Сергей Карелин
Первый круг Ада

Глава 1 Капризы принцессы Элен

Лёгкий пряный и ванильный аромат наполнял капитанскую каюту. Суровый брюнет средних лет в облегающих офицерских рубашке и брюках чёрного цвета задумчиво посмотрел на тёмно-янтарную жидкость в прозрачном массивном стакане и с наслаждением втянул носом запах первосортного виски… К сожалению, только запах, в этом кошмарном полёте напиться не представляется возможным, но хоть как-то надо успокоить расшатанные нервы. Командир фрегата «Беспощадный» – боевой офицер, прошедший горнило четырёх жестоких космических войн имел много наград, на которые щедра Империя для своих героев. Кто бы мог подумать, что сам полковник Сэт будет пребывать в настолько разобранном состоянии. С момента взлёта с Первого Имперского Космодрома прошло всего двадцать четыре часа, а приказ Императора уже начал тяготить старого вояку.

Её императорское высочество Элен Содервик, дочь Императора Кайла Третьего Содервика, страстно возжелала насладиться благами элитного курорта Эпсилон-3, и чрезмерно любящий дочь венценосный отец не смог отказать. Так и оказался ударный военный фрегат «Беспощадный», сопровождаемый пятью тяжеловооружёнными крейсерами, в самой мирной части исследованной галактики. Полковник только посмеивался, глядя, как бросались в стороны аккуратные обтекаемые гоночные лодочки и сияющие роскошью малые прогулочные яхты. На фоне гражданских судов монструозный фрегат смотрелся особенно внушительно.

Сэту казались излишними предосторожности с обеспечение конвоя для военного судна в мирной зоне. Пираты Тускана, этот сочащийся гноем нарыв на теле Империи, в обычное время сидели тихо, аккуратно пощипывая не значительную добычу и внимательно отслеживая действия мелких контрабандистов, чтобы не дай боже не привлечь взгляд Императора. В Алой Империи хватает проблем, ряд из которых предполагал использование серых и теневых сил, и потому Кайл Третий смотрел на Тускан сквозь пальцы, пока обитатели планеты соблюдают несколько непреложных правил. Вроде того, что до выкупа или отказа от него, заложникам из высшего общества ничего не может угрожать. Ну, и отчисления от грабежей в казну, хотя это уже не для ушей обывателей.

Большая честь – сопровождать непоседливую принцессу выпала полковнику случайно. Можно сказать, что он не вовремя прошёл мимо, когда адмирал Хённ вспомнил, насколько хорош в военном деле этот цепной пёс Империи, и переложил на него свои обязанности. Сэт, неискушенный в дворцовых интригах и видевший высшую особу лишь по голографическому ТВ, воспринял это нетривиальное поручение, как особое благоволение Императора.

Подготавливая фрегат к прибытию ВИП-а среди ВИП-ов, бравый капитан устроил внеплановый разнос подчинённым, да такой, что через семь часов непрерывного труда «Беспощадный» засверкал, как бриллиант, в электрическом свете ремонтного ангара, с трудом напоминая военный корабль, а больше напоминая роскошный круизный лайнер.

Полной неожиданностью для полковника и команды стало то, что нежный изысканный цветочек, робкая и возвышенная девушка, которую добросердечные матери ставили в пример своим непокорным и взбалмошным дочерям, окажется настоящим исчадьем Ада! Проходимцы журналисты на все лады заливались соловьиным пением, описывая первую невесту Империи, – женственно хрупкая, пронзительно красивая роскошная натуральная блондинка с большими и невероятно чистыми, словно пресноводные озёра, голубыми глазами. Сказочная мечта, а не девушка.

Но на трап поднялось что-то угловато худое в мешковатом тёмно-синем платье. Причёска её была нелепой и клочковатой. Вероятнее всего, это была причёска стилиста, а не естественное состояние волос принцессы, на центральных планетах мода менялась слишком быстро, и матёрые вояки, вроде полковника, просто не успевали привыкнуть к виду современной молодёжи. Святое, со слов прессы, лицо девушки было испорчено не то аллергией, не то вульгарными прыщами. И даже в этот момент стойкий Сэт удержал лицо, и лишь на две секунды дольше вглядывался в голограмму, подтверждающую звёздный статус гостьи, высвеченную портативным сканером на предплечье.

– Красавица стала страшилой…, – обескураженно произнёс коренастый первый помощник Прант, стискивая в дрожащих грубых пальцах листовку с изображением Элен. Да-да, с тем самым повсеместно известным изображением с весеннего карнавала, где светящееся нежностью создание держит в руках цветок свежих фиалок, знаменуя начало самой романтичной поры года.

– Теперь ты понимаешь, почему я так и не женился? – хмыкнул Сэт, хлопнув по плечу помощника и друга, с которым он летал уже без малого двадцать лет, и не спеша, проследовал за принцессой.

А после перед ним разверзся личный ад.

Старшая принцесса Империи прекрасно осознавала свой статус и связанную с ним абсолютную неприкосновенность, и власть. Заслуженный военный офицер ходил за ней следом, безропотно выслушивал глупые личные придирки и пожелания, высказываемые противным, визгливым голосом, и терпел. Терпел, обещая себе и своим людям, что больше никогда его боевой корабль не будет иметь дело с аристократами. Сразу после этого полёта – на границу, ловить контрабандистов и присматривать за соседями. А там, глядишь, какая-нибудь война наметится. И не приведи бог вернуться на гражданку в момент воцарения Элен на троне. Конечно, по устоявшимся законам Империи править должен будет несчастный супруг, но нутро подсказывало Сэту, что не так всё будет легко и гладко. Не зря Кайл Третий в четвёртый раз ложится на мучительную и опасную операцию по бионическому продлению жизни.

Полковник сделал глубокий вдох и закинул в рот дольку натурального лимона, а не какой-то там синтетической подделки. Хоть какая-то имитация расслабления. Тупая головная боль, поселившаяся в висках с момента первого разговора с принцессой, шла на убыль. А настроение, напротив, стремительно приближалось к отметке «терпимо». В общем-то, у Сэта есть три типа настроения, «терпимо», «отвратительно», и «….». Описание последнего настроения цензуре не подлежит. О командире, впавшем в боевое безумие, шёпотом слагали легенды, но не дай бог, попасться их рассказчикам на глаза полковнику. Сплетен о себе Сэт не переваривал. Особенно, если это – обоснованные сплетни. На распространяемые небылицы полковник реагировал снисходительной усмешкой и проходил мимо, оставляя для себя пометку, назначить болтуну пару внеочередных дежурств.

На панели управления, вмонтированной в полковничье кресло, замигал сигнал запроса на экстренную связь. Немного помедлив с ответом, Сэт с обречённостью нажал на кнопку.

– Полковник, – голос первого помощника звучит сухо и сосредоточенно. – Сенсоры показывают пять кораблей без опознавательных знаков. Скорее всего, пираты Тускана.

– Отдать приказ, крейсерам уничтожить противника, – Сэт пружинисто соскочил с мягкого и удобного кресла из натуральной кожи, подхватил ранее сброшенный на спинку китель и вышел из каюты, на ходу надевая фуражку.

На капитанском мостике стояла тревожная тишина. На боевом экране отображалось пять истребителей класса Х-15 «Акула». Плавные и, вместе с тем, хищные изгибы корпуса, мощный основной излучатель и скорострельные второстепенные, управляемые ракеты… – устаревшая, но по-прежнему достойная модель. Полковник заломил бровь, молча удивляясь происходящему. Кроме пяти точек, на радарах не отображалось больше ничего, что весьма скверно, у стандартного истребителя этого класса малый запас личного хода, значит, где-то должен быть крейсер, выпустивший бойких малышей на прогулку. Но вражеский корабль не появился на радарах, как и собственный конвой фрегата.

– Майор Прант, доложите обстановку, – с надеждой спросил Сэт, уже осознав ситуацию.

– Предполагаемый противник по курсу 03.21.87.15, крейсера сопровождения отсутствуют, – с кривой ухмылкой отрапортовал Прант и замер в ожидании приказов.

– Неприятно… Сообщить этим сумасшедшим, кого мы везём. Пираты с ума сошли… – меланхолично, но с азартом пробормотал Сэт и тут же приказал, – Полная боевая готовность! Подать напряжение на фотонные излучатели! Подготовить к отстрелу торпеды с антиматерией! Отменяю режим тишины, боевая тревога по всем отсекам!

Полковник впился хищным взглядом в экран. Сами истребители особой опасности для фрегата не представляли, а вот корабль, с которого их выпустили, – это уже противник. Хотя, полковник всё ещё не до конца сложил в голове пазл, как тусканцы могли решиться атаковать военный фрегат?! И в этот момент в голове вспыхнуло неприятное воспоминание, как утомлённый визгливым голоском Её Высочества, он поддался её требованию и разогнал очередь на транс пространственном переходе, войдя в гипер прямо перед носом какой-то невероятно шикарной яхты, чьи размеры немногим уступали фрегату. Очевидно, засада была настроена на того толстосума. И вирус, скорее всего, в систему корабля запустили там же.

Сирены сорвались на визг, врываясь в мыслительный процесс и возвращая полковника в привычную, знакомую до последней молекулы среду. Для полковника состояние боя и чувство опасности, – как ароматный елей для души. Всяко лучше, чем иметь дело с Элен. Мелькнула и пропала приятная мыслишка о незабываемом пробуждении самовлюблённой принцессы, непривычной к таким экзерсисам, под гул аварийной системы.

– Вион, составь и отправь рапорт для КИБ о нашем местонахождении и отсутствии крейсеров сопровождения!

Молоденький мальчишка из свиты принцессы судорожно кивнул. Тонкие пальцы ловко забегали по клавиатуре, составляя донесение для Корпуса Имперской Безопасности.

– Командир, крейсер противника не обнаружен! – бойко и по-деловому доложил Прант.

– Полковник, в системе вирус, не могу отослать рапорт, – робко подал голос Вион. – Но можно сделать отсроченное сообщение, как раз для таких случаев оно…

– Любым способом, – прерывает его полковник, поставив ногу на капитанское кресло, и опёрся на командный пульт рукой. – Связаться с противником мы тоже не можем?

– Нет, Сэр! Нас им не узнать, на стапелях в космопорту были затёрты опознавательные буйки и…

– Я помню, навигация?

– До цели тридцать две секунды.

– Залп из основного излучателя, и сразу торпедами, – у губ полковника пролегла суровая складка.

По всем прикидкам, расклад выглядит отвратительно. С дочкой Императора на борту у него связаны руки. Да, ещё и своих истребителей нет, по настоянию принцессы всё осталось с крейсерами сопровождения, чтобы использовать пустые ангары для творчества и развлечений девушки с отсутствующими тормозами и ограничениями.

На стеновом боевом экране сине-фиолетовой линией вспыхнул луч главного носового фотонного излучателя. Голубыми точками светятся реактивные двигатели торпед. Лазерный удар улетел в молоко. Впрочем, как и торпеды. В истребителях противника, определённо, сидят асы. Умело маневрируя, «акулы» раз разом уходили от управляемых снарядов, попутно расстреливая их. Поле боя быстро наполняется синими всполохами выстрелов излучателей и бледно-жёлтыми взрывами подбитых торпед. Особенно сильно раздражал полковника истребитель со стилизованным изображением хищной рыбы с торчащей изо рта сигарой. Владельцем истребителя являлся пират, печально известный всему Корпусу Имперской Безопасности.

Наконец, один из вражеских кораблей расцвел ярко-оранжевым цветком взрыва, и исчез с мониторов радаров. Сэт стукнул кулаком по ладони. У него появилась надежда заставить истребители отступить и отследить, куда они отправятся за помощью, чтобы найти место, где висит чёртов вражеский крейсер. Иначе его не найти. Будь проклят тот день, когда профессор Лиам продал свои наработки по созданию «гиперглушилки» Тускану. Об этом грандиозном скандале, произошедшем лет тридцать назад, до сих пор, периодически вспоминают журналисты и мелкие чиновники, чьи подопечные иногда попадали в лапы пиратам.

