Развитие «зеленого» предпринимательства:
эколого-социально-экономическая модель

Монография

Под общей редакцией 
кандидата социологических наук, доцента  
И. В. Игнатовой

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 349.6+334

ББК 67.407+65.28

Р17

Авторы:
Астахова М. А., кандидат юридических наук, доцент (Институт государства и права, Тюменский государственный университет);
Игнатова И. В., кандидат социологических наук, доцент (Институт государства и права, Тюменский государственный университет);
Кадысева А. А., доктор биологических наук, профессор (Тюменский индустриальный университет); Лузина Т. В., кандидат экономических наук, доцент, заведующая кафедрой таможенного дела (Институт государства и права, Тюменский государственный университет).

Рецензенты:
Козлова О. А., доктор экономических наук, профессор, начальник отдела международных связей (Омский государственный аграрный университет);
Омаров Э. З., вице-президент Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России» (г. Тюмень).

Настоящая монография подготовлена коллективом ведущих российских ученых, занимающихся научными изысканиями в области «зеленого» предпринимательства. Сравнительные исследования по этим вопросам показали недостаточность современных методов в развитии данной отрасли. Найдены современные научные акценты определения «зеленого» предпринимательства. Обосновано применение модульного подхода к формированию междисциплинарной модели развития. Она включает три модуля, образованные на основе мотивов предпринимательской деятельности, объединенные агрегированным показателем «экономическая мощность». Он позволяет оценить баланс между экономической эффективностью и социальным эффектом деятельности хозяйствующих субъектов. Определены эколого-социально-экономические предпосылки развития «зеленого» предпринимательства региона.

Законодательство приведено по состоянию на 18 мая 2022 г.

Монография подготовлена в рамках гранта РФФИ, проект № 20-010-00996 А «Разработка концептуальной междисциплинарной модели развития “зеленого” предпринимательства на основе модульного программирования».
Текст публикуется в авторской редакции.

УДК 349.6+334

ББК 67.407+65.28

© Коллектив авторов, 2022

© ООО «Проспект», 2022

ПРЕДИСЛОВИЕ

Развитие общества тесно связано с окружающей средой, ее состояние отражается на каждом элементе природы. В поисках выгоды человек зачатую нарушает баланс природных сил земли, становясь угрозой для всего живого. Возникает научно-исследовательская проблема поиска оптимального соотношения между хозяйственной деятельностью и экологией, экономическим прогрессом при условии сохранения окружающей среды. Если выходом из симбиотивного тупика экономики и природы является «зеленое» предпринимательство, то как стимулировать его развитие в условиях существующей парадигмы, основанной на эгоизме.

Есть мнение, что обеспечить переход на устойчивое развитие и разрешить противоречия между экономической, социальной и экологической сферой общества, а также сократить техногенное воздействие на окружающую природную среду смогут эколого-ориентированные предприятия, число которых должно неизменно возрастать. Для развития «зеленого» предпринимательства необходимо создать соответствующие условия и стимулы, следовательно, важно составить четкую и продуманную государственную программу, содержащую конкретные механизмы по ориентированию бизнеса и промышленности в «зеленом» направлении.

Анализ работ российских и зарубежных ученых продемонстрировал недостаточную проработанность вопросов, посвященных государственному регулированию «зеленого» предпринимательства. Отдельные научные работы в этом направлении лишь частично охватывают определенные проблемы, как:

1) проработанность применения эколого-экономического подхода в исследовании «зеленого» предпринимательства, рассмотрение опыта зарубежных стран;

2) рассмотрение видов и форм «зеленого» предпринимательства;

3) взаимосвязь экономических, в том числе институциональных, и социально-психологических факторов развития предпринимательства;

4) повышение значимости роли государства в развитии предпринимательства;

5) оценка устойчивости экономических систем.

При этом учитывается опыт зарубежных исследователей, которые значительно дальше продвинулись в данном вопросе, однако в российских условиях копирование западного опыта направлений государственного регулирования и поддержки либо не дает достаточного эффекта, либо претерпевает искаженные формы. Таким образом, следует констатировать отсутствие в существующих работах концептуальной и системной модели государственного регулирования «зеленого» предпринимательства.

В связи с этим научная новизна видится в разработке междисциплинарного концептуально нового подхода к модели государственного регулирования «зеленого» предпринимательства в уникальных условиях пространственного развития Российской Федерации и высокой степени эколого-социально-экономической дифференциации регионов.

Более детальное описание параметров научной новизны включает в себя:

1) авторская систематизация понятийного аппарата развития «зеленого» предпринимательства, отличительной особенностью которого является учет эколого-социально-экономических факторов; проекция систематизированного понятийного аппарата в уникальный набор измеримых показателей, которые будут использованы в качестве объектов при проведении эмпирического исследования;

2) формирование структурной схемы, описывающей взаимосвязи между выделенными в результате систематизации понятийного аппарата исследования объектами, которая выступит отправной точкой формирования модели развития «зеленого» предпринимательства на основе модульного программирования;

3) разработка методологического подхода к выявлению инструментов, способствующих развитию «зеленого» предпринимательства.

На первый план выдвигается решение следующих задач проекта:

– сформулировать принципиально новый авторский подход к систематизации терминов и понятий развития «зеленого» предпринимательства, экологических, социальных и экономических аспектов, с позиции их последующего преобразования в измеряемые эколого-социально-экономические показатели, которые выступят отправной точкой формирования модели развития «зеленого» предпринимательства на основе модульного программирования;

– на основе применения методов корреляционно-регрессионного анализа, расчета коэффициентов корреляции, выявить факторы, воздействующие на показатели устойчивого развития «зеленого» предпринимательства; на этой основе построить модель, учитывающую эколого-социально-экономические факторы развития «зеленого» предпринимательства;

– разработать принципиально новый методологический подход к формированию направлений государственного регулирования «зеленого» предпринимательства для его устойчивого развития.

Раздел 1.
«ЗЕЛЕНОЕ» ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО: СУЩНОСТЬ, ПОНЯТИЕ, ФАКТОРЫ

Глава 1.
Концептуализация «зеленого» предпринимательства: современные подходы и теории

Игнатова И. В.

Современный период развития общества характеризуется чередой экономических, экологических и социальных вызовов, требующих разработки инновационных решений. Одним из таких направлений исследований является «зеленое» предпринимательство. Актуальность исследования заключается в значимости эколого-социально-экономических вопросов для общества в целом и каждого человека в отдельности. Многогранность проблемы и отсутствие единого подхода к определению ключевых понятий затрудняют решение этой симбиотической задачи как в теоретическом, так и практическом аспектах. До сих пор нет консенсусного определения «зеленого» предпринимательства¹. В исследовании Т. В. Ершовой² выделены концепции, анализирующие «зеленое» предпринимательство, — это теория провалов рынка и теория экологической модернизации, А. А. Наумовым проведено сравнительное исследование теоретических подходов к исследованию экологического предпринимательства³. Дискуссионность вопроса свидетельствует о необходимости дальнейшей концептуализации «зеленого» предпринимательства. В связи с этим, представляется насущным уточнение понятия зеленого предпринимательства, определение факторов его развития.

Цель исследования — уточнить определение «зеленого предпринимательства» на основе накопленного теоретического и практического знания.

