵. При этом на уровне федерального законодательства упоминание доменного имени можно найти в качестве варианта использования товарного знака⁸⁶.

В некоторых юрисдикциях прямого упоминания доменных имен в законодательстве не имеется, а выработка подходов на указание доменных имен как способа использования товарного знака производится на уровне судебной практики. Например, Л. М. Шэррок в 2001 г. отмечала, что применение традиционных законодательных положений об использовании товарных знаков к доменным именам было произведено в Соединенном Королевстве, Германии, Японии и Корее⁸⁷.

Хотя, как мы уже отметили, Япония и Корея включили определение доменных имен в соответствующие нормативно-правовые акты, аналогичная ситуация в Германии и Соединенном Королевстве не произошла. При этом в названных странах подходы к определению доменных имен и правоотношений по поводу них формируются в основном на уровне судебной практики.

Таким образом, можно сделать вывод о разных подходах к включению доменных имен в национальное законодательство разных государств. При этом, как видно из указанного выше, зачастую доменные имена упоминаются в качестве одного из способов использования товарного знака либо способа осуществления недобросовестной конкуренции. Вне указанных правонарушений доменные имена редко вызывают интерес у законодателя. Такую ситуацию можно объяснить саморегулированием этой отрасли, что, конечно, не привносит в нее ясности и единых стандартов правового регулирования.

В ряде случаев упоминания доменных имен нет даже на законодательном уровне, однако соответствующее правоприменение формируется судебными органами.

Применительно к Российской Федерации важно отметить не только односторонний взгляд на доменные имена как на способ адресации или использования других объектов, но и невключение доменных имен в число тех или иных объектов гражданских прав, указанных в ГК РФ.

Подобный подход формирует скорее негативный взгляд на доменные имена, рассматривая их как малозначительный объект.

1.3. Место доменных имен в системе объектов гражданских прав

Регулирование отношений, возникающих в связи с использованием Интернета, а равно и с появлением специфических цифровых объектов, должно строиться на базе традиционных доктринальных положений. Их корректировка необходима лишь в случае невозможности применения классических норм к новым отношениям и объектам.

Для юриспруденции развитие цифрового пространства и появление новых объектов, в том числе и доменных имен, означает в первую очередь необходимость определения места таких объектов в системе гражданских правоотношений. И. А. Покровский отмечал: «одно из первых и самых существенных требований, которые предъявляются к праву развивающейся человеческой личностью, является требование определенности правовых норм... естественно, что чем более развивается индивидуальная самодеятельность, тем более растет эта потребность в определенности права»⁸⁸. Т. Я. Хабриева и Н. Н. Черногор отмечают: «“цифровизация” оказывает заметное воздействие прежде всего на сферу правового регулирования, являясь важным (хотя и не единственным) фактором, обусловливающим ее динамику. В нее вовлекаются новые общественные отношения, которые прежде либо не существовали, либо не требовали правового регулирования или объективно не могли быть урегулированы правом»⁸⁹. Они же указывают, что «в связи с цифровизацией перед правовой наукой возникает фундаментальная проблема — осмыслить понятие и материю виртуальной вещи, каковой являются практически все основные реалии цифровой экономики»⁹⁰.

В отечественной доктрине сложилось множество подходов к определению доменных имен в системе гражданских прав, но наибольшую популярность получили концепции их отнесения к средствам индивидуализации и к имуществу.

1.3.1. Относится ли доменное имя к объектам гражданских прав?

В научной литературе встречались мнения о том, что доменное имя не является объектом гражданских прав⁹¹. Одни ученые обосновывали этот тезис тем, что доменное имя прямо не указано в соответствующей статье ГК РФ, устанавливающей перечень объектов гражданских прав⁹², другие — тем, что объектом гражданского оборота является лишь право администрирования доменного имени⁹³, Отсутствие правового регулирования доменных имен и их неопределенный статус порождает решения, в которых доменное имя также не рассматривается в качестве объекта гражданских прав⁹⁴.

Как отмечает А. П. Сергеев, «объектами гражданских прав являются материальные и духовные блага, по поводу которых субъекты гражданского права вступают между собой в правовые отношения»⁹⁵.

При этом очевидно, что указывать все возможные объекты гражданских прав в законодательстве бессмысленно: достаточно наличия родового признака объекта, по поводу которого возникают, изменяются и прекращаются правоотношения. Указанное особенно актуально в цифровую эпоху: учитывая постоянно появляющиеся в цифровой среде новые объекты гражданского оборота, первостепенной задачей их правового регулирования становится выделение у них общих признаков с объектами, уже указанными в законодательстве, и, в случае наличия таковых, признание разновидностью одного из них.

Безусловно, доменные имена являются объектом, по поводу которого стороны взаимодействуют: права на них возникают, изменяются и прекращаются, могут свободно передаваться и иным образом участвовать в гражданском обороте⁹⁶, переходить в порядке правопреемства (наследование⁹⁷ или реорганизация юридических лиц) и т. д. С. А. Синицын справедливо указывает: «особое место в системе объектов гражданских прав занимают доменные имена, использование и коммерческий оборот которых оказываются особо востребованными в цифровой экономике. Развитие цифровых технологий обусловливает распространение новых способов маркетингового и информационного продвижения объектов интеллектуальной собственности в сфере цифровой телекоммуникации, что актуализирует необходимость развития законодательства в части регламентации правового режима доменного имени. Отсутствие развитого и самостоятельного регулирования этих объектов в российском законодательстве снижает привлекательность российской юрисдикции в глазах иностранных инвесторов, структурирующих бизнес-проекты с использованием цифровых технологий»⁹⁸.

Учитывая изложенное, представляются неверными утверждения о том, что доменные имена не могут быть объектами гражданских прав лишь на том основании, что они не включены в соответствующую статью ГК РФ⁹⁹.

Неверным видится и мнение о неотнесении доменных имен к объектам гражданских прав на основании того, что в обороте участвуют права на них, но не сами имена. Ввиду нематериальности доменных имен, существующих в цифровой среде, в обороте сами доменные имена участвовать не могут: вместо них выступает право на доменное имя. Тем не менее объектом, на который будут направлены правоотношения, будет именно доменное имя. Поскольку подобная ситуация характерна для объектов интеллектуальной собственности, а сами объекты законодательно включены в список объектов гражданских прав, названный подход не представляется верным.

Отметим позицию М. А. Рожковой: «доменное имя, рассматриваемое в контексте его функции средства адресации в сети Интернет, не может признаваться самостоятельным объектом гражданских прав... Но если рассматривать доменное имя как... „идентификатор бизнеса или частных лиц“, то здесь ситуация меняется на прямо противоположную — использование этого идентификатора вполне способно принести имущественную выгоду, поэтому его экономическая ценность не оспаривается»¹⁰⁰.

Подобный подход связан с возможностью невыполнения доменными именами базовых функций, реализация которых, как было указано, зависит от волеизъявления администратора. Многие из имен регистрируются, но не используются правообладателями годами; соответственно, не происходит ни адресации, ни индивидуализации содержимого. Другие имена используются для адресации на единственную страницу с минимальным количеством содержимого (например, цветная страница без информации; страница с информацией о том, что доменное имя продается, или сайт под доменным именем находится в разработке), — в таком случае происходит адресация, но индивидуализирующая функция полноценно не реализуется.

Кроме того, такой подход направлен на рассмотрение в качестве объектов гражданских прав не столько используемых вообще, сколько используемых определенным образом доменных имен.

Любое доменное имя, как и права на него, должно иметь одинаковую ценность для гражданского права вне зависимости от того, используется ли оно или нет, если используется, — то кем, для каких целей и т. д. Использование и распоряжение доменным именем зависят исключительно от волеизъявления его правообладателя — администратора. Однако до тех пор, пока существует доменное имя, оно должно рассматриваться как объект гражданского права безотносительно к перечисленным обстоятельствам.

Коммерческую же ценность представляет любое доменное имя постольку, поскольку оно базово способно выполнять обе базовые функции. Игнорирование одних доменных имен и рассмотрение других в качестве объектов гражданского права препятствует, кроме того, возможности оценивания коммерческого потенциала того или иного доменного имени.

Отметим также, что коммерческую ценность могут представлять и зарегистрированные, но не используемые доменные имена в силу привлекательности их наименования, что, впрочем, не умаляет значения остальных имен для права. Случаи продажи доменных имен за суммы, исчисляющиеся миллионами долларов, не редки. Так, К. В. Нам указывает о продаже доменного имени business.com в 1999 г. за 7,5 млн долларов и в 2006 г. vodka.com — за 3 млн долларов¹⁰¹. В 2018 г. было продано доменное имя ice.com за 3,5 млн долларов¹⁰², а в 2019 г. — voice.com за 30 млн долларов¹⁰³. Наиболее крупными суммами, заплаченными за доменные имена, стали: 90 млн долларов за lasvegas.com¹⁰⁴, практически 50 млн долларов за carinsurance.com и более 35 млн долларов за insurance.com¹⁰⁵. В российском сегменте сообщалось о покупке доменного имени games.ru¹⁰⁶, оцениваемого в 1 млн долларов, и dom.ru за 120 млн рублей¹⁰⁷.

В случае же рассмотрения доменных имен как объектов гражданского права только при выполнении ими функций средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, или идентификации физического лица в интернет-пространстве (что является достаточно спорным само по себе, поскольку лиц с одинаковыми именами и фамилиями, равно как и одноименных компаний существует достаточно), иные имена, ценность которых может быть обусловлена их наименованием (например, включающих общеупотребительные слова, как в случаях выше) либо содержимым, находящимся под ним, будут находиться вне правового поля. Тем не менее, правоотношение может возникать в отношении любого доменного имени — базово права на все имена могут отчуждаться. Соответственно, и объектом гражданских правоотношений будет любое доменное имя.

При любых действиях, направленных на доменное имя (регистрация, обусловленная обязательственным правоотношением между регистратором и администратором; сделка по отчуждению прав на доменное имя и т. д.), оно будет выступать его объектом.

Ценность отдельно взятого имени, кроме того, в известной степени является для отдельного человека субъективным фактором — для одних лиц конкретное имя представляет ценность (к примеру, соответствующее их фамилии или названию организации), для других — нет. Тем не менее любое доменное имя может индивидуализировать интернет-ресурс. Именно идентификатор интернет-ресурса и представляет собой ценность. Дальнейшее изменение этой ценности в зависимости от содержимого этого ресурса имеет второстепенное значение. Потенциальная же возможность выполнения функции средства индивидуализации эту ценность может увеличивать, но, конечно, не во всех случаях.

Приведенные выше примеры по отчуждению таких доменных имен, как ice.com, business.com или insurance.com, ценность которых обусловлена их наименованием и использованием в них общеупотребительных слов, подтверждают эти доводы.

Таким образом, любое зарегистрированное доменное имя является объектом гражданского права, вне зависимости от его наименования и зоны, в которой оно зарегистрировано.

В российском законодательстве ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав отнесены вещи, иное имущество, включая имущественные права, результаты работ и услуг, интеллектуальная собственность и нематериальные блага.

Ввиду исчерпывающего перечня объектов гражданских прав дискуссия о том, к какому их виду относятся доменные имена, является актуальной и сегодня¹⁰⁸.

С учетом текущей неопределенности данного вопроса и необходимости выделения правомочий правообладателя доменных имен представляется необходимым выявить объект гражданского права, к которому они могут быть отнесены.

Следуя приведенному выше перечню, предлагается выбрать категории объектов, к которым доменное имя не может быть отнесено.

Видится явным исключение вещей, результатов работ и услуг, а также нематериальных благ как возможных объектов, к которым могут быть отнесены доменные имена.

1.3.2. Доменное имя как вещь, результат работ и услуг, нематериальное благо

Представляется актуальным понимание вещей, данное Г. Ф. Шершеневичем, как «ограниченных частей материального мира»¹⁰⁹. Е. А. Суханов относит к вещам «материальные, физически осязаемые объекты, имеющие экономическую форму товара»¹¹⁰. Учитывая нематериальную природу доменного имени, представляется невозможным его отнесение к вещам.

Результаты работ и услуг также видятся неподходящими объектами для доменных имен. В российской доктрине встречались попытки отнесения доменных имен к результатам оказанной услуги¹¹¹. Указанная позиция представляется неверной.

Действительно, право на доменное имя возникает после заключения соответствующего договора между регистратором и администратором, направления последним заявки и совершением регистратором действий по регистрации. Однако такой порядок обусловлен природой доменных имен, централизованной системой управления ими, а также регламентированными правилами их регистрации.

Несмотря на договорный характер возникновения указанных прав, представляется уместным привести аналогию с регистрацией некоторых средств индивидуализации, которая является обязательной государственной процедурой, необходимой для возникновения исключительных прав. Например, право на товарный знак в Российской Федерации возникает лишь в случае регистрации товарного знака уполномоченным органом исполнительной власти¹¹²; право на фирменное наименование возникает со дня государственной регистрации юридического лица¹¹³. Аналогичным образом, доменное имя считается зарегистрированным с момента внесения сведений о нем в соответствующую базу данных¹¹⁴.

Во всех приведенных примерах можно говорить об обязательном регистрационном порядке, являющимся основанием возникновения прав. При этом в случаях со средствами индивидуализации такой порядок установлен законодательством, а в случае с доменными именами — соответствующими Правилами, являющимися обязательными для всех регистраторов и администраторов соответствующей части российской национальной доменной зоны.

Вместе с тем едва ли можно говорить о том, что регистрация средств индивидуализации является результатом услуги, полученной от соответствующего государственного органа (например, возникновение права на товарный знак является результатом услуги Роспатента, а права на фирменное наименование — услуги Федеральной налоговой службы).

Добрынин О. В. указывает, что «государственная регистрация... средств индивидуализации представляет собой осуществляемую уполномоченным органом процедуру с целью признания и подтверждения государством возникновения, изменения, обременения и прекращения прав, результатом которой является решение о наличии или отсутствии оснований для внесения соответствующих записей в государственный реестр и публикации сведений в официальных изданиях»¹¹⁵.

Аналогичной по своей сути процедурой, хотя и не государственной (по крайней мере пока) является и регистрация доменных имен, производимая регистратором.

Учитывая изложенное, представляется неверным определение доменных имен как результата услуги регистратора. Л. В. Санникова и Ю. С. Харитонова указывают, что доменное имя «может восприниматься юристами не только как объект гражданских прав, подобный вещи, но и как результат оказания услуги... С точки зрения учета также установлено правило, согласно которому доменное имя скорее рассматривается как результат оказания услуги»¹¹⁶. В данном случае речь идет о договорном правоотношении между регистратором и администратором, предшествующем возникновению права на доменное имя (точнее, о совершении регистратором в рамках договорного правоотношения действий по регистрации имени, оплачиваемых будущим администратором), поэтому представленный пример не видится верным.

Невозможным видится и отнесение доменных имен к нематериальным благам. В науке под ними понимаются «не имеющие экономического содержания и неотделимые от личности их носителей блага и свободы, признанные и охраняемые действующим законодательством»¹¹⁷. Едва ли можно причислить к упомянутым объектам доменные имена, поскольку, во-первых, их экономическое содержание не оспаривается и является одной из основных причин их ежегодно растущего оборота, и, во-вторых, они не содержат никаких признаков, которые можно было бы назвать неотделимыми от личности их «носителей» — администраторов.

Переходя к анализу мнений о возможности отнесения доменных имен к объектам интеллектуальной собственности, приведем позиции отечественных ученых, относящих доменные имена к средствам индивидуализации.

1.3.3. Доменное имя как средство индивидуализации

А. Г. Серго и В. О. Калятин неоднократно указывали на отнесение доменных имен к средствам индивидуализации¹¹⁸. Следует отметить, что многие из работ названных ученых были опубликованы во время действия ст. 138 ГК РФ¹¹⁹, которая предусматривала неисчерпывающий перечень средств индивидуализации, и до введения в действие части четвертой ГК РФ (которая в первой своей редакции включала доменное имя как одно из средств индивидуализации).

Впрочем, общие функции доменных имен, в отличие от законодательства, не поменялись. Так, В. О. Калятин указывал, что функция индивидуализации «вытекает из самой сущности доменного имени, поскольку доменное имя призвано не просто обеспечивать адресацию запросов (для этого было бы достаточно цифрового IP-адреса компьютера), но заменить безликий набор цифр адреса компьютера запоминающимся обозначением, индивидуализировать его»¹²⁰. А. Г. Серго также отмечал, что «домен индивидуализирует не продукцию, выполняемые работы или услуги, а, прежде всего, информационный ресурс (делегированный домен)»¹²¹. Последней позиции придерживаются и другие российские¹²² и зарубежные исследователи¹²³.

