Зодиакальная ДНК: 6658-ой год
Адаховская Сергеевна София
Кристина Андреевна Иванова

© Адаховская Сергеевна София, 2023

© Кристина Андреевна Иванова, 2023

ISBN 978-5-0060-8010-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Обращение к читателю!

Дорогой друг, хотим поприветствовать тебя в мире, где планета Квинта Ратио делится на двенадцать непохожих друг на друга стран, в каждой из которых проживают обычные люди. Единственное их отличие – знаки зодиака, но о том, что не такие уж они разные им предстоит ещё узнать. Все люди в этом мире (зодиаки) владеют способностями управления воздушными, водными, огненными или земными стихиями. С одной стороны, огромная сила в умелых руках зодиаков может улучшить мир, но с другой, это – разрушительное могущество, которое может привести к войнам. Так и случилось много времени тому назад: тогда зодиаки ещё жили вместе, не было никакого деления на двенадцать отдельных территорий, у них был один единственный правитель почётной династии знака Змееносцев. И всё бы ничего, но произошёл раскол, в ходе которого люди разделились и стали жить обособленно. Люди нового поколения не знают единства, презирают друг друга и привыкли видеть рядом с собой лишь тех, с кем нет различия по знаковой принадлежности, но наступит время, когда людям придётся объединиться и встать плечом к плечу перед общей опасностью. ¹

Пролог. Всё меняется

Квинта Ратио. Страна Львов. Тайное поместье недалеко от города Неовиль. 6658-ой год.

Большие двери из красного дерева, привлекающие внимание гостей своей искусной резьбой, резко открылись, пропуская в просторный кабинет высокого мужчину, облаченного в роскошный, синий костюм. Его фиалковые глаза оценивающе сузились, а суровое лицо резко помрачнело.

– Приветствую, Гéнри, – подал голос старик, по-хозяйски восседая на кожаном диванчике и с интересом поглядывая на вошедшего мужчину.

Тот лишь холодно кивнул хозяину дома и настороженно огляделся, словно видел во всём опасность. Впрочем, вид дорогих диванчиков из красной кожи, кофейного столика с чайным сервизом, рабочего стола и книжного шкафа не вызывал подозрений, но Генри не понаслышке знал о непредсказуемости старого лиса по имени Астéрис. Этот тип не раз доказывал, что доверять ему нельзя, и, чиновник из страны Козерогов, а это был именно он, внутренне напрягся, ожидая очередного подвоха от старого хитреца. Но Астерис делал вид, что не замечает враждебности своего гостя, увлеченно попыхивая трубкой и что-то весело напевая себе под нос:

– Проходи, Генри, чего ты как не родной, в самом деле? Мы не виделись долгие годы. Я скучал. Как дела в стране Козерогов? Передаю им свой пламенный привет, – он подмигнул, затянулся и медленно выдохнул сизый дымок.

– Как не родной? – в ярости процедил Генри, – ты что, Астерис, забыл, как сжёг мой дом?

Астерис небрежно отмахнулся, словно отгоняя назойливую муху:

– Перестань, Генри. Ничего я не сжигал. Я позвал тебя, потому что намерен заключить с тобой мир. Близятся трудные времена, приятель. Нужно держаться вместе.

Генри подавил рассерженный вздох. Этот старик пытался запудрить ему мозги. Мужчина слишком хорошо знал Астериса, чтобы распознать ложь. И всё же, несмотря на недоверие и презрение к хозяину дома, Генри медленно прошёл к кофейному столику и осторожно уселся на мягкий кожаный диванчик.

– Чай? Кофе? Потанцуем? – веселился Астерис. Не дождавшись ответа от гостя, он принялся деловито хозяйничать над кофейным столиком, наполняя фарфоровые чашки ароматным чаем, – вот, приятель, твой любимый зелёный чай.

Генри холодно взглянул на фарфоровую чашку, но, решив проявить вежливость, принял её из рук хозяина. Надо узнать у старика правду, а для этого придётся немного смягчиться.

– Ну, что ж, – Астерис с глухим звоном поставил чашку на стеклянный столик и потёр руки, – тебе, наверное, интересно, зачем я пригласил тебя?

– Весьма, – сдержанно ответил Генри.

– Ты же знаешь, если я что-то захочу – могу горы свернуть, – неожиданно начал Астерис, его слова прозвучали как угроза, но Генри и бровью не повёл. Старик словно норовил заглянуть ему в душу и узнать, о чём же он думает, что замышляет. Но напрасно, ведь Генри никогда не открывался ему до конца.

– Так в чём дело, Астерис? – спросил Генри.

– Знаки ссорятся, – старик быстро переменился в лице, – даже сейчас возникают межзнаковые конфликты. Чиновники разных стран всё больше обвиняют друг друга в проникновении на чужую территорию, но это только начало. Начало, которое может привести к войне. Ты понимаешь, о чём я, Генри?

– Да, – ровным голосом ответил Генри, глядя перед собой. Он вытянулся в струнку, – я слышал про вражду Водолеев и Овнов. Кажется, снова не поделили территорию.

– Именно так, – подтвердил Астерис. Его зелёные глаза оценивающе прищурились, – теперь ты понимаешь масштаб трагедии? Давай поговорим о «Звёздном предсказании двенадцати знаков». Ты знаешь, что-нибудь об этом?

– Конечно, – пренебрежительно ответил Генри и снова поднёс чашку к губам, – об этом знает каждый зодиак с пелёнок.

– Ах, старое, доброе предсказание, – нараспев сказал Астерис и слишком резво для своих лет подскочил с дивана. Пересёк весь кабинет и прошёл к витражному шкафу, где пылились древние, старые тома, – мне кажется, нынешняя молодёжь воспринимает это предсказание как сказку, – он открыл дверцу шкафа и провёл пальцем по корешкам книг, – вот же она, – он вытянул неприметную книгу и, отыскав нужную страницу, уставился внимательным взглядом в текст, – эта книга – древняя летопись наших предков.

– Предков, которые жили вместе и сохраняли мир?

– Да. До тех пор, пока правителя всех знаков —Змееносца, не отравили. Все переполошились, долго спорили, подозревали и тыкали друг в друга пальцами. Эти споры о том, кто прервал жизнь великого всенародного любимца, чуть не привели к кровавой войне. Но, к счастью, несколько зодиаков вовремя опомнились, созвали совет двенадцати знаков, где приняли решение расселиться на отдельных территориях. Тогда им это казалось наилучшим выходом. В этой летописи подробно описываются события тех времён. Хотелось бы похвастаться, недалеко у всех есть столь ценный экземпляр. Но позвал я тебя, Генри, не для того, чтобы напомнить тебе о всемирной истории знаков, – он пошёл обратно, к столику, тихо шурша своей темной мантией по полу, – в летописи, помимо повествования о событиях тех лет, упоминается некое интересное предсказание будущего…

– Звёздное предсказание двенадцати знаков, – словно загипнотизированный, продолжил за него мужчина.

Астерис довольно улыбнулся:

– Да. В предсказании говорится о появлении нового Змееносца. Но прошло много лет, зодиаки изменились, изменились их взгляды на жизнь, и, если раньше Змееносца боготворили, то сейчас его едва ли воспринимают всерьёз. Тринадцатый, никому не нужный знак.

– В предсказании говорится только о появлении Змееносца? – спросил Генри, хмуро глядя на собеседника. Он терпеть не мог, когда старик затягивал свои речи.

– Нет, – Астерис торжественно поднял палец вверх и продекламировал, – число зверя на календарях станет предвестником апокалипсиса. Тот, кто раньше правил страной, вернется, чтобы возродить могущество своих предков. Лишь двенадцать избранных, как жертва от каждого знака, способны остановить разрушение мира при помощи небесных артефактов, – старик улыбнулся, – тот, кто раньше правил страной. Конечно же это Змееносец, друг мой.

– И всё же, я больше придерживаюсь мнения, что это просто сказки, – покачал головой Генри, – откуда такая уверенность, что предсказание правдивое? Это было несколько сотен лет назад, его изрекли некие астрологи, какова вероятность, что они не ошиблись?

– Разве ты не видишь, что происходит? В предсказании говорится о двенадцати людях, – напряженно продолжил Астерис. – С каждой страны будет выбран человек, но главное здесь – не ошибиться в выборе. Если мы не найдём тех самых, прольётся кровь.

– И как понять, что этот человек тот, кто исполнит пророчество?

Астерис направил на него свой тяжёлый взгляд:

– Звёзды укажут на этих людей. В натальной карте скрывается много информации о человеке. Это как ДНК, только лучше. Ты должен помочь мне, Генри. Нам необходимо провести испытания, чтобы отыскать тех, кто нам так необходим.

– Ладно, – грубо ответил Генри и поднялся, чтобы подойти ближе и заглянуть своему собеседнику в глаза, – я согласен. Но как ты собираешься проникать в другие страны?

– Что ж, – Астерис расплылся в улыбке, – у меня свои способы.

Глава 1. Дóриан

Прохладный ветерок обжёг лицо, взъерошил курчавые волосы. Дóриан расслабленно улыбнулся, ступая на мощеную булыжником улочку и вливаясь в общий поток людей. В руках парень держал книгу в мягком переплёте, которую только что взял из городской библиотеки.

Планы на вечер были такими: зайти в кофейню и просидеть там до самой темноты, пока на браслет не придёт сообщение от бабушки, означающее, что, если парень через двадцать минут не явится домой, то она поднимет панику и вызовет службу зодиакального порядка. На языке простонародья их называли зопами, и следили эти ребята за порядком в городе.

Дориан взглянул на браслет. Время было шесть часов вечера, а значит, можно сидеть в кофейне ещё целых три часа. Он шёл мимо различных книжных магазинов, с восхищением рассматривая витрины, заставленные книгами, и думал о том, как однажды скупит все желанные книги и никогда не выйдет из кофейни. Будет сидеть там целыми днями и читать… Пребывая в своих мнимых мечтаниях, Дориан не заметил, как столкнулся с каким-то громким, привлекающим внимание прохожих, продавцом. Глаза у мужчины тотчас загорелись при виде потенциального покупателя. Он открыл рот и вывалил на Дориана чётко отработанную маркетинговую речь:

– Хей, парень, желаешь приобрести новейший зодиакальный браслет? Мы можем поторговаться, я готов пойти на приличные уступки. Меня тут все знают как щедрого хозяина! Вот только вчера был привоз от фирмы «Антарес». Знаешь, такую фирму, парень?

Дориан рассеянно покивал.

– Это самая популярная фирма во всём зодиакальном мире, лучше не найдёшь! У них самые качественные браслеты, ты только глянь…

Дориан сразу понял, что только потратит время впустую, вместо того, чтобы поспешить в кофейню и приняться за чтение, но отказать не мог – от мужчины исходило какое-то магнетическое влияние, в его глазах будто закручивался ураган, который в любую секунду мог захватить парня. А может, Дориан просто не умел отказывать.

Мужчина завёл его в небольшой, душный магазинчик с прилавком в дальнем конце и стенами, полностью увешанными наручными зодиакальными браслетами. Он отошёл от Дориана и сделал вид, что занят делами у прилавка, позволив парню медленно пройтись вдоль стен и внимательно рассмотреть искусно изготовленные браслеты.

Дориан невольно похлопал себя по карманам, хоть и знал, что денег у него хватит только на кофейню, но не подал виду. Даже если бы он мог отказаться от кофе, то едва ли ему хватило бы на самый дешёвый браслет от фирмы «Антарес». Эта фирма изготавливала самые качественные, а значит, и дорогие браслеты. Семья Дориана не могла позволить себе такую роскошь.

Браслет чаще всего использовали для связи. В нём имелась звёздная нить, позволяющая звонить и видеть голографические лица во время разговора. Но самое главное, браслет мог накапливать зодиакальную энергию. Он что-то вроде энергетического тайника, и, чем больше вмещает энергии для использования сил стихи, тем браслет круче. Их называли Скважами или, еще проще, браслетами.

У Дориана был самый обычный браслет с самым, что ни на есть, неброским Скважем и потрёпанным ремешком, на котором и крепился Скваж. Но на стене этого магазинчика было кое-что по интереснее браслета Дориана. Тут были Скважи из глянца, золота, бронзы, чёрного мрамора.

Насколько Дориан знал, на фабриках по изготовлению Скважей, браслеты насыщали специальной энергией, в зависимости от знака и стихии, к которой он принадлежит. А когда зодиак заряжает браслет своей энергией, она просто притягивается к точно такой же, идентичной. Такое преподавали ещё в школах на третьем курсе обучения, в разделе «Теория первозданной энергии», или же просто «ТПЭ»

– Ну что, приглядел себе что-нибудь? – затащил его в реальность продавец, который как-то внезапно растерял своё добродушие, пока Дориан витал в облаках.

– Можно поменять ремешок? – тихо спросил парень.

Продавец разочарованно вздохнул, но всё же смог выдавить улыбку и вежливо сказать:

– Ремешки продаются в другом магазине. Иди прямо по улице, там будет магазин «Ремешки для Скважей от Миллера». Разберёшься?

Дориан кивнул:

– Извините, я ошибся. Думал, у вас и ремешки продаются, – он немного помолчал и пошёл к выходу, – спасибо, я разберусь.

Дориан снова вышел на улицу и рассеянно побрёл по тротуару, иногда сталкиваясь со случайными прохожими или натыкаясь на ларьки с едой или какими-нибудь безделушками.

На самом деле, Дориан даже не планировал заходить в этот магазин, чтобы купить себе новый ремешок. Да, его нынешний уже потрёпанный, но какой ему смысл покупать новый? Покрасоваться перед одноклассниками? Глупо. А друзей у него не было. Так что, Дориан даже повеселел, когда понял, что всё это не имеет смысла, а значит, можно не переживать из-за нехватки денег.

Кофейня находилась в паре кварталов, и Дориан ускорился. Ему не терпелось снова оказаться в знакомом уютном месте, где все переживания оставляли его. Парень рассматривал улицы родного города. Дориан родился в Пáйвуде и прожил здесь всю осмысленную жизнь. Это был не самый большой город в стране и в последнее время, ему казалось, что жизнь здесь тяготила его, а сердце тянулось к чему-то другому.

Двери кофейни мягко закрылись за Дорианом, он вошёл в тёплое помещение и ощутил знакомый запах кофе. Глубоко вдохнул, кивнул приятелю за стойкой – Джóйсу. Пока Дориан проводил большую часть времени в кофейне, они с этим парнем успели здорово подружиться. Это был его единственный друг, но, к сожалению, их общение ограничивалось кофейней.

– Здоров, Дори. Как дела? – Джойс увлеченно протирал полотенцем чашку.

– Хорошо, – улыбнулся Дориан и уселся за стул у стойки. Обычно, когда Джойс был занят, Дориан садился за стол у окна и проводил время в одиночестве, но сегодня, у приятеля была куча свободного времени, – я книгу взял в библиотеке. Решил заскочить к тебе, почитать.

– Благое дело, – одобрительно кивнул Джойс и без вопросов принялся делать кофе Дориану, – Что за книжку взял? – не отрываясь от дела, спросил Джойс.

Дориан достал из сумки заветную книгу и положил на стойку. Джойс скосил глаза и прочитал вслух:

– «История изучения тёмной энергии. Углублённый материал» Зачем тебе это? Впервые слышу о такой книге. Тёмная энергия какая-то…

– Библиотекарь предложила мне её. Видимо, она заметила, что я хожу меж стеллажей уже час и не знаю, что взять. Сказала мне, что эта книга досталась ей от дяди, и она хранит её в библиотеке в качестве реликвии.

Через пять минут его кофе был готов. Латте с корицей и приятным мягким ароматом.

– Эй, Дори, читал газету? Вчерашний выпуск «Мировых новостей», – Джойс достал газету из-под стойки.

– Я редко их читаю, – пожал плечами Дориан, – что там?

– Какие-то важные чиновники приедут к нам в столицу, – деловито сообщил Джойс, – интересно, как монарх разрешил им пересечь границу?

– Чиновникам иногда разрешают, если это важно, – сказал Дориан и отпил кофе, – да и глава нашей страны какой-то мягкий… тебе не кажется, что его политика должна быть, ну, несколько жёстче, с учётом того, что некоторые страны относятся к Рыбам как-то… несерьёзно?

– Да, приятель, возможно, ты прав. Слушай дальше, – он уставился в газету и прочитал вслух, – «На днях нашей прессе стало известно о приезде важных чиновников из страны Козерогов и Львов. Вскоре состоится встреча главы государства и приезжих гостей. Точной информации пока нет, но мы можем лишь предполагать, что чиновники приехали обсудить вопросы совместных мероприятий»

– О нет, – протянул Дориан и покачал головой, – если они устроят совместное мероприятие, это не приведёт ни к чему хорошему. Ты помнишь, что было пять лет назад, когда Овны и Львы решили устроить подобное?

– Ага, – хмыкнул приятель, словно вспомнив о чём-то забавном.

– Может, в этот раз будет спокойнее? – с надеждой предположил Дориан, – без конфликтов?

– Это как посмотреть, – покачал головой Джойс и хотел сказать что-то ещё, но тут в кофейню зашли две девушки, тихо хихикая, – ладно, работа зовёт. Приятно почитать, юный любитель тёмной энергии.