В ходе исследования выявлена терминологическая множественность: «экопредпринимательство», «зеленое предпринимательство», «экобизнес», «экопринеры», «социальные экопринеры», «эколого-ориентированные предприятия», «экологизированное предпринимательство и т. д. Автор в своем исследовании использует понятие «зеленое предпринимательство». В рассматриваемой теме к числу базовых относятся категории «предпринимательство» и «бизнес». Систематизация концепций и определений данных понятий проведена в работе К. Сантини⁴, актуализирующей теоретические подходы к предпринимательству через призму экопредпринимательства.

Методологической основой исследования послужили научные исследования иностранных и отечественных ученых. Р. Исаак определяет зеленые предприятия как модели, которые могут повысить производительность при сокращении использования ресурсов таким образом, чтобы это способствовало здоровью человека и обеспечивало устойчивость экологии⁵.

Р. Б. Менон определяет экопредпринимательство как явление, использующее принципы предпринимательства, для решения экологических проблем⁶. Современные инновации должны способствовать удовлетворению потребностей населения и защите окружающей среды. Именно эти условия обеспечивают устойчивость предприятия в долгосрочной перспективе. Он доказывает взаимосвязь между развитием экопредпринимательства и устойчивостью бизнеса вследствие высокого спроса на рынке натуральных продуктов, предложения качественного товара, общественной осведомленности.

Экопредприниматели — это предприниматели, которые начинают коммерческий бизнес с сильными основополагающими экологическими ценностями и продают экологически чистые продукты или услуги⁷.

А. А. Наумов определяет зеленое предпринимательство как форму предпринимательской деятельности, направленную на удовлетворение эколого-экономических потребностей за счет продуктов, в общей полезности которых определяющее значение имеет экологическая полезность, при этом компоненты экологической системы преимущественно рассматриваются как факторы, определяющие эколого-экономические потребности.

«Зеленое» предпринимательство — это предпринимательская деятельность, сочетающая в себе бизнес-цели и цели по защите окружающей среды. На первый взгляд, есть некое противоречие между указанными целями. Однако, ряд исследователей доказывают обратное. Р. Исаак⁸ обосновывает экономические преимущества зеленых предприятий перед традиционными за счет использования зеленого маркетинга, возможности повышения цены товара (представляя его как экологически чистый) и т. д. По А. Синг и Н. Панаскал показали положительную взаимосвязь между продажей экологически чистых продуктов и бизнес-успехом⁹.

Результаты исследования свидетельствуют, что экономический рост не противоречит защите окружающей среды, обе цели достижимы за счет «повышения производительности ресурсов»¹⁰. В этом случае компания может нанимать больше работников при снижении количества ресурсов. Таким образом увязываются и достигаются экономические, экологические и социальные цели предприятия. С. Диксон и А. Клиффорд иллюстрируют симбиотическую связь бизнеса, во-первых, с крупными корпорациями, стремящимися количественно оценить свои усилия в области корпоративной социальной ответственности; во-вторых, с сообществом и социальными партнерами, обеспечивающими занятость, обучение малоимущих слоев населения и путь к относительно безопасному росту; в-третьих, с государственными и социальными учреждениями, оказывающими поддержку¹¹. Прочная экономическая основа такой модели обеспечивает устойчивость экологических и социальных целей организации.

Исходя из представленных выше теоретических подходов и определений зеленого предпринимательства, обобщим, что это коммерческие и некоммерческие организации, внедряющие зеленые технологии в производственный процесс и/или производящие экопродукцию.

На современном этапе отмечается тесная взаимозависимость между экономикой и окружающей средой. Рост масштабов производства приводит к разрушению природы, как следствие, возникает нехватка ресурсов и рождаются новые эколого-социально-экономические проблемы. Такой симбиоз не мог остаться без внимания ученых. Научные подходы, разработанные зарубежными исследователями, в неизменном виде принципиально не применимы в России по причине уникального административно-территориального устройства страны и специфики ее эколого-социально-экономического развития. Одним из связующих элементов в триаде экология — общество — экономика является «зеленая» предпринимательская деятельность. В науке дискутируется вопрос о сущности данного явления и подходах к изучению. В связи с этим актуально теоретическое исследование понятия и сущности «зеленого» предпринимательства.

Началом изучения «зеленого» предпринимательства считается работа Дж. Куинн¹², рассматривающая значение «зеленого» движения в развитии экономики (открытии новых рынков сбыта, перераспределения рынков и т. д.).

В эволюции исследований «зеленого» предпринимательства в качестве концептуальной основы выступали теории экологической модернизации, теории провалов рынка, концепция устойчивого развития. Д. Пэррис рассматривает «зеленое» предпринимательство как вид социального предпринимательства¹³.

В настоящее время акценты научной проблематики сферы «зеленого» предпринимательства сместились в сторону циркулярной (круговой) экономики (Circular Economy, концепция СЕ), инновационного направления, цифровизации экономики. Среди зарубежных ученых популярна концепция СЕ, которая симбиотически увязывает вопросы состояния окружающей среды, социальной справедливости и долгосрочного экономического роста. Н. Миллар, Е. МакЛаулин, Т. Боргер предполагают, что она может служить инструментом для устойчивого развития¹⁴. А. Валаванидис считает, что реализация концепции СЕ возможна посредством «сокращения, повторного использования и переработки материалов, сокращения отходов до минимума, использования биоразлагаемых продуктов, рециркуляции отбракованных продуктов обратно в окружающую среду»¹⁵. Автор А. Хешмати на основе сравнительный анализа концепции линейной экономики и СЕ обосновывает необходимость перехода к восстановительному устойчивому промышленному развитию с замкнутым циклом¹⁶.

Автор Дж. Мартинез-Али предлагает междисциплинарную концепцию «экологической экономики», основанную на «финансовой оценке положительных экологических услуг и отрицательных внешних факторов, а также физическую оценку воздействия на экономику окружающей среды, измеряемого с помощью новых показателей». Им предложена «экологическая макроэкономика без роста»¹⁷. Р. Костанза утверждает, что «реальная экономика намного шире рыночной и включает все, что способствует благосостоянию людей, в том числе нерыночные экосистемные услуги, активы природного и социального капитала»¹⁸. Д. Момете доказывает, что СЕ «является способом перестройки экономики в соответствии с экономическими, социальными и экологическими требованиями устойчивого развития». Он разработал методологию оценки готовности стран Европейского Союза перейти от реальной линейной экономики к СЕ. Методология учитывает экономические, социальные и экологические факторы, интегрируя их в составном индексе¹⁹.

Н. Грегсон, М. Кранг, С. Фуллер, Х. Холмс ввели в научный оборот понятие моральной экономики как компромисс между экологической модернизацией, экологической справедливостью и ресурсной (не) безопасности. Авторы доказывают, что моральная экономика необходима для восстановления ресурсов (на примере Европейского союза)²⁰.

А. Мол рассматривает экологическую модернизацию через призму глобализации. Автор делает вывод о возрастании роли экологической реформы и ее усиливающимся влиянием на процессы производства²¹.

И. Е. Николау, К. Тасопоулу, К. Тсагаракис разработали типологию «зеленых» предпринимателей на основе институциональной теории и ресурсном подходе. Выделено три типа «зеленых» предпринимателей:

– идеалисты, мечтающие изменить мир к лучшему;

– стремящиеся к дополнительной прибыли за счет выявления новых возможностей рынка;

– мотивированные институциональным фактором (например, субсидии для «зеленых» предпринимателей)²².

