Д. О. Османова

Несостоятельность
(банкротство) юридических лиц:
общий порядок

Учебное пособие

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.736(075.8)

ББК 67.404я73

О-75

Автор:
Османова Д. О., кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), старший преподаватель кафедры частноправовых дисциплин Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

Рецензенты:
Телюкина М. В., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры гражданского права и процесса юридического факультета имени М. М. Сперанского Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации;
Беляева О. А., доктор юридических наук, профессор Российской академии наук, главный научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса, заведующая кафедрой частноправовых дисциплин Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации;
Суворов Е. Д., кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА).

Настоящее учебное пособие направлено на первичное погружение студента (как уровня бакалавриата, так и магистратуры) в правоотношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) юридического лица. Основное внимание уделено общему порядку проведения процедуры как досудебной стадии (на этапе сбора необходимых доказательств и соблюдения условий, необходимых для обращения в суд), так и в рамках судебного рассмотрения спора о несостоятельности (банкротстве). Проведен подробный анализ основных понятий, понимание которых необходимо для уяснения сущности исследуемого института, ключевых участников процедуры банкротства. Обозначены и раскрыты процессуальные особенности подобной категории споров (так как специальный Закон о банкротстве представляет собой переплетение материальных и процессуальных норм, неразрывно связанных друг с другом), а также подробно изложены ключевые моменты отдельных стадий, применяемых в деле о банкротстве юридического лица. В рамках настоящего учебного пособия автор намеренно не исследует особенности банкротства отдельных категорий юридических лиц, сосредотачивая внимание на общих положениях, связанных с несостоятельностью организации. На основе анализа судебной практики, ключевых разъяснений высших инстанций и положений закона подробно изложена сущность ключевых механизмов пополнения имущественной массы должника – институт оспаривания сделок и привлечения к субсидиарной ответственности. С учетом изложения наиболее сложных и важных аспектов с точки зрения элементарных составляющих на основе анализа многочисленной судебной практики настоящее учебное пособие может стать эффективным помощником не только начинающим специалистам, но и практикующим юристам в указанной области. Особенно важно отметить, что в рамках настоящего учебного пособия приводится краткий анализ предлагаемых глобальных изменений в специальный Закон о банкротстве.

Законодательство приведено по состоянию на 30 ноября 2021 г.

УДК 347.736(075.8)

ББК 67.404я73

© Османова Д. О., 2022

© ООО «Проспект», 2022

ВВЕДЕНИЕ

Процедура несостоятельности (банкротства) с учетом текущей обстановки на экономической арене является одним из наиболее востребованных правовых институтов, что предопределяет особую важность и ценность знаний по указанному предмету. В то же время сложность и объемность указанной дисциплины создает предпосылку к написанию настоящего учебного пособия, целью создания которого является первоначальное погружение студента (любого уровня обучения) в указанную сферу правоотношений и формирование прочных базовых знаний по данному предмету.

Сложность подготовки научного материала по теме несостоятельности (банкротства) обусловлена несколькими причинами: объемностью нормативного регулирования наряду с ключевыми позициями судебных инстанций; множественностью судебных решений по конкретным спорам, имеющих существенное значение для уяснения смысла отдельных субсинститутов, а также понимания вектора развития последующей правовой мысли по той или иной проблематике; взаимосвязанность процедуры банкротства с иными отраслями права и законодательства — в частности, корпоративным правом, семейным правом, налоговым правом и пр.; множественностью научной и учебной литературы, посвященной как исследованию всего механизма в целом, так и отдельным его элементам. Все это в совокупности позволило автору подготовить собственный вариант емкого и сжатого изложения основного материала, посвященного теме несостоятельности, «очищенного» от особенностей указанной процедуры в отношении отдельных категорий должников.

Настоящее учебное пособие сосредоточено на анализе и раскрытии содержания основных аспектов, касающихся общей процедуры банкротства должника — юридического лица, вне рамок особенностей, предусмотренных законом для отдельных категорий должников и ситуаций. В частности, раскрыты условия и основания введения процедуры банкротства; допустимый порядок обращения к указанному механизму; исследован субъектный состав складывающихся отношений и их правовая природа; рассмотрены отдельные стадии процедуры банкротства в зависимости от количества использования каждой из них в реальных судебных спорах; подробно исследованы наиболее эффективные механизмы пополнения конкурсной массы — оспаривание сделок должника и привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Все обозначенные элементы содержательно рассмотрены не только с точки зрения системного толкования и анализа специальной литературы, но с учетом актуальной судебной практики по тем или иным проблемным аспектам

В целом, автор надеется, что настоящее учебное пособие станет необходимым подспорьем на первоначальном этапе погружения в изучение механизма банкротства.

Глава 1.
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ. ИНИЦИИРОВАНИЕ ПРОИЗВОДСТВА ПО ДЕЛУ О БАНКРОТСТВЕ

§ 1. Система регулирования отношений банкротства

Институт несостоятельности (банкротства) — комплексный правовой институт, имеющий собственную систему регулирования.

Первостепенным источником является Гражданский кодекс Российской Федерации¹ (далее — ГК РФ), ст. 65 которого устанавливает, что юридическое лицо по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом). При этом основания признания судом юридического лица несостоятельным (банкротом), порядок ликвидации такого юридического лица, а также очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливается специальным законом — Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»² (далее — Закон о банкротстве). Таким образом, ГК РФ является (как в иных отношениях) общей нормой, регулирующей отношения несостоятельности (банкротство), а потому в случае отсутствия достаточного регулирования в рамках специальной нормы (Закона о банкротстве) субсидиарно применяются положения ГК РФ (например, ГК РФ устанавливает основания возникновения обязательств, позволяющих признать лицо несостоятельным (банкротом), положения главы 9.1 ГК РФ в случае оспаривания решений собрания/комитета кредиторов должника или основания недействительности сделок (параграф 2 главы 9 ГК РФ), совершенных должником и пр.).

Учитывая, что процедура банкротства — это «арена» столкновения разнонаправленных интересов ее участников, возникающих из разных сфер правовых отношений (семейное право, земельное право, наследственное право, договорное право, налоговое право, корпоративное право, трудовое право и пр.), специальный закон так или иначе соприкасается с нормами иных отраслей права и законодательства, а потому фактически в систему регулирования указанных отношений также включены специальные нормы, например, Семейный кодекс Российской Федерации³ (далее — СК РФ), Налоговый кодекс Российской Федерации⁴ (далее — НК РФ), Земельный кодекс Российской Федерации⁵ (далее — ЗК РФ), Трудовой кодекс Российской Федерации⁶ (далее — ТК РФ) и пр. При этом сам Закон о банкротстве, в том числе, содержит отдельные аспекты регулирования связанных отношений, например, порядок погашения учредителями (участникам) должника, собственником имущества должника — унитарного предприятия и (или) третьим лицом задолженности по обязательным платежам, либо институт мирового соглашения в банкротстве, который, в том числе, может способствовать предоставлению рассрочки по налоговым обязательствам должника на более льготных условиях, чем НК РФ и пр.

Принимая во внимание, что процедура банкротства в определенный момент переходит в судебную плоскость, в систему регулирования, в том числе, включены нормы процессуального законодательства — Арбитражный процессуальный кодекс РФ⁷ (далее — АПК РФ), Гражданский процессуальный кодекс РФ⁸ (далее — ГПК РФ) и пр. Несмотря на то, что споры о банкротстве относятся к компетенции арбитражного суда, далеко не все вопросы, связанные с должником, подлежат рассмотрению именно в рамках арбитражного судопроизводство, а потому включение в систему регулирования иных процессуальных кодексов оправданно. Специфика специальной нормы (Закона о банкротстве) в случае столкновения с процессуальным законом заключается в том, что Закона о банкротстве содержит в себе не только материально-правовое, но и процессуальное регулирование, а потому, например, в рамках АПК РФ прямо установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (ч. 1 ст. 223 АПК РФ). Учитывая многочисленные злоупотребления, возникающие в рамках института банкротства, нельзя не упомянуть применение КоАП РФ⁹ и УК РФ¹⁰, устанавливающие ответственность за такие действия как фиктивное или преднамеренное банкротство, неправомерные действия при банкротстве.

Систему источников регулирования отношений несостоятельности составляют не только кодифицированные федеральные законы, например, ФЗ «О саморегулируемых организациях», применение которого необходимо ввиду обязательного членства арбитражных управляющих в саморегулируемых организациях, или ФЗ «Об исполнительном производстве», поскольку введение судебной процедуры банкротства является основанием для приостановления или прекращения исполнительного производства.

Немаловажное значение также играют подзаконные нормативные правовые акты — постановления Правительства РФ¹¹, приказы Минэкономразвития России¹² (являющегося федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере банкротства)¹³, приказы Минюста России¹⁴, Минфина России¹⁵, положения Банка России¹⁶ и пр.

Особое значение вне всякого сомнения имеют ключевые позиции высших судебных инстанций — Конституционного Суда РФ¹⁷, Верховного Суда РФ¹⁸ и существовавшего до 2014 г. Высшего Арбитражного Суда РФ¹⁹.

§ 2. Понятие и признаки несостоятельности (банкротства)

Полагаем излишним чрезмерно концентрироваться на раскрытии понятия несостоятельность (банкротство) с точки зрения науки и существа указанного института. Тем не менее полностью игнорировать указанный аспект было бы неправильно.

В науке обнаружено достаточное количество работ, посвященных исследованию вопроса сущности института банкротства: это событие, действие или состояние²⁰? Например, С. А. Карелина приходит к выводу о том, что банкротство — это сложный юридический состав (субъективно-объективное явление), для возникновения которого требуется специальная совокупность отдельных юридических фактов: юридическое последствие в виде банкротства наступает только в случае накопления отдельных юридических фактов в определенном порядке, а именно: 1) наличие признаков несостоятельности (банкротства); 2) совершение определенных процессуальных действий; 3) отсутствие оснований для введения восстановительных процедур; 4) соответствующее решение арбитражного суда о введении в отношении должника одной из процедур банкротства.

Не менее обширное исследование понятия банкротства проведено Е. Д. Суворовым, который рассматривает банкротство с разных ракурсов: как экономическое состояние, как основание или специальный режим расчетов, как способ исполнительного производства, как способ разрешения несостоятельности и пр.²¹

Полагаем, что для целей понимания сущности института банкротства, гораздо важнее разобраться с основными терминами. К таковым, в частности, относятся: неплатежеспособность, недостаточность имущества (неоплатность), несостоятельность (банкротство), объективное банкротство. Первые три термина раскрыты в статьей Закона о банкротстве, последний термин определен в рамках постановления № 53. Указанные термины, в том числе, играют основное значение при решении вопроса о возможности инициирования процедуры банкротства.

Неплатежеспособность — прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абз. 37 ст. 2 Закона о банкротстве).

Несмотря на то, что специальная норма прямо не устанавливает следующий постулат, ее корректное прочтение предполагает понимание, что прекращение исполнения касается «созревших» (то есть уже с объективно наступившим сроком исполнения, в том числе, по которым срок определен моментом востребования, которое произошло) обязательств, а не всех обязательств в принципе, существующих у должника, по которым еще не наступил срок исполнения. Иными словами, неплатежеспособность свидетельствует о невозможности должника справиться с текущими расходами на осуществление хозяйственной деятельности.

Указанное мнение высказывалось как дореволюционными юристами, так и современными учеными: например, Г. Ф. Шершеневич под неплатежеспособностью понимал такое положение должника, при котором он оказывается не в состоянии удовлетворить предъявленные к нему требования со стороны кредиторов²². Аналогичное мнение о понятии неплатежеспособности встречается в работах Е. Д. Суворова²³.

В науке и судебной практике распространена позиция о том, что недостаточность денежных средств не может автоматически свидетельствовать о несостоятельности должника. Прежде всего, прекращение исполнения обязательств может быть вызвано временными финансовыми трудностями, а потому может быть преодолено²⁴. Более того, неисполнение обязательств перед определенным контрагентом может быть вызвано наличием разногласий по части наличия таких обязательств, которые разрешаются в суде, и после вынесения соответствующего судебного акта, обязательства могут быть сразу же исполнены²⁵. Аналогичным образом не свидетельствует о неплатежеспособности должника наличие судебных споров или возбужденных в отношении него исполнительных производств²⁶.

Доктрина предлагает классифицировать неплатежеспособность на относительную (предполагающую прекращение осуществления платежей сроком менее, чем 3 (три) месяца) и абсолютную (при которой продолжительность неисполнения обязательств составляет 3 (три) и более месяца)²⁷.

Недостаточность имущества (неоплатность) — превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абз. 36 ст. 2 Закона).

При установлении указанного критерия судебная практика, как правило, ориентируется на показатель чистых активов²⁸, однако здесь следует сразу оговориться, что отрицательная структура баланса — не является неопровержимым доказательством недостаточности имущества должника. Существует обширная правоприменительная практика, укрепляющая позицию о том, что одних показателей чистых активов или баланса недостаточно для вывода об оплатности или неоплатности должника²⁹.

Судебной практикой был предложен термин объективное банкротство — неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (п. 4 постановления № 53). Данный термин фактически был выведен ранее (с 2016 г.)³⁰, а позднее был закреплен в постановлении № 53.

Ключевое отличие терминов недостаточность имущества и объективное банкротство заключается в том, что в первом случае речь идет только о денежных обязательствах должника, которые в своей совокупности превышают объем активов последнего, в то время как при объективном банкротстве во внимание принимается весь объем обязательств должника (а не только денежных требований). Установление даты объективного банкротства крайне важно с точки зрения потенциального спора о привлечени к субсидиарной ответственности³¹.

Несостоятельность (банкротство) — признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (абз. 2 ст. 2 Закона).

Дискуссия относительно сущности терминов «несостоятельность» и «банкротство» имеет место быть вплоть до настоящего времени. Традиционным является понимание, что они синонимичны. В зарубежных правопорядках чаще используется термин insolvency (несостоятельность), нежели bankruptcy (банкротство). В отечественной литературе они раскрываются через понятие неплатежеспособность. Название специального закона, как и ст. 2 Закона о банкротстве, не разграничивают понятия несостоятельность (банкротство), ставя их в один ряд, в то время как анализ научных воззрений позволяет определить несколько направлений мысли на этот счет: в частности, несостоятельность — более широкая категория, включая в себя банкротство. Банкротство — это частный случай несостоятельности, сопровождающийся прекращением платежей по долговым обязательствам, в то время как несостоятельность — это неспособность исполнить обязательства. Банкротство при этом (в отличие от несостоятельности) всегда предполагает наличие судебной процедуры³². Отдельные авторы отмечают, что банкротство характеризует уголовно-правовую составляющую отношений, когда должник фактически совершает уголовно-наказуемое деяние, в то время как гражданско-правовая специфика определяется термином несостоятельность³³.

Думается обоснованным отразить авторскую позицию по данному вопросу: банкротство характеризует судебную стадию такого финансового состояния должника, которая не предполагает возможность его санации, в то время как несостоятельность определяет такое его положение, которое как в рамках досудебной стадии, так и судебного разбирательства, открывает возможность для разрешения скопившегося долгового бремени должника.

В контексте изложенного следует отметить, что готовящийся к принятию объемный законопроект о несостоятельности, в том числе, изменит текущее название закона, которое в новой редакции будет изложено как Федеральный закон «О реструктуризации и банкротстве»³⁴. Тем самым будет подчеркнуто, что банкротство — это такое состояние имущества должника, когда последний не просто не способен исполнить принятые на себя обязательства, но и находится в таком финансовом положении, при котором невозможна его реабилитация, а исключительно принудительная ликвидация после наиболее полного и соразмерного погашения имеющихся долгов.

Таким образом, сравнивая предложенные понятия, следует отметить следующее: неплатежеспособность характеризуется прекращением исполнения обязательств, обеспечивающих текущую финансовую деятельность должника; недостаточность имущества демонстрирует невозможность исполнения денежных обязательств ввиду превышения таковых над активами должника; объективное банкротство показывает совокупное превышение пассивов (долгового бремени) над активами должника, а несостоятельность (банкротство) идентифицирует начало судебной процедуры в отношении должника.

§ 3. Условия инициирования процедуры несостоятельности (банкротства)

С точки зрения практического смысла понимание различий предложенных терминов необходимо для определения момента, при котором допустимо инициирование процедуры банкротства.

Так, Закон о банкротстве содержит несколько статей, посвященных материальным условиям подобной возможности (например, ст. 3 (признаки банкротства), ст. 6, п. 2 ст. 33 (подсудность дел о банкротстве, возбуждение дела о банкротстве). Доктрина предлагает классифицировать указанные признаки на сущностные и объективные: сущностные критерии свидетельствуют о необходимости обращения к процедуре банкротства на основе фактических данных о финансовом состоянии должника, в то время как объективные устанавливают ряд конкретных условий (как материального, так и процессуального характера), достаточных для возбуждения дела о банкротстве³⁵.

При этом указанные критерии применяются в зависимости от того, кто выступает инициатором судебной процедуры банкротства.

В частности, если заявление о признании должника банкротом подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом, то объективными критериями выступают срок просрочки³⁶ (3 месяца и более) и размер задолженности (300 000 рублей). Тем самым в основу инициирования процедуры положен критерий неплатежеспособности, то есть прекращения исполнения текущих обязательств³⁷.