А. В. Попцов выделял следующие общие черты доменных имен с традиционными средствами индивидуализации: нематериальный характер, выполнение функции индивидуализации, коммерческая ценность, возможность самостоятельно приносить прибыль, возникновение прав с момента регистрации, охрана в течение определенного периода, возможность аннулирования до истечения периода их охраны, возможность отчуждения¹²⁴. Следует отметить, что в зарубежной научной литературе можно встретить мнение об отнесении доменных имен к объектам интеллектуальной собственности из-за их нематериальной природы¹²⁵.

В. А. Звягин, отмечая некоторые из вышеназванных признаков и добавляя к ним неограниченность в пространстве, возможность одновременного использования ресурса неограниченным кругом лиц, информационное содержание, возможность обособления от других объектов, новизну и непотребляемость, указывал, что они могут характеризовать доменные имена как объект интеллектуальной собственности¹²⁶.

Таким образом, исследователи обращают внимание в первую очередь на индивидуализирующую функцию доменных имен. Добавляя к ней такие, как коммерческая ценность, обособленность и прочие, ученые делают вывод о возможности отнесения доменных имен к средствам индивидуализации и, следовательно, к объектам интеллектуальной собственности.

Вместе с тем не все ученые разделяют эту позицию. Например, Р. С. Нагорный, делая вывод об отсутствии у доменных имен признаков объектов интеллектуальной собственности, указывает: «во-первых, доменное имя прямо не обозначено в законе в качестве объекта интеллектуальной собственности; во-вторых, его основной функцией является отнюдь не индивидуализация юридического лица, каких-либо товаров, работ, услуг или предприятий, оно выполняет функцию обозначения информационного ресурса в сети Интернет; в-третьих, доменное имя не обладает признаком новизны, творческой индивидуальности или оригинальности, хотя ему присущ признак неповторимости в силу особенности технического устройства системы доменных имен в сети Интернет»¹²⁷.

С данной позицией можно согласиться частично. Безусловно, перечень охраняемых объектов интеллектуальной собственности с введением части четвертой ГК РФ стал закрытым¹²⁸. Вместе с тем это не означает невозможности последующего добавления иных объектов в перечень путем внесения соответствующих поправок. К примеру, географические указания, упоминаемые в настоящее время в п. 14.1 ст. 1225 ГК РФ, были внесены в отечественное законодательство лишь в 2019 г.¹²⁹ Однако это не означает, что до того момента географические указания в принципе не являлись объектами интеллектуальной собственности: например, вполне ясное регулирование данных объектов содержалось в Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности от 15.04.1994.

Кроме того, признак новизны у доменных имен присутствует. Именно критерий новизны, о котором мы указывали ранее, необходим для их успешной регистрации. Остается неясным, почему признак неповторимости не может рассматриваться для доменных имен как признак новизны. В сущности, для доменных имен уникальность, новизна и неповторимость — синонимы одного из необходимых требований для его регистрации.

Хотя индивидуализирующий характер доменных имен бесспорен, является дискуссионным вопрос о том, что именно они индивидуализируют — лишь содержимое на устройстве, подключенному к Интернету (интернет-ресурс) или нечто большее? Можно ли говорить о роли доменных имен, аналогичной роли товарных знаков (не забывая при этом о возможности регистрации доменных имен в качестве товарных знаков) или других средств индивидуализации?

Многие исследователи отмечали возможность последующего становления доменного имени как средства индивидуализации товаров, работ и услуг юридического лица. При этом такая роль выделялась учеными не как основная, но как дополнительная, факультативная¹³⁰. Доменное имя может стать таким средством, но его первоначальная индивидуализирующая функция ограничена только содержимым интернет-ресурса. Однако само содержание, которое может включать сведения о юридическом лице, его деятельности, предложения к продаже товаров, оказанию услуг и т. д., расширяют эту функцию до полноценного средства индивидуализации. Подобной позиции придерживается А. Г. Серго, отмечающий, что основной функцией доменного имени является индивидуализация информационного ресурса; индивидуализация иных объектов и субъектов также может осуществляться, но лишь в качестве «вторичной» функции»¹³¹.

Со сказанным следует согласиться. Регистрация и использование доменных имен не обязательно преследуют коммерческие цели (например, предложение к продаже товара). К тому же определение коммерческого использования интернет-ресурса является, своего рода, дискуссионным вопросом. Можно ли, например, указать, что доменное имя, сайт под которым не предлагает к продаже товаров, услуг или работ, но содержит в себе рекламу других интернет-ресурсов, используется в коммерческих целях? Представляется, что да¹³². Однако будет ли в таком случае доменное имя выполнять роль средства индивидуализации чего-либо, кроме самого интернет-ресурса? На наш взгляд, нет.

Г. Ф. Шершеневич указывал: «внешним образом фирма должна выразиться: a) в подписи, которую употребляют на документах, исходящих от предприятия, b) на бланках бумаг, на которых пишется корреспонденция предприятия; и может выразиться: a) в вывеске, указывающей публике, какого рода сделки совершаются в данном торговом заведении, b) в товарном знаке, облегчающем потребителям нахождение продуктов известного предприятия»¹³³.

Представляется, что сегодня сказанное верно применительно и к доменным именам, которые могут являться одной из внешних форм выражения фирмы, а для некоторых — основной, наиболее ассоциирующейся у публики с данным предприятиям. Последнее приобретает все большую актуальность: многие интернет-платформы, создававшиеся для совершенно разных целей, получили известность и запомнились потребителям исключительно в Интернете. К таким примерам можно отнести социальные сети (Facebook, Vkontakte), международные интернет-магазины (Amazon, Ebay, Ozon) и площадки видео-хостинга (YouTube, Vimeo и др.), ассоциирующиеся у пользователей в первую очередь с доменным именем, под которым они размещены.

Вместе с тем число таких площадок, имеющих подобную широкую известность, ограничено. Количество доменных имен, не обладающих такой популярностью, равно как и имен, используемых для некоммерческих целей, представляется куда большим, нежели количество широко известных интернет-гигантов.

Отметим еще раз, что использование доменного имени для целей, указанных выше, — один из возможных вариантов его использования, но не основной. Поэтому возможность индивидуализации предприятий, товаров, работ и услуг, будучи факультативной, не является веским доводом для отнесения доменных имен к средствам индивидуализации.

Похожей точки зрения придерживается и А. И. Савельев: «конечно, существуют гиганты электронной коммерции, которые у всех на слуху (Amazon, Ozon, Steam и пр.), но в данном случае индивидуализирующая функция является следствием их репутации и многочисленных рекламных кампаний. Иными словами, индивидуализирующая функция у доменного имени, безусловно, присутствует, но она несвойственна всем доменным именам даже в коммерческой сфере»¹³⁴.

При этом отметим, что средства индивидуализации, указанные в российском законодательстве, относятся к юридическим лицам, товарам, работам, услугам и предприятиям. Из этого следует, что законом охраняются лишь те средства, которые (помимо их прямого указания) индивидуализируют лишь перечисленные объекты.

Даже учитывая базовую функцию индивидуализации интернет-ресурса, едва ли можно говорить о том, что эта функция трансформирует доменное имя в одно из средств индивидуализации, охраняемых законодательством об интеллектуальной собственности, поскольку индивидуализация чего-либо, кроме этого ресурса, является факультативной функцией для доменных имен. Доменное имя может индивидуализировать товары, услуги, предприятия и юридические лица, но эта функция существует лишь в теории до тех пор, пока использование доменного имени не будет преследовать цели такой индивидуализации.

Кроме того, на средства индивидуализации, в соответствии со ст. 1226 ГК РФ, признаются интеллектуальные права, включающие исключительное право.

На наш взгляд, на текущий момент говорить об исключительности прав на доменные имена нельзя ввиду отсутствия у них двух важнейших черт исключительных прав — территориальной ограниченности и генеричности.

Как известно, любое право на объект интеллектуальной собственности является ограниченным.

Так, В. О. Калятин, выделяя общие существенные черты прав на объекты интеллектуальной деятельности, указывал, помимо прочего, на территориальный и временной характер исключительного права (отмечая, что «охрана объекта в каждой стране носит самостоятельный характер по отношению к предоставляемой охране в других странах»), а также «охват не только строго определенного объекта, но и незначительно отличающихся от него вариаций»¹³⁵.

Е. А. Павлова отмечает: «возможность осуществления исключительного права ограничена территориально, что является прямым следствием монопольного характера этих прав. Исключительные права возникают в силу прямого указания закона, который действует лишь в пределах границ соответствующего государства»¹³⁶ .

Отсутствие территориальности действия прав на доменные имена

С. А. Синицын отмечает нехарактерность территориальности и срочности действия прав на доменные имена, не относя на этом основании их к объектам исключительных прав¹³⁷.

Соглашаясь с этой позицией, отметим, что срочность действия прав у доменных имен есть — они существуют на протяжении срока действия регистрации, определяемого правилами тех или иных доменных зон, который, однако, как правило, может неограниченно продлеваться¹³⁸.

На текущий момент говорить о территориальности и охвате вариаций у доменных имен нельзя. В первую очередь необходимо отметить отсутствие специального правового режима в отношении доменных имен в большинстве государств, которое предполагает и территориальное действие прав на них.

Территориальная ограниченность прав применяется к объектам интеллектуальной собственности и обусловлена исключительно наличием их специального законодательного регулирования. Л. А. Лунц отмечал, что исключительные права «имеют действие в пределах одного государства и не имеют действия за пределами его юрисдикции. В этом с точки зрения международного частного права заключается основное отличие указанных прав от других видов гражданских прав»¹³⁹. Как отмечают зарубежные исследователи, «территориальность в интеллектуальной собственности означает, что защита интеллектуальной собственности основывается на национальном или региональном законодательстве и ограничивается территорией суверенного государства, предоставляющего право в рамках его общей экономической, социальной и культурной политики»¹⁴⁰.

Хотя исключительные права могут возникать как путем государственной регистрации объектов (изобретения, промышленные образцы, полезные модели, товарные знаки и др.), так и путем их возникновения (объекты авторских и смежных прав), территориальная ограниченность прав прямо связана с соответствующим указанием на это законодательного акта.

Тем не менее даже появление соответствующего нормативно-правового акта едва ли позволит распространить территориальные пределы действия прав на доменные имена, являющиеся частью экстерриториальной системы адресации Интернета. Технические особенности системы адресации прямо влияют и на правовой режим объектов адресации. Так, М. Б. Касенова указывает, что технологическая инфраструктура Интернета основана на «архитектурных принципах интернета и имманентно взаимосвязанных базовых компонентах, функционирование которых обеспечивает трансграничное использование интернета... и объективно влияет на процессы правового регулирования трансграничного функционирования и использования интернета»¹⁴¹. К базовым компонентам она относит номерные ресурсы интернета, систему доменных имен и ее корневые серверы¹⁴².

Отсутствие регулирования базовых компонентов, в том числе доменных имен, нормативно-правовыми актами, тем не менее, восполняется существующими нормами «мягкого права». Последние, в свою очередь, действуют во многом благодаря иерархической системе органов, осуществляющих управление адресацией, что обусловливает обязательность принятия соответствующих актов подчиненными органами.

Наличие, таким образом, единого, унифицированного порядка регулирования этой области предполагает идентичный (или, по меньшей мере, максимально близкий) режим доменных имен, регистрируемых по схожим или тождественным правилам в разных странах.

Указанное предполагает и схожий порядок возникновения прав на доменные имена, схожие гарантии их охраны, как минимум, посредством невозможности вмешательства посторонними лицами в реестр, контролируемый регистраторами. Таким образом, саморегулирование адресации нормами «мягкого права», даже в отсутствие законодательного регулирования, гарантирует и в какой-то степени неприкосновенность прав на доменные имена на экстерриториальном уровне. Законодательное же признание этих прав тем или иным государством едва ли фактически изменит текущую ситуацию — произойдет лишь трансформация норм «мягкого права» в традиционные правовые нормы.

Наконец, система доменных имен предполагает в большинстве случаев возможность возникновения прав на доменное имя у любого лица в любом государстве. Российские доменные зоны не исключение — зарегистрировать в них доменное имя может гражданин или юридическое лицо любого государства. Сказанное справедливо и ко многим зонам ccTLD и gTLD. Тем не менее, унификация правил регулирования доменных имен предоставляет равным образом признание прав на них, по меньшей мере, органами, которые и создают эти объекты, и обладают определенными полномочиями в отношении них (об этом будет подробнее в параграфе 2.1).

Указанная взаимосвязь органов, обеспечивающих функционирование системы доменных имен, и их техническая особенность не допускают возможности существования двух одинаковых имен.

Зарубежные исследователи отмечают: «территориальность имеет ряд последствий, которые на международном уровне могут привести к осложнениям: (i) одно лицо может обладать набором национальных или региональных прав на идентичный предмет...; (ii) права интеллектуальной собственности могут принадлежать разным лицам на разных территориях (например, в отношении товарных знаков, где один и тот же знак может быть зарегистрирован разными сторонами на разных территориях…); (iii) определенная деятельность может считаться нарушающей права в одной стране, но законной в другой (например, на нее может распространяться исключение или ограничение, которые одна страна признает, а другая нет)»¹⁴³.

Первые два случая не применимы к доменным именам, так как только одно лицо может быть правообладателем одного уникального доменного имени.

Недопустимость сосуществования двух тождественных доменных имен обусловливается техническими особенностями DNS. Реализация этого правила возможна в том числе благодаря взаимосвязи деятельности органов, осуществляющих регистрацию доменных имен и управляющих доменными зонами. Эта же причина позволяет равным образом охранять (по крайней мере, техническими средствами) доменные имена от постороннего вмешательства. Договорный характер их возникновения прямо указывает на их законного правообладателя — того лица, на которого и регистрировалось доменное имя.

Даже в отсутствие законодательного регулирования едва ли можно найти препятствия для защиты прав на объект, легитимным образом возникший из договорных отношений.

Отмеченное указывает на близость режима доменных имен с режимом объектов права собственности.

Как указывал Л. А. Лунц, «международная торговля, являющаяся основной сферой международного сотрудничества, неизбежно связана с тем, чтобы в каждом государстве признавались, в известных пределах, субъективные гражданские права, и прежде всего право собственности, возникшие под действием зарубежных законов»¹⁴⁴. Н. А. Новикова отмечает: «на международном уровне провозглашается право каждого как на единоличное, так и на совместное с иными лицами обладание имуществом и обязанность каждого государства устанавливать справедливый режим в том, что касается приобретения и реализации любых вещных прав. Эти нормы создают минимальный международный стандарт в сфере вещных прав»¹⁴⁵.

Хотя права на доменное имя и не являются вещными, их унифицированный экстерриториальный режим в совокупности с саморегулированием правил их возникновения, возможностью существования только одного уникального доменного имени и обладания этими правами только у одного лица существенным образом сближают эти объекты с объектами права собственности.

Между тем международный режим имущества, закрепленный в том числе в ст. 1 Протокола № 1 Конвенции о защите прав человека и основных свобод¹⁴⁶, понимается в широком смысле международным правоприменителем. Так, Л. В. Сагдеева, проведя глубокий анализ понимания этой категории Европейским судом по правам человека, приводит один из вариантов толкования этого термина, в который включено «„существующее“ и принадлежащее лицу „имущество“ (денежные средства, ценные бумаги, транспортные средства, жилые помещения (дома, квартиры), земельные участки, строения, имущественные комплексы (предприятия), средства индивидуализации, объекты авторского права и другие блага, имеющие имущественную ценность)»¹⁴⁷. Она же указывает: «автономность рассматриваемого Конвенцией понятия имущества позволяет Европейскому суду весьма лояльно относиться к его содержанию и включать в него не только материальные вещи в традиционном их понимании, но и... доменное имя»¹⁴⁸.

Речь идет об известном деле Paeffgen GMBH v. Germany¹⁴⁹, в котором Европейский суд причислил доменные имена к категории имущества. Тем не менее конкретная категория этого имущества не была названа, что не внесло ясности для национальных законодателей и правоприменителей и породило противоречивые взгляды на то, к какому из объектов гражданских прав можно относить доменные имена¹⁵⁰.

Вместе с тем данное решение явным образом указывает на наднациональный правовой режим доменных имен как имущества (именно в том понимании этого термина, которое придает ему международный правоприменитель)¹⁵¹, что наделяет их определенной экстерриториальной охраной и, очевидно, признает их объектами гражданских прав.

Экстерриториальность Интернета, признание доменных имен как объектов гражданского права на международном уровне, отсутствие территориальных ограничений прав на них обусловливают и отсутствие территориальных ограничений их осуществления.

Последнее связано и с нематериальной сущностью доменных имен. Как отмечал В. А. Дозорцев, «натуральные свойства нематериального объекта легко позволяют использовать его за границей и тем самым обойти запреты на использование, установленные национальным законодательством, имеющим лишь территориальное действие»¹⁵².