– Накачка излучателя, – отрывисто приказал полковник, – торпеды 3-89 и 4-71, поджарьте сукиных сынов!

Не успел приказ исполниться, как сильный удар сотряс «Беспощадный», выбросив некоторых членов экипажа из кресел. Крепко вцепившись в терминал, полковник всмотрелся в экран, сузив глаза.

– Вирус отключил генераторы защитного поля, сэр, – коротко докладывает старший навигатор. – Попадание в открытый корпус по касательной. Повреждение внешней обшивки – двенадцать процентов.

М-да. Бессмысленно воевать с врагом, принимая раскаленную плазму выстрелов излучателей на металлический корпус корабля без щитов. Тем более, с драгоценной принцессой на борту. Определённо за попадание в засаду и провал боевой операции полковника и его команду ждёт разбирательство в трибунале.

– Превосходно! По нам плачут рудники Аргохаста, – проворчал капитан поверженного корабля.

– Что здесь происходит!? – за спиной Сэта, в сопровождении одного телохранителя появилась Элен.

На недовольном личике Высочества отпечатался край подушки. Волосы находятся в полном беспорядке, но здесь сложно поручиться, следы ли это от резко прерванного сна, или так задумано элитным стилистом.

– Ваше высочество, ввиду сложившейся на борту фрегата чрезвычайной ситуации, прошу Вас проследовать в свою каюту и там запереться. За дверьми будет выставлена охрана, – на этом полковник счёл свой верноподданнический долг выполненным и вернулся к выполнению прямой обязанности – попытке сопротивления и уничтожению противника.

– Что. Вы. Себе. Позволяете? – крикнула принцесса, и тут же сорвалась на истерический визг. – Да, как вы смеете?! Ваши проклятые сирены прервали мой сон! Да, Вы хоть понимаете, что папа Вас…

– Отведите принцессу в её покои, – с нажимом произнес полковник, посмотрев на телохранителя. Увидев его обречённый взгляд, Сэт усмехнулся и продолжил. – Что делать? Директива один ноль.

Телохранитель с выражением лица мученика подхватил тощее тельце на руки и уверенно развернулся к выходу из рубки управления. От шока принцесса даже не брыкалась, замерев в огромных лапищах уносящего её мужчины.

Выпустив из виду Элен, полковник сразу же забыл о её существовании. Перед ним стояла необычная задача. Пять, точнее уже четыре истребителя, скрытый крейсер и компьютерный вирус в системе. «Акулы» отошли в сторону и лениво огрызались, выжидая момент. Пираты явно не хотели повредить дорогостоящую добычу, а также потенциальный объект торга внутри корабля. К сожалению, эти вёрткие корабли тяжело достать. Тем более, если на них асы. А то, что атакующие пилоты асы, сомнений не было. Фрегат вновь встряхнуло, и в рубке погас свет.

– Что с излучателями? – рявкнул полковник, как только комната озарилась красными волнами света аварийных ламп.

– Вирус перекрыл поступление энергии из реактора, – отрапортовал старший навигатор. – В запасниках энергии ещё на четыре мощных выстрела.

– А торпедный отсек? – не задумываясь спросил Сэт.

– В полной боевой готовности! – вместо старшего навигатора ответил Прант.

Губы полковника неосознанно исказились в самодовольной усмешке. То-то же! А сколько было крику, когда он предоставил Совету Адмиралов свои предложения по улучшению чертежей фрегатов класса А. «Беспощадный» – первый и единственный, на данный момент, боевой корабль, переработанный по заказу Сэта. И за три года полковник ни разу об этом не пожалел.

– Погасить все огни, оставить только освещение пультов, – поджав губы, полковник просчитывал варианты. – Ждём! Торпедному отсеку приготовиться к атаке!

Сэт определённо вырезал в своей памяти зарубку, если выберется из этой передряги и не попадёт на Аргохаст, он обязательно найдёт в экипаж толкового программиста. Из нелегалов, обычных правительственных специалистов не обучали опасным кибер технологиям, а профессионалам не позволяли работать в поле, все они трудились во внутренних отделах безопасности Империи.

Такой катастрофический провал в активном боестолкновении возник не из-за виртуозного пилотирования истребителей или ошибок в командовании фрегатом. А от проникшего в нутро корабля вируса, что один за другим беспощадно отключил системы космолёта. Полковник только сомневался, что это – очередная тусканская поделка или полноценный правительственный заговор? Тем временем на поле боя события разворачивались не в пользу полковника.

Глава 2 Большие проблемы пирата Алекса

Словно маленькие хищные рыбины, преследующие раненого кита, Х-15 уверенно и активно окружали свою цель. Атака торпедами оказалась неожиданным сюрпризом, и не все «Акулы» успели уклониться от внезапного залпа. В тёмном и холодном пространстве космоса вспыхнул ещё один короткий фейерверк.

Ловкий тактический манёвр добавил к потерям атакующих один сгоревший истребитель, но в целом полковник понимал, что дело швах.

Воинственный космический фрегат «Беспощадный» словно умер. Его энергетическая сигнатура упала почти до нуля, и кажущаяся беззащитность судна заставила пиратов расслабиться. Оставшиеся в строю истребители пологими дугами приближались к кораблю, а из космического пространства тем временем вынырнул их крейсер для поддержки. Грузный и бочкообразный, он совсем не был похож на современные корабли с изящными и обтекаемыми формами.

Старая, уже списанная из имперского флота модель. Скорей всего, она не была направлена на утилизацию, вместо этого нечистый на руку чиновник, с возможной подачи государя, продал несколько посудин пиратам или контрабандистам, а то и вовсе небольшим соседним государствам. Весьма прибыльный бизнес. Сэт внимательно смотрел на приближающийся крейсер. Судя по выдвигающимся посадочным платформам с десантными катерами, пираты готовились к абордажу.

– Лейтенант Салт, подготовьте бойцов к абордажному бою, легко нас не взять. Мы покажем этому отребью, на что способны настоящие солдаты империи!

– Ла, господин полковник! – Лейтенант отдал честь и его изображение на экране командного планшета сменилось серой рябью помех.

–Да, что ж такое! – полковник подавил желание расстегнуть китель и ослабить воротничок рубашки.

Почему так жарко? Чувство удушья медленно охватывало грудь. С недостатком кислорода бороться становилось все тяжелее. Чёрт! Похоже долбанный вирус добрался до системы жизнеобеспечения. Успеет ли отряд Салта надеть воздушные маски? Полковник надеялся на то что опытный командир, а с лейтенантом Салтом они побывали не в одной передряге, успеет подготовиться к подобным сюрпризам.

– Накачка излучателя. Залп! Накачка! Залп! – этот яростный, но обречённый крик – последнее, что запомнил полковник Сэт. Процент кислорода в воздухе опустился до критически низкой отметки, и офицер рухнул на пол, краем сознания отмечая несколько ворвавшихся в рубку управления теней. Какой позор…

************

Моё высокое и худощавое тело с костистым лицом и серыми глазами гордо, но мрачно стояло в аромокапсуле, где мелкодисперсные пульверизаторы опрыскивали меня ароматным травяным составом. Захватывая воздух мелкими глотками через рот и с достоинством терпя это издевательство, я проклинал тот день, когда главой моего синдиката стал ригелианин.

Эти отвратительные антропоморфные существа выглядели так, словно их праматери смогли согрешить с крупными змеями. Гибкое, покрытое мелкой чешуёй тело, вытянутое вперед конусообразное лицо, хотя какое лица – морда! Широко расставленные узкие глаза со змеиным зрачком и главное неестественно чувствительное обоняние. Последнее как я понял считалось рудиментом, который никак не мог пропасть окончательно, заставляя своих владельцев испытывать постоянные мучения.

Едва ригелианин поднимался достаточно высоко по социальной лестнице, как перед входом в его личные комнаты и рабочие кабинеты появлялась аромокапсула. Тяжелый, влажный воздух, пропитанный благовониями, от которых почти сразу начинала кружится голова и появлялась острая мигрень, наконец, впитался в одежду, а может даже в кожу. Когда «ароматизация» закончилась, я, облегченно вздохнув, вышел из капсулы в кабинет шефа.

– Алекс, мой добрый друг! – ригелианин ощерил рот в улыбке, полной мелких острых зубов, – один из лучших моих людей… Ты что творишь, придурок?! – переход от улыбки к окрику был слишком резкий. Шеф громко рявкнул и вновь вернулся к спокойному, медоточивому тону, – как же тебе это в голову пришло, захватить принцессу Элен Содервик? Соскучился по Аргохасту? – змеиные глаза выразительно указали на кисти моих рук, где все еще остались шрамы от кандалов, – я это мог тебе и так обеспечить, без привлечения суда Империи… Отвечай!

– Произошла ошибка, Гиррери, – я спокойно поднял глаза на пребывающего в ярости ригелианина. Понимая безнадёжность положения, я всё же пытался найти выход из ситуации. – Вместе с тем, принцесса Элен достойный заложник, мы можем выручить за нее не один десяток тысяч кредитов.

– Ты помнишь, как был образован Тускан и почему, невзирая на мощь Алой Империи, мы все еще существуем? Давай, пошевели мозгами, мой мальчик. – Не поддержал мою попытку ригелианин.

Я поиграл желваками. Мне это было прекрасно известно и без напоминания змееглазого. Жёлтая звезда, получившая имя Тускан, имеет пять планет, и лишь одна из них пригодна для жизни. Именно её триста лет назад, по случайному стечению обстоятельств, обнаружил и выбрал для основания своей базы Морг Тускан, легенда всего пиратского сообщества.

Постепенно прямым принуждением или хитрыми манипуляциями Морг подмял под себя всех свободных искателей легкой добычи, создав на планете крупнейшую в Империи пиратскую базу. А после его смерти на Тускане образовалось шесть кланов, по числу его адмиралов, как Морг в насмешку над слабой в те времена Империей, называл своих приближенных помощников.

Благодаря своей удалённости от крупных, густонаселенных звёздных систем, планета не была обнаружена никем, кроме Морга, потерпевшего на ней крушение. И в дальнейшем пиратам удавалось держать в секрете свое убежище почти полвека. К моменту, когда многочисленные шпионы смогли обнаружить координаты Тускана, Морг был уже мертв, но система защиты вокруг маленькой голубой планеты была чуть ли не плотнее, чем над столицей Империи. Не один раз враги Империи пытались захватить Тускан, чтобы открыть еще одну линию фронта, но им ни разу это не удалось.

Несколько раз на помощь пиратам приходили даже имперские крейсера со стертыми опознавательными буйками. Непокорный Тускан стоял своеобразной стражей на одной из границ Империи, защищая несколько десятков аграрных планет государства от иностранного вторжения. Шесть кланов, по негласному договору с Империей, охотились в основном на границах, пощипывая Содружество ЕЭН и Коалицию Свободных Гуманоидов, деля между собой награбленное и отстегивая небольшой процент в имперскую казну.

Так как эти славные соседи Алой Империи, периодически заваливали нотами протеста на бесчинства пиратов, императорское министерство иностранных дел, где-то раз в полтора-два года Империя предпринимала вялые попытки выжечь рассадник зла, что неизменно приветствовалось Единой Церковью и другими «праведными» религиозными организациями, а также имело активную поддержку в СМИ.

Впрочем, до самого Тускана крейсера не доходили ни разу, но зато все общественные телевизионные программы вещали о том, как в очередной раз бравые вояки Алой Империи устроили «веселую» жизнь «кровожадным» пиратам. Главы кланов скрипели зубами, но молчали, понимая, что против массированной атаки флота им не выстоять. Императору было недосуг, да и невыгодно возиться с Тусканом, но появись стоящая причина, он поведет флот и займет удобную для обороны границ звездную систему. И даже старые традиции пиратов не помогут им выжить.

– Я вижу проблески разума в твоих глазах, – шипяще рассмеялся Гиррери. – Принцесса, единственная наследница Алой Империи, как ты думаешь, Алекс, это стоящая причина, чтобы залить Тускан ракетами с антиматерией?