Российские исследователи отмечают отсутствие консенсусного определения «зеленого» предпринимательства и единого теоретического подхода. Систематизация понятия экологического предпринимательства и концепций, применяемых к его изучению отечественными учеными, осуществлена С. Н. Новоселовым²³.

Н. А. Абдуллаев на основе синергетического подхода заключает, что «разрушение элементов окружающей среды необратимо ведет к нехватке ресурсов и, соответственно, к возникновению новых экономических проблем, а также ставит под угрозу жизнь и развитие будущих поколений»²⁴.

В соответствии с управленческой концепцией, В. И. Бобошко анализирует вопросы экологизации предприятий малого бизнеса за счет разработанной системы мер (организационно-экономические, социальные, идеологические)²⁵.

А. Р. Нуртдинов утверждает, что обеспечить переход на устойчивое развитие и разрешить эколого-социально-экономическое противоречие смогут эколого-ориентированные предприятия²⁶.

В рамках инновационного подхода требуют решения вопросы эколого-ориентированного развития. Я. Д. Вишняков и С. П. Киселева считают, что «социально-ориентированное инновационное развитие национальной экономики следует определить как развитие инновационных процессов в национальной экономике по направлению развития национальной экономики в целом»²⁷.

Результаты исследования работ российских и зарубежных ученых продемонстрировал недостаточную проработанность ряда вопросов, посвященных развитию «зеленого» предпринимательства. Отдельные научные работы в этом направлении частично охватывают определенные проблемы: применение эколого-экономического подхода в исследовании «зеленого предпринимательства», рассмотрение опыта зарубежных стран; рассмотрение видов и форм «зеленого» предпринимательства; взаимосвязь экономических, в том числе институциональных, и социально-психологических факторов развития предпринимательства; повышение значимости роли государства в развитии предпринимательства; оценка устойчивости экономических систем.

Автор предлагает использовать модульный подход для исследования «зеленого» предпринимательства²⁸, основанного на мотивации предпринимателей. В соответствии с ним, выделено три модуля: экономический, институциональный и социально-психологический. Экологический модуль отсутствует, так как считаем, что формирование идеи зависит от мотивации предпринимателя как члена социума. Поэтому важно развитие общественного отношения к защите окружающей среды, как следствие, предпринимательские идеи будут становиться «зелеными».

Есть мнение, что экологические аспекты должны стать во главу угла, чтобы успешно решить задачу построения общества устойчивого развития и «зеленой» экономики²⁹. Для достижения этой цели необходимо формирование соответствующего мировоззрения населения. Потребность сохранения окружающей среды должна стать естественной для критической массы членов общества. На этой основе появится мотивация к внедрению зеленых технологий на производстве, возникновению предпринимательских идей в сфере защиты окружающей среды, необходимость создания правил игры, учитывающих экологическое состояние территории и т. д. То есть в каждом из модулей будет формироваться поле деятельности для предпринимателей в «зеленом» направлении.

В настоящее время стимулирующее действие на развитие «зеленого» предпринимательства оказывает государство, осуществляющее надзорную и регулирующую функции. По данным опросов фонда «Общественное мнение», 31% жителей страны считают, что экологическая ситуация зависит от властей; 24% — от руководителей предприятий; 38% опрошенных. Из числа ответивший, 47% в возрасте от 18 до 30 лет (37% в возрасте от 31 до 60 лет) возлагают ответственность за окружающую среду на население³⁰. Среди молодежи отметим тренд на формирование личной ответственности за сохранение окружающей среды.

Преимущества модульного подхода заключаются в возможности применения числовых показателей модулей при модульном программировании, что актуально в условиях цифровой экономики. Также он позволяет создавать вариативные модели объекта исследования в соответствии с заданными параметрами.

Таким образом, проведенный анализ свидетельствует об актуальности проработки следующих направлений исследований «зеленого» предпринимательства:

– Уточнение понятия «зеленое» предпринимательство, выработка единого определения.

– Систематизация понятийного аппарата «зеленого» предпринимательства, учитывающего эколого-социально-экономические факторы развития страны (региона).

– Формирование в уникальный набор измеримых показателей, которые будут использованы в качестве объектов при проведении эмпирического исследования.

– Разработка методологического подхода к выявлению инструментов, способствующих развитию «зеленого» предпринимательства.

Глава 2.
Система факторов развития «зеленого» предпринимательства

Игнатова И. В.

В научных зарубежных и отечественных трудах выделяются факторы, обуславливающие развитие «зеленого» предпринимательства.

С. В. Вершинина выделяет макроуровневые факторы такие, как ужесточение международных и национальных экологических стандартов; развитие экологических рынков товаров и услуг; усиление заинтересованности потребителей в получении экологических благ и услуг, а производителей в производстве конкурентоспособной продукции с учетом экологической составляющей; совершенствование государственного регулирования экологического предпринимательства в регионе³¹. Акцентирует внимание на роли государственного регулирования в условиях сокращения частных инвестиций и финансировании инноваций.

На микроуровне отметим исследования Р. Б. Менона, выделяющего социально-экономические факторы развития экологического предпринимательства: производство качественного экологически чистого товара, востребованного на рынке; высокий уровень осведомленности членов общества о проблемах загрязнения окружающей среды и путях решения³². Выделяют также производственный фактор (использование «зеленых» технологий, безотходное производство, уменьшение или отсутствие упаковки, повышение эффективности использования энергии и ресурсов), экологическая сертификация, формирование зеленой деловой культуры³³.

Седи факторов развития «зеленого» предпринимательства выделяют институциональные аспекты, личные стратегии, инновационные и конкурентные цели. Также выделяют «зеленых» предпринимателей, чья деятельность основана на реализации их идеалистических ожиданий³⁴.

Повышение потребительской грамотности и осведомленности общества об экологических проблемах формирует спрос на экопродукты, следовательно, способствует развитию «зеленого» предпринимательства³⁵.

По данным исследований, на первых этапах развития «зеленого» предпринимательства важную роль играет нормативно-регулирующая роль государства, по мере распространения идей зеленого образа жизни в обществе растет мотивация человека к реализации предпринимательской идеи в экологической сфере.

В соответствии с модульным подходом, выделим две группы факторов развития «зеленого» предпринимательства: внешние и внутренние. Внешние включают экономические, институциональные, социальные. Внутренние — мотивация человека на разработку и реализацию проекта в «зеленой» сфере, являющиеся ключевыми по мнению³⁶.

Возникает вопрос: существуют ли различия в мотивации «зеленых» предпринимателей и не относящихся к таковым? Сравнительный анализ результатов исследований Дж. Кирквуд³⁷ и И. В. Игнатовой³⁸ свидетельствует о наличие у «зеленых» предпринимателей значимости экологических ценностей, отсутствующих у иных предпринимателей. Мотивы «зеленых» предпринимателей — это зарабатывать на жизнь; азарт; быть самим себе боссом; экологические ценности. Для всей совокупности предпринимателей характерны внутренние побудители открыть свое дело — это получение прибыли; установление собственных правил игры, самореализация.

