Виктория Падалица
Шайтан. Постскриптум

Часть первая. Глава 1

Есть вещи, которым ты можешь сопротивляться

А есть те, которым – нет,

Они просто заложены в крови…

69 Eyes, «Framed In Blood».

Малая родина, куда я стремилась попасть еще с первого дня переезда в Филу, встречала меня неприветливо – неожиданно обильным снегопадом в середине весны.

Продрогшая практически до обморока, злая и уставшая от длительного перелета и ожидания задержавшегося аж на целый час такси, я вовсю спешила к сестре.

Пока, спотыкаясь и матерясь, дотащила на пятый этаж чемодан, полный брендовых вещей, решила с психа, что столько подарков мне и не надо вовсе.

Всё равно не сношу эту одежду, и уж точно обратно не поволоку. Если уж вернусь когда-нибудь в Филу, то только налегке.

А вещи лучше раздарю подругам и сестре. Пусть сами выберут, что им подойдёт по размеру и фасону. Прям выкину всё из чемодана на диван, и пусть перебирают. Не нужно мне всего этого добра.

Меня это всё равно не радует. Не греет душу. Больше. Не в роскошных шмотках счастье, как оказалось. Далеко не в этом.

Сестра, старшая и единственная, ждала меня в своей квартире, расположенной в центре города. Мы заранее так условились, чтобы она не ехала в соседний город, чтобы меня забрать, а ждала дома.

Встретив у порога, сестра поцеловала меня, обняла. Но холодно. Так же холодно, как и на улице. Обняла – что ветром обдала.

– Ты оделась слишком легко для нашей погоды, сестриц. – заключила она, заметив, что я вся продрогла и теперь трясусь как цуцик.

– Да уж. Не ожидала, что в апреле снега столько насыплет.

– Ну а интернет тебе на что?

– Да забыла посмотреть прогноз перед отлетом. Из головы вылетело. Не до того было. – отмахнулась я.

– Да уж. С погодой какой-то кошмар творится. Как бы не заболеть тебе теперь. В летней курточке.

– Прям уж. Ничего со мной не будет. Сейчас чаю попью и согреюсь.

Поставив чемодан в гостиной, я пару минут подержала руки под струёй горячей воды, умылась и села за стол.

Сестра поставила передо мной вскипевший чайник и упаковку с зелёным пакетированным. Затем она достала из хлебницы, висящей над столом, картонную коробку и подала мне.

– На вот, к чаю. Родственница из Сибири прислала. – предложила сестра. – Хотела я маме половину отправить. Но не смогла оторваться. Уж очень вкусные эти штуки.

– Не знала, что у нас есть родня в Сибири. А это что? – неприятно удивилась я, заметив тетрадный листок, приклеенный к этикетке с и без того говорящим названием.

К сладкой посылке, родственница из Сибири приложила письмо. В котором чёрным по белому было ясно, что вся моя семья, и даже те её члены, которых я вообще ни разу не видела и не знала об их существовании в принципе, категорически против моих отношений с Дилияром.

«Если Негритята, то только такие.»

Говорилось в той записке. Помимо «передай привет маме и ждите нас в сезон арбузов…».

– Вы всем растрепали, что у меня парень чёрный? – оттолкнув от себя коробок, словно это было что-то живое и противное, строго спросила я сестру.

– Это всё мама, Алис. Я тут совершенно не причем. – сестра покривилась, машинально включив стандартный для нее режим "хата с краю". – Попробуй, очень вкусные штуковины.

– Ешь сама. Я воздержусь.

Вот ещё.

Нашла, что мне предлагать.

– Это правда вкусно. – уговаривала сестра, то ли на самом деле не понимая, что меня отталкивает от дегустации сладости, то ли нарочно издеваясь.

Я же стояла на своём, упорно и неумолимо.

– И пусть. Я на диете. И напиши маме, что я приехала.

– А сама не? Не хочешь ей писать? – заносчиво бросила сестра, окинув меня косым взглядом исподлобья.

– НЕ.

Я налила себе чаю без сахара и с кружкой в руке принципиально встала и подошла к окну.

Будто бы сестра не знает, почему я не могу позвонить маме. А может и правда не знает. Возможно, мама не всё ей рассказала.

Телефон, к слову, включать я так и не решалась. Вот как отключила его перед полётом, так он и лежал себе в рюкзаке.