Здесь сразу следует отметить, что указанные критерии не могут быть использованы в качестве препятствия для удаления с предпринимательского оборота фактического банкрота. Так, в 2016 г. на рассмотрение ВС РФ было передано дело, в рамках которого при неоднократной подачи со стороны кредиторов должника заявлений о признании его банкротом, обязательства перед ними погашались таким образом, чтобы сумма задолженности становилась 299 000 рублей, что нивелировало возможность введения судебной процедуры. Когда спор дошел до ВС РФ, последний объяснил, что указанная пороговая сумма не должна быть использована для недобросовестных целей и в условиях фактической несостоятельности должника, в отношении последнего (с учетом всех фактических обстоятельств) давно должна была быть введена процедура банкротства³⁸. Аналогичная ситуация повторилась в 2018 г., когда ВС РФ указал на возможность кредиторам объединять свои задолженности с тем, чтобы совокупный размер был больше 300 000 рублей, в качестве меры противодействия недобросовестному поведению должника и его дружественных кредиторов³⁹.

Если же заявление о признании должника банкротом подает сам должник, то используется сущностный критерий, когда последний самостоятельно оценивает свои финансовые возможности и при наличии объективных причин обращается к соответствующей процедуре с целью своевременного самоисключения из гражданского оборота.

В частности, ст. 8 Закона о банкротстве закрепляет ситуацию «предвидения банкротства» (когда подача заявления о признании себя банкротом является правом, а не обязанностью должника), когда иных условий (период просрочки и размер задолженности) не требуется; достаточно лишь очевидных обстоятельств, свидетельствующих о невозможности исполнения денежных обязательств (денежных требований, требований о выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работавших по трудовому договору, и(или) обязанность по уплате обязательных платежей) в установленный срок⁴⁰.

Аналогичным образом сформулирована ст. 9 Закона о банкротстве (ситуация, когда заявление о собственном банкротстве является обязанностью должника), закрепляющая перечень обстоятельств, являющихся основанием для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом (несоблюдение этой обязанности в перспективе может стать основанием для привлечения контролирующих и иных, указанных в законе лиц, к субсидиарной ответственности за неподачу/несвоевременную подачу такого заявления). Сюда относятся такие обстоятельства как: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника — унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника и пр.

Анализ указанных положений также позволяет отметить, что в таком случае превалируют сущностные признаки, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был понять о необходимости обращения в суд с заявлением о банкротстве должника⁴¹.

Таким образом, в случае инициирования процедуры банкротства самим должником Закон о банкротстве не устанавливает четких объективных критериев, при наличии которых последний должен обратиться с таким заявлением; в случае инициирования процедуры по заявлению иных лиц (уполномоченных органов, конкурсных кредиторов, работников / бывших работников должника) установлены общие объективные критерии — срок неисполнения обязательств (3 месяца и более) и размер задолженности (300 000 рублей и более). Указанные критерии могут быть дифференцированы самим Законом о банкротстве для отдельных категорий должников.

Все вышеизложенные признаки условно можно обозначить как материальные основания для подачи заявления о признании должника банкротом, в то время как Закон о банкротстве также устанавливает процессуальные требования.

Прежде всего, прежде чем обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, заинтересованное лицо (как сам должник, так и иные участники, кроме уполномоченного органа) обязаны не менее чем за 15 календарных дней до подачи заявления в суд разместить в Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом)⁴². Срок действия уведомления составляет 30 дней. В том случае, если инициатором процедуры выступает уполномоченный орган (ФНС РФ), предварительное уведомление не требуется (абз. 3 п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве). В таком случае уведомление должно быть опубликовано в течение 5 (пяти) рабочих дней с даты направления в суд заявления о признании должника банкротом (п. 7 ст. 41 Закона о банкротстве).

Помимо этого, для инициатора процедуры обязательно наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего размер и основание его требования (то есть прошедшего рассмотрение в суде апелляционной инстанции). Указанное требование существует исключительно для инициатора процедуры банкротства, иные лица в последующем могут включаться в процедуру без соответствующего акта, и их требования будут рассмотрены по правилам искового производства в рамках спора о включении в реестр требований кредиторов должника (п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве). Требования, подтвержденные решением третейского суда, также учитываются, но только после такого как был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение третейского суда (глава 30 АПК РФ, глава 47 ГПК РФ). Для целей инициирования банкротства с указанного момента требование считается подтвержденным судебным актом третейского суда.

Из указанного правила, в том числе, существуют исключения, когда инициатору не требуется вступивший в законную силу судебный акт: в том случае, если кредитором выступает кредитная организация или государственная корпорация ВЭБ.РФ право инициировать процедуры возникает с момента возникновения у должника признаков банкротства, то есть прекращения исполнения обязательств продолжительностью более трех месяцев; аналогичным образом не нужен судебный акт конкурсному кредитору, чье требование возникло из специальной правоспособности кредитной организации, то есть кому кредитная организация уступила требование к должнику⁴³; уполномоченный орган может инициировать процедуру банкротства на основании собственного решения о взыскании задолженности по уплате обязательных платежей за счет денежных средств или иного имущества должника (абз. 2 п. 3 ст. 6 Закона о банкротстве), но в таком случае процедура не может быть инициирована ранее, чем по истечении 30 (тридцати) дней с момента его принятия (абз. 3 п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве).

Таким образом, инициатору (кроме уполномоченного органа) необходимо предварительно разместить уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, которое прикладываются к соответствующему заявлению, а также иметь вступивший в законную силу судебный акт (или акт уполномоченного органа), подтверждающий размер и основание долга (кроме требований кредитных организаций и государственной корпорации ВЭБ.РФ).

Инициаторами процедуры банкротства могут стать следующие лица:

— сам должник (как в добровольном (ст. 8 Закона о банкротстве), так и принудительном порядке (ст. 9 Закона о банкротстве);

— конкурсные кредиторы по денежным обязательствам (в том числе, находящиеся в процедуре банкротства, в таком случае инициатором от их имени выступает арбитражный управляющий, если они находятся на той стадии банкротства, когда отстранен руководитель и иные органы управления⁴⁴);

В качестве конкурсных кредиторов не могут выступать: уполномоченные органы, граждане, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью; уполномоченные органы, граждане, перед которыми должник имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренного Градостроительным кодексом РФ (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения); лица, перед которыми должник имеет обязательства по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредители (участники) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия)⁴⁵.

— уполномоченные органы с учетом особенностей, установленных Законом о банкротстве;

В частности, в качестве особенностей (с учетом изложенного выше) следует отнести: возможность инициирования процедуры без предварительного уведомления, возможность инициирования процедуры на основании собственного акта (а не только вступившего в силу судебного решения) и только по тем требованиям, возможность принудительного взыскания по которым не утрачена (абз. 7 п. 2 Обзора⁴⁶).

Возможность принудительного взыскания по требованию считается не утраченной в течение 2 (двух) лет со дня истечения срока исполнения соответствующего требования, если уполномоченным органом были приняты меры по взысканию за счет имущества должника и не приняты меры по принудительному взысканию за счет иного имущества (п. 1 ст. 47 НК РФ, п. 55 постановления № 57⁴⁷), то есть направление первого поручения на списание и перечисление денежных средств в пределах 2 (двух) месяцев после истечения срока исполнения требования об уплате налога (п. 2 ст. 46 НК РФ); возможность принудительного взыскания по требованию считается не утраченной в 6 (шести) месяцев со дня истечения срока исполнения соответствующего требования, если уполномоченным органом не были приняты меры по взысканию за счет имущества должника (п. 3 ст. 46 НК РФ). Указанные сроки исчисляются объективно — в последовательности и продолжительности, установленной названными нормами закона. Однако пропущенный уполномоченным органом по уважительным причинам срок может быть восстановлен судом (п. 3 ст. 46, п. 3 ст. 47 НК РФ, п. 60 постановления № 57).

— работники и/или бывшие работники должника по требованиям о выплате выходных пособий и(или) оплате труда.

Закон о банкротстве также устанавливает требования, на основании которых можно инициировать процедуру банкротства.

Прежде всего, денежные обязательства, в том числе, задолженность за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги; сумма займа с учетом процентов за пользование; неосновательное обогащение; задолженность, возникшая в результате причинения вреда имуществу кредитора.

В том случае, если требования инициатора подтверждено судебным актом, в рамках которого с должника взысканы основной долг и проценты по дату фактического исполнения, то для определения размера требования учитываются проценты, рассчитанные на дату подачи заявления о признании должника банкротом в суд. В том случае, если в судебном акте указан конкретный период взыскания основного долга и процентов за пользование, то учитывается сумма, прямо установленная судебным актом. В таком случае проценты, рассчитанные за период с даты подачи заявления до введения первой процедуры банкротства (наблюдения) предъявляются отдельно в порядке ст. 71, 100 Закона о банкротстве.

Помимо этого, основанием для возбуждения дела о банкротстве могут быть требования о выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору.

Также для расчета требований об инициировании процедуры банкротства принимаются обязательные платежи, однако все денежные требования учитываются без учета установленных законом пеней и штрафов.

Состав требований, на основании которых может быть инициировано дело о банкротстве, определяется на дату подачи соответствующего заявления в суд. При этом датой подачи заявления для указанных целей является дата поступления заявления в суд, а не дата вынесения определения суда о принятии указанного заявления (абз. 2 п. 2 постановления № 88).

Состав требований иных лиц (не инициатора), которые могут быть включены в реестр требований должника, возникшие до подачи заявления и заявленные после возбуждения дела о банкротстве, определяются на дату введения первой процедуры (то есть наблюдения). Датой возбуждения дела о банкротстве является дата определения суда о принятии заявления о признании должника банкротом.

Процедура банкротства не может быть инициирована на основании следующих обязательств: о компенсации вреда, причиненного жизни или здоровью; о сверхкомпенсации вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом РФ; о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, по обязательствам перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия, а также по требованиям, связанным с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств — неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей.

Здесь следует пояснить, что перечень указанных требований с учетом последних позиций ВС РФ, является исчерпывающим, а потому, если требование не включено в список исключений, на основании такого требования может быть инициирована процедура банкротства⁴⁸.

§ 4. Судебное рассмотрение заявления о признании должника банкротом

В текущей редакции Закона о банкротстве заложена очевидная проблема, требующая своего решения. Дело в том, что дело о банкротстве возбуждается формально (без вызова сторон) на основании определения арбитражного суда о принятии заявления о признании должника банкротом (дата указанного определения — это дата возбуждения дела о банкротстве). В этой связи складывается ситуация, при которой дело возбуждается в принципе без вызова сторон, а на момент рассмотрения обоснованности поданного заявления, в таком судебном заседании фактически участвуют только заявитель и должник⁴⁹, при этом в случае обоснованности заявления требование заявителя сразу же включается в реестр на основании определения арбитражного суда о введении наблюдения.

Принимая во внимание, что требование инициатора, как правило, предполагает наличие вступившего в законную силу судебного акта, на практике возможны различные ситуации. В частности, судебный акт, на котором основано требование инициатора, может быть обжалован в кассационном порядке или апелляционным судом может быть восстановлен срок на апелляционное обжалование, и тогда суд, рассматривающий дело о банкротстве вправе приостановить рассмотрение заявления кредитора-инициатора. Судебный акт, на котором основано требование инициатора, может быть отменен в период после принятия заявления и до рассмотрения его обоснованности, тогда суд, рассматривающий дело о банкротстве, должен отказать во введении наблюдения. Судебный акт, на котором основано требование инициатора, может быть отменен после введения наблюдения, в таком случае определение о введении наблюдения может быть пересмотрено и отменено в части включения требований инициатора в реестр, если в процедуре к этому моменту участвуют иные кредиторы. После принятия заявления и до рассмотрения его обоснованности исполнение судебного акта, на котором основано требование инициатора, может быть приостановлено, в таком случае суд, рассматривающий дело о банкротстве, оставляет заявление инициатора без рассмотрения.

В том случае, если инициатором банкротства является правопреемник лица, являющегося кредитором должника, к заявлению должно быть приложено определение суда о процессуальном правопреемстве. В том случае, если правопреемство произошло после принятия заявления судом, рассматривающим дело о банкротстве, процессуальную замену осуществляет суд, рассматривающий дело о банкротстве.

На практике возможна ситуация, когда в суд поступает несколько заявлений о признании должника банкротом. Заявления рассматриваются в порядке календарной очередности их поступления; в том случае, если какое-то заявление было оставлено без движения, календарная очередность устанавливается на основании даты его поступления в суд, если причины, ставшие препятствием в принятии заявления, были устранены в срок, установленный определением об оставлении без движения⁵⁰.

После того как судом принято первое заявление о признании должника банкротом, все последующие заявления являются заявлениями о вступлении в дело о банкротстве. С момента введения первой процедуры (наблюдения) все указанные заявления автоматически трансформируются в заявления о включении в реестр требований кредиторов.

Датой введения процедуры является календарная дата первого заявления (дата определения суда о принятия заявления) независимо от того, какое из заявлений будет признано обоснованным. При поступлении заявления о признании должника банкротом после введения процедуры наблюдения, суд отказывает в принятии такого заявления. Календарная дата заявления определяется, в том числе, с учетом изменения основания и размера требований, поскольку в случае увеличения размера требований в связи с изменением основания требования, датой предъявления требования считается дата соответствующего изменения. В том случае, если размер требования не меняется, а меняется только его правовая квалификация, календарная дата предъявления требования считается неизмененной⁵¹.

Таким образом, существует определенная последовательность действий для инициирования процедуры банкротства, например, конкурсным кредитором: прежде всего, необходимо получить судебный акт, вступивший в законную силу, о взыскании с должника суммы задолженности, далее необходимо направить уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, далее необходимо подать документы в суд с обязательным приложением документов по перечню, указанному в Законе о банкротстве, далее после принятия заявления суд назначает дату заседания по проверке обоснованности такого заявления, и по итогам проверки обоснованности суд принимает одно из определений, указанных в Законе о банкротстве⁵², например, о введении процедуры наблюдения и включении в реестр требований кредиторов должника требований кредитора-инициатора.

В том случае, если заявление инициатора необоснованно, либо отсутствуют основания п. 2 ст. 33 (о срок и размере долга), либо требование удовлетворено должником к моменту рассмотрения обоснованности заявления, либо требование не подтверждено судебным актом, либо отсутствуют основания ст. 8 или 9 Закона о банкротстве, а также имеются иные заявления о признании должника банкротом, суд выносит определение об отказе в введении наблюдения и оставлении заявления без рассмотрения. В том случае, если имеют место основания для оставления заявления без рассмотрения, но при этом отсутствуют иные кредиторы, суд выносит определение об отказе во введении наблюдения и прекращении производства по делу о банкротстве.

Заявитель-инициатор может отказаться от своего заявления о признании должника банкротом, в таком случае суд прекращает производство по такому заявлению, а при отсутствии иных заявлений — прекращает производство по делу о банкротстве. Отказ заявителя-инициатора от заявления не лишает его права предъявить свое требование в случае, если банкротство будет возбуждено на основании заявления иного лица. Тем самым, заявитель-инициатор утрачивает право быть инициатором процедуры банкротства на основании такого заявления, но не утрачивает право вступить в банкротство должника, возбужденное на основании заявления иного лица. Отказ от заявления инициатором может быть направлен только до принятия судебного акта по результатам рассмотрения обоснованности требований заявителя-инициатора⁵³.

Отказ в принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) возможен в случае несоблюдения условий п. 2 ст. 33 (о сроке и сумме задолженности) Закона о банкротстве, а также в случае, если в отношении этого должника уже введена одна из процедур банкротства (ст. 43 Закона о банкротстве).

В зависимости от фигуры инициатора, Закон о банкротстве устанавливает требования к заявлению: заявление должника — положения ст. 37, 38 Закона о банкротстве; заявление конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника — положения ст. 39, 40 Закона о банкротстве; заявление уполномоченного органа — положения ст. 41 Закона о банкротстве. В том случае, если к заявлению не приложены документы, установленные Законом о банкротстве, суд оставит такое заявление без движения и в случае неустранения причин, послуживших основанием для оставления без движения, указанное заявление будет возвращено. Здесь следует отметить, что для уполномоченных органов установлено дополнительное основание для оставления заявления без движения — отсутствие у должника средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства⁵⁴. Заявление, в котором были устранены нарушения, послужившие основанием для оставления без движения, считается поданным в день его поступления, а не в момент, когда были устранены нарушения.

Как правило, лица заинтересованы в том, чтобы быть инициатором процедуры банкротства ввиду того, что только инициатор процедуры может предложить кандидатуру арбитражного управляющего. Однако если инициатором выступает должник (абз. 11 п. 2 ст. 37 Закона о банкротстве) или в отдельных случаях аффилированное с ним лицо⁵⁵, они могут предложить только саморегулируемую организацию, из числа членов которых может быть назначен арбитражный управляющий, то есть конкретную кандидатуру такие лица предложить не могут.

Вопросы возникают также для ситуаций, когда требование календарно первого заявителя (инициатора) было исполнено календарно вторым или последующим кредитором; независимо от этого, утверждается кандидатура того арбитражного управляющего, который был предложен календарно первым заявителем. Исключения из указанного правила возможны в том случае, если суд усомниться в беспристрастности кандидатуры арбитражного управляющего, предложенного первым заявителем. По общему правилу последующему заявителю (который удовлетворил требования календарно первого) необходимо отказаться от заявления первого заявителя в порядке процессуального правопреемства, чтобы иметь возможность предложить кандидатуру своего арбитражного управляющего. При этом судебная практика указывает, что подобное поведение последующих кредиторов не является злоупотреблением правом⁵⁶.

Последствием судебного возбуждения дела о банкротстве является установление первичного контроля со стороны суда и лиц, указанных в законе, над финансовой деятельностью должника. Процедура банкротства не влечет автоматического прекращения хозяйственной деятельностью должника, но является формальным основанием для требования акселерации исполнения со стороны кредиторов должника, из-за чего фактически должник полностью утрачивает возможность восстановить свою платежеспособность. Введение процедуры банкротства также может рассматриваться как обстоятельство, ухудшающее ранее выданное обеспечение, например, если должник выступал поручителем⁵⁷.