– В случае атаки принцесса может и не выжить, – вздрогнув, возразил я, понимая, к чему идёт дело, – мы сможем договориться.

– Если ты так умен, почему же ты не в этом кресле? – шеф, выражая удивление, поднял надбровные наросты. – Угрожая выслать девицу по кускам, мы лишь разозлим Императора, держать ее здесь всю жизнь – не выход, а едва Элен Содервик окажется у папочки под крылом – нам наступит конец. И за все это мы должны благодарить тебя, Алекс. Впечатляющий результат, ты потерял два истребителя, шестерых великолепных бойцов. А в качестве добычи приволок принцессу, которая может полностью уничтожить Тускан. Тебе впору медаль давать.

Я только сильнее выпрямил взмокшую спину. Технически, я все сделал правильно, и не моя вина, что венценосная вертихвостка собралась на Эпсилон-3, минуя обычную, человеческую очередь. Моей целью была круизная яхта, целью Хааса, навигатора команды, – опробовать новую разработку гениальной Лики, лучшего хакера среди пиратов. Единственная, кто была против – Мила, стрелок нашего истребителя, и то, потому что во время захвата яхты ей бы не удалось вдоволь пострелять. А вот вылилось это все в ворох проблем, которые разгребать мне одному, хотя нет, моей личной команде также придётся вписаться.

– Совет Шести постановил выполнить требования Императора в полном объеме, – ригелианин влажно причмокнул и провёл тонкими, странно вывернутыми пальцами по надлобному гребню, заменяющему ригелианам волосы.

– Требования? – На моё набежало удивление.

– Да, на том фрегате служат умные люди, и твой вирус не слишком-то тебе помог, рапорт лег на стол Главы Имперской Безопасности еще до того, как ты вошел в доки Тускана. Если бы ты только слышал, что творилось на совете, – змеиные глаза с холодной яростью смотрели на меня, – процент нашего клана от общих сделок уменьшен в шесть раз на шесть лет.

– Мне жаль, но на нем не было опознавательных буйков, – я ещё раз предпринял заранее безуспешную попытку оправдаться. – Мы не предполагали наличия принцессы или кого-то особо родовитого. Вы же знаете, что мы не любим иметь дело с аристократами, от которых много проблем, а их финансовое состояние хуже, чем у пиратов.

– А мастерство, с которым сопротивлялась команда? Ты еще ни разу не терял бойцов, – шеф сплёл перед собой угловатые пальцы, – тебя не смутило то, как грамотно и яростно сражается твой «богатей»? Или адреналин в мозг ударил, и ты решил доказать у кого яйца крепче? Да что там яйца, ты не узнал боевой фрегат?!

– В чем смысл требований Императора? – грубо прервал я шефа.

Выслушивание домыслов руководителя, пусть и справедливых в большинстве своем, вызывало чувство тошноты. Да, черт возьми, я понимал, что атакую фрегат, но ведь не было буйков, мало ли кто перекупил корабль?! Если бы удалось привести на Тускан полноценный фрегат, меня бы на руках носили! Ригелианин ощерил свои зубы и вновь отвратительно влажно причмокнул.

– О, знаешь, мой дорогой Алекс, я столько всего для тебя готовил…Но Его Императорское Величество пожелал, чтобы именно ты и твоя команда сопровождали принцессу Элен на Вегу. – ехидно объявил он.

– Должен заметить, шеф, голубой загар мне не к лицу, – хрипло отозвался я в ответ.

– Кто знает? Император очень сердит, твои действия нанесли болезненный удар по его самодержавному самолюбию, – ригелианин явно получал удовольствие от диалога.

– И на чем я ее потащу? В истребителе всего три места, – обаятельно улыбнулся. Но от ответного оскала ригелианина мои волосы встали дыбом.

– Возьмешь фрегат, он сейчас на орбите болтается, команду закроешь в каютах, принцессе же должно быть оказано уважение и почитание, соответствующее ее высокому статусу, – последнюю фразу ригелианин демонстративно зачитывал с интер-комма,– все в твоих руках.

– А дальше? – мне всё ещё не хотелось принимать реальность.

– Дальше… – очередная ухмылка, – дальше надейся на милость императора.

– Милость? Лечь под дезинтегратор это милость? Похищение аристократки, даже не принцессы, это уже высшая мера, – криво усмехнулся я.

Как всегда, я не питал особых надежд на помощь коллег и партнёров, шутка о пиратской корпоративной этике давно стала одной из самых популярных на Тускане. Шестеро кланов объединялись лишь перед лицом всеобщей опасности, в другое же время пиратское общество напоминает клубок шипящих змей, извивающийся в бесконечной борьбе.

– Не пытайся быть глупее, чем ты есть, – ригелианин изящно поднёс к носу небольшую полимерную коробочку с концентрированными благовониями и сделал глубокий вдох. – Оставишь на «Беспощадном» свой истребитель, запаса топлива на нем как раз хватит, чтобы добраться от Веги до Тускана. Остальное будет зависеть от мастерства твоего навигатора, по бабам он знатный ходок, а что уж там у него с профессиональными качествами мне не интересно, – змеиные глаза подернулись наркотической дымкой, и я в очередной раз испытал стойкое желание пристрелить гнусную тварь, напротив.

– Вести корабль вам поможет дежурная смена, ну, и конечно принцесса все проконтролирует, – шеф мерзко хохотнул, – она ещё та штучка. Удивительное самообладание у полковника Сэта, он терпел ее до пленения и после, я не отказал себе в удовольствии поселить их в одной уютной камере.

Я оценивающе присмотрелся к уплывающему в свои ароматные дали шефу и слишком явно позволил себе пофантазировать, как мозги ящерицы усеивают стены позади него. Словно прочитав в мыслях мои намерения вперёд выступили арктурианцы. Внешне они были похожи на ригелиан, такие же страшные и чешуйчатые, только раз в пять крупнее. Лучшие бойцы и телохранители, молчаливые, преданные, умелые. Не чета хитрым и ленивым ригелианам. Стоили эти брутальные ящеры очень дорого, как не худший истребитель, но и оправдывали свою цену сполна.

– На этом наш разговор окончен, – ригелианин взмахнул четырехпалой ладонью, и я поспешил убраться из пропахшего тяжелыми запахами кабинета, даже не попрощавшись. За пределами аромокапсулы я немного постоял на месте, прогоняя мутную одурь и размышляя, как выпутываться из, скажем прямо, безвыходной ситуации. Что ж, сначала стоит найти свою команду.

Спешно покинув шефа, я с чувством глубокой досады спустился на лифте на первый этаж и направился к выходу. Просчитывать варианты в такой ситуации не особо сложно. Учитывая кровожадность Императора и злопамятность принцессы, шансы выжить минимальные. Сбежать с Тускана или слинять на полпути к Веге также вряд ли получится. Гиррера проследит за этим. Он явно дал понять, что не упустит возможности разобраться со мной самостоятельно, если она ему представится.

Возможность для побега будет только во время небольшого окна, когда сопровождающие пираты отступят, чтобы не встречаться с имперским флотом, а последние ещё не примут посылку. Поэтому я взял себя в руки и, выйдя на улицу, повернул к ближайшей транспортной кабине, – небольшому яйцеобразному домику, изначально выкрашенному в серебряный цвет, но сейчас покрытому многочисленными граффити. Войдя в неё, я недолго думая закрыл стеклянную дверь и набрал нужный код на панели управления. Через секунду я уже стоял в шумном баре, сразу оглохнув от ревущей музыки.

Бар назывался весьма ожидаемо – «Сумасшедший пират», и представлял собой одно из самых популярных заведений в Крааме, одном из четырех городов Тускана. Между этими городами, разбросанными по единственному материку, со всех сторон окруженному океаном, располагалось царство нетронутой природы. Пиратам чужда добыча ресурсов и промышленность. Добывающие компании открещивались от этого места, а нанимать и селить обычных мирных рудокопов в самой криминогенной точке галактики? Лишь немногие заядлые охотники из пиратов, навещали эти места, превратившиеся в результате спокойной жизни на протяжении столетий в настоящий заповедник, с весьма опасными хищниками…

Глава 3 Сбор команды

Сам бар имел довольно скромный вид. Длинная темно-коричневая деревянная полированная стойка, представляла собой три полукруглые дуги с проходами к танцполу в центре бара, а вокруг нее разбросанные по просторному залу шестигранные стеклянные столики. Пол под зоной столиков немного выше основного уровня, чтобы всем было видно танцевальную площадку. Барменов, стоявших спиной к танцполу, от пляшущих людей разделяла прозрачная стена из ударопрочного кварцевого полимера. Полсотни гуманоидов и совсем не похожих на людей существ, с щупальцами или клешнями, или вообще без конечностей дергались в центре под кислотную музыку, которая была на порядок громче и ритмичнее, чем в основной зоне.

Популярным бар стал из-за того, что в нем не продавалось дешевое синтетическое пойло. Только натуральный продукт, приготовленный на местных винодельнях и пивоварнях по старинным технологиям. Никакой химии! Правда, цены на него были за пределами логики. Но, несмотря на это, «Сумасшедший пират» никогда не испытывал недостатка ни в пиратах, ни в сумасшедших!

Надо сказать, что основную ударную силу любого клана составляли истребители. А экипаж их состоял из трех человек: пилота-командира, навигатора и стрелка. В каждом клане было несколько сотен подобных троек, которые в свою очередь подчинялись звеньевому. А, те уже непосредственно шефу клана. Также у кланов были боевые единицы армейского типа на крейсерах, в резиденциях и в ключевых точках под управлением клана. Их могли быть тысячи.

Но, помимо этого было много свободных охотников, беглых преступников и прочего всевозможного сброда, который не входил в кланы и занимался грабежом, продавая награбленное здесь же на Тускане, отстегивая немалый процент курирующему долю черного рынка клану. Низкие цены и свобода торговли привлекали на планету множество особо смелых купцов из всех уголков галактики, а также туристов, желающих повеселиться в более свободной атмосфере или насладиться веществами или удовольствиями, запретными на обычных курортах.

Я посмотрел на интеркомм, включил функцию поиска маячков и принялся искать членов своего экипажа. Своего навигатора я нашел у одной из стоек. Хаас, был смазливым высоким блондином, старше двадцати, но младше тридцати. Шевелюра его была очень пышной, ведь она не знала ни расчески, ни, тем более, ножниц парикмахера. Но она не казалась неопрятной, вместо этого его причёска намекала на дикий и необузданный нрав. Одет он был в просторную гавайскую рубашку зелёных оттенков, которая обнажала мускулистые руки, и скрывала кобуру с бластером. На ногах бриджи роскошного тёмно-серого цвета и тёмно-зелёные сандалии.

Язык у него был подвешен, что надо, да и манерами бог его не обидел, поэтому все местные женщины или залётные туристки обычно были от него без ума. После трех лет совместного пиратства, у меня сложилось такое впечатление, что ни одна из них не может устоять перед обаянием моего навигатора. Правда, надо признать, что эта самая «невинная» принцесса Элен, из-за которой мне завтра предстоит опасное путешествие с непредсказуемым финалом, не попалась на удочку Хааса. Чем страшно огорчила не привыкшего к поражениям парня. Теперь, судя по всему, он заливал свою печаль крепким алкоголем.

– Привет! – взгромоздился я на стул рядом с ним.

– Прив. – буркнул тот, поворачиваясь и разглядывая меня изрядно осоловелыми глазами.

– Напиваешься? – не отставал я.

– Ага! – односложно ответил навигатор.

Обычно разговорчивый, сейчас Хаас явно был не в настроении. Ничего мы сейчас испортим его окончательно. И я поведал свой разговор с шефом.

– Он что, идиот? – поинтересовался Хаас.

– Ты хочешь с ним поспорить? – спросил я

– Да, нет, – он сразу сник, – послушай, но ты же понимаешь, что скорей всего нас схватят. А, потом разложат на молекулы, показав по казнь галактическому телевидению. Я, конечно, мечтал стать звездой телевидения, но это не тот случай…

– Может и так, – согласился я, если мой навигатор не утратил чувства юмора, значит, не все потеряно. – Так или иначе, но оставаться на Тускане куда более опасно. У шефа руки длинные и скользкие! Тем более это решение Совета Шести.