Дориан криво улыбнулся и, захватив свой остывший кофе, подсел ближе к окну. Не спеша достал книгу, исподлобья поглядел на вошедших девушек и, убедившись, что им нет до него никакого дела, начал изучать её.

Весь переплёт был отделан в тёмно-золотых тонах с хаотичными узорами и названием посередине: «История изучения тёмной энергии. Углублённый материал». Дориан с трепетом открыл книгу и нахмурился, на форзаце значились слова: «Для тех, кто готов постигать неизвестное».

– Я готов, – неслышно прошептал Дориан, словно для себя, и начал читать.

Книга началась с небольшой истории, и велась от лица некого Водолея, предпочитающего оставаться инкогнито. Водолей рассказывал о том, как путешествовал по миру, незаконно проникал на территории стран других знаков, искал новые ощущения, приключения и место, где ему будет по душе. Но все места оказывались неподходящими, Водолея тянуло к чему-то другому, но к чему, ему так и не удалось понять, пока он не нашёл тот редкий клочок земли, не принадлежавший какой-либо зодиакальной стране.

Оторвавшись от книги, Дориан вспомнил, что на географии в школе действительно говорили: в мире существует всего семь таких земель. Небольшие леса, холмы, долины. Нейтральная территория, где обитают люди, предпочитающие жить вдали от цивилизации и деления на знаки зодиака. Их называли дикарями и отшельниками, но Дориану всё больше казалось, что решение их не абсурдно. В конце концов, у всех есть право на выбор.

Дориан встряхнул головой, отгоняя мысли, и снова углубился в чтение. Водолей бездумно шёл, пока не наткнулся на маленькую долину, ещё в древности названную «Нембýсом». Водолей описывал, как днями и ночами напролет изучал эту землю, не обращая внимания на любопытных отшельников.

Вскоре он нашёл кое-что интересное. Почерневший кратер прямо посреди поляны. Водолей прыгнул в кратер и оказался окутанный чёрным дымком. Струйки дыма оплели его ноги и руки, он стал задыхаться, словно некая сила перекрыла ему кислород. Помимо всего прочего, он чувствовал, как эта сила проникает в него тёмными сгустками энергии и заполняет всё его тело ранее неизвестной, необычной силой.

Дальше Водолей писал, что потерял сознание. Эта сила сдавила ему голову, пошатнула сознание. Несколько дней он пролежал в бреду в каком-то неизвестном месте, помнил лишь смутные силуэты и обрывочные воспоминания. Ему снилось, что он стоит на краю чёрной пропасти и собирается прыгнуть, но всё не решается, а когда решается, сон мгновенно пропадает.

Водолей проснулся в тёплой хорошо освещённой пещере в холодном поту. Из разговора с вождём выяснилось, что дикари нашли его на траве, измазанного чем-то похожим на уголь или сажу, после чего отнесли в пещеру к лекарю.

– Ты забрал бóльшую часть энергии из кратера, – сказал вождь, – тёмной энергии. Пока твое тело только привыкает к новой силе. Вероятно, ты чувствуешь себя плохо… видишь непонятные сны… это только первый этап, – он мрачно посмотрел на Водолея исподлобья, – теперь ты неразрывно связан с тёмной энергией.

Дориан резко захлопнул книгу. Тяжело дыша, парень воровато осмотрелся по сторонам, быстро закинул книгу в сумку и, не допив кофе, подскочил на ноги.

– Дори, приятель, уже уходишь? – слова Джойса поймали его тогда, когда он стремглав выбегал из кофейни, перепуганный и ошарашенный.

– Д-да, – быстро обернувшись, он остановился на пороге, – извини, мне пора. Увидимся еще…

И он помчался по опустевшим улицам, не замечая ни продавцов, закрывающих свои магазины на ночь, ни редких прохожих, попадавшихся на пути. В голове бешеным вихрем крутились слова: «Теперь ты неразрывно связан с тёмной энергией».

Остановился Дориан только у самого дома и подумал, как глупо себя повёл. Активировал браслет – время на часах показывало 20:30.

Ладно, устало думал парень, переводя дыхание, может и не стоило так внезапно убегать.

Парень поднялся на второй этаж старого пентхауса, открыл дверь и попал в их уютное жилище, насквозь пропитанное запахами различных пряностей и свежей выпечки.

– Дори? – раздался с кухни бабушкин приглушённый голос, – это ты? Ты сегодня что-то рано…

– Да, – разуваясь, крикнул парень, – решил пораньше прийти…

– Ты как раз вовремя, Дори, – она выключила воду на кухне и прошла в коридор, – я испекла пирог в форме звезды Муски́да. Хочешь чаю?

– Хм, было бы неплохо, – кивнул Дориан, хотя был не голоден, – спасибо.

У его бабушки были необычайно добрые, зелёные глаза и седые вьющиеся волосы. Бабушка старела с каждым годом, но внутренняя энергия, бьющая в ней бурным ключом, казалось, никогда не иссякнет.

– Сейчас налью! – радостно улыбнулась бабушка и поспешила на кухню.

– Дедушка дома? – спросил Дориан.

– Он в гостиной, – крикнула бабушка.

Дедушка сидел в широком кресле и, закинув одну ногу на другую, читал газету. Рядом дымилась чашка с крепким чаем, а широкие окна в комнате были открыты, пропуская свежий вечерний воздух в помещение. Рядом с лицом дедушки плавно кружилась светящаяся круглая сфера, оранжевый свет от которой мягко падал на его морщинистое лицо. Внутри прозрачной сферы переливались и кружились рыжеватые завитки энергии, исходящей от Скважа. Впрочем, те уже заметно побледнели и не светили так ярко, как при полном заряде. Дориан приблизился к висящему в воздухе светильнику и коснулся его пальцем: браслет на его руке мягко завибрировал, энергия наполнила поверхность сферы, которая тут же вспыхнула и засветилась ярче, чем прежде. Именно такие круглые сферы служили освещением в домах, а заряда энергии, которой требовалось не так много, хватало на целые сутки.

– Привет, Дориан, – произнёс дедушка, не поднимая головы, – как погулял?

– Хорошо, – вздохнул парень и, пройдя к другому креслу, уселся напротив дедушки.

Дед был строгим мужчиной, но с ним по-настоящему приятно было вести беседу. Он был хорошим слушателем и всегда мог дать дельный совет. Именно поэтому, по приходе домой, Дориан первым делом шёл к нему.

– Знаешь, Дориан, – дедушка медленно свернул газету и отложил её на подлокотник кресла, – тебе уже семнадцать, ты стал… таким взрослым. В этом году ты окончишь школу, пора определиться с выбором колледжа. Мы с бабушкой знаем приличный колледж в столице. Если удачно сдашь экзамены, можешь рассчитывать на поступление туда, – продолжал дедушка.

– Ты говоришь про Кастулский колледж, дедушка? – покачал головой Дориан, – мы не потянем его. Обучение там стоит больших денег.

Дедушка резко вскинул руку, опережая все возражения внука. Лицо его стало суровее, и Дориан неловко поёрзал в кресле, как делал всегда, когда дедушка так смотрел на него.

– Ничего. Потянем. Тебе главное поступить, а насчёт денег не волнуйся, понял меня, Дориан?

Парень твёрдо кивнул, всем своим видом показывая, что, мол, да, он отлично понял, но осталось желание переубедить дедушку. В гостиную зашла бабушка с подносом, на котором дымилась чашка травяного чая для Дориана и большая тарелка с нарезанным пирогом.

У них в семье была давняя традиция печь пироги в форме звёзд, и, соответственно, в их честь называть получившуюся выпечку. Вообще-то, давать названия пирогам не имело смысла, ведь все они получались практически идентичными, но понимали это только Дориан с дедушкой и помалкивали, ведь бабушке нравилась эта старая, семейная традиция.

После чаепития и долгих семейных разговоров, Дориан начал клевать носом. Бабушка мгновенно заметила это и отправила его в спальню. Парень уснул быстро, лишь голова прикоснулась к мягкой поверхности подушки. И снился кратер с зияющей воронкой, готовый в любой момент затянуть его. Снова этот ненавистный кошмар, мучающий его на протяжении семнадцати лет. Снова.

Глава 2. Якуб

Дети улиц – так их с презрением называли ребята, выросшие в счастливых семьях. Люди предпочитали думать, что их вовсе не существует… до определенного времени. Как только Дети улиц начинали устраивать драки, или что-то в этом роде, все внезапно вспоминали о них и оказывали уж слишком много внимания. Правда, не такого, какого бы им хотелось.

Сейчас, сидя тут, за решеткой и утыкаясь лбом в металлическую поверхность, Я́куб думал о несправедливости, преследовавшей его всю жизнь. На другой стороне решётки важно расхаживал зоп. Совсем молодой, возможно, какой-нибудь стажёр, подумал парень. Может, удастся его обмануть?

– Эй, начальник, подойди сюда, – позвал Якуб, криво ухмыляясь. Стоило показать этому стажёру, кто здесь главный, поэтому парень напустил на себя самоуверенный вид, и, когда тот подошёл к решётке, он медленно поднялся со скамьи.

– Чего надо, заключённый? – не став церемониться, прорычал зоп.

Якуб удивлённо присвистнул. Ну что ж, это будет не так легко, как он предполагал. Придётся хорошенько постараться, чтобы заговорить ему зубы.

– Послушай, товарищ, я попал сюда по ошибке! – вцепившись в решётку двумя руками, отчаянно заговорил Якуб. Он приложил немалые усилия, чтобы голос его звучал как можно убедительнее.

– Ну да, – недоверчиво хмыкнул зоп, – все вы так говорите. Мне уже тошно становится от одних и тех же отговорок… хоть бы что-нибудь новенькое придумали.

– Я говорю правду, – процедил Якуб.

– Эй, не смей врать мне, заключённый, – в голосе зопа явственно слышались стальные нотки. Какой упрямый попался. Обычно, Якубу удавалось разводить даже самых опытных зопов, – я видел, какую драку вы там устроили. И видел тебя. Видел, как ты метал молнии в другого зодиака. Это запрещено, парень, ты знал об этом?

Якуб молчал. Лишь смотрел на этого зопа исподлобья, своим самым недобрым взглядом и проклинал всё на свете. Как бы он хотел вернуться на пару часов в прошлое. Туда, где его девушка Синди уговаривала не ввязываться в эту уличную драку и остаться дома… Стоило бы уже усвоить, что Синди всегда права.

За два часа до этого

Их квартира была маленькая и просторная одновременно. Синие обои, маленькие потрепанные диванчики, стол, забитый всяким хламом. Шаркая по мягкому ковру, Якуб прошёл к столу, подобрал сигареты с коробком спичек и быстро закурил. Синди не одобряла его привычки курить дома, но сейчас парень был совершенно один, а значит, и ударить по рукам было некому.

Он уселся на деревянный стул, который протяжно скрипнул под его весом, и рассмотрел содержимое стола. В основном, всякие банки от газировки и пустые пачки от сигарет. Его взгляд зацепился за уголок знакомой фотографии, неприметно торчащий из-под кипы бумаг. Зажав сигарету меж зубов, Якуб потянулся и подцепил ногтем фотографию. Вытащил на свет, поднёс к глазам и, улыбаясь, внимательно рассмотрел.

На фотографии был запечатлен момент выпускного дня из приюта, когда всем стукнуло по восемнадцать, а это значило, что теперь они достаточно самостоятельные и взрослые люди, не нуждающиеся в опеке государства. В центре фотографии три человека, стоящие прямо перед зданием их бывшего дома и радостно улыбающиеся фотографу. Слева заплаканная Синди, посередине сам он, Якуб, и справа его лучший друг Банди.

У Банди было крупное телосложение из-за чего он казался тем ещё хулиганьём. Его чёрные колючие глаза всегда смотрели враждебно и пугающе, словно парень уже обдумывал, каким именно способом он будет тебя убивать. К тому же, за целый год он успел отрастить брутальную щетину, и теперь выглядел старше своих лет. Тёмно-каштановые волосы он всегда залихватски зачесывал назад, а подстригался крайне редко. И, хоть люди, видевшие его впервые, были крайне убеждены, что этот парень – преступник и хулиган, отнюдь их предубеждениям, Банди был прекрасным человеком и отличным товарищем.

Якуб глянул на себя, и, не удержавшись, хмыкнул. Вид у него был такой, словно его всего пять минут назад вытащили из кровати и сказали, мол, собирайся и проваливай из приюта, ты свободен. На висках пепельные волосы сбриты, а чёлка и свисает на нахмуренный лоб. Серо-голубые глаза смотрят сонно и внимательно, словно недоумевая: чего же хочет от него этот фотограф?

Однажды Синди заметила, что Якуб выглядит и передвигается как уличный кот: изящно и грациозно. Парень тогда от души посмеялся над ней. Присмотревшись к своей высокой худощавой фигуре на фотографии, Якуб подумал, что может, не так уж она и ошибалась.

– Якуб, объясни мне, почему по всему дому воняет сигаретами?

Парень замер в тот момент, когда затягивался сигаретой.

– Якуб? Повернись ко мне, – настойчиво повторил голос.

Парень повернулся, молча глядя на девушку и продолжая сдерживать сигаретный дым в лёгких. Не выдержав, он поперхнулся и судорожно закашлялся. Синди смотрела на него с недоумением, потому как Якуб, кашляя, умудрялся ещё и хрипло смеяться.

– Я же просила тебя не курить дома, – устало вздохнула девушка, сняла обувь и быстро прошла к окну. Распахнув, помахала ладонью, отгоняя от себя едкий запах.

– Хей, не сердись, я просто не слышал, как ты пришла. Надеялся, что успею проветрить квартиру до твоего прихода, – пробурчал Якуб и выкинул сигарету в распахнутое окно, – лучше расскажи, как прошёл день в колледже?

Синди прошла к диванчику и, растянувшись на нём, прикрыла глаза.

– Профессор по предмету «Искусство управления энергией» не принял зачёт, – глухо сообщила она с закрытыми глазами. Синди явно больше переживала за учёбу, чем Якуб и Банди, и ей, единственной из их троицы, удалось поступить в колледж, даже получив такое никчемное образование, которое дают детям из приюта. Якуб гордился ей.

– Ничего, – Якуб быстро подошёл к диванчику, присел на полу возле девушки и взял её за руку, – это ещё не конец света. Ты всё догонишь. И сдашь зачёт этому профессору. А если не сдашь, я приду и наваляю этому хрыщу…

– Это женщина, – Синди усмехнулась и открыла глаза.

– Так я словесно наваляю ей. Ты же знаешь, я могу, – убедительно продолжал он.

– Ах, Якуб, если бы все проблемы решались кулаками или конфликтами… – Синди провела рукой по его волосам, придав им ещё более растрёпанный вид. Пепельная прядь упала ему на глаза, и Якуб по привычке попытался сдуть их ртом.

– По-моему, наш президент в последнее время считает точно также, как и я, – напомнил ей Якуб, в нетерпении убирая волосы ладонью, – решает все проблемы конфликтами. В том числе, и внутренние тоже. Ещё так гордо при выступлении называет нашу страну – демократической! Демократической президентской республикой, тьфу. От демократии одно название, народ в итоге не принимает никакого участия в политических делах. Лучше бы не кичился так демократией, было бы не так обидно.

– Думаю, так не только у нас, – вздохнула Синди, перевернувшись на спину и уставившись в обшарпанный потолок задумчивым взглядом, – конечно, нам мало известно про другие страны, но я слышала, что у раков жёсткая диктатура, тоталитаризм… наверное, им ещё хуже, чем нам.

– А у нас скрытая диктатура, – усмехнулся Якуб, – и что хорошего?

Дверь их квартиры резко открылась. Якуб не видел необходимости закрывать её, в чём ему удалось убедить Синди. Они жили в небольшом, полупустом доме, где все знали друг друга и вряд ли бы кто-то из жителей осмелился пойти на ограбление чужой квартиры. Тем более, такое решение позволяло их другу Банди беспрепятственно проникать к ним в гости в любое время суток.

– Я не помешал? – басистый голос разрезал тишину комнаты.

– Банди, дружище! Ты, как всегда, вовремя! – повернувшись через плечо, «добродушно» произнёс Якуб.

Банди мгновенно распознал в его голосе сарказм и, хмыкнув, прикрыл за собой дверь.

– Ты собираешься? – спросил он, вешая куртку на крючок, – уже через тридцать минут начнётся.

– Начнётся что? – Синди мгновенно села на диване и с тревогой посмотрела на парней.

– Ты не сказал ей? – Банди махнул в сторону Синди и вопросительно вскинул густые брови, – ох, Якуб, ты псих.

– Я знаю, – опущенным голосом ответил Якуб и умоляюще посмотрел на Синди, – только не кричи. Ты же знаешь, как я…

– Куда. Ты. Собрался, – выделяя каждое слово паузой, с трудом произнесла девушка.

– Э-э-э… на драку с одними придурками. Синди, да ты не переживай так, мы их уделаем так быстро, что и ты моргнуть-то не успеешь.

Девушка протяжно застонала и резко встала с дивана.

