Если хочется, то можно! (но лучше подумай ещё)
Карина Царь

© Карина Царь, 2023

ISBN 978-5-0060-7973-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

И вот долгожданная встреча: я бегу на каблуках в конец дома, где меня уже ждёт старая «ладушка». Запах свободы, который щекочет нос, настолько сладкий, что может начаться диатез. Четыре часа только на себя. Без напряжения, без ругани и раздумий. Это сейчас заменит месяц на курорте.

Открывая дверь, я плюхаюсь на сиденье.

– Куда? – водитель вдруг резко обрывает мои мысли.

В незнании пожимаю плечами: действительно, куда можно сейчас поехать? На улице зима. Морозиться не хотелось бы, да и ночь вносит свои коррективы.

– А куда ты хочешь?

В ответ он также пожимает плечами. Как обычно, всё решаю я, четверть напряжения заменена на раздражение.

– Давай в «Якиторию», ты там был?

– Нет, а ты?

– Пару раз. Думаю, там мы знакомых не встретим.

И машина начинает своё движение, мча меня в ночь. Чего ждать от этой встречи – на тот момент я не знала, просто хотела снова окунуться в ту атмосферу прошлого, которое вроде было не так давно.

В салоне не затихала рация. Ребята-таксисты, ожидая заказов, веселились от души. Где-то далеко на своих стоянках они пили кофе и ели шаурму, заряжаясь энергией на ночь.

Пока мы держали путь к ближайшей открытой кафешке, я вглядывалась в лицо парня за рулём. Такое родное и одновременно чужое. С последней встречи многое изменилось. Он казался намного больше, взрослее. Внимательно следил за дорогой. С прошлого раза был виден большой прогресс в вождении. Он уверенно вёл машину. Плавно и быстро, поэтому я почувствовала себя спокойно.

В салоне повисло неловкое молчание, вроде прошло немало времени и новостей было предостаточно, которыми мы могли бы поделиться, и всё же напряжение не давало покоя.

Взвизг тормозов опять выводит из дум. Парень проворачивает ключ и резко выходит из машины, через секунду с моей стороны открывается дверь.

– Прошу, – он протягивает руку.

– Спасибо, Лёш. – Слегка замешкавшись, всё же подаю ему руку и выхожу. На его ладони моя, как всегда, теряется. Его такая большая, горячая и безумно родная. Внутри закололо неприятное, смешанное чувство.

Мы приблизились к входу. Лёша галантно распахнул передо мной стеклянную дверь и терпеливо ждал. Искусственный свет падал на его невозмутимое лицо. Боже, да он тоже нервничает, только этого не хватало. Скрывать свои чувства ему удавалось ещё хуже, чем врать.

Цокот каблуков разбудил персонал, сидящий прямо у входа: бармен метнулся к своему рабочему месту, а официанты, стряхнув последние остатки лени, подскочили к двум сторонам входа, как храбрые рыцари короля в Средние века. Хотя тут, наверное, больше подойдёт – как приспешники якудзе, всё-таки «Якитория».

Все взгляды были устремлены на нас, как видно, в это время тут нечасто бывают гости.

– Чувствую себя как на ковровой дорожке. – Вздохнув, я обвела кафе взглядом и, приметив местечко в конце зала, двинулась туда.

Небрежно кинув пуховик рядом, забиваюсь в угол дивана. Искренне надеясь, что намёк понятен. Подошедшая официантка была как раз кстати. Клятвенно пообещав, что нажму на кнопку, когда определюсь с выбором, углубляюсь в супы, салаты и чизкейки. Предусмотрительно положив меню на стол, иначе мои дрожащие пальцы выдали бы меня с потрохами.

Лёша взял пуховик, аккуратно перевесил на вешалку и начал расстёгивать своё чёрное пальто. Под ним оказался белый свитер, который не мог не привлечь моё внимание.

Чёрт, ему всегда шло светлое… Костюмы, футболки, пиджаки – в них он был неотразим. Скорее всего, он это знает, поэтому и решил его купить. Или это понимает его жена. Неприятно засосало под ложечкой, шумно вздохнув, я подняла глаза вверх.

– Какой отвратительный свет, – бормоча прижимаю к щеке ребро ладони, тем самым мешая себе даже смотреть в сторону парня. Я усердно веду по меню указательным пальцем, хотя давно уже ничего не вижу.

Лёша, чуть помявшись, всё же садится напротив и следит за моими действиями. Резко выпрямившись, я стучу по меню.

– Так! Закажем сначала чай, а там посмотрим, – и, не дожидаясь ответа, жму на кнопку.

Официантка замешкалась у стола, глядя на Лёшу. Казалось, она вся таяла рядом с ним.

– Это всё, – чётко и жёстко произнесла я, чтобы вывести девушку из грёз. Атмосфера и так была накалённая. Мне хотелось бежать скорее, не разбирая дороги.

– Ну, давай, рассказывай, – теперь уже меня одёрнул Лёша.

– Да потихоньку. Растём, цветём.

– Да я уж заметил, – Лёшка широко мне улыбнулся. Нежность полилась по всему телу, а горло как будто сковали железные оковы. Ну нельзя же быть таким милым.

– Как всегда: врёшь и не краснеешь, – отшучиваюсь я, чтобы только не смотреть на него. Парень тяжело вздыхает и кладёт свою ладонь поверх моей, по-дружески сжимая.

– Ты же знаешь, я не могу тебе врать и скажу по секрету – это не очень удобно.

Наши глаза встречаются, на минуту меня парализует. Его ладонь… Такая жаркая и именно сейчас невыносимо тяжёлая. Её хотелось скинуть как можно скорее и больше никогда не позволять ему даже дышать в мою сторону. Но отвратительное противоречивое ощущение говорило, что она всегда должна там лежать, будто это её законное место… Так, надо собраться или искать пути отступления… Интересно, а в туалете есть окно, до которого можно допрыгнуть?

– Ой, не надо, – резко сбрасываю его руку и шутливо грожу ему пальцем прямо около носа. – Твои сладкие речи никогда не внушали мне доверия, и с того времени мало что изменилось, так что можешь не стараться.

Лёшка уткнулся в телефон и тихо, чуть слышно, пробубнил: «Как всегда вот: душу нараспашку: ты ей всё, а она тебе какашку…»

Меня распирает смех, в эту минуту он похож на обиженного енотика: хмурится, бубнит, фырчит – и это не могло не забавлять…

– Ваш чай, – сухо обратилась ко мне официантка, ставя поднос на стол. – И ваш, – уже совсем другим тоном промурлыкала она Лёше. Тот лишь кивнул, даже не удостоив её взглядом. Девушка, постояв ещё секунд 10, недоуменно похлопав глазами, удалилась. Видимо, не привыкшая, что центром внимания является не она.

– Тебе налить? – мой кавалер на сегодняшнюю ночь отрабатывает своё честное имя.

– Сама, – коротко и твёрдо сказала я.

– Ты, как всегда, хочешь казаться независимой, – улыбнулся Лёшка одним уголком губы.

И бросив взгляд на телефон, провёл пальцем по экрану, положил его на ногу.

– Сейчас мне незачем притворяться, – я с облегчением откинулась на спинку дивана, – ты достаточно хорошо меня знаешь.

– И всё же я не могу тебя прочитать на интуитивном уровне, как всех остальных, – тихо сказал Лёша, не поднимая взгляда. Он ещё раз провёл сверху экрана вниз.

– Как свадьба прошла? – Мне совершенно не хотелось касаться темы «нас», тем более что это давно прочитанная история, увы, не по одному разу.

Лёха на некоторое время прикрыл глаза, потом медленно повернулся и посмотрел исподлобья, фыркнув, опять уставился в телефон.