Итак, главное — это мотивация человека на защиту окружающей среды, она формирует бизнес-мотивацию на создание не просто предприятия, а «зеленого» предпринимательства. Следовательно, важно общественное развитие в области экологии, развитие мотивации в социуме и запроса на экологические продукты, услуги, товары и т. д. На основе социальной общечеловеческой ценности на экологию будут формироваться экологические бизнес-идеи.

Современный вектор развития предпринимательства активно использует принцип устойчивого развития. Субъекты предпринимательства озабочены вопросами снижения экологических рисков и стремятся к «зеленой» модернизации. Авторы считают, что «зеленое» предпринимательство способно разрешить противоречие между экономической, социальной и экологической сферами общества на основе принципа сотрудничества, предполагающего взаимодействие субъектов, приносящее пользу обществу, стране, государству.

В соответствии с модульным подходом выделяем три группы факторов развития «зеленого» предпринимательства, основанных на мотивах деятельности: экономические, институциональные и социально-психологические (социальные) факторы.

В ходе исследования выявлена недооцененность воздействия социальных факторов на уровень развития предпринимательской активности, в том числе «зеленого» предпринимательства, представленного в исследовании социально ориентированным некоммерческим видом. Федеральный закон от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» (ст. 5) включает в систему социального обслуживания негосударственные (коммерческие и некоммерческие) организации социального обслуживания, в том числе СО НКО, предоставляющие социальные услуги, а также индивидуальных предпринимателей, осуществляющих социальное обслуживание³⁹.

В соответствии с расчетами авторов⁴⁰, 21% СО НКО функционируют в сфере физической культуры и спорта, 19,5% оказывают социальные услуги населению, 18,7% осуществляют свою деятельность в образовании и науке. По данным Росстата, в 2018 г. в России минимальное количество социально ориентированных организаций наблюдалось в таких сферах, как содействие повышению мобильности трудовых ресурсов (0,38% от общего числа СО НКО), социальная и медицинская реабилитация лиц, незаконно употреблявших наркотические и психотропные вещества (0,51%), социальная и культурная адаптация мигрантов (0,55%).

Выявлено, что НКО организуются в сферах, отмеченных «провалами» рынка. Наиболее востребованными являются образовательные услуги для людей разного возраста; трудоустройство лиц с ограниченными возможностями здоровья; экологические проекты. Социальные НКО чаще всего учреждаются как детские и медицинские учреждения, организации социального обслуживания. Доля последних в общем количестве организаций социального обслуживания всех форм собственности, включенных в реестр поставщиков социальных услуг субъектов Тюменской области, составляет: в ХМАО — 76,9%, Тюменская область (без автономных округов (без АО)) — 42,7%, ЯНАО — 32,4%⁴¹.

Рассматривая общее количество зарегистрированных НКО во всех субъектах Тюменской области в динамике, отметим идентичность данных показателей в ХМАО и Тюменской области (без АО) за весь анализируемый период: в 2018 г. в ХМАО — 950, в Тюменской области (без АО) — 890 ед. В ЯНАО число зарегистрированных по сравнению с 2013 г. снизилось.

За период с 2013 по 2019 г. количество НКО в среднем по России стабильно составляет чуть более 1000 организаций. В Тюменской области в целом число НКО превышает среднероссийский показатель более чем на 50%. В разрезе субъектов области значение показателей ниже средних по стране, лишь в 2018 г. число зарегистрированных НКО в ХМАО и Тюменской области (без АО) приблизилось к среднероссийскому уровню.

Темпы прироста НКО в целом по области увеличиваются: от отрицательных в 2014 г. по сравнению с 2013 г. (–1,30%) до положительных в 7,53% в 2018 г. по сравнению с 2017 г. В 2014 г. по сравнению с 2013 г. в ХМАО прирост НКО составил 1,65, в Тюменской области (без АО) этот показатель отрицательный (–1,77). Рейтинг регионов по темпам прироста количества НКО в 2018 г. по сравнению с 2017 г.: ХМАО — 1 место (11,50%), Тюменская область (без автономных округов) — 2 место (8,27%), ЯНАО — 3 место (–5,03%)⁴².

Предпринимательскую активность в сфере социально ориентированной деятельности характеризует показатель количества НКО на 10 000 человек экономически активного населения (ЭАН). В 2018 г. среди субъектов Тюменской области наибольшее количество СО НКО в расчете на 10 000 человек населения зарегистрировано в ЯНАО (13,6 ед.), Тюменская область (без АО) (11,1 ед.), ХМАО (8,63 ед.)⁴³.

Очевидно, что предпринимательская активность населения в создании НКО прямо пропорционально влияет на рост числа таких организаций. Расчеты свидетельствует о стабильном уровне предпринимательской активности в субъектах Тюменской области. В среднем регистрируется 10 НКО на 10 000 человек ЭАН. В России регистрируется 11 НКО в расчете на 10 000 ЭАН. Таким образом, показатель предпринимательской активности в субъектах Тюменской области соответствует общероссийскому уровню.

В Тюменской области доля работников в НКО в общей численности работников, занятых в социальной сфере (в порядке убывания) составила: Тюменская область (без автономных округов) (9,3%), ЯНАО (7,7%), ХМАО (6,2%)⁴⁴.

Несмотря на лидирующие позиции ХМАО в рейтинге реализации мер по поддержке социального предпринимательства, вовлеченность населения в данный вид предпринимательства в разрезе субъектов Тюменской области минимальна. В связи с этим, считаем целесообразным исследовать взаимозависимость отдельных социальных показателей состояния регионов и уровня предпринимательской активности в части создания НКО (табл. 1)⁴⁵.

Зачастую влияние социальных факторов косвенно, имеет мультипликативный эффект. В совокупности действие социальных факторов характеризуют условия, качество жизни населения, задают условия для практики сохранения и развития человеческого потенциала разных групп населения, что является одним из главных условий развития предпринимательства в регионе.

Таблица 1

Коэффициенты корреляции индекса предпринимательской активности и показателей социального состояния региона

Наименование показателя

Тюменская область, всего

В том числе

ХМАО

ЯНАО

Тюменская область (без автономных округов)

Показатели демографии

Число женщин на 1000 мужчин

–0,81

0,72

0,25

–0,81

Число родившихся на 1000 человек населения

–0,93

–0,83

–0,52

–0,96

Естественный прирост на 1000 человек населения

–0,92

–0,85

–0,54

–0,97

Миграционный прирост на 10 000 человек населения

0,30

–0,34

0,45

–0,11

Соотношение браков и разводов

0,75

0,76

–0,05

0,76

Показатели здравоохранения

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении

0,90

0,79

0,29

0,90

Число родившихся на 1000 человек населения

–0,93

–0,83

–0,52

–0,96

Заболеваемость на 1000 человек населения

0,16

–0,05

0,91

–0,83

Число больничных коек на 10000 человек населения

–0,71

–0,81

–0,29

–0,65

Мощность амбулаторно-поликлинических организаций

–0,75

–0,77

0,23

–0,46

Показатели образования

Численность детей, стоящих на учете для определения в дошкольные образовательные организации (на 1000 детей в возрасте 1–6 лет)

–0,85

–0,70

–0,35

0,45

Число организаций, осуществляющих образовательную деятельность по программам начального, основного и среднего общего образования (на начало учебного года)

–0,69

–0,72

–0,14

–0,71

Численность обучающихся по образовательным программам начального, основного и среднего общего образования, тыс. человек

0,85

0,81

0,36

0,88

Численность студентов, обучающихся по программам подготовки среднего профессионального образования, тыс. человек

–0,48

–0,65

–0,43

–0,43

Численность студентов, обучающихся по программам бакалавриата, специалитета, магистратуры, тыс. человек

–0,66

–0,55

–0,25

–0,76

Как свидетельствуют данные таблицы 1, отмечается тесная связь большинства исследуемых социальных показателей и уровня предпринимательской активности в создании НКО во всех субъектах Тюменской области, за исключением ЯНАО, что можно объяснить негативным влиянием объективных природно-климатических, инфраструктурных, экономических условий региона. Такие показатели, как миграционный прирост и численность студентов высших учебных заведений демонстрирует слабую (либо отсутствие) корреляцию с уровнем предпринимательской активности в создании НКО.

