Виктория Гражданкина, Сергей Войтковский
Валентина Смирнова. Дуракова из Растяпино

© В. В. Гражданкина, С. Б. Войтковский, 2023

Благодарности

Это третья книга серии, которая была запланирована нами к созданию и изданию совместно с безвременно покинувшим нас другом А.М. Шавелем, выдающимся деятелем русской культуры, ещё при его жизни.

Первые две книги были созданы и изданы ранее.

«Воспоминания Андрея Шавеля» увидели свет в декабре 2022 года при жизни Андрея Милошевича, чему он был несказанно рад. Он несколько раз самостоятельно перечитал эту книгу и очень высоко оценил нашу работу.

В начале 2023 года была издана книга «Коклюшкин для Петрушки» – собрание сохранившихся в личном архиве А.М. Шавеля от совместной его работы с В.И. Смирновой и В.М. Коклюшкиным авторских текстов Виктора Михайловича – единственного и любимого автора их творческого дуэта. Книга эта будет полезна как начинающим и действующим кукольникам для расширения и упорядочения их репертуара, также как и начинающим драматургам, которые захотят подвизаться на этом непростом поприще авторских текстов для русской народной кукольной комедии «Петрушка».

Возвращаясь к теме, заметим, что сказать: «творческий дуэт» в случае с А.М. Шавелем и В.И. Смирновой, значит, абсолютно ничего не сказать.

Это был уникальный дуэт потрясающих дарований, который редко встретишь в реальной обыденной жизни. Одновременно это был дуэт пламенной любви, с годами переросший в дуэт счастливой и насыщенной разнообразными достижениями и эмоциями их личной совместной семейной жизни. Также это был дуэт высоко одухотворённых одной художественной идеей людей, чьи дерзновенные поиски привели их к выдающимся творческим находкам и бесспорным художественным вершинам.

И, наконец, это был дуэт, вобравший в себя полный состав созданного ими же «Русского традиционного кукольного театра «Петрушка». А это – ни много, ни мало – и учредители, и артисты-исполнители, и художники, и декораторы, и бутафоры, и конструкторы, и режиссеры, и постановщики, и продюсеры, и администраторы. Всё в двух лицах! Но главное, они вложили в свой театр глубину индивидуальных характеров, знаний и способностей, которые были выработаны и отточены за время их профессиональной жизни.

Судьба щедро наградила каждого из них своими особыми талантами, которые они поставили на служение общей цели. Однако больше всего нужно завидовать их невероятному упорству, с которым они преодолевали неожиданные перипетии жизни, сваливавшиеся на них, как и на каждого из нас, но продолжали делать свою работу невзирая ни на что.

Результат ошеломил!

Но именно этот результат и повёл их уверенно дальше по бурной творческой жизни, позволяя раскрывать всё новые и новые грани их многогранных талантов. Это, бесспорно, привлекало. Поэтому вокруг них и рядом с ними постепенно, но уверенно складывалась довольно значительная и самая разнообразная социальная среда. Она-то и стала на долгие годы их питательной средой и средой их творческого осмысления своего дела, его поддержки. И что же тут ещё можно сказать или добавить? Сама эта среда была абсолютно фантастической по своему составу.

Тут была самая разнообразная научная и творческая интеллигенция, представители врачебного и журналистского сообщества, инженеры и дипломаты, переводчики и педагоги, государственные и технические служащие, спортсмены и многие другие – всех не перечислишь. И пока Андрей и Валентина были в силе и искренне горели своей работой, а это продолжалось более тридцати лет, эта среда вдохновляла их на новые достижения в творчестве или на новые попытки предпринять очередные знаковые рывки в их удивительной карьере.

Больше того, сама среда тихо подталкивала и двигала их к успеху, помогая и выручая в трудные времена, которые бывают всегда и у всех.

Важно отметить, что Андрей и Валентина обладали какой-то особой душевной щедростью и внутренней притягательностью, что в считанные секунды влюбляло в них любого человека, который попадал в их круг общения. Их открытость и искренность, широта интересов и огромный кругозор обезоруживали и обескураживали большинство людей. И те надолго задерживались в близком кругу Валентины и Андрея, оставаясь под впечатлением удивительно невероятного общения.

А общение в их доме никогда не прекращалось, продолжаясь неделями, не заканчиваясь или заканчиваясь с перерывом на сон: одни приходили, другие уходили, оставляя хозяевам право смены сервировки на гостевом столе и ускоренной подачи очередных закусок, кофе или чая. Их дом – скатерть самобранка и надёжная крепость – очевидно, был одним из последних представителей тех домов и той невероятно хлебосольной, душевной и щедрой Москвы, которая существовала долгие века, но, к сожалению, уже сейчас окончательно и бесповоротно исчезла в прошлое.

Именно это в придачу с добрым отношением и искренним вниманием удивительных хозяев больше всего и заставляло большинство людей помнить их, любить их и при каждом удобном случае или благовидном предлоге возвращаться в этот дом. Здесь всё дышало основательностью, надёжностью, добротностью, а воздух был наполнен искусством, добрым юмором, взаимным уважением и увлечённостью художеством.

Сегодня уже сложно сказать каков был численный состав этой среды – сто, сто пятьдесят, триста человек! По памяти – людей всегда было очень много, и разговоры были на самые невероятные темы: от научных, искусствоведческих, профессиональных и политических дискуссий, до обсуждения сугубо бытовых задач. Многих из приходящих в его дом Андрей Милошевич рекомендовал как наших надёжных друзей.

Вместе с тем, спустя полгода, как он почил, можно уже с полной уверенностью констатировать (что показали события, произошедшие в это время), что настоящих и верных друзей у Андрея Милошевича и Валентины Ивановны почти не оказалось. А те, что были, чтобы никого не обижать назовём так: приятели, знакомцы или попутчики… Или лихое вороньё!

Когда мы с Андреем Милошевичем ещё при его жизни планировали создание и издание специальной серии книг, предполагалось его личное адекватное рабочее участие в ходе написания и редактирования всех текстов, в консультациях и рекомендациях по использованию тех или иных архивных материалов и сохранившихся в его памяти конкретных исторических подробностей в той или иной работе. С ним (с Шавелем) это была довольно простая и спокойно реализуемая задача, решение которой не представляло значительных усилий и трудов.

Однако А.М. Шавель абсолютно для всех неожиданно почил. И мы остались один на один с данным ему честным словом эту серию книг создать и издать. Большинство «надёжных друзей» (по рекомендации Андрея Милошевича) очень быстро от всего самоустранились и ничем не интересуются, кроме чьих-то прав на что-то. Ещё более неприглядно выглядит всё со стороны многих самых уважаемых и дорогих для А.М. Шавеля и В.И. Смирновой людей.

Но именно за их поведение и поведение «надёжных друзей» хочется выразить им большую благодарность! Тем самым они заставили нас по-новому взглянуть и на данные в своё время Андрею Милошевичу обещания, и на производимую нами по этому поводу работу! Спасибо, «друзья»!

Самые большие благодарности хочется высказать в адрес дирекции Московского Центрального Академического Театра Кукол С.В. Образцова, музейных фондов театра и лично Главного хранителя музея Гордия Салтыкова. Именно он открыл нам и позволил познакомиться с материалами истории творческой деятельности региональных кукольных театров СССР, запечатленных в афишах и программках самих театров, а также в рецензиях и статьях местных и региональных газет, описывавших по горячим следам очередное культурное событие. Кроме того, также за предоставленные фотокопии работ В.И. Смирновой, которые теперь украшают нашу книгу. Без них эта работа, конечно, оказалась бы пустой и безликой. Низкий поклон и больших творческих достижений!