– А твоя?

Я сидела, сложив руки в кулак, и отвернулась в сторону.

– Чё молчишь? – через некоторое время произнёс Лёшка.

– Я не отвечаю на еврейские вопросы.

Лёшка рассмеялся, закрыв лицо руками.

– С каких пор я еврей? – сквозь смех сказал он. «Разрядка», отметила про себя я.

– Потому что отвечаешь вопросом на вопрос.

– Ах, вот оно что, – всё улыбался он и опять посмотрел на телефон, проведя пальцем по экрану.

– Да ёшкин кот! – я сорвалась с места, перегнувшись через стол, схватила трубку с его коленки и положила со своей стороны. – Всё! Он у меня в заложниках.

Сделав руку пистолетом, направила на Лёшу. Он ошарашенно поднял руки вверх. Потом, немного очнувшись, вопросительно посмотрел на меня.

– Что-о?! Бесит, знаете ли. Хочешь, иди в машину, посиди там спокойно, поглазей или езжай домой и посиди на диване, что тут время-то терять?

Лёша внимательно посмотрел в мои глаза.

– Обожаю, когда ты злишься, – хитро прищурился он.

– О, нет… Не-а… Не прокатит. Давай ты либо сидишь в телефоне, либо со мной.

– Это просто привычка, программа для таксистов, сейчас я вижу, сколько бы заказов набрал.

– Ну так вперёд!

– Не… Я там, где надо. – Лёша не спеша отпил чай. – М-м-м, уже холодный.

– А ты побольше в телефоне посиди, – огрызнулась я.

– Кош, – Лёха вздохнул, – ты всё такая же, как и много лет назад, помнишь?

– Конечно, помню, пока ещё не старая, чтобы забыть.

Глава 2

Какой-то выходной не выходной выдался. Я стою на остановке, а время-то детское, всего каких-то 6 часов. Но ничего не попишешь, не изменишь. Все в делах, важные стали: работа, учёба. Надо выбирать специальные дни, предупреждать заранее. Планировать! Ох, ну какое же спонтанное веселье можно запланировать? Что за глупости?

Ко всему прочему, на дворе осень: время депрессий и тоски. Кстати, о грустном. Надеюсь, Олегу сейчас прекрасно живётся, ведь он-то от меня освободился, козёл. Оказывается, пока ещё не зажило. Интересно, а долго меня это ещё изнутри жрать будет или пройдёт?

– Коша! – От неожиданности чуть не отвисла челюсть. Медленно повернувшись, увидела знакомого. Худощавый парнишка с добрыми глазами весело махал мне рукой.

– Привет, Паук, – я радостно помахала в ответ.

Парень в один прыжок перемахнул через бетонные плиты и очутился рядом со мной, радостно приобнял за плечо.

– Ты куда направилась? Даже не заглянула, – обиженно произнёс Паук, убирая от меня руки.

– Да тут глянула, никаких знакомых физиономий. – Я развела в ответ руками. – Ну и решила, что, пожалуй, мне пора домой.

– Пойдём, познакомлю, если не боишься замёрзнуть. – Парень, усмехнувшись, показал на мои сандалии.

– У меня не так много времени, – улыбнулась я парню.

– Ну хотя бы ненадолго.

– Ладно, пошли.

Паук спрыгнул. Когда уже хотел подать мне руку, его окликнула какая-то бледноволосая девочка с недовольно пищащем голосом.

– Помоги, – кивнул он парню, стоявшему рядом.

Я уже перешагнула ограждение, хотела спрыгнуть вниз.

– Давай руку, – потянулся ко мне парень.

– Сама, – очень твёрдо и резко ответила я.

Парень цыкнул и, выкинув сигарету, подхватил меня на руки.

– Какая ты лёгкая.

– Может, просто у тебя руки сильные? – улыбнулась я. – Поставь меня, трогать себя я не разрешала.

Встав на ноги, я замешкалась, мы были на соседней лавочке от Паука и его большой компании.

– Будешь? – парень протянул мне 1,5 литра пива.

– Нет, спасибо, я не пью.

Поправив бандану, он закрыл бутылку.

– Как тебя зовут?

– Коша.

– Вульф.

– Будем знакомы, давай лапу, – я затрясла его руку, отмечая про себя, что она довольно большая. Не хотелось бы, чтобы эта «вратарская перчатка» опустилась мне на шею.

– Очень приятно, но я спрашивал настоящее имя.

– Моё имя только для родных и очень близких друзей. А здесь другая жизнь, поэтому я хочу, чтобы меня называли именно так.

– Не любишь обнажаться, – ухмыльнулся парень.

– Да, знаешь ли, когда снимаешь всё с себя, становится холодновато, – подмигнула я ему. Он криво улыбнулся и закивал головой.

– Да, лучше не надо, а то слишком много по кустам обнажёнки.

Я проследила за его взглядом. Буквально в пяти шагах от нас, прямо на аллее, шевелились кусты. Не верю своим глазам! Посреди дня на самой главной улице около фонтана, который стал уже почти памятником нашего времени, шевелились кусты!

У меня отпала челюсть, и это уже второй раз за несколько минут, было ужасно противно и совсем неуютно. Маленький ребёнок в моей душе кричал в голос, обнимая свои колени, и раскачивался в стороны.

Паренёк встретился с моим взглядом и, поджав губы, развёл руками.

Глянув на нашу компанию, я немного успокоилась. Сборище неформалов. Аляпистые татуировки, окрашенные волосы во все цвета на свете, цепи, косухи, ботинки на тракторной подошве, а на девушках нижнее белье поверх одежды. И всё это приправлено алкоголем и дымом от сигарет. Поначалу это пугало, но сейчас я тут как в своей тарелке. И повстречала много людей, которые учатся, создают крепкие семьи и работают в крупных фирмах. Привыкла и к рок-музыке, экстравагантным поступкам. Но это всё же был уже перебор даже для такого места!

Снова перевела взгляд, неужели тут всё настолько плохо? Как вдруг из кустов выпрыгнула рыжая собака, а за ней вторая.

– Твои сородичи? – язвительно спросила я у паренька.

– Ага, завидую им, у них так всё просто, легко.

– Ну да, не думают о контрацепции, о будущем потомстве.

– Я имел в виду любовь.

– А я – ответственность!

Парень поглядел мне в глаза очень пристально, я в ответ подняла бровь.

– Лёша, – он протянул руку.

– Всё ещё Коша, – высокомерно пожала я его руку.

Мы замолчали. Лёша изучающе смотрел на меня сверху вниз. Я чувствовала, как он это делал, можно было даже не следить за ним. Это был очень странный парень. Его взгляд дарил мне ощущение теплоты, как будто он прикасался рукой. С макушки до конца моих длинных волос, потом от лба скользил по щеке, остановился на подбородке, внимательно и спокойно начал изучать мою шею. По плечу до самых кончиков рук, вниз по бедру и остановился на моих сандалиях. Вот дались же они всем!

Я отвернулась к фонтану – вот что я думаю о твоём взгляде. Внутри всё торжествовало, как будто я победила на ринге. Это сладостное чувство вызвало гаденькую улыбку на губах. Я встряхнула головой: что со мной? Мне явно навредило общение с Олегом, он хорошо постарался, чтобы внести в мой характер отравляющий негатив. Я тяжело вздохнула и хотела повернуться обратно. В конце концов, парень не виноват, он всего лишь отвечает дерзостью на дерзость. Нужно постараться наладить позитивное общение, но для этого надо успокоиться. Сделав глубокий вздох, снова взглянула на фонтан. Недаром говорят: человек может смотреть на огонь, воду… Вот чёрт! С водой вышел облом. Какой-то шутник налил в него шампунь. И теперь это был не весёлый искрящийся источник, а покрытый белой шапкой бурлящий ком.

