Наталья Колодезная
Две ведьмы на одной кухне

Прялка.

Пять утра!!! Кого чёрт принёс!? Помятая, растрепанная со сна, я попыталась ответить на телефонный звонок, ещё не осознав, что звонят в дверь.

– Ты кого-то ждёшь? – Недовольно поинтересовался муж.

– Нет, а ты?

– И я нет. Продолжаем спать. Кто бы это ни был, ему скоро надоест.

Ага! Так всё и было! Поняв, что на звонок мы не реагируем, этот дятел начал пинать дверь. Проснулась соседка. Раздался её недовольный бубнёж, плавно перешедший в скандал, к которому, зачем-то подтянулись другие жители нашего подъезда.

– Придётся открывать, – прозорливо заметил муж, после того как, народ на площадке объединился и одновременно начал звонить и пинать нашу многострадальную дверь.

– Сейчас я их быстренько убью и вернусь, – ласково улыбнулась я, и муж слегка вздрогнул.

Кто ходит в гости по утрам и беспокоит ведьму? А вот сейчас и посмотрим на этого самоубийцу. Я распахнула врата ада. Соседи отпрянули. Незнакомый мужик, с лицом честным и бесстрашным, по причине скудоумия, пододвинул ко мне картонную коробку, способную вместить в себя стиральную машинку среднего размера:

– Вам просили передать!

Я улыбнулась. Мужик попятился. Соседи разбежались. Прицелившись, я плюнула и попала ему в лоб. Так тому и быть! Хлопнула в ладоши. Пространство свернулось в сингулярность, а затем, расправилось в новую реальность. На коробке сидела зелёная лягушка:

– Ква!!! – Высказала она необоснованную претензию.

– А ты на часы смотрел? – Строго спросила я и уцепила его за заднюю лапку.

– Ква! – Поклялась страшной клятвой жертва магического произвола, но мне это было уже не интересно.

Я вернулась в спальню и бросила Ивана-Дурака, а кто ещё это мог бы быть, в аквариум с хищными черепашками. Приятного аппетита, мои красавицы!

– Дорогой! Затащи, пожалуйста, коробку.

– Доставка?

– Представь себе, да.

Мой муж, тёмный маг, призвал фантом и отправил на лестничную площадку. Люблю его заботу! Спать больше не хотелось.

Коробка стояла в гостиной. Активировав защиты, я вскрыла скотч, на всякий случай, бабушкиным ритуальным ножом.

– Что ты делаешь? Это может быть опасно, – упрекнул самый заботливый и ответственный мужчина в мире и бесстрашно открыл крышку.

– И что нам с этим делать? – озадачилась я.

Внутри была деревенская прялка. Большое колесо-маховик, с, закреплёнными сверху на одной оси, катушкой и рогулькой разных диаметров. Ремни свободно свисали. Где-то внизу, я точно знала, должна быть педаль.

– Старая совсем. Смотри, как дерево потемнело. Кто мог тебе её прислать?

– Понятия не имею, – призналась я.

– И что с ней делать?

– Отдадим в музей. В наш интерьер она не впишется. Идём спать.

Зря!

***

Мы быстро уснули и не слышали, как с лёгким щелчком завертелось деревянное колесо. Ничего не понимающий фантом моего мужа аккуратно достал прялку из коробки, остановил колесо, закрепил ремни, поправил педаль, достал со дна сложенную вчетверо записку и расправил на столе. Поклонился прялке и дематериализовался.

Запахло серой. Сам собой с книжной полки свалился фотоальбом, раскрылся на первой странице. С самой верхней фотографии в комнату шагнула старуха в вышитом сарафане и кокошнике. Огляделась по сторонам, зашла в нашу спальню, подошла к аквариуму, уцепила Ивана-Лягушку за заднюю лапку и показала черепашкам кукиш.

Я открыла глаза и уставилась на незнакомую ведьму, хозяйничающую в моём доме. Швырнула в неё мамино зеркало. Она отбила атаку и топнула ногой об пол. Ножки у кровати подломились. Муж скатился на пол и оттуда, вслепую, атаковал нежданного врага. Разумеется, промахнулся и попал в гардину. Мои любимые шторы живописными волнами накрыли бабку. Её глаза вспыхнули лазерными излучателями и прожгли дыры! Начался пожар.