Я ведь понимала, что за двадцать часов моего молчания, Дилияр уже и обзвонился и обыскался меня где только можно и нельзя. И наверняка он был у мамы, от которой узнал, где я, и потому зол до беспредела.

Надеюсь, Дилияру не придёт в голову полететь за мной сюда. Иначе мне уж точно несдобровать.

– Мама хочет, чтобы ты осталась тут. – напомнила сестра, как бы к слову о том, что и там меня видеть особо не желают.

– Да я в курсе. Но я не собираюсь идти на поводу её прихотей. – высказавшись на этот счёт, я сделала неаккуратный глоток, позабыв, что чай горячий.

– Чего так? Поняла, что там большие перспективы? А здесь дыра? Неужели до тебя это наконец дошло? – колко ухмыляясь, съязвила сестра в ответ на мою дерзость.

– И это тоже. Отчасти. Дело в другом.

– Уж не в том ли негре дело? – продолжала она раздражать меня своими вопросами.

Поморщившись, так как чай обжёг горло, я поставила кружку на подоконник, чтобы дать немного остыть, и повернулась к сестре.

– Нет. Совсем. Тем более, что мы с Дилияром поссорились.

– Это хорошо. Что поссорились. – кивнула она, не скрывая, что рада этому обстоятельству. – Тебе нужен совсем не такой америкос.

– Пожалуй, соглашусь с тобой. Но сестра. А если это и есть любовь? Настоящая, бескорыстная, вечная любовь, о которой поют и о которой пишут? – спросила я, по наивности предположив, что сестра, которая поторопилась выскочить замуж по слепой любви к козлу, поймет меня.

– Такого не бывает, Алис. Лишь в сказках. Скажешь тоже. Любовь… – в ответ сестра лишь усмехнулась.

Я промолчала, опустив глаза.

Сестра тоже. Туда же, куда и мама. Обе одного ума. С ней тоже не поделиться ничем сокровенным. Они обе меня не понимают, не поймут и не хотят понять.

– Ты голодная? Будешь борщ?

– Нет, я сыта. По горло.

– Да ладно тебе дуться. Будто ты и впрямь думала, что мы примем его с распростёртыми объятиями.

– Ладно, мне пора собираться на встречу. С девчонками договорилась. Дашь пуховик и шапку погонять? – понимая, что нормальный разговор у нас с сестрой не клеится, как ни крути, я предпочла уйти.

– Дам. Только не возвращайся сегодня.

– Почему? У тебя гости будут?

– Погуляй как следует. Может, встретишь кого интересного.

– Ага. Надеюсь не встречу. Хватит с меня "интересных".

Только я вставать с подоконника, как раздался звонок в дверь.

– Ждешь кого-то? – спросила я встревоженно.

– Нет…

Сестра и сама не ожидала, что кто-то к ней придет. Или не к ней все же?

Снова звонок. Кто-то настырный пришел.

Я ни на шутку насторожилась. Хоть бы не он…

– Пойду открою… – сестра пожала плечами и встала с места.

– Сперва спроси, кто! – громко напомнила я.

– Хорошо, Алис. Спрошу.

Не понимая причины моего беспокойства, сестра пошла в коридор.

С каждой секундой становилось не по себе совсем.

– Кто там? – спросила сестра.

Я прислушалась. Ответа не услышала. Если он и был, то тихий.

Сестра открыла дверь. Молча. Гость молча зашел.

У меня всё сжалось внутри. Замерла, даже дышать прекратила. Лишь смотрела обоими выпученными на коридор и ждала.

Неужели это… Боже…

– Сюрпри-и-из!!!

Глава 2

Подружки пришли за мной. Катя и Таня. Сестра оказывается, написала им, что я приехала, так как до меня дозвониться они не смогли. Вот и сделали мне сюрприз.

– Денег-то сколько у нее… Прибарахлилась на десять лет вперёд. – бурчала Таня завистливо, перебирая брендовые вещи. – И нам привезла шмоток заморских. Не подделка?

– Какая подделка? Это ж всё с Манхеттена. Разбирайте девочки. Всё, что понравится, ваше. Кать, не стесняйся! На тебя замечательный костюм будет. Вот. Смотри какой классный!