§ 5. Мораторий на банкротство ⁵⁸

Распространение коронавирусной инфекции позволило ускорить процесс реформирования законодательства о банкротстве в части развития реабилитационных процедур. Более того, способствовало появлению ранее малоизвестных российскому правопорядку форм разрешения разногласий, возникающих между должником и кредиторами, о которых речь пойдет далее — prepacked insolvency (подготовленное банкротство) и cramdown (судебная рассрочка).

В целях стабилизации экономики в чрезвычайных обстоятельствах у Правительства РФ появилось право введения моратория на возбуждение дел о банкротстве (далее — постановление о введении моратория)⁵⁹. Мораторий был введен соответствующим постановлением 03.04.2020 и прекратил свое действие 08.01.2021 (изначально мораторий был введен сроком на 6 месяцев, а затем продлен еще на 3 месяца)⁶⁰. Мораторий фактически представляет собой внесудебную реабилитационную процедуру должника, когда последнему предоставлены существенные «льготы» в целях сохранения финансовой стабильности в условиях ограничений, вызванных пандемией.

Постановлением о введении моратория были определены субъекты, на которых распространялось действие моратория (тем самым законодатель избрал путь выборочного предоставления указанной «льготы», а не повсеместного распространения моратория, что было бы более разумным, по мнению автора): организации и ИП с определенным ОКВЭД по состоянию на 01.03.2020 (перечень подмораторных ОКВЭД также утверждался Правительством РФ); системообразующие организации; стратегические предприятия и стратегические акционерные общества; организации, включенные в перечень стратегических организаций.

Постановлением о введении моратория во взаимосвязи со ст. 9.1 Закона о банкротстве установлены обширные последствия введений моратория. Условно их можно разделить на три большие группы: 1 группа ограничений касается возможности инициирования процедуры банкротства на период действия моратория; 2 группа ограничений касается положения самого должника на период действия моратория; 3 группа ограничений касается особенностей процедуры банкротства в отношении подмораторного должника, если оно было инициировано в первые 3 месяца после окончания моратория.

Ограничения, связанные с возможностью инициировать
процедуру банкротства

На период введения моратория ограничено право конкурсных кредиторов и уполномоченных органов на инициирование процедуры банкротства. Конкурсные кредиторы в принципе не могли обратиться с соответствующим заявлением: новые заявления, поданные в отношении подмораторных должников в период действия моратория, равно как и заявления, поданные до введения моратория, но не принятые к моменту его введения, подлежали возврату заявителю⁶¹. При этом следует отметить, что если дело о банкротстве подмораторного должника было введено до даты введения моратория, оно подлежит рассмотрению независимо от введения моратория. Возврат заявлений осуществлялся по формальному критерию: достаточно соответствия должника условиям моратория⁶². Исключение составляют ликвидируемые должники, в отношении которых процедура банкротства могла быть инициирована в период действия моратория, даже если они соответствовали условиям моратория⁶³. Уведомления о намерении обратиться в суд заявлением о признании должника банкротом на весь период действия моратория не подлежали размещению, а включенные в реестр на дату введения моратория, утрачивали свою силу⁶⁴. По истечении действия моратория, уведомления должна были быть направлены заново⁶⁵. Для уполномоченных органов был установлен внутренний запрет на подачу заявлений о банкротстве, хотя сам Закон о банкротстве их право не ограничивал.

Ограничения, связанные с положением самого должника в период моратория

На период действия моратория для должников, подпадающих под его действие, накладывались определенные ограничения⁶⁶:

1) приостанавливалась обязанность подавать заявление о своем банкротстве даже при наличии условий, которые Законом о банкротстве предусмотрены в качестве обязательных для обращения с таким заявлением (ст. 9 Закона о банкротстве). В практическом смысле это значит, что после окончания введения моратория в случае банкротства должника на период моратория контролирующие должника лица и иные лица, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу/несвоевременную подачу заявления о собственном банкротстве, не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за период действия моратория⁶⁷;

2) не допускалось удовлетворение требований учредителя (участника) о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной стоимости доли (пая);

3) не допускался зачет денежных обязательств;

4) не допускалось изъятие собственником имущества должника — унитарного предприятия принадлежащего должнику имущества;

5) не допускалась выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника;

6) не начислялись неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей; не допускалось начисление любых процентов, не только штрафных санкций, но и процентов по основному обязательству⁶⁸;

7) не допускалось обращение взыскания на заложенное имущество, в том числе, во внесудебном порядке; учитывая, что указанное положение дублировало п. 1 ст. 18.1 Закона о банкротстве, в указанной части в порядке аналогии применимы разъяснения п. 6 постановления № 58⁶⁹ о том, что соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, заключенное после введения моратория (в оригинале — после введения наблюдения) — являлось ничтожной сделкой; заключенное до введения моратория — не подлежало исполнению, а если в момент введения моратория заложенное имущество находилось у залогодержателя, последний не вправе был оставлять его за собой, отчуждать каким-либо образом и обязан был обеспечить его сохранность; суд мог вынести решение об обращении взыскания на заложенное имущество, которое не подлежало бы принудительному исполнению;

8) приостанавливались исполнительные производства по имущественным взысканиям, возникшим до даты введения моратория; при этом аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения, наложенные в ходе исполнительного производства, на период действия моратория не снимались; в период моратория могли быть выданы исполнительные листы по имущественным взысканиям, по которым возможно было применение ограничительных мер без возможности получения по ним исполнения⁷⁰.

Ограничения и особенности, установленные в случае возбуждения дела о банкротстве в первые 3 месяца после окончания действия моратория⁷¹

Для уполномоченных органов, поскольку они не обязаны направлять уведомление о намерении обратиться в суд заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), установлен иной порядок подачи заявления о признании должника банкротом (абз. 4 п. 2 ст. 9.1 Закона о банкротстве): 1) для требований, взыскиваемых в бесспорном порядке: 30 дней с момента вынесения акта уполномоченным органом + 15 календарных дней с момента истечения срока моратория; 2) для требований, взыскиваемых в судебном порядке: 30 дней с момента вступления в законную силу судебного акта + 15 календарных дней с момента истечения срока моратория.

В таком случае изменяется исчисление сроков, установленных для установления заинтересованных по отношению к должнику лиц (п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве), а также установленных для определения периода подозрительности сделок должника (ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). Периоды исчисляются следующим образом: дата моратория + весь период моратория + 3 (три) месяца после введения моратория.

После принятия судом заявления о признании подмораторного должника банкротом, требования по 1) денежным обязательствам; 2) выплате выходных пособий и оплате труда лиц; 3) обязательным платежам, возникшие до введения моратория, определяются на дату введения моратория, то есть на 03.04.2020. В том случае, если вышеуказанные требования выражены в иностранной валюте, то их размер определяется в рублях по наименьшему курсу ЦБ РФ, установленному либо на дату введения моратория, либо на дату возбуждения дела о банкротстве⁷².

В том случае, если в период моратория кредитор выдал письменное согласие с условиями мирового соглашения, и должник представил суду такое письменное согласие, кредитор считается проголосовавшим «за» заключение мирового соглашения, которое предложено к заключению в рамках возбужденной процедуры банкротства (ситуация pre-packed insolvency — банкротство по договоренности с мажоритарным кредитором (или кредиторами)).

Pre-packed insolvency — это разновидность процедуры банкротства, при которой план реструктуризации согласовывается заранее перед объявлением компании о своей несостоятельности. Наибольшее распространение такая процедура получила в США, Великобритании и Канаде. Важным трендом в Германии, как и в других странах, является переход к реструктуризации на стадии предупреждения банкротства. Введенная в 2012 г. предварительная процедура: «защита от банкротства» (нем. Schutzschirmverfahren) предполагает подготовку плана восстановления, обычно включающего продажу компании или ее части. «Защита от банкротства» применяется при угрозе возникновения неплатежеспособности и позволяет избежать санкций за отсрочку подачи заявления на банкротство. Процедура может быть введена на срок до 3 месяцев, в течение которых менеджмент готовит план восстановления, в том числе M&A (слияние и поглощение) либо LBO (Leveraged buyout — приобретение контрольного пакета акций с помощью заемного финансирования). Важно отметить, что на предварительном этапе по решению суда уже может быть введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов. В Великобритании также применяется процедура подготовленного банкротства (pre-pack) и даже существует специальный термин «подготовленная продажа». Этим термином обычно определяется продажа неблагополучной компании при участии специального управляющего (insolvency practitioner). В ходе предупреждения банкротства в Великобритании возможно достижение добровольного согласованного решения (company voluntary arrangement, CVA) о реорганизации или компромиссе, что может рассматриваться как аналог мирового соглашения в российской системе. Как правило, CVA — неформальное соглашение между компанией-должником и необеспеченными (незалоговыми) кредиторами о достижении компромисса по долгам для преодоления финансовых затруднений и избежание ликвидации. Если такое соглашение поддерживают кредиторы, задолженность перед которыми составляет 75% суммы всех требований, то оно распространяется на всех голосующих кредиторов. Однако CVA редко используются, если у компании большая задолженность перед обеспеченными (залоговыми) кредиторами. Несмотря на добровольный характер рассмотренных процедур, все они протекают под контролем суда. В целом задачи судебного администрирования в Великобритании выстроены в порядке иерархии: восстановление компании; нахождение наилучшего варианта для всех кредиторов при ликвидации компании (если оно не найдено на стадии предупреждения банкротства самой компанией); реализация имущества компании и распределение вырученных средств. Вмешательство суда варьируется в зависимости от степени подготовленности банкротства. В случае CVA суд лишь рассматривает отчет назначенного лица (nominee) о достигнутом соглашении должника и кредиторов⁷³.

Помимо этого, особенностью является то, что решение о заключении мирового соглашения принимается большинством голосов от общего числа голосов, принявших участие в собрании, при условии согласия залоговых кредиторов, принявших участие в таком собрании (в том числе, в форме заочного голосования)⁷⁴.

Последующее реформирование ст. 9.1 Закона о банкротстве привело к появлению института судебной рассрочки (cramdown — буквальный перевод навязывание). Судебная рассрочка могла быть предоставлена подмораторным должникам — юридическим лицам и ИП⁷⁵, — в отношении которых были введены процедуры наблюдения или реструктуризации долгов соответственно в период действия моратория. Такие должники могут обратиться с заявлением о предоставлении судебной рассрочки не ранее первого собрания кредиторов, поскольку предполагается необходимым сначала попытаться урегулировать вопрос в рамках мирового соглашения и только при невозможности использовать альтернативный вариант в форме рассрочки.

Закон о банкротстве устанавливает условия, наличие которых позволяло обратиться к данному институту:

1) уменьшение доходов должника на 20% и более по сравнению с аналогичным отчетный периодом⁷⁶ за один календарный год (либо за 2 года, если на момент возбуждения дела о банкротстве не истек ни один отчетный период);

2) отсутствие задолженности по требованиям 1 и 2 очереди реестра, предусмотренным абз. 1, 2 п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве (по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, а также задолженность по выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору);

3) собрание кредиторов приняло решение не заключать мировое соглашение или воздержалось от принятия такого решения;

4) отсутствовали заявления кредиторов о признании должника банкротом, поданные до даты введения моратория и возвращенные судом по причине введения моратория (на основании ст. 9.1 Закона о банкротстве);

5) заявление должника о признании его банкротом было подано не ранее 1 (одного) месяца после даты введения моратория (то есть заявление подано после 03.05.2020).

Помимо этого, специальная норма устанавливала требования (обязательные условия) к содержанию соглашения о рассрочке:

1) судебная рассрочка должна была касаться только объективно созревших требований, уже просроченных на дату возбуждения дела о банкротстве⁷⁷ либо созревающих требований, то есть со сроком исполнения не позднее 1 (одного) года с даты предоставления судебной рассрочки⁷⁸;

2) погашение задолженности по указанным обязательствам должно происходить посредством ежемесячной уплаты платежей равными суммами в течение одного года;

3) кредиторы с размером требование более 10% от совокупной реестровой задолженности (во внимание принимается только индивидуальный размер обязательств), за исключением заинтересованных по отношению к должнику лиц, имеют право на доступ к информации об имуществе, имущественных правах и обязательствах должника в течение срока действия судебной рассрочки с корреспондирующей обязанностью должника предоставлять соответствующую информацию указанным кредиторам в разумный срок; также на должнике лежит обязанность предоставлять кредиторам с таким размером требований отчет об исполнении судебной рассрочки не реже 1 раза в квартал;

4) в том случае, если судебная рассрочка предоставлено более, чем на 1 (один) год, на последующий (второй год) подлежат начислению договорные проценты (в случае их отсутствия, проценты по ключевой ставке Банка России, действовавшей в период действия судебной рассрочки); такие проценты начисляются со второго года предоставленной рассрочки;

5) помимо этого, для должника установлены иные ограничения на период действия рассрочки, предусмотренные абз. 5, 7–10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве, например, не допускаются удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной стоимости доли (пая); не допускается изъятие собственником имущества должника — унитарного предприятия принадлежащего должнику имущества; не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника и пр.

6) Исполнительные производства по имущественным взысканиям по требованиям, возникшим до предоставления судебной рассрочки, подлежат прекращению.

По общему правилу, судебная рассрочка предоставлялась сроком на 1 (один) год, однако закон предусматривает исключения, когда рассрочка могла быть предоставлена сроком на 2 (два) года, если доход упал более, чем на 50% и ниже, либо на 3 года, если должник — стратегическое предприятие, доход которого упал на 50% и ниже. В случае удлиненного срока предоставления судебной рассрочки должник должен был предоставить на сумму требований необеспеченных кредиторов (незалоговых кредиторов) обеспечение в виде банковской гарантии и (или) залога имущества или третьих лиц, рыночная стоимость которого должна быть определена оценщиком (п. 3.4 ст. 9.1 Закона о банкротстве).

Условия судебной рассрочки распространялись на требования всех кредиторов, в том числе, не включенных в реестр (независимо от условий обязательства в части досрочного исполнения в случае изменения финансового положения). На основании заявления о судебной рассрочке арбитражный суд должен был вынести определение, в рамках которого определялись условия рассрочки, а производство по делу о банкротстве подлежало прекращению, определение могло быть обжаловано. В случае несоблюдения условий судебной рассрочки арбитражный суд по ходатайству кредиторов мог вынести определение об отмене рассрочки в отношении всех кредиторов; производство по делу о банкротстве в таком случае подлежало возобновлению, если только в отношении должника не введена процедура, применяемая в новом деле о банкротстве. При возобновлении производства по делу о банкротстве в случае отмены рассрочки подлежала введению та процедура, которая была на момент предоставления рассрочки.

В том случае, если было вынесено определение об отмене судебной рассрочки или возбуждалось новое дело о банкротстве в связи с неисполнением условий ранее предоставленной судебной рассрочки, периоды подозрительности сделок (ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) подлежали удлинению и исчислялись как: период до даты введения моратория (то есть до 03.04.2020) + период моратория + период до вынесения определения об отмене судебной рассрочки / даты возбуждения нового дела о банкротстве при наличии неисполненной ранее судебной рассрочки.

Следует отметить, что институт судебной рассрочки имеет некоторое сходство с институтом мирового соглашения в деле о банкротстве, однако не является ему тождественным. В рамках Приложения № 1 проведен сравнительный анализ указанных институтов.

Вышеописанные особенности, указанные в ст. 9.1 Закона о банкротстве, на практике вызвали бесчисленное количество вопросов (и вызовут в дальнейшем), в связи с чем со стороны ВС РФ были приняты разъясняющие ключевые позиции: несколько обзоров судебной практики⁷⁹, а также постановление № 44⁸⁰, закрепляющие ряд интересных выводов, требующих своего внимания.

Например, объясняется, почему мораторий не применяется к тем лицам (даже подмораторным должникам), в отношении которых к моменту его введения уже возбуждено дело о банкротстве. ВС РФ указывает, что в таком случае институт моратория не будет выполнять свое предназначение — помощь тем, кому она объективна необходима, аналогичная логика применима для объяснения возможности инициирования дела о банкротстве в отношении ликвидируемого должника. Особое внимание обращает на себя разъяснение о не начислении штрафных санкций, поскольку указано, что если в отношении подмораторного должника в первые три месяца после окончания моратория не будет инициировано дело о банкротстве, то не подлежат начислению даже мораторные проценты на сумму его задолженности (которые начисляются в случае обычной судебной процедуры банкротства, когда на сумму основного долга подлежат начислению проценты по ставке рефинансирования, установленной ЦБ РФ, на дату введения соответствующей процедуры — например, п. 4 ст. 63 Закона о банкротстве). Не совсем объяснима с точки зрения правовой определенности позиция ВС РФ о том, что проценты за пользование денежными средствами (которые не являются мерой ответственности) в период действия моратория продолжают начисляться, однако, если в пределах трех месяцев с даты окончания моратория было возбуждено дело о банкротстве в отношении подмораторного должника, такие проценты не подлежат начислению за весь период моратория. Указанный подход видится чрезмерно неопределенным, а потому ущемляющим интересы кредиторов такого должника. Указано, что особенности, предусмотренные для судебных дел, инициированных в первые три месяца после окончания моратория, применяются и для тех дел, которые были инициированы в период действия моратория. Указанный Пленум № 44 впервые на уровне высших разъяснений устанавливает идею внеконкурсного оспаривания сделок должника, речь о котором пойдет далее. Также Пленум № 44 разъясняет, что требования, возникшие после начала действия моратория, подлежат квалификации как текущие (в случае возбуждения дела о банкротстве в первые три месяца после окончания моратория); до истечения указанного трехмесячного срока кредиторы по таким требованиям не могут инициировать дело о банкротстве должника. ВС РФ в рамках постановления № 44 также вводит презумпцию, что все сделки, должника, совершенные в период действия моратория, совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Вышеуказанные разъясняющие позиции закрепляют иные заслуживающие внимания выводы, знание которых крайне важно, поскольку ст. 9.1 Закона о банкротстве введена не как временная мера, подлежащая утрате по окончании пандемии, а как залог на будущее применение при необходимости масштабной помощи бизнес-сообществу в условиях непредвиденных и чрезвычайных обстоятельств.