Большинство демографических показателей имеют обратную статистическую взаимозависимость с уровнем предпринимательской активности, кроме миграционного прироста, корреляция которого составляет менее 0,5 во всех субъектах Тюменской области.

Можно предположить, что наличие значительной (более 0,7) прямой зависимости между соотношением браков/разводов и активностью ЭАН в создании НКО (за исключением ЯНАО), свидетельствует, с одной стороны, о необходимости личной стабильности для занятия предпринимательством, в том числе социальным. С другой стороны, может говорить о вынужденном сохранении статуса семейного положения, отраженного в статистических данных.

Повышение рождаемости имеет обратную корреляцию с уровнем предпринимательской активности (–0,9 во всех регионах Тюменской области, кроме ЯНАО). В целях привлечения женщин, находящихся в отпуске по уходу за ребенком, в сферу предпринимательства на государственном уровне реализуются соответствующие проекты («Содействие занятости женщин — создание условий дошкольного образования для детей в возрасте до трех лет» и другие). Региональные власти также осуществляют деятельность по повышению предпринимательской активности в сфере НКО женщин, находящихся в отпуске по уходу за ребенком. Для этого созданы и функционируют учебные центры и программы, например, «Моя карьера», «Профессионал» и т. д.

Число женщин на 1000 мужчин в ХМАО взаимозависимо с активностью социального предпринимательства (коэффициент корреляции = 0,72). В Тюменской области (без АО) этот показатель имеет значительную обратную зависимость (–0,81). На наш взгляд, это определяет факт маскулинности сферы социального предпринимательства на юге области.

Из числа показателей здравоохранения ожидаемая продолжительность жизни тесно связана с уровнем предпринимательской активности (коэффициент корреляции 0,8 и выше) во всей субъектах, кроме ЯНАО. Мощность поликлиник и количество больничных коек имеют тесную обратную статистическую взаимосвязь (–0,7 и выше). По нашему мнению, сфера здравоохранения — это одно из направлений социального предпринимательства, что обусловливает наличие такого рода связи.

Показатели образования также отличаются по степени и направленности корреляции в разрезе субъектов Тюменской области. Так, численность детей, стоящих на учете для определения в дошкольные образовательные организации, число организаций, осуществляющих образовательную деятельность по образовательным программам начального, основного и среднего общего образования — обратная взаимосвязь в ХМАО (–0,72) и в Тюменской области без АО (–0,71). Подобная тенденция обусловлена высоким уровнем развития социального предпринимательства в регионах, где дошкольные учреждения — это один из элементов социальной деловой сферы. Однако, по данным Министерства просвещения России, в стране из числа учреждений дошкольного образования только 2,2% — это частные детские сады⁴⁶. Можно сказать, что данное направление начинает активизироваться, в том числе благодаря программам поддержки и развития.

Обратная корреляция уровня предпринимательской активности в создании НКО и количества студентов (–0,6 в среднем). На наш взгляд, социальная студенческая жизнь позволяет решать часть проблем в рамках студенческих инициатив, что обусловливает данную взаимозависимость.

Социальное предпринимательство оказывает не только прямое, но и косвенное влияние на развитие региона. Прямое влияние заключается в создании новых предприятий (рабочие места, доходы и т. д.). Косвенно связано со сферами, обозначаемыми как «провалы рынка», при этом они нуждаются в разработке инновационных инструментов для решения проблем. В связи с высокой значимостью социального предпринимательства, а также учитывая вклад социальных предприятий в решение социальных и экологических проблем общества, необходимо больше внимания уделять тем формам государственной поддержки социальных проектов, которые продемонстрировали свою эффективность.

Принципы «зеленого» предпринимательства, отраженные в ФЗ от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»⁴⁷, реализуются в форме коммерческих и некоммерческих организаций (НКО). Для последних «зеленая» сфера деятельности предусмотрена в ФЗ от 12.01.1996 «О некоммерческих организациях»⁴⁸. Для полноты картины исследованы оба вида организаций, предполагая, что факторы, определяющие их развитие, могут быть различны. Исследовались малые (микро) и средние предприятия как наиболее проблемные с точки зрения перехода к «зеленому» предпринимательству. В качестве региона выбрана Тюменская область как административно сложный субъект Российской Федерации, применен метод корреляционного анализа. На его основе определена статистическая взаимосвязь между коэффициентом предпринимательской активности коммерческих организаций и НКО в расчете на 10 000 человек экономически активного населения и социальными показателями субъектов Тюменской области. Социальные факторы сгруппированы: демографические, здравоохранение, образование.

Предпринимательская активность коммерческого сектора в большей степени детерминирована демографическими факторами, чем показателями здравоохранения и образования. В Тюменской области без автономных округов (без АО) и ХМАО ярко выражены корреляционные взаимосвязи между предпринимательской активностью и числом умерших (обратная статистическая связь = –0,6 и –0,76, соответственно); количество детей на одну женщину (коэффициент корреляции = 0,71 и 0,69).

Для сектора НКО характерна обратная статистическая взаимосвязь большинства демографических показателей, а здравоохранения — прямая (0,8 и выше) во всех субъектах, кроме ЯНАО. Показатели образования отличаются по степени и направленности корреляции в разрезе субъектов Тюменской области.

Миграционный прирост является фактором развития коммерческого сектора в Тюменской области без АО (0,71), на развитие НКО — не влияет.

Наименьшая прямая зависимость предпринимательской активности от социальных факторов в ЯНАО (менее 0,5).

Таким образом, социальные факторы играют важную роль в развитии «зеленого» предпринимательства, их недооценка может негативно отразиться на результатах внедрения мероприятий государственной политики в области регулирования «зеленого» предпринимательства.

В рамках ООН перспективной целью ХХІ тысячелетия определена необходимость обеспечения развития цивилизации, путем преодоления экологического кризиса, рационального использования ресурсов, что актуализирует переход на путь устойчивого социально-эколого-экономического развития стран мира.

Ориентация на максимизацию прибыли, объективно уже не может рассматриваться как основная движущая сила развития. Все больше внимание акцентируется на социальных и экологических факторах. С этих позиций исследование «зеленого» предпринимательства становится актуальным. Несмотря на длительную историю теоретических и методологических изысканий, требуют уточнения такие вопросы как роль зеленого предпринимательства в реализации концепции устойчивого развития, трактовка и законодательное определение его сущности, видов, критериев идентификации, экономического анализа и т. п. Принятие Федерального закона «Об охране окружающей среды» от 10.01.2002 № 7-ФЗ с изменениями и дополнениями служит важным шагом на пути встраивания «зеленого» предпринимательства в практическую жизнь страны.