Доброго слова заслуживает Государственный Центральный Архив по Литературе и Искусству Российской Федерации, сотрудники которого с пониманием помогали решать вопросы, интересующие нас.

Безусловно, очень большая благодарность дирекции Московского объединенного музея-заповедника «Коломенское» и лично Ольге Поляковой и Екатерине Хлебутиной за постоянное внимание к нашим задачам и оказываемую всемерную помощь и поддержку, как и за фотокопии ряда работ В.И. Смирновой, которые откроют читателю широту диапазона и разнообразие её творческих устремлений. Они тоже украшают книгу.

Что касается основного материала, на который мы в наших текущих изысканиях опирались и чем непременно руководствовались, то это небольшой личный архив А.М. Шавеля, который, к счастью, оказался нам доступен. Однако, безусловно, после издания самой книги этот личный архив А.М. Шавеля в доступном нам объеме будет непременно передан на хранение в музейный фонд одного из выше указанных музеев столицы.

Также благодарим Сергиево-Посадский институт игрушки – филиал Высшей школы народных искусств (академия) и лично его директора Ольгу Викторовну Озерову за оказанную помощь в поисковой работе, предоставленную информацию, плодотворное сотрудничество и тёплый приём в стенах учебного заведения.

Кроме того, мы очень надеемся, что созданные и изданные нами книги лишь раззадорят пытливых искусствоведов, театроведов, литературоведов и москвоведов взяться за более глубокое изучение и описание творческих находок и достижений героев, представленных в наших работах. Что они подставят надежное плечо и укажут точный фарватер дальнейшим научным исследованиям бесспорных исторических результатов. За это будем им беспредельно благодарны, поскольку основную свою миссию посчитаем исполненной.

Всем спасибо и низкий поклон!

Вступительное слово
«Большой мастер»

Впервые о Валентине Ивановне Смирновой я узнал в кукольном театре в Уфе в начале восьмидесятых, куда приехал для работы над своим спектаклем. Посмотрел тогда удивительный и завораживающий спектакль «Урал-батыр» по башкирскому народному эпосу.

Аскетичный, суровый стиль пространства и персонажей очень точно был выбран художником, воплощённый в режиссерском решении, – стал важной вехой в жизни Башкирского кукольного театра. И тогда у меня зародилось желание просмотреть другие спектакли Валентины в этом театре. Все они были разные, яркие и очень профессиональные.

Захотелось познакомиться с Мастером. И такая возможность произошла уже в Москве, дома у Вали и её мужа Андрея Шавеля – радушных, хлебосольных хозяев. Не имея такого опыта работы в театре кукол как Валентина, я советовался с ней, а она охотно отвечала по всем нюансам и тонкостям профессии.

Просматривая её эскизы кукол, виден совершенно свой неповторимый стиль Валентины Смирновой. Куклы разных систем – тростевые, перчаточные, напольные, марионетки и другие. Прекрасно разбираясь в механике куклы, зачастую придумывая свои конструктивные решения, она часто делала сама от начала до конца своих персонажей: резала, кроила, расписывала. И всё с видимой легкостью и виртуозностью. В этом и были необыкновенный талант и подлинное мастерство.

Совершенно естественным был приход Валентины Смирновой и Андрея Шавеля к возрождению театра Петрушки. Уход в «свободный полёт» – закономерный для двух сложившихся мастеров. Начинать новое дело всегда непросто, а поднимать такой жанр, веками ограниченный традицией площадного представления – вещь поистине грандиозная.

К работе приступали постепенно, просматривая и прочитывая тьму литературы. Досконально изучая национальный и мировой опыт, находя, наконец, свой неповторимый пластический, образный, музыкальный и литературный язык, Валентина Смирнова и Андрей Шавель вышли к зрителю во всеоружии: с ярким, жизнеутверждающим зрелищем, поглощающим всё внимание зрителя от малого до почтенного возраста.

Успех был оценен!

И многочисленные представления по России и Европе на международных фестивалях и специальных площадках неизменно собирали искреннюю и благодарную публику. Петрушка и другие традиционные персонажи, спрятанные под яркой ширмой, ведущая с шарманкой, как и в былые времена, рассказывали нам, уже современным зрителям истории, которые заставляли смеяться, учиться и сопереживать легендарным героям бессмертного площадного театра.

Такой результат возможен только при наличии счастливого совпадения многих качеств: ГАРМОНИИ, ТАЛАНТА, ТРУДОЛЮБИЯ И МАСТЕРСТВА.

Игорь Четвертков, художник

Москва, 30.06.2023

Предисловие

Возрождение жизни городов и деревень на территориях, где прокатилась фашистская чума, после окончания Великой Отечественной войны потребовало от страны значительного напряжения сил по организации широкомасштабного восстановления или строительства нового, стремительной реконструкции и запуска работы предприятий крупной и легкой промышленности, перевода значительной части производств в мирное русло. Это вызвало в СССР бурное развитие всех производительных сил многонационального советского народа. А задачи, которые пришлось решать нашему государству во второй половине ХХ века, привели к невиданному подъёму и взрывному развитию созидательной и творческой энергии всего населения. И страна, треть европейской территории которой оказалась фактически в руинах, в считанные годы восстала из пепла, словно неопалимая купина расцвела лучше прежнего.

Люди жили надеждами на светлое будущее. Питались, чем Бог пошлет – не барствовали! Картофель в мундирах, да кусок хлеба – роскошный дневной рацион не в каждой семье. Одно ситцевое платье раз в десять лет позволить себе – за счастье! К мирной жизни понемногу возвращались и демобилизованные Солдаты Победы. Они учились (и государство создавало все условия), работали, обязательно несли большую общественную нагрузку (в комсомоле, партии, добровольной народной дружине и так далее) и так же долго продолжали носить единственные гимнастерку, шинель и галифе.

Эти люди и сами мужественно шли служить искусству, и подставляли своё крепкое плечо следующему поколению – поколению детей войны, потому что их война и послевоенные обстоятельства у многих отняли личную мечту. Поэтому послевоенные четверть века стали поистине годами удивительно живительного подъёма народного духа! Достаточно вспомнить, что они подарили стране шестидесятников – плеяду выдающихся художников, поэтов, писателей, музыкантов, артистов и композиторов, театральных и кино деятелей, вошедших в золотой фонд достояния нашей великой Родины.

Эти же четверть века породили и новую социально-экономическую политику государства, в рамках которой как в центре, так и всюду на местах особое внимание стали уделять развитию системы художественного образования населения. Поэтому помимо уже существовавших и действовавших учреждений образования, культуры и искусства, по всей территории страны возводились новые (или приспосабливались имеющиеся) здания и открывались музыкальные школы, школы искусств, художественные и хореографические школы, культурно-просветительские, музыкальные, хореографические, театральные и художественные училища и профильные ВУЗы. Повсеместно во дворцах и домах культуры, районных и сельских клубах организовывалась работа изостудий, музыкальных, театральных, творческих и танцевальных кружков.

Ширилась и сеть государственных, региональных и местных театров, концертных и выставочных залов, профессиональных творческих коллективов, концертных организаций и филармоний. Огромная страна и постепенное, но неуклонное повышение общего уровня культуры, образования и информированности населения требовали от государства активного развития выставочной, гастрольно-прокатной, передвижной и информационно-просветительской деятельности. Просвещением занялось сформированное в 1947 году Всесоюзное общество «Знание».