Я показала Кате тот самый розовый костюм, который видела на Соне и в который влюбилась с первого взгляда. А теперь он стал мне не нужен.

– Спасибо. Как раз на меня. – Катя приложила к себе пиджак и засияла от счастья. – Красота какая… Обожаю кукольный розовый…

– Только юбку укорачивать придется. – едко бросила ей Таня, в свою очередь присматриваясь к практичному черному кардигану свободного кроя, который выбирал для меня Дилияр. – Ты ж непропорционально мелкая. На твой рост длинная будет.

– Да я и в длинной похожу. Мне не принципиально. А ты чего грустная, Аль? – обратилась ко мне Катя. – Мы зашли, а ты белее снега. Что-то у тебя случилось?

– Да ничего. – отмахнулась я, продолжая старательно натягивать на себя улыбку. – Не берите в голову. Вы лучше…..

– Что за богатый пихарь у тебя появился, колись! Покажи его! Он красивый?

Таня, как самая токсичная и наглая из моих подруг в принципе, завела эту тему первой. Прямо и при сестре. Чего я и боялась.

– Он очень чёрный? Прям как чёрный кофе? Или как кофе со сливками? – подхватила Катя из чистого любопытства.

Как только разговор зашёл за Дилияра, сестра моя, бросив копаться в одежде, сразу ушла. Не выдержала это слушать.

Сестре было противно, видите ли. А то, что она себе выбрала буквально треть чемодана вещей, купленных на его же деньги, её не смутило ничуть.

– Тьфу, Катя! Всё тебе негры покоя не дают! – шикнула на неё Таня и пояснила, почему её так раздражают сексуальные предпочтения подруги. – Прям бесится от их вида! Изнемогает вся! А сама, блин, чипиздик! Метр с кепкой же, ну! Куда тебе негра, Кать? Вот же извращенка…

– И пофиг, что метр с кепкой! Мне они нравятся! – обидчиво вставила Катя в ответ на тупую претензию.

– Негра ей вышли. На день рождения. Поймай какого-нибудь и вышли. Лучший для нее подарок будет. – не могла не подшутить Таня.

– Ох девочки. Я так соскучилась… – вздохнула я с улыбкой, глядя на них.

– Да-да, мы тоже. Но ты тему не переводи. Кто он, пихарь твой? – всё не унималась Таня.

Пришлось немного приоткрыть завесу тайны, ведь она всё равно не отстанет.

– Ну… Его зовут Дилияр, и он афроамериканец…

– Вай! Батюшки! Катька как в воду глядела! – воскликнула Таня, выпучив глаза. – Реально чёрный? А у него очень большой?

– Красивый? – улыбалась Катя.

– Ну…

Я не успевала отвечать, так как девчонки буквально атаковали меня с двух сторон своими вопросами.

– Да что там красивый… С лица воды не пить. Ты лучше скажи прямо… Хуй по колено у твоего пихаря? – перебивая подругу, не унималась Таня и активно лезла не в свое дело.

– Фу, какое гадкое слово "пихарь". – покривилась я, не став отвечать на столь интимный вопрос, который Таню волновать ну никоим образом не должен.

– А слово "хуй" тебя не смутило? – рассмеялась Катя без какой-либо желчи в мой адрес.

В отличие от Тани, её подруги детства, которую хлебом не корми – дай плюнуть ядом, Катя выглядела совсем не завистливой и даже чересчур простой. В общем, она была полной противоположностью Тани, и почему-то терпела все её придирки и обидные слова.

И меня очень удивляло, что заставляет Катю общаться с такой, как Таня.

На её месте я бы уже давно ушла от такой "подруги", которая только и делает, что занижает самооценку да портит настроение.

– Что её смутит, блин… Ууй. Пихуй. – развела Таня руками и язвительно добавила. – А что, разве не пихарь он? Пихает же невпихуемое своё, африканское… в это вот твоё… отечественного производства…

– Так всё. Разбирайте шмотье, и поехали. Оттянемся по полной. Чур я плачу за всё.

Я посчитала нужным остановить эту дискуссию, пока она не привела к ссоре. И очень надеялась, что в нашем любимом кафе-баре, куда отправимся сегодня и будем отжигать до утра, никто больше не станет поднимать эту тему.