Проанализируем влияние институциональных факторов на развитие «зеленого» предпринимательства — это уровень развития нормативно-правовой базы и организационных структур, связанных с «зеленым» предпринимательством.

Роль государства в развитии «зеленого» предпринимательства в России весьма значима. В настоящее время государственное регулирование «зеленого» предпринимательства основано на Конституции Российской Федерации; Кодексах РФ (Земельный, Водный и др.); Федеральных законах (Закон «Об охране окружающей среды», «Об экологической экспертизе», «Об энергосбережении», «Об электроэнергетике», «О лицензировании отдельных видов деятельности» и др.); постановлениях Правительства, указах Президента и иных подзаконных актах. Официально термин «зеленое» предпринимательство не закреплено в юридически значимых документах, поэтому используем формулировку «экологическое предпринимательство».

В 2002 г. была принята Экологическая доктрина, в соответствии с которой поставлена задача создания эффективного правового механизма, обеспечения сохранения природной среды и экологической безопасности.

После принятия Экологической доктрины в Российской Федерации, были утверждены Основы государственной политики в области экологического развития Российской Федерации до 2030 г. В данном документе в качестве основной задачи вновь названо совершенствование нормативно-правового обеспечения охраны окружающей среды и экологической безопасности, а также создание структурно целостной, комплексной и непротиворечивой системы законодательства в области экологии.

На XV пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств — участников СНГ принят модельный закон об основах экологического предпринимательства. В соответствии с ним, экологическое предпринимательство определяется это производственная, научно-исследовательская, кредитно-финансовая деятельность по производству товаров, выполнению работ и оказанию услуг, имеющая целевым назначением обеспечение сохранения и восстановления окружающей среды и охрану природных ресурсов.

Направления государственного регулирования экологического предпринимательства: финансирование природоохранной деятельности; установление лимитов природопользования; установление нормативов платы за природопользование загрязнение; предоставление природопользователям льгот при внедрении малоотходных и ресурсосберегающих производств.

Согласно ст. 42 Конституции РФ каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии, возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением. В действительности эти права граждан реализуется слабо, так как законодательство в экологической сфере недостаточно развито (по сравнению, например, с Европой).

Рассматривая существующее экологическое законодательство, следует остановиться на некоторых проблемных моментах.

Во-первых, законодательно не урегулирован большой спектр правоотношений, относящихся к экологическому аудиту, оценке влияния предполагаемой деятельности на окружающую среду, компенсации отрицательного воздействия того или иного субъекта на окружающую среду.

Во-вторых, существенным недостатком правового регулирования является большое количество норм, имеющих отсылочный характер, особенно в комплексных отраслях российского права и законодательства. Сложность состоит в том, что зачастую для реализации законодательной нормы необходимо применение нормативного правового акта, который еще не принят.

Например, ст. 23 Федерального закона «Об охране окружающей среды» определяет: «Нормативы допустимых выбросов и сбросов веществ и микроорганизмов устанавливаются для стационарных, передвижных и иных источников воздействия на окружающую среду субъектами хозяйственной и иной деятельности, исходя из нормативов допустимой антропогенной нагрузки на окружающую среду, нормативов качества окружающей среды, а также технологических нормативов»⁴⁹. Данная норма является двусмысленной и может быть истолкована так, что нормативы устанавливаются субъектами хозяйственной и иной деятельности, что недопустимо.

По данным исследований, на определенном этапе развития общества в развивающихся экономиках государство играет решающую роль в развитии «зеленого» предпринимательства. С этих позиций, оправдано применение контрольных, разрешительно-запрещающих мер. Оценим влияние введенного ФЗ «Об охране окружающей среды» от 10.01.2002 № 7-ФЗ на динамику развития «зеленого» предпринимательства. Гипотеза исследования: установленные ФЗ «О защите окружающей среды» нормы стимулируют развитие «зеленых» инвестиций.

В качестве метода исследования применим корреляционно-регрессионный анализ. В качестве «У» зависимой переменной используем инвестиции в сфере экологии и защиты окружающей среды, внедряемые на предприятиях РФ. Независимой переменной «Х» выступают платежи за негативное воздействие на окружающую среду (НВОС), регулярные платежи за пользование природными ресурсами. По нашему мнению, эти экономические показатели отражают институциональный аспект развития «зеленого» предпринимательства.

Проанализируем динамику платежей за пользование природными ресурсами (табл. 2).

Таблица 2

Динамика прироста платежей за пользование природными ресурсами (консолидированный бюджет), (в % к предыдущему году)⁵⁰

2010

2011

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

2019

Регулярные платежи

33

45

19

5

13

11

–9

41

48

1

Платежи при пользовании природными ресурсами,
в том числе:

–9

44

19

110

–6

–24

37

35

2

35

Плата за НВОС

11

7

31

6

–10

–3

–17

–36

–8

0

По данным таблицы 2, значительные преобразования в приросте платежей за пользование природными ресурсами произошли в 2016, 2017 гг. Регулярные платежи за пользование природными ресурсами приросли на 41%, платежи при пользовании природными ресурсами — на 37%, а плата за НВОС снизилась на 36%.

Положительная динамика платежей при пользовании природными ресурсами обусловлена введением утилизационного сбора⁵¹. С 2016 г. в структуре платежей при пользовании природными ресурсами объемы утилизационного сбора составляют более 50% и их доля возрастает. По другим видам платежей фиксируется снижение доли. Рассмотрим отдельно платежи за НВОС (рис. 1).

Рис. 1. Динамика доли платежей за НВОС в структуре платежей при пользовании природными ресурсами (консолидированный бюджет РФ)

Данные рисунка 1 свидетельствуют о нисходящем тренде объемов платежей за НВОС. Их доля в структуре платежей при пользовании природными ресурсами снизилась за период с 2009 по 2019 г. в 8,5 раз. На рисунке 2 представлена динамика платежей за НВОС.

Рис. 2. Динамика платежей за НВОС (консолидированный бюджет РФ)

Факторами такой динамика стали принципиальные изменения законодательства по начислению и порядку уплаты платежей за НВОС, вводимые с 2016 г. Отметим, что с 2016 г. начался период совершенствования законодательной базы, регламентирующей платежи за НВОС. Подробный анализ изменений представлен в работе В. В. Севрюгина⁵². Основные новеллы сводятся к следующему: уточнены лица, ответственные за уплату НВОС; сокращено количество случаев взимания плат НВОС; ежеквартальные сроки уплаты заменены на единовременный платеж; регламентируется платежная база исчисления за НВОС. Основная тенденция законодательных изменений — это индивидуализация платежей за НВОС, прозрачность начисления и уплаты.

Проанализируем динамику зависимой переменной «У» — объемы «зеленых» инвестиций (табл. 3).

По данным таблицы 3, до 2019 г. прирост инвестиций в основной капитал на охрану окружающей среды и рациональное природопользование не фиксируется. Исключение составляют «зеленые» инвестиции на охрану воздуха в 2017 г. В 2019 г. отмечается прирост инвестиций в основной капитал в целом и по отдельным направлениям охраны окружающей среды.