В этом позитивном развитии были очень заинтересованы абсолютно все крупные творческие организации, где были собраны основные художественно-культурные силы страны, такие как Всесоюзное музыкальное общество, Союзы композиторов, театральных деятелей, художников, кинематографистов СССР, и так далее. Это обязательно учитывали в своей повседневной работе и деятели Гостелерадио СССР. И на всех каналах радио и телевидения в обязательном порядке уделяли достаточное внимание новостям культуры и искусства, выделяли время для трансляций концертов, спектаклей, обзорных или отчетных документальных фильмов или передач о ярких культурных явлениях текущей жизни нашего общества. Возникали жанры: театр у микрофона, музыкальная пауза, новогодний огонек, и тому подобное.

Больше того, при всех крупных творческих объединениях страны еще до Великой Отечественной войны начали образовываться специальные организации, призванные заниматься сохранением наследия мастеров. Этот процесс уже после войны набрал значительную силу. Так были созданы или продолжили работу на новых организационных основаниях Госфильмофонд СССР, Литературный фонд СССР, Музыкальный фонд СССР. Художественный фонд СССР, и другие. А Министерство культуры СССР совместно с творческими союзами ежегодно стало проводить закупочные комиссии вновь создаваемых произведений. Комиссии не только оплачивали художникам их труд, но и продвигали приобретенные у авторов произведения к зрителю, слушателю, читателю, любителю искусства.

Фондами выпускались бюллетени новых пьес, каталоги новых музыкальных произведений, которые часто в этом же сезоне попадали на афиши театров разных городов, концертных залов и филармоний. Полотна и скульптуры, приобретенные у авторов, находили свои почётные места в экспозициях музеев, галерей, в парках и на улицах городов. Композиторы и исполнители с огромной ответственностью и пиететом подходили к созданию фондовых записей, которые писались в студиях Дома звукозаписи. Эти записи очень часто использовались в эфирах на радио, что придавало особое значение этой деятельности для современных музыкантов.

Так были упорядочены не только деятельность всех творческих фондов, но и базовые условия для жизнедеятельности художественно-артистического сообщества СССР. Почти при всех перечисленных фондах создавались свои санатории, профилактории, гостиницы и дома отдыха, открывались поликлиники и оздоровительные кабинеты, ясли и детские сады. Всего не перечислишь! Последним не по значимости, а по ходу истории был создан Гостелерадиофонд СССР, который был преобразован и сегодня продолжает работать, насчитывая в своих архивах свыше четырёх миллионов единиц хранения.

На фоне выдающихся достижений отечественной культуры и искусства внутри страны стали активно организовывать и проводить событийные и обменные Международные и Всесоюзные мероприятия: конкурсы (им. П.И. Чайковского), фестивали (молодежи и студентов), недели искусств и другие, которые очень привлекали своим многообразием советскую публику. Наряду с этим отдельных артистов и даже полные творческие коллективы направляли для участия в подобных же мероприятиях за рубежом. И очень скоро в СССР образовалась большая плеяда замечательных артистов и коллективов в самых разных жанрах искусства – лауреатов международных конкурсов и фестивалей, которых уже хорошо знали и полюбили за рубежом и которых быстро подхватывали на советском радио и телевидении, делая их кумирами собственного народа.

Огромную лепту в упорядочение художественно-творческих процессов, их углубленное изучение в исторической перспективе, а также попытки осмыслить происходящие на текущий момент явления внесли продолжавшие свою деятельность Всесоюзные научно-исследовательские институты культуры и искусства в Москве и Ленинграде. Они делились своими достижениями на конференциях, в публикациях, издавали периодические журналы, а также монографии и многотомные труды по истории искусства в целом или по избранному направлению изучения.

Значительную работу вели также и книготорговые организации. Они устраивали в центральных книжных магазинах Москвы и столицах братских республик декады книг народов СССР и стран-членов Совета Экономической Взаимопомощи, где появлялись кроме прочего не только современные никому еще не известные авторы и их произведения, но и шикарно изданные альбомы репродукций экспонатов известных музеев, памятников древности, истории и культуры. Это вызывало у подготовленного читателя бурный ажиотаж. А ведущие средства массовой информации, имевшие в своих редакциях профессиональных и умных искусствоведов, литературных критиков, музыковедов, киноведов и театроведов наперебой и наперед отражали и анонсировали все важные и интересные события, заблаговременно формируя график посещения мероприятий публикой.

Страна раскрывала себя для себя и заново открывала мир вокруг.

Кроме того, в Москве активно работали студии грамзаписи и фабрика грампластинок в Апрелевке, которую переоборудовали под винил, и которые совместно делали доступными достаточные тиражи пластинок с записями репертуара выдающихся и популярных артистов, а также уникальных творческих коллективов и современных композиторов. Всесоюзная студия грамзаписи «Мелодия» имела сеть своих фирменных магазинов, договора с книготоргующими организациями, музыкальными и нотными магазинами, где открывались и с большим успехом действовали отделы грамзаписей.

В прессе, на радио и телевидении постепенно стали появляться молодёжные и юношеские редакции, молодёжные студии и специализированные издания, к примеру, журнал «Огонёк» или «Юность», стали издаваться «толстые» журналы, к примеру, «Нева», «Роман газета», которые также несли сокровища современной культуры и литературы в свой сегмент масс. Огромную роль в формировании единого культурного пространства страны играли общесоюзный рупор – еженедельная газета «Советская культура», преобразованный в 1953 году из «Советского искусства», и издававшаяся ещё с тридцатых годов XIX века, возрождённая в конце 20-х годов ХХ века и редакционно переформатированная в 1947 году еженедельная «Литературная газета». На эти издания в основном и ориентировались в своей жизни и деятельности специалисты отрасли.

Запускались фабрики по изготовлению инструментов, красок, кистей, мольбертов, холста и других, важных для удовлетворения и обеспечения основных творческих процессов принадлежностей. Открывались новые и продолжили работать известные специализированные издательства, которые выпускали методическую и учебную литературу, ноты, клавиры и партитуры иногда даже с голосами, концертный и искусствоведческий материал, книги, альбомы и мемуары учёных, артистов, художников, известных деятелей культуры и искусства СССР и других стран.

Всё это вместе активно развивало и расширяло основы индустриальных возможностей отечественных артистов, художников, творческих коллективов и учреждений культуры. Всё это в целом создавало прекрасную основу для плодотворной творческой деятельности всех и каждого, кто включался в сознательную продуктивную работу в отрасли и в свою область художественного созидания. Всё это было нацелено на гармоничное развитие личности в обществе, что не раз декларировало высшее руководство страны в качестве базового ориентира его деятельности. На практике же в реализации огромного комплекса принятых и осуществляемых решений, связанных с обеспечением жизнедеятельности и развития культуры и искусства в стране, описанных нами выше, принимали участие миллионы людей совершенно разных профессий и квалификаций всей многонациональной страны.

К примеру, в конце ХХ века в Союзе художников Москвы состояло примерно шесть тысяч членов, в Творческом союзе художников России их уже было пятнадцать тысяч. А в Союзе художников России – сорок пять тысяч. Для сравнения, к примеру, во всей отрасли «Культура и искусство Москвы», руководимой тогда еще Управлением культуры города Москвы, по состоянию на тот же отчётный период трудилось на разных поприщах свыше тридцати пяти тысяч человек. В Москве же существуют ещё федеральные, муниципальные и частные учреждения культуры, отдельные творцы и коллективы, численный состав которых не попал в указанную выше общую цифру работников отрасли по Москве.

И всё это вместе взятое – эта огромная повседневная работа естественным эхом отзывалась в трепетном сердце широко открытой всему новому чистой детской души, ищущей сильных творческих и эмоциональных впечатлений в неожиданно открывшемся для неё процессе освоения азов искусства.