– Наверно ты прав, – обреченно вздохнул Хаас.

– Милу видел? – я перевел разговор в деловое русло. Наш стрелок была также любвеобильна, как и навигатор. И также, как и красавчик-блондин, девушка нисколько не стеснялась проявлять активность во времяпровождении. Сидеть за отдельным столиком и ожидать пока кто-то из тусканцев рискнет подойти, не по ней. Девчонка всегда сама выбирает себе «жертв», и редко кому удается заинтересовать ее дольше нескольких дней. Я невольно задумался, затем кивнул своим мыслям, на моей памяти самые длительные отношения стрелка были две недели, и это притом, что почти десять дней они были на охоте в глубоком космосе.

По документам ей было двадцать лет. Хотя, я предполагал, что на самом деле ей лет семнадцать, кроме очень юного внешнего вида, доказательств у меня не было. Сама она объясняет это поздним развитием или чем-то в этом роде. Несмотря на свой молодой возраст и нежный вид, она лихо управлялась с самым разнообразным оружием. Наверное, действительно развитие пошло в другом направлении, вместо роста костей и груди в меткость, например. И изначально её полушария должны были быть очень внушительными, учитывая её навыки стрельбы. Черт, странные мысли мне в голову лезут?

– Да, вон она, – ответил мне собеседник, – на площадке.

Приглядевшись, я увидел своего стрелка, прыгавшую под ревущую музыку, в неприлично короткой юбке и узком обтягивающем топе без лифчика. Раскрасневшееся миловидное личико, длинные светлые волосы собранные сзади в высокий пучок. Ни дать, не взять, девчонка-подросток! Где тогда она прячет оружие? Это одна из самых оригинальных идей, которые я когда-либо видел. Толстые белые гетры, начинающиеся от щиколоток и заканчивающиеся чуть выше колена, на самом деле не из ткани, а из маскирующего нановолокна, за которым скрывается различное оборудование. Колено и переднюю часть голени защищают бронещитки, на внутренней части голени зачехлены длинные и узкие кортики, на внешней стороне – складные бластеры, а сзади навесное оборудование, которое может усилить один из бластеров и превратить его в снайперскую винтовку. Широкий напульсник на левой руке и интеркомм на правой также имеют скрытое оборудование. Почему же нет ничего на корпусе? Кхм… Со слов Милы, слишком долго снимать, мешает получать удовольствие.

Ни я, ни навигатор не переживали за девушку. Беззащитной она казалась только на первый взгляд. Один раз, я стал свидетелем, как незадачливый пират габаритами в три раза больше миниатюрной Милы, внезапно воспылавший к ней похотью, получил жестокий отпор. Сильный удар в пах армированным коленом, сразу выбил из того боевой дух. Но сдаться заставил не этот удар, а прижавшая его к стене нога, сбоку от которой выдвинулось дуло бластера и вжалось в грудь оцепеневшего мужика. Это, впрочем, не помешало им тем же вечером повеселиться по обоюдному согласию.. Однако, пират исчез с радаров через несколько дней, не выдержав темпераментного напора любвеобильного стрелка. Мила потом сетовала, что он обманул её ожидания, казавшийся изначально агрессивным злодеем, в реальности ничем не отличался от загнанного зайца.

В общем, экипаж у меня подобрался, что надо!

Хвост Милы мелькал в центре танцпола. Не слишком вежливо расталкивая на своем пути танцующий люд, я уверенно подошел к своему стрелку и, бесцеремонно закинув девушку на плечо. Щупальца и голова её кавалера – совсем еще молоденького кальмана, побагровели от гнева. Но натолкнувшись на мой многообещающий взгляд, он сразу понял, что ему сегодня ничего не обломится. Резко побледневшая кожа по всему ярко выразила его позицию.

– Але-е-екс, ну ты чего? Мы же пра-зд-ну-ем, – по слогам произнесла набравшаяся девушка и щелкнула меня по кончику носа, когда мы остановились у отдельного столика. Точнее, попыталась щелкнуть, промахнулась, уткнулась лицом в моё плечо и захихикала. Грань между легким опьянением и алкогольным отравлением у стрелка была почти неразличима, потому мне часто приходилось приводить сумасшедшую девчонку в чувство.

– Отрезвин закажи, – коротко приказал я Хаасу и перехватил тонкие запястья развеселившись Милы. – И себе.

В центре стола появилось отверстие, два тонких, металлических щупа поставили поднос с заказом и створки сомкнулись.

– Нововведение? – я вопросительно посмотрел на Хааса, пытающегося напоить Милу дымящимся отрезвином. Девушка активно сопротивлялась.

– Да, после ухода Берты в декрет старик поклялся найти способ сэкономить на официантках и вот… Милка, для стрелка ты слишком много пьешь! – Извернувшись, Хаас зажал девчонке нос и опрокинул жидкость ей в рот. Прижав ей к губам ладонь, чтоб не выплюнула, свободной рукой выпил свою дозу.

– Рассаживайтесь, – я потеребил губу и, усмехнувшись, набрал на панели новый заказ, – Просто еще раз хочу посмотреть на это чудо, – объяснил я удивленному навигатору.

На Милу отрезвин подействовал только через три минуты, намекая непомерное количество алкоголя в её крови. Сосредоточенная и серьезная в деле девушка становилась неуправляема, едва оказывалась вне истребителя.

– Не умеешь ты развлекаться, – буркнула протрезвевшая девушка. Хаас понимающе ухмыльнулся, после отрезвина моментально наступало похмелье.

– Мы все развлеклись не слабо, – я с нескрываемым удовольствием пронаблюдал за явлением чайника и трех чашек и перевел взгляд на свою команду. И начал персонально объяснять происходящее Миле. – Захваченный нами фрегат, носит имя «Беспощадный», название знакомое?

– Это что? Тот офицер, оказался полковником Сэтом? – покачала головой Мила, – вот мы дали жару то. А хорошую прогу Лика замутила, не зря мы девчонку под свое крыло взяли. Это если военному кораблю мозг проело…

– Всё это хорошо, но ты не договорил, – добавил Хаас, внимательно глядя на меня. – Расскажи о проблемах.

– Нас ждут большие проблемы, – кивнул я, – несговорчивая аристократка, которую Хаас хотел подцепить на борту фрегата, – принцесса Элен Содервик, Её Высочество следовала на курорт.

– Вот, не напоминай… – Хаас длинно выругался, – Кто же знал, что лучезарная принцесса в реальности выглядит совсем не так, как по голо-ТВ?

– А в чём проблема? – осведомилась Мила, – ну захватили. Ну, выплатит выкуп.

Мы с Хаасом переглянулись.

– Ты не понимаешь? – Спросил он девушку, – Тускан существует только от того что Император не трогает нас, а мы его…. А сейчас затронута семья императора. Ты вообще хоть что-то о нём читала, смотрела? Именно этот венценосный добряк вернул массовые демонстрационные казни.

– А на кой фиг, он мне сдался? – хмыкнула та, – но понимаю…

– В любом случае, наш драгоценный пахучий Ящер, чтоб ему всю жизнь жить на легальные доходы, решил полностью удовлетворить пожелание императора, – я выдержал драматическую паузу, – Кайл Третий желает, чтобы именно мы доставили пленников назад, к Веге. С извинениями. Будет вернее сказать, что мы и есть те самые «извинения», которые приносит Совет Шести.

– Но это полбеды, – я принюхался к ароматному пару и сделал небольшой глоток. – Из-за того что мы подвергли Тускан опасности, навлекая гнев Императора на всю пиратскую пристань, наш клан сдал позиции, доля общей прибыли будет теперь в шесть раз меньше, соответственно уменьшается доля простых пиратов.

– Если нас не прикончит Император, нас разорвут свои. – Мила передернула плечами и опасливо покосилась на отдыхающих в баре разбойников.

– Да, эти нас так просто не отпустят, – согласился Хаас, – вопрос в том, как нам выкрутиться. Понятно, что у Веги будет ждать имперский флот, который не преминет воспользоваться возможностью отомстить похитителям дочери Императора.

– Тогда давайте всё бросим, и смоемся! – предложила Мила, – жизнь всё же дороже! – Скроемся где-нибудь на окраине галактики. Переждём!

– Бесполезно, – покачал головой я, – тогда нас уже будут искать не только Император, но и все пиратские кланы. Предательство не прощается!

– Так что же делать? – посмотрела на меня с надеждой маленькая бестия.

– Выход один, успеть вовремя смыться. Когда имперский флот будет принимать пленников, появиться небольшое окно возможности, в которое мы обязаны проскочить – медленно произнёс я. – Все-таки, у нас будет наш истребитель, который ни разу не подводил. И может быть, мы сможем уйти от преследователей…

Мила недоверчиво хмыкнула. Хаас покачал головой. Что ж, и я сам мало верил в эти слова. А, что прикажете ещё делать в такой ситуации?

Ладно, – произнес я, – отправляйтесь готовиться к полету! Будем надеяться на нашу счастливую судьбу. Думаю, о нашем эпическом провале будет объявлено на следующем сходняке, нам к этому моменту лучше всего быть на полпути к Веге, – я допил чай и ехидно ухмыльнулся, – приятного вечера! Пойду, закажу себе апельсиновую водку.

– Зараза! Знает ведь что нам уже не выпить, – буркнула Мила, и поднялась, хлопнув по плечу навигатора, – пойду, перетрясу истребитель, забью наши закрома по максимуму. Даже если мы вырвемся из когтей КИБ, на Тускане мы окажемся совсем не скоро.

****

Невысокий, полный мужчина в форме военно-космических сил Империи, стоял у обзорного иллюминатора, заложив руки за спину. За стеклом виднелась звездная система, где будет происходить передача заложников, названная в честь местного светила – Вега. Огромный, голубой с зеленым шар, мерно испускающий протуберанцы звёздных бурь – величественная и умиротворяюще красивая картина.

Лицо мужчины было красным от гнева, а усы топорщились, когда он отчитывал сидящих перед ним людей так, что изо рта брызгала слюна:

– Вы все! Вы! Ты, ты и ты! Стадо ничтожных, безмозглых баранов! Что это?! Вы бы еще ковровую дорожку расстелили! – повернувшись, мужчина постучал пальцем по стеклу, продемонстрировав экспертам возмутившую его брешь в оцеплении космического пространства Веги.

– А-адмирал Хённ, п-позвольте вам в-возразить,– чуть заикаясь, произнес молодой человек в белом халате, и положил пластиковую папку на высокую кафедру рядом с взбешенным мужчиной.

Адмирал заинтересованно открыл ее одним движением, пробежал глазами по тексту и разъярился еще больше:

– Вы нормальным, человеческим языком выражаться можете?! Я похож вас – яйцеголовых?! Ты, объясни нормально, – обливаясь потом, Хённ взял с кафедры стакан воды, отошёл от неё и рухнул на стул, одним глотком опустошив сосуд. Его карьера висела на волоске, ведь это именно он, не желая контактировать с принцессой, подсунул в ей эскорт старину Сэта.

– Если говорить просто, то во время SIA-ветра, по терминология ригелиан, возникает эло-космическая вибрация, X-частицы образуют…

– Ты издеваешься?

– Р-распылит, – пискнула тоненькая девчушка откуда-то из середины беспорядочной толпы, в которую превратился цвет экспертного отдела после экспрессивной речи адмирала. – Если они сунутся туда, их распылит на атомы. Феномен Ф-фырса, ригелианского ученого, астрофизика.

– Хэйла, профессор Карл Голль предполагает, что это может пространственная аномалия, переносящая в неисследованную часть Вселенной или в другую плоскость пространства… – возразил из толпы мужской голос.

– Пить ему меньше надо, – раздался еще один голос в толпе.

– Ти-хо! Я все понял, можете быть свободны, – ученые и эксперты молча разошлись, никто из них не осмелился сказать адмиралу, что эта аудитория принадлежит им.