При регистрации доменного имени администратор вправе его использовать и распоряжаться им в пределах, установленных правилами для соответствующей доменной зоны. Вне зависимости от того, зарегистрирован ли домен в зоне ccTLD или gTLD, администратор после регистрации доменного имени приобретает на него абсолютное право, включающее в себя правомочия использования и распоряжения, которые не ограничены территориально. Это означает, что, с одной стороны, администратор правомочен использовать доменное имя на любой территории (выбирать, на какой территории он будет вступать в правоотношения по поводу этого доменного имени или осуществлять деятельность в случае размещения интернет-ресурса под доменным именем: например продавать товары или оказывать услуги только в пределах одного или двух государств), и, с другой стороны, что любое лицо, вне зависимости от территории его проживания, нахождения и т. д., вступая в правоотношения с администратором, обязано воздерживаться от нарушения прав администратора.

Потенциальная неограниченность территориальной направленности доменного имени и интернет-ресурса под ним как раз и обусловливает невозможность применения к осуществлению прав на него территориальных ограничений: к примеру, доменное имя, зарегистрированное в российской зоне, может использоваться для оказания услуг на территории всех стран СНГ; доменное имя зоны com может равным образом использоваться как информационный ресурс, направленный на территорию всех стран мира, так и как площадка для торговли, направленная на жителей одного российского города (что не мешает ей впоследствии расшириться до нескольких городов и охватить, например, несколько городов ближнего зарубежья).

Равным образом права на доменное имя могут отчуждаться или передаваться во временное использование гражданам любых государств, при отсутствии ограничений на это в правилах соответствующей зоны.

Добавим также, что специальных указаний закона о возникновении прав на доменное имя (равно как и указаний на природу этих прав) в Российской Федерации сегодня нет. Права возникают в силу регистрации доменного имени, которая происходит после заключения договора между регистратором и будущим администратором.

Регистрация — внесение в реестр сведений о доменном имени — будет юридическим фактом, указывающим на момент возникновения как самого объекта, так и прав на него. Текущая тенденция установления юрисдикции ряда государств над «своими» национальными доменными зонами не играет роли в определении того, имеет ли право на доменное имя территориальное действие. Это связано не только с экстерриториальным характером Интернета, но и с отсутствием международных соглашений, регулирующих сферу доменных имен¹⁵³. Кроме того, на практике многие национальные доменные имена не привязаны к территории соответствующего государства¹⁵⁴.

Во-первых, зачастую эта юрисдикция ограничивается установлением исключительной компетенции судебными органами или органами исполнительной власти соответствующего государства рассматривать споры, связанные с их национальными доменными зонами. При этом круг споров не является безграничным — так, например, в Российской Федерации установлена исключительная судебная юрисдикция на рассмотрение споров, связанных с защитой прав потребителей¹⁵⁵ и в случае предполагаемого нарушения права на средство индивидуализации (разумеется, действующего в России) в доменах определенных доменных зон¹⁵⁶ (напомним при этом о неопределенности понятия «российская национальная доменная зона»).

Можно сказать, что установление юрисдикции обусловлено частными случаями недобросовестного использования доменного имени, нарушающего те или иные права, действующие на территории соответствующего государства.

Во-вторых, отношения в Интернете в принципе трудно могут быть определены территориально. Критерии определения направленности интернет-ресурсов на соответствующую территорию для различных правоотношений только формируются во многих государствах и, кроме того, меняются с годами и отличаются от страны к стране. Одним из таких критериев постепенно становится доменное имя (подробнее об этом в параграфе 3.1).

Вместе с тем для некоторых правоотношений фактическая направленность имеет мало значения: достаточно лишь наличия признака, позволяющего отнести ту или иную информацию к запрещенной, вне зависимости от того, была ли она направлена на граждан той или иной страны. Например, интернет-ресурс с информацией, являющейся в Российской Федерации запрещенной к распространению, будет заблокирован без учета того, в какой зоне зарегистрировано доменное имя, и на кого фактически эта информация была направлена.

В-третьих, направленность имеет значение в контексте использования доменного имени, притом использования определенными способами. Так, если доменное имя явным образом направлено на территорию того или иного государства (государств), представляется, что его использование должно быть осуществлено в соответствии с действующем законодательством такого государства (государств). Например, оно не должно использовать объекты интеллектуальной собственности, права на которые действуют в этих странах, содержать информацию, считающуюся запрещенной даже в одном из этих государств.

Таким образом, направленность как критерий для определения юрисдикции не ограничивает возможности использования доменного имени на других территориях, но определяет правила такого использования.

В 2002 году В. О. Калятин отмечал: «регистрация доменного имени в конкретном домене не предоставляет автоматически права на любое использование данного доменного имени в иных странах. Поскольку формы и условия использования доменного имени в каждой стране будут различаться, то нельзя говорить о существовании единого для всего мира права на доменное имя. Отсюда следует, что право на доменное имя... имеет территориальные пределы действия»¹⁵⁷.

Развитие интернет-ресурсов до сегодняшних реалий показало, что фактического территориального предела действия у доменных имен нет. Например, довольно трудно представить территориальное ограничение доменных имен google.com, wikipedia.org, youtube.com и т. д. Их использование направлено, по сути, на территории любого количества государств.

Представляется, что потенциальная возможность использования одного доменного имени во многих странах (что предполагает и направленность интернет-ресурса, содержащегося под доменным именем, на эти страны) означает лишь необходимость соблюдения соответствующего законодательства этих стран. Безусловно, при отличии законодательного регулирования тех или иных институтов в различных государствах администратор обязан предусмотреть такое использование доменного имени, которое не нарушало бы прав на территории государств, в которых он собирается вести деятельность.

В случае такого соблюдения и одинаково добросовестного использования доменного имени осуществление прав на него в рамках использования будет равным образом проводиться в этих государствах.

При этом отметим, что территориальные пределы осуществления прав сегодня если и существуют, то зависят исключительно от воли администратора: только он, как фактический правообладатель доменного имени, может выбирать, где и каким способом его использовать. Потенциально же территориального ограничения у прав на доменные имена нет.

Проиллюстрировать это сегодня можно на примере уже упомянутых крупных интернет-ресурсов: Google, YouTube, Facebook и т. д. Все указанные ресурсы равным образом действуют в десятках государств; при этом условия их использования для пользователей определяются соответствующими соглашениями, размещенными на сайтах. Соблюдение законодательства того или иного государства достигается не только составлением правил, учитывающих общие законодательные требования к содержанию информации на этих ресурсах, но и взаимодействием с соответствующими органами тех или иных государств.

С точки зрения права доменные имена как указанных организаций, так и любых других администраторов (пусть даже не посещаемые или зарегистрированные, но не используемые) изначально ничем не отличаются. Тот же youtube.com мог быть использован для предоставления узконаправленных услуг в пределах одного города или как простой информационный ресурс: при этом первоначально отношение к администратору данного доменного имени с точки зрения права будет таким же, как и к администратору любого другого (конечно, без учета тех или иных особенностей использования информационного ресурса, размещенного под доменным именем).

Учитывая это, отметим еще раз, что права на доменные имена не содержат территориальных ограничений и потенциально могут быть реализованы в любом государстве и вне пределов государств. Такая реализация зависит от того, на какие государства направлена деятельность, ведущаяся под доменным именем. Соответственно, территориальные ограничения осуществления прав на доменные имена обусловлены не законодательным режимом, а волеизъявлением их правообладателей.

Отсутствие охвата вариаций, незначительно отличающихся от объекта исключительных прав

Иная характеристика, применимая к исключительным правам — охват вариаций, незначительно отличающихся от объекта исключительных прав — также не относится к доменным именам.

Регистрация доменного имени, отличающегося на одну букву от уже существующего в одной доменной зоне, возможна без каких-либо ограничений (если абстрагироваться от возможных конфликтов доменных имен со средствами индивидуализации, можно предположить регистрацию доменных имен yadex.ru и gogle.com). При такой регистрации и добросовестном использовании соответствующего доменного имени его администратор по российскому законодательству не будет нарушать чьих-либо прав. Это связано с ограниченным перечнем требований к доменным именам, о которых было сказано ранее.

Отдельные попытки защиты доменных имен от подобных регистраций сегодня не свидетельствуют об успешности. Отметим снова сервис TrueName, который упоминался ранее. На сайте данного сервиса указано, что TrueName — новые расширения доменов, которые защищают их администраторов от регистрации схожих доменных имен третьими лицами¹⁵⁸. При этом защита осуществляется только от замены символов в доменных именах на аналогичные символы из других алфавитов (например, замена латинской «o» на кириллическую или греческую «о»). Во многих доменах в технических требованиях к регистрации указывается использование только букв одного алфавита — чаще всего, латинского. По сути, предлагаемая TrueName защита от регистрации аналогичных символов других алфавитов возможна лишь в тех случаях, когда наименование домена может включать в себя одновременно символы из нескольких алфавитов. Такие случаи весьма редки и, конечно, не защищают от ситуаций, указанных выше. Так, вполне можно зарегистрировать доменное имя truname.domains, отличающееся лишь на одну букву от собственного наименования этого сервиса. Можно сказать, что сегодня проблема регистрации доменных имен, сходных с уже существующими, не решена. Кроме того, решение этой проблемы проводится не на законодательном уровне, на котором доменные имена попросту игнорируются, а в рамках саморегулирования данной отрасли, носящей характер «мягкого права».

Негативные факторы игнорирования факультативной индивидуализирующей функции доменных имен

В российском законодательстве была попытка включить доменное имя в перечень средств индивидуализации.

Уже указанным проектом части четвертой ГК РФ предлагалось распространение исключительных прав на доменные имена, «зарегистрированные в зоне, охватываемой доменами первого уровня, закрепленными за Российской Федерацией в общепринятом порядке»¹⁵⁹.

Помимо этого, проектом были предложены нормы об отчуждении прав на доменное имя, передаче прав путем заключения лицензионного соглашения, о возможности оспаривания и признания недействительным предоставления ему правовой охраны.

Указанная идея не нашла своего отражения в итоговой версии четвертой части ГК РФ. А. П. Сергеев, комментируя исключение данного параграфа, отмечает: «с этим решением следует полностью согласиться, поскольку попытка регламентировать отношения, связанные с доменными именами, в одной отдельно взятой стране была заранее обречена на провал. Сказанное вовсе не означает, что доменные имена не относятся к средствам индивидуализации и что связанная с ними область отношений вообще не должна затрагиваться правом. Однако делать это следует постепенно, не совершая необдуманных действий, учитывая международный и накапливая собственный опыт. Во всяком случае, в настоящее время нет острой потребности в полной замене общественного регулирования отношений по доменным именам государственным»¹⁶⁰. Данная позиция представляется справедливой.

Впоследствии доменное имя недолгое время содержалось в норме подп. 3 п. 9 ст. 1483 ГК РФ¹⁶¹ как основание для отказа в регистрации в качестве товарного знака обозначения, тождественного доменному имени. Указанная норма, вероятно, была включена «по остаточному принципу» в часть четвертую ГК РФ, итоговая редакция которого не относила доменные имена к объектам интеллектуальной собственности. Хотя она нуждалась в дополнительном разъяснении, все же представлялась оправданной и логичной. Отметим, что на сегодняшний день невозможна регистрация товарных знаков, использующих ранее зарегистрированные доменные имена, во Франции¹⁶², в Италии¹⁶³, Туркменистане¹⁶⁴.

Исследователи отмечают, что в Австрии доменное имя может охраняться в качестве средства индивидуализации в случае его использования в предпринимательской деятельности¹⁶⁵. При этом, «если доменное имя используется лишь как способ адресации, на него распространяется субъективное право на имя, носящее личный характер, с соответствующими правомочиями по его защите»¹⁶⁶.

Видится неразумным игнорирование отечественным законодателем возможной функции индивидуализации юридических лиц, товаров, услуг и предприятий, имеющейся у доменных имен. Несмотря на то, что данная функция является факультативной, как показывает практика, она нередко успешно реализуется рядом компаний, задействованных в электронной коммерции. Для них доменное имя становится главным идентификатором, используемым при индивидуализации своей компании, товаров и услуг. Единственным возможным выходом для таких компаний охранять и защищать свое доменное имя, трансформировавшееся из простого средства адресации в полноценное средство индивидуализации, от возможных злоупотреблений, включая недобросовестную конкуренцию, является регистрация одноименного товарного знака. Вместе с тем, поскольку «возможность регистрации в качестве доменного имени обозначения определенного вида товаров или услуг является... отличием доменных имен от товарных знаков»¹⁶⁷, такая регистрация допустима далеко не всегда.

Подобная ситуация не представляется адекватной текущим реалиям. В то же время действовавшая ранее норма, которая сама по себе запрещает регистрацию товарного знака, тождественного ранее зарегистрированному доменному имени, без дополнительных указаний на то, что именно является тождественностью¹⁶⁸, должно ли такое доменное имя использоваться; если должно, то в отношении каких товаров или услуг¹⁶⁹ и т. д., видится также не вполне доработанной. Вероятно, законодатель, не желая проводить дальнейшее разъяснение сложных вопросов, исключил доменные имена из оснований для отказа в регистрации товарных знаков.

При этом отсутствие регулирования этой отрасли приводит к положению, в котором возможна регистрация третьими лицами товарных знаков, тождественных или сходных с существующими и успешно функционирующими доменными именами. Такая регистрация может служить предпосылкой для судебного спора и, что наиболее вероятно, запрета добросовестному администратору использовать чужое зарегистрированное средство индивидуализации, которое появилось позже доменного имени (данный вопрос будет рассмотрен подробнее в параграфе 6.6). Отметим, что подобный запрет будет приводить к отчуждению доменного имени в пользу правообладателя, выигравшего спор.

Администратор не всегда защищен от подобных злоупотреблений правообладателей: в случае возникновения спора сохранность его доменного имени зависит фактически от того, захочет ли судья разбираться в обстоятельствах дела или вынесет решение на основании простого совпадения средства индивидуализации и доменного имени.

С одной стороны, в п. 158 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — постановление Пленума № 10) указано, что «по общему правилу, нарушением исключительного права на товарный знак является фактическое использование доменного имени, тождественного или сходного до степени смешения с товарным знаком, в отношении товаров, однородных с теми, для которых предоставлена правовая охрана этому товарному знаку». С другой, доказывание однородности в доменных спорах — не самый очевидный вопрос. Приведем два примера.

Товарный знак зарегистрирован в отношении 42 класса МКТУ, включающего «размещение компьютерных сайтов». В случае размещения сайта с любым содержанием под спорным доменным именем (который практически всегда есть) это может быть интерпретировано как деятельность, однородная услугам, охраняемым товарным знаком. Этого уже достаточно для признания нарушения и последующего прекращения права на доменное имя у администратора.

Аналогичную ситуацию можно представить при регистрации товарного знака в классе 38 МКТУ, включающем «передачу сообщений и изображений с использованием компьютера», «передачу цифровых файлов». Если с сайта под спорным доменным именем приходила рассылка пользователям, включающая текст и изображения, эту деятельность при поверхностном толковании также можно признать однородной охраняемым товарным знаком услугам. Равным образом в случае любых онлайн-консультаций на сайте под доменным именем можно говорить об однородности деятельности, поскольку она может быть отнесена к передаче сообщений и изображений с использованием компьютера, что недопустимо (подробнее указанный вопрос будет рассмотрен в параграфе 5.4.2). Подобных примеров действий, которые могут быть совершены недобросовестно с целью получения желаемого доменного имени, можно привести множество.

Представляется, что возвращение нормы о запрете регистрации в качестве товарного знака зарегистрированных доменных имен, используемых в коммерческой деятельности, может способствовать сбалансированию интересов администраторов и правообладателей товарных знаков. Такая ситуация не будет приводить к необходимости признания доменных имен в качестве средства индивидуализации и сделает защищенными права администраторов.

Для администраторов, доменные имена которых используются в коммерческой деятельности и выполняют функцию средства индивидуализации товаров, работ, услуг, юридических лиц и предприятий, данная норма будет служить гарантом охраны их имен от возможных злоупотреблений, лишит их необходимости регистрации товарного знака, тождественного или сходного с доменным именем (что, как уже указывалось, не всегда возможно), для дополнительной защиты доменных имен.

Кроме того, в случае, если администратор пожелает зарегистрировать такой товарный знак, он, несомненно, будет обладать приоритетным правом перед третьими лицами как правообладатель доменного имени.

При этом с учетом тенденции установления государственной юрисдикции над национальными доменными зонами указанную норму можно распространить исключительно на доменные имена, зарегистрированные в зонах рф, ru и su, поскольку управление этими зонами осуществляется компаниями, находящимися в ведении российской юрисдикции, и напрямую с ней связано¹⁷⁰. Кроме того, запрет на регистрацию в качестве товарных знаков доменных имен, используемых в коммерческой деятельности, может быть установлен в отношении тех товаров и услуг, которые предлагаются посредством доменного имени. Отметим, что в зарегистрированных в качестве товарных знаков доменных имен домен верхнего уровня, как правило, является неохраняемым элементом. С учетом этого распространение запрета на регистрацию товарного знака, тождественного доменному имени, может быть установлено как в отношении доменов второго уровня, зарегистрированных в зонах .ru, .рф и .su, так и в отношении доменных имен в этих зонах целиком.