Вопросы для самоконтроля

1. Соотнесите понятия «неплатежеспособность», «недостаточность имущества» (неоплатность) и банкротство.

2. Раскройте систему источников законодательства о несостоятельности (банкротстве).

3. Перечислите и раскройте условия инициирования процедуры банкротства в отношении юридического лица.

4. Раскройте особенности инициирования процедуры банкротства уполномоченным органом.

5. Раскройте особенности добровольного порядка инициирования процедуры банкротства.

6. Раскройте реабилитационные механизмы, которые могут быть применены к должнику на этапе инициирования процедуры банкротства.

7. Раскройте особенности рассмотрения обоснованности заявления кредитора о признании должника банкротом.

Глава 2.
УЧАСТНИКИ ПРОЦЕДУРЫ БАНКРОТСТВА

В рамках ст. 34 Закона о банкротстве определены основные лица, участвующие в деле о банкротстве, подробнее о каждом из которых пойдет речь далее: должник, арбитражный управляющий, конкурсные кредиторы, федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных Законом о банкротстве; лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

§ 1. Правовое положение должника

Должник — гражданин, в том числе индивидуальный предприниматель, или юридическое лицо, оказавшиеся неспособными удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение срока, установленного Законом о банкротстве (абз. 3 ст. 2 Закона о банкротстве).

В науке конкурсного права обоснованно отмечается, что понятие должника в смысле Закона о банкротстве отличается от гражданско-правового понятия должника. Фактически при тождественной терминологии должник с точки зрения Закона о банкротстве и с точки зрения ГК РФ — это совершенно разные субъекты: так, должник с точки зрения Закона о банкротстве не охватывает задолженности по неденежным обязательствам, но в то же время является таковым по уплате обязательных платежей (то есть одновременно являясь участником не только частных, но и публичных отношений в указанной части). Помимо этого, в отличие от ГК РФ, в рамках которого должник — это лицо, обязанное совершить или воздержаться от определенных действий (п. 1 ст. 307 ГК РФ), то есть статус должника приобретается с момента возникновения обязательства, то с точки зрения Закона о банкротстве — это только то лицо, которое впало в просрочку.

Действительно, на момент определения лица в качестве должника по нормам Закона о банкротстве во внимание принимаются именно денежные требования, что прямо следует из легально установленных признаков банкротства (ст. 3 Закона о банкротстве) и критериев банкротства (абз. 32, 33 ст. 2 Закона о банкротстве). Это, однако, не означает, что в последующем лицо, приобретшее статус должника по Закону о банкротстве, перестает быть обязанным исполнить неденежные требования, которые подлежат защите в общем процессуальном порядке¹.

Помимо этого, для определения в качестве должника (в контексте Закона о банкротстве) хозяйствующий субъект должен обладать банкротоспособностью (или конкурсоспособностью)². Банкротоспособность (конкурсоспособность) можно определить как способность быть признанным должником в деле о банкротстве, иметь права и нести обязанности, которые необходимы для целей конкурсного процесса.

В силу п. 2 ст. 1 Закона о банкротстве и п. 1 ст. 65 ГК РФ установлено, что по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом) любое юридическое лицо, за исключением казенного предприятия, учреждения, политической партии и религиозной организации. Применительно к государственной корпорации или государственной компании возможность признания их банкротом установлена указанными законоположениями в зависимости от наличия соответствующей прямой нормы в федеральном законе, предусматривающем создание такой корпорации или компании. В настоящее время не имеется ни одного федерального закона, позволяющего признать банкротом какую-либо государственную корпорацию или компанию. В норме п. 1 ст. 65 ГК РФ также установлено, что фонд не может быть признан несостоятельным лишь в случае, если это установлено законом, предусматривающим создание и деятельность такого фонда. Действующее законодательство, регулирующее деятельность таких фондов, как Российский научный фонд, Федеральный фонд содействия развитию жилищного строительства, Фонд перспективных исследований, Центр исторического наследия Президента РФ, прекративших исполнение своих полномочий, устанавливает, что указанные фонды не могут быть признаны банкротами³.

Исключение из перечня юридических лиц, которые могут быть признаны банкротами, казенных предприятий и учреждений выглядит в целом обоснованно, так как субсидиарную ответственность по долгам данных лиц несет государство. Однако изъятие политических партий и религиозных организаций выглядит неуместным, особенно, учитывая то обстоятельство, что указанные юридические лица вправе заниматься предпринимательской деятельностью. По долговым обязательствам таких лиц действующим законодательством не установлена субсидиарная ответственность каких-либо лиц, в связи с чем указанные субъекты поставлены в необоснованно более благоприятное положение. Представляется, что свобода вероисповедания, политические права и свободы граждан вряд ли могут быть нарушены вследствие неисполнения политической партией или религиозной организацией своих хозяйственных обязательств и последующего использования конкурсного механизма для защиты кредиторов таких должников.

Следует отметить, что одной из формируемых в настоящее время в развитых иностранных правопорядках тенденций правового регулирования конкурсных отношений является установление возможности признания несостоятельными предпринимательских объединений (предпринимательских групп) как объединений, не имеющих статуса юридического лица, но выступающих в обороте как организационно и имущественно единый хозяйствующий субъект⁴.

Материальная консолидация⁵ в банкротстве — специфический механизм правовой защиты, применяемый в рамках процедуры банкротства, суть которого сводится к объединению в рамках процедуры как всех активов, так и всех обязательств двух и более компаний. Американский институт substantive consolidation является наиболее характерным и развитым примером подобного средства правовой защиты⁶. На практике подобное объединение нередко идентифицируется за счет участия во взаимных обеспечительных обязательствах⁷.

Материальную консолидацию нельзя смешивать с процессуальной консолидацией нескольких дел в рамках процедуры банкротства (в американской терминологии — «joint administration» или «procedural consolidation»). Механизм применения процедурной консолидации установлен в Federal Rules of Bankruptcy Procedure. Процедурная консолидация может иметь место в случаях если: 1) в один суд поданы две и более петиции о банкротстве в отношении одного должника; 2) если в один суд поданы две и более петиции о банкротстве в отношении двух и более связанных должников (супруги, партнерство и его управляющие партнеры, два и более управляющих партнера, должник и аффилированное с ним лицо). Несмотря на кажущуюся схожесть, различие joint administration и substantive consolidation состоит в результатах применения того или иного механизма. Цель процессуального объединения — сделать процедуру банкротства проще и дешевле, чем она была бы в случае проведения двух и более отдельных процедур, не затрагивая при этом материальные права кредиторов. В случае применения процедурной консолидации имущество и обязательства должников продолжают рассматриваться в качестве отдельных и обособленных, объединение происходит только для целей ведения банкротства на уровне процедуры. Материальная консолидация приводит к объединению имущества должников (они рассматриваются в качестве единого субъекта на протяжении всего процесса банкротства), которому противостоят требования всех объединенных кредиторов.

Так как соотношение имущества и обязательств компаний почти всегда будет неодинаковым, применение substantive consolidation напрямую влияет на те суммы, которые будут возмещены кредиторам, приводя к перераспределению консолидированных активов должников от кредиторов наиболее состоятельных должников к кредиторам наименее состоятельных. В этом смысле «substantive consolidation — доктрина Робин Гуда».

Идея применения консолидации для российского законодательства не нова. Обоснование возможности существования множественности лиц на стороне должника, фактическое наличие признаков условной множественности в действующем законодательстве, правоприменительной практике рассматривается в научной литературе. Более того, в 2011 г. Минэкономразвития РФ подготовило проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления особенностей банкротства предпринимательских групп». Данный проект, в отличие от зарубежных правопорядков, где консолидация появилась как средство защиты интересов кредиторов, был направлен на защиту интересов должника — группы компаний, которая хочет банкротиться как единый бизнес. Предлагалась процессуальная координация с минимальной степенью материальной консолидации. При этом даже в такой редакции он был с большой опаской встречен судебным, научным сообществом, не получил поддержки. По результатам рассмотрения данного проекта Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства нормам проекта о банкротстве предпринимательских групп было дано отрицательное заключение⁸.

Формально не признавая возможность банкротства образований без статуса юридического лица, отечественный Закон о банкротстве допускает такую возможность применительно к банкротству крестьянского хозяйства, как объединения без статуса юридического лица (ст. 217–223 Закона о банкротстве). Это исключение делается из тех соображений, что именно таким образом возможно обеспечение баланса интересов участников конкурсных отношений, когда все имущество хозяйства, принадлежащее его участникам на праве общей совместной собственности, будет составлять конкурсную массу без необходимости выделения иного (личного) имущества членов этого хозяйства.

Особый теоретический и практический интерес представляет вопрос о возможности наделения административно-территориальных образовании Российской Федерации (субъектов Российской Федерации или муниципальных образовании) способностью быть признанными банкротами: действующее законодательство о несостоятельности (банкротстве) не дает однозначного ответа на указанную проблему, хотя в иностранных правопорядках данный вопрос в большинстве правовых систем решен положительно и многие муниципалитеты и (или) иные публично-территориальные образования признаются банкротами. В качестве примера можно привести получившее широкий резонанс банкротство г. Детроита в США в 2013 г. (Detroit, USA). Вместе с тем следует обратить внимание на то, что глава 19.1 Бюджетного кодекса РФ регламентирует вопросы восстановления платежеспособности субъекта РФ и муниципального образования путем введения Верховным Судом РФ (в отношении субъекта РФ) или арбитражным судом субъекта РФ (в отношении муниципального образования) особого режима управления — временной финансовой администрации. Так, в силу взаимосвязанных положений п. 3 ст. 168.2 и 112.1 БК РФ решение ВС РФ о введении в субъекте Российской Федерации временной финансовой администрации принимается в случае, если на момент принятия данного решения возникшая в результате решении, действий или бездействия органов государственной власти субъекта Российской Федерации просроченная задолженность по исполнению долговых обязательств и (или) бюджетных обязательств субъекта РФ превышает 30% объема собственных доходов бюджета субъекта РФ в последнем отчетном финансовом году при условии выполнения бюджетных обязательств федерального бюджета перед бюджетом субъекта РФ. Кроме этого, решение арбитражного суда субъекта РФ о введении в муниципальном образовании временной финансовой администрации принимается в случае, если на момент принятия данного решения возникшая в результате решении, действий или бездействия органов местного самоуправления просроченная задолженность по исполнению долговых обязательств и (или) бюджетных обязательств муниципального образования превышает 30% объема собственных доходов местного бюджета в последнем отчетном году при условии выполнения бюджетных обязательств федерального бюджета и бюджета субъекта РФ перед бюджетом муниципального образования. В данном случае в ст. 168.1–168.6 Бюджетного кодекса РФ фактически речь идет об особой процедуре финансово-бюджетной несостоятельности публичного образования, вводимой арбитражным судом, которая по своей правовой природе имеет много общего с одной из процедур банкротства — внешним управлением, но не закрепленной положениями Закона о банкротстве⁹.

Таким образом, должником — субъектом конкурсных отношений является обладающее конкурсоспособностью юридическое лицо (содержательный признак должника), в отношении которого судом возбуждено производство по делу о банкротстве (процессуально-правовой признак должника) и которое не способно удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, что выражается в наличии у этого лица установленных признаков банкротства (материально-правовой признак должника)¹⁰.

Доктрина позволяет выделить несколько классификаций должников. Так, в зависимости от того, имеет ли конкурсно-правовое значение характер деятельности должника — юридического лица, последние могут быть категоризированы следующим образом: 1) обычные должники (характер деятельности которых не имеет правового значения для конкурсного процесса); 2) должники отдельных категорий, в отношении которых законодательством установлены особенности производства по делу о банкротстве на основании того, что характер их деятельности имеет правовое значение (например, градообразующие предприятия, страховые организации, кредитные организации, застройщики и пр.).

В зависимости от возможности применения в отношении должника всех перечисленных в законе конкурсных процедур, они могут быть разделены на: 1) должников, в отношении которых могут быть, при наличии соответствующих оснований и с учетом определенного порядка, применены все предусмотренные Законом о банкротстве конкурсные процедуры; 2) должников, которые банкротятся в порядке упрощенных процедур, применяемых в деле о банкротстве (ликвидируемый должник, отсутствующий должник, должник, имеющий статус специализированного общества или ипотечного агента).

Помимо этого, встречаются авторские классификации. Например, В. Н. Ткачева разделяет должников по критерию добросовестности: 1) полностью добросовестные должники, в процессе банкротства которых не подлежат применению какие-либо нормы уголовного или административного законодательства; 2) должники, в процессе банкротства которых определенные (но не сам должник) субъекты повели себя недобросовестно, нарушив какие-либо уголовные или административные запреты (сам должник не знал и не должен был знать о противоправном поведении указанных лиц); 3) должники, которые своими действиями нарушили нормы уголовного или административного права. В эту категорию должников следует также отнести случаи, при которых кредиторы или третьи лица действовали противозаконно с ведома должника, и (или) случаи, при которых между должником и его кредиторами отсутствует конфликт, а возбуждение дела о несостоятельности преследует цели, не связанные с удовлетворением должником денежных требовании. Помимо указанной классификации существуют и иные, так называемые психолого-прикладные основания классификации должников, учитывающие тактику и стратегию поведения должников как по отношению к своему долгу, так и по отношению к кредиторам (рационалист и случайный должник; догоняющий должник и расточитель; ликвидный и необеспеченный должник; манипулятор и переговорщик и т. п. )¹¹.

Следует отметить, что вопреки расхожему мнению о превалировании в рамках специального закона правовых механизмов, направленных на защиту интересов кредиторов должника, последний, тем не менее, также не лишен определенной правовой защиты; должник по-прежнему остается собственником своего имущества, по-прежнему ответственно по обязательствам, которые на себя принимает, по-прежнему может выступать в обороте и принимать новые права и обязанности. Иными словами, сама по себе процедура банкротства не влечет автоматического прекращения деятельности должника, а потому он является полноценным участником хозяйственного оборота, но с определенными ограничениями, обусловленными необходимостью погашения скопившейся задолженности, объем которых возрастает, чем ближе должник становится к процедуре конкурсного производства и последующей ликвидации. В таком случае обоснован вывод о том, что приближение к стадии конкурсного производства позволяет трансформировать контроль органов управления должника в полноценный контроль конкурсных кредиторов (или конкурсный контроль), что соответствует той правовой цели и сути, которая заложена в Закон о банкротстве. При отсутствии возможности восстановления платежеспособности, очевидным становится и тот постулат, что органы управления со своей задачей не справились, ввиду чего было бы странно оставлять за ними соответствующие контрольные функции. В частности, учитывая, что конкурсный процесс включает в себя существенную процессуальную составляющую, должник наделен всеми процессуальными правами, перечисленными в ст. 41 АПК РФ: правом знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии; заявлять отводы; представлять доказательства и знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного разбирательства; участвовать в исследовании доказательств, давать объяснения, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам и т. д.

На органы управления могут быть возложены дополнительные обязанности: обязанность по обращению в суд с заявлением о собственном банкротстве (как это установлено в ст. 9), или обязанность передать арбитражному управляющему запрашиваемую документацию (как это установлено, например, в ст. 64 или 94). Иными словами, несмотря на то, что должник остается полноценным участником оборота, тем не менее, с учетом возникших финансовых трудностей, побудивших обратиться к судебной процедуре несостоятельности, специальный закон устанавливает для него ряд ограничений с тем, чтобы цель введения указанной процедуры была достигнута.

В то же время с целью сохранения баланса, в том числе, при защите разнонаправленных интересов участников процедуры — кредиторов и должника — специальный закон устанавливает систему средств защиты интересов последнего, поскольку, как не раз было отмечено в научной литературе, результат проведения судебной процедуры банкротства — справедливое разрешение конфликта (столкновения множественных интересов), возникшего ввиду невозможности одного из участников исполнить принятые на себя обязательства.

Прежде всего, — это возможность подачи заявления о собственном банкротстве (ст. 8, 9 Закона о банкротстве). Защита интересов в данном случае проявляется в том, что возбуждение дела о банкротстве (и последующее обращение к той или иной стадии) предоставляет должнику определенный «иммунитет», в первую очередь, связанный прекращением начисления неустоек и иных финансовых санкций; процентов как меры ответственности (за мораторных процентов в размере ставки рефинансирования¹²).

Дальнейшие средства защиты дифференцируются в зависимости от характера нарушения прав и законных интересов должника. В случае, если нарушения связаны с общим движением дела о банкротстве, то должник может воспользоваться следующими средствами защиты: обжалование определения о принятии заявления кредитора о признании банкротом (п. 35.2 постановления № 35¹³); представление отзыва на заявление о признании банкротом (ст. 47 Закона о банкротстве); обжалование судебных актов о введении той или иной процедуры (п. 4 ст. 49, п. 2 ст. 93, п. 3 ст. 124 Закона о банкротстве); подача ходатайства о прекращении производства по делу о банкротстве (ст. 57 Закона о банкротстве, п. 11 постановления № 35).