Глава 3

Как же я ошибалась…

Ведь узнав о том, что встречаюсь с эфиопом, который для них всё равно что инопланетян, да ещё и при деньгах, девчонки не отставали. Допрашивали меня и в такси, и не прекращали этого делать за столиком кафе-бара.

Таня всё плевалась ядом и вела себя так, будто знала Дилияра лично и имела на него свои счёты. А Катя же защищала его чуть ли не грудью, одно осаждая подругу и поддерживая меня.

То ли ещё будет, когда мы все подопьем, и языки наши развяжутся…

– Ну и как он тебе в целом? – спросила Катя, которая после пары бокалов Шардоне заметно повеселела.

– В целом, он классный. Но есть проблема. Он всё время хочет. Такой ненасытный…

– Вау…

– Да-да. Рассказывай давай, какой он. Как долго и поскольку раз? – зевнула Таня, показывая, как ей скучно слушать, что мой парень страстный и наверняка лучше её мужа.

– Высокий? Подкаченный? – игнорируя бубнеж своей душной подруги детства, продолжала Катя вынуждать меня с ней посекретничать, и я была очень даже не против.

– Да, он огромный! Два метра ростом! И весит, как вагон поезда! У него лапишна, как моя голова. И кулак такой, что в лепешку размозжит за раз. Кстати, он у меня боксёр известный. – похвасталась я и с гордостью улыбнулась.

– На стероидах небось сидит. Тестостероновый фрик. – пресно фыркнула Таня.

– О-о… Тесто…стерон!!!

Хором выпали мы с Катей, закатившись громким ржачем и совершенно не заботясь, что мы в этом баре не одни.

Забавляло, что мы с Катей, оказывается, были на одной волне и имели гораздо больше общих интересов, чем я всегда считала.

В отличие от фригидной, вредной и слишком рано ставшей ворчливой тёткой Тани, которая не понимала всего этого девичьего восторга и пошлых шуточек подшофе.

– Ладно, девчат. Сейчас покажу вам его. Только сильно не критикуйте.

Пригубив ещё бокальчик вина, я включила телефон. Запамятовав по запарке, почему всё это время держала его отключённым.

– Вот, смотри. – я открыла Кате фотографию Дилияра в полный рост и теперь ждала той самой реакции. – Ну как он тебе? Впечатляющий, правда?

– Ого… – восторгалась она, внимательно присматриваясь к фотографии моего парня и наверняка увеличивая каждый её дюйм. – Вот это гигант… Действительно огромный. И какой ухоженный… Будто бы модель с обложки…

– Он звонит тебе. – нехотя оповестила Таня, тоже глядя в экран, но лишь краем завистливого глаза.

– Сбрось звонок и смотри дальше. – разрешила я Кате, а сама струхнула незаметно для всех.

Дилияр мне звонит.

Вот это попадос…

Он всё это время ждал, когда я включу телефон, и теперь вряд ли успокоится, пока не отвечу и не объяснюсь. Но что я скажу ему?

Что я жива, здорова, но в России, бухая, в баре с подругами, хотя обещала загладить вину, устроив приятный эротический вечер?

Нет.

Такой круто повернутой правды Дилияр не стерпит и уж точно не спустит мне в ближайшем будущем. Не нужно Дилияру знать подробности моего времяпровождения.

В неведении ему будет житься куда спокойнее и проще.

– Вот это мышцы… Я и не думала, что он настолько огромный… – неподдельно восхищалась Катя, медленно листая фотографии. – А там у него? Тоже огромный?

– Катька извращенка. Ей бы твой сексоголик отлично подошёл в качестве пары. – вынесла Таня свой остроумный вердикт, совершенно не боясь обидеть ни меня, ни Катю.

– Ещё какая извращенка… Ух, ты. Штаны широкие, а там так выпирает… – комментировала Катя, не отрываясь от экрана и бесстыдно пуская слюни именно на то фото, где Дилияр снимал себя сверху вниз и был без футболки. – Штука та сколько сантиметров? А, Алис?

– Да у него маленький небось. Скажем так, она ожидала большего, потому и не признается. А выпирает из штанов нечто иное, как боксёрская защита! – язвительно усмехнулась Таня, провоцируя меня на правду любыми путями.

– Думайте, что хотите. Я не стану это обсуждать. – обидевшись на них, я скрестила руки на груди и отвернулась.

– Ну точно маленький. С мизинец толщиной или ещё меньше?