– Як, ты не можешь пойти туда! Ты же понимаешь, что к нам и так относятся с большим недоверием! Для них мы отбросы общества, самый низший слой. Если будете драться с ребятами, первым делом зопы скрутят именно вас, а им, как всегда, всё сойдёт с рук. Какой смысл постоянно драться, если это ничего не меняет?

– Нравится мне этим идиотам морды бить, – мрачно произнёс Якуб и откинул чёлку со лба, наблюдая как Синди расхаживает по комнате.

– Драка будет честная? – продолжала допрос девушка, – без молний?

– Конечно, – невозмутимо соврал он. На самом деле, пообещать наверняка он не мог – в крайних случаях всегда приходилось прибегать к молниям, – ничего не будет. Это просто драка. Даже если кто-то осмелится вызвать зопов, мы просто свалим оттуда. Но, полагаю, такого не будет. Это наш район. Тут все свои. Не будешь ругаться?

– Я уже ругаюсь, Якуб, – угрюмо пробурчала она, – только не влипни в неприятности, ладно?

– Какие неприятности? – нервно хихикнул он, – я и неприятности совершенно несовместимые вещи, детка.

Банди, до сих пор подпирающий стену у двери, издал характерный звук раздражения и насмешливо произнёс:

– Конечно же, мы все отлично знаем, что Якуб жить не может без неприятностей, но я прослежу за этим балбесом, Синди.

– Кого ты там балбесом назвал?!

***

Якуб понял, что коротать время в тюрьме было не так уж и легко. Он рассматривал стены, исчерченные надписями и именами, подслушивал разговоры зопа с коллегами и надеялся, что к нему за решётку посадят интересного собеседника. Ко всему прочему, у него ужасно саднила щека. Во время драки, какой-то крупный паренёк вмазал ему так, что у него звёздочки перед глазами заплясали.

Якуб уже попадал в тюрьму однажды, но тогда он сразу вырубился и долго проспал, так что время, проведённое за решёткой, не показалось ему тогда столь утомительным. Но в этот раз… Якубу хотелось перегрызть эту решётку зубами, чтобы выбраться на свободу. Он измерял тесное пространство нетерпеливыми шагами и медленно терял самообладание.

– Чего ты ходишь, как молнией пришибленный? – мрачно осведомился зоп, заметив изменение в его поведении.

– Кто сообщил о драке? – неожиданно для себя спросил Якуб, остановившись возле решётки.

– Не знаю, – буркнул зоп, копаясь в бумагах на столе, – какая-то девушка.

– А имя?

Зоп повернулся к нему и окинул его снисходительным взглядом. Якуб невольно сжал кулаки.

– С какой стати я должен говорить тебе имя, заключённый? Присаживайся на лавочку, думай над своим поведением и проводи время с удовольствием.

Парень открыл рот, чтобы вывалить на зопа то, что он о нём думает, но тут же осадил себя. Какой смысл спорить с ним? Этому стажёру плевать на его мнение, более того, своими словами Якуб может создать себе лишние проблемы, а они были совершенно ни к чему.

И он снова плюхнулся на старую скамью. Подумал, может, поспать? Ну нет, не будет он больше обтирать эти грязные скамейки. В прошлый раз ему было пятнадцать, и он помнил, что жутко вымотался от всей этой беготни и хотел спать. То был его первый побег из приюта. Зопы гнались за ним по всему городу, а когда нашли, выяснили, что парень успел ограбить маленькую лавчонку на городском рынке. Якуб тогда, честное слово не хотел воровать, но продавца не было на месте, а он чувствовал адреналин – ему нравилось это ощущение, хотелось ещё чуть-чуть продлить этот момент, до того как зопы поймают его.

Внезапно браслет зопа замигал зелёным светом и тоненько запищал. Стажёр активировал Скваж, снова блеснул зелёный свет, и над браслетом высветилось голографическое лицо мужчины:

– Эй, Виктор, тут какая-то девушка пришла к заключённому. Назвалась Синди Хинтон. Впустить её?

Зоп по имени Виктор, прежде чем ответить своему коллеге, обернулся и злорадно зыркнул на Якуба. Последний не понял смысла этого взгляда, но ответил ему тем же.

– Пускай.

Через несколько минут в помещение через железную дверь Виктор пропустил запыхавшуюся Синди.

– Синди Хинтон? – спросил зоп, – кем являетесь заключённому?

– Да, это я. Хм, я его девушка, – ответила она и, осмотревшись, нашла камеру с Якубом. Парень, в свою очередь, молча отсалютовал ей.

Виктор усмехнулся и повернулся к Якубу.

– Хотел знать, кто сообщил о драке? – он кивнул в сторону Синди, – вот она.

Хоть Якуб и сидел на своей скамье устойчиво, ему всё равно показалось, что мир рухнул прямо под ним. Он переводил взгляд с зопа на Синди и обратно, но никак не мог осознать услышанное.

Виктор, тем временем, как ни в чём не бывало прошел к своему месту и уселся за стол.

– У вас три минуты, – произнёс он не оборачиваясь, – время пошло.

– Послушай, Якуб, я всё объясню, – ровным голосом сказала девушка, подойдя к решётке, – не воспринимай на свой счёт, я просто хотела остановить это безумие, но я же не знала, что ты… – она понизила голос, – будешь использовать свои молнии. В конце концов, ты обещал не делать этого!

– Неважно, Синди! – вспылил Якуб, подскакивая и оказываясь рядом с девушкой, – это не имеет значения, потому что это ты, – он выделил последнее слово громкой интонацией, – вызвала зопов, и именно из-за тебя я сейчас сижу тут!

– Я думала, вас разгонят, ты успеешь убежать…

– Ты предала нас, – тихо сказал Якуб.

– Перестань быть ребёнком! – рассердилась девушка, – ты же понимаешь, я хотела, чтобы приехали зопы и просто разогнали ваш цирк.

– Синди, ты знала, что это равносильно предательству? Свои так не поступают. Да я больше думал на дворовую собаку, чем на тебя.

– О чём ты Якуб? Ты использовал молнии! Это опасное оружие. А ещё гордость всех стрельцов, ведь только мы среди прочих огненных знаков смогли сохранить секрет предков, и теперь успешно используем молнии в стратегических целях. А ты раскидываешься ими направо и налево в уличных драках, будто это какая-то игрушка.

Разумеется, он прекрасно знал, что после разделения всех зодиаков на отдельные страны, только представителям знака Стрельца удалось спасти этот «козырь в рукаве» от неминуемого забвения, однако Якуб не относился к этому навыку так трепетно, как его девушка.

– Ваше свидание окончено. Девушка на выход.

– Мне пришлось использовать молнии, – быстро проговорил Якуб, надеясь, что зоп не услышит его, – какой-то парень напал на Банди со спины и начал со всей дури колошматить его. Я увидел это, но был слишком далеко, чтобы прибежать ему на помощь…

Синди покачала головой и, взглянув на Якуба в последний раз, молча последовала за зопом.

Якуб остался стоять у решётки. Ожидал ли он от Синди подобного? Определённо нет, но теперь, ему хотелось уснуть и отвлечься от плохих мыслей… и от Синди тоже.

***

Выпустили его через два дня. За эти два дня парень немного остыл после встречи с девушкой. Многое обдумал, но до сих пор придерживался мнения, что Синди не стоило так поступать. Банди его не посещал, но Якуб и не обижался, не хуже любого другого понимая, что друг просто опасается появляться в логове зопов.

В тот день, когда Якуб вышел на свободу, шёл дождь. На улице было темно, хоть глаза выколи, и лишь где-то вдали фонари освещали безлюдные дороги. В районе, где жил Якуб всегда было тихо и мрачно, словно здесь никого не было. Низкие многоэтажки с темными окнами, узкие подворотни и неприметные бары. Но была и другая сторона Варнáбля: яркая и красочная, шумная и людная. Там жили те, у кого хватало статуса и денег.

Якуб зашёл в один из пустынных баров, выпил Лунного шота – напитка, настоянного на лунном свете. Единственного, что мог продать ему бармен в его возрасте. Домой совсем не хотелось – ругаться с Синди, выяснять что-то. Он мог бы заскочить к Банди и какое-то время побыть у него, пока Синди не вычислит его местонахождение, но какой в этом смысл? Якубу хотелось просто погулять под дождём и побыть в одиночестве. Погрузившись в свои мысли, Якуб совсем не заметил, как забрел в парк. Широкие стволы деревьев уходили высоко небо, а пышная листва почти полностью закрывала все звезды над головой.

Якуб думал о своём детстве в приюте. И злился. На всех подряд: на эту глупую обособленность территорий всех стран, на родителей, на надзор зодиакального рождения за то, что не уследили за его глупыми предками.

Когда роды не удавалось отложить, и ребёнок рождался не с тем же знаком, что и родители, его приходилось сдавать в приют в другую страну. Так поступили и с Якубом, и с Синди, и с Банди, и со многими другими брошенными детьми.

За тем, чтобы знаки рождались там, где надо, и тогда, когда надо, следил надзор зодиакального рождения. Если пара хотела завести ребёнка, они вставали на учёт у этого надзора, а если кто-то решил сделать это тайно, то после рождения ребёнка в лучшем случае они выплачивали штраф.

Якуб ничего не знал о дальнейшей судьбе своих родителей после нарушения Кодекса о рождаемости. Единственное, что он помнил, что они Львы и люди, лишенные чувства ответственности.

Он забрёл в самую гущу парка и вышел к маленькому пруду. Якуб бездумно шёл вперёд, глядя себе под ноги и пиная камешки. Подняв голову, замер на месте. Возле самой кромки воды на коленях сидела девушка и, глядя на своё зеркальное отражение, водила двумя руками над водой. Внезапно её кисть приподнялась и вода, повинуясь её движению, тонкой струйкой взмыла вверх. Но уже через секунду с тихим всплеском опала обратно. Девушка повторяла движения руками, а вода послушно следовала за ней. Создавалось ощущение, что незнакомка просто играет с водой.

Якуб, раскрыв рот от изумления, просто стоял и смотрел, не в силах выдавить ни слова. То, что он сейчас видел перед собой, казалось каким-то нереальным и фантастическим для жителя страны Стрельцов.

– Кто ты такая? – тихо, словно про себя произнёс Якуб, но девушке всё равно удалось услышать его. Она быстро обернулась через плечо и задумчиво уставилась на парня, словно решая, что же делать дальше со случайным свидетелем? Якуб на секунду подумал, что она собирается его убить и положил руку на браслет, готовясь пустить в ход свои молнии.

«Пусть только попробует использовать воду. Электрический заряд убьёт её, а вода только усугубит её положение» – решительно думал Якуб, но сам невольно побаивался того, что может произойти. Эта девушка настолько умело обращалась с водой, что парень на секунду подумал о том, что она просто утопит его в пруду, прежде чем он успеет хотя бы моргнуть. Незнакомка пугала его, и Якуб уже пожалел, что наткнулся на неё.

К счастью, его настороженность была напрасной. Через несколько мгновений, девушка небрежно отвернулась, она вовсе не боялась поворачиваться нему спиной и не видела в нём никакой угрозы.

– Кто ты? – уже громче повторил Якуб свой вопрос и сделал шаг вперёд, – я сейчас вызову зопов, и тебя быстро упекут за решётку за незаконное проникновение на чужую территорию. Уж поверь, у Стрельцов пограничная служба бывает очень жестока. Даже не представляю, что они с тобой сделают, – пригрозил он и огляделся по сторонам, словно надеясь, что поблизости действительно окажутся зопы и поспешат ему на помощь. Но нет, их не было.

Девушка поднялась на ноги, повернулась к Якубу и еле заметно улыбнулась:

– Именно поэтому они пропустили меня к вам на территорию?

Якуб растерялся. Действительно, как ей удалось проникнуть на территорию? Парень встряхнул головой и бегло осмотрел незнакомку. Девушка казалась маленькой и хрупкой из-за своего роста и телосложения, но ей всё равно удавалось излучать опасность. Тёмно-рыжие волосы свободно ниспадали на плечи, а карие глаза светились каким-то таинственным блеском в лунном свете, пробивающемся через густую листву деревьев.

– Из какой ты страны? – спросил Якуб и спрятал руку с браслетом за спину, – ты из водных знаков, так?

Девушка не ответила.

– Я знаю, кто ты, Якуб. Тебе нельзя участвовать в Межзнаковых играх. Это ловушка. Ты можешь погибнуть.

– Чего? – недоуменно протянул парень, – что ты такое говоришь? Какие ещё Межзнаковые игры? Которые проводились в далёком прошлом, ты об этом? Откуда тебе знать моё имя?

– Не спрашивай, – отстранённо бросила она, – ты узнаешь об этом позже. Но главное, ни в коем случае не участвуй в Межзнаковых играх, – Якуб был так удивлён её словам, что даже не сразу заметил, как девушка начала медленно двигаться спиной в сторону воды.

– Эй, стой! – Якуб рванулся к незнакомке, но было уже поздно: та резко повернулась к нему спиной и прыгнула прямиком в пруд. В эту же секунду над водой поднялся небольшой гребень волны и, поймав её в воздухе, поднял на высоту возвышающегося над прудом огромного дуба и укрыл её в густой листве. Волна опала с мощным всплеском, и некоторые крупные брызги долетели до Якуба, но парень не заметил этого, лихорадочно всматриваясь в водную гладь. Но девушки уже след простыл.

Якуб не знал, откуда в маленьком пруду образовалась такая мощная волна, но полагал, что водные знаки и не на такое способны…

Глава 3. Генри

Астерис и Генри не спеша шагали по мозаичному полу просторной галереи, вдоль которой тянулся ряд высоких окон со стрельчатыми арками. Договориться о встрече с Овнами оказалось нелегкой задачей. Их встретил заместитель президента и попросил мужчин немного подождать.

– Ну что ж, – Астерис остановился у окна, заложив руки за спину, – мне уже приходилось иметь дело с Пи́рсом. Непростой товарищ, упрямый.

– А кто говорил, что с Овнами будет легко? – Генри остановился рядом.

Астерис тихо рассмеялся.

– Наилучший исход, на который мы можем рассчитывать – это то, что он не убьёт нас в собственном кабинете, – увидев изумленное лицо товарища, Астерис рассмеялся ещё громче, – я шучу, конечно, но, есть риск, что Пирс распознает ложь в наших словах.

– Разве мы врём? – ровным голосом спросил Генри, – мы возрождаем старые обычаи.

– Возможно, ты прав, Генри, – тихо согласился Астерис.

В конце галереи послышался мерный стук шагов. К ним спешил мужчина, который встретил их у дворца и проводил внутрь – заместитель главы. Высокий, худой, в длинном, серебристом сюртуке и с чёрными, густыми усами, он выглядел скорее комично, чем важно и величественно.

– Мистер Пирс освободился и с нетерпением ожидает Вашего визита, господа, – вздернув нос, надменно сообщил он, – пройдемте за мной.

Кабинет Мистера Пирса был увешан различными картинами, окна завешены плотными шторами, а длинный стол для переговоров находился в идеальном порядке, словно президент вовсе не пользовался им. Вся мебель, начиная от стола и заканчивая кожаными диванами в углу кабинета, была выполнена в тёмном, готическом стиле. Хозяин кабинета восседал на кресле за столом и что-то писал на бумаге.

– Добрый день, Мистер Пирс. Разрешите войти? – Астерис приоткрыл дверь и слегка постучал по ней.

– Да, прошу, – Мистер Пирс оторвался от единственного клочка бумаги, лежащего на столе, воткнул перо в чернила и поднялся во весь рост. Генри ожидал увидеть высокого, статного человека, но Пирс оказался маленьким, коренастым мужчиной с чёрными, как смоль волосами, идеально приглаженными и зализанными назад. Его холодные, как лёд глаза смотрели равнодушно и высокомерно, но в то же время настороженно и недоверчиво, – присаживайтесь, – широким жестом руки он указал на ряд стульев у стола.

– Благодарю, – бодро произнёс Астерис и уселся за стол, – ах да, забыл представить моего компаньона, Мистер Пирс. Это Генри Оушен, высокоуважаемый чиновник из Кэплингтона. Не видели его на межзнаковых советах?

Пирс покачал головой.

– Нет. Я редко появляюсь на межзнаковых советах. Мой заместитель прекрасно справляется и без меня.

– И это отлично, – улыбнулся краешком рта Астерис.

– Несомненно, – нетерпеливо подтвердил Пирс, и его голубые глаза недовольно блеснули во мраке комнаты, – так о чём Вы хотели побеседовать со мной? Вы оторвали меня от важных дел.

– Что ж, спасибо, что уделили нам время, Мистер Пирс, мы бы хотели получить ваше согласие на совместное мероприятие.

– Вот как? – вскинув брови, Пирс прошёл к столу и быстро сел на своё место. Сложил руки домиком и пытливо уставился на своих гостей, – я заинтригован. Продолжайте.

Астрерис заговорил, быстро взглянув на Генри. Он долго и витиевато говорил об их планах, рассказывая всё в мельчайших подробностях и красках. Лицо Пирса во время рассказа оставалось непроницаемым.

Закончив, Астерис перевёл дыхание. На несколько долгих секунд в комнате повисла тишина. Пирс не торопился начинать разговор, и выглядел так, словно внутри себя вёл тяжелую борьбу.

– Где будут проводится этапы игр, господа? – бесстрастно осведомился Пирс, – раз Вы так заинтересованы в этом мероприятии, то, полагаю, продумали и эти детали?