О, как же нашей жизнью правит случай!

И как же в этой жизни абсолютно всё не случайно!

Глава I
Начало пути

Между Черноречьем и Растяпино

Город Дзержинск Горьковской области (ныне Нижегородской) славился своими предприятиями и по праву считался центром химической промышленности Советского Союза. Расположился он на левом берегу Оки. Город образовался на месте села Чёрного и прилегавших к нему различных деревень. Местность была известна, как Черноречье. Забавное название одной из деревень – Растяпино дало имя железнодорожной станции. А в 1927 году всего на пару лет этот топоним официально закрепился за стремительно растущим рабочим посёлком, в котором уже насчитывалось несколько крупных заводов. В 1929 году рабочий посёлок Растяпино был переименован в Дзержинск, уже через год получивший статус города.

В Дзержинске постоянно кипела жизнь. В отличие от сонных провинциальных городов огромной страны, здесь один за одним возникали важные для страны цеха и заводы, где ковалась, в том числе и военная мощь нашей родины. Воздух был тяжелый, наполненный дыханием мощных предприятий. Несмотря на близость к областному центру – городу Горькому (ныне Нижний Новгород), Дзержинск был самодостаточным и привлекал к себе молодых и крупных производственных специалистов. Сюда ехали с энтузиазмом. Поэтому здесь царила приподнятая атмосфера созидания.

В этом городе началась история жизни Валентины Смирновой, талантливого театрального художника, о жизни которой и пойдёт рассказ на страницах книги.

Ей была уготовлена интересная, разнообразная и полная различных судьбоносных перипетий творческая жизнь, которая сформировала из неё великолепного мастера своего дела.

Но эти события будут впереди.

А пока вернемся в город Дзержинск конца 1940-х годов прошлого века. Там находился военный гарнизон, где служил советский офицер Иван Семёнович Дураков. Ранним осенним утром 7 октября 1948 года у него родилась дочь, которую назвали Валентиной. О месте рождения Валюши отец говорил, что девочка появилась на свет между Черноречьем и Растяпино.

В военном гарнизоне проходило детство Вали и её старшей сестры. Жизнь там отличалась своей особенной, достаточно замкнутой атмосферой. За бетонным забором военной части существовал свой отдельный мир со своим жизненным укладом и правилами.

Из детства Вале запомнилось построение солдат на плацу под звуки государственного гимна. Чеканный шаг роты можно было услышать в каждом уголке гарнизона. В нелёгкие служебные будни молодые солдаты находили отдушину в том, что иногда играли с офицерскими детьми. Пока их не видел суровый взгляд старших по званию, они могли подойти к малышне и немного погонять с ними мяч. Зимой они порой подхватывали санки с детворой, которая возилась в каком-то сугробе и бежали с ними несколько метров. Задорная езда веселила детей, они радостно визжали и благодарили солдат, которые тоже смеялись и были счастливы хотя бы минутку порезвиться от души. С ребятами постарше они даже дружили. Нередко просили их сбегать в магазин и купить хлеб, молоко или мороженое. Те, в свою очередь, с удовольствием их выручали.

Как-то раз Валю с сестрой с разрешения отца даже покатали на танке. Грохочущая железная громадина сначала напугала девочек, но уже через минуту они с восторгом забрались в танк, а после с гордостью стояли на нём, держась за его башню.

Начало весны было любимым временем маленькой Валюши. Когда сходили последние снега, её отправляли в соседнюю деревню Желнино, где обитали её бабушка Мария и дед Андрей.

Места в Желнино были живописные. Деревня находилась в окружении лесов и озёр, на месте впадения небольшой реки Совец в полноводную Оку. Валя завороженно смотрела на местные дубовые рощи и сосновые леса. Деревья казались огромными и могучими, они торжественно встречали её, раскинув свои широкие ветви, на которых постепенно распускалась свежая зелёная листва. Девочке даже было немного не по себе. Среди густых лесов она чувствовала себя совсем крошечной, почти незаметной. Они пугали её и завораживали одновременно.

Бабушка держала козу, поэтому у Вали в доступе всегда было полезнейшее козье молоко, которое вкусно пахло сеном. Ещё один запах из Валиного детства – запах дерева и стружки, ведь её дед Андрей был известным плотником и мастером по столярному делу.

В дальнейшем дерево станет одним из любимых материалов, который Валя будет использовать в своей работе. Насыщенный запах древесины будет вызывать у неё тёплые ассоциации с деревенским летом детства и самым беззаботным временем её жизни. У бабушки Валя научилась рукоделию и замечательно шила. Этот навык тоже пригодился ей в её профессии в будущем. Валя очень быстро училась и схватывала всё налету. Все обретённые ею навыки потом в профессиональной жизни прекрасно помогали достигать своих уникальных успехов и творческих вершин.

У деда Андрея была своя хвостатая любимица – кошка, что следовала за ним по пятам, всегда сопровождала его на работу в мастерскую и даже в пивную. Здесь он мог после длинной рабочей недели отвести душу в разговорах с односельчанами, узнать новости, договориться о новых заказах и просто отдохнуть.

Сельская пивная была неотъемлемым атрибутом российской глубинки. Здесь сосредотачивалась вся социальная жизнь деревни: здесь женили, здесь поминали, проводили юбилеи, выпускные вечера, отмечали знаковые события, собирали митинги, товарищеские суды, обмывали покупки. А если не было своего клуба, то в пивной проводили сельские собрания. В пивных и на почте обычно стояли стенды с газетами и объявлениями. Можно было не отходя от места ознакомиться с происходящим в мире и тут же затеять живое обсуждение с соседями. Поскольку эти обсуждения порой затягивались допоздна, бабушка просила Валю сходить за дедом и привести его на ужин. Ей запомнилась эта атмосфера, окутанная запахом хмеля, махорочного дыма и наполненная гулом непринуждённых бесед.

Однажды у деда Андрея заболела нога, развилась тяжелая гангрена. Хирурги рекомендовали ему ампутацию. Но дед Андрей воспротивился этому и совершил демарш – сбежал из больницы по пожарной лестнице с третьего этажа. Об этом случае даже написали в местной газете. Чтобы вылечить деда, Валя с бабушкой вместе ходили на пасеку и приносили домой пчёл. Дед Андрей аккуратно брал каждую пчелу за крылышки и сажал её себе на почерневшую ногу. Такие процедуры пошли ему на пользу, и ногу удалось исцелить.

Незадолго до того, как Валя и её сестра должны были пойти в школу, их отец Иван Семёнович спохватился – как девочек Дураковых примут одноклассники и не будут ли их дразнить? Недолго думая, он оставил свою необычную фамилию, а взял другую, весьма заурядную – Смирнов.

В школьные годы Валя Смирнова проявляла способности к точным наукам. Особенно хорошо ей давалась математика. Педагоги отправляли её на математические олимпиады, где Валя занимала призовые места. Наблюдая за её успехами, всем было очевидно – девочка должна поступать на механико-математический факультет Горьковского университета. Но однажды Валя взяла в руки карандаш и что-то нарисовала. Её мама Марианна Андриановна отнесла рисунок дочери в Дзержинскую художественную школу, открывшуюся совсем недавно в 1955 году. Преподаватели предложили маме привести девочку на обучение.

Поначалу Валя не очень хотела заниматься рисованием, но постепенно занятия в художественной школе увлекли её. Увлечение оказалось настолько сильным, что после окончания школы в 1964 году Валя и думать забыла о механико-математическом факультете.

Она видела себя художником.