– Зима, – скривила я губу.

Не успев возмутиться как следует, мои слова прервал порыв ветра. Он пробрался сквозь листву, пригнув её вниз. Словно перед властным повелителем они попадали в поклоне. Ветер возник из ниоткуда и так резко, что я даже не сообразила отвернуться, ибо в следующую секунду в нос полетели лепёшки мерзкой пены.

Закрыв глаза, я ожидала ощутить тающую белую массу на своей коже. Но ничего не произошло. Сбоку визжали девчонки, хохотали парни, а я не чувствовала даже ветра. Открыв глаза, увидела, что Лёша, который сидел у меня за спиной, стоял впереди и закрывал обзор.

– Прям как рыцарь, – мягко улыбнулась я.

– Ага, конь там, – Лёша указал на парня, который ржал до слёз.

– Часто так делаешь?

– Нет, понятия не имею, зачем я сейчас это сделал, – пожал плечами парень и широко улыбнулся.

У меня заурчало в животе, Лёша перестал улыбаться и с вопросом поглядел на меня.

– Пойдём со мной, – парень потянул меня за собой.

Когда Лёша дотронулся до моей руки, то я ощутила странное чувство, как укол. Будто игла проникла под мою кожу и вещество огнём растекалось по всему телу.

– Держи, – паренёк протянул мне булку и сел на лавку.

Я настолько была увлечена изучением своих ощущений, что даже не заметила, как мы дошли до ближайшего ларька и вернулись обратно.

– Ты странная, – проговорил Лёша, глядя на меня.

– Ну, если человек не выглядит так, как ты привык, это не значит, что он странный.

Глава 3

Лёшка наслаждался чаем, глядя на меня.

– А потом мы долго болтали. Не наблюдая времени и пространства. Помню, ты меня с первой встречи покорила в самое сердце.

Снова неловко опустив глаза, я погладила чашку по ободку. Ох, опять нас уводит не туда.

– А у меня была мысль, куда же я вляпалась.

Лёша насупился и сузил глаза.

– Никогда, никогда ты не научишься принимать нормально комплименты, – вздохнул он, закатив глаза.

– Может, ты просто неправильно их говоришь! – произнесла я, глядя ему в глаза.

Мы оба засмеялись.

– А потом ещё одно свидание, ты мне позволила себя поцеловать.

– Вообще-то в щёку, – парировала я. – Это было не свидание, и ты был пьян.

– А ты не помнишь, из-за чего? – взвился он. – Второе свидание.

– Не свидание, – настаивала я на своём.

– Сути не меняет, – огрызнулся Лёша, но всё же исправился. – Вторая встреча с девушкой, а она с бывшим ушла.

Я было открыла рот, чтобы произнести хоть что-то, но слова повисли в воздухе. Это была правда, со стороны казалось всё действительно так.

На следующий день мы решили снова увидеться. Лёшка оказался весёлым парнем, с которым было очень приятно разговаривать. В нём было что-то завлекающее, он был принцем, о котором мечтает каждая девушка. Каждая, но не я.

Встреча была назначена на трубах. Когда ты молод и весел, тебе не важно место, тебе главное – люди, которые тебя окружают.

По отношению к вчерашнему дню народу было очень много. Что не могло меня не радовать. В большой компании я чувствовала себя намного комфортнее.

Тут бесились, прыгали, бегали, отбирали друг у друга вещи, некоторые парни боролись прямо на траве. А в воздухе летал аромат свободы и безнаказанности, самый сладостный из всех запахов на земле. Смешанный с юношеским максимализмом и угаром счастья.

Прервав разговор, я любовалась анархией вокруг себя – это было нечто ностальгическое, когда Олег привёл меня сюда, в свою жизнь. И показал мир свободы и хаоса. Помню, как первый раз услышала Ромкины песни под гитару, и его творчество навсегда осталось со мной. Сколько мы времени провели в этой весёлой кутерьме. Ох, и подумать страшно. А ведь несколько раз читали Есенина, и кое-кто ушёл здесь без штанов с игры в дурака. Кажется, что это было вчера, но лето, увы, прошло.

– Аккуратно, – Лёша рывком притянул меня к себе за талию.

Мимо пронеслись два парня. Как «двое из ларца, одинаковых с лица»: блондины с длинными волосами, в косухах.

– Бесы! – крикнул Лёха. – Не задели?

– Нет, всё хорошо. Ты не мог бы убрать руку?

– Ах, да, – парень отвёл в сторону взгляд. – Только постой рядом.

Лёшка медлил, видно было, как ему не хотелось убирать руку, но я стояла на своём. Моё внутреннее состояние совсем не готово к новым отношениям. Олег сильно засел занозой в моём сердце.

– Привет! – радостно раздалось из-за спины. В глазах потемнело, этот голос я узнаю даже в турбине самолёта.

– Ты что тут делаешь? – зашипела я.

– Да мимо проходил, вот, работаю, поможешь?

– Пошли, – я вздохнула и направилась за Олегом.

Ох уж это чувство благодарности. Не так давно Олег помог мне с расклейкой объявлений, теперь пора отдавать долг. Бросив на прощание Лёше «извини, мне надо идти, не скучай», я удалилась.

Место, где Олег должен расклеивать объявления, было в двух остановках. Мы управились быстро, минут через 40 увесистая пачка бумажек опустела.

– Да, что-то ты далековато ушёл от своей работы, – спокойно произнесла я.

– В смысле? – остановился Олег.

– Трубы, говорю, далековато. Проходить мимо ты никак не мог.

– Ну, я решил, что найду компанию, одному-то скучно.

Я скривила губу, ну да, а чего я ждала.

– У тебя новый парень? – холодным тоном произнёс Олег и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Так себе. Да и быстро ты, даже месяца не прошло.

Меня бросило в холод. Рядом с Олегом всегда надо было в чём-то оправдываться. Пытаться оспорить. Его слова сковывали в тиски, и становилось ужасно неуютно. Ты словно птица, которая в клетке. Хотелось кричать, обвинять, лить слёзы. Но я сдержалась.

– Не думала, что у меня траур, да и что за парни меня окружают – тебя тоже не касается, а уж как они выглядят… Не ожидала, что ты ценитель мужской красоты.

Его зелёные глаза стали как лёд.

– Лучше бы ко мне вернулась.

– Ага, бегу, и волосы назад. Ты мне всё показал, какой ты друг и парень. Пока я думала, что ты работал, ты проходил за ручку с Лялей. – Я закипала, всегда считала, что самообладания у меня много, но рядом с Олегом просто теряю контроль.

– Ну и кто тебе об этом сказал? Рома? В какой-нибудь песенке спел? Он только и ждёт момента, чтобы к тебе подкатить.

– Лишний раз доказывает, какой ты друг. Рома всячески поворачивал меня в другую сторону, чтобы я этого не увидела. Потом бы, конечно, сказал, но услышать не так больно, как увидеть.

– Как хочешь. – Олег этими словами как будто вылил на меня ведро холодной воды.

– Я всё, – с особенной силой приклеив последнее объявление, сказала я. – Выведи меня отсюда.

Среди моих больших недостатков есть ещё и топографический кретинизм. Могу заблудиться в трёх соснах. Поэтому найти дорогу обратно было бы тяжеловато.

Олег довёл меня до того места, откуда мы ушли. Лёша сидел вдали ото всех, обхватив руками голову.

– Эй, – я потрепала его по плечу, – ты жив?

– Мояшка, – парень поднял голову и растёкся в улыбке. – А я тебя жду.