Представляется также важным выработать подходы по определению добросовестности администраторов доменных имен, тождественных или сходных до степени смешения с существующими средствами индивидуализации (подробнее данный вопрос будет рассмотрен в главах 4—7).

Отметим, что Верховный Суд Российской Федерации в п. 33 постановления Пленума № 10 от 23.04.2019 отнес доменные имена к числу результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, не охраняемых частью четвертой ГК РФ. Пленум указал также, что охрана доменных имен (наряду с наименованиями некоммерческих организации и названий СМИ) осуществляется, таким образом, на основании общих положений ГК РФ.

Остается неясным смысл отнесения доменных имен к неохраняемым объектам интеллектуальной собственности. В. В. Архипов справедливо отметил: «неохраняемые РИД для права интеллектуальной собственности de jure не существуют»¹⁷¹. Указание на то, что тот или иной объект не относится к объектам интеллектуальной собственности, предполагает неприменение к нему соответствующих законодательных положений, сужая его правовую охрану. Впрочем, иной позиции придерживается А. П. Сергеев, указывающий на возможность «применения соответствующих правил части четвертой ГК РФ по аналогии закона при защите тех объектов интеллектуальной собственности, которые прямо не упомянуты в кодексе»¹⁷². И. А. Близнец, комментируя приведенный пункт постановления, отметил: «подход, согласно которому доменное имя не относится к СИ [средству индивидуализации], поскольку оно прямо не названо в ст. 1225 ГК РФ, неоправданно сужает сферу правового воздействия и противоречит сложившейся судебной практике»¹⁷³.

Следует отметить, что в научных трудах уже встречалась концепция признания доменного имени как неохраняемого результата интеллектуальной деятельности¹⁷⁴, которая была подвергнута критике некоторыми учеными¹⁷⁵.

Считаем, что признание доменных имен как неохраняемых результатов интеллектуальной деятельности не решает, как и вышеприведенный вывод постановления Пленума № 10, актуальные практические задачи.

Вопрос о природе доменных имен, таким образом, и на сегодняшний день представляется нерешенным на уровне ни законодательства, ни судебной практики. Отнесение доменных имен к неохраняемым объектам интеллектуальной собственности не имеет ни теоретического, ни практического значения. Кроме того, в связи с закрытым перечнем объектов интеллектуальной собственности и отсутствием в нем доменных имен, вполне очевидным является то, что в соответствии с действующим законодательством они относятся к иной категории объектов гражданских прав.

Учитывая это, перейдем к последней категории объектов гражданских прав, к которой могут быть отнесены доменные имена — имуществу.

1.3.4. Доменное имя как имущество

В качестве некоторых видов последнего законодатель указал имущественные права — безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права, т. е. объекты, не имеющие объективного выражения в материальном мире, однако по поводу которых могут возникать, изменяться и прекращаться правоотношения. При этом ввиду нематериальности объектов в обороте выступают права на них, являющиеся имущественными.

В основном отечественная доктрина и правоприменительная практика рассматривают имущественные права применительно к вещным, обязательственным, либо интеллектуальным правам.

Так, в 2003 г. А. С. Яковлев определял имущественное право как «субъективное гражданское право, выступающее средством реализации имущественного интереса, имеющее денежную оценку, не присущее субъекту изначально в силу самого факта его существования и обладающее признаком отчуждаемости», указывая, впрочем, на то, что к числу имущественных прав «относятся вещные, обязательственные (включая корпоративные) и исключительные права»¹⁷⁶. Несмотря на то, что право на доменное имя полностью подходит под указанное определение, едва ли можно относить его к какой-либо из названных категорий. Вещные правоотношения не могут применяться к доменным именам ввиду отсутствия на них права собственности (нельзя говорить о владении доменными именами). Обязательственное правоотношение по поводу доменного имени является лишь одним из правоотношений, в которых состоит администратор, и обусловлено исключительно природой возникновения доменных имен — само право на доменное имя выходит за пределы этого обязательственного правоотношения, хотя и существует во взаимосвязи с ним (подробнее об этом в параграфе 2.1). Хотя возникновение прав на доменное имя обусловлено заключением договора и совершением одной из его сторон — регистратором — действий, установленных этим договором, едва ли следует относить право на доменное имя к обязательственному. После регистрации доменного имени администратор получает на него абсолютное право, которое и является имущественным, и которое участвует в обороте. До регистрации этого права не существует, а правоотношения между администратором и регистратором носят обязательственный, относительный характер.

Рассмотрение абсолютных имущественных прав производится, как правило, применительно к вещным и исключительным. На это обращает внимание и М. А. Рожкова, справедливо предлагающая охватывать категорией имущественных прав и права на новые нематериальные объекты¹⁷⁷. С. А. Синицын указывает: «в гражданском обороте доменные имена имеют вполне конкретное и самостоятельное назначение — «идентификация бизнеса и частных лиц», их использование порождает спрос и предложение на рынке, а следовательно, есть объективные основания для отнесения прав на них к числу имущественных, требующих специального регулирования вне связи с исключительными правами»¹⁷⁸. А. С. Джабаева выделяет в качестве необходимых признаков имущественных прав передаваемость и возможность денежной оценки, понимая под самим имущественным правом «самостоятельный объект оборота, который не пересекается с вещами и не является разновидностью вещей»¹⁷⁹. Приведенные признаки (которыми, безусловно, обладает доменное имя) равным образом указывают на куда больший охват объектов категорией имущественных прав, нежели вещей и объектов интеллектуальной собственности.

Согласимся со следующим положением: «все новые нематериальные объекты могут рассматриваться в качестве объектов гражданских прав (объектов абсолютных прав, носящих имущественный характер), но в силу естественных свойств — свойства нематериальности — они не могут становиться объектами гражданского оборота. Как и в случае с РИД и маркетинговыми обозначениями, свойством оборотоспособности будут обладать лишь права на новые нематериальные объекты»¹⁸⁰. Подобной позиции придерживается и Л. А. Чеговадзе: «имущественное право само по себе в отрыве от его объекта необоротоспособно, в обороте участвует не право как таковое, а те предметы и явления, которые выступают его объектом»¹⁸¹.

Поддерживая обе позиции, отметим, что поскольку доменное имя является нематериальным объектом и не может существовать без регистрации и «привязки» к конкретному субъекту-правообладателю, в гражданском обороте будет участвовать не доменное имя как таковое, а право на него. В российской научной литературе содержится ряд исследований, авторы которых придерживаются аналогичной позиции¹⁸².

Соответственно, и правоотношения, возникающие по поводу доменных имен, могут быть связаны как с совокупностью правомочий, относящихся к праву на доменное имя, так и с их частью.

Таким образом, доменное имя относится к имуществу в соответствии с действующей редакцией ГК РФ. Право на доменное имя, включающее в себя комплекс правомочий, является абсолютным имущественным правом и выступает в гражданском обороте в правоотношениях, возникающих по поводу доменного имени.

Подобную позицию можно встретить и в отдельных актах правоприменительной практики. В одном из судебных актов было указано: «Учитывая, что информационная технология имеет определенную ценность и может быть предметом сделки, доменное имя, право его администрирования следует квалифицировать как имущественное право, заключающееся в возможности лица, зарегистрировавшего доменное имя, разместить в сети Интернет информационный ресурс, доступ к которому осуществляется пользователем сети Интернет путем набора определенных символов, составляющих доменное имя. Таким образом, доменное имя относится к объекту гражданских прав»¹⁸³. В другом деле суд отметил: «права администрирования доменов и права учредителя СМИ выступают в гражданском обороте в качестве самостоятельных объектов гражданских прав, отчуждение одного объекта не влечет передачу прав на другой объект. Постановлением суда кассационной инстанции по настоящему делу установлено, что права администрирования представляют собой актив, имеющий определенную ценность, и является самостоятельным предметом сделки»¹⁸⁴. В одном деле суды нескольких инстанций последовательно высказывали позицию о том, что доменное имя может являться предметом аренды (и, следовательно, к соответствующим договорам в полной мере применимы положения о договорах аренды). В акте ВС РФ по этому делу было отмечено, что «право на доменное имя и право его администрирования представляют собой имущественные права»¹⁸⁵.

Впрочем, несмотря на популярную позицию о праве на доменное имя как имущественном и абсолютном, зачастую его содержание не раскрывается, а на вопрос о том, что же все-таки относится к имущественному праву: право на доменное имя в целом, право на использование¹⁸⁶ или администрирование¹⁸⁷, еще не сложилось единого мнения.

Отметим, что в научной литературе можно встретить и другие версии об отнесении доменных имен к тому или иному объекту гражданских прав: sui generis объект нематериальной собственности¹⁸⁸, виртуальное имущество¹⁸⁹.

В понимании последнего пока что не существует единого мнения среди ученых, поскольку данная категория в настоящее время разрабатывается на теоретическом уровне. Так, О. Г. Лазаренкова указывает, что «в качестве виртуального имущества... в юридической литературе рассматривают обычно нематериальные объекты, которые имеют экономическую ценность, но могут быть использованы лишь в виртуальном пространстве»¹⁹⁰ .

Представляется, что при отсутствии соответствующего круга объектов в гражданском законодательстве едва ли стоит причислять к нему объекты существующие, поскольку это делает невозможным как теоретическую разработку последних, так и практическое применение правовых норм. Кроме того, видится, что сегодня регулирование доменных имен (равно как и иных видов виртуального имущества) вполне может осуществляться с помощью общих положений гражданского законодательства.

Подробнее преимущества и недостатки выбранных подходов представлены в табл. 3.

Таблица 3

Преимущества и недостатки подходов об отнесении доменных имен к той или иной категории объектов гражданских прав

Подход

Преимущества

Недостатки

Отнесение доменных имен к средствам индивидуализации

1. Позволяет сбалансировать права администраторов с исключительными правами на средства индивидуализации, что исключит возможность злоупотребления правообладателями последних.

2. Направлен на законодательную унификацию регулирования доменных имен и правоотношений, возникающих по поводу них.

3. Предполагает на законодательном уровне отнести доменные имена к четко определенному виду гражданского права.

4. Предполагает абсолютность прав администратора

1. Признает в качестве средства индивидуализации любое доменное имя, используемое или неиспользуемое, используемое для коммерческих или некоммерческих целей.

2. Противоречит законодательному регулированию средств индивидуализации, относящихся к юридическим лицам, товарам, работам, услугам и предприятиям. Не каждое доменное имя индивидуализирует указанный объект.

3. Права на доменное имя не обладают некоторыми чертами исключительных прав:

территориальностью;

охватом вариаций, незначительно отличающихся от доменного имени.

4. Делает акцент на факультативной функции доменных имен, реализация которой не обязательна и, кроме того, не всегда осуществляется

Отнесение доменных имен к неохраняемым результатам интеллектуальной деятельности

1. Позволяет, вероятно, определенным образом создать баланс между администраторами и правообладателями охраняемых законодательством об интеллектуальной собственности результатов интеллектуальной деятельности

1. Оставляет неясным правовое регулирование доменных имен, прав на них.

2. Не решает практические задачи.

3. Вынуждает продолжать поиск подходов к определению баланса между администраторами и правообладателями охраняемых результатов интеллектуальной деятельности с учетом применения положений общих норм гражданского законодательства

Отнесение доменных имен к имуществу

1. Позволяет признать право на доменное имя абсолютным.

2. Предполагает четкое отнесение доменных имен к существующему в законодательстве объекту гражданских прав.

3. Не делает акцент на факультативной функции доменных имен, базируясь на основных — адресации и индивидуализации интернет-ресурса

1. Отсутствие в доктрине исследований имущественных прав, относящихся не к вещным, обязательственным или исключительным правам.

2. Необходимость поиска самостоятельных подходов для сбалансирования прав администраторов и правообладателей охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, с учетом факультативной функции доменных имен

Во многих иностранных юрисдикциях вопрос об отнесении доменных имен к тому или иному типу объектов гражданских прав также представляется неоднозначным. Данное утверждение справедливо для Казахстана¹⁹¹, Беларуси¹⁹², США¹⁹³.

В Соединенном Королевстве последнее (на апрель 2021 г.) судебное решение по доменному спору, вынесенное Высоким Судом Лондона, определило доменные имена как объект личной нематериальной собственности¹⁹⁴. К. В. Нам указывает, что «немецкий правопорядок квалифицировал право на доменное имя в качестве обязательственного права, а не абсолютного»¹⁹⁵. Украинские исследователи относят доменное имя к средствам индивидуализации¹⁹⁶. Отметим украинскую «Концепцию реформирования государственной системы правовой охраны интеллектуальной собственности в Украине», в которой национальному органу интеллектуальной собственности вменена обязанность по осуществлению деятельности, связанной с охраной нетрадиционных объектов интеллектуальной собственности и других результатов интеллектуальной деятельности, к числу которых отнесены доменные имена¹⁹⁷.

Глава 2.
ПРАВООТНОШЕНИЯ АДМИНИСТРАТОРА ДОМЕННОГО ИМЕНИ : ВЗАИМОСВЯЗЬ И ХАРАКТЕРИСТИКА

2.1. Взаимосвязь правоотношений администратора

Настоящая глава посвящена системе правоотношений администратора доменного имени. Разграничение договорного отношения с регистратором и абсолютного правоотношения позволят определять момент возникновения доменного имени, учитывать ограничения осуществления права на него, связанные с договором между регистратором и администратором, и многие другие вопросы. Кроме того, будут рассмотрены проблемы изменения и расторжения договоров с регистратором, а также содержание абсолютного права администратора.

Отмеченная ранее возрастающая ценность доменных имен делает их не только ценным экономическим, но и маркетинговым инструментом компаний.

Рассел Л. Парр относит к нематериальным активам, связанным с маркетингом, в числе прочих, доменные имена¹⁹⁸. Н. Степанцева указывает: «доменное имя является эффективным и современным инструментом для продвижения товарного знака (рекламы и маркетинга) и, соответственно, услуг... Значимость доменных имен в оценке товарных знаков весьма актуальна, так как товарный знак индивидуализирует товары, выполненные работы, а непосредственно доменное имя влияет на общую стоимость портфеля интеллектуальной собственности»¹⁹⁹.

Изложенное указывает на важность определения не только правового режима доменных имен, но и характеристики правоотношений их администраторов. В. С. Ем отмечал, что для «полной характеристики любого правоотношения необходимо:

– установить основания его возникновения, изменения и прекращения;

– определить его субъектный состав;

– выявить его содержание, а также структуру данного содержания;

– показать, что является его объектом»²⁰⁰.

C учетом этого рассмотрим возникновение обоих правоотношений и отметим их взаимосвязь, после чего дадим их характеристику и раскроем содержание каждого из них.

С одной стороны, администратор состоит в правоотношении с регистратором доменных имен, возникающем при заключении договора, с другой — с третьими лицами. Последнее первоначально возникает при регистрации доменного имени, однако его возникновение также может быть обусловлено передачей права на доменное имя от другого лица.

Рассмотрим возникновение правоотношений на примере регистрации доменного имени.

Оба правоотношения обусловлены заключением договора с регистратором, но их возникновение всегда происходит неодновременно. Это связано с тем, что первое возникает при заключении договора, а второе — с момента выполнения одного из обязательств по этому договору регистратором — регистрацией доменного имени. Доменное имя начинает существовать после регистрации; в этот же момент администратор становится его правообладателем и вступает во второе правоотношение — между ним и всеми третьими лицами. Отметим, что временной промежуток между заключением договора и регистрацией доменного имени фактически может составлять несколько минут, что связано с автоматизированными процессами выполнения большинства обязательств регистраторами. Несмотря на это, важно отличать момент возникновения обоих правоотношений.

На протяжении всего срока существования доменного имени оба правоотношения находятся в тесной взаимосвязи: существование второго прямо зависит от существования первого. При передаче прав на доменное имя эта взаимосвязь прекращается у предыдущего и возникает у нового лица; в этом случае обязательственное правоотношение также появляется раньше абсолютного.

Подобный дуалистический характер правоотношений администратора (наличие, с одной стороны, относительных, с другой — абсолютных правоотношений) позволяет сравнить их с правоотношениями арендатора по поводу временного пользования имущества, конечно, с рядом оговорок²⁰¹.