– Тань, харэ расходиться. Веди себя нормально. – Катя вернула мне телефон и с упрёком поглядела на подругу. – Да и вообще какая разница? Размер – не главное. Главное – как им пользоваться.

– Как этот прям. Ну как его…? Ну который мазал член коксом и вступал в извращённый контакт со своими жертвами? Забыла, как его звали… Но Аля по любому должна его знать.

Смолкнув, Таня взялась усердно вспоминать имя какого-то маньяка, но не вспомнила.

Или же намеренно сделала вид, что не вспомнила, а мне кинула намёк, что в курсе гораздо большего, о чем я тут аккуратно распинаюсь перед ними, чтобы не ляпнуть лишнего.

Глава 4

– И почему я должна его знать? – я нахмурилась и напряглась в ожидании ответа, который неминуемо должен был меня обескуражить.

– Он же из Америки. Там он по любому у всех на слуху. Билли его звать, кажется. – ухмыляясь с загадочной гнильцой во взгляде, назвала Таня это имя точно как будто бы неспроста.

– А расскажи о нём поподробнее. Что он там себе втирал? – попросила её Катя, не понимая, о ком речь.

– Короче, он с бабой своей ездил по шоссе и ловил девушек. Похищали вместе, сношали вместе и убивали тоже вместе. У этого Билли была такая тяга к сексу, что ему хотелось по шесть раз на день. И баба его, – то ли жена ему, то ли кто, – не помню – была не в состоянии удовлетворить его огромные потребности. Они много чего перепробовали вдвоём, во все щели так сказать выдолбились. А потом этому извращенцу видите ли захотелось ещё разнообразия. И баба его как ни странно не отказала и в этом. И вот, ловили они девушек на дороге, насиловали у себя дома и потом закапывали. Такая вот парочка прелестная.

– Ничего себе парочка… – дивилась Катя, а я же упорно молчала. – Так и он, и жена его участвовали в этом?

– Да. Я ж говорю, вместе насиловали. – кивала Таня. – Этот Билли себе еще вкалывал что-то из препаратов, чтоб хуй онемел. Ну чтоб дольше моглось, поняла?

– Ну и урод этот Билли… Не дай ни приведи такого встретить… Бр-р-р! – эта история впечатлила Катю настолько, что её невольно и так смешно передёрнуло. – А его хоть поймали?

– Поймали. Нет, кажется его не Билли звать… Но имя прям такое созвучное… – поправила себя Таня и затем поглядела на меня чрезвычайно вопрошающе.

– Я о таком не слышала. Но могу спросить у отчима. Роджер обожает криминальные истории и наверняка знает об этом маньяке всё.

Предложила я без малейших эмоций внешне.

Внутри же меня разгорался пожар поистине невероятных, непоправимых масштабов: всё взрывалось, полыхало, вспыхивало и пылало неудержимым огнём злобы и отчаяния, который Таня устроила всего лишь одной спичкой доли вероятности, нарочно брошенной в мой разум.

– Да не надо спрашивать. Неважно, как его звали. Я так, к слову. Просто о том, какие бывают люди. – подытожила Таня, смирившись, что на меня её устрашающий рассказ про американского маньяка не подействовал должным образом.

И что ей, желчной завистнице, не удалось отбить у меня желание встречаться с американцем, впрочем, как и жить с ним в Америке.

Пожав плечами с наигранным безразличием, я задрала нос кверху и обратила внимание на свой телефон, который снова мигал.

Дилияр, наверное, звонит. Опять.

Я убедилась в том, что это он, и тут же сбросила вызов.

– М-да… Не знала, что такое бывает. Я про "вкалывать туда всякое, натирать наркотой". Ужас просто. И как такое вообще может в голову прийти? – недоумевала Катя, думая всё о том же маньяке.

– Лично я не пробовала, потому утверждать не стану. – Таня сделала паузу, привлекая к себе наш интерес. – Но говорят, под "этим делом" оргазм в шесть раз ярче.

– Даже так? И девушка тоже испытывает оргазм в несколько раз сильнее, если парень обмазался и, к примеру, об этом ей не сказал? Она, получается, тоже под кайфом? – полюбопытствовала я, теперь уже не скрывая тревоги.