– Прекрасный экземпляр, – засмеялся Олег. Он сложил руки и качал головой в своей любимой позе.

– Ты ещё здесь? – прорычала я.

Олег, разведя руками, растворился в толпе.

– Лёш, пойдём, я помогу тебе дойти до остановки! Ты пьян, мне не очень приятно тебя видеть в таком состоянии.

Лёша взял меня за ладонь, рисовал на ней линии и круги. Я улыбалась, отшучивалась, почти не слышав, что парень говорил. Я была уже далеко в своих мыслях. Поглощённая грустными мыслями об Олеге, как—то получалось, что стоит мне расслабиться, как он появлялся из ниоткуда. Так хотелось в одночасье потерять память, не помнить о наших отношениях, не знать и не верить этому человеку, не доверять и никогда его не видеть.

– Люблю тебя.

– Что? – Я выдернула руку.

– Я тебя…

– Тю-тю-тю-тю-тю. Давай мы сейчас не будем говорить громких слов, о которых наутро не вспомним.

– Но я…

– Знаешь, мне уже пора домой, боюсь, будут волноваться.

– Я провожу.

– Нет, я уже убежала.

– Мы ещё встретимся?

– Земля круглая, – пожала я плечами, мне хотелось побыстрее оказаться дома.

Лёша нежно поцеловал меня в щеку, и я быстро сбежала на остановку. Нет, такого счастья мне не надо.

Лёша цыкнул языком.

– А потом ты пропала. Ни звонка, ни СМС. Как я тогда локти кусал, искал тебя повсюду. Прямо помешался. А ты была под носом.

Глава 4

Это было прекрасное время, я почти не появлялась в компании. Мне нужно было разобраться в себе, в своих чувствах, подтянуть учёбу, но ни одного, ни второго не вышло. Я гуляла по ночам, дожидаясь, пока все уснут, тихо выбиралась из своей комнаты. Пытаясь не шуметь, отпирала железную дверь и чуть ли не с разрывом сердца выбегала на улицу.

Всегда любила ночь, тихие дворы, свежий воздух и манящую темноту. Иногда я слышала, как где-то в моей типовой девятиэтажке открывается окно. Искренне надеясь, что это не мои родные, бежала вниз за дом на ещё функционирующую, но не столь оживлённую, как днём, дорогу. Идя по тротуару, то и дело прячась в кустах от патрульных машин, доходила до центра города, где меня уже ждал Ромка. С ним у нас сложились очень доверительные отношения. Ромка оберегал меня, постоянно что-то показывал новое, пел песни, и мы вместе читали наизусть Асадова и Маяковского. Спорили о футболе и о политике. Мы часто виделись, он в шутку называл меня своей дочкой.

Иногда я оставалась у него, слушая его репетиции, прихлёбывая чай на диване в обнимку с его могучей овчаркой. К Ромке постоянно приходили друзья, в основном пацаны. Так как приличные девочки в это время спали, а неприличных в этот дом не пускали.

И ночи становились веселее и короче. Одни считали, что нас с Ромой что-то связывало помимо дружбы, другие пытались начать встречаться со мной. А мы только смеялись и тем и другим в ответ, продолжая свою игру в отца и дочку.

Со временем даже мой отец стал называть Ромку «твой папка», они, кстати, замечательно поладили, и отец Ромке доверял, спокойно отпуская меня гулять.

Со временем мы стали меньше видеться, но не переставали общаться, два часа болтая по телефону. Каждый день перед сном Ромка играл мне на гитаре, и я засыпала. Сейчас этих колыбельных не хватает. Периодически я посещала его концерты, но наши встречи становились всё реже.

Однажды Ромка уехал в командировку, и я осиротела. По привычке приехав в Сормово, гуляя по его окрестностям, я устала и присела на качели во дворе, ловя снежинки на рукав своей кофты.

Ноябрь, время летит, ничего не меняется, Олег не выходит из головы, и как с этим жить – непонятно. Я рассматривала только что опустившуюся на меня снежинку. Какая же она яркая, ровная, чистая и пушистая. Скоро Новый год, время начинать всё заново.

– Узнаю эти волосы, – раздался голос рядом.

Я подняла глаза и улыбнулась.

– Здравствуй, Лёш. Что ты тут делаешь?

– Да как бы живу, – парень махнул рукой на рядом стоящую пятиэтажку. – А ты?

– Ого, вот это неожиданность (серьёзно, если бы знала, здесь меня бы не было). А я гуляю.

– Часто ты тут гуляешь? – парень взялся за качели и начал тихонько раскачивать.

– Да, у меня недалеко друг живёт, но сейчас в командировке, а мне что-то взгрустнулось.

– Ну, грустить – это неблагодарное дело. Давай, улыбнись, как арбузная корка!

Я непроизвольно улыбнулась, все-таки забавный этот Лёша.

– Могу составить тебе компанию.

– Двор твой, – пожала плечами я.

Он присел на соседние качели, и мы снова долго разговаривали. В тот момент мне было так грустно и одиноко, что я рассказала ему всё. Как мы когда-то познакомились с Олегом и как он красиво ухаживал. Что со мной в жизни такого никогда не было. Что всё это время, пока я была рядом с ним, от счастья вздохнуть не могла. Как он нёс меня на руках 442 ступени по Чкаловской лестнице. Как я не могла насладиться его поцелуями и как целых два месяца мы были с ним почти неразлучные. В моей голове был взрыв, феерия, фанфары. Я светилась от счастья, у меня были силы жить, радоваться, смеяться. Мне казалось, что это та самая любовь, которую я ждала. Из далёкой мечты, из любимых и прекрасных сказок. Он такой взрослый, рассудительный и первый во всём… А потом мир рухнул, так глупо и так банально.

У меня всё внутри сжалось. Я отвернулась от Лёши и прикусила губу. Настала неловкая пауза. Лёша подошёл ко мне, взял мою руку и накрыл своей.

– Знаешь, я могу стать тебе неплохим другом, – с улыбкой посмотрел он мне в глаза.

– Я не против друзей, но я бы тебе посоветовала со мной не связываться.

– Хм… Мне уже трудновато это сделать. И кстати, если что, то я умею ждать.

– Тебе ничего не светит.

– Ну, мы это ещё посмотрим, – засмеялся Лёша. – Пойдём чай пить, подруга.

– Мы слишком мало с тобой знакомы, чтобы я пошла к тебе. Вдруг ты маньяк или убийца.

Лёша скривил губы, покачал головой и опять звонко засмеялся.

– Да не волнуйся, там моя мама.

– С каждым ответом закапываешь себя всё глубже и глубже.

– Да ладно, в этом ничего плохого нет. У тебя какое-то средневековое воспитание, честное слово.

Я вновь скривила губы и исподлобья посмотрела на Лёшу. «Ещё чего не хватало, дома у меня, что ли, нет».

Парень вздохнул и сел обратно на качели.

Я захохотала над его словами, запрокинув голову. Раскачиваясь и смеясь, мне становилось легче. Опустив глаза, я увидела, что Лёша в тапках.

– Пошли, – я спрыгнула с качели. – И не надо на меня смотреть, давай двигай попу по направлению к дому и чаю.

Парень приподнял бровь и развёл руками, но всё же послушно встал и направился к своему дому.

– Твои перемены решений даже как-то пугают, – пробубнил парень.

Я неуверенно поднималась за ним на пятый этаж. Старый дом был необычайно уютен. Огромные окна с занавесками, многочисленные цветочные горшки с цветущей геранью и фиалками радовали глаз.

И всё же мне было не по себе, не особо хотелось тревожить Лёшину маму, неизвестно, сколько девушек заходило в этот дом и с какой славой.