В случае, если интересы должника нарушаются в результате необоснованных требований со стороны кредиторов или уполномоченных органов, последний вправе предъявлять возражения относительно включения указанных требований в реестр, включая допустимость применения исковой давности по тем требованиям, по которым давность истекла (п. 2 ст. 71, п. 3 ст. 100 Закона о банкротстве); помимо этого, можно использовать механизм оспаривания сделок, предусмотренный в общих положениях ГК РФ.

Специальный закон также предусматривает возможность защиты от недобросовестных действий арбитражного управляющего: подача жалобы на действия/бездействие арбитражного управляющего (ст. 60 Закона о банкротстве); возможность отстранения арбитражного управляющего и взыскания с него убытков (ст. 20.4 Закона о банкротстве, Информационное письмо № 150¹⁴); допустимость отказа в утверждении арбитражного управляющего на основании соответствующего ходатайства (п. 56 постановления № 35).

При этом в случае предъявления ходатайства об отстранении не требуется предварительная подача жалоба на действия/бездействие такого арбитражного управляющего (нередко основанием для отстранения арбитражного управляющего является установление фактической аффилированности между ним и должником либо кредиторами должника¹⁵): так, в силу п. 2 Информационного письма № 150¹⁶ арбитражный суд может совместно рассмотреть жалобу лица, участвующего в деле о банкротстве, на действия конкурсного управляющего и ходатайство этого лица о его отстранении.

При нарушении прав и законных интересов кредитора действиями кредиторов (в частности, принимаемыми решениями собрания/комитета кредиторов), последний вправе обжаловать соответствующее решение в порядке, установленном главой 9.1 ГК РФ и ст. 15, 17 Закона о банкротстве. Помимо этого, в случаях, предусмотренных законом, самостоятельным предметом оспаривания могут быть и иные юридически значимые документы и действия, которые явились следствием принятых на собрании кредиторов решений, к примеру, план внешнего управления (п. 6 ст. 107 Закона о банкротстве), торги по продаже имущества должника (ст. 110, 139 Закона о банкротстве, ст. 449 ГК РФ) и т. д.

Учитывая, что на определенном этапе органы управления должника отстраняются (в рамках процедур внешнего управления и конкурсного управления происходит соответствующее отстранение), возникает обоснованный вопрос о механизме защиты должником своих прав в случае его нарушения.

Согласно п. 23 постановления № 29¹⁷ бывший руководитель должника вправе обжаловать судебные акты о введении внешнего управления или конкурсного производства. В этой связи в иных случаях защиту интересов должника обеспечивает арбитражный управляющий, выступающий фактически законным представителем должника. Помимо арбитражного управляющего, в интересах должника может выступить представитель учредителей (собственника имущества) должника, который согласно п. 3 ст. 126 Закона о банкротстве и п. 14 и 41 постановления № 35¹⁸ с момента введения внешнего управления или конкурсного производства приобретает права лица, участвующего в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

§ 2. Правовое положение кредиторов должника

Понятие «кредитор» в конкурсных отношениях, в отличие от общепринятого в гражданском праве, имеет собственное содержание. Это обусловлено тем, что им охватываются субъекты преимущественно с денежными требованиями, (однако это не значит, что кредиторы с неденежными требованиями не могут быть включены в процедуру банкротства¹⁹), при этом не только в рамках гражданско-правовых, но и публичных и иных отношений (уполномоченные органы по требованиям о взыскании обязательных платежей, работники (бывшие работники) должника с требованиями о выплате заработной платы
и/или выходных пособий и пр.).

С учетом имеющихся доктринальных позиций по вопросу можно выделить основные черты, характерные для кредиторов в деле о банкротстве:

1) все кредиторы неплатежеспособного должника так или иначе участвуют в процедуре банкротства;

2) основной законный интерес кредиторов состоит в получении максимального удовлетворения;

3) участие кредиторов подчинено трем специальным принципам (принципу равенства кредиторов одной очереди и, соответственно, равное распределение негативных последствий недостаточности имущественной массы должника; принципу соразмерности (ухудшение имущественного состояния должника в конкурсных процедурах влечет соразмерное увеличение объема контроля над должником); принципу большинства (решения, как правило, принимаются большинством голосов));

4) законодательством о банкротстве установлены различные правовые статусу кредиторов должника.

Текущее регулирование позволяет выделить ряд классификаций кредиторов должника. Так, в зависимости от характера и отраслевой природы требований, кредиторы могут подразделяться на: 1) текущих (внеочередных) кредиторов; 2) залоговых кредиторов, 3) конкурсных кредиторов; 4) уполномоченных органов.

С учетом критерия порядка удовлетворения кредиторских требований кредиторов можно поделить на: 1) внеочередных (текущих), требования которых удовлетворяются преимущественно перед реестровыми кредиторами, однако так же в очередности, установленной Законом о банкротстве (п. 1 ст. 134 Закона о банкротстве); 2) реестровых кредиторов, требования которых удовлетворяются в порядке, установленной реестровой очередности (п. 3 ст. 134 Закона о банкротстве); 3) «зареестровые», то есть кредиторы, пропустившие срок предъявления требований и призываемые к удовлетворению после удовлетворения требований тех, кто заявился своевременно; 4) пониженные в очередности кредиторы, которые в свою очередь представлены подкатегориями (условная 5 очередь): а) кредиторы, являющиеся контролирующими должника лицами, предоставившие в период неплатежеспособности капиталозамещающее финансирование; б) кредиторы, чьи сделки с должником были признаны недействительными по основаниям п. 2 ст. 61.2 и п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве; в) кредиторы с требованием об осуществлении первоначального встречного исполнения в части основного долга²⁰; 5) послеочередные — удовлетворяются за счет имущества, оставшегося после завершения расчетов с кредиторами, в том числе, зареестровыми и пониженными в очереди (например, требование о выплате ликвидационной квоты). В зависимости от характера участия в собраниях кредиторов кредиторы могут быть разделены на: 1) не голосующих (например, работники должника) и 2) голосующих кредиторов (которые, в свою очередь, делятся на мажоритарных и миноритарных)²¹.

Легальное понятие конкурсных кредиторов содержится в ст. 2 Закона о банкротстве — это кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Однако неточность содержит как само название данной группы кредиторов, так и их легальную дефиницию. В общем, широком значении конкурс в деле о банкротстве устраивается не только среди кредиторов по денежным обязательствам, предусмотренным ГК РФ или бюджетным законодательством. В конкурсе de facto (особенно в случае признания должника банкротом) участвуют абсолютно все кредиторы, требования которых возникли до момента инициирования конкурсного процесса (момента принятия судом заявления о признания должника банкротом к своему производству).

Единственными кредиторами, которые не участвуют в общем конкурсе по распределению актива (не учитываются в реестре требований кредиторов), а находятся над ним и не подчиняются наряду с другими всем правилам Закона о банкротстве, являются кредиторы по текущим требованиям. Неточность дефиниции законодателя как раз и заключается в том, что в определении конкурсных кредиторов, данном в ст. 2 Закона о банкротстве, не содержится этого разграничения, позволяющего исключить кредиторов по текущим требованиям из числа конкурсных. На практике это разграничение проводится на основании нормы ст. 5 Закона о банкротстве, посвященной текущим кредиторам²².

Однако разграничение конкурсных и неконкурсных (текущих) кредиторов крайне важно. Проводя классификацию указанных кредиторов М. В. Телюкина определяет конкурсных кредиторов как активных кредиторов, отводя неконкурсным кредиторам пассивную роль²³. Активность конкурсных кредиторов, по мнению ряда ученых (В. В. Витрянский, В. А. Химичев и др.), обусловлена наделением их правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, на участие в собрании кредиторов с правом голоса и представление их интересов комитетом кредиторов²⁴.

Неконкурсные кредиторы участниками процедуры банкротства не являются, хотя нередко процедура затрагивает (нарушает) их права и законные интересы, в связи с чем Конституционный Суд РФ неоднократно рассматривал жалобы таких кредиторов относительно соответствия Конституции РФ норм Закона о банкротстве, ограничивающих их права на участие в деле о банкротстве (в основном жалобы граждан — работников юридического лица, которое находится на грани банкротства, но все еще продолжает функционировать). Правовая позиция КС РФ также сводится к тому, что указанные кредиторы вправе обращаться в суд общей юрисдикции только с имущественными и иными требованиями к арбитражным управляющим о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений по авторским договорам, о возмещении причиненного вреда в соответствии с установленной подсудностью, а также использовать механизм исполнения решений этих судов при рассмотрении арбитражными судами дел о банкротстве²⁵. Однако в настоящее время судебная практика исходит из того, что любое лицо, участвующее в деле о банкротстве или в процессе по делу о банкротстве (к каковым относятся и неконкурсные кредиторы), может обжаловать любые действия (бездействие) других участников конкурсного процесса, если таковые нарушают права и законные интересы первых²⁶. В этой связи основное отличие конкурсных кредиторов от неконкурсных в части контроля за ходом конкурсного процесса заключается не в возможности обжаловать действия субъектов, а в возможности определять саму судьбу конкурсного процесса путем принятия глобальных решений: о выборе процедур несостоятельности, о назначении арбитражного управляющего, о расходах по делу о банкротстве и т. д. (п. 2 ст. 12 Закона о банкротстве)²⁷.

Таким образом, для того, чтобы идентифицировать конкурсного кредитора из числа кредиторов должника, необходимо отметить ряд следующих признаков:

1) преимущественно денежный характер требований; согласно ст. 307 ГК РФ и п. 37 постановления № 7²⁸ сущностным признаком любого денежного обязательства является использование денег в качестве средства платежа (погашения долга);

2) денежное обязательство имеет частноправовую природу и должно возникнуть до принятия судом к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом);

3) статус лица, участвующего в деле о банкротстве, и обладающего определенным набором прав (право на подачу заявления о признании должника банкротом; право на контроль за конкурсными процедурами, деятельностью арбитражного управляющего и должника; право на пополнение конкурсной массы).

Для защиты прав конкурсных кредиторов от злоупотреблений при банкротстве со стороны как должника, так и других кредиторов Закон о банкротстве предусматривает ряд специальных инструментов.

К числу правовых средств защиты прав конкурсных кредиторов относят: возможность оспаривания сделок, на основании которых основано требование включающегося в реестр лица (если такое включение носит искусственный характер); возможность оспаривания сделок должника; субординация требований контролирующих лиц, когда последние предоставили финансирование должнику, а также возможность привлечения ответственных лиц к субсидиарной ответственности.

Отдельно следует отметить судьбу решений собрания кредиторов, принятых фактически в результате голосования недобросовестного мажоритарного кредитора: при последующем успешном оспаривании оснований включения такого требования, если к этому моменту такой кредитор успел проголосовать в рамках проводимых собраний кредиторов, и в результате такого голосования были приняты положительные решения, то такие решения должны быть квалифицированы как ничтожные, поскольку такие решения принимались за счет голосов лица, изначально не являющегося кредитором и не имеющего права на конкурсный контроль (п. 2 Обзора признания решений собраний недействительными)²⁹.

Помимо этого, для защиты интересов конкурсных кредиторов может быть избрана такая обеспечительная мера как запрет проведения собраний сообществ кредиторов по определенным вопросам; подобная обеспечительная мера может быть принята в рамках рассмотрения спора по требованию заинтересованного лица о признании недействительными требований недобросовестного мажоритарного кредитора или в рамках иных обособленных споров. Принятие собранием кредиторов решений по отдельным вопросам в период действия обеспечительной меры в виде запрета на проведение собрания по этим вопросам является основанием для признания таких решений недействительными (п. 9 Обзора признания решений собраний недействительными).

Не менее важным средством защиты интересов кредиторов является проведение собрания по вопросу выбора кандидатуры арбитражного управляющего без учета голосов лиц, являющихся аффилированным с должником (указанный следует из системного толкования положений ст. 12 и ст. 15 Закона о банкротстве), и в том случае, если из-за голосов аффилированных с должником кредиторов будет утверждена кандидатура арбитражного управляющего, заинтересованное лицо оспорить указанное решение.

Важно отметить, что участники процедуры банкротства наделяются статусом конкурсного кредитора с момента вынесения определения суда о включении их требований в реестр, однако отдельными процессуальными правомочиями наделяются с момента предъявления такого требования для включения. Так, в п. 21 Обзора ВС РФ № 1(2020)³⁰ закреплен вывод о том, что с момента принятия судом требования кредитора к рассмотрению, он вправе возражать против требований других кредиторов должника (в том числе, обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное ими требование в деле о банкротстве). В другом определении ВС РФ³¹ указано, что по смыслу ч. 1 ст. 41 АПК РФ и разъяснений, приведенных в абз. 2 п. 30 постановления № 35, конкурсный кредитор вправе обжаловать судебный акт о введении той или иной процедуры несостоятельности и (или) об утверждении арбитражного управляющего, принятый до момента приобретения подателем жалобы статуса лица, участвующего в деле о банкротстве. Аналогичная позиция изложена в абз. 4 п. 30 постановления № 60³²: судам следует иметь в виду, что статус лица, участвующего в деле о банкротстве, и соответствующие права (в частности, на ознакомление с материалами дела в части предъявленных всеми кредиторами требований и возражений, на участие в судебных заседаниях по рассмотрению требований всех кредиторов, на обжалование судебных актов, принятых по результатам рассмотрения указанных требований), необходимые для реализации права на заявление возражений, возникают у кредитора с момента принятия его требования к рассмотрению судом.

Таким образом, в качестве собирательного термина, включающего всех лиц, имеющих требование к должнику в рамках процедуры банкротства, используется «кредитор должника», одним из которых является конкурсный кредитор, то есть лицо, имеющее к должнику денежное требование за исключениями, установленными Законом о банкротстве, и наделенное указанным законом объемом правомочий, необходимых для получения наиболее полного удовлетворения.

Неконкурсные кредиторы должника

Принимая во внимание необходимость разграничения конкурсных и неконкурсных кредиторов, следует более подробно раскрыть статус последних. Неконкурсные кредиторы участниками процедуры о банкротстве не являются и включают в себя несколько групп кредиторов (в силу ст. 2 и 5 Закона о банкротстве): 1) текущие кредиторы; 2) уполномоченные органы, граждане, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью; 3) кредиторы по требованиям о выплате компенсации сверх возмещения, предусмотренной ГрК РФ (компенсация сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекте капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения); 4) кредиторы по требованиям о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности; 5) учредители (участники) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Особого внимания заслуживает первая категория — текущие кредиторы. Действующий закон о банкротстве не закрепляет термин «текущий кредитор», закрепляя в ст. 5 только понятие текущих платежей. Так, под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено Законом о банкротстве. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими. Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве. Порядок удовлетворения требований таких кредиторов установлен Законом о банкротстве (п. 2 ст. 134).

Необходимо появления такой категории как «текущие обязательства» вызвана следующим: как было указано ранее, должник при введении процедуры банкротства не перестает функционировать как хозяйствующий субъект, более того, такое продолжение деятельности необходимо для пополнения конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования конкурсных кредиторов. Для того, чтобы иные субъекты не опасались вступления в правовые отношения с должником, возникла необходимость предоставления им особого статуса: текущие кредиторы удовлетворяют потребности конкурсной массы, получая за это более льготное (по сравнению с иными кредиторами должника) положение. Помимо этого, текущие кредиторы фактически финансируют конкурсный процесс, на проведение которого необходимы существенные денежные затраты, например, чтобы обеспечить сохранность имущества, поддержать его стоимость, провести мероприятия по поиску и возврату имущества, оспариванию сделок должника, оплатить работу арбитражного управляющего и иных лиц. Все это осуществляется в период возможной (на стадии принятия заявления), а затем уже установленной неплатежеспособности должника. Таким образом, текущие кредиторы являются своего рода средством для достижения главной цели института банкротства, что предопределяет невозможность их трансформации в конкурсных кредиторов, и наоборот: конкурсный кредитор ни при каких условиях не может стать текущим. Приоритет требований такого кредитора не привилегия, а способ мотивирования для вступления в обязательство с неплатежеспособным субъектом либо гарантия того, что обязательство в отношении этого субъекта продолжит исполняться. В то же время, определенные дополнительные гарантии влекут и соответствующие ограничения: получение удовлетворения во внеочередном порядке нивелирует возможность участия в процедуре банкротства в качестве участника. В практическом смысле это значит то, что текущие кредиторы не могут ставить вопрос, например, об отстранении арбитражного управляющего; они не могут принимать участие в судьбе должника, а в судебных спорах в рамках процедуры банкротства принимают участие в исключительных случаях, если затрагиваются их права и интересы (например, на основании п. 4 ст. 5 Закона о банкротстве; п. 3, 18 постановления ВАС РФ № 60).

С учетом положений п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве, текущие платежи можно разделить на три основные группы:

1) платежи, связанные с финансированием процедуры банкротства — оплата труда арбитражного управляющего, а также привлеченных им, как в обязательном порядке (в силу прямого указания Закона о банкротстве), так и по своей инициативе, лиц — 1 и 3 «очередь» текущих кредиторов;

2) денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом — 2 «очередь» текущих кредиторов;

3) возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате эксплуатационных платежей (коммунальных платежей и пр.), а также все иные обязательства, возникшие после даты возбуждения дела о банкротстве — 4 и 5 «очередь» текущих платежей.

Текущие обязательства исполняются в приоритетном порядке (до начала расчета с кредиторами, включенными в реестр) в порядке очередности, установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве. В исключительных случаях арбитражный управляющий может отойти от очередности текущих платежей, установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве³³. Требования одной очереди удовлетворяются в порядке календарной очередности (а не пропорционально, как в случае с реестровыми обязательствами, например — п. 3 ст. 142 Закона о банкротстве).