– Между вашей границей, и границей Тельцов есть свободная земля. Называется Чалава́н, – мигом ответил Астерис, – её размеров вполне достаточно, чтобы разместить участников всех двенадцати стран.

Пирс медленно провел ладонью по своей гладко выбритой щеке и смерил Астериса задумчивым взглядом:

– Сможете ли Вы совладать со всеми знаками? Не боитесь развязать череду конфликтов? Вам придётся следить за участниками межзнаковых игр. Предлагаю действовать по старой доброй системе. Просто разделить знаки по лагерям и наставить по их периметру охрану, – Пирс резко рубанул ладонью по воздуху, – самый надёжный и безопасный способ проведения мероприятий. Участники будут встречаться только на самом мероприятии.

Генри и Астерис переглянулись.

– Мистер Пирс, Вам не кажется, что стоит попробовать хоть раз не пользоваться… – Астерис, помолчал, подбирая слова, – нашей проверенной системой разделения территорий по зодиакальной принадлежности? Кто знает, может всё пройдёт без происшествий. Я согласен, охрана необходима. Расставим службу зодиакального порядка по всем окрестностям лагеря.

Пирс холодно взглянул на Астериса, недовольный тем, что кто-то посмел оспорить его решение, и, быстро встав, наклонился к выдвижному ящику в столе. Шумно порылся внутри и вытащил бутылку, наполненную янтарной жидкостью.

Генри удивился бы меньше, увидев в его руках оружие, но Астериса, кажется, это совсем не смутило. Он тихо рассмеялся и сказал:

– Узнаю старого доброго Мистера Пирса. Все проблемы решаются алкоголем, не правда ли?

Генри подумал, что Пирс снова помрачнеет, скажет что-нибудь грубое в ответ, но тот, на удивление, скупо улыбнулся.

– Нет, не все, уважаемый. Но не вам ли знать, как легче они воспринимаются, когда вход идет кое-что покрепче чая?

– Несомненно, Вы правы, – учтиво согласился Астерис и расслабленно откинулся на спинку своего стула. По всей видимости, самая трудная часть разговора успешно пройдена. Оставалось лишь обсудить некоторые детали.

– Но всё-таки, господа, – доставая стеклянные фужеры из шкафа у окна, с мрачной усмешкой произнёс Пирс, – что же Вы замышляете в самом деле? Что это ещё за возрождение старых традиций и проведение межзнаковых игр? Раз уж Вы собрались втягивать в это и мою страну, я имею право знать.

– Мы Вам уже сказали, уважаемый Мистер Пирс, – терпеливо вмешался в разговор Генри, – мы хотим провести спортивное мероприятие. Ничего особенного, людям понравится.

Мистер Пирс раздраженно вздохнул и возвел голубые глаза к потолку.

– Зачем всё это? Думаете, людям есть дело до каких-то межзнаковых игр, проводимых в далёком прошлом?

– Знаете ли Вы, Мистер Пирс, – лениво произнёс Астерис, наблюдая, как янтарная жидкость плавно наполняет стеклянные фужеры, – что раньше, в древности, наши предки любили соревноваться между собой? Они каждый год проводили такие соревнования, выясняя, какой зодиак из двенадцати сильнее, хитрее и умнее.

– Да-да, я слышал что-то про это… – отстраненно пробормотал Мистер Пирс, закончив разливать напитки. Прошёл к своему столу, по-хозяйски уселся и, задумчиво постукивая костяшками пальцев по деревянной поверхности стола, оглядел своих гостей.

– Можете почитать интересную книгу, – проговорил Астерис, и лишь человек, хорошо знакомый с этим старым лисом, мигом распознал бы яд в его голосе, – называется «Все чемпионы и призеры межзнаковых игр».

– Спасибо за совет, но меня вполне устраивает моя библиотека, – Мистер Пирс испытывал неприязнь, и не пытался скрывать это.

– Мистер Пирс, я говорю не про это, – отмахнулся Астерис, – если бы Вы прочитали эту книгу, то поняли, что страна Овнов не раз выигрывала межзнаковые игры и становилась призванным чемпионом. После распада единого народа и разделения территорий, все позабыли об этих играх. Пора бы возродить старую традицию. И сплотить народы. Может, выпьем?

Пирс ухмыльнулся, взял в руки бокал и приподнял его:

– За встречу, господа.

Астерис и Генри молча повторили за ним, после чего, переговоры в кабинете пошли в более спокойном и миролюбивом русле.

– Хорошо, – Пирс встал, – моя страна будет участвовать в этом. Но я хотел бы видеть карту предполагаемого лагеря в долине Чалаван. Вам известен адрес моего Скважа?

– Разумеется, – усмехнулся Астерис, вставая следом, – я пришлю вам расположение лагерей.

– Я надеюсь, уважаемые, Вы сумеете позаботиться о том, чтобы в лагере было как можно больше охраны. Мне бы не хотелось конфликтов.

– Не сомневайтесь в этом, Мистер Пирс, – возле самой двери сказал Астерис и учтиво поклонился Пирсу.

– Посмотрим, что из этого выйдет, – сдержанно кивнул Мистер Пирс.

Глава 4. Альтаир

– Послушай, парень, твои родители платят мне большие деньги, чтобы я сделал из тебя война, а ты даже не желаешь меня слушать, – сетовал учитель, расхаживая перед ним и бросая на парня недовольные, сердитые взгляды.

Альтаир завел руки за спину, с силой сжимая кулаки и чувствуя, как ногти впиваются в кожу ладоней. Дыхание старался держать в норме, чтобы скрыть свой гнев, который рвался наружу. Его самообладание трещало по швам, учителю удалось здорово вывести его из себя.

– Ты собираешь энергию у солнца, тебе нужно быть предельно сосредоточенным, – бесстрастно продолжал он, – ты слишком нетерпелив. Вспыльчив. Несносен.

Учитель замолчал, заметив ощутимые перемены на лице парня. Казалось, Альтаир сейчас накинется на него с неприличной бранью и кулаками, и даже не посмотрит на разницу в возрасте.

«Нет, – подумал он, тихо вдыхая через нос и выдыхая через рот, – ты не выведешь меня из себя. Ты не сделаешь этого».

– Хорошо, попробуем ещё раз. Закрой глаза, Альтаир, – монотонно начал он, – глубоко вдохни, представь ослепляющий шар Солнца в нашей бесконечной Вселенной. Вообрази, как оно протягивает к тебе свои палящие, тонкие лучи, наполняя всё твоё тело жаркой огненной энергией.

Альтаир закрыл глаза, глубоко вдохнул, представил перед собой бесконечную Галактику. В голове вспыхнул величественный образ Солнца, своим светом затмевающий все остальные планеты.

– Вскинь руки, – властно приказал учитель, его голос обрёл жёсткие нотки. Даже с закрытыми глазами Альтаир ясно видел его ссутулившийся образ и жадные глаза, прикованные к беспомощной фигуре парня, – представь, как на кончиках твоих пальцев загорается слабый огонёк…

Альтаир зажмурился от напряжения и отдался во власть воображению. Он представил, как на его пальцах колышется слабое, оранжевое пламя, с каждой секундой нарастая, и вскоре, его рука полыхала, как факел.

– Ну? – с нажимом произнёс учитель, возвращая его в реальность.

– Я не могу, – Альтаир открыл глаза и с вызовом уставился на старика, – у меня не получается! Я делаю всё так, как Вы говорите, но…

– Ты торопишься, парень, – сурово перебил он, – я же вижу, тебе не терпится почувствовать в своей руке обжигающее пламя, а начинать надо с малого. Урок закончен. Увидимся… в понедельник.

И, не говоря больше ни слова, он круто развернулся на пятках и вышел из тренировочного зала, нарочито хлопнув входной дверью.

Альтаир ещё долго стоял тут один, глядя в пустоту и сгорая от отчаяния и беспомощности. У него никак не получалось вызвать хоть слабое пламя в своих руках, как полагается в семнадцатилетнем возрасте. Ровесники Альтаира в школе уже проходили создание фальшивых образов, а парню всё никак не удавалось освоить стандартную программу обучения всех зодиаков.

Каждый день после школы ему приходилось тащиться через весь город в этот ненавистный зал и полтора часа терпеть монотонные нотации учителя. Ничего нового он не рассказывал, но родителям твердил, что всё налаживается. Альтаир, в отличие от своих предков, ему совсем не верил и уже давно считал себя позором семьи и самой настоящей бездарностью, какую только поискать надо.

Он вышел из зала, зашёл в раздевалку, быстро переоделся из тренировочной формы и выскочил на улицу. Вдохнул свежий вечерний воздух и, наконец, успокоился после тяжёлой тренировки. Парень взглянул на небо, затянутое предзакатными розовыми оттенками, позволяя себе немного полюбоваться вечерним закатом. Он поправил спортивную сумку на плече и быстро пошёл по площади, к одному из широких проходов между домами, являющимся самым кратким путем к его дому.

Проходя по мрачному переулку между двумя кирпичными домами, Альтаир, стараясь не обращать внимания на назойливый запах, исходящий от мусорных баков, размышлял о том, что ждёт его дома, когда он снова явится туда. Родители наверняка жутко расстроятся и на весь оставшийся вечер предпочтут избегать его, а младшая сестра – Хейли, прекрасная дочь и отличница, будет косо посматривать на брата и тихо злорадствовать над его очередной неудачей. Альтаир невольно скривился от такой ужасающей перспективы. Отношения с сестрой у них всегда были, мягко говоря, не очень. Бывало и такое, что Альтаиру вовсе не хотелось возвращаться в родной дом. Но что ему оставалось делать? До того как он сможет покинуть родной Ариасвилл и уехать в колледж, оставалось ещё целых два года, а это было слишком долго и нестерпимо. Да и не факт, что ему удастся поступить в какой-нибудь приличный колледж. Учителя в школе многократно говорили о том, что Альтаир весьма перспективный ученик, и то, что ему никак не получается освоить стандартную базу знаний, настоящий феномен. И Альтаира злило это. До такой степени, что хотелось крушить всё вокруг.

Наконец, преодолев длинный переулок, он вышел на городской канал.

Альтаир отдышался после гнетущего запаха сырого переулка и с облегчением вдохнул новый тягучий запах выпечки и кофе. Он знал, что впереди буквально на каждом шагу встречаются кондитерские заведения или уютные кофейни, и этот запах буквально вскружил ему голову.

Парень медленно шагнул на тротуар набережной, ощутив под ногами рельеф каменной плитки, и не торопясь направился в сторону деревянного мостика, нависающего над водой канала. Возле каменных бортиков набережной столпились люди. Здесь по вечерам было достаточно людно. Молодые парочки, решившие устроить прогулку вдоль набережной, или же семьи, возвращающиеся домой после ужина в ресторане.

Альтаир ступил на мостик и пошёл по деревянной поверхности, плавно уходящей вверх. Держась за гладко отполированные перила, он медленно переходил на другую сторону канала и разглядывал длинные гондолы, мерно качающиеся на воде. На носу одной такой гондолы качался низкий фонарь, и Альтаир с интересом наблюдал, как блики от исходящего света играют на воде многочисленными узорами.

Парень остановился посреди моста и взглянул вдаль. Туда, где набережная резко сворачивала к жилым районам. Всё это место буквально светилось от света витрин и загорающихся фонарей. Где-то вдали играла музыка, и парень, умиротворённый атмосферой вечерней набережной, слегка прикрыл глаза. Но не прошло и минуты, как его браслет тихо звякнул.

Раздражённо вздохнув, он лениво активировал Скваж, и перед самым его носом, освещая лицо мягким зелёным светом, высветился небольшой голографический прямоугольник. На нём, яркими красными буквами значилось сообщение от мамы:

«Альт, как позанимался? Тебе хватит звёздной нити, чтобы добраться до дома? Если нет, то я перевела на твой браслет двадцать пять бронзовых астратов, этого должно хватить. Целую. Мама»

Вообще-то, Альтаир хотел добраться до дома пешком, но перечить маме не стал, поскольку понимал опасения матери. В такое время, шанс встретить хулиганов в какой-нибудь тёмной подворотне, был слишком высок.

Парень небрежно смахнул сообщение, и прямоугольник испарился в воздухе зелёной дымкой, а вместо него появилось круглое меню его личного Скважа с необходимыми и часто используемыми пунктами: сообщения, звонки, личные данные, энергетический тайник и карта города.

Не касаясь голографической поверхности, он ткнул по пункту «Карта города» и уже через секунду перед ним всплыла карта Ариасвилла. Парень нашёл на карте яркую красную точку с пометкой «Дом».

Альтаир порылся в спортивной сумке и достал своё личное средство для перемещения – пистрáт, – подаренное родителями на его шестнадцатый день рождения. С этого возраста разрешалось пользоваться этим приспособлением. При неправильном использовании, можно было залететь в какое-нибудь подпространство и навсегда затеряться в его глубинах.

Были специальные курсы, обучающие правильно использовать этот прибор, а за тем, чтобы зодиаки не пользовались им раньше шестнадцати лет и покупали строго с пропуском, выданным инструктором на обучающих курсах, следила Пистратная инспекция. Бывали, конечно, случаи, когда богатые родители подкупали продавцов пистратов огромными деньгами и выдавали прибор своим избалованным детишкам до того, как им исполнится шестнадцать. А потом детишки, не прошедшие курсы, просто терялись в подпространстве и тогда в дело вступал один из отделов Пистратной инспекции, занимающийся опасными операциями по спасению пропавших зодиаков. Эта работа считалась одной из самых опасных, поскольку существовал риск и самому пропасть в подпространстве и больше не вернуться. Альтаир просто не понимал, какие психи соглашаются на такую работу. Парень тоже прошёл специальный курс. На самом деле, в использовании пистрата не было ничего сложного, главное, соблюдать определённые правила и крепко держаться за рукоять прибора.

Пистрат представлял собою подобие пистолета с небольшой рукояткой и длинным стволом.

Альтаир поднял пистрат и нацелил его на голографическую карту, до сих пор висевшую в воздухе. Сделал шаг назад, весь вытянулся в струнку, зажмурил один глаз, и, снова найдя красную точку с пометкой «Дом» на карте, приготовился стрелять. Но перед этим стоило убедиться, что руки не дрожат, а дыхание не сбито. На курсах обучали стрелять точно между ударами сердца. Попасть в ритм. Каждый раз, пользуясь пистратом, Альтаир невольно замирал от страха. Вдруг, его не смогут отыскать? На миг, парень представил, какого это: бездумно, без цели и смысла жизни витать по бесконечной темноте подпространства и потихоньку сходить с ума. Альтаира слегка передёрнуло, но тут он вспомнил, зачем достал пистрат и снова сосредоточился.

Люди, в это время проходившие по мосту, не обращали на него внимания, ведь процесс перемещения был обычным делом среди зодиаков, и ни у кого не вызывал удивления.

Тук… тук… тук…

Альтаир замер, слушая удары сердца.

Тук… тук… выстрел.

Поймав ритм, он выстрелил, и в этот же миг из дула пистрата вылетела звёздная нить, представляющая собой тонкую серебристую спираль, сверкающую обилием маленьких точек-звёздочек. Спираль попала точно в цель, в красную метку «Дом», и уже через секунду, пистрат Альтаира сдвинулся с места, и молниеносным движением утянул его за собой, прямиком в голографическую карту. Парень стиснул рукоять пистрата изо всех сил, опасаясь, как бы он не выскользнул у него из пальцев. Крепко держать рукоять – самое первое и главное правило использования прибора. Это Альтаир, к счастью, хорошо запомнил.

Переход через звёздную нить, напоминал Альтаиру спуск по тёмному беспросветному туннелю. Лишь светился в темноте серебристый вихрь «звёздной нити». Парня уносило то вправо, то влево, порой спуск резко уходил вниз, заставляя сердце замирать от неожиданности.

Альтаир всё держал пистрат в вытянутой руке, позволяя прибору вести его за собой. Но буквально через пять минут, переход закончился. Его словно выплюнуло из воздуха прямо на лужайку его дома. Альтаир мягко приземлился на две ноги.

Парень по привычке отряхнулся после перехода и, задрав голову, осмотрел их двухэтажный дом. Двухскатная крыша из тёмной черепицы, кирпичные стены, просторная деревянная веранда, выходящая на зеленую лужайку, широкие перила которой были заставлены горшками различных цветов.

Странно, но у Альтаира внезапно появилось хорошее настроение, и он, насвистывая себе под нос, направился к главному входу.

– Эй, братец, куда намылился? Даже не поздороваешься со мной?

Подавив рассерженный вздох, парень медленно развернулся. Хорошего расположения духа и след простыл. Его сестра, совсем не была похожа на него. Эта дама была смесью мамы и папы, и выглядела она на редкость стервозно. Альтаир готов был поклясться, что даже в школе, среди одноклассниц, не встречал такой ужасной особы, как его любимая сестричка. Свои белокурые, выгоревшие на солнце волосы, она постоянно укладывала в высокую, растрёпанную причёску, но в этот раз, сестра просто распустила их по плечам.

– Добрый вечер, Хейли, – сквозь зубы процедил парень, – как поживаешь? Как дела в школе?