– Мам, я не один, иди знакомься, – закричал Лёша с порога и пододвинул меня вперёд. С кухни тянулся вкусный запах картошки и только что испечённого пирога. В проёме показалась голова с каштановыми кудряшками.

– Минуточку, – улыбнулась женщина, выключая кран с водой и вытирая полотенцем руки. Я, подперев дверь спиной, пыталась найти ручку – прийти в этот дом было ошибкой. Паника охватила меня, не припомню случая, когда в последний раз я так волновалась.

– Здравствуй, – вышла в прихожую Лёшина мама, – я Галя.

– Галина… – я выжидала паузу, надеясь, что женщина скажет своё отчество.

– Галя, просто Галя.

Я хотела было представиться, но снова замешкалась. Не хотелось представляться своим именем. Но это всё же был взрослый человек.

– Мама, это Коша, – просиял Лёха.

– Серьёзно?! – Галя широко заулыбалась. – Здравствуй, девочка, рада с тобой познакомиться! – И она затрясла радостно мою руку.

– Смотрю, я тут популярность, – смех вырвался наружу. – Мне тоже очень приятно.

– А то Лёша, как с тобой познакомился, пришёл и на всю квартиру сказал, что повстречал девушку, которую не видел прежде. И коса до пояса, и на язык остра, как бритва.

– Ну, мам, остановись! Ты ещё мои детские голые фотки принеси!

– А что, надо? Я сейчас, я мигом, – подмигнула мне Галя. – А ты пока гостью за стол проводи.

– Мне бы руки помыть.

– Конечно, конечно. Ну что ты встал, давай хозяйничай. Я пока чай поставлю.

Лёша проводил меня в ванную, а через минуту я уже сидела у них на кухне. Маленькая, давно требующая ремонта кухня со старой, ещё эсэсэровской мебелью белого цвета, раковина и огромный холодильник, круглый стол и икеевские табуретки – всё говорило о том, что жили тут небогато. Но какая тут была атмосфера, в воздухе так и летал аромат любви и понимания. Что-то необъяснимое, невидимое, которое возможно только прочувствовать, как будто тебя окутывают плотным пледом и согревают своими руками.

Как я ни упиралась и ни отбрыкивалась, меня все-таки накормили, и, признаться честно, такой вкусной картошки я в жизни не пробовала.

– Так ты теперь Лёшина девушка? – с интересом проговорила Галя.

– Мы пока ещё сами не определились, кто мы, – заговорщицким шёпотом произнесла я, – но явно не пара, пока неплохие знакомые.

Галя поджала губу.

– Честность? Хм, неплохо. Это я люблю.

Вечер был просто волшебным. Весёлая и задорная Галя травила анекдоты. То и дело подкалывая Лёшу. И ругалась на телевизор. А её грушевый пирог и домашнее янтарное варенье были бесподобными.

В город пришёл вечер, и как бы мне ни хотелось прощаться с этим прекрасным местом, надо было уходить.

– Заходи, когда захочешь, ты неповторима.

Я смеялась, не знаю уж, чем я ей так понравилась, но это было чертовски приятно.

Лёша провожал меня на остановку, а Галя на прощание помахала рукой из тех самых огромных окон с занавесками и геранью.

Я скакала вокруг Лёши, как восторженная собачонка.

– Ух, она такая клёвая, она такая, она… Ох, даже слов нет.

Лёша смеялся и следил за мной, как я прыгала, хлопая в ладоши. Вращаясь то в одну, то в другую сторону.

– Всё, остановись, – сказал он, – голова кружится.

Я пребывала в состоянии эйфории, почти не слышала и не видела ничего вокруг.

Когда ехала сюда, то даже не надеялась на такой прекрасный вечер и эмоциональный подъём. За всё время даже не вспомнила о… Нет, Коша, ну ты и тупая… Зачем надо сейчас-то было. Я сникла, настроение ушло безвозвратно. За всем этим даже не заметила, как мы дошли до остановки. Я повернулась и увидела Лёшу, он был счастлив и сиял, как начищенный самовар. Противное чувство закралось в моё сердце.

– Лёш, я прошу. Давай больше не будем видеться.

Парень остолбенел, он хлопал глазами и не верил своим ушам.

– Я тебя чем-то обидел? – с тоской в голосе произнёс Лёша.

– Нет, но давай мы не будем дожидаться, чтобы это сделала я.

Лёша тряс головой, пытаясь выгнать эти слова из своей головы. В этот момент подъехал мой автобус. Обняв его на прощание и сказав «спасибо за всё», я прыгнула в автобус, оставив Лёшу в полной растерянности.

Глава 5

Лёша почесал губу, к нам снова направилась официантка. Одним взглядом парень развернул девушку обратно. Научился быть суровым, непривычно.

– Какой у меня был взрыв в голове, в душе. Такой сумасшедшей я ещё не встречал. Ты, как мина, не знаешь, где подорвёшься. Ты и сама-то не знаешь, чего от себя ожидать.

Я пожала плечами.

– Пока ехала в автобусе, я не могла отделаться от чувства, что в твоей жизни для меня нет места. Что всё обязательно испорчу и мой потолок – это Олег. Ведь всегда тянешься к тому, кем на самом деле являешься, а я хотела к Олегу. И…

– И большего бреда я в жизни не слышал. Хотя разговаривали мы с тобой часто. Тебе бы голову проверить не мешало. А то там такая каша, что тараканы уже увязли.

Лёша был в негодовании. Его прям распирало от возмущения. Я решила, что ругаться мы сегодня точно не будем.

– Ну, это было давно и неправда, потом-то я тебя не пощадила.

Лёша сверкнул глазами и улыбнулся одним уголком рта.

После встречи на качелях Лёша от меня не отставал. Он звонил, писал и просил о встрече. Но я ему так и не ответила.

Новый год встретила вместе с Ромой и его друзьями. Когда я до него добралась, стол уже ломился от вкусных блюд, а песни и шутки не затихали ни на минуту. Ровно под бой курантов Лёша позвонил в последний раз за этот год. Перевернув телефон экраном вниз, я залпом осушила бокал с соком. Пусть всё, что было, останется в прошлом, в новом году меня ждёт счастье. Ромка осуждающе вздохнул.

– Нельзя так с человеком, тем более в Новый год.

– Ты прав, но так будет лучше.

Ещё через месяц, не удержавшись, позвонила Олегу, поздравила с днём рождения, и мы снова стали парой. Эти дни так же, как и в прошлый раз, для меня были наполнены счастьем. Мы гуляли по улицам, дурачились и просто подолгу миловались, не отпуская друг друга.

Но и на этот раз мы провстречались всего полтора месяца. Для меня это не стало большой трагедией, это было просто очередным стечением обстоятельств.

Расстались мы как друзья, без взаимных упрёков, полюбовно обнявшись на прощание.

– Ох, Люба и возмущалась тогда, просила начать себя ценить и больше никогда не связываться с Олегом.

– Люба? – Лёша встрепенулся.

– Девушка, – я поманила официантку, нажимать на кнопку не было смысла, она всё равно маячила рядом, чем сильно раздражала. – Чай, пожалуйста, и любое пирожное на ваш вкус.

– Кондитерка у нас закончилась.

Я повернулась к Лёше.

– Прости, милый, но, видимо, ты без сладкого.

Официантка тут же оживилась.

– Спрошу, конечно, но не знаю, остались ли. – И со всех ног бросилась в сторону кухни.

– Девушка, – снова окликнула её я.

– Да, – уже слегка раздражённо обернулась она.

– Чайник, – Лёша привстал с дивана и подал официантке его. Девушка засияла, а на щеках проступил румянец. Но парень тут же сел обратно и повернулся ко мне.