Я вскочила на ноги и активировала рунический став пожаротушения. Старуху окатило тремястами литрами затхлой болотной водицы.

– Коза драная! Ящерица безмозглая! Собака серая! – Завопила бабка, отплёвываясь и выпутываясь из прилипшей намертво шторы.

– Да, кто ты такая!? – В ярости закричала я.

– Знакомься, любимая, это моя прабабушка! – Рыдая от смеха в вонючей луже, сказал мой благоверный.

Зеркало истины.

Привет! Я потомственная ведьма. По линии отца, мой род восходит к четвёртой цивилизации Солнечных Ванов. По линии мамы – к третей цивилизации прекрасных Альвов. Я посвящённая жрица Культа Предков и эриль атта пива.

Я эмпат и интроверт, поэтому стараюсь близко ни с кем не сходиться. Умею пользоваться логикой, но предпочитаю синтез. Я вижу вас, как облупленных, на трёх планах: физическом, ментальном и астральном, и вы мне не нравитесь.

Каждый из вас, фигурально выражаясь, выглядит, как дом. У кого-то это вшивая сарайка с мусором и гнилой картошкой внутри, а у кого-то современный небоскрёб с разветвлённой системой коммуникаций и сложным устройством подземных уровней. Взглянув на здание вашей жизни, очень легко проследить возможное развитие событий ближайшего будущего, ибо всё связано и находится в балансе.

Мне случалось видеть, как старая палатка превращалась во дворец, а дворцы рушились под весом собственной гордыни и мракобесия. Однажды, я побывала в очень милом домике, с чудесным ухоженным садиком и замечательным старым каменным колодцем с… отравленной водой. А ещё, я заметила, как вы бегаете из одного дома в другой, взращиваете в себе комплексы и неврозы, вместо того, что бы привести своё жилище в порядок и наслаждаться покоем и уютом. В общем, вы мне не симпатичны.

Когда мы познакомились с моим мужем, оба были в равном положении. Выражаясь языком карт таро, два мага в падающих башнях, стоящих друг напротив друга.

Я прекрасно отдавала себе отчёт, что шпаклёвка уже не поможет и пора переезжать. А Дима, мой будущий муж, пребывал в иллюзиях, обитая, в отполированной снаружи коучами и тренингами личностного роста, тюрьме без окон, наполненной унылым душным эгоистичным мраком, в котором абсолютно безнаказанно хозяйничали крысы. Фу, какая мерзость!

Будучи потомственным тёмным магом, Дима категорически это отрицал. У него была своя магическая школа, где он – тёмный маг, обучал других тёмных магов тёмной магии, но называл это «школой изящных искусств». Если разбудить любого из его учеников среди ночи и спросить: «Чем вы занимаетесь в школе?», он, не задумываясь, ответит: «Изящными искусствами». И, разумеется, будет прав! Магия – воистину изящное искусство, но не всякое изящное искусство есть магия.

***

Шёл третий день оккупации моей любимой кухни Диминой прабабкой. Я бесилась, но терпела. Пока что. Она опять что-то сожгла. Воняло горелой резиной, и я подозревала, что это мультиварка почила в бозе. Муж трусливо самоустранился и отказывался выяснять надолго ли она припёрлась и что ей, собственно, нужно. И почему ей в родном лесу не сидится!? Где это видано, что бы Баба Яга в городе моё имущество портила!?

Мне требовалась поддержка, и я позвонила маме:

– Мам, у меня проблема!

– Что ты говоришь? Дима отказывается есть моё печенье?

– Нет. Печенье он съел.

– И как? – оживилась на том конце моя любимая экспериментаторша с магическими зельями.

– Никак. Поикал пару минут и всё.

– Печалька. Придётся усилить состав.

– В следующий раз добавляй в котлеты. Он не очень печенье любит.

– Интересненько, – зашелестела блокнотом старая греховодница: – А что у тебя случилось?

– О! У нас гостит Димина прабабка!

– Живучая холера!

– Как от неё избавиться?

– Понятия не имею.

– Спасибо! Ты мне очень помогла!

– К чему этот сарказм? Ты же знаешь – я на твоей стороне!