– Оба два одинаково кайфуют. И он, и она. – утверждала Таня так уверенно, будто знала такую парочку лично. – Потом они привыкают и уже не могут без этого заниматься. Секс становится пресным, скучным. Удовольствия от привычных соитий нет, и тогда в ход идут всякие извращения, которые тоже быстро надоедают. И снова он покупает, чтобы как-то себя удовлетворить и её не расстраивать. Так и пристращаются оба, каждый раз всё больше и больше, а наркота всё тяжелее… И так по прямой – до передоза или тюремного срока – ведь где бы они доставали столько денег…

Теперь, помимо уже имевшихся подозрений насчёт зависимости Дилияра от запрещенных веществ, и её последствий – особенно в ту ночь, когда я была сама не своя и в порыве необузданной страсти чуть не откусила ему хозяйство, – очередь впадать в некультурный шок досталась и мне.

Неужели Дилияр мог так подло поступить со мной?

Неужели этот кошмар, о котором вещает Таня, и есть моя новая реальность? Только бы не так…

– Кошмар какой. Чего только не придумают… – покачав головой, Катя с досадным чувством осушила свой бокал.

И я была с ней полностью солидарна и охотно последовала её примеру. Но только потянулась к бутылке вина, чтобы наполнить опустевшие бокалы до краёв, как меня снова отвлек звонок.

– О Боже, Аль. Чешется у него этот писюн его, что ли? Всё ему подавай тебя. И как он отпустил тебя без себя, не пойму? – теперь уже Таня молчать не стала.

– Он не отпускал её. Я права? Такое чувство, что он не знает, что ты тут. – располагающе улыбаясь, предположила Катя наугад и, что удивительно, с первого раза попала в точку.

– Это да. Дилияр не знает. – призналась я с большой неохотой.

– Так ты сбежала от него??? Почему, Алиса???

Катя и Таня вытаращились на меня в полном недоумении. Иначе как им было разуметь, почему я удрала от такого до неприличия замечательного парня, о котором столько всего было сказано.

Они были намерены вытащить из меня это тяжёлое признание любыми способами. И мне, увы, некуда было деться от их настойчивости.

Но стоит ли говорить, что у нас с Дилияром на данный момент всё сложно?

Нет, пожалуй.

Пусть они и дальше завидуют, какого я себе жениха космического оттяпала. И пусть не знают, какие скелеты водятся в его тёмном шкафу на самом деле.

– Он не хотел ехать со мной. И я поехала одна. – уклончиво отвечала я.

– Всё с ним понятно. Русофоб конченый. – Таня махнула рукой, безосновательно повесив на Дилияра ярлык. – Ну и нафиг он нужен такой!

Кивая, будто бы согласна с её однобоким мнением, я в очередной раз отвлеклась на свой телефон.

На странное сообщение, которое поступило от Дилияра. И которое заставило моё сердце сжаться до размера молекулы.

Глава 5

"Ты нужна мне. Без тебя я умру."

Написал он.

То есть как это "умру"? Дилияр что-то сделать с собой хочет?

Пока я, глядя на пугающую смс, нервно грызла ногти и судорожно размышляла, что следует предпринять, подруги во всю спорили между собой, активно решая мою судьбу вместо меня.

– Я не поддерживаю, что им надо расстаться из-за каких-то взглядов и мелкого недопонимания. И вообще! Лучше плакать в своём Порше, чем в зассанной электричке! – гордо высказалась Катя по итогу.

– Катя наша продажная – мы и так это знали. Ты реально такая тупая и наивная? Если этот чёрт ненавидит её наполовину, какая тут может быть любовь? Сама посуди. Да он придушит её рано или поздно! В голову моча ему стукнет, и всё – пирожки будем есть на её поминках! – не уступала ей Таня.

– Да что ты несёшь, дура? Какая ненависть?! Он души в ней не чает! Он всё для неё делает! Всем одарил, обогрел, жить к себе пригласил! Того и гляди, замуж её позовет и наследство отпишет! А ты про ненависть какую-то трандишь! Молчи уже! Выбесила!

Я слушала их горячую дискуссию в пол-уха и не встревала, так как была занята другим делом – машинально сбрасывала бесконечно поступающие звонки.

"Малыш, ответь. Прошу тебя. Я не могу без тебя."

Имей стойкость, Алиса. Не ведись на его провокации.

Твердила я себе.