Поскольку на практике возникает достаточное количество вопросов относительно того, что относится к текущим обязательствам, а что к реестровым (с учетом более привилегированного положения текущих кредиторов), ВАС РФ принял соответствующее постановление — постановление Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», разъясняющее ключевые аспекты (далее — постановление № 63).

Генеральный принцип этого постановления заключается в том, что реестровые платежи никогда не могут стать текущими (п. 13 постановления № 63). Между тем, практике известен вопиющий случай фактического изменения природы платежа из реестрового в текущий³⁴.
Не менее важной является ранее обозначенная идея, также отраженная в рамках постановления № 63, о том, что текущим является только то обязательство, которое необходимо (обслуживает интерес) конкурсной массе.

Например, в том случае, если обязательство предусматривает периодическое внесение платежей: например, аренда, лизинг (кроме выкупного), хранение, энергоснабжение и пр., такие обязательства разделяются на текущие и реестровые: реестровыми будут те требования, которые возникли за период до даты определения суда о принятии заявления, текущими будут обязательства за те периоды, которые наступают после даты принятия заявления³⁵. Для выкупного лизинга, как и кредитного обязательства, такая логика не применяется, поскольку в том и другом случае имущественный интерес контрагента заключается в возврате предоставленного финансирования, а потому природа соответствующих периодических платежей (денежные транши или лизинговые платежи) зависит от даты предоставления финансирования³⁶. Указанные разъяснения также применимы к обязательствам по оплате коммерческого кредита, отсрочки или рассрочки за поставленный товар, выполненную работу или оказанную услугу. В этой связи, если поставка товара, выполнение работы или оказание услуги были осуществлены до даты возбуждения дела о банкротстве, обязательства являются реестровыми. В том случае, если поставка товара, выполнение работы или оказание услуги были осуществлены до даты возбуждения дела о банкротстве, а оплата произошла после возбуждения дела о банкротстве, имеет место быть преференция со стороны должника. Следует обратить внимание, что требование об оплате процентов за пользование, следует судьбе основного обязательства, то есть в случае, если заемное обязательство реестровое, все связанные с ним требования тоже реестровые; в том случае, если заемное обязательство текущее, связанные с ним требования также текущие.

По обязательствам, возникающим из договора поручительства необходимо обратить внимание на дату выдачи поручительства — до или после определения суда о принятии заявления о признании должника банкротом, — которая определяет реестровый или текущий характер обязательств должника перед поручителем в случае исполнения последним обязательств по договору поручительства. В тех случаях, когда независимой гарантией обеспечено исполнение обязательства, возникшего до даты возбуждения дела о банкротстве, независимо от даты уплаты суммы принципалу, обязательство банка к должнику будет реестровым. При расторжении договора, исполнение по которому было предоставлено кредитором до даты возбуждения дела о банкротстве, требования, связанные с расторжением договора являются реестровыми, независимо от того, когда был расторгнут договор: например, если кредитор до возбуждения дела о банкротстве внес должнику по договору предварительную оплату, а после возбуждения дела о банкротстве договор был расторгнут, требование о возврате предварительной оплаты является реестровым.

Обязательство по возврату неосновательного обогащения квалифицируется в зависимости от даты, когда фактически лицо обогатилось. Аналогичное правило действует для обязательств, связанных с возмещением причиненного вреда, когда характер (текущее или реестровое) определяет по дате причинения вреда независимо от того, когда вступает в силу судебный акт, подтверждающий факт причинение вреда и ответственность ответчика³⁷. Обязательства, возникающие в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств (штрафные санкции) следуют судьбе основного обязательства. В реестре такие требования учитываются отдельно и погашаются после суммы основного долга и причитающихся процентов (то есть процентов за пользование). Уступка требования не меняет квалификацию такого требования независимо от даты совершения уступки. Аналогичным образом не меняет квалификацию соглашение должника и кредитора о переводе долга, если долг является реестровым. Правовая квалификация не меняется при новации, поскольку новация — это способ исполнения ранее возникшего обязательства, так что если ранее возникшее обязательство реестровое, то и новированное обязательство тоже реестровое.

В случае, если неденежное обязательство (о передаче товара) было трансформировано в денежное обязательство, то датой возникновения денежного обязательства считается дата возникновения обязательства о передаче товара, и именно от этой даты осуществляется квалификация денежного обязательства в таком случае в качестве реестрового или текущего. В том случае, если было заключено мировое соглашение, по условиям которого предусмотрена рассрочка, отсрочка или иные льготы по исполнению ранее возникшего обязательства (которое является реестровым), требования, основанные на таком мировом соглашении являются реестровыми, поскольку для квалификации принимается во внимание дата возникновения обязательства, по которому предоставлены какие-либо преференции.

Открытым остается вопрос о правовой квалификаии требований о возмещении судебных расходов. Так, п. 16 постановления № 63 устанавливает, что обязанность по возмещению судебных расходов (расходов на оплату услуг представителя, государственной пошлины и т. д.), понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, для целей квалификации в качестве текущего платежа считается возникшей с момента вступления в законную силу судебного акта о взыскании указанных расходов. В то же время, абз. 4 п. 18 постановления № 35 устанавливает, что судебные расходы кредитора и иных лиц, в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору, не являются текущими платежами и подлежат удовлетворению применительно к пункту 3 статьи 137 Закона о банкротстве, поскольку возмещение таких расходов до удовлетворения основных требований кредиторов нарушает интересы других кредиторов и принцип пропорциональности их удовлетворения. Таким образом, существуют две противоположные позиции относительно правовой квалификации указанных обязательств. С одной стороны, разъяснения постановления № 63 являются более специальными по сравнению с разъяснениями постановления № 35, поскольку раскрывают вопрос именно текущих обязательств. В то же время постановление № 35 более позднее, а значит, указанная коллизия может быть разрешена в его пользу. На практике судебные расходы включаются в третью очередь реестра.

Не менее важно обозначить правовой статус учредителей (участников) должника, которые также не относятся к числу конкурсных кредиторов, если их обязательства вытекают из корпоративных отношений с должником (например, из обязательств по уплате дивидендов акционерам, выплате денежного эквивалента пая участникам обществ). Исключение данных кредиторов из числа лиц, которые могут определять судьбу должника, наряду с последней очередностью удовлетворения их требований, обусловлено скорее санкциями за неумелый менеджмент (выбор неверного направления деятельности или исполнительных органов), приведший к банкротству, и недопустимостью заинтересованности при решении конкурсных вопросов. Применительно к предпринимательским отношениям можно говорить о категории риска как элемента предпринимательской деятельности. Естественно, тот, кто рискнул и проиграл, не может рассчитывать на равенство при разделе актива, то есть не может рисковать за счет кредиторов. Поэтому в целом исключение данной категории лиц из числа конкурсных кредиторов оправданно. Вместе с тем такой подход приводит к тому, что учредители (участники) юридического лица пытаются обойти это ограничение, проводя капитализацию юридического лица не путем увеличения уставного капитала, а посредством выдачи займа, пытаясь тем самым в дальнейшем получить статус конкурсного кредитора. Судебная практика в этих случаях предлагает исследовать вопрос о целях займа: не прикрывает ли он собой корпоративную поддержку бизнеса³⁸. Фактически можно говорить о том, что в отношениях несостоятельности (банкротства) происходит изменение корпоративной структуры должника — юридического лица, по мере приближения к ликвидационной процедуре — конкурсному производству уменьшаются корпоративные права участников, на место которых встают кредиторы, определяющие в первую очередь дальнейшую судьбу обособленного имущества юридического лица. Рассуждая о статусе учредителей (участников) в деле о банкротстве, нельзя не упомянуть о недавно закрепившейся в судебной практике идее субординации³⁹.

В зарубежных правопорядках в целом существует несколько классических моделей субординации. Если говорить в общем и упростить детали, то немецкая модель сводится к тому, что все требования участников (акционеров) должны понижаться в очередности (субординироваться), помимо прямо упомянутых в законе исключений (привилегия миноритарности и привилегия санации). Австрийская модель (похожий подход также в Италии) заключается в том, что займы участников (акционеров) понижаются в очередности (субординируются) только в том случае, если они предоставлены в условиях кризиса общества (трудной экономической ситуации). Модель переквалификации в США ориентирует суды на выяснение истинной воли участника (акционера) при предоставлении займа на основании многочисленных критериев, сформулированных судами, которые свидетельствуют о том, что предоставление участника (акционера) по существу являлось вкладом в капитал (equity). И наконец, можно выделить также модель субординации (справедливая субординация в США), при которой требования участника (акционера) понижаются в очередности (субординируются) только в том случае, если будут доказаны упречность его действий и причинение вреда иным кредиторам в размере такого вреда. Кроме того, стоит упомянуть, что ряд правопорядков, а именно Франция и Англия, не понижают в очередности требования участника (акционера). Таким образом, российский правопорядок в известном смысле стоял перед выбором одного из изложенных подходов.

Первый шаг на пути к признанию института субординации в России сделал ВАС РФ в постановлении Президиума от 30.11.2010 № 10254/10 по делу «Косых против Новосибирского хладокомбината», в котором суд указал, что участники (акционеры) хозяйственного общества — должника, составляющие в совокупности высший орган управления обществом (общее собрание участников (акционеров)), ответственны за эффективную деятельность самого общества и поэтому несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им. Однако правовая позиция ВАС РФ не получила массового распространения в нижестоящих судах. Первое дело появилось только спустя четыре года. АС Красноярского края вынес определение от 10.09.2014 по делу № А33-16866/2013 («Красильников против агентства «Норильск Авиа Сервис»), в котором было дано тонкое телеологическое толкование правовой природе займа участника своему обществу (в том числе со ссылкой на дело Косых). Здесь прозвучала и недостаточная капитализация общества на момент создания, и долгое неистребование займа заимодавцем. Однако Верховный Суд РФ своим определением от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973 отменил это определение и на тот момент оттолкнулся от крайне позитивистской концепции, указав на отсутствие в российском Законе о банкротстве норм о субординации и на право участника пользоваться всем гражданско-правовым инструментарием при вступлении в отношения со своим обществом. Нижестоящие суды тогда восприняли данное определение как сигнал к изменению судебной практики и прекратили на время какие-либо попытки субординации контролирующих должника лиц при банкротстве. Более того, в судебной практике стали встречаться дела, из которых были видны случаи злоупотреблений со стороны контролирующих должника лиц.

Особенностью финансирования компаний контролирующими должника лицами в России являлось не только и даже не столько желание экономической конкуренции с независимыми кредиторами, но прежде всего желание получить фактический контроль над процедурой банкротства. Это связано с тем, что, в отличие от иностранных правопорядков, где сформировался институт субординации требований акционеров, в России кредиторы имеют гигантскую власть над процедурой банкротства (выбор управляющего и процедуры банкротства, утверждение порядка продажи имущества и т. д.). Такой контроль, учитывая несовершенство многих институтов в российском банкротном праве (в первую очередь института торгов и арбитражного управления), позволял получить в ходе торгов практически полный контроль над активом должника и не допустить эффективного оспаривания сделок должника и привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Таким образом, de jure прокредиторская направленность российского банкротного права разбивалась о de facto контроль над процедурой, который участники должника легко могли получить ввиду отсутствия института субординации требований аффилированных к должнику лиц.

Таким образом, можно зафиксировать, что катализатором развития института субординации стали очевидные злоупотребления аффилированных с должником лиц, а не догматические соображения и требования справедливости распределения рисков банкротства должника, что в существенной степени определяет специфику возникновения российского института субординации по сравнению с его зарубежными аналогами. ВС РФ при принятии Обзора по субординации⁴⁰ попытался сформулировать идею субординации требований контролирующих должника лиц, в основе которой лежит не только злоупотребление правом, но и общие принципы корпоративного и банкротного права. Датой окончательного закрепления института субординации в судебной практике ВС РФ можно назвать 06.07.2017 (дело «Нефтегазмаш-Технологии»). В этом деле впервые ВС РФ прямо признал, что институт субординации существует в российском банкротном праве. Пусть правовое обоснование ВС РФ и не было несвободным от критики, тем не менее это дело стало решающим для признания института субординации в России⁴¹.

Общий посыл Обзора по субординации заключается в том, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих (п. 2 Обзора по субординации).

Обзор по субординации раскрывает понятие «ситуаций имущественного кризиса», в рамках которого требование о возврате предоставленного контролирующим должника лицом финансирования, подлежит понижению в рамках процедуры банкротства: 1) финансирование, оформленное договором займа; 2) финансирование путем отказа от принятия мер по истребованию задолженности; 3) финансирование, оформленное иным договором, чем договор займа (например, купля-продажа, аренда и пр.). Аналогичным образом может быть понижено требование о возврате финансирования, предоставленного кредитором, аффилированным с контролирующим должника лицом, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Понижение также производится по при перемене лиц в обязательстве (с иного лица на контролирующее должника лица), если финансирование было предоставлено в условиях имущественного кризиса. В том числе, понижается требование о возврате финансирования, предоставленного на начальном этапе функционирования должника, если цель такого финансирования — перераспределение риска на случай банкротства.

В том случае, если предоставление займа лицом, контролирующим должника, в условиях кризиса последнего было обусловлено наличием соглашения заимодавца с не связанным с должником мажоритарным кредитором, очередность удовлетворения требования контролирующего лица не понижается при условии, что данным соглашением не были нарушены права и законные интересы миноритарных кредиторов, не участвовавших в этом соглашении. В то же время наличие у кредитора, предоставившего должнику финансирование, права контролировать деятельность последнего для обеспечения возврата этого финансирования не является основанием понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, не преследующего цель участия в распределении прибыли должника. Кредитор, требование которого признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, обладает процессуальными правами лица, участвующего в деле о банкротстве.

Обзор по субординации также закрепляет ситуацию, когда требование контролирующего лица не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника. Это касается ситуаций, когда должник, получая имущественное предоставление от кредитора, фактически распределяет его внутри предпринимательской группы, членом которой он является, когда в рамках процедуры банкротства иной участник данной группы исполняет обязательство должника перед таким кредитором. Тем самым фактически иной участник группы возвращает должнику ранее предоставленное ему должником финансирование, а, значит, после осуществления такого возврата не имеет права на включение в реестр требований кредиторов в порядке суброгации.

Таким образом, судебная практика пришла к пониманию необходимости концептуального деления внутренних и внешних кредиторов, без которого невозможно справедливое разрешение спора о банкротстве. Обзор показывает достаточно осторожное отношение ВС РФ к идее понижения (и тем более недопущения) требования в реестре должника, что, в целом, выглядит уместным с учетом размытости и неоднозначности критериев, предложенных для возможности такого понижения или исключения.

Правовой статус залоговых кредиторов должника ⁴²

Залог — это особое ограниченное вещное право, содержанием которого является право его обладателя (залогодержателя) присвоить себе в счет погашения обеспеченного долга стоимость предмета залога преимущественно перед другими кредиторами залогодателя⁴³. В отношениях несостоятельности обозначенная сущность находит свое отражение в двух аспектах: 1) в деле о банкротстве залоговый кредитор имеет право на ценность конкретной вещи или имущественного права, являющегося предметом залога; 2) имеющееся у залогового кредитора право на ценность противопоставлено требованиям иных незалоговых кредиторов, поскольку удовлетворяется в преимущественном порядке.

Подобное привилегированное положение залогового кредитора обусловлено следующими обстоятельствами: 1) состоявшееся имущественное предоставление должника или связанного с ним лица со стороны залогового кредитора; 2) наличие надлежаще оформленной договоренности о залоговом обеспечении; 3) наличие государственной регистрации или иного публичного учета залога.

Залогом имущества должника могут быть обеспечены не только частноправовые требования, но и требования публично-правового характера (ст. 72 НК РФ). Должник может как являться, так и не являться должником по основному обязательству (иными словами, залог, предоставленный должником, может обеспечивать требования иного лица) — кредитор, тем не менее, будет иметь статус залогового в деле о банкротстве должника, но с некоторыми особенностями (в частности, такой залоговый кредитор не может инициировать процедуру банкротства, не получит удовлетворение требований из незалогового имущества и пр.). Залог может обеспечивать требования текущих кредиторов, удовлетворение которых будет осуществлено в рамках исполнительного производства.

Особенно важно обозначить невозможность установления статуса залогового кредитора в отношении «арестных» залогов: так, в силу предусмотренного Законом о банкротстве (ст. 2, 18.1, 138 Закона) регулирования преимуществом по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности обладают кредиторы, обязательства должника перед которыми по выплате определенной денежной суммы по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ основанию, обеспечены залогом. По смыслу названных статей Закона о банкротстве при недостаточности имущества для распределения между всеми кредиторами должника подобный приоритет возникнет при ординарном залоге — залоге на основании договора либо закона (п. 1 ст. 334.1 ГК РФ), то есть когда используются стандартные гражданско-правовые меры обеспечения самого гражданского обязательства. Права же залогодержателя, указанные в п. 5 ст. 334 ГК РФ, возникают в большей части из процессуальных правоотношений (в том числе вследствие принятия судом обеспечительных мер), при наличии широкого усмотрения со стороны государственного органа (не являющегося стороной материальных отношений) как в вопросе об определении имущества, в отношении которого может быть наложен запрет, так в вопросе о том, имеются ли основания для введения запрета, определенные правовым актом, регулирующим процедуру ареста. Эти права могут быть реализованы лишь после вступления в силу решения, которым удовлетворены требования, обеспеченные запретом. Следовательно, названные меры, по сути, выступают не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а являются особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения⁴⁴. Открытым пока что остается вопрос о статусе «налогового залога»: в случае неуплаты в течение одного месяца задолженности по налогам (сборам, страховым взносам), указанной в решении о взыскании, исполнение которого обеспечено наложением ареста на имущество в соответствии с НК РФ, либо вступления в силу решения по результатам налоговой проверки, исполнение которого обеспечено запретом на отчуждение (передачу в залог) имущества налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента) без согласия налогового органа, имущество, в отношении которого применен указанный в настоящем пункте способ обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов (сборов, страховых взносов) или принята обеспечительная мера, признается находящимся в залоге у налогового органа на основании закона (п. 2.1 ст. 73 НК РФ).