– Она перепортила всю мою посуду! Переставила все мои баночки с зельем! Перестирала заговоренные полотенца! Всё время подслушивает и подсматривает! Я хочу, что бы она убралась в свой лес!

– А Дима что?

– Дима делает вид, что всё в порядке. Будешь жарить котлеты, добавь туда слабительного! Я всё понимаю, они его семья, растили, воспитывали и любят по-своему. А мне-то что с того? Родили – спасибо! Дальше мы сами!

– Попробуй с ней поладить, – как-то смущённо ответила мама.

Да, не такого ответа я от неё ожидала! Придётся поставить вопрос ребром или я, или у Димы проблемы не совместимые с жизнью!

В туалете кто-то сидел. Я вежливо постучала:

– Очередь!

Дверь открылась, и из уборной бочком выполз Иван- дурак. Я хлопнула в ладоши. На пол шлёпнулась лягушка. Уцепив её за заднюю лапку, я бросила рептилию в унитаз, закрыла крышку и нажала на слив. Подняв себе настроение таким образом, помыла руки и отправилась на кухню.

Вот интересно, почему он всегда в лягушку превращается? Нужно с этим разобраться.

На кухне вонь была непереносимой. Чад и гарь висели в воздухе. На плите стояла моя новая тефлоновая сковородка, в которой шипели и пузырились остатки силиконовой подставки под горячее. Я чудом сохранила рассудок:

– Что здесь происходит?

Бабка злобно ухмыльнулась, достала из кармана зеркало в черепаховом футляре с длинной острой ручкой и резво поднесла к моему лицу. Старая террористка! Я, автоматически, взглянула на своё отражение. Пора в парикмахерскую корни подкрасить.

Она исхитрилась и тоже заглянула. Не знаю, что она ожидала увидеть, но явно была разочарована. Отбежала на пару шагов и посмотрела на себя. Теперь уже я заглянула ей через плечо. Что на витрине, то и в магазине, собственно говоря.

Вот они мы обе-две ведьмы на одной кухне. В своих истинных личинах. И что дальше?

– Привирает от старости должно быть, – недовольно заворчала она.

– С чего бы это Зерцалу истины врать? – Усмехнулась я.

– А с того, что не может быть такая кикимора, как ты, нормальной ведьмой!

– Это я-то кикимора!? Да ты на себя посмотри! – Я выхватила зеркало у бабки из рук и поднесла к её лицу.

На меня посмотрела озадаченная растерянная старушка в платочке и крупных красных бусах с окровавленной булавой в руках. Я поднесла волшебный предмет к своему лицу – букет полевых ядовитых трав, соломенная шляпка и брызги жертвенной крови на платье. Странно! Никакой опасности друг другу мы не представляли и зла не желали. Я вернула зеркало хозяйке:

– И правда, врёт!

День, когда закончилась война.

Шёл пятый день кухонной войны. Бабка поднималась в четыре утра и шла на кухню шаркать ногами и греметь посудой. Мы просыпались и тихонько пережидали пик активности под одеялом. Однажды, я непреднамеренно вышла из спальни, и она тут же припрягла меня к генеральной уборке. В четыре утра!!! Спасибо, одного раза достаточно!

Затем она шла разбрасывать свои вещи и зачем-то прятать наши. Этот процесс сопровождался внятными комментариями о моей неполноценной хозяйственной деятельности. Я проявляла силу воли и не реагировала.

К счастью, около шести она утомлялась и, с чувством хорошо проделанной работы, ложилась спать, а мы начинали шёпотом ругаться:

– Я ненавижу твою бабку! Она совершенно невоспитанная и беспардонная! Ведёт себя, как дома! Интересно, как бы ей понравилось, начни я себе такое позволять в её доме!?

– Не называй мою прабабушку бабкой, старухой, упырихой и вредительницей домашнего хозяйства! Я её люблю и требую уважения!

– А я требую уважения к себе! Выбирай, или я, или развод!

Мы ругались ровно до восьми, потом я шла готовить завтрак. В девять Дима уезжал на работу, а я устраняла последствия бабкиной уборки и выкидывала на помойку очередную испорченную посуду. Готовила обед и ужин, ходила в магазин и в полдень садилась за компьютер, что бы заработать, как говорил мой муж, себе на шпильки.