Борясь с желанием смягчиться, ведь Дилияр упорно пытался мной манипулировать, а я не имела права показать слабину.

Вместо того, чтобы как-то попытаться объясниться по-хорошему или даже извиниться за свой поступок, я отложила телефон подальше от себя и попыталась вникнуть в суть их спора.

Тогда Дилияр прислал голосовое, в котором содержался записанный на телефон отрывок из песни.

"Ты должна рядом быть,

Ты должна всё простить,

Выбрала ты

Пустые мечты…"

(Дима Билан, "Ты должна рядом быть".)

Прослушав голосовое, я сразу поняла – Дилияру действительно очень плохо. И Дилияр хотел, чтобы я это поняла. Чтобы сопоставила всё и поняла.

Ведь в тот страшный день, когда меня жарило, и я думала, что умру, я процитировала ему в смс слова из песни, чтобы он услышал мой крик души, чтобы почувствовал, как нуждаюсь в его помощи, и чтобы как можно скорее приехал.

Теперь тоже самое проделал и он.

Чтобы я почувствовала, как ему больно, плохо, и как сильно он нуждается во мне. В моем присутствии. Чтобы я просто была рядом.

Боже…

И зачем я только затеяла это всё! Надо было не уезжать! Вот на кой черт я здесь сижу!

Пока я с колоссальной досадой стукала себя по лбу, сокрушалась и запивала вином свою же глупость, неблагодарность и бессердечность к тому, кто меня по сути вытащил из тюрьмы под надзором токсичной мамы, девчонки всё порешали между собой, пришли к какому-то выводу и уже сменили тему.

– Я б хотела ручного мулата себе. Не негра, а именно мулата. Восточного принца хочу, короче. Принца Персии. Большого. Сильного, мускулистого. Чтоб на руках носил, цветы дарил… – мечтательно вздыхая, завела Катя более приятную беседу, нежели предыдущая.

– И чтобы не слезал с тебя и драл без перерыва и выходных. – внесла Таня свои топорные поправки к её лёгким и романтичным грёзам.

– Ну и что? Если б у меня был такой дома – я бы сама с него не слезала. Ну нравятся мне высокие мулаты в мускулах! Нравятся! Тащусь по ним, что тут поделать! – повысила Катя голос, устав оправдываться перед подругой за свои предпочтения, хотя вообще не должна была делать это перед кем-то в принципе.

– Ты ж их ни разу в живую не видела. Только на картинках. И куда тебе шпалу весом с вагон? Чтобы раздавил тебя? Ты ж карлик, Кать. Гном садовый.

– Тань. Иди в жопу. – обиделась она, очевидно комплексуя по поводу своего роста.

– А в трусах у него тоже шпала будет. Тебе для счастья сантиметров пять от силы надо. А не такой, чтоб в зад вошёл и изо рта вышел.

– Я сама решу, что и куда в меня зайдет и откуда выйдет! Ясно? – ощетинилась Катя.

И снова они бодаются между собой… Как Катя вообще её терпит???

– Ничего, Катюш. Еще встретишь своего восточного принца. Вот увидишь. Он по-любому где-то рядом и тоже ищет тебя. – в тот момент мне очень захотелось поддержать её.

– Где? Их тут не ходит.

Катя обернулась и повертела головой, показывая, что здесь, как и в городе, ей уж точно не найти такого принца, о котором мечтает.

– Зато в Америке предостаточно. Хоть жуй тем самым местом.

– Да не нужен ей заморский принц. По ушам тебе чешет, вот и всё. Она с двоечником дружит. Андрей Ткачев. С улицы борзый. Помнишь его? Он раз тебе окно разбил.

– О господи… Тот буйный кретин? Зачем он тебе, Кать? Он совсем не похож на принца….

Удивившись, что Катя, с виду умная, общается с маргиналом и отмороженным на всю голову Ткачевым, я не могла не поглядеть на нее с иной стороны. Если вскроется, что Катя реально с ним мутит – клянусь, я перестану с ней общаться.

Глава 6

– С чего ты взяла, что я дружу с ним, а? – принялась Катя себя выгораживать.

– А разве не дружишь? Он тебя каждый раз зовёт на трубы пивко попить. И ты каждый раз идёшь. – выдвинула Таня неоспоримые аргументы.