Выбор дочери обескуражил отца. Иван Семёнович был уверен, художник – это несерьёзно и профессией не назовёшь. То ли дело шитьё – ремесло полезное, способное прокормить.

Долгие обсуждения в семейном кругу привели к компромиссу. Валя поехала в город Загорск, где располагалось художественно-промышленное училище игрушки. С этого момента взаимопонимание Вали с родными было утрачено на всю оставшуюся жизнь. С каждым годом она навещала свою семью всё реже и реже. Ей совсем не хотелось задерживаться в Дзержинске и сталкиваться с абсолютным непониманием и обесцениванием смысла её жизни. Поэтому в 1990-х годах она и вовсе прекратила общение с семьёй.

Загорск и Ташкент

Загорск (ныне Сергиев Посад) издревле был духовным центром России. Здесь преподобный Сергий Радонежский основал Свято-Троицкий монастырь в 1337 году, удостоенный в 1744 году титула лавры.

Свято-Троицкая Сергиева лавра является одной из самых почитаемых православных святынь. Монастырь расположен на холме, который носит название Маковец, у слияния рек Вондюги и Кончуры. Здесь принимали крещение русские цари, князья получали благословения на важнейшие в истории страны битвы. Это был один из богатейших русских монастырей, который в XIX веке входил в число крупнейших землевладельцев России.

Кроме того с середины XIX века город был известен как центр игрушечного промысла. А кустарное игрушечное производство на этих землях существовало уже с 1913 года. Неслучайно первое и единственное в России учебное заведение по разработке и изготовлению игрушек было открыто в Загорске в 1933 году.

В начале 1950-х годов в училище пришли новые молодые преподаватели, ряд из которых был участниками Великой Отечественной войны. Они-то и создали прекрасный фундамент и материальную базу для дальнейшего развития училища и принесли много практических знаний, приблизив процесс обучения к производству. А к концу 1960-х годов Загорское художественно-промышленное училище игрушки обзавелось новыми учебными корпусами с мастерскими и общежитием.

Загорск был очень уютным и красивым городом, который сразу понравился Вале. Главное здание её училища находилось на проспекте Красной Армии, как раз напротив лавры.

Это была центральная и главная улица, проходившая через весь Загорск. Не одно столетие эта дорога была его главной транспортной артерией. Вдоль неё и вокруг лавры образовывались городские кварталы. Холмистый рельеф проспекта Красной Армии окутывал приезжих атмосферой уездного города. Всех путешествующих Загорск встречал небольшими двухэтажными домами, которые хранили в себе память об ушедшем времени. Рядом с ними соседствовали и новые, уже советские здания.

Валя с интересом осматривала город, в котором ей предстояло жить, любовалась белокаменной лаврой и виднеющимися из-за стен золотыми куполами соборов. Лавра в те годы находилась на реставрации, внутри монастыря кипели восстановительные работы.

В Загорске легче дышалось, здесь не было привычного для Вали тяжелого воздуха химических предприятий. По старым улицам было приятно гулять. Город отстраивали, на Валиных глазах то и дело сносили какие-то постройки, возводили новые здания или реставрировали дореволюционные дома. Всего через несколько лет Загорск войдет в состав знаменитого туристического маршрута, который в 1968 году назовут «Золотое кольцо».

Валиным педагогом по живописи и рисунку в училище стал талантливый русский художник Михаил Иванович Кудюкин – ветеран Великой Отечественной войны, разведчик, орденоносец, большой знаток и поклонник московской школы живописи серебряного века. Его работы дышали реализмом пейзажа русской природы и уходящей натуры русской деревни. Память об этом человеке Валя пронесла через всю свою жизнь. Его уроки она вспоминала даже будучи опытным художником. Он часто ругал её за несвоевременное выполнение его заданий, на что Валя всегда отвечала:

– Михаил Иванович, я ещё это не увидела.

Уже тогда Валя формировалась, как художник-визуализатор. Прежде чем что-то создать, ей необходимо было чётко и ясно увидеть воплощение этого своим внутренним зрением. И когда это происходило, работа закипала, а задания решались мгновенно.

Несмотря на свою внешнюю хрупкость и застенчивость, Валя была смелой, обладала сильным и волевым характером. Силу своего духа ей пришлось проявить на последнем году обучения в училище.

Студентов отделения проектирования и художественного оформления игрушки возмутило некорректное поведение секретаря их комсомольской организации. Молодыми людьми овладел страстный дух протеста, нежелание мириться с происходящим и отчаянная жажда торжества справедливости. Преисполненная чувствами Валя также не побоялась последствий и вместе со своими сокурсниками сдала свой комсомольский билет. Конфликт студентов чуть было не вылился в настоящий скандал с позорным исключением всех несогласных. Однако руководству училища удалось дипломатично уладить этот вопрос внутри коллектива, не позволив скандалу выйти за пределы учебного заведения, чем спасло свою репутацию и репутацию учащихся.

Только спустя годы Валя осознала, насколько опасным был их юношеский протест. Если бы не своевременные и правильные решения дирекции училища, неизвестно с какими последствиями столкнулись бы молодые люди в своём будущем.

В 1968 году двадцатилетняя Валентина оканчивает Загорское художественно-промышленное училище игрушки. Как многие молодые люди, она полна решимости и смелости, для того чтобы вступить в этот новый этап своей самостоятельной жизни. Девушка уверена – впереди её ожидает творчески насыщенная и интересная жизнь.

Сергиево-Посадский институт игрушки, проспект Красной Армии, 136

Здание, в котором училась Валентина Смирнова

Диплом Валентины Смирновой об окончании Загорского художественно-промышленного училища игрушки

Для начала карьеры она выбирает Среднюю Азию и сама себя распределяет в столицу Узбекистана – Ташкент, крупнейший город этого региона. В силу ряда исторических событий, в том числе под влиянием Великой Отечественной войны, Ташкент оказался культурно многообразным городом, сохранившим в себе вековые национальные традиции и радушно приютившим множество эвакуированных людей из разных уголков огромной страны, которые разбавили собой местный культурный код.

Многие молодые люди того времени часто выбирали Ташкент как место начала своей трудовой биографии, предпочитая ему, например, Ленинград. Некоторые, приехав, оставались там навсегда.

В Ташкенте Валя начинает работать на фабрике «Ташигрушка». Такой записью открывается её трудовая книжка. На этой фабрике широко известной в СССР, были совершены её первые профессиональные шаги.

Однако начало трудового пути было вовсе не таким радужным, как представлялось ранее. Полная надежд и стремлений к свершениям, Валя с горечью осознавала, что на фабрике для неё совсем не находится места. Сначала её отправили на уборку хлопка, а лишь потом в многочисленные командировки по древним городам Узбекистана.

Валя не роптала. Она с удовольствием поглощала всю художественно-творческую информацию и прелесть национального колорита. Посещая Хиву, Бухару и Самарканд, она с большим энтузиазмом знакомилась и изучала узбекскую историю и культуру.

Время шло, отношения с коллективом «Ташигрушки» не складывались, оставаясь прохладными и бесперспективными. Жизнь в незнакомом городе, вдали от дома, это всегда тяжёлое испытание для любого человека, тем более для хрупкой девушки. Порой Вале было невыносимо тяжело и невольно опускались руки. Иногда ей даже хотелось вставить в рот карандаш, чтобы хоть как-то заставить себя улыбаться. Она много работала, но труд не спасал её, а больше угнетал.

Постепенно Валя чётко осознала, что ей необходимо двигаться дальше. Не проработав на фабрике и полугода, она начала искать для себя другой путь. Поиски нового места службы привели её в ташкентский Русский драматический театр имени М. Горького.