Статус залогового кредитора определяет некоторые особенности положения такого лица в деле о банкротстве:

— заявление такого кредитора должно быть подано до закрытия реестра, иначе он утратит статус залогового кредитора — требование опоздавшего залогодержателя удовлетворяется преимущественно из суммы, вырученной от продажи предмета залога и оставшейся после погашения требований, включенных в реестр, то есть преимущественно перед иными зареестровыми требованиями⁴⁵;

— право такого кредитора прекращается после продажи заложенного имущества в ходе конкурсного производства, в том числе, независимо от того, что его требование не включалось в реестр, и он не получал удовлетворение из выручки от продажи заложенного имущества⁴⁶;

— при установлении требований залогового кредитора суд должен осуществить проверку наличия залогового имущества в натуре: так, считающий себя залоговым кредитор, будучи истцом по такого рода обособленным спорам, всегда объективно заинтересован в признании его требований обоснованными, в связи с чем на него должна быть возложена первичная обязанность подтвердить основания возникновения залога. На лицо же, имеющее противоположные материальные интересы и не желающее, чтобы требования заявителя были установлены (например, арбитражный управляющий или другие кредиторы), исходя из его правовой позиции по спору может быть возложено бремя по доказыванию оснований прекращения залогового права либо подтверждения выбытия имущества из контроля должника. В случае представления заявителем достаточно серьезных первичных доказательств и приведения убедительных аргументов (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11), указывающих на возникновение залогового права, бремя доказывания условий для отказа в удовлетворении заявленных им требований (возражение о ничтожности договора залога, уничтожении заложенного имущества, приобретения залогового имущества третьим лицом по добросовестности и т. д.) переходит на его процессуальных оппонентов. При этом следует отметить, что характерная особенность споров об обращении взыскания на заложенное имущество (разновидностью которых является установление залоговых требований в деле о банкротстве) состоит еще и в том, что исполнение судебного акта об удовлетворении требований в условиях отсутствия имущества у ответчика в натуре в любом случае невозможно (например, не могут быть проведены торги, потому что отсутствует их предмет), в связи с чем при наличии возражений противоположной стороны любые сомнения по вопросу о том, имеется ли данное имущество либо нет, по общему правилу, должны быть истолкованы в пользу признания наличия залога⁴⁷;

— принцип эластичности залога (п. 2 ст. 334 ГК РФ) предполагает возможность получения преимущественного удовлетворения не только от самого заложенного имущества, но и от иных денежных поступлений, с ним связанных (например, в случае гибели предмета залога требование залогового кредитора может быть удовлетворено за счет страховых поступлений или возмещения вреда причинителем вреда, действия которого привели к уничтожению залога)⁴⁸;

— такой кредитор имеет право голоса по определенным вопросам (в ходе наблюдения; в ходе финансового оздоровления и внешнего управления в случае отказа от реализации предмета залога или вынесения арбитражным судом определения об отказе в удовлетворении ходатайства о реализации предмета залога в ходе соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве; по вопросу о выборе арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из числа членов которой арбитражным судом утверждается арбитражный управляющий; по вопросу об обращении в арбитражный суд с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего; по вопросу об обращении в арбитражный суд с ходатайством о прекращении конкурсного производства и переходе к внешнему управлению; в ходе реструктуризации долгов гражданина; в ходе реализации имущества гражданина). Конкурсные кредиторы в части требований, которые обеспечены залогом имущества должника и по которым они не имеют права голоса на собраниях кредиторов, вправе участвовать в собрании кредиторов без права голоса, в том числе выступать по вопросам повестки собрания кредиторов;

— с даты введения наблюдения обращение взыскания на заложенное имущество не допускается, в том числе, во внесудебном порядке; в ходе процедур финансового оздоровления и внешнего управления такой кредитор вправе обратить взыскание, если это не приведет к невозможности восстановления платежеспособности должника или существует риск гибели или утраты, повреждения заложенного имущества; вопрос об обращении взыскания решается судом по обращению залогового кредитора;

— согласие всех залоговых кредиторов необходимо для заключения мирового соглашения;

— с момента открытия конкурсного производства предмет залога входит в конкурсную массу должника и подлежит реализации в рамках проводимых публичных торгов; здесь залоговому кредитору предоставлено право на утверждение положения о порядке, сроках, условиях продажи залогового имущества;

— залоговый кредитор получает 70% стоимости предмета залога⁴⁹ (80% — кредитные организации) + 20% (15%), если нет требований 1 и/или 2 очереди;

— если до реализации залогового имущества имеются основания полагать, что стоимости такого имущества будет недостаточно для покрытия требования залогового кредитора, арбитражный управляющий имеет реальную возможность заранее осознать (должен знать), что появится необходимость направить денежные средства, не связанные с продажей предмета залога, на удовлетворение требований залогодержателя. Так, в рамках одного из судебных дел было указано, что предполагается, что цена имущества на торгах определяется исходя из объективно действующих рыночных законов, на основе спроса и предложения, в силу чего она не может быть спрогнозирована с высокой степенью точности, поэтому указывая на предположительный характер доводов банка о недостаточности стоимости заложенного имущества для удовлетворения его требований, суды не учли, что их вывод об обратном также основан на предположении. Решающее значение при выяснении вопроса о том, действовал ли управляющий добросовестно, имеет степень убедительности того или иного предположения, то есть имелись ли у управляющего разумные основания предполагать, что залогового имущества достаточно либо недостаточно для погашения требований залогового кредитора⁵⁰;

— в случае признания повторных торгов несостоявшимися, залоговый кредитор вправе оставить предмет залога за собой с оценкой его на 10% ниже начальной продажной цены на торгах (таким образом, общая стоимость уменьшается на 20%: на 10% стоимость уменьшается ввиду проведения повторных торгов + 10% для реализации залоговым кредитором права на оставление предмета залога за собой);

— при продаже в конкурсном производстве заложенного имущества посредством публичного предложения залоговый кредитор, не воспользовавшийся правом на оставление имущества за собой после несостоявшихся повторных торгов, сохраняет приоритет перед иными кредиторами и залоговые правоотношения не прекращаются (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2013 № 1678/13 по делу № А48-702/2009)⁵¹;

— конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, вправе оставить предмет залога за собой в ходе торгов по продаже имущества должника посредством публичного предложения на любом этапе снижения цены такого имущества при отсутствии заявок на участие в торгах по цене, установленной для этого этапа снижения цены имущества⁵².

Рассуждая о кредиторах, имеющих более привилегированное положение, чем остальные, нельзя не упомянуть Обзор по спорам о лизинге⁵³, который, в том числе, фактически определил особое положение лизингодателя в случае банкротства лизингополучателя (в Законе о банкротстве никаких преимуществ для таких кредиторов не установлено). В частности, требование лизингополучателя об изъятии предмета лизинга подлежит рассмотрению в исковом порядке вне рамок дела о банкротстве (то есть предмет лизинга продается самим лизингодателем вне какого-либо контроля). Помимо этого, установлено, что односторонний отказ лизингодателя от исполнения договора лизинга и изъятие предмета лизинга сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для признания отказа недействительным по правилам п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. При этом включение требования лизингодателя об уплате лизинговых платежей в реестр требований кредиторов лизингополучателя по нерасторгнутому договору лизинга не препятствует удовлетворению требований последнего об возврате предмета лизинга. Однако в целях недопущения двойного исполнения после фактического возврата предмета лизинга производится корректировка реестра.

Правовой статус кредиторов с неденежными требованиями

В силу легального определения Закона о банкротстве не относятся к конкурсным кредиторам кредиторы с неденежными требованиями к должнику. Данных кредиторов законодатель не относит к лицам, участвующим в деле о банкротстве, указывая в п. 5 ст. 4 Закона о банкротстве, что требования кредиторов по обязательствам, не являющимся денежными, могут быть предъявлены в суд и рассматриваются судом, арбитражным судом в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством.

В то же время ВАС РФ в рамках постановления № 35⁵⁴ разъяснил следующее: согласно абз. 7 п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия судом решения о признании должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в п. 1 ст. 134 Закона, и требований о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства. В связи с этим в ходе конкурсного производства подлежат предъявлению только в деле о банкротстве также возникшие до возбуждения этого дела требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера (о передаче имущества в собственность, выполнении работ и оказании услуг), которые рассматриваются по правилам ст. 100 Закона о банкротстве. При этом для целей определения количества голосов на собрании кредиторов и размера удовлетворения такого требования оно подлежит при его рассмотрении денежной оценке, сумма которой указывается в реестре.

Таким образом, кредиторы с неденежными требованиями могут получить удовлетворение своих требований только в реабилитационных процедурах, что представляется логичным, поскольку должник продолжает свою деятельность и есть вероятность восстановления его платежеспособности, в том числе за счет исполнения обязательств неденежного характера. В конкурсном же производстве все кредиторы, как денежные, так и неденежные, равны, и это равенство осуществляется за счет трансформации (преобразования) неденежных требований в денежные, поскольку только денежный эквивалент позволяет обеспечить реализацию принципа пропорционального удовлетворения требований.

Иными словами, в конкурсном производстве не может быть иных кредиторов, кроме конкурсных, поэтому законодатель справедливо определяет их как кредиторов, имеющих денежное (уже только денежное в результате трансформации) требование к должнику.

§ 3. Правовой статус уполномоченных органов

Уполномоченный орган — федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный Правительством Российской Федерации на представление в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, уполномоченные представлять в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требования по денежным обязательствам соответственно субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (ст. 2 Закона о банкротстве). Как правило, уполномоченный орган в деле о банкротстве, — это Федеральная налоговая служба РФ.

В силу того, что требования уполномоченных органов возникают из публичных правоотношений, указанные категории не относятся к числу конкурсных кредиторов, а являются самостоятельными участникам процедуры банкротства (однако являются разновидностью кредитора должника в деле о банкротстве последнего). Требования указанных лиц к должнику возникают из обязанности последнего производить уплату обязательных платежей — налоги, сборы и иные обязательные взносы, уплачиваемые в бюджет соответствующего уровня бюджетной системы. Учитывая длящийся характер подобной обязанности (предусматривающей периодичность) требования таких кредиторов, как было указано выше, могут иметь, как текущий, так и реестровый характер (в зависимости от периодов уплаты обязательных платежей — те, которые возникли до даты возбуждения дела о банкротстве являются реестровыми, а обязанность за периоды, наступившие после даты возбуждения дела о банкротстве — текущие).

В целом объем прав такого участника процедуры банкротства тождественен иным участниками (обозначенным в ст. 34 Закона о банкротстве), однако в законе закреплены некоторые особенности: 1) наличие определенных внутренних императивных предписаний при принятии решений в рамках дела о банкротстве (например, о порядке голосования в рамках собрания кредиторов и пр.); 2) законодатель учитывает особенности публичной деятельности таких органов (например, невозможность заключения с должником мирового соглашения, если его условия предусматривают более длительный период погашения налоговой задолженности, чем предельный срок, установленный законом⁵⁵).

§ 4. Правовой статус работников должника

Федеральный закон № 186-ФЗ⁵⁶, вступивший в силу с 29.09.2015, существенно изменил правовое положение работников при банкротстве, дав им больше возможностей влиять на конкурсный процесс и на защиту своих интересов в нем. Лица, работающие или работавшие по трудовому договору, с требованиями о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда получили такие права, как: быть заявителем по делу о банкротстве, оспаривать сделки должника, подавать заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц. Более детально урегулированы вопросы выбора представителя интересов данной группы лиц в деле о банкротстве. Однако несмотря на это, данную категорию кредиторов нельзя отождествлять с конкурсными кредиторами ввиду иного основания возникновения их требований. Работники, в отличие от конкурсных кредиторов, не могут влиять на принятие решений — в силу п. 1 ст. 12 Закона о банкротстве представитель работников вправе участвовать в собрании кредиторов без права голоса.

Правовой статус собрания и комитета кредиторов

Наиболее распространенной является позиция о признании собрания/комитета кредиторов в качестве коллективных объединений, в рамках которых кредиторы как субъекты конкурсных отношений вырабатывают общую волю, находящую свое юридическое оформление в принимаемых решениях. Собрание кредиторов способствует коллективному принятия необходимых решений и реализации сообществом кредиторов правомочий по контролю за деятельностью должника и арбитражного управляющего.

Правовое регулирование порядка созыва, проведения, компетенции, оформления решений и их оспаривания определяется специальным Законом о банкротстве (ст. 12–18), а также главой 9.1 ГК РФ, которая применяется субсидиарно в части, не урегулированной специальным законом.

В силу п. 1 ст. 14 Закона о банкротстве собрание кредиторов созывается по инициативе: арбитражного управляющего; комитета кредиторов; конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, права требования которых составляют не менее чем 10% общей суммы требований кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований кредиторов; одной трети от общего количества конкурсных кредиторов и уполномоченных органов.

Участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, требования которых включены в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов. Участником собрания кредиторов с правом голоса является конкурсный кредитор, требование которого включено в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов, даже если на этот момент кредитор уступил свое право требования к должнику третьему лицу и третье лицо не было включено в реестр требований кредиторов определением суда, либо приобретатель требования по доверенности⁵⁷. В собрании кредиторов вправе участвовать без права голоса представитель работников должника, представитель учредителей (участников) должника, представитель собственника имущества должника — унитарного предприятия, представитель саморегулируемой организации, членом которой является арбитражный управляющий, утвержденный в деле о банкротстве, представитель органа по контролю (надзору), которые вправе выступать по вопросам повестки собрания кредиторов.

Анализ положений Закона о банкротстве позволяет сделать вывод о том, что в порядке реализации права на конкурсный контроль собрание кредиторов принимает наиболее важные решения, определяющие юридическую судьбу должника и его имущества, а также ход конкурсных процедур. В частности, к исключительной компетенции собрания кредиторов относится принятие решений: о введении финансового оздоровления, внешнего управления и об изменении срока их проведения, об обращении с соответствующим ходатайством в арбитражный суд; об утверждении и изменении плана внешнего управления; об утверждении плана финансового оздоровления и графика погашения задолженности; об утверждении дополнительных требований к кандидатурам административного управляющего, внешнего управляющего, конкурсного управляющего и пр. Собрание кредиторов также выполняет иные крайне важные контрольные функции, к которым можно отнести, например, согласование совершения руководителем должника отдельных сделок в рамках процедуры внешнего управления или финансового оздоровления.

Объем компетенции собрания кредиторов установлен в ст. 12 Закона о банкротстве, закрепляющей перечень вопросов, по которым собрание кредиторов правомочно принимать решения, и который не является исчерпывающим, что, в то же время, не свидетельствует о безграничной власти такого квазиучастника⁵⁸. Так, п. 1 Обзора о признании решений собраний недействительными⁵⁹ устанавливает, что собрание кредиторов должника вправе принять решение по вопросу, прямо не отнесенному Законом о банкротстве к его компетенции. Такое решение не должно препятствовать осуществлению процедур банкротства и исполнению арбитражным управляющим его обязанностей, вторгаться в сферу компетенции иных лиц. Собрание кредиторов вправе отменить собственное решение, принятое ранее. Такая отмена возможна до тех пор, пока решение не начало влиять на права и законные интересы лиц, не входящих в гражданско-правовое сообщество, объединяющее кредиторов (п. 3 Обзора о признании решений собраний недействительными). Более того, невозможность чрезмерно широкой дискреции собрания кредиторов, подтверждается тем фактом, что арбитражный суд далеко не всегда связан мнением собрания кредиторов, например, как указано в п. 13 Обзора о признании решений собраний недействительными, оно не играет определяющего значения при рассмотрении вопроса о завершении процедуры конкурсного производства. Тем самым по некоторым вопросам коллективная воля должна быть окончательное закреплена соответствующим судебным актом, и в этом усматривается взаимосвязь конкурсного контроля со стороны кредиторов и судебного контроля. Судебный контроль, в том числе, проявляется в форме рассмотрения споров о признании решений собрания кредиторов недействительным или о разрешении разногласий по содержанию локальных актов (плана внешнего управления и пр.).

Конкурсный кредитор, уполномоченный орган обладают на собрании кредиторов числом голосов, пропорциональным размеру их требований к общей сумме требований по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов в соответствии с настоящим Федеральным законом. Собрание кредиторов правомочно в случае, если на нем присутствовали конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, включенные в реестр требований кредиторов и обладающие более чем половиной голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов. Повторно созванное собрание кредиторов правомочно в случае, если на нем присутствовали конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, включенные в реестр требований кредиторов и обладающие более чем тридцатью процентами голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов, при условии, что о времени и месте проведения собрания кредиторов конкурсные кредиторы и уполномоченные органы были надлежащим образом уведомлены в соответствии с настоящим Федеральным законом (п. 4 ст. 12 Закона о банкротстве).