Глава 4 Встреча у Веги

На стеновом экране ослепительно сверкала Вега. Место, где намечалась встреча с имперцами, находилось в стороне от межзвездных трасс. У Веги не было планет, на которых могла зародиться жизнь. Все её четыре планеты были непригодны для колонизации. Слишком много тепла давала голубая звезда. За миллионы лет лучи её убийственной радиации превратили планеты в раскаленные пустыни.

Хаас, Мила и я, стояли у пульта управления, за которым сидело четыре имперских сержанта, управлявших фрегатом, и смотрели на встречавший нас флот. Наши прогнозы оправдались. Встречало нас четыре тяжелых крейсера, два эсминца и флагман имперского флота, носивший весьма символичное имя – «Смерть», а также целая туча истребителей. Этих кораблей вполне хватило бы, чтобы легко уничтожить пять таких фрегатов как «Беспощадный».

– Ну, все! Теперь папа вам покажет! – раздался радостный вопль принцессы сидевшей рядом с сержантами.

Весь полет она вела себя тихо. Несмотря на предупреждение шефа, я уже знакомый с характером этой красотки, поговорил с ней по душам, в результате чего она оставалось смирной, вплоть до появления на экранах имперского флота. Теперь, почувствовав близость освобождения, она вновь вспомнила свою родословную.

– Вас всех на молекулы разложат! Вы будете у меня в ногах валяться…вы…ой! Что ты делаешь? Аааа!

Две хлесткие пощечины Милы, прекратили поток угроз, изливаемый связанной по рукам и ногам Элен, и она замолчала, потирая плечами сразу покрасневшие щеки и исподлобья смотря на нас.

– С нами пытаются связаться, сэр, – произнес один из сержантов.

Эти олухи записали меня в командиры корабля, и обращались ко мне только «сэр». Сначала это раздражало, но потом даже стало забавным.

– Включи громкую связь! – приказал я.

В рубку сразу ворвался искаженный динамиком хриплый голос. Нет, это – не по причине отсталых технологий, это – странный фетиш имперского адмиралтейства. Коммерческие мобильные голографические проигрыватели выдают нормальный звук, в любой части Галактики и на любом канале голо-ТВ, а вот основные динамики боевых кораблей повсеместно искажают звуки и голоса.

– «Беспощадному», «Беспощадному», прекратите движение и подготовьте шлюзовые камеры. Мы высылаем к вам транспортный корабль!

– Ну, все, – произнёс я, – обращаясь к своим друзьям, – мы доставили их, выполнили требования Императора, пора позаботиться и о себе, рвём когти!

С этими словами я выстрелил шоковыми зарядами в хлопающих удивлёнными глазами сержантов, бросил изогнутый кинжал под ноги обомлевшей Элен и выскочил из рубки, несясь к лифту. За мной последовали Хаас и Мила. Лишь мы влетели в лифт, за его закрывающими дверьми раздался негодующий визг принцессы. Ей наверно не терпелось понаблюдать за нашими мучениями. Если она сможет обойти закон Империи, по которому трон передавался только по мужской линии, и когда-нибудь станет королевой, то мне даже страшно подумать, что эта девица сможет натворить в Галактике.

Тем временем двери лифта разъехались в стороны, и мы оказались в огромном шлюзовом отсеке. Среди пустых стапелей, одиноко стоял наш истребитель. Мы буквально запрыгнули в него, пальцы Хааса забегали по клавишам, маленький корабль ожил.

– Системы готовы к старту, – пробасил голос ИИ нового бортового компьютера, одного из моих последних приобретений.

Конечно, он стоил бешеных денег, но мог справиться с системами управления кораблём в любой ситуации, имея кучу всевозможных блокировок, установок автономного питания и самый современный брандмауэр от Лики. Чёрт, Лика! Технически, она также участвовала в операции захвата и внесла ощутимый вклад. Но хакерша не доверяет никому, так просто её не обнаружить.

– Давай, Комп, жми! Задача уйти от преследователей и выйти на траекторию для гиперпрыжка. – Прокричал я, параллельно отправляя короткое зашифрованное послание на одноразовый сетевой адрес.

Каждый корабельный компьютер имел свое имя. Я не стал мучиться при его выборе для своего компьютера, просто сократил само слово.

Веерообразно открылись толстые металлические створки, открывая длинный коридор, который через систему шлюзовых перекрытий и энергетических щитов вёл в открытый космос. Взвыли двигатели, и наш истребитель медленно поплыл к коридору. Войдя в него, он начал набирать скорость, и вскоре ведомый автоматическими навигационными системами корабля, оказался в космосе. Я заложил крутой вираж, скорректированный расчётами ИИ, и истребитель помчался прочь от «Беспощадного», находясь в слепой зоне радиолокационных радаров имперских кораблей. Свето-дисперсионный и гравитационный улавливатели были способны засечь объекты сквозь препятствия, но работали они гораздо медленнее. У нас было не менее четверти минуты до обнаружения.

В отличие от зрения противника, его собственные передвижения были для нас, как на ладони. Вирус всё ещё находился в компьютерном оборудовании корабля, и он постоянно отправлял на наш бортовой компьютер изрядную долю данных. Почти одновременно с нашим появлением, от имперских кораблей, к нам устремилось по меньшей мере пятнадцать таких же истребителей, как у нас, только более поздней модификации.

Скорость у них была больше нашей, и я взмолился всем известным мне богам, чтобы мы успели добраться до точки гиперпрыжка. Но виртуальный бог бортового компьютера вынес своё решение раньше, и выводы его были совершенно не утешительными. Определённо не успеем. Придётся прорываться с боем.

С блеском бледно-голубых огней ожила спаренная рельсовая пушка, смонтированная в нижней части кормы истребителя. В современную эпоху мало кто пользуется таким оружием. Скорость кораблей значительно возросла, что наложило определённые требования на вычислительные возможности системы наведения, кроме того, стрелок обязан был быть Мастером. Именно с большой буквы Мастером. Благодаря Лике, бортовые системы нашего маленького истребителя были не намного хуже, чем у стандартного крейсера, а боевая интуиция Милы позволяла ей стрелять чуть ли не с закрытыми глазами.

Рабочее место Милы было в два раза шире чем у нас с Хаасом. Сидела сейчас она к нам спиной, лицом к врагам, чтобы лучше чувствовать направление стрельбы. На трёх экранах прицеливания векторами и кругами разного размера обозначались гравитационные поля звезды, планет и космических кораблей, а также направление и скорость фотонного ветра. Полдюжины крестиков наведения на цель, по две штуки на каждый экран обозначали точность наведения по трём плоскостям. Мистическим образом мозг Милы выбрал нужное время и направление выстрела, девушка дважды нажала на гашетку. Я дважды почувствовал несколько слабых толчков через джойстик рулевого управления – заряды ушли.

Высокоскоростные крупнокалиберные кинетические пули вылетев из пушки прошли по касательной и едва ли не чиркнули корпус «Беспощадного», пролетая возле него. Ухваченные его гравитационным полем, они слегка изменили направление, по пологой дуге направившись к вражеским истребителям. Манёвр технически невозможный для фотонных излучателей. Разрушающие свойства крайне дорогих сверхтяжёлых пуль из твёрдосплавных металлов, с сердечником, добываемым из ядер нейтронных звёзд, достигается за счёт чистой кинетической энергии, поэтому сами по себе они не имеют энергетической сигнатуры, как торпеды, ракеты или мины. Системы предупреждения истребителей противников обнаружили их, когда было уже поздно. Кусочки высокоплотной материи практически не задержались энергетическими щитами и насквозь прошили тонкие корпуса маленьких космолётов. Один из них сразу взорвался световой вспышкой, а второй резко сбавил скорость и ушёл в крен.

Тринадцать оставшихся в строю машин бросились в рассыпную, и как раз в этот момент гравитационные радары флота имперцев засекли корабль, отделившийся от фрегата. От фотонных излучателей нас, по-прежнему, защищала мощная фигура «Беспощадного». Несколько десятков самонаводящихся торпед стартовали с кораблей вслед за беглецами. Истребителям пришлось резко изменить направление, чтобы получить возможность прицельной стрельбы, что подарило нашей старенькой Акуле ещё дюжину секунд форы.

Мозги ракет были слишком слабыми, чтобы обнаруживать мелкие объекты и уклоняться от них. Мила перезарядила рельсовую пушку дешёвыми снарядами и погрузилась в сражение. Торпеды были защищены от лазерных лучей портативными энергощитами с небольшим зарядом. Только после нескольких попаданий, можно было уничтожить торпеду. А вот пули выводили торпеды из строя с первого попадания. Но ты попади еще… В имперском флоте почти не было извращенцев, которые бы пытались отстреливать торпеды из рельсовой пушки. А наша Мила словно кайфовала от такой запредельной сложности. За нами образовалась целая дорожка из ярких жёлтых шаров, что не особо способствовало точности прицеливания имперских истребителей.

К моменту, когда вражеские космолёты вынырнули из-за Беспощадного, Мила расстреляла добрую половину торпед. Не дожидаясь предупреждения системы, я начал манёвр уклонения. Акула прокрутилась вокруг оси, уходя в сторону, несколько голубых фотонных плесков блеснуло где-то справа. Мила натянула на голову шлем с окулярами дополненной реальности, её кресло чуть приподнялось, обнажая шарнирную систему, а из потолка выдвинулись два экрана наведения с перчатками-джойстиками управления. Экраны были сцеплены на одну платформу с джойстиками, и вся конструкция передвигалась на полукруглых рельсах. Каждая из систем была независима от другой и отвечала за два разных набора вооружения, на левой и правой половине истребителя, соответственно. На моей памяти, Мила – единственный стрелок, управляющий системами наведения с двух рук.

Голова её то беспорядочно болталась из стороны в сторону, то останавливалась в одном положении, и только вытянутые руки, непрестанно двигающиеся в разных направления, да жмущие курок пальцы показывали то, что она всё ещё в деле, а не задумалась над чем-то. Интенсивность стрельбы каждой из систем была в два раза выше, чем у обычного стрелка, а вместе, Мила стреляла за четверых. И редко промахивалась.

Хаас, слева от меня, бешено клацал на клавиатуре, высчитывая вместе с бортовым компьютером выгодные точки прорыва и уклонения. Результаты его вычислений в режиме реального времени разноцветными узорами попадали на мой боевой терминал. К этому моменту мы все замолчали, слова передавали информацию слишком медленно для нашей ситуации. Но именно в такие моменты мы достигали чего-то подобного коллективному сознанию, чувствуя и предсказывая мысли друг друга.

«Акула» закладывала неестественно крутые виражи, оставаясь в слепой зоне крупных кораблей и без остановки обстреливая истребители врага. Во вражеских машинах сидели далеко не курсанты, но им, всё равно, было далеко до нашей Милы. Ещё через дюжину секунд, когда торпеды практически сели нам на хвост, вспыхнул третий истребитель. Мила вытащила правую руку из перчатки управления основными боевыми системами и схватилась за джойстик рельсовой пушки. На некоторое время мы исчезли с радаров противника, скрывшись за густым фейерверком торпедных взрывов.

В то время, когда Х-20 пытались найти окно для точной стрельбы, по обшивке двух из них простучала очередь пуль. Разведданные с Беспощадного ещё никто не перекрывал. Обычные твердосплавные пули, хоть и не смогли пройти сквозь корпуса истребителей, серьёзно повредили обшивку и некоторое оборудование, что вывело эти истребители из текущего боя.

Секунды стремительно утекали, основные корабли флота, вкупе с их тяжёлым вооружением, вот-вот должны были выйти на линию прямой видимости. Тогда нас определённо сожгут или распылят. А может, сначала сожгут, потом распылят. И без всякой публичной казни. Мила подстрелила ещё один имперский истребитель, я готовился уйти в гипер при любом раскладе, даже если точка входа будет опасной.

– Смотрите! – вдруг крикнул Хаас, показывая рукой в точку на лобовом обзорном иллюминаторе. Я повернулся следом за его рукой и с изумлением увидел, что по нашему курсу появилось какое-то странное, переливающееся всеми цветами радуги, быстро разрастающееся облако, впечатляющих размеров.