Для проверки гипотезы исследования рассчитаем коэффициенты корреляции между инвестициями и соответствующими платежами. Взаимосвязь между «зелеными» инвестициями и количеством платежей за НВОС является слабо выраженной (коэффициент корреляции –0,42), что свидетельствует о низком уровне взаимосвязи.

Таблица 3

Динамика инвестиций в основной капитал, направленных на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов (в фактически действовавших ценах)⁵³

2016 г.

2017 г.

2018 г.

2015 г.

2019 г.

млн

руб.

млн

руб.

прирост,

%

млн

руб.

прирост,

%

млн

руб.

прирост,

%

млн

руб.

прирост,

%

Всего,

в том числе

151 788

139 677

–7,98

154 042

10,28

157 651

2,34

175 029

11,02

Водных ресурсов

78 962

67 469

–14,56

66 496

–1,44

62750

–5,63

71 805

14,43

Воздуха

40 120

40 340

0,55

60 199

49,23

65 475

8,76

70 250

7,29

Земель

15 703

12 228

–22,13

10 216

–16,45

10 011

–2,01

12 158

21,45

В разрезе инвестиционных потоков установлено отсутствие взаимосвязи между инвестициями в охрану водных ресурсов и платежами за НВОС (коэффициент корреляции 0,17). Выявлена тесная обратная корреляционная взаимосвязь (–0,82) между платежами за НВОС и финансовыми вложениями в охрану атмосферного воздуха. Установлена прямая взаимосвязь между платежами за НВОС и инвестициями в основной капитал, направленными на охрану земель (0,65).

Таким образом, нельзя однозначно сказать о влиянии платежей за НВОС на динамику «зеленых» инвестиций в основной капитал. Этот же вывод подтверждают данные регрессионного анализа, фиксирующего отсутствие тесной взаимосвязи между показателями. Следовательно, «зеленые» инвестиции не детерминируются ростом платежей за НВОС. Возможно, размер платежей и штрафов не стимулирует предпринимателей пересмотреть свою политику в области экологии и начать внедрять «зеленые» инвестиции в производство. Это касается малых и средних компаний, для крупных предприятий приоритетным фактором выступают требования международного уровня, требующие «зеленой» сертификации и гарантий экобезопасности производства.

По мнению исследователей, основные секторы экологического предпринимательства в начале ХХІ в. — это предпринимательство обеспечивающее природоохранный эффект как побочный результат; целевое экологическое производство (средства защиты, экологически чистые продукты и т. п.); производство и сохранение энергии; экспертные, консалтинговые технологии⁵⁴.

Таким образом, институциональные факторы не стимулируют развитие «зеленого» предпринимательства, если нет весомой экономической составляющей.

Глава 3.
Правовые предпосылки развития «зеленого» предпринимательства в Российской Федерации

Астахова М. А.

«Зеленое» предпринимательство, как часть социальной реальности, не может не охватываться воздействием такого социального регулятора как право. В свою очередь, позиционирование «зеленого» предпринимательства в качестве объекта правового воздействия, ставит вопрос о структуре и особенностях его нормативно-правовых основ. Следует отметить, что специфика методологии исследования этого вопроса определяется фактом отсутствия категории «зеленое» предпринимательство в структуре нормативных источников как международного, так и национального уровней. В такой ситуации, представляется целесообразным в первую очередь четко уяснить сущность и характерные признаки анализируемой разновидности предпринимательства, а затем предпринять попытку их обнаружения в нормативном поле. Решение этой исследовательской задачи видится, прежде всего, через призму изучения существующих отечественных и зарубежных доктринальных позиций.

Обращение к отечественным научным источникам демонстрирует, что в отличие от нормативного поля, категория «зеленое» предпринимательство в них достаточно широко представлена. Например, в научной электронной библиотеке КиберЛенинка содержатся работы с такими заголовками как «Зеленое» предпринимательство»⁵⁵, «Развитие форм и механизмов зеленого предпринимательства»⁵⁶, «Зеленое предпринимательство и аспекты его развития»⁵⁷, «Зеленое предпринимательство — тренд устойчивого развития экономики России»⁵⁸, «Оценка рисков и угроз «зеленого» предпринимательства на основе кросс-факторного моделирования»⁵⁹. Анализ содержания вышеуказанных работ показывает, что ни в одной из них не содержится дефиниции ««зеленое» предпринимательство». В то же время, в содержательном смысле, «зеленое» предпринимательство в основном безапелляционно определяется как экологическое предпринимательство.

Обращение к иным источникам научной информации, также позволяет обнаружить ряд исследований, использующих в своих заголовках категорию «зеленое» предпринимательство: «Углеродный налог как фактор развития «зеленого» предпринимательства в России»⁶⁰, «Междисциплинарная концептуальная модель «зеленого» предпринимательства»⁶¹, «Концептуализация «зеленого» предпринимательства: обзор современных исследований»⁶², «Роль «зеленого» предпринимательства в обеспечении устойчивого развития»⁶³, «Участие субъектов «зеленого» предпринимательства в устойчивых государственных закупках»⁶⁴, «Факторы развития «зеленого» предпринимательства в условиях социально-ориентированной экономики»⁶⁵, «Обоснование перспективных параметров экономической безопасности при переходе на сегменты «зеленого» предпринимательства с учетом климатической повестки»⁶⁶, «Зеленое предпринимательство в России: настало время формировать экологический рейтинг компаний-природопользователей»⁶⁷.

Формулировки названий вышеприведенных статей не предполагают понятийного раскрытия сущности «зеленого» предпринимательства. Тем не менее в некоторых работах предпринимаются дефинитивные попытки. Так, по мнению В. Е. Гришиной: «Зеленое предпринимательство» — это производственная, научно-исследовательская, кредитно-финансовая деятельность по производству товаров, выполнению работ и оказанию услуг, имеющая целевым назначением обеспечение сохранения и восстановления окружающей среды и охрану природных ресурсов. Экологическое предпринимательство может развиваться в направлении: обращения отходов производства и потребления; утилизации отходов; использования отходов как альтернативного топлива; экологического туризма и др.»⁶⁸. И. В. Игнатова определяет «зеленое» предпринимательство как вид предпринимательской деятельности, основанной на эгоистических и/или альтруистических мотивах в рамках трех направлений или их совокупности (экономическом, социально-психологическом, институциональном), направленной на удовлетворение общественных потребностей⁶⁹.

Как видно из представленных дефиниций, их авторы подходят к определению сущности «зеленого» предпринимательства с разных позиций. Е. В. Гришина, как и многие другие авторы, отождествляет «зеленое» и экологическое предпринимательство. И. В. Игнатова же подходит к смыслу «зеленого» предпринимательства в оригинальном ракурсе, акцентируя внимание на его мотивах и направленности.