Театр в те годы вёл насыщенную творческую деятельность. Новаторские режиссёрские поиски и современная стилистика наполняли его репертуар уникальными постановками, которые вызывали небывалый восторг и находили большой отклик в сердцах благодарного зрителя.

Постановка «Гамлета» стала этапной для Русского драматического театра, очень ярко смотрелся в главной роли актёр Владимир Рецептер. Прекрасный режиссёр Михаил Львович Спивак поставил такие знаковые спектакли, как «Полк идёт», по роману Михаила Шолохова «Они сражались за Родину» и спектакль «Власть тьмы» по пьесе Льва Толстого. Постановки были психологически очень глубокие и пронизывающие, актёры занимали передний план и иногда даже были единственным значимым объектом внимания.

Прекрасные режиссёрские работы были также у народной артистки Узбекистана Ольги Черновой. Поставленные ею спектакли «Преступление и наказание», «Трамвай «Желание» и «Материнское поле» были искренне устремлены к зрителям, а в каждом спектакле ею открывались новые актёрские таланты.

В театре Вале предложили должность художника-исполнителя. Она должна была заниматься изготовлением театральной бутафории и реквизита. Ей невероятно пришлась по душе атмосфера и сам уклад театральной жизни. Удивительный мир создавался в мастерских театральных художников, рождался в умах талантливых людей и воплощался благодаря рукам умелых мастеров.

Это не было похоже на фабричный конвейер, где безликие формы многочисленных и чаще однотипных игрушек из мастерских уходили в неизвестном направлении. В театре художники видели плоды своего труда, их творения продолжали свою жизнь на сцене и существовали там многие и многие годы.

Время службы в драматическом театре было для Вали периодом обретения себя и своего места в профессиональной жизни. Здесь она получила бесценные практические умения и знания, которые сыграли в её дальнейшей судьбе самую важную роль. Она всегда была ответственной и трудолюбивой, работу свою исполняла очень тщательно. Эти качества не могли остаться незамеченными и постоянно отмечались её коллегами по цеху. Её работу также заметили далеко за пределами Ташкента.

Долго сидеть на одном месте Валина деятельная натура не могла. Её всё время тянуло вдаль на поиски новых творческих впечатлений для решения новых художественных задач. Эта непоседливость и жажда свежих эмоций сохранится с ней до последнего дня. Поэтому полтора года спустя ташкентский период Валиной жизни подошёл к концу. Собрав свои вещи и попрощавшись со знойным гостеприимным Узбекистаном, Валя отправилась в путь.

В сентябре 1970 года она впервые оказалась в Карелии.

Глава II
Театры Валентины Смирновой

Петрозаводск

Петрозаводск встретил Валю прохладой северной осени. Небо было затянуто серыми облаками, дул свежий, почти морской ветер. Легкие синие волны струились вдоль набережной Онежского озера.

Следуя по улицам незнакомого города, Валя вряд ли догадывалась, что останется здесь почти на десять лет. И выезжая на длительные или кратковременные командировки, она ещё долго будет возвращаться именно сюда. Петрозаводск станет для неё новым домом.

В сентябре 1970 года Валя пришла к зданию Государственного финского драматического театра (ныне Национальный театр Карелии), который располагался на углу проспекта Карла Маркса и площади Кирова. Это был уникальный театр, в котором удивительным образом соединялись русские и финские театральные школы. Он создавался финскими актёрами из среды эмигрантов-революционеров и был первым театром в СССР, где давали спектакли сразу на нескольких языках – финском, русском, карельском и вепсском.

Фасад здания с мозаичным панно, изображающим героя карело-финского эпоса «Калевала», выходил на площадь Кирова, окружённую со всех сторон двумя театрами, музеем и живописным парком. На протяжении двух лет Валя будет приходить в это здание на работу. Её приняли на должность художника-оформителя. Она снова заняла своё место в бутафорной мастерской театра и занималась уже привычным ремеслом.

Постепенно её жизнь налаживалась, она обустраивалась на новом месте. Каждый раз, когда Валя крутила педали велосипеда, следуя от своего дома на улице Высотной до проспекта Карла Маркса, она размышляла о своей жизни и наконец-то начинала чувствовать свою причастность к чему-то важному и стоящему. Неожиданно для себя она увидела новые перспективы своего дальнейшего развития. Жизнь продолжала играть красками и обещала открыть прежде невиданные горизонты.

Это было время интересных знакомств.

Здесь в Петрозаводске Валя встретилась с театральной художницей из Москвы Тамарой Алексеевной Элиава. Она работала над декорациями к спектаклю по пьесе Жана Ануйя «Жаворонок». Как-то раз Валентина застала Тамару в смятении. Нарисовав прекрасные эскизы декораций, она не могла собраться с духом и перенести свою задумку на задний фоновый занавес. Валю удивила её растерянность, и она дружелюбно предложила Тамаре свою помощь. Та, в свою очередь, тоже была удивлена инициативе молодой девушки, но возражать не стала. Валя смело взяла в руки обычную швабру и принялась за дело. Тем самым выручив московскую художницу, очень быстро и ловко расписала ей этим простым инструментом целую декорацию задника. Тамара была поражена и благодарна Вале, после чего они подружились на долгие годы. И всякий раз, когда Валя была проездом в Москве, она обязательно заглядывала в гости к Тамаре и её мужу.

Тамара Элиава была из известной московской семьи. Её дядя – Константин Тихонович Топуридзе был архитектором и соорудил знаменитые на всю страну фонтаны «Дружба народов», «Каменный цветок» и «Золотой колос», которые стали визитными карточками города. Его женой была актриса Рина Зелёная – Риночка, как называла её Тамара. У Тамары было множество знакомств и связей во многих столичных театрах. Благодаря ей Вале, когда у неё было время, даже удавалось посещать спектакли в Москве, пользуясь контрамарками.

Как любой человек, имеющий отношение к искусству, Валя с удовольствием смотрела спектакли и очень любила музыку. Таким образом, тяга к прекрасному привела её в Московский академический Музыкальный театр Станиславского и Немировича-Данченко. Пропуск на оперу Чайковского «Иоланта» ей опять-таки помогла достать Тамара. Протягивая Вале листок бумаги с адресом, она сказала:

– Зайдёшь к Андрею. Это мой однокашник, он солист балета. Возьмёшь у него контрамарку, я договорилась. Кстати, после «Иоланты» обычно дают балет «Франческа да Римини». У него там совершенно потрясающая партия Джотто Малатесты!

Андрей Шавель жил возле Пушкинской площади, в проходных дворах дома по Страстному бульвару. Валя не бывала здесь раньше, поэтому с интересом осматривалась, в поисках нужного адреса. Наконец она нашла подъезд и поднялась на этаж. Нажав кнопку звонка 59-й квартиры, Валя принялась ждать.

За стеной послышались шаги. Дверь открылась, и Валя увидела мужчину, которому было около сорока лет. Андрей Шавель был статен и даже красив. Он оглядел Валю своими широко посаженными светло-карими глазами и его лицо, с ярко выраженными скулами, озарилось легкой улыбкой.

– Здравствуйте. Я за пропуском, – смущённо произнесла Валя.

– Может быть, зайдёте? – Андрей приоткрыл дверь шире и сделал приглашающий жест рукой.

– Нет-нет, спасибо! – Валя смутилась ещё больше, но сохранила серьёзное выражение лица. – Я только за пропуском.