Решения принимаются большинством голосов, присутствующих на собрании (п. 1 ст. 15 Закона о банкротстве), но по отдельным вопросам требуется большинство голосов от числа голосов реестра, а не присутствующих на собрании (например, об образовании комитета кредиторов, определении количественного состава и полномочий комитета кредиторов, избрании его членов; о досрочном прекращении полномочий комитета кредиторов и об избрании нового состава комитета кредиторов и пр.).

Принимая во внимание, что в процедуре банкротства зачастую может участвовать большое количество кредиторов, подобный «орган управления» процедурой должника не всегда является эффективным (ввиду многочисленности своего состава), в связи с чем Закон о банкротстве предусматривает более компактную его альтернативу.

Так, в силу п. 1 ст. 17 Закона о банкротстве комитет кредиторов представляет законные интересы конкурсных кредиторов, уполномоченных органов и осуществляет контроль за действиями арбитражного управляющего, а также реализует иные предоставленные собранием кредиторов полномочия в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве. Тем самым, компетенция комитета кредиторов производна от собрания кредиторов, а его создание направлено на содействие голосующим кредиторам коллективной реализации прав, в том числе, права на конкурсный контроль. Обязательность создания комитета кредиторов зависит от численности участников процедуры: в том случае, если число кредиторов и уполномоченных органов менее 50, комитет кредиторов можно не создавать, однако в случае превышения указанного значения, комитет должен быть создан.

Избрание членов комитета кредиторов осуществляется кумулятивным голосованием: при избрании комитета кредиторов каждый конкурсный кредитор и каждый уполномоченный орган обладают числом голосов, равным размеру его требования в рублях, умноженному на число членов комитета кредиторов. Конкурсный кредитор и уполномоченный орган вправе отдать принадлежащие каждому из них голоса за одного кандидата или распределить их между несколькими кандидатами в члены комитета кредиторов. Собрание кредиторов не вправе переизбрать отдельных членов комитета кредиторов (п. 5 Обзора). При решении вопросов каждый член комитета кредиторов обладает 1 голосом; передача права голоса не допускается, а решения принимаются большинством голосов. В состав участников комитета кредиторов могут входить любые лица, не обязательно имеющие какие-либо требования к должнику.

Учитывая, что процедура банкротства — это арена столкновения разнонаправленных интересов вовлеченных в нее лиц, специальный закон предусматривает механизм противодействия необоснованным решениям собрания/комитета кредиторов посредством оспаривания решений собрания/комитет кредиторов. По смыслу п. 4 ст. 15 Закона о банкротстве признание решения собрания кредиторов недействительным возможно по двум самостоятельным основаниям: 1) если решение собрания кредиторов нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве либо лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, либо третьих лиц; 2) если решение собрания кредиторов принято с нарушением установленных Законом о банкротстве пределов компетенции собрания.

С учетом буквального толкования положений п. 4 ст. 15 Закона о банкротстве по общему праву установлен оспоримый характер решений собраний, однако п. 2 Обзора о признании решений собраний недействительными устанавливает возможность признания решений ничтожными: при рассмотрении обособленного спора лицо вправе ссылаться на то, что решение собрания кредиторов не имеет юридической силы в связи с существенными нарушениями закона, допущенными при его принятии (в связи с нарушением компетенции, отсутствием кворума и т. д.), независимо от того, было это решение оспорено или нет.

Правом на обжалование решения собрания кредиторов обладают: лица, участвующие в деле о банкротстве (ст. 34 Закона о банкротстве), участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве (ст. 35 Закона о банкротстве), а также третьи лица (п. 4 ст. 15 Закона о банкротстве). Заявление о признании решения собрания кредиторов недействительным может быть подано лицом, уведомленным надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, принявшего такое решение, в течение двадцати дней с даты принятия такого решения. Заявление о признании решения собрания кредиторов недействительным может быть подано лицом, не уведомленным надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, принявшего такое решение, в течение двадцати дней с даты, когда такое лицо узнало или должно было узнать о решениях, принятых данным собранием кредиторов, но не позднее чем в течение шести месяцев с даты принятия решения собранием кредиторов. Указанный двадцатидневный срок на обжалование решения собрания кредиторов является сокращенной исковой давностью⁶⁰. Конкурсный кредитор, принимавший участие в собрании и голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, не вправе впоследствии ссылаться на его недействительность. Данное правило не подлежит применению при наличии нарушений, повлиявших на формирование воли кредитора при голосовании (п. 11 Обзора о признании решений собраний недействительными). Определение суда относительно действительности оспариваемого решения может быть обжаловано только в апелляционном порядке.

Положения Закона о банкротстве, касающиеся порядка оспаривания решения собрания кредиторов и рассмотрения такого заявления, применяются и при оспаривании решения комитета кредиторов (п. 4 Обзора о признании решений собраний недействительными).

§ 5. Правовой статус арбитражного управляющего

Арбитражный управляющий — гражданин Российской Федерации, являющийся членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих. Несмотря на то, что закон формально закрепляет, что арбитражный — это всегда гражданин, фактически гражданский оборот знаком с фигурами корпоративных управляющих⁶¹.

В свою очередь, ст. 20 Закона о банкротстве устанавливает требования, предъявляемые к арбитражным управляющим: арбитражным управляющим признается гражданин Российской Федерации, являющийся членом одной из саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую Законом о банкротстве профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой. Арбитражный управляющий вправе заниматься иными видами профессиональной деятельности и предпринимательской деятельностью при условии, что такая деятельность не влияет на надлежащее исполнение им обязанностей, установленных Законом о банкротстве. Арбитражный управляющий вправе быть членом только одной саморегулируемой организации.

Иные требования к арбитражному управляющему закреплены как требования к членству в саморегулируемой организации арбитражных управляющих (далее — СРО), указанные в п. 2 ст. 20 Закона о банкротстве, в частности, наличие высшего образования, наличие определенного стажа работы, сдача теоретического экзамена по программе подготовки арбитражных управляющих и пр. Экзамен для получения статуса арбитражных управляющих проводит Управление государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр), который формирует комиссию в соответствии с утвержденным порядком проведения такого экзамена⁶².

Не менее важным условием членства в СРО также является наличие у члена СРО договора обязательного страхования ответственности, отвечающего установленным законом требованиям⁶³; внесение членских взносов в уставной фонд СРО. Деятельность СРО оформляется решениями ее исполнительного органа. Такие решения могут быть оспорены как ненормативные акты лицами, в отношении которых такие решения приняты в соответствии с главой 24 АПК РФ. Помимо перечисленных в Законе о банкротстве требований, СРО вправе устанавливать самостоятельные дополнительные требования в части компетентности, добросовестности и независимости своих членов (п. 4 ст. 20 Закона о банкротстве). Иные дополнительные требования, кроме прямо перечисленных в Законе о банкротстве, устанавливать недопустимо.

Закон о банкротстве закрепляет как общие положения — требования к арбитражному управляющему, его права, обязанности и ответственность, так и специальные требования к арбитражным управляющим, которые назначаются в той или иной процедуре. Например, арбитражный управляющий обязан сохранять конфиденциальность сведений, охраняемых федеральным законом (в том числе сведений, составляющих служебную или коммерческую тайну) и ставших ему известными в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего. При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Иными словами, арбитражный управляющий — это собирательный термин, включающий в себя все разновидности управляющих, утверждаемых в рамках процедур, применяемых в деле о банкротстве. Так, в рамках процедуры наблюдения назначается временный управляющий, основная цель привлечения которого заключается в сборе объективной информации о финансовом состоянии должника. На стадии финансового оздоровления утверждается административный управляющий, основное назначение которого заключается в осуществлении контроля за надлежащим исполнением должником обязательств; на стадии внешнего управления — внешний управляющий, осуществляющий контроль за исполнением плана внешнего управления; на стадии конкурсного производства утверждается конкурсный управляющий, основная задача которого осуществить надлежащее удовлетворение требований кредиторов. При этом в рамках внешнего управления и конкурсного производства арбитражный управляющий выполняет функции руководителя должника, потому что органы управления отстраняются.

Согласно п. 1 ст. 67 Закона о банкротстве временный управляющий обязан: принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; проводить анализ финансового состояния должника; выявлять кредиторов должника; вести реестр требований кредиторов, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом; уведомлять кредиторов о введении наблюдения; созывать и проводить первое собрание кредиторов. Для выполнения возложенных на него обязанностей временный управляющий вправе: предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок и решений, а также требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных ст. 63, 64 Закона о банкротстве; заявлять возражения относительно требований кредиторов, в том числе заявлять о пропуске исковой давности; принимать участие в судебных заседаниях арбитражного суда по проверке обоснованности представленных возражений должника относительно требований кредиторов и пр.

В процедуре конкурсного производства у конкурсного управляющего широкий спектр полномочий⁶⁴: распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены Законом о банкротстве; увольнять работников должника, в том числе руководителя должника; заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном ст. 102 Закона о банкротстве⁶⁵ (однако такой отказ недопустим при наличии обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника); подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника; осуществлять иные права, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей, установленных Законом о банкротстве.

При этом следует отметить, что в тех стадиях (внешнее управление и конкурсное производство), когда на арбитражного управляющего возложены функции руководителя должника, на него в полной мере распространяются и все требования, предусмотренные законодательством РФ для руководителя должника, и по отношению к нему применяются все меры ответственности, установленные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ для руководителя такого должника (п. 1 ст. 20.2 Закона о банкротстве).

Ответственность арбитражного управляющего

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с Законом о банкротстве или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также по требованию саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членом которой он является. В случае отмены определения арбитражного суда об отстранении арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей за неисполнение или ненадлежащее их исполнение арбитражный управляющий не подлежит восстановлению арбитражным судом для исполнения данных обязанностей. Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суд. За нарушение внутренних правил СРО арбитражный управляющий может быть привлечен к дисциплинарной ответственности. Арбитражный управляющий также может быть привлечен к административной ответственности.

Арбитражный управляющий обязан возместить членам саморегулируемой организации арбитражных управляющих убытки, возникшие в связи с необходимостью привести размер компенсационного фонда этой организации в положением, установленное Законом о банкротстве (ст. 25.1) после осуществления компенсационной выплаты из компенсационного фонда в связи с возмещением убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения этим арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, за исключением случаев, если он действовал в соответствии с внутренними документами саморегулируемой организации, стандартами и правилами профессиональной деятельности. Сведения о вынесении арбитражным судом судебного акта о признании действий арбитражного управляющего незаконными, о взыскании с арбитражного управляющего убытков в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей в деле о банкротстве подлежат включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.

Вознаграждение арбитражного управляющего

Арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение⁶⁶ в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Вопрос о правовой природе отношений по выплате арбитражному управляющему его вознаграждения является одним из самых сложных и самых важных⁶⁷.

Постановление № 97 в п. 5 вслед за устоявшейся практикой (постановление от 28.05.2013 № 12889/12) прямо указывает на частноправовой характер природы вознаграждения арбитражного управляющего (а не трудовой⁶⁸). Указанное разъяснение позволяет объяснить особенности правовой регламентации вопросов, связанных с выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, а также применить весь спектр правомочий, установленных ГК РФ. При этом Постановление № 97 конкретизирует, что при определении природы отношений с арбитражным управляющим субсидиарно применяются правила о договорах подряда и оказания услуг (ст. 732, 728 ГК РФ), поскольку предметом встречного обязательства арбитражного управляющего является осуществление определенной деятельности в интересах других лиц (п. 4 ст. 20.3 Закона № 127-ФЗ), то есть оказание услуги (п. 1 ст. 779 ГК РФ).

В отличие от классического договора в отношениях с арбитражным управляющим превалирует элемент императивного регулирования, когда лица, вступающие в правоотношения не свободны в определении его условий. В частности, само правоотношения возникает на основании судебного акта, которым утверждается арбитражный управляющий (на той или иной стадии); вознаграждение арбитражному управляющему также определяется законом, а не субъектами такого отношения (ст. 20.6 Закона о банкротстве), в то время как в рамках обычного договора (если речь не о регулируемых отношениях), цена определяется соглашением сторон либо рынком (п. 3 ст. 424 ГК РФ). В то же время понимание природы отношений, возникающих между арбитражным управляющим и должником, позволяет объяснить многие аспекты регулирования условий выплаты вознаграждения. В частности, к таким отношениям (в силу частноправовой природы и субсидиарного применения норм о подряде и возмездном оказании услуг) применяется ст. 723 ГК РФ, которая во взаимосвязи с п. 5 постановления № 97 устанавливает, что в случае ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим своих обязанностей, фиксированная сумма вознаграждения и проценты по нему могут быть соразмерно уменьшены. Аналогичным образом, может быть разрешен вопрос об увеличении вознаграждения в случае достижения гораздо лучшего результата благодаря действиям арбитражного управляющего; учитывая природу взаимоотношений арбитражного управляющего и должника через призму возмездного оказания услуг, все средства, используемые в рамках договора возмездного оказания услуг, в полной мере применимы и в рамках данных отношений — возможность снижения размера вознаграждения, предъявления требований, связанных с качеством оказываемой услуги (что также влияет на объем финансирования) и пр. Это же сравнение объясняет возможность беспрепятственной уступки арбитражным управляющим своего требования об уплате вознаграждения в пользу третьего лица. В таком случае цессионарий, купивший право требования арбитражного управляющего о выплате вознаграждения, должен будет осуществлять взыскание в рамках дела о банкротстве, как и сам арбитражный управляющий (п. 17 постановления № 60⁶⁹, п. 8 постановления № 91⁷⁰). Право требования уплаты вознаграждения также переходит по наследству (ст. 1112 ГК РФ); взыскание вознаграждения в таком случае осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Корректность применения норм о возмездном оказании услуг к отношениям между арбитражным управляющим и должником также подтверждает существенное значение личности арбитражного управляющего, которая как и в договоре возмездного оказания услуг играет определяющее значение, поскольку полномочия арбитражного управляющего исполняются им лично и не могут быть переданы иному лицу (п. 5 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

Помимо этого, поскольку основной предмет деятельности арбитражного управляющего составляет совершение юридических действий от имени должника, прежде всего продажа его имущества, в указанной части обнаруживаются обязательства по модели договора поручения — глава 49 ГК РФ.

Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника. Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. Установленный размер фиксированной суммы вознаграждения (п. 3 ст. 20.6 Закона о банкротстве) выплачивается за каждый месяц, в котором лицо осуществляло полномочия арбитражного управляющего. В соответствии с п. 9 ст. 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего выплачивается ему в течение десяти календарных дней с даты завершения процедуры, которая применяется в деле о банкротстве и для проведения которой был утвержден арбитражный управляющий.

В том случае, если полномочия арбитражного управляющего возникли или прекратились не в первый или последний день месяца соответственно, то за неполные месяцы наличия у него полномочий фиксированная сумма вознаграждения выплачивается пропорционально количеству календарных дней в каждом таком месяце. Отмена судебного акта об утверждении арбитражного управляющего или введении процедуры банкротства сама по себе не лишает управляющего права на получение вознаграждения за период до даты такой отмены. Если имущества должника недостаточно для погашения задолженности по оплате услуг арбитражного управляющего, в непогашенной части ее исполняет инициатор процедуры⁷¹. Так как согласно этой норме единственным основанием для возложения обязанности по погашению расходов по делу о банкротстве на заявителя является недостаточность средств у должника, то в случаях, когда вознаграждение арбитражному управляющему осталось невыплаченным ввиду погашения им самим за счет конкурсной массы других требований в нарушение очередности, установленной ст. 134 Закона о банкротстве, обязанность по выплате такого вознаграждения не может быть возложена на заявителя.

В силу п. 15 ст. 20.6 Закона о банкротстве при прекращении дела о банкротстве в связи с заключением мирового соглашения выплата суммы процентов по вознаграждению за процедуру банкротства, в ходе которой оно было утверждено, осуществляется в случаях, порядке и размере, которые установлены мировым соглашением. Отсутствие в мировом соглашении условий о праве арбитражного управляющего на такие проценты не является основанием для отказа в его утверждении судом; проценты ему в таком случае не выплачиваются. Если в ходе одной процедуры банкротства полномочия арбитражного управляющего осуществлялись несколькими лицами, то проценты по вознаграждению за эту процедуру распределяются между ними пропорционально продолжительности периода полномочий каждого из них в ходе этой процедуры, если иное не установлено соглашением между ними. Суд вправе отступить от указанного правила, если вклад одного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства существенно превышает вклад другого.

Рассмотрение вопроса об увеличении размера фиксированной суммы вознаграждения, выплачиваемого арбитражному управляющему (п. 5 ст. 20.6 Закона о банкротстве) возможно только после истечения срока на заявление требований кредиторами, то есть не ранее, чем через 30 календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения (п. 1 ст. 71 Закона о банкротстве).

За счет средств должника в размере фактических затрат осуществляется оплата, в том числе иных расходов, предусмотренных Законом о банкротстве, в частности, почтовых расходов, расходов, связанных с государственной регистрацией прав должника на недвижимое имущество и сделок с ним, расходов в связи с выполнением работ (услуг) для должника, необходимых для государственной регистрации таких прав, расходов на оплату услуг оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки, если привлечение оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки в соответствии с Законом о банкротстве является обязательным, расходов на включение сведений, предусмотренных Законом о банкротстве, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений, а также оплата судебных расходов, в том числе государственной пошлины. В то же время, в указанные расходы не входят расходы на оплату услуг представителя арбитражного управляющего по спору, связанному с жалобой на его действия (бездействие). Так, ВС РФ указал, что в такой ситуации, когда управляющий противостоит интересам кредиторов и действует исключительно в своих интересах, расходы на ведение процесса он должен нести за свой счет. На случай, если жалоба на действия управляющего была признана судом необоснованной, процессуальным законодательством