Не углубляясь в содержание дискуссии о характеристике содержания прав последнего, идущей не одно десятилетие, отметим, что мы поддерживаем позиции ученых, указывающих на двойственность правоотношений арендатора. Так, М. В. Бандо отмечает: «по российскому гражданскому праву договор аренды создает не только относительное правоотношение между арендатором и арендодателем, но и абсолютное правоотношение между арендатором и третьими лицами («всяким и каждым», кто должен не препятствовать арендатору в осуществлении владения и пользования объектом аренды)»²⁰². Подобной позиции придерживаются А. О. Рыбалов²⁰³ и М. Ф. Казанцев²⁰⁴. Е. В. Подузова указывает: «в случаях, когда сделка порождает внутреннее (относительное обязательственное) и внешнее правоотношения (абсолютное правоотношение титульного владения), например в силу договоров аренды, найма, ссуды, то абсолютное и относительное правоотношения существуют в параллельных плоскостях, без какого-либо пересечения»²⁰⁵. Поддерживая сказанное, укажем, что оно верно и к правоотношениям администратора, имеющего два возникающих в разное время, но существующих параллельно и во взаимосвязи правоотношения.

Относительное правоотношение между администратором и регистратором

Первое правоотношение — между администратором и регистратором — носит относительный и обязательственный характер. Поскольку «в относительных правоотношениях обладатели субъективных прав имеют дело с четко определенными обязанными лицами»²⁰⁶, а администратор всегда вступает в правоотношение с четко определенным лицом — конкретным регистратором, — данное правоотношение является относительным. Указанное правоотношение возникает при заключении договора и является основанием возникновения второго — между администратором и третьими лицами. Как «арендатору принадлежит комплекс субъективных прав, вытекающих из одного юридического факта — договора аренды»²⁰⁷, так и администратору принадлежит комплекс прав, вытекающих из одного договора на оказание услуг.

При этом договор аренды также является основанием возникновения в первую очередь относительного правоотношения. Абсолютное правоотношение арендатора появляется несколько позже — при передаче соответствующего имущества. С момента передачи арендатор становится обладателем абсолютных прав на переданное ему имущество и вступает в правоотношения с третьими лицами²⁰⁸ .

Аналогичным образом можно охарактеризовать и правоотношения администратора: первое возникает при заключении договора и является основанием для второго; второе правоотношение начинает существовать с момента передачи права на доменное имя администратору.

Абсолютное правоотношение администратора

Правоотношение между администратором доменных имен и третьими лицами является имущественным и абсолютным. Г. Ф. Шершеневич выделял следующие признаки абсолютного права: обязанность всех лиц воздерживаться от действий, «несогласных» с этим правом, его выраженность в форме запрещений; возможность нарушения права со «стороны каждого лица» и, соответственно, возможность его защиты путем подачи иска «против каждого лица, нарушающего право»; установление права «независимо от воли пассивных субъектов» и приоритет абсолютного права над относительным при их столкновении²⁰⁹. Представляется, что право на доменное имя полностью отвечает всем признакам.

Касательно последнего признака укажем, что природа доменных имен ему не противоречит, как это может вначале показаться. Действительно, в данном случае возникновение права абсолютного обусловлено существованием права относительного (которое, в свою очередь, объясняется природой доменных имен как объекта цифрового мира и не предполагает иных случаев их возникновения) и полностью от него зависит. Вместе с тем приоритет абсолютного права администратора над остальными обязательственными отношениями, в которые он может вступать по поводу доменного имени, очевиден. Поэтому здесь скорее можно говорить о единственном исключении из правила приоритета абсолютного над относительным, поскольку второе в данном случае является основанием для первого и имеет первоначальный приоритет над ним. Будучи правопорождающим правоотношением, оно не может быть подвластно правоотношению, которое само же и создает.

Во всех остальных случаях оспаривание приоритета абсолютного над относительным едва ли возможно: так, администратор, предоставляющий третьему лицу во временное использование часть адресного пространства, относящегося к доменному имени (либо доменное имя целиком), может в любое время прекратить такое предоставление, компенсируя неустойку.

Следует также отметить, что абсолютность данного правоотношения в контексте его противопоставления всем третьим лицам несколько условна. А. П. Сергеев отмечает: «в абсолютных правоотношениях управомоченному лицу противостоит неопределенный круг обязанных лиц — все так называемые третьи лица. В таких правоотношениях управомоченное лицо удовлетворяет свои имущественные или личные интересы за счет собственных действий, в то время как все окружающие (третьи лица) должны либо воздерживаться от посягательств на сферу его интересов, либо признавать его право и считаться с ним»²¹⁰.

Поскольку изучаемое правоотношение возникает в цифровом пространстве, исключительно в Интернете, то и возникновение правоотношений между администратором и третьими лицами также происходит в цифровом пространстве²¹¹. Впрочем, учитывая распространенность Интернета, потенциальную возможность доступа к нему любого лица (и, соответственно, такую же потенциальную возможность вступления этого лица в любые правоотношения в Интернете), можно утверждать об абсолютности названного правоотношения. Представляется, что «абсолютность» правоотношений материального мира действует по тем же правилам в мире цифровом. Отсутствие того или иного лица в Интернете не может служить ограничением в характеристике данного правоотношения как абсолютного, поскольку любое лицо, даже не находясь ранее в Интернете (что уже сейчас достаточно сложно представить), в любой момент может получить к нему доступ и, соответственно, вступить в правоотношения с администратором²¹².

Справедливо и обратное: администратор доменного имени не может нарушить чужие права вне пространства Интернета, поскольку осуществление его прав происходит исключительно в цифровом пространстве.

Впрочем, отнесение названного правоотношения к абсолютным не является бесспорным в российской науке. Так, Ю. Ф. Вацковский не считает право администратора доменного имени абсолютным²¹³. С. А. Синицын, критикуя частноправовой характер базы данных, в которую заносятся сведения о доменных именах, указывает: «значение публичности данных реестра прав может считаться весомой гарантией охраны и защиты зарегистрированных доменных имен, но только в том случае, когда открытость и достоверность данных реестра гарантированы государством... Внесение записи в государственный реестр прав, по сути, означает государственное признание (подтверждение) права, в то время как базы данных доменных имен являются частным реестром, правила ведения которого и ответственность регистратора до настоящего времени четко не определены законодателем»²¹⁴. На основе в том числе этих положений, делается вывод о «невозможности безоговорочного признания права на доменное имя абсолютным»²¹⁵. При этом отметим, что в данной работе правоотношения администратора не разделяются (речь идет только об одном правоотношении).

Хотя указанное суждение не лишено оснований, представляется, что открытость и достоверность имеющихся данных соответствующего реестра на текущий момент гарантированы «мягко-правовыми» нормами и властно-подчиненной системой органов, управляющих адресацией²¹⁶.

Кроме того, часть данных в реестре вносится на основании сведений, указанных администраторами доменных имен. Как было указано ранее, достоверность этих сведений при регистрации имени не проверяется. Соответственно, во многом достоверность всех данных в реестре зависит не столько от лица, регистрирующего объект, сколько от его будущего правообладателя.

Таким образом, гарантия достоверности сведений связана, в указанной степени, не столько с негосударственностью реестра, сколько с алгоритмом регистрации доменных имен. Смена частно-правового порядка их регистрации на публично-правовой ситуацию с достоверностью не изменит. Изменения в данном случае могут произойти только в случае смены алгоритма предоставления сведений в реестр, которая будет неизбежно влечь их проверку, что на текущий момент видится трудно реализуемой задачей.

Между тем и отнесение всей деятельности регистраторов к публично-правовой едва ли возможно в текущих реалиях и исторически сложившейся традиции саморегулирования данной деятельности частными организациями.

Представляется, что возможность охраны и защиты прав администраторов доменных имен допустимы с учетом норм российского гражданского законодательства, предполагающего возникновение прав (и, следовательно, их охрану и защиту), в том числе из договоров и сделок между субъектами, которые совершенно не обязательно должны относиться к государственным организациям. Признание права, его охрана и возможность защиты, таким образом, возможны вне зависимости от того, из правоотношений между какими сторонами оно возникло.

Непризнание права абсолютным лишь на основании того, что его возникновение обусловлено непринадлежностью одной из сторон сделки к государственной организации (лишь в этом случае будет возможно ведение реестра, открытость и достоверность которого гарантированы государством), несет весьма серьезные последствия, фактически — дозволение любому лицу нарушать права администраторов и лишение права последних на защиту. Равным образом можно было бы говорить об отсутствии абсолютного права у арендаторов в тех случаях, когда регистрация договора аренды не обязательна: например аренда здания или сооружения на срок менее года (п. 2 ст. 651 ГК РФ). В этом случае реестра нет вообще, однако абсолютность права арендатора представляется бесспорной.

Учитывая, кроме того, что «монополия является в целом свойством абсолютных прав»²¹⁷, а права на доменные имена, бесспорно, являются монопольными²¹⁸, на наш взгляд, не остается сомнений, что все изложенное выше позволяет отнести право на доменное имя к абсолютным. Отметим, что эту позицию высказывали и другие исследователи²¹⁹,
а М. А. Рожкова также придерживается теории разделения прав на доменное имя на относительные, с одной стороны, и абсолютные —
с другой²²⁰.

Возникновение правоотношений и их длительность

Рассмотрим подробнее момент возникновения каждого правоотношения и их длительность.

Как уже было указано, доменное имя как объект начинает существовать после регистрации — внесения регистратором соответствующих записей в реестр²²¹. Записи, в свою очередь, производятся после заключения договора будущим администратором и регистратором и направления заявки последнему на регистрацию определенного доменного имени. Таким образом, первоначально относительное правоотношение администратора всегда появляется раньше абсолютного, поскольку последнее возникает вместе с объектом, на который оно направлено — с доменным именем, а первое — при заключении договора²²².

Договор о регистрации доменного имени относится к договорам возмездного оказания услуг. Условия таких договоров отражены на сайте регистратора²²³. Регистрация доменных имен — основная, но не единственная услуга, которая может оказываться по этому договору. Так, после регистрации регистратор на протяжении всего действия договора оказывает услуги по поддержке сведений о доменном имени. Правила зон .ru/.рф и определяют эту деятельность как «действия регистратора по внесению, изменению и удалению сведений в реестре, относящихся к доменному имени и его администратору»²²⁴.

Изначально данное обязательство лежит на регистраторе, осуществившем регистрацию доменного имени, и действует на протяжении всего существования последнего. Можно сказать, что поддержка сведений является акцессорным обязательством по отношению к обязательству по регистрации. В случае смены регистратора данное обязательство ложится на нового.

При прекращении обязательственных правоотношений на регистраторе лежит обязательство по удалению сведений из реестра (в случае окончания срока регистрации или преждевременного аннулирования) или по их изменению (в случае смены администратора).

Кроме того, в дополнение к указанным услугам многие регистраторы могут оказывать услуги хостинга, услуги по приобретению лицензий на компьютерные программы для создания сайтов или их удобного функционирования, защите данных администраторов в тех доменных зонах, где требований к обязательной защите нет, и многие другие. Кроме того, регистраторы оказывают услуги по продлению регистрации доменных имен, установке переадресации с одного доменного имени на другое, передаче прав на доменные имена другим администраторам, передаче функции поддержки сведений о доменных именах другим регистраторам или приему такой поддержки от них.

При этом все услуги не могут предшествовать юридическому факту, опосредующему создание доменного имени. Оказание услуг по использованию и распоряжению доменными именами, конечно, невозможно до возникновения их существования.

С учетом того, что условия договора определены одной из его сторон (регистратором) и могут быть приняты другой стороной (администратором)²²⁵ не иначе как путем присоединения к предложенному договору, данный договор является договором присоединения. Учитывая, что «регистратор не вправе отказать в регистрации выбранного пользователем доменного имени» на основаниях, не предусмотренных соответствующими Правилами²²⁶, данный договор является, кроме того, публичным. Подобной позиции придерживаются Е. Г. Афанасьева²²⁷ и А. И. Савельев²²⁸. Отметим также, что на относимость договора между администратором и регистратором к публичному прямо указывают Правила²²⁹. При этом, конечно, требования о том, чтобы договор между регистратором и администратором был публичным договором присоединения, регламентированы исключительно Правилами российских доменных зон.

Акцептом оферты в договорах об оказании услуг с регистратором считается в том числе поступление от администратора (заказчика) предварительной оплаты за услуги регистратора (исполнителя). Зачастую указывается на действия администратора по регистрации на сайте регистратора и получение прав доступа к личному кабинету как на принятие оферты.

Отметим, что любой договор регистратора должен содержать пункт о приоритете Правил соответствующей доменной зоны над условиями договора²³⁰. В свою очередь, Правила прямо указывают на то, что они регулируют отношения, возникающие в связи с регистрацией доменов в соответствующих доменных зонах.

В связи с этим условия и порядок оказания услуг по регистрации доменных имен, а также права и обязанности сторон в этих правоотношениях регламентированы в большей степени Правилами регистрации, чем договором.

Подобная ситуация распространена во всех доменных зонах, поскольку в каждой зоне существуют свои особенности регистрации, требования к доменным именам и администраторам²³¹.

Отметим, что в зонах .ru, .рф и .su существуют акты, посвященные процедурам смены регистратора, осуществляющего поддержку сведений о доменном имени²³², а также действиям регистратора в случае возникновения споров о доменных именах²³³. Оба документа являются приложением к Правилам этой зоны.

Таким образом, Правила регистрации доменных имен являются, по сути, нормативной базой, регулирующей относительное правоотношение регистратора и администратора. Подобное регулирование, являющееся, как было указано, «мягко-правовым», можно отнести к обычаям (ст. 5 ГК РФ). Кроме того, все документы, регламентирующие правоотношения, связанные с доменными именами, одной из сторон которых выступает регистратор, являются локальными нормативными актами.

Поскольку договор регистратора является публичным, началом возникновения правоотношений между ним и администратором считается получение регистратором акцепта администратора²³⁴.

Вместе с тем обязанность регистратора рассмотреть заявку на регистрацию доменного имени (и зарегистрировать его, если оно отвечает соответствующим требованиям) возникает не при получении акцепта, а с момента направления такой заявки администратором. Строго говоря, обязательственное правоотношение по поводу конкретного доменного имени возникает именно с момента направления заявки.

Подобное разграничение крайне важно, поскольку между получением акцепта и направлением заявки может пройти достаточно много времени. За этот период лицо может передумать регистрировать желаемое доменное имя, или же оно может быть зарегистрировано другим лицом. Кроме того, до направления заявки отсутствует определенность в том, какое именно доменное имя должно быть зарегистрировано.

Сами же правоотношения между администратором и регистратором по поводу доменного имени не оканчиваются после регистрации, поскольку на протяжении всего срока его существования регистратор несет обязательство по поддержке сведений о доменном имени. Последнее появляется у регистратора сразу после регистрации доменного имени и по умолчанию действует до ее окончания.

При отчуждении права на доменное имя относительное правоотношение у будущего администратора также возникает раньше абсолютного, поскольку для принятия права он должен вступить в правоотношение с регистратором, который осуществляет поддержку отчуждаемого доменного имени.

Таким образом, договорное правоотношение администратора по поводу доменного имени соотносится со сроком существования последнего²³⁵, но первоначально всегда возникает раньше²³⁶; последнее, в свою очередь, прямо зависит от существования первого.

Возвращаясь к моменту возникновения правоотношений, отметим, что исполнение обязательства по регистрации доменного имени порождает иные права и обязанности, которые после этого будут связаны с уже возникшим гражданско-правовым объектом.

В отличие от возникновения первого правоотношения (получение акцепта администратора регистратором), момент возникновения абсолютного правоотношения связан либо с регистрацией доменного имени, либо с передачей права на него от одного администратора к другому. При этом в обоих случаях абсолютное правоотношение корреспондирует отношению обязательственному: в первом случае постольку, поскольку регистрация доменного имени — обязательство регистратора по договору, порождающее объект гражданского права; во втором — поскольку перед принятием прав на доменное имя будущий администратор должен заключить отдельный договор с регистратором, осуществляющим поддержку сведений об этом доменном имени.

Отметим, что в вопросе о моменте возникновения абсолютного правоотношения при регистрации доменного имени в научной литературе не сложилось единого мнения²³⁷. Хотя в большей степени исследователи придерживаются позиции о том, что возникновением доменного имени является его регистрация²³⁸, то есть фактически момент начала существования объекта гражданского права, можно встретить мнения о том, что «доменное имя... приобретается путем заключения договора»²³⁹.

Хотя возникновение абсолютного правоотношения администратора первоначально обусловлено двумя действиями — заключением договора об оказании услуг и направлением соответствующей заявки, — совершение обоих этих действий не означает, что соответствующая услуга будет гарантированно оказана. Это связано с несколькими факторами.

Во-первых, начало договорных отношений между регистратором и администратором наступает с момента получения акцепта, без конкретизированного задания на регистрацию. Обязательства же по регистрации наступают не при заключении договора, а с момента направления администратором заявки на регистрацию желаемого обозначения в качестве доменного имени. Заявка направляется, как правило, путем заполнения специальной формы в личном кабинете на сайте регистратора.

Во-вторых, даже направление заявки не означает, что доменное имя будет гарантированно зарегистрировано. Несоответствие обозначения, предлагаемого к регистрации, техническим требованиям, требованиям к новизне и содержанию, будет основанием для отказа в регистрации²⁴⁰.