Сестра мигом распознала сарказм в его голосе и довольно ухмыльнулась:

– Уж получше чем у тебя братец. Снова ничего не получилось? – протянула она, делано сочувствующим голосом, – бедняга… Ну, ничего, не переживай, как-нибудь и у тебя получится!

Альтаир понимал, что драться с сестрой не самое благородное дело, но иногда Хейли удавалось доводить его до такого состояния, что сдерживаться было просто невозможно. Парень медленно вздохнул, но всё же прикусил язык, наивно полагая, что на этом их перепалка закончится.

– Путешествуешь через звёздную нить? – как бы невзначай спросила она равнодушным тоном, но Альтаир, не без злорадства, отметил нотку зависти в её голосе, – ну и как тебе?

– Чего? – недоумённо буркнул Альтаир, – в каком смысле?

– Нравится забирать то, что принадлежало мне?! – вдруг выкрикнула Хейли, так громко, что её звонкий голос отскочил от стен соседних домов и эхом пронёсся по тихой улице.

Альтаир задохнулся от возмущения, и уже открыл было рот, чтобы осадить наглую сестру, но Хейли заговорила снова. И в этот раз намного яростнее и быстрее:

– Родители должны были подарить пистрат мне, а не тебе, ты, жалкий вор!

– Что ты несёшь, Хейли?! – рассердился Альтаир, чувствуя, как кровь приливает к лицу, – я старше тебя! Я заслуженно, по старшинству получил пистрат! Когда-нибудь… когда родители накопят деньги, его купят и тебе. И никакой я не вор, перестань молоть чепуху.

Она истерично рассмеялась:

– Родители уже наверняка пожалели, что подарили пистрат тебе, а не мне, Альтаир. Ты позор семьи. Когда я поступлю в колледж, а ты со своими нулевыми знаниями не сможешь этого сделать, тебе придётся отдать пистрат мне, потому что я поеду учиться в столицу, и мне он пригодится больше, – она высокомерно вздёрнула свой курносый нос.

Альтаир замер на ступеньке дома, словно каменное изваяние. Слова сестры эхом отдавались у него в голове, он просто поверить не мог, что Хейли сказала это. Конечно, сестра всегда была груба с ним, но сейчас она явно перегнула палку. Судя по растерянному взгляду голубых глаз, девчонка и сама поняла, что не стоило ей говорить такие гадости.

– Хватит отрицать очевидное, Альтаир, – тихо произнесла она, и, скрестив руки на груди, отвела взгляд, – этот пистрат мне нужнее… я собираюсь принять участие в межзнаковых играх, а для этого, мне нужно как-то попасть туда.

Альтаир ничего не сказал. Лишь красное от гнева лицо, глаза, метающие молнии и сжатые кулаки, выдавали его взвинченное состояние.

– Межзнаковые игры? – глухо спросил он.

– Да, – неопределённо качнула головой сестра, – мне нужен пистрат, чтобы добраться туда. Я хочу принять участие в играх, – всё её сожаление по поводу сказанного в адрес Альтаира мигом испарилось, а на смену ему пришло уже знакомое превосходство в голосе.

Против воли, Альтаир с интересом взглянул на сестру и спросил:

– Неужели снова решили устроить межзнаковые игры?

– Да, представь себе, братец, – выплюнула она, – ты что, газеты не читаешь? Там говорится, что на земле Чалаван неподалёку от нашей границы, скоро пройдут межзнаковые игры.

– Интересно…

– Что тебе интересного? – снисходительно фыркнула она, – ты то не сможешь поучаствовать, ведь по правилам межзнаковых игр без способности управления стихией не обойтись.

– С чего ты решила, что я не умею управлять стихией? – блефуя, хмыкнул он.

– А что, умеешь разве?

– Да, – Альтаиру, по правде говоря, надоело терпеть насмешки в свой адрес со стороны младшей сестры. Хотелось поставить её на место, доказать, что вовсе не позор их семьи, и не бездарность, как она считает.

Парень шагнул к ней, прикрыл глаза, глубоко вдохнул, прокручивая у себя в голове чётко отработанную и зазубренную на зубок схему вызова огня. Снова представил маленький огонёк меж длинных пальцев. Альтаир вдруг ощутил ранее неизведанное странное ощущение. Словно мягкое тепло растекалось по его пальцам и дальше по ладони, кистям, предплечьям. Такого раньше не было. Он открыл глаза в надежде увидеть долгожданный огонь, но вместо этого от его рук шёл странный чёрный дымок. Он поднял руки на уровень глаз и с изумлением вгляделся в сизый дым, обвивающий его ладони.

– Ха-ха, – издевалась тем временем сестра, – вот это навыки, братец. Мне аж завидно.

Альтаиру было всё равно. Он был зол и готов без всякого огня сразиться против неё. Напряжение между братом и сестрой стремительно нарастало. В какой-то момент Альтаиру стало казаться, что между ними готовы заискриться электрические разряды. Оба жаждали поквитаться друг с другом за прошлые обиды, но…

– Хейли! Альтаир! Вы чего там стоите? Заходите домой, я как раз закончила готовить ужин.

Брат с сестрой словно очнулись после гипноза. Оглянулись на маму, стоящую на пороге дома и с интересом взирающую на них, потом переглянулись между собой с оттенком злобы, и только после этого в молчании потопали домой, сохраняя между собой приличную дистанцию.

Глава 5. Дориан

Куда бы Дориан ни пошёл везде только и слышал взволнованные голоса и жаркие обсуждения межзнаковых игр. После того как неделю назад в газете утренних новостей заявили, что через две недели уже можно будет подавать заявки на участие в межзнаковых играх, в стране и городе началась какая-то неразбериха, и парню начало казаться, что только он понятия не имеет, что происходит. Именно поэтому, он пошёл к своему старому, проверенному помощнику – в библиотеку.

Ему пришлось битый час ходить меж книжных стеллажей, чтобы отыскать необходимую ему литературу и узнать о том, что так волнует жителей его города. Из книги «История межзнаковых игр» он узнал, что с давних времён существовало три спортивных этапа для участников соревнований. Первый – координационный, второй – эрудиция. И третий завершающий этап. От каждой страны по итогам баллов за два этапа отбираются участники, набравшие наибольшее количество баллов. И побеждает в межзнаковых играх сильнейший.

Помимо правил в книге рассказывалось обо всех несчастных случаях, произошедших с участниками на межзнаковых играх. Дориан с упоением вчитывался в каждую строку, пока его не прервал библиотекарь, положив руку ему на плечо и тихо сказав:

– Библиотека закрывается через пять минут.

– Уже девять? – изумлённо произнёс Дориан. Словно в подтверждение, браслет Дориана тихо прозвенел.

Уходя из библиотеки, Дориан решил прихватить книгу с собой и по приходе домой оставшийся вечер просидел за чтением.

***

– Дориан, а ты чего так интересуешься? Небось сам хочешь принять участие? – внезапно спросил Джойс.

Дориан вздрогнул. Да, он интересовался, но самоличное участие в этом опасном мероприятии? Такой исход ему ещё не приходил в голову, но одна мысль об этом необычайно взбудоражила рассудок.

– Эй, Дори, ты чего? У тебя такой вид, словно ты уже представил, как тебя сотрут в порошок на межзнаковых играх.

Дориан встряхнул головой.

– Н… нет, я не об этом задумался, – пробормотал он, – а ты, Джойс, что думаешь?

– Определённо нет! – рассмеялся друг, – я не самоубийца, чтобы участвовать в этом! Да и работы много, нет у меня времени разъезжать по таким мероприятиям, – он нахмурил брови и принялся с деловитым видом перебирать кофейные чашки на чистом подносе, – я лучше понаблюдаю за этим…

– Джойс… почему ты говоришь, что участвовать в играх – самоубийство? – пытливо прищурился Дориан и осторожно отодвинул чашку с кофе в сторону.

– Я тоже кое-что знаю про эти межзнаковые игры – с лукавой усмешкой Джойс наклонился вперед и многозначительно стрельнул глазами в сторону толстого тома, лежащего на стойке, – я читал, что последний этап самый опасный.

– Что может произойти? – невольно задержав дыхание, прошептал Дориан. Про третий этап в книге было написано мало, и Дориан весь подобрался, желая узнать об этом больше.

– Ох, Дори, только не говори, что ты и вправду собрался участвовать в этом. Ты же понимаешь, как это опасно?

– Думаю, нет, – быстро помотал головой Дориан, – я заканчиваю школу, скоро мне сдавать экзамены, поступать в колледж… Да и не могу же я оставить бабушку с дедушкой.

Джойс понимающе кивнул:

– Хорошо, в любом случае я рад, что ты остаёшься.

***

Прошла неделя, и Дориан чувствовал как внутри него шла борьба. Душа его тянулась к этим заманчивым межзнаковым играм, а рассудок твердил: «Нельзя. Убегать от бабушки с дедушкой глупо, ты только подведёшь всех». Парень был согласен с мнением своего рассудка. На то он и рассудок.

Гуляя по городу, он часто слышал разговоры парней его возраста. Они говорили о том, что собираются участвовать в играх. Время утекало, до межзнаковых игр оставалось мало времени, и всё больше Дориан чувствовал себя так, словно упускает что-то важное. Ко всему прочему парня продолжали мучить странные кошмары. Казалось, если он не узнает о тайне своих снов, то не узнает и обо всём остальном. А ему хотелось узнать. Всю жизнь Дориан прожил в каком-то неведении. Мало знал о своих родителях, о том как родился, как попал к бабушке с дедушкой.

Он читал ту толстенную книгу про тёмную энергию и узнавал тайны загадочного Водолея. А самое главное и самое пугающее в этом зодиаке – это то, что он был до одури похож на Дориана. Или это Дориан был похож на него?

Когда до межзнаковых игр оставалась последняя неделя, ему пришло письмо. Он пошёл на почту забирать посылку для бабушки от её старой подруги Марджии из Девона.

– Вы Дориан Лоусон? – спросила девушка за стойкой, что-то быстро чиркая на бумаге.

– Эм, да, – насторожился парень, поскольку уже до этого называл своё имя, а если быть точнее, всего две минуты назад.

– Вчера вечером вам пришло письмо. Заберёте? – девушка подняла голову и выжидающе посмотрела на него своими большими глазами.

– Мне? Письмо? От кого?

– Если Вы Дориан Лоусон, то письмо вам, а отправитель не указан.

– То есть тот, кто отправил письмо, решил не писать своё имя? – нахмурился Дориан, постукивая пальцем по лакированной поверхности стойки.

– Именно так, – вздохнула девушка, – Мистер Лоусон, Вы забираете своё письмо?

Зажав подмышкой посылку для бабушки, Дориан размышлял. Зачем кому-то отправлять ему письмо? Даже если бы у него были приятели из других городов, они бы не пользовались таким устарелым способом передачи информации. Просто отправили бы сообщение на Скваж. Других родственников кроме бабушки с дедушкой у него не было. Так кто же этот неизвестный отправитель?

– Хорошо, – торопливо облизнув пересохшие губы, кивнул парень, – я заберу письмо.

Девушка встала со своего места, прошла куда-то вглубь почтового помещения, вышла с синим конвертом в руках и передала его парню. На конверте значилось:

– Распишитесь, – девушка подсунула ему бумаги под нос. Дориан как в тумане взял перо и подписал всё необходимое. Поблагодарил девушку и вышел.

Стоя на крыльце и не торопясь выходить под дождь, Дориан взглянул на конверт. Парень понимал, что просто сгорит от нетерпения пока дойдёт до дома, поэтому решил открыть сейчас. Внутри лежала жёлтая, пергаментная бумага.

«От кого:

Откуда: город ; ул. Мирттчел, дом 13. Сайпис

Кому: Дориану Лоусону

Куда: Город ; ул. Кольцо Нептуна, дом 56.» Пайвуд

«Дорогой Дориан!

Как я полагаю, ты заинтересовался тёмной энергией. Я знал, что это произойдёт, но всё ждал подходящего момента, чтобы связаться с тобой. Тебе также интересно знать, какова твоя связь с тёмной энергией? Почему тебя всегда тянуло к её изучению? Что за пугающие непонятные кошмары ты видишь? Дорогой Дориан, зодиаков всегда пугало неизвестное. Мы могли предсказывать будущее, составлять гороскопы, составлять свои натальные карты. Для нас никогда не существовало неизвестности, именно поэтому мы так боимся, когда она настигает нас. Если ты тоже боишься её – и хочешь узнать о себе то, что от тебя скрывали, дай мне знать. Отправь весточку на адрес, указанный на конверте, и я пойму, что ты готов. Я советую тебе поторопиться, если ты хочешь узнать о себе и своих родителях. Ты ведь ничего толком не знаешь о них? Если ты готов со мной сотрудничать, то не волнуйся, ты всё непременно узнаешь. Я научу тебя смело шагать навстречу неизвестному, Дориан.

Дориан не знал, как реагировать на письмо. Целый спектр противоречивых эмоций захватил его. Он всё ещё стоял на крыльце, провожая взглядом выходящих из почтового отделения людей. Хотелось поскорее написать ответ незнакомцу. Откуда этот инкогнито столько знает о Дориане? Одна мысль об этом вызывала у парня холодок по всему телу. Ему известно даже о его кошмарах, а об этом не знает никто, даже дедушка. Плюс ко всему, этот таинственный отправитель обещал научить и рассказать ему всё то, что его так интересовало и не давало покоя долгие годы.

Дориан вздохнул, одолеваемый сомнениями, положил письмо в карман и направился в сторону кофейни.

– Джойс, привет. У тебя есть перо и бумага? – Дориан ворвался в кофейню и быстро потёр заледеневшие руки.

Перестав усердно протирать кофейные чашки, Джойс поднял удивлённый взгляд.

– Стоп, в чём дело? Зачем тебе? – он отложил полотенце и чашку.

Неловко переминаясь с ноги на ногу, Дориан открыл сумку и достал конверт.

– Я получил письмо, – закрывая сумку, парень слегка потряс конвертом в воздухе, – мне нужно ответить на него. Это… это срочно.

– Не знаю, Дори, – пожал плечами Джойс, – я поищу. Может быть, в служебном помещении найдётся что-нибудь. Подожди немного.

Дориан кивнул и сел на барный стул. Кофейня пустовала: за самым крайним столиком сидел какой-то хмурый паренёк и читал газету. На его столе стояла чашка с чаем.

– Я нашёл! – Джойс держал в руках перо, чернила и чистую бумагу, после чего со стуком поставил свою находку на стойку, – еле отрыл.

Сев за свободный столик, Дориан принялся размышлять. Как же ему быть? Что отвечать незнакомцу? У парня было неподдельное ощущение, что этот таинственный инкогнито знает о нём в разы больше, чем он сам. Наконец, взяв перо, он начал писать:

С наилучшими пожеланиями, инкогнито.»

«Здравствуйте, дорогой инкогнито!

Я получил Ваше письмо и, как Вы просили, взялся ответить на него. Если честно, прочитав Ваше послание, я очень долго сомневался и совершенно не знал, что мне делать дальше. Откуда Вы узнали про мои кошмары? Про моих родителей? Кто Вы? Я бы хотел получить ответы на эти вопросы, ведь так я буду доверять вам намного больше.

Несколько раз перечитав своё письмо, Дориан сложил его и, попрощавшись с Джойсом, направился домой.

Конечно, он мог пойти сразу же на почту и ответить незнакомцу на письмо, но Дориан решил дать себе ещё немного времени подумать.

С уважением, Дориан Лоусон.»

Глава 6. Вирда

Высокие колонны школы Минниаскул, искусные гобелены на стене, изображающие знаки зодиака, мраморные полы с узорной мозаикой выглядели пустынными, поскольку в это время шли уроки. Большое помещение школы залил громкий смех.

– А потом… она сказала… – не договорив, она начала громко хохотать, – ой, умора, нет, вы только посмотрите, ха-ха!

– Вирда, ты когда-нибудь расскажешь свои истории до конца? – мрачно осведомился Чак.

– Она никогда их не рассказывает до конца, – заметил Вуд, вынимая сигарету из-за уха и вкладывая себе в рот, – неужели ей настолько смешно, что она не может договорить и начинает смеяться?

– Великие Звёзды! Да она нас словно дразнит! – горячо покивал Алекс, – это, типа, она такая собирается что-то рассказать, мы все ждём, а потом она начинает громко хохотать, а потом и вовсе забывает, что хотела сказать…

– Воу-воу, тише с предположениями, друзья! – осадила их Вирда, перестав смеяться. Её настроение менялось так быстро, что друзьям не всегда удавалось замечать это, – мои шутки просто слишком потрясны, чтобы вы понимали их.

– Ох, как мило с твоей стороны, – процедил Чак, – уверен, они просто отстой.

– Что? – переспросила Вирда, подставляя ухо – повтори-ка, а?

– Молодые люди, поторопитесь объяснить, почему вы не на уроках?

Вуд, зажимавший в зубах сигарету, поторопился спрятать её за спину, и причиной тому было внезапное появление одного из учителей.