– Что это, Комп? – спросил я.

– Секунду! Проверяю информацию сканнеров… – секундная заминка… – Природа данной субстанции мне неизвестна. Субстанция обладает сильным гравитационным и электромагнитным полем. Мощности не хватит, чтобы сопротивляться притяжению субстанции….

– Дьявол! – выругался я.

В это время показались крейсеры, и преследователи открыли огонь. К этому времени мы уже практически вплотную приблизились к облаку. Мощное электромагнитное поле сильно рассеивало выстрелы фотонных излучателей, остатки мы вполне безопасно приняли на энергощиты. Если бы не влияние разноцветной субстанции, мы уже давно превратились в космическую пыль. Нас все сильнее засасывало в неизвестное облако. Преследователи, видя, что происходит, прекратили огонь, и принялись отступать, борясь против возрастающей силы притяжения.

Наша Акула задрожала, и меня вдавило в кресло. С огромной скоростью корабль понесся прямо на облако, и мы увидели, как приближается клубящееся многоцветное сияние. В последний момент захлопнулись бронестворки иллюминаторов, и я потерял сознание.

****

– Алекс, эй Алекс! Ты жив? – кто-то настойчиво тормошил меня за плечо.

Вроде…

С трудом разлепив глаза, в мерцании лампы аварийного освещения я увидел Хааса, склонившегося надо мной.

– Мы живы? – в свою очередь поинтересовался я у него.

– Как видишь, – пожал тот плечами.

– Мила?

– Здесь!

Сбоку появилась наш стрелок. Несмотря на помятый вид, держалась она молодцом.

– Значит, все целы. Хорошо. Комп! Комп!

Услышав в ответ длительную тишину, сначала я думал, он мне не ответит. И перспектива эта была совсем не радужной. Но к моему огромному облегчению, через несколько минут компьютер заговорил.

– Слушаю, Алекс!

– Доложи повреждения!

Система навигации выведена из строя. Система жизнеобеспечения, повреждения семьдесят процентов. Система защитных полей, повреждения пятьдесят процентов! Система гипердвигателей, повреждения сорок процентов! Система планетарных двигателей, повреждения семьдесят процентов!

– Ничего себе! – присвистнул Хаас, – что значит повреждения семьдесят процентов системы обеспечения?

– Это значит, что повреждена установка рекуперации воздуха. Кислорода осталось на семь часов пятьдесят три минуты и тридцать девять секунд.

Мне стало не по себе. Установка рекуперации превращала выдыхаемый нами углекислый газ в кислород. Без неё мы обречены на смерть.

– Сможешь починить? – поинтересовался я.

– Необходима посадка, специальные приборы и время, – ответил компьютер. – В данный момент я могу только починить систему навигации. Уже починил. Но не полностью…

После этих слов раскрылись бронестворки, и у всех нас вырвался удивленный вскрик. Перед нами висел голубоватый шар планеты, явно земного типа. Вдали горела желтая звезда, до боли напоминавшая Солнце.

– Где мы? Дай координаты и охарактеризуй планетарную систему! – я кивнул Хаасу, и пальцы того забегали по клавишам.

– Кислород двадцать три процента, состав воздуха приемлем для дыхания. Вирусов не выявлено. Адаптация два дня. Координаты определить не могу… Вычисление гиперпространственных координат. Координаты определить не могу…

– Он не сможет, – проговорил Хаас, отрываясь от монитора, – все сканнеры вышли из строя. Мы сейчас почти ослепли и совсем оглохли.

– Но двигатели работают на тридцать процентов, этого хватит, чтобы приземлиться. А там починим! – возразила Мила.

– Починим… – усмехнулся я, – планета нам неизвестна. Судя по визуальному осмотру, у нее нет даже искусственных спутников, значит, ее обитатели, если таковые имеются, ещё не вышли в космос. Они помогут? Вряд ли. Но, ты права. Выход один – посадка. Иначе мы здесь задохнемся. Комп!

– Да, сэр!

– Мы сесть сможем?

Секундная заминка…

– Вероятность семьдесят процентов!

– Тогда вперед.

Нацепив громоздкие аварийные скафандры, мы устроились в креслах, которые сразу же обхватили нас ремнями безопасности. Бронестворки снова сомкнулись, и свет погас, остались только разноцветные мигающие лампочки на пульте, да бегущая строка на мониторе, за которой внимательно наблюдал Хаас.

Планета начала быстро приближаться, и вскоре мы вошли в атмосферу. Истребитель начал дрожать от вибрации постепенно замедляя скорость. Но вот тряска закончилась, и мы выскочили в нижние слои атмосферы.

Я смотрел на монитор. Высота триста километров, двести, сто, пятьдесят. Внезапно истребитель вновь задрожал, и я увидел, как на датчике температуры, столбик стремительно пополз вверх. Если бы не скафандры, нам бы пришлось тяжко.

Предупреждающе замигали индикаторы защитного поля, фиксируя стремительно опустошающийся уровень заряда. Мне стало не по себе. Скорость, с которой они падали, говорила о том, что через минуту, его и вовсе лишимся. И тогда мы разобьемся о поверхность планеты.

– Комп! – прошептал я, – полный автопилот. Все резервы топлива на генерацию энергии для щита. Должно хватить…

Следом за этими словами корабль вновь начало трясти. Казалось, он сейчас развалится на куски. Я почувствовал, как теряю сознание. Последнее, что я увидел, это синее безоблачное небо в обзорных экранах. После этого меня окружила темнота.

Глава 5 Неизвестная планета

Очнувшись, я первым делом почувствовал дикую головную боль. Дрожащей рукой я нащупал в кармане скафандра коробочку с универсальными таблетками, и проглотил через силу сразу две. Боль отступила, и мысли в моей голове слегка прояснились. Я осмотрелся вокруг себя. В неверном мигающем свете аварийных ламп, я увидел покрытые паутиной трещин обзорные иллюминаторы, сквозь бронестворки пробивался крохотный лучик света.

Хаас свесив голову, полулежал на своём кресле. Мила, лежала рядом. Судя по всему, при переносе сквозь облако были повреждены её ремни безопасности, во время падения они отстегнулись, и её выбросило из кресла. Осторожно поднявшись, я радостью отметил, что мои руки и ноги двигаются свободно и относительно безболезненно, я подошёл к Миле. Убедившись, что она дышит нормально, я занялся Хаасом. К моему облегчению, навигатор был в порядке. Просто потерял сознание. Достав дежурную аптечку, я быстро привёл его в норму.

– Сели? – был его первый вопрос.

– Похоже на то, – сообщил я ему очевидное.

Раздался шорох. Мила приняла сидячее положение. Столкновение с землёй не прошло для нее бесследно. Шлем аварийного скафандра был разбит в дребезги, из рассеченной брови капала кровь. Негромко выругавшись, она посмотрела на нас. Хромая на одну ногу, она подошла к нам.

– Все живы, – констатировал я, – прекрасно! Теперь надо проверить как наш компьютер. Комп! Комп!

Ответом мне вновь было лишь молчание. Либо он снова втихую работает, не желая отвлекаться, либо слетел голосовой модуль. Я надеялся, что худшее – полное отключение интеллектуальной системы, не случилось.

– Сейчас, – Хаас уселся в свое кресло и пощелкал тумблерами.

Один из мониторов загорелся мерцающим светом, и на нём задвигались длинные колонки цифр.

– Сейчас разбудим, – пробормотал он себе под нос, и его пальцы пробежали по клавишам.

– Да, сэр! – внезапно раздался голос компьютера. Я чуть не подпрыгнул от испуга.

– Доложи обстановку! – осведомился я у Компа.

– Основные датчики и сенсоры выведены из строя. Есть повреждения корпуса. Восстановить герметичность бронестворок я смогу через пять часов. Исследовательский зонд цел, и я уже его запустил. Полные данные по планете будут через полчаса. Судя по показаниям немногих исправных сканнеров, вокруг нас лес. Приземление прошло удачно. Несмотря на то, что корабль сильно повреждён, вы живы!

– Это радует, – буркнул я, вылезая из громоздкого скафандра. Спутники последовали моему примеру.

– Атмосфера пригодна для жизни. Температура наружного воздуха двадцать семь градусов по Цельсию. Наличие опасных микроорганизмов пока не выявлено. Возможно передвижение без скафандра! – продолжил Комп.

– Что же, – Хаас внимательно посмотрел на меня, – не кажется ли тебе капитан, что не мешало бы прогуляться.

– Почему бы и нет? – усмехнулся я, – Мила, как ты?

– Справлюсь! – заявила та.

– Тогда пошли! Комп, будешь постоянно на связи. Если что, то… внешние орудия целы?

– На тридцать процентов. Исправны один фотонный излучатель и четыре плазменных пушки.

– Отлично, думаю, нам хватит! Если что по моей команде будь готов открыть огонь! Ясно?

– Да, сэр!

Мы быстро нацепили походные комбинезоны армейского образца, в бесчисленных карманах которых уже имелось множество необходимых вещей, от сухого пайка, до аптечки с большим выбором универсальных лекарств. Поверхность комбинезона была покрыта микрокристаллическим волокном, подстраивающим цвет под окружающую среду.

Вооружившись бластерами, и закинув за спину плазменные винтовки, мы стали походить точь-в-точь на какое-нибудь из подразделений спецназа империи.

Я направился к шлюзовой камере. Вскоре мы втроем уже стояли в ней и ждали, пока ее заполнит воздух этой планеты. Он оказался приятным и дурманящим с незнакомыми, легкими и чуть сладковатыми ароматами.

Дверь шлюзовой камеры поползла вверх, и перед нами открылся восхитительный вид. Был вечер. Тёплый летний вечер, каким он бывает в июле или августе на Земле, на которой я в своё время провел несколько лет. Вокруг истребителя простирался величественный лес из незнакомых деревьев, невероятно причудливых форм и цветов, как на подбор – мощных и высоких. Слабый ветер шелестел в раскидистых кронах. Воздух наполняли звуки, до боли знакомые по Земле. Стрекотание цикад, далекое уханье филина, шорохи и вздохи, все это очаровывало и невольно заставляло восхититься здешней природой.

Спустившись на землю, мы осмотрелись. Истребитель приземлился почти ровно, лишь немного завалившись на бок. Падение смягчили пышные кроны деревьев, которые сейчас превратились в пепел, обильно засыпавший землю вокруг нашего корабля.

С трёх сторон нас обступал лес, а с четвертой, южной стороны, виднелось широкое поле, которое скрывалось за горизонтом. Огромный диск местного солнца уже готовился скрыться, предоставив ночи, власть над миром. На небе начали проступать звёзды, складываясь в совершенно незнакомые созвездия.

– Где же мы? – прошептала Мила, подойдя ко мне, – я не узнаю ни одного созвездия.

– Мы не в нашей галактике! – заявил Хаас, и я был склонен верить своему навигатору. Что-что, а свою работу он знал досконально и справлялся с ней превосходно.

– Но как? – вырвалось у меня.

– Скорее всего, из-за этого облака на нашем пути. Может, это – какая-нибудь странствующая аномалия, зашвыривающая через еще неизвестные нам гиперпространства материальные предметы по всей Вселенной. – Ответил навигатор, – как только Комп исправит повреждения, мы определим наше местоположение. Надо связаться с Тусканом. Горючего почти не осталось!

– Но, если мы в другой галактике? – поинтересовалась приунывшая Мила, – сомневаюсь, что шеф пошлёт спасательную экспедицию в другую галактику, чтобы забрать нас отсюда. Скорее, он просто обрадуется такому обороту событий.

Я с горечью понял, что Мила абсолютно права. Что ж, надежда остаётся всегда. Сейчас надо ждать, пока ремонтные дроны починят корабль, и получив исчерпывающие данные о планете, уже что-то предпринимать. Я уже хотел дать команду отправляться обратно на корабль, как вдруг раздался треск, и в воздухе запахло чем-то паленым.