Отметим, что дополнительным основанием отказа в регистрации в доменных зонах .ru, .рф и .su является непредставление пользователем информации, необходимой для его идентификации в качестве администратора доменного имени: фамилии, имении, отчества для физических лиц; для юридических лиц — полного наименования, адреса, номера телефонов, электронной почты и т. д.²⁴¹

При этом фактически содержание и тем более достоверность указанных сведений не проверяются при регистрации, поскольку заявки обрабатываются автоматизировано. С учетом этого заполнение заявки носит формальный характер, и для ее отправления регистратору достаточно наличия любых сведений в требуемых графах. В связи с этим зачастую пользователи указывают случайные сочетания букв вместо фамилии и имени, любые наборы цифр вместо индекса и т. д.

Полномочия регистратора

Регистратор в случае проверки указанных администратором сведений вправе потребовать подтверждающую их документацию. Неисполнение требований по предоставлению такой документации в течение семи дней²⁴² будет являться основанием для ограничения правомочия использования доменного имени, входящего в абсолютное право администратора, — приостановления делегирования. Под делегированием доменного имени в самом общем смысле можно понимать внесение сведений о расположении в адресном пространстве ресурсов, на которых находится доменное имя. При внесении таких записей становится возможна адресация устройства на сайт, находящийся под доменным именем.

Соответственно, под приостановлением делегирования можно понимать временное прекращение доступа к ресурсам, поддерживающим функционирование адресного пространства под доменным именем, и фактическое приостановление деятельности интернет-ресурса под ним. Таким образом, приостановление делегирования является одним из видов ограничения осуществления абсолютного права администратора, которое направлено на принуждение к добросовестному ведению деятельности и исполнению обязательств по договору последним.

При этом помимо ограничения использования доменного имени в случае приостановления делегирования также ограничивается право администратора на распоряжение²⁴³.

Отметим сразу, что приостановление делегирования не является бесповоротной санкционной мерой регистратора. Как правило, при устранении причин, послуживших для его основания, доменное имя может вновь полноценно функционировать.

В ранее действующих Правилах зоны .su была установлена возможность аннулирования регистрации доменного имени в случае неисполнения требований регистратора по направлению подтверждающих сведения документов, требуемых для идентификации администратора, в течение двух месяцев²⁴⁴. Впрочем, выбор санкции оставался на усмотрение регистратора. Отметим, что правила регистрации доменных имен в зоне .uk предусматривают возможность аннулирования регистрации или переведения имени в «особый статус»²⁴⁵ в случае предоставления администратором или регистратором «значительно неточных, неверных, недостоверных или ложных» контактных данных²⁴⁶. При этом решение об отнесении данных к такой категории может приниматься непосредственно администратором доменной зоны .uk — компанией Nominet.

Хотя после регистрации доменного имени правомочия на его использование и распоряжение переходят к администратору, регистратор на протяжении всего действия договора обладает определенными полномочиями, позволяющими ограничить осуществление права администратора (приостановление и прекращение делегирования, аннулирование регистрации). Таким образом, эти полномочия как корреспондируют правомочиям администратора, так и охватывают действия, не входящие в них (блокировка действий с доменным именем).

Несмотря на то, что регистратор только «создает» доменное имя в цифровом пространстве для конкретного лица, автоматически предоставляя ему право на доменное имя, это не означает, что он не обладает властными полномочиями в отношении этого объекта. Тем не менее эти полномочия не означают наличие у регистратора какого-либо права на доменное имя, которого у него, конечно, нет.

Создание доменного имени и предоставление права на него администратору являются выполнением регистратором своей функции (и исполнением обязательства), но не передачей права от одного лица к другому.

Подобной позиции придерживается и Д. В. Кожемякин: «ни до момента регистрации, ни после регистратор не обладает каким-либо правом в отношении доменного имени, а значит, не может его и передать»²⁴⁷.

Тем не менее властные полномочия регистратора позволяют ему совершать действия, как входящие в правомочия администратора, так и препятствующие их реализации.

Так, фактическая передача регистратором права на доменное имя от одного лица к другому возможна на основании решения суда. В случае вступления в силу судебного акта, признающего действия администратора спорного доменного имени нарушающими права истца, истец обладает преимущественным правом на регистрацию данного доменного имени²⁴⁸. Императивные нормы приложений к Правилам зон .ru/.рф и Правилам зоны .su в этом случае обязывают регистраторов аннулировать регистрацию доменного имени и на основании заявки истца зарегистрировать спорное имя на него²⁴⁹.

Отметим при этом, что, как будет показано ниже, изменение субъектного состава исследуемого правоотношения хотя и возможно в теории, на практике оформляется в виде прекращения правоотношения с одной из сторон и возникновения нового правоотношения по поводу того же объекта с другой. Указанное справедливо и к случаям принудительного аннулирования регистрации доменного имени. С учетом этого фраза «передача права на доменное имя» носит условный характер и в текущих реалиях не применяется к данному правоотношению. При этом использование данной фразы в Правилах и приложениям к ним в случае передачи прав от одного администратора к другому подразумевает, конечно, прекращение и возникновение правоотношений с соответствующими лицами в случае любого «перехода» прав.

Вместе с тем в рассматриваемом случае именно регистратор аннулирует регистрацию и, хотя по волеизъявлению истца, регистрирует на него доменное имя, права на которое ранее принадлежали другому лицу. В то же время иногда на практике происходит «передача» права от одного лица к другому без аннулирования регистрации, осуществляемая регистратором.

И передача права на доменное имя, и аннулирование его регистрации (как будет показано ниже) входит в состав правомочия распоряжения, которыми обладает администратор²⁵⁰. Как уже было показано, в предусмотренных Правилами случаях регистратор обладает полномочиями аннулировать регистрацию: помимо вынесения соответствующего судебного решения такими основаниями будут, в частности, нарушение отдельных положений Правил администратором. Это означает, что регистратор обладает полномочиями, корреспондирующими правомочию распоряжения администратора, реализация которого не всегда зависит от воли последнего. Отметим вновь, что полномочия регистратора охватывают и часть правомочий использования: приостановление или прекращение делегирования.

Как уже было отмечено, проверка соответствия критериев доменного имени (как и сведений об администраторе) происходит автоматизировано. Хотя Правила предусматривают срок рассмотрения заявки и, в случае положительного результата, регистрации доменных имен в течение трех рабочих дней²⁵¹, фактически в большинстве случаев этот срок составляет несколько минут. Несмотря на это, установление срока для рассмотрения заявки и регистрации также свидетельствует о разнице между возникновением абсолютного и относительного правоотношения.

В случае направления заявки на регистрацию доменного имени, несоответствующему одному из требуемых критериев, регистратор откажет в регистрации заявленного обозначения в качестве доменного имени.

Кроме того, можно предположить ситуации одновременной (или с коротким промежутком времени) подачи заявок на регистрацию одного и того же доменного имени, что особенно актуально во вновь открывающихся доменных зонах и при окончании регистрации доменных имен с наиболее ценными с коммерческой точки зрения наименованиями²⁵². В этих случаях регистрация будет предоставлена лицу, первому отправившему соответствующую заявку, а остальные получат отказ в регистрации²⁵³.

Таким образом, ни заключение договора, ни направление заявки на регистрацию доменного имени не гарантируют его регистрацию. Учитывая это, едва ли можно говорить о том, что возникновение прав на доменное имя начинается вместе с обязательственным отношением между администратором и регистратором.

Соответственно, появление права на доменное имя возникает на основании сложного юридического состава, включающего в себя ряд обстоятельств.

Важно, что и при регистрации, и при «передаче» доменного имени право на него возникает у администратора с момента внесения соответствующих записей в реестр²⁵⁴.

Ввиду специфики рассматриваемых объектов, оборот которых существенным образом зависит от существования реестра — базы данных, — видится логичным возникновение права (в том числе его переход) именно с момента внесения соответствующей записи уполномоченным лицом в реестр. При этом с учетом того, что «создание» объекта и внесение записи происходят одновременно, дифференцировать указанные действия не имеет смысла.

Отметим, что возникновение и переход прав с момента их регистрации в соответствующем реестре установлены, в частности, в отношении недвижимого имущества²⁵⁵ и некоторых объектов интеллектуальной собственности (например, товарных знаков, объектов патентного права)²⁵⁶. В то же время переход прав на бездокументарные ценные бумаги установлен с момента внесения уполномоченным лицом соответствующей записи по счету приобретателя²⁵⁷.

Длительность правоотношений

Говоря о длительности обоих правоотношений, отметим вновь их взаимосвязь.

Так, абсолютное правоотношение на доменное имя существует до тех пор, пока существует относительное правоотношение между его администратором и регистратором. Отметим, что из этого правила есть два исключения. Поскольку существование данного относительного правоотношения известным образом зависит от существования сторон, в нем участвующих, и тем более зависит от существования регистратора, поддерживающего сведения о доменном имени в реестре, ликвидация юридического лица-регистратора или лишение его аккредитации влекут следующие неопределенные последствия.

В случае лишения аккредитации доменное имя будет продолжать свое существование, однако полномочия по поддержке сведений о нем переходят другому лицу (в частности, в зонах .ru/.рф — Координационному центру, после — иному регистратору²⁵⁸, в зоне .su — РосНИИРОС или другому регистратору)²⁵⁹. Поскольку в данном случае, как будет показано в параграфе 2.2, не происходит изменения обязательственного правоотношения, и оно будет прекращено, а новое может еще не возникнуть, создается неопределенная ситуация, в которой абсолютное правоотношение существует (доменное имя все еще есть), однако относительного правоотношения нет. Отметим, что в таком случае администратор может заключить договор с новым регистратором, но даже при таком возникновении нового правоотношения остаются вопросы, например: в какой фактический срок осуществляется «передача» обязательства по поддержке сведений о доменном имени в реестре (иными словами, с какого момента текущий регистратор становится связанным с этим именем, ведь этот переход может осуществиться позже начала договорных отношений из-за технических особенностей функционирования реестра). Кроме того, в случае отказа администратора заключать договор с иным регистратором, доменное имя еще какой-то период будет существовать.

В случае ликвидации юридического лица-регистратора, вероятно, наступают те же неопределенные последствия. По крайней мере, Правила российских доменных зон не содержат прямых указаний на «переход» обязательства по поддержке сведений о доменном имени в таких случаях. Тем не менее разделы Правил о приостановлении и прекращении аккредитации в своем названии указывают и на «прекращение деятельности регистратора», поэтому положения о передаче поддержки сведений о доменных именах иным лицам в случае наступления таких юридических фактов, как видится, можно применять по аналогии.

Срок действия абсолютного правоотношения прямо соотносится со сроком регистрации доменного имени. На данный момент в зонах .ru, .рф, .su он составляет один год, с неограниченной возможностью продления²⁶⁰.

Абсолютное правоотношение прекращается c момента удаления регистратором сведений о доменном имени из реестра, либо при отчуждении прав иному администратору — в этом случае удаляется запись об администраторе, с заменой на запись о новом.

С учетом этого можно говорить об одновременном прекращении обоих правоотношений (за исключением двух указанных ранее случаев).

Таким образом, администратор состоит в двух гражданских правоотношениях — обязательственном и абсолютном. Их возникновение происходит неодновременно: относительное первоначально всегда появляется раньше абсолютного. При этом, с одной стороны, абсолютное правоотношение всегда корреспондирует обязательственному, и, с другой стороны, оно не может существовать без последнего, за исключением двух случаев. Несмотря на это, их прекращение происходит, как правило, одновременно.

Возникновение, существование и прекращение обоих правоотношений в их взаимосвязи представлены в схеме 1. Подробнее основания изменения и прекращения правоотношений будут рассмотрены в параграфах 2.2 и 2.3.

2.2. Характеристика обязательственного правоотношения между регистратором и администратором

Первое правоотношение — между регистратором и администратором доменного имени — возникает в силу заключения договора между названными сторонами. Моментом заключения будет являться получение регистратором акцепта оферты. При этом вновь отметим, что правоотношение по поводу конкретного доменного имени начинается с момента направления заявки на его регистрацию. Б. Б. Черепахин отмечал: «за время действия правоотношение может претерпеть то или иное изменение в содержании или в субъектном составе, сохраняя прочие свои черты, продолжая существовать в измененном виде. В обязательственном правоотношении изменение субъектного состава может заключаться в смене кредитора (субъекта права), в замене должника (субъекта гражданско-правовой обязанности), а также в перемене участника в двухстороннем обязательстве, являющегося одновременно кредитором и должником (субъектом права и обязанности)»²⁶¹.

Схема 1

Основания изменения и прекращения правоотношений администратора доменного имени

Таким образом, под изменением обязательственного правоотношения между регистратором и администратором можно понимать изменение либо содержания данного правоотношения, либо одной из его сторон.

Изменение содержания правоотношения

Изменение содержания исследуемого правоотношения неразрывно связано с изменением порождающего его договора. Изменение договора может происходить по согласию сторон (п. 1 ст. 450 ГК РФ), в одностороннем порядке (п. 1 ст. 310 ГК РФ), по решению судебного органа (п. 2 ст. 450 ГК РФ), в связи с существенным изменением обстоятельств (п. 1 ст. 451 ГК РФ). Кроме того, учитывая, что рассматриваемое правоотношение возникает из договора присоединения, возможность его изменения (и расторжения) предусмотрена нормами п. 2 ст. 428 ГК РФ.

Вопрос об одностороннем изменении содержания исследуемого отношения не так прост, как может показаться на первый взгляд. Связано это с несколькими факторами.

Во-первых, договор, разрабатываемый регистратором, является договором присоединения и одновременно публичным договором, что вменяет регистратору обязанность его заключения по заранее определенной им форме с любым лицом, которое пожелает это сделать.

Во-вторых, присоединяющиеся к договору стороны могут быть как физическими, так и юридическими лицами. Соответственно, цели регистрации и использования доменного имени могут как быть связанными с предпринимательской деятельностью, так и нет. Это означает, что присоединяться к договору могут как потребители, так и коммерческие организации, что влечет за собой разное правовое регулирование порядка одностороннего изменения и расторжения договора.

В-третьих, само по себе присоединение физического лица к договору не будет означать, что оно не занимается предпринимательской деятельностью. Справедливо и обратное: не всякое юридическое лицо, заключившее договор с регистратором, будет заниматься предпринимательской деятельностью посредством доменного имени. Фактически указание на то, является ли деятельность под доменным именем предпринимательской или нет, будет зависеть от способов его использования администратором.

Дифференциация одностороннего изменения договорного обязательства в российском законодательстве прямо зависит от субъектного состава сторон. Пункт 2 ст. 310 ГК РФ предусмотрел такую возможность только в случае, если обязательство связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности. В случае же, если такую деятельность осуществляет только одна сторона, возможность одностороннего изменения может быть предоставлена только ее контрагенту. С. В. Сарбаш отмечает: «в отношениях между предпринимателем и обычным гражданином последний считается слабой стороной. Поэтому если закон не допускает установить договором односторонний отказ от исполнения обязательства или его одностороннее изменение предпринимателем, то согласовать такое условие юридически невозможно. Предприниматель не вправе это сделать, если только закон не позволяет этого»²⁶².

Хотя изложенный выше законодательный подход предполагает разные условия одностороннего изменения обязательств в зависимости от субъектного состава, зачастую регистраторы не дифференцируют условия своих договоров таким образом. Вся разница в формах договоров для физических и юридических лиц заключается в реквизитах, которые второй стороне необходимо заполнить²⁶³. При этом практически все договоры содержат положение о возможности его одностороннего изменения со стороны регистратора.

Как отмечает А. И. Савельев, «многие стандартные условия объединяет то, что они предоставляют стороне, их использующей, неограниченную возможность усмотрения при решении вопросов, связанных с изменением или дополнением условий договора. Присоединившейся стороне «предлагается» путем подписания договора, содержащего данное условие (либо отсылку к нему), заранее согласиться с подобной практикой»²⁶⁴.

Конечно, в обязательственном правоотношении по поводу доменных имен, особенно на начальном этапе, установить, является ли будущий администратор предпринимателем, достаточно сложно, поскольку администратором может быть как физическое, так и юридическое лицо. Можно было бы предположить, что любое доменное имя, зарегистрированное юридическим лицом, по умолчанию используется для коммерческих целей, а физическим — для целей некоммерческих. В таком случае дифференциация правоотношений была бы несложной: в первом случае возможность одностороннего изменения договора была бы легитимной, во втором — нет.

Однако ситуация обстоит гораздо сложнее, поскольку не все юридические лица осуществляют коммерческую деятельность. С учетом этого применение указанных выше норм в отношении некоммерческих организаций возможно только в случае, если конкретное обязательство связано с осуществлением последними предпринимательской деятельности²⁶⁵.

С физическими лицами ситуация обстоит не менее сложно.