Мистер Уиндис, преподаватель географии. Только взглянув в его суровое скуластое лицо и поймав на себе строгий ледяной взгляд, Вирда тотчас поняла, кому сейчас достанется больше всех. Забавная штука, но в переделках больше всех влетало именно ей. Быть может, этому способствовал её растрёпанный и неряшливый вид, привлекающий внимание педантичных учителей. Спутанные, короткие и торчащие во все стороны синие волосы, веснушчатое лицо и яркие, голубые глаза девушки всегда вызывали у учителей негодование. Вирда ни в коем случае не собиралась менять свой имидж ради учителей.

– Шепард, что с твоим видом, разве так полагается одеваться ученице школы Минниаскул? У нас есть специальная форма для…

– Да-да, – монотонно перебила Вирда, – разрешите мне высказаться, Мистер Уиндис! – она поднял указательный палец вверх, чем вызвала у учителя новый приступ недовольства, – так как уроки у нас закончились, я имею право переодеться в ту одежду, которая мне удобна.

– И это заляпанная в краске рубашка и порванные джинсы? – скептически спросил учитель.

– Да, Мистер Уиндис, всё именно так, – с готовностью ответила Вирда, – и нет, я не заправлю свою рубашку в джинсы. И не вытащу её полностью. Мне, вот знаете, нравится, когда одна часть торчит, а другая заправлена. Я считаю, это эстетично. Не находите?

– Нет, я…

– Во-о-т, и славно! – перебила Вирда, – спасибо, что потратили на нас своё время, можно нам пойти, Мистер Уиндис?

– Что, да как… Шепард, я…

– Знаете, ваш урок всегда был моим любимым, – Вирда подошла ближе к учителю и заглянула ему в глаза, – удачного дня. Чего встали, идём? – она обернулась к изумлённым друзьям и, игнорируя их застывшие лица, махнула рукой.

Усмехнувшись, Вирда, не оборачиваясь, уверенно зашагала вперёд. Она знала, что друзья всё равно догонят её, а Мистер Уиндис будет пребывать в потрясении от её дерзкого поведения, что даже не попробует остановить.

По привычке, девушка легонько провела пальцами по карманам своих джинс, почувствовав выпуклость торчащих кисточек и карандашей. Носить по карманам художественные принадлежности было старой привычкой. Вирда считала это необходимым, поскольку никогда не знаешь, когда вдохновение посетит тебя. Однажды, она взялась рисовать прямо на Астрономии и незамедлительно была выгнана учителем с урока.

– Нет, Шепард, как тебе удаётся быть такой наглой и обаятельной одновременно? – её догнал Чак. Мягкие, коротко стриженные волосы приковывали к себе взгляд и были в идеальном состоянии. Вообще-то, Чак никому не позволял такой наглости, как прикасаться к его волосам, но Вирда была его лучшим другом, и единственным во всём мире человеком, кого он не бил по рукам, когда она прикасалась к его волосам.

– Это комплимент, приятель?

– Уймись, Шепард, – пробормотал он, сжимая подмышкой учебники, – просто ты меня иногда поражаешь.

– У меня талант такой – поражать людей, – хмыкнула Вирда..

***

Они стояли возле учебного заведения в школьном парке, укрытые листвой, и вели себя достаточно шумно для небольшой компании подростков. Вуд и Алекс шутливо препирались, потому что Вуд всё пытался закурить, а Алекс не давал ему, нагоняя лёгкие порывы ветра на сигарету и туша огонёк на её конце. У Вуда просто лопнуло терпение, и он, заложив сигарету за ухо, сложил руки в таком положении, словно держал в них невидимый шар, и, прикрыв глаза, замер. Вскоре в «чашечке» его рук начало формироваться что-то похожее на крутящуюся серебристую воронку.

– Нет-нет-нет, только попробуй, Вуд! – поспешно завопил Алекс, пятясь назад от опасной воронки друга.

Но было уже поздно. Вуд замахнулся своей крутящейся воронкой и запустил её прямо в Алекса. Последний попытался рвануться в сторону от воронки, но та, мчась на огромной скорости, вильнула за ним и, нагнав, сбила с ног. Алекс шлёпнулся навзничь прямо на пыльную парковую дорожку.

Пока Алекс, извергая крепкие ругательства, вставал, отряхиваясь, Вуд, как ни в чём не бывало снова достал сигарету и спокойно закурил. Вуд был маленьким, худощавым и любил покурить, но по владению стихией воздуха у него было твёрдых пять баллов.

Вирда и Чак сидели на низкой каменной ограде, отделяющей школу от территории парка, укрытые густой листвой склонившегося к ним дерева и молча наблюдали за перепалкой друзей.

– Вуд, не думал пойти в какие-нибудь правоохранительные органы? С твоими способностями, ты можешь легко пройти все вступительные экзамены, – ложась головой на колени Вирды, задумчиво спросил Чак.

– Правоохранительные органы? – стряхивая пепел с сигареты, спросил парень, – не думаю, что мне это по душе. Мне бы хотелось пойти куда-нибудь в… СМИ.

– СМИ? – вмешался Алекс, – это подлые придурки. А может, они просто прогибаются под другими подлыми придурками ради дополнительной зарплаты. Так или иначе, они всё равно подлые придурки. Понимаете?

– Прости? – приподнял голову Чак.

– Ты не знаешь? Нашим журналистам удалось получить разрешение на въезд в страну Овнов и вычитать несусветную чепуху в их газетах про нас! – возмущённо говорил Алекс, размахивая руками, – нет, ну это абсурд. Если бы они всемирно объявили о том, о чём пишут, могла бы развязаться война.

– Такое ощущение, народу пытаются мозги промыть, – кивнул Вуд, затягиваясь, – я тоже читал про это. Если бы они хотели развязать войну, сообщили бы открыто о своих недовольствах. Странно всё это.

– А чего случилось-то? – перебирая волосы Чака, спросила Вирда, – что они там наплели про нас, а? Что бы они там ни сказали, если будет война – мы этих Овнов в пух и прах разнесём. Стоит только одного Вуда туда отправить, и дело с концом.

Вуд фыркнул, иронично взглянув на подругу:

– Они заявили, что мы украли какую-то важную вещь из их дворца. Ну, того, где типа заседает их правительство, – он сделал паузу, затянулся в последний раз и щелчком пальцев отбросил сигарету в сторону. Это, конечно, запрещалось делать на территории школы. Мусорить, имеется в виду, но Вуду, по всей видимости, было всё равно, – на днях это вроде произошло. У них там, по-моему, конфликт крупный, есть подозрение на слуг, но… – он взглянул исподлобья и ухмыльнулся, – СМИ решили, что будет проще обвинить нас. Обозвали нас ворами и провокаторами военных действий.

– Абсурд! – воскликнул эмоциональный Алекс, – да, ребят?

– Ага, приятель, – улыбаясь краешком рта, кивнула Вирда, – слушайте, я всё ещё предлагаю запустить Вуда в качестве тяжёлой артиллерии к Овнам. Классная идейка, а?

– Да… действительно абсурд пытаться замешать в это нас, – протянул Чак, завороженно наблюдая за листвой, шуршащей от лёгких порывов ветра, – но это СМИ. Они так и раньше делали.

– Очень редко, – заметил Вуд, – более того, мы отлично ладим с Овнами.

– Заняться им нечем, – пробормотала Вирда, проводя пальцем по пыльному ограждению, – долбанные СМИ, Вуд, зачем тебе надо туда?

– Люблю писать, – хмыкнул он.

– Всякие гадости?

– Ну почему, – пожал плечами парень, продолжая улыбаться, – я буду хорошим журналистом. Обещаю, – он подмигнул.

– Ловлю тебя на слове, приятель. А что насчёт межзнаковых игр? – продолжала Вирда, стараясь говорить как можно равнодушнее, чтобы не выдать себя перед друзьями и игнорировать внимательный взгляд Чака. Великие Звёзды, чего он так смотрит? Догадывается? – Слышал про это?

– Не знаю… – с сомнением протянул Вуд, – нужна ли мне эта слава после победы? Я хочу спокойной мирной журналистской жизни.

– Ты так самоуверен, Вуд? Считаешь, что победа тебе сто процентов обеспечена? – Чак убрал голову с колен Вирды и встал, внимательно взглянув на Вуда. Вирда еле слышно вздохнула с облегчением. Он перевел своё внимание на Вуда, а значит, вероятно, не догадается, что она задумала.

– Нет, – ответил он, – я просто стараюсь быть реалистом.

– Реалистом? Знаешь, грань между уверенностью в себе и реализмом очень тонка. Мне кажется, твоя грань переходит за рамки… реализма.

– Ч-а-ак, – протянул Вуд, закидывая голову назад и коротко усмехаясь, – не нуди, пожалуйста. Будь проще. Не воспринимай всё всерьёз. Я просто считаю, что я достойный кандидат на межзнаковых играх.

– Ну, так действуй, – подбила Вирда, – докажи нам, что твой реализм имеет смысл.

Вуд крепко задумался.

– Вуд, вот этого не надо, хорошо? Как же я буду тут без твоего сигаретного дыма и глупого сарказма? – вмешался Алекс.

– Обойдёшься, – ухмыльнувшись и посмотрев на друга через плечо, ответил Вуд, – но… по правде говоря, я даже не знаю. Ваши слова звучат как вызов. Мне трудно будет не принять его, но уезжать на межзнаковые игры в такую даль? Сумасшествие.

– Надо же жить ради чего-то. Мне кажется – сумасшествие именно то, что нужно, – произнесла Вирда, криво ухмыляясь и глядя в лицо другу всё с тем же вызовом в глазах.

– Посмотрим, Вирда, посмотрим, – не торопясь принимать трудное решение, Вуд снова вынул сигарету и закурил.

***

Вирда осторожно закрыла входную дверь за собой. В квартире царил абсолютный мрак и глухая, звенящая тишина. Девушка невольно поморщилась, явственно ощущая, как в ней медленно поднимается липкое нехорошее предчувствие.

Осторожно снимая обувь, она бесшумно прошла по коридору, двигаясь к лестнице, ведущей наверх, в свою комнату. Осталось проскочить мимо гостиной незамеченной – и дело сделано.

Но как только она поставила стопу на первую ступеньку лестницы, как она тоненько скрипнула под её весом, и в почти осязаемой тишине этот скрип прозвучал ужасающе громко.

– Вирда!? Это ты!? Иди с-сюда, чего ты т-там крадёшься? К отцу-то не хочешь подойти, а? Наглая девчонка…

Вирда замерла на лестнице, с горечью прикрыла глаза и медленно выдохнула.

– Да, пап. Иду.

Она снова спустилась на пол, развернулась к арочному проходу, ведущему в гостиную, и осторожно заглянула в комнату, пропахшую терпким запахом алкоголя и табака.

Блестящая лысина отца резко контрастировала в темноте большой комнаты, освещаемой лишь тусклым светом лампы на столе. Его чёрные глаза рассеянно и сердито оглядели дочь. Видно было, ему хотелось разразиться гневной тирадой, но сильное опьянение не оставляло на это никаких шансов.

– Г-где ты была, Вирда?…

– Гуляла после школы с друзьями, – ровным голосом ответила девушка.

– Гуляла?! Ты смотрела на часы, девчонка? – он соскочил с кресла, чуть пошатнувшись.

– Я пришла вовремя, оте… – Вирда запнулась. Он не любил, когда она называла его отцом. Для него такое обращение считалось грубым и холодным, поэтому Вирда решила не злить его лишний раз и поправилась, – папа.

Отец медленно приблизился к ней, то и дело спотыкаясь об диван, стол и другие встречные предметы.

– Вирда, ты же понимаешь, что в п-последнее в-время расстраиваешь меня! – с трудом выговаривая слова, отец выдохнул на неё огромную порцию алкогольного и табачного запаха. Вирда молча слушала его, делая вид, что совершенно не замечает этого противного запаха, исходящего из его рта.

– Конечно, – спокойно ответила Вирда. Она так и не поняла, в чём именно подвела его, но решила, что спорить сейчас с ним – совершенно бесполезное дело, – но ты обещал мне, что больше не будешь пить, папа.

– Разве я пьян, Вирда?..

– Да, ты пьян, отец, и ты мне обещал! – девушка начала терять своё напускное спокойствие, ведь она просто терпеть не могла, когда кто-то забывал про данное им обещание или врал.

– Не кричи на родителя! – он резко поднял голову и взглянул на неё настолько сурово, насколько было возможно в его нетрезвом виде, – иди в свою комнату. У тебя домашний арест за опоздание на неделю. Б-будешь выходить из дома только ради школы. Наглая девчонка.

– Но…

– Иди. В комнату, – тоном, не принимающим возражения, повторил он и развернулся уверенный, что его решение вряд ли будет оспорено.

Но Вирда и не собиралась спорить с ним. За те годы, что она прожила с отцом, она усвоила одну вещь – споры, ругань и перебранки с отцом могли привести только к тому, что виноватой останется она.

Но в этот раз у Вирды окончательно лопнуло терпение. Она собиралась поступить по-другому.

***

Вирда бесшумно носилась по своей маленькой комнате с одной лишь кроватью у стены. Та была вся увешана плакатами, астрологическими календарями и её набросками. Вирда тоскливо оглядела свою комнату, и только сейчас, в этот миг, наспех сбрасывая необходимые вещи в сумку, девушка поняла, что побег из дома – не такое уж и лёгкое решение в её жизни.

Да, над ней измывается отец. Да, ей надоело видеть его пьяное лицо каждый вечер. Но ведь… здесь она провела бόльшую часть своей жизни… Но вдруг, ей удастся победить на межзнаковых играх? Там уже начнётся совершенно другая жизнь. Вдали от дома и под пристальным вниманием СМИ. Это просто превосходная возможность пробиться в люди.

Но сейчас, решила Вирда, стоит жить настоящим и не думать о будущем. Пока девушка не победит в играх, не стоит заморачиваться обо всём остальном. Справившись с вещами, Вирда кинула сумку на кровать, а сама уселась рядом, устало сгорбив спину. Она выдохнула:

– Пожалуйста, Вуд, не подведи, приятель, – умоляюще прошептала она для себя и активировала браслет. Освещая тёмную комнатушку ярким оранжевым светом, перед девушкой высветилось голографическое меню её Скважа. Она торопливо нажала на пункт с контактами. Без труда нашла адрес Скважа Вуда.

В любой момент отец мог проснуться, чтобы проверить её. Вирда знала, он обязательно сделает это, от чего её сердце колотилось быстрее обычного.

Вуд ей был просто необходим. Без сомнения, он был самым вероятным её конкурентом на межзнаковых играх, но без его помощи она вряд ли сможет справиться. Разумеется, Вирда могла взять с собой Чака, но этот старый зануда вряд ли согласится сбежать из дома, чтобы участвовать в этих межзнаковых играх. А Алекс… с Алексом они не особо ладили, чтобы устраивать совместный побег из города.

Внезапно, сменив голографическое меню контактов, перед ней всплыло заспанное, раздражённое лицо друга. Судя по положению его головы, Вуд спал. А Вирда, наглым образом разбудила его. Но в тот момент девушка была настолько ослеплена своей безумной идеей сбежать из дома, что совершенно не проявила заботы о друге.

– Какого..? – протянул он, – какому наглецу я понадобился? О… Вирда?

– Добрый вечер, Вуд.

– Уже ночь, Вирда! – прошипел он, приподнимаясь на локте. Теперь его голова предстала перед девушкой в вертикальном положении. Встряхнув каштановой макушкой и отгоняя остатки сна, парень посмотрел на Вирду и заметно смягчился, видимо увидев в её глазах безумный, лихорадочный блеск, – что случилось?

– Межзнаковые игры, Вуд. Помнишь, что я говорила тебе сегодня днём? – быстро зашептала девушка, – я собираюсь ехать туда сегодня ночью. Ты со мной?

– Что? – опешил он, – ты с ума сошла? Что тебе в голову опять ударило? Почему ты не сказала об этом сегодня, перед всеми? Почему только сейчас?

– Я давно планировала это. Я просто… – Вирда запнулась, не решившись сказать ему главную причину своего побега, – в общем, я не могла сказать остальным, потому что понимала, что Чак сделает всё возможное, чтобы оградить меня от этого поступка. Понимаешь? Да он привяжет меня к дереву или сдаст зопам, но не даст поехать на межзнаковые игры.

Вуд нахмурился и потёр висок:

– Это так, но… вообще-то, он будет прав, если сделает так, Вирда.

– Серьёзно, Вуд? – удивлённо вскинув бровь, прошептала она.

– Да, вполне. Не думаю, что это хорошая идея, ехать туда одной. Ты там просто потеряешься, и я уже не говорю о том, как опасны эти игры.

– Я и не собиралась ехать туда одна… – она запнулась, и, нахмурившись, пристально посмотрела на друга, – стоп, погоди, хочешь сказать, ты не собираешься ехать со мной?

Вуд поджал губы и молча помотал головой.

– Нет, Вирда. Сегодня днём я думал над этим, но, в конце концов, пришёл к выводу, что мне совсем не по душе уезжать из родного города неизвестно куда и рисковать своей жизнью непонятно зачем.

Вирда молчала. Просто молчала, осознавая, что слова в этой ситуации вряд ли будут иметь хоть какой-то смысл. Вуд отказался. Крах. Ей придётся действовать в одиночку, потому как оставаться дома с каждым днём становилось всё тяжелее с тех пор, как умерла мама. Это случилось, когда Вирде было четырнадцать. Прошло уже три года, и с тех пор ее жизнь превратилась в сущий кошмар.