От замешательства я открыл рот. Прямо перед нами, из воздуха появился полный пожилой мужчина, с аккуратно подрезанной клинышком бородкой, и прямыми черными волосами, зачёсанными назад и скреплёнными разноцветной ленточкой. На шее у гостя висел амулет изображавший солнце, а одет он был в чёрный длинный плащ, глухо застёгнутый под горлом. Я удивился. Но, на такие мелочи как жара, местный житель, похоже, внимания не обращал.

Он что-то произнёс и у меня заработал карманный универсальный переводчик первого контакта. Проще говоря, – КУПП. Занимал он место не более зажигалки, и являлся очень дорогой, но незаменимой вещью, особенно, когда вокруг тебя говорят на сотнях языков. Например, как на Тускане. Не станешь же все их учить?

Основным достоинством КУППА было то, что тот, с кем ты общался, вообще не замечал, что ты не говоришь на его языке. Я не совсем понимал принцип его действия, по-моему, в нём было что-то связанное с телепатией.

– Я Харум, маг Солнца. Кто вы? К какому храму или гильдии вы относитесь, незнакомцы? И что вы делаете во владениях Храма Солнца? Есть ли разрешение у вас на это, подписанное одним из отцов-настоятелей?

Мы переглянулись. Хаас пожал плечами. Мила хмыкнула. От незнакомца это не укрылось, и он нахмурился. Чувствовалось, как возрастает в воздухе напряжение. Я, честно говоря, ничего не понял из речи этого мага, как он себя называл. Поэтому решил идти старой проторенной дорожкой, которая была изложена во всех учебниках по практике первого контакта с чужими цивилизациями.

– Мы пришли с миром, – проговорил я, протянув вперед руки ладонями вниз. – И не причиним вам вреда, мы…

– А! Пацифисты! – взревел маг, и его лицо покраснело от гнева.

Я был ошеломлён таким резким переходом к ярости. Видно у нашего незнакомца было что-то не в порядке с головой. Тем более, причём здесь пацифисты? Насколько я знал, этим словом обозначали людей, не желающих воевать и хотевших жить всегда в мире с другими расами и существами. Что здесь такого? В устах же мага это слово звучало, как тяжкое обвинение. Что, кстати, он и решился доказать.

Отпрыгнув от нас и сбросив плащ, оставшись в зеленом костюме, состоявшем из коротких штанов, заправленных в высокие белые чулки и длиннополой рубахи, он вскинул вверх руку и что-то пробормотал. КУПП выдал серию каких-то непонятных звуков. Поразительно! Он не смог их перевести!

Следом, неведомая сила швырнула меня на землю. Правую руку пронзила боль. Я поднялся и увидел, что Мила и Хаас тоже валяются на земле, а Харум вновь вытянул вперед руку и снова начал шептать непереводимые слова. Изумлённым взглядом я наблюдал, как из его ладони, обращенной к земле выходят тонкие синие нити, устремившиеся ко мне и моим спутникам.

Терпение моё кончилось. Левой рукой я выхватил из-за пояса бластер. Белый луч лазера вонзился в выставленную вперед руку мага, и тот, заорав от боли, уставился на обугленную культю, оставшуюся от его кисти. Недолго думая, я убрал половину мощности и вновь нажал на пусковую кнопку. Второй луч, попал уже в ногу Харума. Теперь заряд был тоньше и слабее, тем не менее, он выжег приличный участок икры у врага.

Жалобно взвизгнув, тот свалился на траву и затих, дёрнувшись пару раз. Мила с Хаасом, поднявшись с земли, тоже достали бластеры и теперь вопросительно смотрели на меня.

– Что теперь? – поинтересовалась Мила.

– Допросим этого нахала, вот и всё! – заявил Хаас.

Я был согласен с этим мнением. У этого Харума можно было получить разведданные о местных правилах и порядках. Тем более, судя по всему порядки эти были довольно необычны. Мы осторожно подошли к лежавшему на земле Харуму и обнаружили, что он не подавал признаков жизни. Руки его были разбросаны в стороны, а глаза закрыты.

– Ты видел, что он творил? Взмахом руки повалил нас на землю! – сказала Мила.

– Может это у них природные способности!? – предположил Хаас. – Что-нибудь типа телекинеза.

– Может быть, – я достал «стоммер» – прибор, позволявший моментально охарактеризовать состояние здоровья любого живого существа.

Он был небольшим, в виде тонкого стержня и прилагающегося к нему небольшого экрана. Или наоборот, к экрану прилагается стержень? Всё это было настолько компактным, что прекрасно умещалось в кармане комбинезона и входило в стандартный набор необходимых предметов элитного имперского спецназовца.

Нагнувшись, я прикоснулся стержнем к лежавшему перед нами человеку, и экран сразу ожил. Судя по информации, которая быстрыми строчками побежала по нему, Харум однозначно был мёртв. О чём я и сообщил наблюдавшим за мной спутникам.

– Вот чёрт! – выругался Хаас, – странно! Ну, прожег ты ему руку и ногу! Шок, боль, потеря сознания… всё понятно. Но смерть?! От этого так сразу не умирают.

– Похоже, остановка сердца, – пожал я плечами.

– Стар он слишком, вот и все. Сердце не выдержало! Что непонятного? – вставила Мила.

– Жаль, – посетовал я, – теперь придется искать ещё одного местного жителя!

В этот момент у меня в кармане запищала рация. Я вытащил её и нажал на клавишу. Раздался ровный голос ИИ.

– Я получил данные с зонда, сэр. Если вы вернётесь на корабль, я покажу, что удалось узнать о планете, – без лишних сантиментов обозначил Комп.

– Что ж, мы идём, – ответил я, и поспешил к истребителю. За мной потянулись остальные.

Вскоре, удобно устроившись в креслах, мы следили за рассказом Компа, изучая кружащиеся перед нами объемные голографические картинки, которыми он снабжал свой рассказ.

– В системе этой звезды четыре планеты. Эта – третья. Остальные непригодны для жизни. Оборот третьей планеты вокруг звезды составляет, примерно, один земной год. На планете один материк, со всех сторон омываемый океаном. Несмотря на довольно большое количество густонаселённых городов, большую часть материка все же занимают необжитые пространства. Леса, степи, пустыни. Несколько горных хребтов рассекают материк на пять неровных частей.

– Население? – осведомился я.

– Недостаточно информации. Но, рискну предположить, что они проживают эпоху средневековья. Никаких заводов и прочих признаков технологичной цивилизации.

– Понятно! – уныло протянул Хаас. – Влипли! Как мы здесь починим истребитель? А, как свяжемся со своими? Похоже, придется умереть на этой планете.

– Ну, допустим, ты не совсем прав, – возразил я. – Передатчик то Комп сможет починить! Так?

– Так, сэр, – раздался голос компьютера. – Потребуется неделя. У нас целы и невредимы два аварийных робота. С помощью них, я прямо сейчас приступлю к ремонту. Но сразу предупреждаю, что время отправки сигнала может затянуться. Не могу определить точное местоположение этой звездной системы.

– Ладно, – одобрил я его решение, – а с утра мы прогуляемся. Подышим свежим местным воздухом. Надеюсь, возражений нет? Комп, наш «флайер» не пострадал?

«Флайером», называлось небольшое средство передвижения, которым оснащались все истребители, на случай высадки на планету. Это была вытянутая сигарообразная машина трехметровой длины, с штурвалом и тремя стоячими местами. Пассажиров страховали магнитные ремни и силовое поле, которое окружало «флайер». Это проворное суденышко могло набирать скорость до двухсот километров в час и, вдобавок, было вооружено небольшой стационарной ионной пушкой. Странно, что мысль о нём пришла мне в голову только сейчас.

– Он исправен, сэр! – незамедлительно отрапортовал ИИ.

– Отлично! – возрадовался я.

На этой оптимистичной ноте, мы решили, как следует выспаться. Правда, истребители не имели кают. Их проектировщики справедливо полагали, что боевая единица, по штатному расписанию находящаяся на несущем крейсере, кроме функциональных кресел, не должна иметь никаких удобств. Это же не прогулочная яхта! Поэтому пришлось нам устраиваться в креслах. Тем не менее, я моментально провалился в сон. Организм сам понимал его необходимость.

В девять утра по корабельному времени, проснувшись первым, я быстро растолкал своих спутников. И через полчаса мы были готовы к путешествию.

Потратив ещё минут десять на осмотр «флайера», мы отчалили от истребителя, пребывая в весьма приподнятом настроении. А что? Самое главное, что живы остались. Я встал за штурвал. «Флайер» поднялся над лесом, и я увидел, что вдали, недалеко от границы леса с неровной, холмистой равниной, белеет какое-то сооружение. Сама же долина упиралась в могучий горный массив, затянутый пеленой облаков. На средней скорости мы устремились к сооружению. Вскоре стало ясно, что это город.

С осматриваемой высоты он лежал перед нами как на ладони. Город был большим. Его окружала высокая стена из белого камня, с массивными круглыми башнями с узкими бойницами. Мощеные улицы, расходились от центральной площади правильными лучами, которые постепенно начинали петлять и превращались, в конце концов, в хаотическую смесь извилистых переулков и улочек. По этим узким и широким, прямым и извилистым улицам и переулкам, постоянно текли людские ручейки.

Дома в городе в основном были каменными и не выше двух этажей. В центре площади, над низенькими домами возвышался прекрасный замок, также из белого камня. У моих спутников вырвался невольный крик восхищения, когда мы подлетели к нему ближе.

Высокие, узкие и хрупкие башенки, связанные между собой мостиками, словно выточенными из камня, и зеленеющие террасы подвесных садов – всё это создавало непередаваемо волшебный ансамбль, который дышал красотой и изяществом.

– Красота, какая! – прошептала Мила, и я полностью был с ней согласен.

– Может, спустимся? – робко поинтересовался у меня Хаас.

– Почему бы и нет, – ответил я с улыбкой. – Думаю, появление нашего «флайера», должно произвести фурор на местное население.

– Вот и посмотрим, – рассмеялся Хаас. – В крайнем случае, спрячем его поблизости и потопаем на своих двоих!

Глава 6 «Храм любителей воды»

Как говорится, сказано – сделано. Я посадил наш «флайер» метрах в пятистах от ворот города. Перед самими воротами лежал огромный деревянный подъёмный мост, на толстых, местами покрытых пятнами ржавчины цепях, переброшенный через широкий ручей с мутной водой. Возле места приземления проходила широкая и пыльная дорога, по которой в город спешил народ. Разнообразные и по внешнему виду, и по уровню достатка люди передвигались на телегах, в которые были впряжены удивительного вида трехглазые лошади или просто пешком.

К очередному моему удивлению (сам себя уже достал с этими удивлениями), на наше появление с неба никто не обратил внимания. Я лишь поймал несколько равнодушных взглядов, брошенных явно от скуки. Неужели они здесь уже видели подобное? Нет, не может быть! Здесь же ещё только эпоха развития на уровне средних веков! Но немного поразмыслив, я пришёл к мнению, что, может, это даже и к лучшему. Не надо будет идти пешком, к чему я в принципе уже был готов. Решив в дальнейшем взять себя в руки и больше ничему не удивляться, я приподнял «флайер» на полметра над землей, и мы направились к толпе, двигавшейся в город.

В воротах стояли два широкоплечих и высоких стражника в блестяще-серебристых доспехах, открывавших мощные мускулистые руки, с мечами наготове, и внимательно изучали глазами каждого нового гостя города. Наша тройка, перемещавшаяся на странной для местных обитателей машине, не привлекла внимания стражей. А может и не странной? Может быть, стражники оценивают входящих по каким-нибудь другим признакам, отличным от внешнего вида? Никто нас не остановил, и вместе с толпой мы оказались внутри города.

На узких грязных улочках, толкалось множество народу. Хорошо, что мы передвигались по воздуху. «Флайер» поднялся на высоту двух метров, и без особых проблем заскользил вперед. Вообще, местные жители в основном выглядели как обычные люди. Правда, пару раз я видел подобия рептилий, но это было лишь эпизодически. Хотя, население города, всё же состояло из представителей разных племён.