Андрей на минуту скрылся за дверью, вынес для Вали контрамарку и предложил её проводить. Валя согласилась, и они вместе вышли из подъезда. Уже через пятнадцать минут Валя оказалась в здании театра Станиславского и Немировича-Данченко. Андрей любезно проводил её к бельэтажу, почти до места в зрительном зале.

– Вот, пожалуйста, отсюда вы будете слушать «Иоланту».

– Спасибо! – ответила Валя.

Андрей раскланялся и они попрощались. Валя с интересом ждала, покажут ли после «Иоланты» балет с участием этого милого человека. Но после оперы ничего не последовало. Пожав плечами, Валя отправилась дальше по своим делам. Она ещё не знала, что спустя годы они с Андреем будут с волнением вспоминать свою первую встречу в этот ничем не примечательный день.

В 1971 году в Государственном финском драматическом театре готовился спектакль по пьесе Алексея Арбузова «Сказки Старого Арбата». Над постановкой спектакля работал латвийский театральный режиссёр Карлис Марсонс, а оформляла спектакль прекрасная художница и сценограф Валентина Михайловна Авдышева. Это была история о старом кукольнике, который жил со своей семьёй в одном из переулочков Арбата. Естественно, чтобы создать декорации такого необычного дома и игрушечной мастерской, художникам театра понадобилось много соответствующего реквизита. Вот тут и пригодились Валины знания и умения, полученные за годы обучения в училище промышленной игрушки. Валентина Михайловна Авдышева, зная это, поручила такое ответственное задание именно ей.

Выслушав просьбу художника-постановщика, Валя взяла в руки ножницы и принялась за работу. Из поролона, без всяких эскизов и чертежей, она в короткие сроки изготовила огромное количество разных игрушек. Авдышева восхитилась и осталась очень довольной. Успех у спектакля был невероятный. А сцены с игрушками смотрелись настолько свежо и так потрясающе, что всем сразу стало очевидно, что настоящим призванием и местом перспективной деятельности для Валентины Смирновой в искусстве является именно театр кукол.

Петрозаводский театр кукол располагался в этом же здании, что и Государственный финский драматический театр. Это был один из старейших кукольных театров России, который вёл свою историю с 1935 года. Его основали выпускники курсов Сергея Владимировича Образцова.

В свой первый рабочий день Валя, испытывая лёгкое волнение и неподдельный интерес, поднялась на второй этаж театра. Проходя по коридору, она мельком заглянула в репетиционную комнату. Там за большим столом сидели артисты. Они слушали пьесу, которую зачитывал режиссёр, горячо обсуждали персонажей, разбирали роли. Но Валя держала путь в комнату художников. Ей открылось небольшое помещение, где на рабочих столах стояли кукольные головки, а на стенах висели эскизы декораций. За столом сидела главный художник театра – Христина Георгиевна Скалдина. Как раз под её чутким и умелым руководством Валентина и совершала свои первые шаги в качестве художника-постановщика театра кукол.

Христина Георгиевна была настоящим мастером своего дела. Обладая редким творческим видением и неуёмной фантазией, она была исключительно изобретательным художником. Чего только стоила её кукла-мартышка для спектакля «Матрёшки и Ванька-встанька». Туловище куклы было выполнено из консервной банки, мордочка была из двух хлебниц, а ручки и ножки из пружин были увенчаны настоящими перчатками и настоящими детскими калошами. Куклы Скалдиной были уникальными и самобытными. Валя с большим интересом наблюдала за её творческой работой, подсматривая и вбирая в себя всё лучшее из арсенала изобразительных приемов наставника-мастера, и многому у неё научилась.

Они проводили много времени в мастерской, делали заготовки из пластилина, лепили формы из гипса, раскрашивали готовые головы кукол из папье-маше, дорабатывали детали внешнего вида, делали волосы, глаза, рот. Это был удивительный процесс, где бутафоры, художники, столяры и портные работали очень сплочённо, обсуждали каждую мелочь, спорили, ругались, договаривались, чтобы вместе достичь желаемого результата.

Валя была счастлива стать частью этого процесса. Схватывая всё налету, она старалась не отставать от своих коллег. Она трудилась и тщательно запоминала всё, что необходимо было знать и уметь. Уже скоро она заслужила доверие Христины Георгиевны и та стала допускать Валентину к самостоятельной работе над спектаклями.

Уже в 1972 году в театре были поставлены её первые спектакли в качестве художника-постановщика. Премьера небольшого спектакля «Медвежонок Рим-Тим-Ти» польского драматурга Яна Вильковского состоялась 9-го июня. Сказка о Рим-Тим-Ти лишь казалась простой и незамысловатой. Однако дети по-настоящему влюблялись в этого героя. Он был добрым и чем-то похожим на них самих. В театр даже приходили письма от маленьких зрителей, они звали медвежонка в гости и ждали с ним новых встреч. Спектакль оставался очень популярным и был неотъемлемой частью репертуара кукольного театра не один год.

Через полгода – 12-го декабря петрозаводский зритель увидел постановку «Парень Ольховая Чурка» по мотивам карельских сказок. Пьесу написал актёр театра, талантливый Юрий Иванович Андреев. Он же играл в этом спектакле роль царя.

Юные зрители приняли этот спектакль очень тепло. На страницах петрозаводской газеты «Ленинская правда» Валя с радостью прочитала о «бесспорно удачном дебюте молодой художницы».

Вырезка из газеты «Ленинская правда» от 13.12.1972 г.

Петрозаводск

«Парень Ольховая Чурка» готовился к 50-летию образования СССР. И поэтому Валя подошла к своей работе более чем просто ответственно. Уже здесь она проявила своё собственное видение и смело экспериментировала с материалами. Куклы для этого спектакля изготовились из бересты, получились удобными и лёгкими в использовании. Но что самое важное – они были очень необычные. Начиная с этой работы, определился особый творческий почерк Валентины Смирновой. Отдельное внимание Валентиной было уделено костюмам, поскольку в спектакле присутствовал живой план – рядом с куклами на сцене находились актёры. Все костюмы Валя искусно расписала и сама проработала каждую деталь. Артисты театра с восхищением и благодарностью принимали плоды её труда.

Про отгремевший 38-й театральный сезон 1972–1973 годов было много положительных и восторженных отзывов. Юные зрители радостно принимали новые спектакли театра. Очень тёплые впечатления остались и после летних гастролей по Карелии. Это был очередной виток развития Петрозаводского театра кукол, где наравне с опытными мастерами начинала свой творческий путь молодая поросль: художники, композиторы, режиссёры и драматурги, которые в своё время принесут превосходные плоды отечественному искусству.

В конце сезона Валя сдала свой третий спектакль. Под руководством Христины Георгиевны Скалдиной на свет появился спектакль «Русачок», по пьесе Бориса Заходера. Поставил его главный режиссёр театра Олег Васильевич Зарубин. Это была сказка о маленьком зайчонке, который увидел превращение головастика в лягушку и решил, что непременно тоже должен в кого-нибудь превратиться. Его приключения начались с поиска и бесконечных встреч то с Белочкой, то с Лисой, то с Сохатым Лосём. А в конце своих путешествий Русачок превратился в большого красивого зайца и понял, что никем становиться не хочет, а быть зайцем «как папа» ему нравится гораздо больше. В спектакле было много разных персонажей и каждому из них надо было уделить должное внимание и подарить свой узнаваемый характер. Благодаря «Русачку» Валя научилась работать с большим количеством кукол, с разнообразным материалом, при этом не повторяться и делать каждого своего героя уникальным. Этим мастерством превосходно владела Христина Георгиевна и обучала этому всех своих учеников.

Валентина Смирнова, 1970-е гг.