Сегодня всё прошло по плану, уборка, стирка, готовка, квест по поиску и перепрятыванию в надёжное место проводов и зарядных устройств. Их почему-то Марфа Дормидонтовна ненавидела особенно сильно и прятала старательней, чем бюстгальтеры с сушилки и солнечные очки. Приготовила обед и отправилась в магазин за хлебом и майонезом.

Вернулась быстро и застала в кухне страшную картину. Иван-дурак, склонившись в пояс, лицом в кастрюлю, пил борщ. Сволочь! Я подкралась незаметно и крикнула:

– Ага!

Он не счёл нужным даже оторваться от своего богомерзкого преступления, только рукой махнул. Ошеломлённая его наглостью, я хлопнула в ладоши. Молодец традиционно превратился в земноводное и ушёл клювом под бульон. Я уцепила его за заднюю лапку и поднесла к открытому окну. В небе парил коршун.

– Цип-цип-цип, – поманила его я, раскрутила лягушку и запустила в небо.

Коршун меня понял верно, перехватил мощными когтями добычу на уровне пятого этажа, благодарно кивнул и умчался в лазурную даль. Я сварила новый борщ, вымыла кухню и ушла работать.

Дима приехал в обед:

– Ты почему к телефону не подходишь!? Полдня дозвониться не могу.

– Не знаю. Не слышала звонка. Сейчас проверю.

Я оставила мужа доедать борщ, а сама пошла на поиски. Телефона нигде не было.

– Ну-ка, набери мне!

Дима набрал. Звонок шёл, но где-то в пути терялся. Я начала закипать:

– Дима, это был новый телефон.

– Это какая-то ошибка!

– Эта ошибка может стоить мне работы.

– Ой, какая у тебя там работа?

– Такая же, как у тебя. Иди и отбери! – потребовала я и указала перстом на дверь гостевой комнаты, из-за которой с самого утра не раздалось ни звука.

Муж подошёл и поскрёбся возле двери:

– Бабушка, ты Стасин телефон не видела?

– Нет.

Дима обернулся и пожал плечами. Я ворвалась во вражье логово:

– А если найду!?

Она попыталась удариться об пол и превратиться во что-то смертоносное, но промахнулась и упала на кровать. Ха! Я начала обшаривать комнату. Марфа Дормидонтовна закатила глаза и простонала:

– Сердце! Умираю.

– Стася, вызови скорую! – взмолился муж.

– Ага! Сейчас, только телефон найду!

– Не надо скорую, – зарыдала противная притворщица: – Дай мне лучше мухоморчик.

– Такого не держим! – Злорадно выкрикнула я, вытаскивая из-под матраца отключённый смартфон.

– Я всегда говорила, что хозяйка ты никакая! Дура косорукая!

– На себя посмотри, старая упыриха! Припёрлась без приглашения и свои порядки в чужом доме наводишь. Всю кровь из меня выпила!

– Это дом моего правнука! Хочу и приезжаю! Хочу и порядки навожу!

– Этот дом в ипотеке, которую оплачиваю я! Если вас обоих что-то не устраивает, то я вас больше не задерживаю!

– А Дима? – не поверила она.

– А Дима не может себе этого позволить! – моя победа была полной и безоговорочной.

– Это ложь! – крикнула бабка.

Но он уже начал собирать её вещи. Я была уверена в своей правоте и отправилась на балкон, что бы обсудить ситуацию с мамой по телефону. Мы душевно посплетничали, и я вернулась на кухню. В квартире стояла гнетущая тишина.

Я заглянула в спальню и поняла, что Дима забрал свои вещи из шкафа. Значит так? Он выбрал её? К этому я была не готова.

– Мама, Дима меня бросил.

«Синзухт».

Прошло два дня. Дима не звонил и не писал. Правда, я его везде заблокировала, но это ничего не значит. Кто хочет – ищет возможности, а кто не хочет – оправдания.

Моё сердце раздирали бешеные кошки. С одной стороны, я хотела вернуть мужа. С другой – предать отщепенца мучительной смерти. Осталось только разобраться в себе – ищу ли я возможности или оправдания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.