Я рискнул бы выделить три основные расы местных жителей. Высокие и стройные красавцы, с тонкими изящными чертами лица. Их длинные пышные волосы спадали на плечи, и трудно было отличить мужчину от женщины. Отличительной особенностью у них были остроконечные уши, вздернутые вверх, и смешно выглядывающие из пышных волос. Второй тип, это – коренастые маленькие карлики, судя по всему, наделенные недюжинной силой. Они передвигались в основном по трое или четверо, бесцеремонно расталкивая всех, кто попадался на пути, и не задумываясь, пускали в ход толстые сучковатые дубинки, если кто-нибудь начинал возмущаться их поведением. Лица их были грубыми, словно вырубленными из камня.

Третьим типом, явно преобладавшим в этом городе, были обычные люди, похожие на нас. Причём, сходство было полным. Насколько я знал, по большому счету, в галактике было много человекоподобных рас, но похожих на землян, было от силы две-три. И то, у них были отличия, вроде зеленой кожи и жабр, позволяющих дышать под водой, или, к примеру, третьего глаза. На этой же планете создавалось впечатление, что здесь когда-то была колония людей, и нынешнее поколение – их потомки. Я держал эту мысль в голове уже несколько минут, и, конце концов, поделился ей со своими спутниками. Как я и ожидал, они её восприняли скептически.

– Скорей всего, мы встретили расу, как две капли воды похожую на нас! – заявил Хаас.

– То есть, сделали то, что не могли добиться все звёздные экспедиции на протяжении пяти веков? – уточнила Мила.

Я пожал плечами. «Флайер», тем временем приближался к центру города. Серые, грязноватого цвета дома, постепенно сменялись выкрашенными в белый цвет, богато украшенными особняками, с металлическими оградами из прутьев, и собственными садами, и газонами. Дороги стали шире, и на улицах стало гораздо чище. Пару раз мимо нас проплывали странного вида бородатые старики на широких, расшитых причудливыми узорами коврах.

Эти ковры взволновали Хааса.

– У них нет здесь ни машин, ни двигателя внутреннего сгорания, да, и наверно даже парового нет! Не говоря уж о гравитационных двигателях и плазменных амортизаторах! Как же этот ковер передвигается? – не унимался он. – Что-то здесь не так!

– Да, и не только это, – заметила Мила, – смотри!

Я посмотрел в сторону, куда показывала девушка, и увидел во дворе одного из особняков очень занятную картину. Какой-то бородатый старик что-то объяснял внимательно слушавшим его молодым людям. Старик сделал замысловатый жест рукой, и я от удивления открыл рот снова. Из руки вылетел огненный шар и, ударившись в, видимо, специально приготовленный высокий холм из земли, взорвался, разбросав грунт по сторонам.

– А это, как тогда объяснить? – ехидно поинтересовалась Мила.

Объяснить это было действительно трудно. Ясно было одно. Планета и ее жители были наполнены загадками.

– Чувствую, скучать нам здесь не придется! – произнес я вслух.

– Не сомневаюсь, – буркнул навигатор.

Мы прибыли на площадь. Дома, которые окружали ее, вблизи выглядели гораздо привлекательнее, чем сверху. Среди них не было и двух домов похожих друг на друга. Все они отличались собственным экстравагантным стилем. Фантазии местных архитекторов можно было позавидовать. Мы опустились перед одним из домов, выстроенным в виде гигантской рыбы. Вход в него располагался где-то на уровне ее глаз. К нему вела витая лестница, с мокрыми ступенями, словно их только что облили водой.

– Ты чего здесь остановился? – поинтересовалась Мила.

– Дом понравился, – признался я, – давай-ка переведем, что там написано!

По верхнему плавнику рыбы большими светящимися голубым светом буквами была начертана какая-то надпись. КУПП повинуясь моей команде, мгновенно перевел ее.

«Храм любителей воды».

– Интересно, что это означает? – спросил Хаас.

– Пошли, узнаем? – предложил я

– Чего? Ты серьезно? – навигатор с изумлением посмотрел на меня.

– А почему бы и нет? – поддержала мою инициативу Мила,

– И что ты там скажешь? Ты даже не знаешь, что это за храм! И не представляешь, как в нем нужно себя вести! – блондин всё ещё был настроен негативно.

– Разберемся, – успокоил я его и смело направил флайер к входу в храм.

Честно говоря, я сам не был уверен в том, правильно ли я поступаю, но что-то говорило мне, я на верном пути. Остановившись перед массивной деревянной дверью, ведущей в храм, я припарковал «флайер», напротив лестницы.

Выбравшись из него, мы направились к двери. Странно, хоть ступеньки лестницы и казались мокрыми, мои ноги были совершенно сухими. Скорее всего, это была просто иллюзия. Я покачал головой. Что-то слишком много странного на этой планете. Что ж, попробуем найти ответы на наши вопросы! Под скептическим взглядом Хааса, я взялся за бронзовое кольцо и открыл дверь.

Внутри храма нас ждала ещё более непонятная фигня. Снаружи, храм не выглядел большим. Так, средних размеров дом, просто причудливой формы. Внутри же, складывалось впечатление, что он просто огромен. Мы очутились в большом, ярко освещенном зале. Вдоль него тянулись несколько рядов из разномастных палаток. Судя по всему, это, было что-то вроде рынка.

Между рядами сновали местные жители. Правда, здесь не было городской пестроты одежды. И продавцы, и покупатели были одеты в длиннополые голубые одеяния. Не было здесь и шума городского базара. Все степенно и чинно. Тихие голоса сливались негромкий шепот, скользивший по залу.

Мы подошли к одной из палаток. Продавец, полный мужчина средних лет, внимательно оглядел нас и, ехидно хмыкнув, произнес.

– Приветствую вас чужеземцы. Что вы ищете в храме Воды? Магии? У меня много амулетов и прочих волшебных вещей! Смотрите!

Он выхватил жестом фокусника из воздуха небольшой амулет в форме зловещего вида рыбы, напомнившей мне земную акулу. Торговец провел рукой по амулету, и тот замерцал красноватым светом.

– С помощью него вы можете обрушить на ваших врагов страшное заклинание! «Луч, замораживающий до смерти»! И для этого не надо быть магом с дипломом и лицензией, даже обладать магическими способностями не обязательно! – продолжал нахваливать свой товар торговец.

– Маги, магия, – пробормотал Хаас, – где-то я читал про это. В каких-то старых книжках…

– Магия – это понятно. Волшебство, чудо – тихо заметила Мила, – маг, это, стало быть, волшебник…

– Послушайте уважаемый, – обратился я к торговцу, – как вы уже догадались мы чужестранцы, и прибыли в ваш город издалека. Поэтому не знаем ваших порядков и обычаев. Не согласитесь вы объяснить нам, что значит здесь слово магия? И что представляют собой маги?

У меня создалось такое впечатление, что я грубо оскорбил хозяина палатки. Он с нескрываемым презрением и гневом уставился на нас. Когда он заговорил, то не скрывал издёвки в своём голосе.

– Откуда же вы приехали? Не знать кто такие маги? Даже не верится, что есть на Аде такие деревенщины как вы…

– На Аде? – переспросила Мила.

– Ну да, на Аде. Или вы не знаете, что наша планета называется Ад? – напирал мужчина, распаляясь всё больше.

– Планета? – удивился Хаас, – Вы знаете астрономию?

– Да, ты, невежа, меня оскорбить хочешь? – глаза торговца налились яростью, – в Храме Воды самый лучший телескоп и самая большая карта звездного неба! Вот уже несколько кругов, мы держим пальму первенства в области астрономии!

Мы переглянулись. Мне было не совсем понятно, откуда-то такие знания могли появиться на этой, судя по всему застывшей в средневековье, планетой.

Тем временем торговец разошелся не на шутку.

– Мир, деревенские невежи, состоит не только из нашей планеты. Она и еще три вращаются около большого огненного шара Кра. Время обращения нашей планеты, составляет один «круг». Кра дает тепло и свет, благодаря ему, все мы и живём! Да, что я рассказываю об этом каким-то проходимцам, не знающим о магии и о том, кто такие маги! – его грудь вздымалась всё выше и выше, а изо рта брызгала слюна.

Но пока, он не нападал. Может, потому что это не принято на рынке в храме, а может, потому что мы предусмотрительно не произносили слова-триггеры, типа «пацифисты».

– Может, вы, ещё строение атмосферы изучили? Зонды атмосферные запускали? Кстати, между прочим, кроме вашего Кра есть еще множество таких же звёзд, как Кра, и… – я толкнул разошедшегося Хааса в бок, и тот сразу замолк. Но я не успел. Последние слова подействовали на нашего собеседника ещё более странно, чем наше незнание о магах.

Он замер и проделал замысловатый жест рукой. Пока мы пытались сообразить, что это значит, со всех сторон вокруг нас откуда-то появились плотные крепыши с обнаженными мечами. Я, недолго думая, выхватил бластер, то же сделали мои спутники.

Наступила пауза. Окружившие нас вооруженные люди явно решили пустить мечи в ход. Я, снизив на бластере мощность до минимальной, очертил вокруг нас лазерным лучом круг. Это подействовало. Враги сразу отшатнулись, придя в некоторое замешательство.

– Маги… маги, – раздался шепот среди них. Торговец вообще остолбенел, выпученными глазами глядя на нас.

Вдруг окружавшие нас люди отступили и перед нами появились седой старик. Видно было, что время согнуло его. Он с трудом передвигался, опираясь на богато отделанный посох.

На худом морщинистом теле мешком висел синий балахон, с большим амулетом из какого-то неизвестного мне металла, в виде очень изящно вырезанной рыбы.

– Что здесь происходит? – сердито поинтересовался тот, неожиданно звонким молодым голосом, – ты, что тревогу поднимаешь, Зинд? – обратился он к торговцу.

– Да, я что, да я ничего, – залепетал изрядно струхнувший торговец, – прости Торон, но они знают такие вещи…секретные вещи…

– Секретные вещи говоришь? – Торон нахмурился и посмотрел на меня.

Его умные холодные голубые глаза просвечивали не хуже рентгена, и мне стало немного неуютно. Но всё-таки, я более десяти лет пиратствовал, и немало повидал, поэтому смутить меня было трудно. Как и моих спутников. Понял это и старик, сразу перестав играть со мной в гляделки, он махнул рукой и пробурчав что-то вроде – «идите за мной», повернулся и направился в глубь зала к едва заметной небольшой двери.

Толпа народа перед ним мгновенно расступалась, и во взглядах множества глаз я видел одно и тоже. Страх, смешанный с каким-то почтительным уважением. Мы спрятав оружие пошли за ним окруженные со всех сторон вооруженными молодчиками.

– Кто это такой? – спросила Мила с лучезарной улыбкой, у одного из них, высоченного детины с простым деревенским лицом, который, на мой взгляд, слишком пристально рассматривал нашего стрелка. Впрочем, все желания и мечты были написаны у этого детины на его лице. Видимо, это не ускользнуло и от охочей до мужского внимания девушки.

– Это глава храма, – ответил тот подобострастным голосом. – Торон, великий мастер воды и повелитель океана. Могучий, безжалостный, но справедливый.

– Странное сочетание, – пробурчал Хаас, так чтобы не услышал охранник, – безжалостный и справедливый. Я думал, что это противоположные качества.

Выходя из зала, мы прошли через узорчатую хрупкую дверь из неизвестного материала, похожего на стекло или хрусталь, и оказались в длинном коридоре. Стены его были выложены крупным камнем, в который были вбиты чугунные подставки. В них чадили неярким жёлтым пламенем факелы. Ряд горящих факелов тянулся до конца коридора, который постепенно уходил вниз. В конце его была видна ведущая куда-то вниз лестница.

Свернув в первый же поворот, мы повторили подобный маневр раз пять. Я окончательно запутался в этом лабиринте. Но прежде чем решил выразить свое возмущение, мы очутились перед резными деревянными двухстворчатыми дверьми изумительной красоты. На их украшение явно не жалели ни золота, ни драгоценных камней. Уж я в драгоценностях разбирался. Естественно мои спутники замерли, как вкопанные увидев двери.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.