– Что за театр, – спросил он, когда услышал удаляющиеся шаги.

– Мало ли, плюнут ещё в десерт.

Лёша развеселился.

– С тобой не соскучишься. Хотя, даже если бы у меня не было жены, я бы вряд ли на неё посмотрел. Так, о чём мы? А, Люба?

Я положила голову на руку.

– Серьёзно? Лёша, ты знаешь, какая моя любимая одежда, любимые песни, что я обожаю поесть, где я живу и мой номер телефона наизусть, имя и отчество почти всех моих родственников. Знаешь, как я обожаю собак, мои мечты, сколько ложек сахара кладу в кофе по утрам…

– Ты не пьёшь кофе и сахар в чае не любишь, зато килограмм конфет за одну чашку – это запросто.

– Во-о-от, – взвизгнула я, – вот видишь!!! Ты мог бы открыть мой фанклуб. Но на протяжении стольких лет ты не запомнил, что Люба – это моя лучшая подруга, а не твоя бывшая!

Щёки горели, я не могла отпыхнуть от такой тирады и всё же взяла себя в руки.

Когда вспоминаю свой класс, то не испытываю особой радости. Даже сейчас, когда прошло столько времени с выпуска, встретив кого-то на улице, я предпочту пройти мимо.

Наш класс, в общем-то, был неплохой, но не дружный. Хотя он и объединялся, когда надо было над кем-то пошутить, сорвать урок или посмотреть на драку. Как бы я ни старалась зарядиться, вся моя уверенность улетала куда-то в пространство. Порой даже ловила себя на мысли, что молю о звонке, только бы он скорее прозвенел, только бы избавиться от косых насмешек, взглядов и бумажек, которые летели тебе в спину. Когда постоянно находишься в напряжении и морально, и физически, то кажется, что ты идёшь по тонкой верёвке под куполом цирка, а внизу пустота. И если оступишься, то всё. Ты полетишь именно туда: в черноту, в пустоту, просто в никуда. Ощущение, что тебя давно хотят насадить на клыки тысячу волков, озлобленных, голодных. Мне бы хотелось любить свой класс, да вот, увы, не за что. Именно в этом коллективе не было желания бороться, я просто не понимала, как люди, которые «идут» с тобой рядом, могут быть такими. Ведь наблюдаешь за ними не один год, ты этих людей знаешь и всегда ищешь оправдания их поступкам, да вот только они тебе не дают ни единого шанса.

Впрочем, не все были законченными гадами. Наш класс – это сборище разнообразных характеров: предательства, измен. Слова за спиной – это прям конёк моих одноклассников.

Раньше совсем не замечала, что если что-то ищешь, никогда не находишь, а когда не ищешь, то оно само приходит в руки. Вот и у меня случилось именно так. Из всей этой грязи я смогла раскопать настоящий алмаз.

Только так я могу сказать о своей подруге. Хрупкая, милая девочка из приличной семьи с хорошим воспитанием и являлась истинной леди. Какой чёрт понёс её связаться со мной, не знаю. Предположительно по законам физики: теория о плюсе и минусе? Может, это и так. Но, во всяком случае, она остаётся для меня до сих пор той, которой, позвонив в три часа ночи, можно пожаловаться на бессонницу. Она всегда была для меня человеком, к которому нужно прислушиваться. Который должен был непременно первым услышать о моей трагедии, начинании или новом парне. Её слово, одобрение – это своеобразный закон Моисея, которому просто необходимо следовать. Чтобы справиться с ситуацией, в которую занесли приключения на пятую точку.

Хотя как мы приноравливались друг к другу, так даже немного стыдно, и не мне, ей! Шучу, конечно, и мне тоже. Она была из тех волевых девчонок, которые тоже пытались не увязнуть в болоте под названием «класс»…

Мы с ней смогли сблизиться только после 4-го класса. Благодаря празднику, который устроили наши родители по случаю перехода в среднее звено, я обрела настоящую подругу.

Она всегда выделялась из серой массы, и не как стайка девиц: шмотками, телефонами, сленгом, парнями. Тем и была идеальна. Скорее, это добивало наш класс. По учёбе Люба среди первых, в своей музыкальной школе она сделала столько достижений, что, если их перечислять, не хватит и листа. Одежду носила в классическом стиле, который подчёркивал очертания её безупречной фигуры. Уже потом я узнала, как ей было непросто поддерживать свой образ. Сколько сил вложено и сколько пролито слёз. Но других это мало волновало.

Мы сошлись как-то сразу, несмотря на то что абсолютно разные, всего лишь просто поговорив. Небольшая беседа, и вот в жизни появляется большая ценность – простая дружба.

Тот день был одним из самых ярких воспоминаний моего детства. Пикник, который мы устроили по поводу праздника, был у водоёма, в экозоне нашего города.

Озерцо, где плавали уточки и стоял деревянный мостик с беседками, напоминал сказку. Место и впрямь было волшебным. Воздух заряжен счастьем. Возможно, от многочисленных парочек или счастливых мамочек, которые приходили сюда с колясками. Или от бесконечных свадеб, а может быть, от великанов-деревьев, которые хранили разные истории. Этого, естественно, уже не выяснишь никогда, но одно знаю точно – в тот день я была бесконечно счастлива… Сейчас в моей памяти не осталось точного плана, да и зачем? В ней кружат роем бесконечные картинки: раскрасневшийся от костра отец, яркая от зелени поляна, крик детей и довольное лицо моей подруги, подставленное солнцу. Мы сидели на мостике, думая о своём, изредка вылавливая из озера мальков нехитрым приспособлением: половинками бутылок и привязанными к ним шнурками (предварительно вынутыми из папиных ботинок). Вспоминаю вытянутые лица родителей, когда я им принесла малька (они считали, что из этой идеи ничего не выйдет).

Мой папа с озорным настроем один из первых устроил заплыв. Несмотря на его большой вес и живот шариком, он лихо плыл по озеру.

Уж, которого поймал одноклассник и пытался закинуть хоть кому-то за шиворот! Всё же это было весёлое время…

Когда прошло лето. Странно, но наши опасения не оправдались. Бывает, что сходятся два одиночества только ради успокоения. Ни она, ни я никогда не делали ставку на долгую дружбу, так как попросту в неё и не верили, а в итоге недавно праздновали девять лет.

Любаша на протяжении всей школьной жизни была и моей совестью, и спасательным кругом. Поначалу было сложно: привыкшие быть одиночками, мы не желали идти друг другу на уступки, много ссорились, вечно дулись, ревновали и всё же оставались подругами. Она научила меня не опаздывать на уроки, по крайней мере, вместе с ней. Бедная моя девочка, какая бы погода ни была, она ждала меня, чтобы пройти каких-то три дома до школы. Мне сейчас смешно и ей, когда она это вспоминает. А тогда было не до смеха.

Я особой пунктуальностью никогда не отличалась, любила приходить минута в минуту, но подруге нужно было приходить за десять, а то и за пятнадцать минут до звонка. Люба пережила и проливной дождь, и снег, и двадцатисемиградусный мороз. Хотя перед этим она неоднократно звонила.

Когда я вылетала из подъезда, она либо ничего не говорила, либо сухо бросала“ „Ещё раз, и я больше ждать не буду…“ Люба знала все отмазки: лифт сломался, ключ застрял, тётя затормозила, братик раскапризничался и так далее. И всё равно кивала головой, делая вид, что верит, каждый раз повторяя „ещё раз…». Как же я скучаю по тому времени…

– Как же мы с ней не познакомились? – недоумевал Лёша.