Анализ зарубежных доктринальных источников позволяет сделать заключение о том, что категория «зеленое» предпринимательство также является предметом научных изысканий как в дефинитивном, так и иных смыслах. В частности, некоторыми иностранными авторами предлагаются определения «зеленого» предпринимательства. Например, S. Schaltegger считает, что «зеленое» предпринимательство — это предпринимательство в экологическом ракурсе⁷⁰. M. Kotchen выдвигает тезис о том, что «зеленое» предпринимательство это разновидность бизнеса, который является одновременно прибыльным и основан на товарах и услугах, имеющих экологические преимущества, улучшающих качество окружающей среды или, по крайней мере, не оказывающих вредного воздействия на окружающую среду, как другие аналогичные продукты⁷¹. Т. Gevrenova позиционирует «зеленое» предпринимательство как экономическую деятельность, которая включает в себя некоторые продукты, услуги и методы производства, оказывающие положительное воздействие на окружающую среду, что приводит к изменению поведения потребителей и уменьшению негативного воздействия на окружающую среду посредством предоставления вышеупомянутых продуктов или услуг⁷². По мнению ряда исследователей «зеленое» или экологическое предпринимательство — это вид устойчивого предпринимательства, который отражает деятельность, процедуры и процессы, которые индивидуальные предприниматели и существующие фирмы используют при разработке и предоставлении рыночных предложений (например, продуктов и услуг) с целью использования предпринимательских возможностей, связанных с охраной, сохранением и восстановлением окружающей среды⁷³.

Ряд зарубежных ученых пытается раскрыть сущность «зеленого» предпринимательства через природу предпринимательского поведения. Так, Ataman c соавторами считают, что ««зеленый» предприниматель — это предприниматель, который предлагает инновационные решения для практики производства и потребления товаров и услуг, а также совершенствования бизнес-модели и экологизации экономики»⁷⁴. С точки зрения Gerlach: «Зеленые предприниматели — это новаторы, которые добавляют основные экологические ценности в качестве конкурентного преимущества для своего бизнеса»⁷⁵. Bakari полагает, что: «Зеленые предприниматели мотивированы природой, а их предпринимательская деятельность естественным образом влияет на окружающую среду. Зеленый предприниматель стремится создать экономически выгодную бизнес-модель с получением экологических и социальных выгод»⁷⁶. В некоторых исследованиях зеленые предприниматели рассматриваются в качестве проводников перемен и прогресса как в экологической, так и в экономической областях⁷⁷.

Обобщение вышеупомянутых позиций, на наш взгляд, позволяет выделить три отличительных признака «зеленого» предпринимательства, которыми мы будем руководствоваться при анализе нормативных документов на предмет релевантности «зеленому» предпринимательскому правовому полю. Во-первых, «зеленое» предпринимательство является одной из форм устойчивой экономической деятельности, поскольку оно направлено на преодоление прямой взаимосвязи между экономическим ростом и ухудшением состояния окружающей среды, повышение эффективности использования ресурсов и поощрение устойчивого образа жизни. Во-вторых, «зеленое» предпринимательство является экологически чистым, как с точки зрения его процессов, так и результатов. И в-третьих, цели «зеленого» предпринимательства заключаются не только в удовлетворении социальных потребностей и получении прибыли, но и в обеспечении благоприятных условий окружающей среды. Выделенные признаки будут служить ориентиром при отборе правовых норм, определяющих те или иные аспекты «зеленого» предпринимательства. В рамках настоящего исследования, поиск таких норм будет осуществляться только в рамках правового поля Российской Федерации, с опорой на принцип иерархии правовых норм. При этом термины «зеленое» предпринимательство и экологическое предпринимательство будут рассматриваться в качестве синонимичных категорий.

В силу статуса основного закона государства Конституция Российской Федерации (далее — Конституция РФ) будет подвергнута аналитическому изучению в первую очередь. Категории «зеленого» или экологического предпринимательства в буквальном смысле отсутствуют в тексте Конституции РФ. Однако, критический анализ отдельных конституционных норм, позволяет отнести их к прямым или косвенным регуляторам рассматриваемой разновидности предпринимательства.

Так согласно п. 2 статьи 36 Конституции РФ владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц. Указанное положение означает, что «зеленые» предприниматели как собственники природных ресурсов, обязаны использовать их максимально благоприятным для окружающей среды образом.

Статьей 42 Конституции РФ декларируется право каждого на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением. В контексте «зеленого» предпринимательства это предполагает повышенные обязательства предпринимателей по информированию заинтересованных лиц о состоянии окружающей среды, своевременному и полномасштабному компенсированию негативных последствий экологически противоправного предпринимательского поведения. В статье 58 Конституции РФ определяется обязанность каждого по сохранению природы и окружающей среды, бережному отношению к природным богатствам. Представляется, что применительно к «зеленым» предпринимателям, эта обязанность имеет ключевое значение.

Согласно подпункту «е» статьи 71 Конституции РФ установление основ федеральной политики и федеральные программы в области экономического и экологического развития находятся в ведении Российской Федерации. Это означает, что стратегически значимые аспекты «зеленого» предпринимательства находят свое разрешение на общефедеральном уровне. В то же время, ряд вопросов рассматриваемой сферы отнесен к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов. Например, природопользование, охрана окружающей среды и обеспечение экологической безопасности, особо охраняемые природные территории (подпункт «д» ст. 72 Конституции РФ), законодательство об охране окружающей среды (подпункт «к» ст. 72 Конституции РФ). Таким образом, процесс «зеленого» предпринимательства регламентируется как на федеральном уровне, так и на совместном уровне Российской Федерации и ее субъекта. Помимо того, в соответствии со статьей 73 Конституции РФ, вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти. Следовательно, отдельные аспекты «зеленого» предпринимательства могут получать правовое освещение в пределах республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов Российской Федерации.

Согласно логике нормативной иерархичности, следующий за Конституцией РФ уровень правовых актов подлежащих анализу — уровень законодательства РФ. В ракурсе настоящего исследования в состав этого уровня будут включены как модельные, так и федеральные законы. Как и в нормах Конституции РФ, в нормах законов прямое упоминание о «зеленом» предпринимательстве отсутствует. Тем не менее целый ряд законов содержит в себе положения касательно различных аспектов хозяйственной деятельности с усиленной экологической составляющей, что позволяет сделать заключение о косвенном законодательном освещении проблематики «зеленого» предпринимательства.

На 15-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ 13 июня 2000 г. был принят «Модельный закон об основах экологического предпринимательства»⁷⁸. В этом законе экологическое предпринимательство определяется как «производственная, научно-исследовательская, кредитно-финансовая деятельность по производству товаров, выполнению работ и оказанию услуг, имеющей целевым назначением обеспечение сохранения и восстановления окружающей среды и охрану природных ресурсов». Также в нем урегулированы сформулированы базовые принципы его правового статуса. Так в статье 2 определена составная структура законодательства государства об экологическом предпринимательстве, включающая в себя такие блоки как базовое законодательство о предпринимательской деятельности и законодательство о природоохранной деятельности. В статье 4 в качестве субъектов экологического предпринимательства позиционированы юридические лица и предприниматели без образования юридического лица любой организационно-правовой формы, у которых производство продукции природоохранного назначения определено в качестве основного направления деятельности в уставных документах и доля этой продукции составляет не менее 75 процентов общего годового объема продукции в стоимостном выражении, которые также специализируются (имеют основной вид деятельности по уставным документам) на выполнении работ и услуг природоохранного назначения.

Целая глава рассматриваемого закона (глава 2) посвящена вопросам компетенции органов государственной власти в сфере экологического предпринимательства. Эта компетенция