«Русачок» и «Парень Ольховая Чурка» оставались любимыми спектаклями публики и в следующем театральном сезоне. И хоть различные театральные критики отмечали слабую драматургию этих спектаклей, тем не менее, они отдавали должное работе художников, говоря об интересном скульптурном исполнении и ярких, запоминающихся героях. Театр много гастролировал по Карелии, побывал в Москве, Минске, Киеве, Ленинграде и других крупных городах страны, показывая свои новые спектакли, среди которых были как раз и дебютные работы Вали. Газеты писали об успешных гастролях Петрозаводского кукольного театра, а актёры, вернувшись домой, рассказывали о том, как радостно их принимали в зрительных залах.

Афиша к спектаклю «Медвежонок Рим-Тим-Ти»

Петрозаводск, 1972 г.

Афиша к спектаклю «Парень Ольховая Чурка»

Петрозаводск, 1972 г

В. Смирнова с коллегами З. Сахно и Л. Лубениной с куклами из спектакля «Странный Вовка». Уфа, 1970-е гг.

Афиша к спектаклю «Странный Вовка»

Уфа, 1975 г.

Башкирия

Получив незабываемый опыт и зарекомендовав себя в профессии, Валя стала получать новые предложения по работе и даже успела месяц потрудиться в Петрозаводском парке культуры и отдыха, приобретая параллельный профессиональный опыт, расширяя свои границы.

Стали поступать предложения и от других кукольных театров страны. Так Валентина Смирнова получила должность художника-постановщика в Башкирском государственном театре кукол и направилась в город Уфу. Эта поездка оказалась довольно длительной, растянувшись на пять лет.

Башкирский театр кукол (как и Петрозаводский) был одним из старейших советских кукольных театров. Кроме того он был ещё и первым национальным театром кукол РСФСР. Он родился в 1932 году из самодеятельного кукольного кружка, организованного мастером изобразительных искусств Марией Николаевной Елгашиной. Начинал театр с простеньких петрушечных представлений с перчаточными куклами и постепенно расширял свои масштабы, привлекая к своей работе профессиональных артистов Башкирии.

Валентина Смирнова пришла в театр, когда у него ещё не было постоянного здания. Шло строительство стационарного помещения, а пока артисты и художники ютились на временных площадях. Шли поиски новых идей и решений, продолжалось обновление и становление башкирского кукольного дела. И здесь как никогда нужны были новые молодые таланты, умелые руки и свежие цепкие умы, способные создать новое и запоминающееся, что после останется в веках и будет приносить радость потомками.

Валентина, что называется, пришлась ко двору. Невероятно трудолюбивая и щепетильная, она посвящала работе всё своё время, дневала и ночевала в художественной мастерской.

Поначалу башкирские коллеги с настороженностью наблюдали за стройной молодой девушкой, которая ворвалась в их обыденность с таким рьяным энтузиазмом. Их смущало её серьёзное выражение лица, с каким она склонялась над столом с карандашом в руке. Иногда она даже казалась неприветливой. Но за этой строгостью скрывалось ответственное отношение к работе и, прежде всего, Валя была строга и требовательна к самой себе. Сделав уже готовую работу, она могла за ночь передумать и уничтожить всё то, что создала на протяжении дня.

Уничтожить и переделать заново, улучшив и усовершенствовав свои собственные идеи – наблюдая за этой кропотливой работой, коллеги стали проникаться к Валентине уважением. А она постепенно раскрывалась с другой стороны, и окружающие увидели в ней очень дружелюбного, радушного человека, с абсолютно обезоруживающей улыбкой. Они находили её очаровательной девушкой, с утонченной красотой и глубоким внутренним миром, который она совсем не хотела выносить на всеобщее обозрение. Все колебания и волнения её души выплёскивались на бумагу и отражались в каждой сделанной ею работе.

Первый год работы в Башкирском театре кукол ознаменовался выпуском спектакля «Странный Вовка», по пьесе Евгении Жуковской. На афише, которая встречала юных зрителей в театре, красовались добрый волчонок Вовка с оранжевым цветком в лапке, идущий по синей лужайке к своему другу – оленёнку Пыжику. Сказка была очень добрая, рассказывала о дружбе и взаимовыручке.

Над спектаклем работал преимущественно молодой коллектив. Режиссёр Леонард Акманов тоже был неопытен, но со своей твёрдой рукой и яркой режиссёрской фантазией. Валя чудесным образом вписалась в постановочный процесс. Она самостоятельно придумала и создала мир волчонка Вовки, завлекая маленьких зрителей в удивительные приключения, заставляя переживать и поддерживать главных персонажей. Каждая кукла была исключительно обаятельная, вызывала тёплые чувства, как и положено героям детских сказок. Куклы и декорации пришлись по душе не только зрителям, но и самим артистам.

В 1976 году в Башкирском театре стали появляться новые лица. Из Москвы приехал Владимир Михайлович Штейн, который также учился у Сергея Образцова, и занял должность главного режиссёра театра кукол. В январе этого же года за высокие профессиональные достижения Валю перевели на должность главного художника театра. Это был по-настоящему ожидаемый карьерный рост и долгожданная возможность полноценно раскрыть все свои способности. С Владимиром Михайловичем они очень быстро нашли общий язык, оказавшись близкими по духу людьми. Оба были настоящими трудоголиками, с упоением погружались в работу, всецело отдаваясь творческому поиску.

В мае Валентина Смирнова порадовала башкирских зрителей творческими находками в спектакле «Маленький Олень», по пьесе Юрия Шпитального. Вновь объединившись с Леонардом Акмановым и композитором Наилем Утяшевым, они создали тревожный и загадочный мир индейской легенды.

Создавая атмосферу спектакля, Валя оттолкнулась от ритуальных масок, сделав образы своих героев более яркими и выразительными. Стилистика выигрышно отличалась от привычных зрителям образов из фильмов про индейцев, ставших популярными в стране благодаря немецкой киностудии «ДЕФА». Особенно удачными получились звери, выглядевшие живо и непосредственно. А в милом кролике Вабассо наблюдательные коллеги узнавали Валины черты лица, что впоследствии станет фирменным знаком Вали как художника-кукольника.

Декорации «Маленького Оленя» тоже заслуживали отдельного внимания. Сложно было отвести глаз от того, как удивительно был обыгран занавес, который становился то скалой, то индейским жилищем, то деревьями и даже водой – боковая часть занавеса покачивалась, изображая волны.

В ноябре 1976 года театр кукол совершает долгожданный переезд в своё собственное здание. Это было небольшое, но уютное помещение на проспекте Октября. В театре было просторное и светлое фойе, которое украшали витражи, чеканка и настенная живопись. Оттуда зрители попадали в зал с большой сценой и удобными креслами. В первый день работы в новом здании театр познакомил детскую публику со спектаклем «Орлёнок учится летать». А вечером была показана первая масштабная постановка для взрослых зрителей – «Божественная комедия». Владимир Штейн привлёк для работы в театре выпускников Горьковского театрального училища.

Театр начинал новую жизнь.

Валя трудилась не покладая рук. Будучи главным художником театра, она требовала от всех своих подчинённых точного исполнения поставленных задач и всегда контролировала их работу. Однажды даже произошёл случай, когда один работник столярной мастерской не выдержал Валиного скрупулёзного подхода к делу и в обиде за то, что она напрямую указала на все его ошибки, запустил в неё деревянным молотком. К счастью, молоток пролетел мимо неё. А Валентина прекрасно понимала, что она делает и для чего. Её строгое руководство приносило потрясающие по значимости плоды. И в последующие два года она выпустила целый ряд разнообразных спектаклей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.