– Эй, я так понимаю, тебя вряд ли получится переубедить? – тем временем послышался тихий встревоженный голос Вуда.

– Да, – против воли в её голосе проскользнула обида, – вряд ли.

Парень тяжело вздохнул.

– Прости.

– Ничего, Вуд, – сквозь зубы выдавила она и натянуто улыбнулась, – доброй ночи.

Не давая ему почувствовать себя ещё более виноватым, она махнула рукой, прерывая их голографический разговор. Встала с кровати, походила по комнате.

Ей не хотелось ехать одной, но оставаться дома было ещё хуже. Вирда планировала свой побег уже более месяца с тех пор, как стало известно о межзнаковых играх. Она зацепилась за эту новость, как за крючок и пообещала себе, что воспользуется шансом, чего бы ей это ни стоило.

Внезапно до её ушей и головы, забитой тягостными мыслями, донёсся стук в дверь. Она подскочила и, схватив сумку, кинула её под кровать, а сама, сдернув одеяло, быстро улеглась в постель и натянула его до самого подбородка, прикрывая свою уличную одежду.

Дверь приоткрылась и постель, в которой лежала Вирда, усердно притворяющаяся спящей, оказалась освещена полоской света. Девушка слышала шумное сопящее дыхание отца. Он постоял минуту-другую, пока, по всей видимости, не убедился, что девушка крепко спит и не замышляет ничего плохого. Вскоре дверь снова закрылась.

Вирда выдохнула в пустоту, отчаянно цепляясь за одеяло. Пролежав так несколько минут и бездумно глядя в белый потолок, девушка удостоверилась, что за пределами её комнаты всё стихло, и только после этого откинула одеяло в сторону, вскочила на ноги, с трудом достала сумку из-под кровати и была готова действовать.

Но что можно было сделать? Она оглянулась на окно.

Можно было пролезть через крышу, ведь перед самым её окном был широкий пятачок, по которому она могла тихо пройти и потом спуститься по крепкой виноградной лозе, обвивающей столб их веранды. Вирда так любила это место. Почти каждую тёплую ночь она пролезала на крышу и в одиночестве смотрела на звёзды. На далёкие безмолвные звёзды.

Отогнав от себя непрошеные мысли, Вирда судорожно размышляла. Если она попробует пробраться через крышу, то только создаст лишний шум, ведь черепица их крыши достаточно шумная. Девушка это прекрасно знала.

И всё же. Отец был пьян, на дворе стояла глубокая ночь, и, насколько она знала, он всегда шёл спать после того, как проверял, спит ли дочь. Стоило попробовать прокрасться через главный вход. Так она создаст меньше шума.

И, прихватив сумку, она направилась к двери. Сердце стучало как бешеное, но отступать Вирда не собиралась.

Отец спал. Его храп раздавался из спальни дальше по коридору. Вирда невольно задержала дыхание, пока кралась по мягкому коврику, расстеленному вдоль коридора на втором этаже.

До лестницы оставалось пару шагов, и этого участка она боялась больше всего. Ветхие ступеньки лестницы могли громко скрипеть, но, впрочем, Вирда надеялась, что храп отца будет настолько сильным, что он едва ли услышит какие-либо посторонние звуки.

Она ступила на лестницу и начала спускаться, наступая на места, где предположительно скрипа будет как можно меньше.

Наконец, девушка преодолела опасный участок. Её сердце пустилось в пляс от радости. Позабыв об осторожности, Вирда кинулась к двери. Но тут её ждало разочарование. Дёрнув за дверную ручку, она обнаружила, что дверь закрыта на замок. Вероятно, отец сдержал своё обещание насчёт ареста.

– В кои-то веки он сдерживает свои обещания, – сердито пробормотала Вирда.

Впрочем, несмотря на провал, отчаиваться девушка не собиралась. Перед тем как она воплотит свой план Б и снова поднимется на второй этаж, чтобы выйти через крышу, Вирда решила попытать удачу и поискать ключи.

Она искала их в шкафу и в прихожей, осторожно выдвигала ящики, но ключей и след простыл. Неужели он их взял с собой в комнату? Это самое ужасное, что могло с ней произойти.

Совершенно случайно, её взгляд упал на крючки для одежды. На одном висела связка ключей: та самая, которую отец постоянно носил с собой. Схватив связку, Вирда дернула её с крючка, и она выскользнула у неё из рук. Словно в замедленной съёмке она наблюдала, как ключи летят на пол и громко звенят, соприкоснувшись с ним. Сердце Вирды ушло в пятки, она несколько секунд простояла в ступоре от ужаса. Пока не услышала крик, послуживший ей сигналом.

– Что за шум!?

Она быстро нагнулась и подхватила связку ключей, совершенно не заботясь о том, что ведёт себя шумно. Сейчас, главное, поскорее выбраться из дома.

Руки дрожали, дыхание сбилось, а в груди засело липкое ощущение страха и скованности.

– Ну же, давай, – сначала она пыталась найти нужный ключ в связке бесчисленных, идентичных ключей, а после, ей пришлось столкнуться с другой проблемой – Вирда услышала шаги на лестнице.

– Вирда? Вирда! Ч-что происходит? Что ты творишь, Небесный Отец тебя подери!

Но Вирда не слушала никого. Она затолкала ключ в скважину и пару раз лихорадочно провернула. Дверь отворилась со щелчком. Оставив ключи в замочной скважине, Вирда подхватила сумку и выскочила на улицу. На безлюдной улице стояла тишина, лишь где-то вдали был слышен чей-то смех.

Вирда пробежала через лужайку и кинулась вперёд по улице, через череду разноцветных домов. Сердце стучало так, словно хотело выпрыгнуть наружу. По лицу хлестал холодный ветер, вздымая синие пряди волос.

– Вирда! Вернись, я сказал! Глупая девчонка, я убью тебя! – отдаваясь глухим эхом по всей улице, звучал громогласный голос отца.

***

Всё ещё запыхавшаяся и перепуганная Вирда добралась до станции перехода. На улице было темно и безлюдно. Она остановилась возле входа на станцию, опираясь на кирпичную лестницу и стараясь восстановить дыхание.

Внезапно кто-то положил ей на плечо руку. Тоненько взвизгнув, Вирда круто развернулась и с размаху ударила своей сумкой наотмашь.

– Ай! За что, Вирда?..

– Вуд? – девушка, готовая снова пустить в ход сумку, медленно опустила её, увидев перед собой взъерошенного друга, – что ты здесь делаешь, приятель? – радостно произнесла она. На её губах расцвела широкая счастливая улыбка.

– Проводить пришёл, – хмыкнул он, – шучу. Я понял, что не могу отпустить тебя одну… Да и нужен же нашей стране достойный кандидат, – он подмигнул.

– Ну, ты… – Вирда возмущенно покачала головой и легонько ударила его в плечо. Вуд был одет в пальто пастельных тонов, а в руках держал большую сумку, – мог бы предупредить. А то устроил мне нервотрёпку: то хочу, то не хочу, – она шумно перевела дыхание, – как ты понял, что я пойду сюда?

– А куда тебе ещё идти? – пожал плечами Вуд, – пистрата у тебя нет, добираться не на чем. Только через общественный переход.

– Что ж… – протянула девушка, надувая щёки и шумно выдыхая, – я всё равно рада, что ты со мной, приятель.

И с широко распростёртыми объятиями она кинулась к другу.

– Эм, Вирда, я… тоже рад, что я не такой дурак, чтобы отпускать тебя одну на эти безумные межзнаковые игры, – смущённо пробормотал он ей в волосы, неловко обнимая в ответ, – наши переполошатся, когда узнают, что мы пропали.

– Я поставила сообщение с таймером на утро на адрес Чака и Алекса, – сообщила Вирда, – утром они получат сообщения, что я уехала на отбор. Как купим билеты на переход, я напишу им, что ты тоже со мной.

Вуд кивнул.

– Ясно, – он с усмешкой взглянул на тёмную вывеску, висящую над входом здания и гласящую «Городская станция №12», – ладно идём, сумасшедшая.

Глава 7. Якуб

Якуб локтями расталкивал толпу и пробирался к кассе, раздражённо думая о том, каким маленьким казалось это помещение, когда вокруг было так много людей. Все его мысли были заняты недавним разговором с Синди. Он с горестью вспоминал о том, как тяжело она восприняла его решение уехать из города, чтобы поучаствовать в этом отборе…

– Послушай, Синди, я вырос брошенным… Я ничего в своей жизни не видел кроме стен приюта, ничего не добился. Тебе удалось поступить в колледж, а что остаётся нам с Банди? Мы тоже хотим чего-то… хотим, чтобы нами гордились. Я горжусь тобою, Синди, и хотел бы, чтобы ты тоже гордилась мною.

– Я горжусь тобою, Якуб, – с трудом произнесла девушка дрожащим голосом. Кажется, она была на грани истерики.

– Было бы чем гордиться… – покачал головой парень, – я клянусь, я докажу тебе, что моя поездка будет не напрасной.

– Мы расстаёмся? – выдавила она и смело взглянула в глаза Якубу, – скажи только честно…

– Что? – растерялся Якуб, – конечно нет! Что ты такое говоришь? Я ведь просто уеду на некоторое время.

– Я знаю, что ждёт победителя игр. Я читала, – тихо произнесла она.

– Не факт, что я смогу выиграть, – сказал Якуб, втайне надеясь, что её это утешит, – и даже если я смогу победить, то это ничего не изменит.

– Но ты едешь за победой, Якуб. Я знаю, что ты можешь горы свернуть, если чего-то по-настоящему захочешь, – она до крови закусила губу и втянула голову в плечи, – и… будь осторожен.

– Хорошо…

Утонув в воспоминаниях, он совсем не заметил, как подобрался к кассе и встал одним из первых в очереди. Обычно в городских кассах было совсем немного народу. Но сегодня тут собрались все люди, не имеющие средств на пистрат, но переполненные желанием попасть на межзнаковые игры.

– Молодой человек? Вы будете брать билет? – в реальность его вернула уставшая сонная девушка. В такое время работникам общественных переходов приходилось работать в усиленном режиме.

– Да, – Якуб похлопал себя по карманам, порылся внутри и достал необходимое количество астратов.

– Куда собираетесь отправляться? – опущенным голосом продолжала девушка.

– На пограничную службу.

Якубу показалось, или на лице девушки проскользнула мимолётная нервозная улыбка, словно это словосочетание уже изрядно поднадоело ей за ночь.

– Много кто берёт билеты на пограничную службу? – участливо спросил Якуб, небрежно опираясь локтем о стойку.

– Да, именно так, – что-то набирая в своём специальном рабочем Скваже, пробормотала она, – я уже ненавижу эти межзнаковые игры всей душой, – девушка вдруг замерла и удивлённо уставилась в свой рабочий скваж, – вам повезло. Как раз остался последний билет на пограничную службу. Девушка приподнялась и, окинув взглядом длинную очередь, громко прокричала, – Билеты в кассе №3 на пограничный переход закончились! Убедительная просьба перейти в другие кассы!

В эту же секунду, толпа, стоящая за спиной Якуба, синхронно выпустила тяжелый вздох и шумно передвинулась в другой ряд.

– Десять золотых астратов, пожалуйста, – кассирша вернулась на своё место.

Парень достал из кармана горсть круглых астратов, отсчитал необходимое количество и передал девушке.

– Ваш билет, – она протянула его Якубу, – пройдите вперёд по коридору в приёмную комнату для переходов №8.

– Спасибо.

Парень, сжимая в одной руке свой рюкзак, а в другой – билет, быстро шёл по коридору, бегло осматривая номера комнат в форме звёзд.

Правильно ли он поступил, что уехал? Бросил Синди? Чем больше он думал об этом, тем сильнее ему хотелось развернуться обратно и пойти домой. С огромным трудом он избавился от назойливых мыслей и пошёл дальше. Якуб остановился у нужной двери и вошёл в небольшую комнату с серыми стенами, серым полом и огромным мерцающим переходом во всю стену.

По комнате были расставлены красные пуфики, на которых сидели люди, ожидающие своей очереди. Возле перехода стояли охранники в синей униформе и следили за порядком в комнате для перемещений. На груди у них красовались серебряные жетоны, а на спине золотые стрелы – знак страны Стрельцов.

Внезапно прозвучал неживой женский голос:

– Зодиак под номером пятьдесят три, подойдите к переходу.

С пуфика встал седой мужчина с пышными усами и, быстро приблизившись к переходу, передал свой билет охраннику. Тот его бегло осмотрел и кивнул мужчине. Пожилой зодиак шагнул в переход и его затянуло в галактическую пучину так быстро, что Якуб даже моргнуть-то не успел.

На ватных ногах он подошёл к освободившемуся пуфику и быстро уселся. Якуб слышал, что такие переходы намного безопаснее пистратов и шанс потеряться там, в подпространстве, не так велик, но… он всё равно считал, что недостаточно опытен в сфере перемещений.

Внезапно в комнату зашла рыжеволосая девушка. Якуб подскочил на месте, но, внимательнее приглядевшись к чертам её лица, понял, что ошибся. Это не та незнакомка, которую он встретил тем дождливым вечером в парке. Ему не давала покоя одна мысль: откуда она узнала об играх до того, как стало известно всем? Он прекрасно помнил, что на момент встречи ещё ни о каких межзнаковых играх не было известно. Так ещё и с такой уверенностью твердила о том, что это смертельно опасно, и ему ни в коем случае не стоит туда ехать. Якуб покачал головой. Конечно, это полная чепуха. То, что она узнала об этом заранее – просто совпадение.

– Зодиак под номером девяносто четыре, подойдите к переходу.

Чуть не выронив свой билет, Якуб судорожно прочитал:

Подскочил с пуфика, подошёл к переходу и протянул свой билет охраннику. Тот бегло осмотрел его и кивнул. Якуб шагнул в переход, крепко сжав свой портфель в руках. Он знал, что должен оказаться где-то в подпространстве. Открыв глаза, Якуб понял, что он парит в воздухе в галактическом измерении. Повсюду блестели яркие звёзды на фоне тёмного неба.

– Здравствуйте, Вы попали в галактическое пространство для перемещений. Назовите свою остановку, – зазвучал всё тот же металлический голос.

– Пограничная служба, – назвал Якуб.

– Пожалуйста, не двигайтесь, ваше перемещение начнётся через пять секунд и займёт три минуты семь секунд. Спасибо, что пользуетесь нашей компанией.

Якуб замер, ожидая перемещения. Через пять секунд с разных сторон к нему слетелись маленькие звёздочки, обвили его светящимся коконом. Он почувствовал, как его снова засасывает в переход и выбрасывает на остановку.

«Билет для перемещений.

Пункт назначения: пограничная служба

Время перемещения: три минуты семь секунд

Номер перехода: 94»

Глава 8. Альтаир

Следующие две недели показались Альтаиру адом. Парень рад был бы сообщить, что его занятия со специалистом действительно имеют смысл и его дела в управлении стихией постепенно шли на поправку. Но на самом деле это было не так.

– Вот, выиграю на межзнаковых играх, вот тогда ты и пожалеешь, что плохо обращался с любимой сестрёнкой! – постоянно твердила его сестра, видимо, считая своей обязанностью по пять раз в день напоминать ему об этом.

– Я не дам тебе пистрат, Хейли, – вне себя от гнева отвечал Альтаир, – извини, конечно, но придётся тебе свой триумф по возвращении домой праздновать в общественном переходе.

Домой он приходил совершенно измотанный, как морально, так и физически, но к счастью, на выручку приходил лучший друг – Николас, пинками вытаскивая его на прогулку. И в этот раз, придя домой после занятий со «специалистом», Альтаир наспех оставил тренировочную сумку в своей комнате и, стараясь не попадаться на глаза Хейли, выбежал на улицу.

Возле забора уже стоял Николас, худощавый мальчик со светло-русыми волосами и умными зелёными глазами. Николас был застенчив в больших компаниях, но зато достаточно болтлив с Альтаиром.

– Привет, Альт! – только завидев друга, Николас встрепенулся и помахал рукой, – как жизнь?

– Привет. Дела мои не очень, – натянуто усмехнулся Альтаир, закрывая за собой калитку и воровато оглядываясь на дом.

– Сестра? – спросил Николас, – великие звёзды, да она просто сумасшедшая, представляю, как кошмарно жить с ней в одном доме!

– Кошмарнее всего – сдерживать себя, чтобы не треснуть ей по голове, – с ненавистью произнёс Альтаир и поморщился, невольно сжимая кулаки и представляя такую прекрасную перспективу, как поквитаться с сестрицей за все её обидные слова и проделки.

– Забудь о ней, – посоветовал Николас, – вот, держи лучше. Я купил нам по Астромиксу.

Честно говоря, Альтаир просто терпеть не мог этот кисло-сладкий Астромикс, но друга обижать не хотел, поэтому всегда честно выпивал его.

– Если выпить Астромикс, на дне стаканчика будет специальное астрологическое предсказание для тебя на день! – с энтузиазмом сообщил друг, с удовольствием потягивая напиток через трубочку.

– Здорово, – кивнул Альтаир, – на день говоришь? По-моему, мне даже предсказание не понадобится, чтобы понять, как мой день будет ужасен.