– Ну просто так иду. От неча делать. Да и не хочу обижать. Хотя он порой очень навязчивый.

– Угу. Как бы ты за него замуж не выскочила, такого навязчивого. А то залетишь по пьяни, и будет. Навяжешь его сама себе…

– Андрей не в моем вкусе. Ты ж знаешь, я выйду только за мулата…

Катя говорила и вдруг отвлеклась. Ей тоже кто-то написал.

– Тань… Ничего пока? – шёпотом спросила я, пока выдался удобный момент.

– Ты о чем? А-а…

Таня смекнула, что я имею в виду, занервничала и почему-то солгала.

– Нет. Ничего про них не нашли. Муж везде перерыл. Ни про Джабира, ни про Фархада.

– Да уже и не надо. Я всё узнала сама. Но всё равно спасибо.

– Ага.

Таня явно хотела о чем-то спросить меня. Наверняка о том, откуда мне известно о существовании таких личностей, как Джабир и Фархад. Но опять же не стала этого делать, а быстренько переключила внимание на подругу.

– Ну кто там хочет тебя? Опять Андрей?

– Ну да. Кто ж ещё. – ответила Катя, катая ему смс.

– Дай угадаю. Приходи на трубы пить пивко?

– Промах. К себе домой зовет. На улице же холодно.

– И ты пойдешь к нему домой?

– Да щас. Будто не знаю, на что он рассчитывает. Как жаль, что в понедельник на учебу. А ты кстати поступила, Алис?

– Да некогда ей учебой заниматься. Разве не видно? – выдала с сарказмом Таня, поглядывая на меня так, словно знала чуть ли не за видеокассету с оргией, в которой я тоже засветилась.

– Да, поступила. На журналиста. Но в универе меня ждут весной. Для меня забронировали место как для лучшей ученицы языковых курсов. И примут меня сразу на третий курс. – набрехала я с три короба, чтобы не выглядеть ущербной в глазах подруг.

Все равно ни Таня, ни Катя в этих тонкостях не разбираются.

"Шмонали трусики

Растратчицы-Алиски…

(Воровайки, "Шмон".)

Издевательски небрежно напела Таня и добавила в мой адрес не менее обидное изречение от себя лично.

– А тебе прям хорошо блондинкой. Дороже смотришься.

Я смерила её глазами.

Что значит "дороже"? Она меня со шлюхой сравнивает сейчас?

– А он что? Как ему твой новый образ? Оценил?

Катя, узрев нависшую угрозу, вмешалась в наш с Таней диалог, который мог привести к драке.

– Не оценил. – бросила я, не переставая пилить Таню взглядом.

– Как это не оценил? Блин, красиво же. Бомбезно. Так вот на что ты обиделась! Да не бери в голову! Он ничегошеньки не смыслит в красоте.

– Как будто он смотрит ей на лицо…

– Хватит! – прикрикнула я на Таню, отчётливо понимая, что физическое столкновение между нами неизбежно и произойдет с минуты на минуту.

– Тань, ну чё ты так ведёшь себя? – припозорила Катя, неожиданно для неё вставшая на мою сторону.

– Сидите сами. Желаю удачи.

Таня резко поднялась и ушла, демонстративно виляя задом.

Ненавистно поглядев ей в след, а затем – на музыкальный автомат и пустующий танцпол, я вспомнила о главном и тут же встала.

– Ты куда? Тоже уходишь? – поинтересовалась Катя.

– Пойду песню закажу. Любишь Билана?

– Обожаю.

– Тогда сейчас закажу, и будем зажигать до утра. Окей?

– Будем! – охотно поддержала Катя мою идею.

Глава 7

С Катей мы весело покутили до закрытия кафе и потом пошли вместе домой, выбрав не самый безопасный путь – через старый недостроенный мост над речкой, в которую, сколько лет живу, сливаются нечистоты и сбрасывается всякий мусор.

Одна бы я тут ходить не рискнула и днём. А вдвоем с Катей, да ещё и подпитыми, было почти не страшно.

По пути я рассказала Кате о том, что меня тревожит и почему сбежала от своего парня, не предупредив его. О том поведала, какая у Дилияра семья непростая, но правда вкратце. А также не умолчала и о том, каким Дилияр бывает несносным, упрямым и до чертиков ревнивым, да таким, что жизни не дает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.