Во-первых, зачастую доменные имена, фактически используемые для предпринимательской деятельности, регистрируются физическими лицами, которые могут не быть прямо связаны с компанией, указанной на сайте. В российской доменной зоне это может быть связано с защитой данных, которую автоматически предоставляют администраторам-физическим лицам²⁶⁶.

Во-вторых, с момента регистрации до момента начала предпринимательской деятельности под доменным именем может пройти немало времени: под ним может не содержаться ничего на протяжении нескольких месяцев или лет, но в какой-то момент администратор начнет его использовать и разместит под ним интернет-ресурс.

В-третьих, доменное имя на протяжении срока его регистрации может использоваться совершенно по-разному: например, вначале оно может не использоваться вообще либо использоваться для некоммерческих целей, а в дальнейшем под ним может появиться интернет-магазин, и наоборот — используемое изначально в коммерческих целях доменное имя впоследствии может не содержать под собой никакого интернет-ресурса. Во всех указанных случаях администратором может быть одно и то же физическое лицо.

В-четвертых, администратор доменного имени может прямо не участвовать в его управлении, предоставляя соответствующие права третьим лицам на возмездной основе.

Представляется, что в случаях, когда доменное имя фактически используется в предпринимательских целях физическим лицом, к таким отношениям должны быть применимы нормы п. 4 ст. 23 ГК РФ. Соответственно, в данном случае одностороннее изменение договора со стороны регистратора будет легитимным, поскольку обязательство будет связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности.

При этом, конечно, установление законности такого условия будет вынужденно осуществляться в случае возникновения спора. Выход из этой ситуации представляется следующим: регистраторы должны разделять договоры присоединения для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, и лиц, такую деятельность не ведущих.

Базово при этом регулирование отношений будет подпадать под нормы, в первом случае, одностороннего изменения договора между предпринимателями, и, во-втором, нормы законодательства о защите прав потребителей.

В случае, если сторона, заключившая договор как потребитель, впоследствии начнет вести предпринимательскую деятельность, к ней в полной мере будет применены нормы, позволяющие изменять в одностороннем порядке договор регистратором.

Во всех остальных случаях следует согласиться с А. И. Савельевым в том, что «указание в договоре с потребителем на право коммерческой организации в одностороннем порядке изменить его условия будет… являться ничтожным»²⁶⁷.

Таким образом, возможность одностороннего изменения исследуемого правоотношения зависит не только от его субъектного состава, но и от фактического осуществления одной из его сторон — администратором — предпринимательской деятельности.

Отметим также, что зачастую договоры содержат условие о том, что оповещение о его одностороннем изменении со стороны регистратора производится путем опубликования изменений на его сайте. Администратор, в свою очередь, обязуется с определенной периодичностью посещать указанный сайт и самостоятельно знакомиться с изменениями. Согласие же с изменениями выражается, как правило, в том, что администратор продолжает пользоваться теми или иными услугами регистратора, совершая, вероятно, тем самым конклюдентные действия. Отказ от использования влечет прекращение договора с момента вступления в силу изменений.

При этом вопрос о легитимности такого указания остается открытым. А. И. Савельев указывает о подобного рода положениях: «в таком случае речь идет не об одностороннем изменении условия договора, а об изменении договора по обоюдному согласию, которое выражается со стороны потребителя в виде определенных действий, указанных в договоре, что вполне укладывается в положения п. 3 ст. 434 и п. 3 ст. 438 ГК РФ», отмечая, что в указанной схеме «существует риск возможного признания подобного рода схемы обходом закона (ст. 10 ГК РФ)»²⁶⁸.

На наш взгляд, подобное указание более походит на одностороннее изменение, нежели на изменение по согласию сторон: как инициатива внесения изменения, так и его реализация производится лишь одной стороной — регистратором. При этом несогласие администратора с изменениями создает для него безальтернативную ситуацию: либо он вынужденно с ними соглашается, либо прекращает договор вместо сохранения его условий в прежней редакции.

Возможность одностороннего изменения условий договора со стороны администратора, как правило, отсутствует, хотя диспозитивные нормы п. 2 ст. 310 ГК РФ и содержат такую возможность для договоров с участием потребителей.

Учитывая, что «правовой режим договоров присоединения характеризуется использованием средств компенсационного характера: невозможность присоединения стороны влиять на условия будущей сделки сочетается с ее правомочиями расторжения договора по дополнительным основаниям»²⁶⁹, законодатель установил возможность изменения и расторжения таких договоров в судебном порядке.

Как отмечает Е. В. Позднышева, «для расторжения или изменения договора на основании ст. 428 ГК РФ необходимо установление наличия в совокупности двух фактов: условия договора должны быть явно обременительными для одной из сторон (материальное неравенство), и должно быть установлено неравенство переговорных возможностей сторон договора (процедурное неравенство)²⁷⁰. Кроме того, Президиумом ВАС РФ были установлены критерии оценки несправедливых договорных условий, среди которых указаны: вынужденность присоединения к предложенным условиям договора, уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренция на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т. д.²⁷¹

Таким образом, законодательством предусмотрена возможность изменения (а равно и расторжения) договора присоединения стороной, к нему присоединившейся, при наличии соответствующих оснований. С учетом изложенного, конечно, нельзя говорить о том, что администратор всегда будет слабой стороной, поскольку, во-первых, среди участников договорных отношений по поводу доменных имен немало профессионалов, которые осуществляют эту деятельность в качестве основной, приносящей им доход²⁷²; во-вторых, конкуренция среди регистраторов достаточно высокая²⁷³ — в случае наличия в соответствующем договоре явно обременительных условий возможность выбора иного регистратора, конечно, есть²⁷⁴.

С другой стороны, в одном из решений Суд по интеллектуальным правам указал, что «в договоре присоединения присоединяющаяся сторона априори является слабой стороной, поскольку, не будучи инициатором сделки, она лишена возможности влиять на содержание договора в той мере, в которой влиять на его содержание может оферент»²⁷⁵, что несколько противоречит указанному выше постановлению Президиума ВАС РФ и жизненным реалиям.

Изменение и расторжение договора возможно в судебном порядке по требованию одной из сторон (ст. 450 ГК РФ), а также в связи с существенным изменением обстоятельств (ст. 451 ГК РФ).

Представляется, что в отношениях между регистратором и администратором существенным изменением обстоятельств будет являться отзыв аккредитации регистратора, с которым был заключен договор.

При этом, конечно, говорить об изменении правоотношения в данном случае нельзя. Правоотношение прекратится с регистратором, лишенным аккредитации.

Изменение стороны правоотношения

Изменение сторон в данном правоотношении в текущих реалиях возможно лишь в теории. На практике оно не происходит ввиду специфики заключения договоров между регистратором и администратором, предполагающих взаимодействие между субъектами исключительно в рамках одних договорных отношений. В случае необходимости смены одной из сторон это правоотношение прекращается, а взамен него возникает новое, в котором участвуют оставшаяся сторона и новая, заключившие отдельный договор, хотя и по тому же объекту правоотношений.

Указанное справедливо и к случаям передачи права на доменное имя администратором, и случаям смены регистратора, поддерживающего сведения о доменном имени в базе данных²⁷⁶.

В случае передачи права текущий администратор должен направить соответствующую заявку регистратору, осуществляющему поддержку. В свою очередь, будущий администратор должен заключить договор с тем же регистратором²⁷⁷, после чего в рамках этих договорных правоотношений принять права на доменное имя. Договорное отношение регистратора со старым администратором прекращается, а новый администратор становится правообладателем доменного имени с момента внесения о нем сведений в реестр²⁷⁸. Все отношения между ним и регистратором происходят уже в рамках отдельного договора.

В случае смены регистратора администратор прекращает текущие правоотношения по поводу доменного имени с одним и начинает новые с другим регистратором, которому впоследствии перейдет обязательство по поддержке сведений о доменном имени. Это обязательство будет длиться либо до окончания действия регистрации доменного имени, либо до очередной смены регистратора. Все иные возможные обязательства, связанные с этим доменным именем, также будут выполняться уже новым регистратором.

Перечень действий, необходимых для смены регистратора, содержится в нормативных актах администратора соответствующей доменной зоны. Процедура смены предполагает взаимодействие как администратора с обоими регистраторами (текущим и будущим), так и регистраторов между собой.

Администратор должен направить соответствующую заявку текущему регистратору. В случае ее одобрения администратору будет выдан специальный идентификационный код («AuthInfo-код»), который администратор должен предоставить будущему регистратору. При отсутствии оснований, препятствующих передаче поддержке сведений, регистраторы «передают» соответствующие обязательства в течение пяти дней.

При этом, хотя в документах идет речь о «передаче» поддержки (вероятно, как обязательства), для администратора это оформляется путем прекращения обязательств по поводу конкретного доменного имени с предыдущим и возникновением обязательств с новым регистратором. Новый регистратор не выступает правопреемником предыдущего, а является стороной, выполняющей новые обязательства в рамках нового договора.

Таким образом, в случаях смены как администратора, так и регистратора нельзя говорить об изменении участников правоотношения, поскольку не происходит замены лица в обязательстве. Вместо замены прекращается обязательство в рамках одного, и начинается другое, хоть и аналогичное обязательство, в рамках другого правоотношения.

Безусловно, все изложенное выше выглядит как правопреемство. Б. Б. Черепахин отмечал: «правопреемство является производным приобретением субъективного права или гражданско-правовой обязанности. Характеризующим признаком такого правоприобретения в отличие от первоначального правоприобретения является связь между приобретенным правом или обязанностью и первоначальным правоотношением. „Новое“ правоотношение „возникает“ потому, что существовало первоначальное правоотношение»²⁷⁹.

Несмотря на это, юридическое оформление смены одного из субъектов рассматриваемого правоотношения не соотносится с правопреемством как таковым, хотя и является им по сути. Отметим, впрочем, дискуссионность понятия «правопреемство» и наличие как минимум двух точек зрения на него: по мнению одних ученых, данное понятие «является условным и в целом предполагает изменение правоотношения: происходит переход прав и обязанностей от одного субъекта к другому»²⁸⁰. Иные ученые «предполагают, что правопреемство представляет собой два последовательных процесса — прекращение одного правоотношения и возникновение другого»²⁸¹. При этом, исходя из первой точки зрения, изменения рассматриваемого нами правоотношения путем изменения одной из его сторон не будет. Если подходить к этому изменению с другой точки зрения, можно говорить об условном правопреемстве и, вероятно, переходе прав, пусть и оформленном в виде прекращения и возникновения правоотношений.

Вместе с тем заслуживает поддержки мнение о том, что «исходя из предписаний действующего российского законодательства, предпочтительнее использовать понятие правопреемство в смысле замены субъекта в правоотношении с одновременным переходом прав и обязанностей от одного субъекта правоотношений к другому»²⁸².

Согласимся при этом со следующим тезисом: «право на администрирование и использование доменного имени предоставляется на основании договора возмездного оказания услуг, поэтому любая передача данного права фактически должна оформляться как замена лица в обязательстве в соответствующем договоре с регистратором, так как Правила регистрации доменных имен в доменах RU и РФ знают только одну процедуру перехода прав к новому владельцу — передачу прав администрирования другому лицу»²⁸³.

Вероятно, подобная практика, в которой предпочтительнее прекратить правоотношение и начать другое проще, чем произвести в нем замену одного из лиц, обусловлена, прежде всего, особенностями заключения договоров присоединения регистраторами. Возможно, регистраторам куда проще автоматизировано взаимодействовать с контрагентами по договору, алгоритмы заключения, изменения и прекращения которого предопределены заранее, чем вручную производить в нем замену одной из сторон.

Таким образом, на текущий момент говорить об изменении сторон в рассматриваемом правоотношении в том виде, в котором оно оформляется, нельзя, хотя такое изменение, безусловно, теоретически возможно.

Прекращение правоотношения

Прекращение исследуемого правоотношения, равно как и его изменение, напрямую связано с существованием юридического факта, являющимся основанием его возникновения — договора. При прекращении обязательств по указанному договору или расторжении самого договора будет прекращено и правоотношение.

Отметим, что в рассматриваемом правоотношении прекращение обязательств регулируется в большей степени условиями договора и Правилами соответствующей доменной зоны, нежели общими положениями гражданского законодательства.

К случаям прекращения обязательств, применимым к доменным именам, относятся: исполнение сторонами всех обязательств (п. 1 ст. 408 ГК РФ) или невозможность их исполнения (п. 1 ст. 416 ГК РФ), совпадение должника и кредитора в одном лице (ст. 413 ГК РФ), вступивший в силу акт органа государственной власти или местного самоуправления (п. 1 ст. 417 ГК РФ), смерть гражданина или ликвидация юридического лица (ст. 418 и 419 ГК РФ). Кроме того, конечно, возможно прекращение обязательств в случае истечения срока договора (п. 3 ст. 425 ГК РФ) и односторонний отказ от договора возмездного оказания услуг (ст. 782 ГК РФ).

Отметим, что обязательства регистратора не могут быть прекращены частично ввиду того, что обязательства по оказанию услуг являются неделимыми²⁸⁴.

Первоначальное обязательство регистратора по регистрации доменного имени порождает акцессорное обязательство по поддержке о нем сведений. Последнее существует либо до окончания регистрации доменного имени, либо до передачи поддержки другому регистратору. При наступлении одного из указанных вариантов данное обязательство переходит в обязательство либо по удалению соответствующих сведений в реестре (в случае аннулирования или истечения срока регистрации), либо по их изменению (в случае передачи поддержки). При этом в последнем случае нормативные акты зон .ru/.рф и .su не указывают, какой именно регистратор должен вносить изменения — передающий поддержку или принимающий.

С учетом изложенного, нельзя говорить о возможности частичного прекращения любого из названных обязательств — это попросту невозможно.

Момент исполнения обязательств наступает при совершении соответствующих действий, а окончательно обязательства по поводу конкретного доменного имени прекращаются с момента исполнения последнего из них — удаления сведений о доменном имени из реестра, изменения сведений об администраторе (в случае передачи прав администрирования) или сведений о регистраторе (в случае передачи поддержки сведений).

Невозможность исполнения обязательств регистратором возможна больше в теории. Из-за рассредоточения в разных географических зонах устройств, хранящих информацию, необходимую для бесперебойной работы регистраторов, поломка одного отдельного устройства едва ли приведет к невозможности функционирования всей системы. Таким образом, на практике крайне сложно реализовать ситуацию, при которой произойдет массовый выход из строя множества устройств, которые и приведут к невозможности исполнения обязательств регистратором.

При этом укажем, что нельзя говорить о невозможности исполнения обязательства регистратора по регистрации доменных имен, не отвечающих соответствующим требованиям. Поскольку в случаях, «когда должник обязывается к исполнению изначально объективно невозможного... говорить о прекращении обязательства не приходится, ибо оно и не возникло»²⁸⁵, то и направление заявки на регистрацию доменного имени, которое зарегистрировать невозможно, не будет порождать соответствующее обязательство.

Прекращение обязательств отступным, новацией и зачетом не применимо к рассматриваемому правоотношению.

Предоставление отступного, по общему правилу, не предусматривается договорами между регистратором и администратором. Это связано с тем, что Правила регистрации в зонах .ru/.рф и .su устанавливают исчерпывающий перечень случаев аннулирования доменных имен и передачи прав на них, которые фактически влекут прекращение правоотношения. Такие действия производятся только в определенных Правилами случаях: волеизъявление администратора, расторжение договора, вступление в силу решения суда и т. д. При этом возможности предоставления отступного взамен какого-либо из обязательств Правила не содержат.

Зачет и новация также не применимы как основания для прекращения рассматриваемого правоотношения.

Зачет характеризуется рядом условий, к которым в научной литературе относят встречность, однородность и срочность²⁸⁶.

Говоря о первом условии, О. С. Иоффе отмечал: «нужно, чтобы зачитываемые требования были встречными, т. е. чтобы два лица состояли одновременно в двух обязательствах, и тот, кто является кредитором по одному из них, был бы должником по другому. Только в этом случае два требования могут противостоять друг другу и, следовательно, только при этом условии практически осуществим зачет»²⁸⁷. С. В. Сарбаш, говоря об однородности, указал, что она «означает, что встречные предоставления сторон по обязательству одинаковы по объекту. Таковыми являются вещи, определяемые родовыми признаками... и деньги»²⁸⁸.

В исследуемом правоотношении, конечно, нельзя говорить ни о встречности, ни об однородности — одна сторона обязана оказать определенные услуги, а другая сторона — оплатить их.

Новация также не может быть применима ввиду невозможности предоставления аналогичных услуг. Услуга по регистрации доменного имени уникальна, поскольку уникален сам объект, а услуги по поддержке сведений, их изменению или удалению не могут быть заменены чем-либо ввиду невозможности предоставления альтернативных аналогичных услуг.

При этом говорить о новации в случае неудачной регистрации заявленного обозначения в качестве доменного имени также нельзя: поскольку такое обязательство изначально не возникает, то и прекратить его новацией (и как-либо иначе) невозможно.