– Стеснялась, – пожала плечами я. – Странно, что в те моменты, когда мы были с тобой, как будто сама судьба не хотела её напрягать. Вообще, я делилась с ней всем, но Любанька не очень одобряла мои компании, а я не хотела её огорчать.

– А Олега не стеснялась? – в голосе у Лёши появилась обида и ревность.

– Он был первым… Во всём. – Я снисходительно улыбнулась Лёше, и мы быстренько замяли эту тему.

Глава 6

В один из дней шёл проливной дождь, мы по обыкновению гуляли с Верой в начале Сормова и чудом успели спрятаться под крышей одного из магазинов.

– Да, зарядил знатно, – вздохнула Вера. – Можно знаешь куда?..

Её слова прервал телефонный звонок.

– Олег, – растерянно показала на экран подруге. Мы общались, как расстались, но только сообщениями в соцсетях.

– Бери! – сразу среагировала Вера.

Я мешкала, не уверенная в том, хочу ли я с ним разговаривать.

– Ну, чего ты? – недоумевала Вера. – Вдруг что-то случилось?

Ну, это явно.

– Алло, – набравшись храбрости, ответила я на звонок.

– Фух, думал уж трубку класть, ты опять гасишься?

– Если бы хотела, ты бы не нашёл, что случилось?

– А я в армию ухожу, сегодня проводы. Не хочешь приехать? Всех знаешь, всё цивильно. Мы в саду, если что – встречу.

– Я с Верой.

– Отлично, как раз собирался ей звонить, ну так что?

Я пересказала всё Вере. Жестом она показала, что не против. И мы поехали на проводы.

Дождь так и не прекратился, кругом бурлили потоки грязи. Промокшие насквозь, кое-как мы добрались до сада Олега. Нам выдали полотенца и сухую одежду, а также пару пледов.

В маленьком домике скопилось достаточно много народу, все веселились, болтали, мы подошли к столу, на удивление, он был пуст.

Знакомая девочка пыталась разделать курицу на шашлыки.

Мы с Верой переглянулись.

– Олег, может, нам в магазин пока сходить, колбасы или ещё что-то купить.

– Да вы что, девчонки! – рядом с Олегом нарисовался длинный парень, – всё же есть, – и он потряс многочисленными пакетами. – Просто никак не сядем.

– Давно кутите? – поинтересовалась я.

– Часа четыре, – пожал плечами парень.

– Давай сюда пакеты, убогий. – Вера забрала у парня пакеты и аккуратно стала выкладывать на стол.

Я поняла, что это надолго, и закатала рукава.

– Так, Ваня, открой огурцы, – протянули банку знакомому и принялись командовать дальше. – Олег, с тебя ножи, миски, разделочные доски.

– Ты режь хлеб, – отдавая буханку девочке, сидевшей рядом у стола.

– Так, папка, иди сюда. – Рома тут же появился около меня, – берёшь Олега и разводишь костёр, у Даши почти разделанная курица. Ну а остальные будут на подхвате.

Через 10 минут стол был готов, мы с Верой резали, кто-то что-то открывал, чистил, заправлял, кто-то был на сервировке. Всё слаженно, быстро и без отказов.

После очередной порции шашлыка я вышла на веранду подышать свежим воздухом, дождь даже на минуту не прекращался.

За стеной ливня рассматривала окно в комнату, залитую ярким светом от одинокой лампочки, висевшей под потолком. Раскрасневшуюся от веселья Веру и радостные, сияющие лица всех остальных. Иногда очень неплохо посмотреть на свою жизнь со стороны и понять, что сегодняшний день для моего сердца станет особенным.

Я услышала, как за спиной чиркнула зажигалка. Обернувшись, увидела Олега, он сидел, то зажигая, то отпуская зажигалку.

– По тебе плачет? – махнула головой на ливень.

– От радости, – сухо проговорил Олег.

– Не успокоился ни на минуту, как вы смогли пожарить шашлыки – непонятно.

Олег развёл руками.

– Ты о погоде хочешь поговорить? – призывник положил зажигалку рядом с собой.

– А о чём хочешь поговорить ты?

– Может, я не хочу разговаривать, – и Олег двинулся на меня.

– Не страшно, – хмыкнув, произнесла я и спокойно отступила к стене.

– Не сомневаюсь, – и парень положил мне руку на талию, попытался притянуть к себе.

– На твоём месте я так бы не делала. Или это будут твои поминки.

Олег посмотрел вниз, в живот ему упиралась крестовая отвёртка.

– Серьёзно?

– Отойди от меня, и мы поговорим.

Олег направился обратно на скамейку, положив своё оружие устрашения, я села рядом.

– Не знаю, за кого ты принимаешь меня или кем хочешь казаться сам, но, пожалуйста, прекрати.

– Катя, – парень смотрел на меня слегка помутневшим и раздражённым взглядом. – Ты – глупый поступок, неужели не можешь унять свою гордыню и просто быть, как все девушки? Хватит, ты слишком много на себя берёшь.

– Если бы кто-то брал всё на себя, то я была бы не против.

– Оглянись, даже столом командовала! Умерь свою гордыню, и мы будем счастливы.

– Когда это, интересно? Сегодня? Сейчас? Или ты мне предлагаешь тебя дождаться? – сухо парировала я.

– Ты мне не нужна, предлагаю просто провести отлично время.

Эти слова больно хлестнули по щеке. Из глаз потекли слезы.

– Эй, да перестань, просто подумай, снова начинать отношения перед армией – это глупо, да и смысл ждать? Если не дождёшься, мне будет больнее.

Я поджала губы, в этом он прав. Но мне было обидно, что Олег относился ко мне как… Так плохо, короче.

– Знаешь, я никогда никому не доверял, как тебе, но это в прошлом, не хочу выяснять отношения сейчас, пойдём веселиться?

Вернулась я достаточно в подавленном состоянии. Вера по-родственному приобняла меня за плечи, а Рома начал играть на гитаре. Стало очень тепло на душе и радостно. Одними глазами я сказала Роме «спасибо», он подмигнул и начал играть громче, а Вера сильнее прижала меня к себе.

Каждые 15 минут комната пустела, все ребята выходили покурить и подышать свежим воздухом. Моя подруга сидела как на иголках, уж очень ей хотелось побыстрее узнать, что настолько меня расстроило. Но когда все ребята вышли, к Вере подошёл тот длинный мальчишка, который тряс пакетами с продуктами, и стал делать недвусмысленные намёки. Пикапер из него, на самом деле, был так себе. Он присел на диван и, делая вид, что тянется, положил руку Вере на плечо.

– Серёжа, – представился парень.

– Да мне как-то поднасрать, – Вера двумя пальцами, как что-то мерзкое, взяла его руку и скинула с себя, – блин, чайник же хотели поставить, вот, ничего доверить нельзя.

Бесцеремонно оттолкнув Серёжу, Вера направилась к плите.

Парень и не думал отставать, встав около неё, он погладил её по спине.

– Ты красивая.

Видя, как лицо Веры становится красным, а глаза наливаются гневом, я хотела вмешаться, но тут в проходе появился Рома.

– Вера, милая, что же ты меня бросила, – он крепко схватил её за плечо, – даже ни минуты не уделяешь своему мужу.

Серёжа хитро прищурился.

– А что это ты себе позволяешь? – ядовито произнёс он.

– Что, я свою жену женой назвать не могу? – смеясь в глаза парню, сказал Рома – Этот тебя достаёт?

Вера мило прильнула к Ромке.

– Как хорошо, что ты у меня есть.

Я закусила губу, чтобы не засмеяться в голос. Эти двое и вправду хорошо смотрятся, жаль, что просто друзья.

Комната снова заполнялась людьми. Мы танцевали и пели. Наступил вечер, пора уже было собираться домой.