Прекращение обязательства путем совпадения должника и кредитора возможно в случае, если доменное имя будет зарегистрировано регистратором на самого себя. При этом отметим, что регистратор в любом случае должен будет поддерживать сведения об этом доменном имени²⁸⁹.

Учитывая, что рассматриваемые отношения происходят в рамках договора о возмездном оказании услуг, возможен односторонний отказ администратора от исполнения договора в соответствии с п. 1 ст. 782 ГК РФ.

Отказ регистратора от оказания услуг, хотя и предусмотрен законодательно, едва ли возможен на практике, поскольку регистраторы несут обязанность по соблюдению соответствующих Правил регистрации. Последние, в свою очередь, как и в случае с отступным, не предусматривают возможность прекращения взаимоотношений между регистратором и администратором на основании указанной нормы.

Таким образом, ограничение способов прекращения обязательств объясняется как нормативным регулированием правоотношений Правилами соответствующей доменной зоны, так и особенностями самих правоотношений, связанных с оказанием специфических услуг по поводу цифрового объекта.

Расторжение договора между администратором и регистратором возможно по соглашению сторон (п. 1 ст. 450 ГК РФ), в одностороннем порядке (ст. 310 и 450.1 ГК РФ), по требованию одной из сторон в судебном порядке (п. 2 ст. 450 ГК РФ), в связи с существенным изменением обстоятельств (ст. 451 ГК РФ). Кроме того, так как исследуемые правоотношения вытекают из договора присоединения, могут быть применены специальные нормы п. 2 ст. 428 ГК РФ.

Отметим, что положения об одностороннем отказе от договора вызывают те же сложности, что и положения об его изменении. Связано это также с возможным разным субъектным составом одной из сторон договора (администратором) и фактическим осуществлением им предпринимательской деятельности. Как указывает Е. В. Позднышева: «предусмотренное договором условие о возможности одной стороны договора расторгнуть или изменить договор без предварительного согласования с контрагентом и без обращения в суд есть не что иное, как реализация предусмотренного договором права на отказ от договора (исполнения договора) полностью или в части, если обеими сторонами договора являются субъекты предпринимательской деятельности. В ином случае договор может быть расторгнут или изменен по требованию одной стороны только в судебном порядке»²⁹⁰.

Указанные ранее особенности об изменении договора на основании ст. 428 и 451 ГК РФ применимы в равной степени и к его расторжению. Напомним, что ввиду специфики правоотношения существенное изменение обстоятельств (в частности, лишение регистратора аккредитации) будет влечь только прекращение правоотношения.

Отметим также, что лишение регистратора аккредитации может влечь и отказ от договора со стороны администратора в соответствии с нормами п. 3 ст. 450.1 ГК РФ²⁹¹.

Субъектный состав правоотношения

В субъектный состав данного правоотношения входят регистратор (исполнитель) и администратор (заказчик). Следует отметить, что понятие «администратор доменного имени» в Российской Федерации устойчиво связано с правообладателем доменного имени. Хотя в некоторых юрисдикциях под администратором понимается лицо, использующее (администрирующее) интернет-ресурс под доменным именем, а правообладатель доменного имени именуется как «регистрант» (от «Registrant»), видится логичным не менять устоявшуюся терминологию: так, сегодня именно термин «администратор» используется в Правилах зон .рф/.ru²⁹² и .su²⁹³, постановлении Пленума № 10²⁹⁴, ряде определений Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ²⁹⁵, обзоре практики Верховного Суда РФ 2018 г. № 2²⁹⁶, Справке СИП по вопросам, возникающим при рассмотрении доменных споров²⁹⁷ (далее — Справка по доменным спорам), и множестве постановлений СИП²⁹⁸. Кроме того, в постановлении Конституционного Суда РФ от 09.07.2013 № 18-П также использовано понятие «администратор доменного имени», а Определение Конституционного Суда РФ от 26.11.2018 № 3088-О ссылается на вышеприведенный обзор практики Верховного Суда РФ № 2.

Ранее подобный термин использовался Президиумом ВАС РФ во многих делах²⁹⁹.

При этом отметим, что как п. 42 указанного обзора практики ВС РФ № 2, так и п. 79 постановления Пленума № 10 разграничивают лицо, зарегистрировавшее доменное имя, и лицо, использующее интернет-ресурс, располагающийся под ним. При этом последний именуется как «владелец сайта», что представляется не совсем корректным, учитывая неприменимость категории «владение» к нематериальным объектам. Несмотря на это, правоприменительная практика дифференцирует указанных лиц.

Возвращаясь к характеристике правоотношения между регистратором и администратором, раскроем содержание данного правоотношения.

Содержание правоотношения

В содержание правоотношения входят субъективные права и субъективные обязанности сторон. Структура содержания правоотношения сложная.

Права администратора (заказчика): запрашивать у исполнителя необходимую информацию, использовать и распоряжаться доменным именем способами, не противоречащими договору, Правилам и законодательству.

Обязанности администратора состоят в предоставлении регистратору необходимой достоверной информации для регистрации доменного имени, оплате услуг исполнителя, соблюдении условий договора, соответствующих Правил регистрации и законодательства, в том числе при использовании и распоряжении доменным именем.

Регистратор (исполнитель), в свою очередь, имеет право запрашивать необходимые сведения у администратора для оказания услуг, ограничивать право администратора на доменное имя в случаях, предусмотренных договором, Правилами и законодательством.

В обязанности регистратора входит выполнение услуг, оплаченных администратором, оказание консультаций по услугам, входящим в его компетенцию.

Объектом правоотношения является комплекс услуг по регистрации доменного имени и последующих действий, связанных с ним.

2.3. Характеристика абсолютного правоотношения администратора

Абсолютное правоотношение возникает с началом существования объекта, по поводу которого оно образуется — доменного имени. При внесении в реестр сведений об имени и о его администраторе в цифровом пространстве создается объект; в это же время права на него переходят администратору. В тот же момент и начинается правоотношение. Важно вновь отметить зависимость рассматриваемого правоотношения от относительного: без его существования, которое обусловлено договором между регистратором и администратором, конечно, не возникнет ни объект, ни правоотношение абсолютное.

При этом с учетом того, что в относительном правоотношении, которое его порождает, не изменяется субъектный состав (по крайней мере, в текущих реалиях), говорить о возникновении абсолютного правоотношения у конкретного лица можно и в случае передачи ему прав на доменное имя предыдущим администратором. Б. Б. Черепахин отмечал: «в любом... абсолютном правоотношении изменение субъектного состава может касаться только смены активного субъекта (субъекта права)»³⁰⁰.

Поскольку, как уже отмечалось, смена активного субъекта в рассматриваемом правоотношении возможна больше в теории, то и говорить об изменении можно лишь в случае оформления в обязательственном правоотношении правопреемства активным субъектом — администратором. В случае же прекращения одного обязательственного правоотношения и возникновения другого, пусть и по поводу того же объекта, изменения не будет.

Прекращение правоотношения, как и возникновение, связано не только с существованием объекта, по поводу которого оно возникло, но и с юридическим фактом, которое и сделало его возможным — договором.

Ранее нами были рассмотрены основания прекращения обязательственного правоотношения. Отметим вновь, что как прекращение обязательств по договору, так и расторжение самого договора влекут прекращение обоих правоотношений: относительного и абсолютного.

В то же время прекращение абсолютного правоотношения у одного лица не всегда означает прекращение существования самого доменного имени. В случае отчуждения прав на доменное имя оно продолжит свое существование, а правоотношение возникнет уже у другого лица.

Прекращение существования доменного имени связано с аннулированием его регистрации, которое представляет собой исключение соответствующей информации из реестра. Основания аннулирования регистрации содержатся в договоре и соответствующих Правилах. Условно их можно классифицировать на связанные с волеизъявлением администратора и не связанные. При этом отметим, что аннулирование регистрации по волеизъявлению его администратора влечет прекращение обязательств в рамках данного правоотношения; соответственно, и в данном случае прекращение абсолютного связано с прекращением обязательственного.

В субъектный состав данного правоотношения входит, с одной стороны, администратор доменного имени, с другой — все третьи лица (с той степенью условности, о которой было сказано выше).

Объектом названных правоотношений является право на доменное имя.

Содержание данного правоотношения включает в себя, с одной стороны, права и обязанности администратора, с другой — обязанность всех третьих лиц не препятствовать ему в осуществлении своего субъективного права.

Раскроем содержание права на доменное имя, выявив правомочия его правообладателя — администратора.

2.3.1. Правомочия владения и администрирования

Владение доменным именем

Следует вновь отметить, что доменные имена не являются вещами, а администратор доменного имени не является его собственником. Соответственно, администратор не обладает в отношении доменных имен правом, полностью аналогичным по содержанию праву собственности. Так, С. С. Алексеев выделял три «исходных начала (составляющих)» собственности: «вещи, иные внешне объективизированные предметы как объект собственности; полное, абсолютное обладание объектом собственности, отношение к вещам как “к своим”»³⁰¹. Г. Ф. Шершеневич понимал под владением «фактическое господство лица над вещью, соединенное с намерением присвоить ее себе»³⁰² и отмечал тесную связь владения с правом собственности³⁰³.

Таким образом, категория «владение» применима исключительно к материальным объектам. При этом, как справедливо отмечал В. А. Дозорцев, «нематериальный объект никак не ограничен в пространстве, никакого „владения“ им существовать не может»³⁰⁴.

Все изложенное справедливо для доменных имен, являющихся цифровыми, нематериальными объектами, владение которыми как физическое обладание попросту невозможно. Таким образом, выделять в качестве правомочий администратора владение или обладание представляется нецелесообразным.

Вместе с тем, хотя отсутствие категории «владение» для нематериального объекта и оправдано теоретически, на практике создает определенные трудности. Как было указано выше, право на доменное имя обладает всеми признаками права абсолютного, однако текущее законодательство не содержит каких-либо указаний на охрану доменных имен и запрет чужим лицам посягать на права администратора.

Возвращаясь к определению правомочий администратора, отметим, что в отечественной науке получил популярность подход выделения использования и распоряжения доменными именами. Один из подходов, сторонниками которого являются В. О. Калятин и А. Г. Серго, предполагал также выделение права администрирования.

Правомочие администрирования

Говоря о праве администрирования, В. О. Калятин указывал, что оно «проявляется, прежде всего, в возможности структурирования соответствующей области имен и определения условий предоставления пользования этими именами. В то же время очевидна и тесная связь права на использование доменного имени с возможностью управления определенной областью доменных имен...»³⁰⁵. А. Г. Серго, приводя схожую формулировку, отмечал, что «право на создание поддоменов и их количество зависят от содержания договора между владельцем доменного имени и регистратором»³⁰⁶. Выделяет право администрирования и К. В. Сокерин³⁰⁷.

В самом общем смысле данная функция предполагает, что именно администратор правомочен определять: структуру доменного имени; выделения в нем поддоменов; определения того, будет ли кто-либо использовать эти поддомены, и, в случае, если будет, круга таких лиц и порядка такого использования.

В качестве примера реализации данной функции можно привести крупные поисковые площадки, предлагающие помимо услуг поиска множество иных: размещение рекламы, автоматизированный перевод, просмотр видео и прослушивание музыки и др.³⁰⁸ Такие услуги, как правило, содержатся на информационном ресурсе под доменом третьего уровня, относящемуся к основному домену. Администратор, выделяя поддомены, самостоятельно определяет правила их использования, возможность предоставления их использования третьим лицам и т. д., создавая в то же время новый объект.

Другой возможный (и довольно распространенный) вариант — предоставление пользователям поддомена (например, домена третьего или четвертого уровня) для создания сайта или иного информационного ресурса. В качестве примера можно привести конструкторы сайтов, на которых можно создать сайт с выделением поддомена: net-
house.ru, tilda.cc, популярные ранее narod.ru и ucoz.ru³⁰⁹. Администраторы указанных доменных имен, заключая с пользователями соглашения, определяют для них правила использования выделенных поддоменов.

Уместно привести пример и с известной социальной сетью
livejournal.com, регистрируясь в которой, пользователи получают уникальный поддомен, например example.livejournal.com. Данный поддомен является персональной страницей пользователя в названной социальной сети, который и будет определять, как использовать выделенное ему адресное пространство (с учетом, конечно, ограничений, установленных договором)³¹⁰.

В представленном примере администратор доменного имени
livejournal.com, распоряжаясь им, создает и предоставляет соответствующий домен пользователям на определенных соглашением условиях.

Во всех отмеченных случаях администратор, выделяющий подуровни своего домена, создает новый объект — идентификатор адресного пространства, который тем не менее относится к «старшему» домену.

Представляется, что появление нового домена, влекущее и появление нового доменного имени, можно отнести к правомочию распоряжения, поскольку администратор, определяя судьбу своего объекта, создает из него новый объект, хотя и относящийся к основному и зависимый от него. Например, в случае выделения поддомена subdomain в имени domain.ru администратор станет и правообладателем доменного имени subdomain.domain.ru и в отдельности указанного домена. Этот домен администратор может отдельно использовать и отдельно распоряжаться им, хотя и не в таких объемах, как доменным именем целиком.

При этом отметим, что часть адресного пространства внутри доменного имени может быть идентифицирована не только путем создания поддомена, но и иными идентификаторами, например URL или электронной почтой.

Поскольку наполнение адресного пространства и его структурирование путем выделения иных (кроме новых доменов) идентификаторов, как представляется, входят в правомочие использования, а создание поддоменов, приводящих к появлению нового доменного имени — в правомочие распоряжения, видится нецелесообразным выделять эти функции в качестве отдельного правомочия администрирования. Так, администратор, используя доменное имя и распоряжаясь им, вправе определять, будет ли он структурировать адресное пространство, если будет, то как (например, создавая новые поддомены или структурируя внутри одного домена) и для каких целей (для предоставления части пространства в использование другим лицам или нет) и т. д.

Таким образом, определение администратором структуры адресного пространства заключается в возможности создания идентификаторов, указывающих на ту или иную его часть или объекты в нем, и относится как к использованию, так и к распоряжению доменным именем³¹¹.

Нельзя не отметить, что сегодня под «правом администрирования» все чаще понимается само право администратора доменного имени как совокупность его правомочий. Возможно, это связано с Правилами зон .рф/.ru³¹², и .su³¹³, в которых под администрированием понимается осуществление администратором прав и обязанностей, установленных соответствующими Правилами. Кроме того, в Правилах содержатся целые разделы о «передаче права администрирования», под которым понимается отчуждение самого права на доменное имя (фактически же, его прекращение и возникновение у нового лица), и указание на то, что «право администрирования действует с момента регистрации доменного имени в течение срока действия регистрации».

Подобное понимание права администрирования как совокупности правомочий можно встретить и в научных работах. Так, Р. С. Смирнов понимает под правом администрирования как использование доменного имени, так и распоряжение им, указывая, что сущность этого права «состоит в возможности использования доменного имени путем определения структуры (иерархической последовательности) доменного имени, извлечения полезных свойств из факта обладания правом администрирования доменного имени, определения характера размещаемой информации, а также определения судьбы доменного имени»³¹⁴.

Отечественная судебная практика также под «правом администрирования» зачастую указывает на само абсолютное право администратора.

Так, п. 49 обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015 (далее — Обзор ВС РФ 2015 г.), в части обеспечительных мер в доменных спорах содержит фразу о запрете передачи «права администрирования доменного имени». Аналогичная формулировка содержится и в п. 160 постановления Пленума № 10, при этом данный пункт примечателен указанием как на запрет администратору отказываться от прав администрирования, так и на запрет регистратору «передавать права администрирования доменного имени другому лицу».

Учитывая, что речь в данных случаях идет об установлении обеспечительных мер, преследующих цель сохранения существующего на момент начала судебного разбирательства состояния отношений между сторонами, можно сделать вывод об использовании термина «право администрирования» как совокупности прав администратора.

При этом более детальное рассмотрение указанных запретов показывает, что они направлены на ограничение правомочия распоряжения — отказа от прав и их передаче.

В ряде определений ВС РФ также содержится указание на право администрирования, которое понимается как право администратора на доменное имя в целом. Так, определение от 29.09.2020 № 305-ЭС20-4034 указывает на приобретение ООО «Хэдхантер» у ООО «Пронто Медиа Холдинг» ряда объектов гражданских прав, включая «права по администрированию доменного имени job.ru»³¹⁵. При этом в данном случае речь идет об отчуждении самого права на доменное имя. В практике Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ можно встретить указания на «договор возмездной переуступки права администрирования доменного имени»³¹⁶, возникновение права администрирования спорного доменного имени³¹⁷, его приобретение³¹⁸ и передачу³¹⁹.

В одном из дел АС Центрального округа содержится указание на включение в конкурсную массу «сайта с правом администрирования доменного имени»³²⁰.

При этом во всех упомянутых случаях речь идет не об администрировании как структурировании, а о праве на доменное имя в целом.

Примечательно, что постановление