Со всеми попрощавшись, я подала руку Серёже.

– До свидания.

– Солнышко, останься, куда спешить.

– Ну, во-первых, это не твой дом, чтобы просить остаться гостье. А во-вторых, мне и вправду уже пора.

Но Серёжа вцепился в мои руки мёртвой хваткой.

– Отпусти, синяки останутся, – я начала вырываться из его плена, эта игра мне не нравилась.

– У тебя такое декольте, – хищно вскинул брови Серёжа.

«Ёлки, конечно, с третьим размером груди куда я его спрячу, если только бинтами замотаю». Чем больше я старалась высвободиться, тем сильнее Серёжа их сдавливал, руки начали неметь.

– От-пу-ссс-ти, – тихо и чётко выговаривая каждый слог, приказала я парню.

– Ты думаешь, если она меня опрокинула, тебе что-то светит? – раздался весёлый голос у меня за спиной.

– Не мешай, тут свободных полно. Найдёшь себе вторую, – нервно бросил Серёжа Олегу.

– Вторую? – всё, на левой руке синяк.

– Ну да, он решил, что до армии у него будет две девушки.

– Ах, вот оно что, а ну быстро убрал свои руки.

Серёжа мерзко засмеялся.

– Я считаю до трёх, и два уже было!

– Ух, горяча, чертовка, – всё так же смеялся парень.

– Отпусти её. Это моя будущая жена.

Серёжа сидел с немного удивлённым лицом. Воспользовавшись минутной слабостью, я резко дёрнула его на себя и, освободившись, ударила парня тыльной стороной руки с такой силой, что он взвизгнул.

Я обвела взглядом комнату: все, кто там был, уставились на нас. А потом повернулась к Олегу.

– Уроды, – спокойно и прямо в глаза произнесла я, пожав плечами.

Выбежав на улицу, я совсем не могла успокоиться. Вот же дура.

– Стой! Я же всё искренне. – Олег шёл быстрым шагом следом.

– Что искренне, переспать напоследок искренне?! Я в этом не сомневаюсь.

– Хочу, чтобы ты была моей женой, хочу от тебя детей.

– Пошёл ты, говнюк. Я думала хотя бы остаться с тобой в нормальных, дружеских отношениях, но нет! Зачем? Ты же сделаешь всё, чтобы унизить меня, хватит, пошёл в жопу.

– Ты никогда не сможешь найти человека, кто тебя вытерпит, гордая слишком.

– Это уже не твоя забота.

Я повернулась и пошла прочь. Мне не о чем с ним больше разговаривать. Человек больше для меня не существует.

Глава 7

Я в бешенстве хлопнула дверью. Господи, это уму непостижимо, на сегодня это было слишком! Из глаз лились слёзы рекой, вытирать их уже было невозможно. Неужели никуда от этого ада не скрыться? Выбегая из квартиры матери, я успела прихватить свою пустую сумку, особо непонятно зачем. Денег в кармане тоже не было, да и откуда бы взяться карманам на юбке. Постояв в дверях, глядя уже на тёмную улицу, в бессилии опустилась на лавочку. Голова пульсировала от боли. Всё смешалось: слова Олега, матери. Я прислушалась к своим внутренним ощущениям, может, какое-нибудь другое чувство заглушит мои мысли? Но, несмотря на те километры, что я сегодня прошла, и то, сколько времени было после приёма пищи, у меня ничего не болело, не ломило и есть совершенно не хотелось. Организм молчал. Я положила голову на колени, готовая заночевать на этой лавочке, только бы этот отвратительный день кончился. Грохот открывающейся двери заставил меня вздрогнуть.

– Ну и чё?! – Мать еле стояла.

Я спустила ноги с лавочки и выжидающе посмотрела на неё.

– Ну и?! – мать приподняла губу и обнажила зубы. Прищурив глаза, она смотрела на меня. – Пошла! – грубо бросив, мотнула головой в сторону подъезда.

– Нет, – спокойно, но твёрдо сказала я и метнула на неё ледяной взгляд.

– Ну и х**с тобой! – плюнула мать и закрыла дверь.

Я снова забралась на лавочку с ногами. Господи, как стыдно, это же никогда не изменить. Неужели я никогда не выпутаюсь из этой паутины? Неужели меня всегда будет тянуть к таким людям, как мать и Олег? Неужели я не смогу себя перебороть и послать их куда подальше? Зазвонил телефон впервые за пять месяцев. Я решила взять трубку.

– О, привет, – раздался радостный и в то же время удивлённый голос.

– Привет, удивлён?

– Нет, нисколько, чем занимаешься? – Лёша шумно выдохнул.

– Я просила не курить, когда со мной разговариваешь.

– Как, у тебя видеотелефон?! – изумился он.

– Нет, хороший слух.

– Где ты? – вдруг встревоженно спросил Лёша.

– На лавочке, – держась из последних сил, сказала я.

– Тебе плохо.

– Да, – заревела я. Слёзы вновь полились фонтаном.

– Я приду, – твёрдо сказал Лёша.

– Я далеко, не стоит. Не хочу. Я должна одна, я сама! – уже захлёбываясь слезами, говорила я. – Не хочу тебя видеть, ты мне не нужен! – чуть не кричала я.

– Я приду.

– Я на Мечникова! Доволен?! Сижу у сраной многоэтажки. Выгнана из дома в очередной раз. Брошенная, отвергнутая и на хрен никому не нужная. Что тут будешь делать?! Сопереживать, слушать?! Очнись! Здесь не розовые замки, спасать меня не надо, я разберусь со всем сама!!!

В трубку раздались гудки, я хлопнула крышкой «Самсунга». На душе было гадко, ну зачем? При чём тут он? Но держаться нет больше сил. Этот день бесконечен.

Я подняла голову. Из-за светящихся окон и фонарей звёзд было не видно, даже луну заволокло тучами. Сжала рукой горло, такой истерики не было давно – это странное и пугающее чувство беспомощности и отвращения. Боль. Обида, агония в моём теле не прекращались ни на секунду. Пора было охладить голову, срочно, но мозг отказывался.

Минут через 15 я пришла в себя и стала анализировать ситуацию. Снова и снова повторялись в голове слова Олега: «Твоя гордость тебе в жизни не поможет». Последнее, что он бросил мне в спину. Облокотившись на стенку, я размышляла над смыслом слов. Конечно, если сейчас обуздать свою обиду, можно вернуться к матери и ничего не менять. Смириться, что тебя не ценят, да и зря было надеяться, что за месяц можно изменить человека. Вообще, нужно было понимать, что у неё тоже моральная травма, всё-таки Димке сегодня 40 дней. И матери тоже тяжело, да и алкоголь всё меняет. Был бы Димка жив, всё по-другому бы было. Незлобный, душевный, настоящий отчим, прекрасный друг. Жаль, что так рано не стало…

Ну, или остаться у Олега в саду и тогда быть использованной, хотя это не особо честно, все бы на эту ночь были довольны. Нет, я не могу, пусть будет гордыня. Да что угодно, я так не сделаю, не сегодня, не сейчас.

В принципе, можно вернуться к бабушке, идти сейчас до неё часа четыре, не меньше, но это не очень страшно, да и оптимальное на сегодня решение.

Я вскочила с лавочки и поняла, что мне нужно передохнуть, меня качало из стороны в сторону. Противное чувство, тело, проснись! Быстро! Надо!!!! Нет… Стресс даёт о себе знать. Организм не слышит. Снова забравшись на лавочку, я обняла колени. Сейчас подремлю, и всё будет хорошо, шумно выдохнула я. Но мысли в голове опять не дают расслабиться. А-а-а, дно…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.