– Эй, выше нос, Альт! – Николас резко остановился и похлопал друга по плечу, – давай-ка мы лучше сходим на площадь Марса, а? Прошвырнёмся по магазинам. Кстати! Слышал, про привоз в магазине Флинта? Говорят, там новые перчатки привезли.

– Да? – изобразив воодушевление, переспросил Альтаир, – хорошо, давай сходим.

– Вот это правильно! – одобрил Николас, – я знаю короткую дорогу до площади. Доберёмся за пять минут, даже пистрат твой не придётся применять.

На самом деле, перемещаться через звёздную нить вдвоём было несколько неудобно и небезопасно, поскольку был шанс, во-первых – переломать друг другу шеи при завершении перемещения, а во-вторых – потерять своего товарища в подпространстве, если недостаточно крепко держать его. Альтаир старался только в крайних случаях использовать пистрат, перемещаясь вдвоём.

Николас действительно показал короткую дорогу до площади. Только не сказал, что дорога лежала через тёмные и безлюдные переулки.

– Почему ты не сказал, что мы пойдём через переулки? – прошептал Альтаир, когда они шли в одном таком переулке меж бетонных стен низких домов.

– А что такого-то? – пожал плечами друг, допил свой Астромикс, с интересом открыл крышку и прочитал вслух, – сегодня тебя ждут приключения. Соглашайся на любое спонтанное решение. Класс! – он поднял голову. Его слова эхом отскакивали от голых стен.

– Ты не знал, что в переулках проживают всякие хулиганы? Они нас в два счёта побьют, – качая головой, произнёс Альтаир.

– Или мы их? – задорно рассмеялся Николас и пихнул друга под рёбра, – не боись ты, никого мы не встре…

И в этот момент из-за угла вышли три крепких фигуры. Николас мгновенно притих. Альтаиру совсем не вовремя подумалось о том, что это первый раз на его памяти, когда друг заткнулся так быстро и мгновенно.

– Молчи, Николас, – сдавленно прошептал Альтаир, – молчи…

– Эй, дохляки, покурить не найдётся?

– П-покурить? – выдавил Николас.

Альтаир с силой ткнул его под рёбра.

– Мы не курим, – жёстко произнёс Альтаир, – извините, парни, не…

– А это чё ещё такое? – один из них, самый высокий и громадный на вид, подскочил к друзьям и выхватил стаканчик с Астромиксом из рук Альтаира. Вообще-то, парню было не жалко, но слыша, как Николас возмущённо выдохнул рядом, Альтаир не удержался и крикнул:

– Эй, это моё!

– Нет! – с усмешкой парень резко отдёрнул стаканчик в сторону, и Альтаир, в это время потянувшийся за ним, схватил пальцами пустоту.

– Не боитесь по переулкам шляться в такое время, хлюпики? – из тени вышли двое других хулиганов. Один из них был точной копией своего товарища, забравшего Астромикс Альтаира, а другой, заговоривший хриплым, вкрадчивым голосом, совсем не был похож на обычного, уличного хулигана.

– Кого нам бояться? – вскинув бровь, спросил Альтаир, – вас? – парень не знал, откуда в нём столько смелости.

– Тяни время, Альт, – сообщил ему на ухо Николас, – просто не связывайся.

– Эй, о чём это вы там? – осклабился главарь шайки, – вон того, белобрысого схватите.

Альтаиар даже не успел понять, что произошло, как эти двое вышибал поймали его друга.

К сожалению, его тело и желание защитить друга сработали быстрее, чем мозг, и Альтаир бросился на парней, совсем позабыв о просьбе Николаса не связываться. Выхватил стаканчик из рук громилы, выплеснул ему на лицо фиолетовую жидкость Астромикса и даже успел заехать кулаком в челюсть, чего тот никак не ожидал.

Издав рассерженный рык, парень отпустил Николаса. Друг со всей мощи лягнул по ноге другого парня, удерживающего его.

– Не дайте им убежать! – рявкнул один из них. В руках у него быстро вспыхнуло пламя. Яркое и оранжевое, оно отражалось на бетонных стенах переулка.

Вытерев оставшийся Астромикс с лица, главарь подскочил к Альтаиру, и парню пришлось защищаться. Во время неравной борьбы Альтаир получил удар в лицо. Он не знал, что происходит там с Николасом, но, когда его с силой оттолкнули к стене, ему удалось взглянуть в сторону друга. Другой хулиган крепко держал Николаса за руки, а главарь их небольшой шайки подошёл к Николасу и поднёс обжигающее пламя к лицу.

Николас зашипел и отвернулся. Видимо, пламя обожгло ему лицо.

– Может, поджечь ему волосы? – ухмыляясь, спросил главарь и на секунду злорадно взглянул на Альтаира, – или… подпалить это смазливое личико? – он поднёс огонь ещё ближе, так, что Николас отчаянно задёргался, поскольку пламя оказался в угрожающей близости к его лицу.

Гнев затопил всё нутро Альтаира. Ярость выплеснулась из него жгучей лавиной, и он кинулся на помощь к другу. Не понимая, что делает, он закрыл глаза, представил яркое Солнце, огонь в своей руке, открыл глаза и на самом деле увидел огонь! Парень резко затормозил и пару раз моргнул, пытаясь удостовериться, не сон ли это? Впервые в своей жизни, за годы усердных тренировок, он почувствовал покалывающее тепло в пальцах.

– Что, щенок, хочешь сразиться? – пламя в руках рыжеволосого всё ещё полыхало как яркий факел. У Альтаира же, на пальцах горел совсем маленький, но яркий огонёк.

– Отпустите моего друга, – не показывая неуверенности в себе, процедил Альтаир, мучительно вспоминая уроки.

Главарь шайки снисходительно улыбнулся, в его глазах полыхала ярость. Кажется, его жутко рассердило, что каких-то два хлюпика продержались дольше, чем он рассчитывал. Он, словно умелый мастер, начал придавать огню некую форму шара, и Альтаир в эту же секунду понял, что к чему. Он слышал про огненную сферу на уроках, но слышать и видеть – разные вещи. Именно поэтому, в эту секунду он не на шутку струхнул и растерялся.

В тот момент, когда главарь собирался пустить сферу в Альтаира, а его собственный огонь в руках уже потух, парень услышал крик:

– Альт! Бежим! Зопы приехали!

Словно во сне он почувствовал, как Николас схватил его за запястье и с силой дёрнул. Обернувшись через плечо, он видел зопов: крепких ребят в тёмно-синей форме, с пистратами и дубинками на поясе. Он слышал их крик:

– А ну стоять! Не двигаться!

Альтаиру вдруг захотелось остановиться и повиноваться этому властному голосу, но Николас упрямо тянул его вперёд. Наконец, Николас вывел его из переулка, и они побежали по узкой мощеной булыжником улице между домами. Они всё бежали и бежали, Альтаиру казалось, что не будет конца этому бегу. Он был уверен, что за ними никто не гонится, но Николас как с ума сошёл.

– Оторвались, – спустя десять минут бега, Николас остановился в пустынном дворике, окружённом опустевшими домами с тёмными провалами разбитых окон, – всё, теперь нас точно не поймают.

– Ты с ума сошёл? Куда ты нас завёл вообще? – упираясь руками в колени, с трудом пропыхтел Альтаир и быстро огляделся. От этого места, тихого и мрачного, у него по коже побежали мурашки.

– Зопы видели, как ты вызвал огонь! – объяснил Николас, переводя дыхание, – нас могли за хулиганство за решётку посадить!

– И что? Я же не собирался применять его. Да ты вообще видел этот маленький огонёк? – фыркнул Альтаир и покачал головой, но уже через секунду его глаза округлились от удивления, – о-о-о, кстати да, ты видел его? О, Святая Луна, я вызвал его! У меня получилось!

Только сейчас он сполна осознал свой триумф. Впервые в своей жизни Альтаиру удалось вызвать хоть слабое пламя. Это дорогого стоит… нужно рассказать родителям, то-то они обрадуются!

– Да-да, – широко улыбаясь, подтвердил Николас, – я видел его, чувак. Ты молодец! Как тебе это удалось?

– Не знаю… – Альтаир с силой почесал затылок, растрепав каштановые волосы, – это странно, но я сам не понял, что сделал. Просто я испугался, что они могут навредить тебе, разозлился, ну и… вызвал.

– Это круто, рад за тебя.

– Спасибо, – Альтаир искренне улыбнулся.

Ребята некоторое время молчали, оглядывая маленький дворик, в котором оказались. У Альтаира было нехорошее предчувствие, но он всё ещё чувствовал себя измотанным, чтобы начать двигаться снова. На улице уже темнело, на небе среди плывущих облаков обрела свои очертания яркая луна.

– Извини, – вдруг начал смеяться Николас. С каждой секундой его смех нарастал, – извини! Я совершенно не имею понятия, где мы оказались!

Альтаир только улыбнулся, но вскоре, заразившись весельем от друга, тоже захохотал. Так они и стояли. Эхо от смеха разлеталось по двору и растворялась в вечернем небе. Наконец, успокоившись, они решили отдохнуть и уселись на пыльных ступеньках у входа одного из домов.

– Кто вызвал зопов, интересно? – задумчиво поинтересовался Альтаир, закинув голову назад и разглядывая загоревшиеся на небе звёзды.

– Я, – ответил Николас.

– Что? – Альтаир опустил голову и посмотрел на друга, – серьёзно? Когда ты успел?

– У меня же отец зоп, – вздохнул Николас и поднял браслет. Быстро активировал скваж и поднёс к лицу Альтаира, показывая, – ещё давно он установил мне в скваж функцию быстрого вызова зопов, – он открыл меню и кивнул на пункт срочный вызов, – следует просто нажать на этот пункт в меню, и моё местоположение определится автоматически.

– А-а, полезная штука. Я даже не знал, что ты так продвинут.

– Это не я, а мой отец. Он и не такое проворачивает, чтобы обеспечить мою безопасность, – зевнул Николас, – о, кстати, я завтра собираюсь идти на митинг. Пойдёшь со мной?

– Что за митинг? – скучающе спросил Альтаир. По правде говоря, митинги в их стране были далеко не редкостью.

– Против издевательств над кото-совами, – взбудоражено ответил друг, – чувак, тебе обязательно нужно сходить. Вопрос первостепенной важности, ведь кото-совы, вымирающий вид животных, если люди не перестанут убивать их и приручать, чтобы поиздеваться, мы потеряем это потрясающее животное!

– Ладно-ладно, – успокоил его Альтаир и ободряюще улыбнулся, – я пойду с тобой. Обязательно.

– О-о-о, вот это я понимаю, спасибо, Альт, – Николас посмотрел на часы, – ох, уже время. Отец сказал быть дома не позже девяти. Похоже, на площадь мы уже не успеем. Пойдём домой.

Альтаир кивнул, вставая. Подал руку Николасу и, когда тот встал, приобнял его за плечи.

– Пойдём, боец, – хмыкнул Альтаир, – вот ты уделал того, а?

– Ногой-то? – подыгрывая, дерзко произнёс Николас, – да-да, я старался. Но то, что ты вылил мой Астромикс ему в лицо, я не прощу.

– Эй, давай без этого! Астромикс классное оружие для тупых болванов, – рассмеялся Альтаир, – лимонная кислота по любому тому типу все глаза съела.

– Но ты всё равно должен мне Астромикс, – делая вид, что смертельно обижен, пробурчал Николас.

– Замётано.

***

Альтаир тихо закрыл за собой входную дверь. С кухни доносился звон посуды и голоса родителей. Надеясь, что с ними нет Хейли, парень пробрался через холл на кухню и осторожно заглянул внутрь.

– Мама, папа?

– Альт, сынок, привет, – не отрываясь от газеты, сказал отец, – как прошёл твой день? Чего нового?

Мама, стоящая у плиты, повернулась и нежно улыбнулась сыну.

– Представляете, я… – начал парень, но тут его взгляд наткнулся на сестру, сидящую за столом и с любопытством наблюдавшую за ним. Слова застряли у него в горле.

– Что? – отец поднял глаза.

– Хм, – прокашлялся Альтаир, косясь на сестру, – ничего. Потом. Я забыл.

– Неудивительно, – сладко протянула сестра, – Альт всегда всё забывает, оно и понятно, что у него ничего не выходит в учёбе.

Он раздражённо зыркнул на неё, но промолчал. Ругаться при родителях – не самая хорошая затея. Ведь Хейли – хорошая дочь и отличница, всегда будет у них на первом месте, а значит, в споре защищать они будут только её.

– Альт, послушай, – мама повернулась спиной к плите и осторожно взглянула на сына, – ты ведь знаешь, что Хейли хочет участвовать в межзнаковых играх?

У Альта сердце ушло в пятки. На что она намекает?

– Конечно, Хейли очень любит говорить об этом! – саркастично ответил парень, – мне кажется, я больше всех в доме знаю об её участии в межзнаковых играх!

Родители удивлённо переглянулись, но ничего на это не сказали.

Альтаир, насторожившись их странным поведением, снова посмотрел на сестру, в надежде узнать ответ у неё, но та лишь ухмыльнулась и пожала плечами. Вид у неё был такой, словно она искренне наслаждалась происходящим.

– Альтаир, не мог бы ты одолжить свой пистрат, чтобы Хейли смогла успешно добраться до лагеря межзнаковых игр через неделю? – наконец решительно сказал отец, откладывая газету на стол.

– Что? – возмущённо воскликнул Альтаир, – пап, это мой пистрат!

– Нет, сынок, не в этом дело, – попробовала объяснить мама, – он ей нужен.

– Но ведь есть общественный переход, – выдавил Альтаир.

– Да, но… разве ты хочешь, чтобы сестра добиралась до межзнаковых игр через общественный переход? – вскинув брови, спросил отец, – да и вообще…

Он говорил что-то ещё, но слова долетали до Альтаира как через толстый слой ваты. Парень думал о своём, и совсем не желал выслушивать лекции отца на тему того, какой же сестре представился шанс выбиться в люди. Чем Альтаир хуже? Родители ещё не знают, но у него тоже есть успехи в управлении стихией. Более того, он намного лучше физически подготовлен, чем Хейли. Стоит только подтянуть умения управлять стихией, и он может добиться не меньше её. Альтаир понял, что в душе у него проснулся азарт. Доказать им всем, доказать, что зря они его недооценивали. Утереть нос своей несносной сестрице. И тут он выпалил:

– А знаете что? Я тоже буду участвовать в межзнаковых играх! Если Хейли так не терпится попасть туда через пистрат, что ж, пусть отправляется со мной. Я доставлю её.

На несколько минут в кухне повисла тишина. Очевидно, родители совсем не ожидали подобного от сына. А про ошарашенное и рассерженное лицо Хейли даже говорить не стоит – такую гримасу надо было видеть.

– Но Альтаир, – в кромешной тишине, прозвучал голос мамы, – ты уверен?..

Парень усмехнулся.

– Да, мам. Вполне. Не пробуйте меня переубедить, я… хочу этого.

Родители переглянулись. Им не нужно было даже говорить, их взгляды говорили сами за себя. Очевидно, предки считали, что он с ума сошёл. Но ведь они не знают главного. И не узнают. До тех пор, пока он не выиграет в межзнаковых играх.

Глава 9. Дориан

Письмо от незнакомца пришло сразу через день. Парень даже удивился тому, как быстро дошло его собственное письмо, и пришёл ответ незнакомца. Обычно зодиакальная почта была достаточно медленной, именно поэтому Дориан предпочитал общаться через Скваж.

Дориан даже не стал выходить из почтового отделения и открыл конверт там.

«Дорогой Дориан!

Я неимоверно рад, что ты мне ответил. Это значит, что я заинтересовал тебя. Я действительно собираюсь сдержать свои обещания и поведать тебе тайну твоего рождения и всего того, что тебя интересует долгие годы. От тебя я прошу следующего – пойти мне навстречу. Наверное, ты в достаточной мере наслышан о знаменитых межзнаковых играх, которые вот-вот должны состояться. Я хотел бы видеть тебя там. К сожалению, я не смогу раскрыть перед тобой свою личность, но, по крайней мере, передавать послания будет намного легче и быстрее. Письма – это самый надёжный способ передачи информации. И да, твой отец тоже любил общаться через письма. Единственное, что я могу тебе сказать – я очень хорошо знал твоих родителей. Как только ты родился, именно я первым узнал о твоей тайне. Впрочем, обо всём этом поговорим на играх, чтобы я знал точно, что никто другой не сможет перехватить мои письма.»

Парень множество раз вчитывался в строки письма незнакомца. Упоминанием о родителях он только сильнее подогрел интерес Дориана. С каждым днём ему всё больше и больше хотелось узнать о них. Как они выглядят? Что любят? Чем занимаются? А может… их вовсе нет в живых? Подумав об этом, его сердце сжалось. Поехать на игры ради какого-то незнакомого человека? Оставить тут свою жизнь, предать бабушку с дедушкой? Это было сложное решение, и Дориан впервые не мог найти ответ в какой-нибудь книге.

– Будешь солнечный чай, Дориан? – спросила бабушка, вырывая его из раздумий. С тех пор, как он пришёл домой, Дориан не мог перестать думать о письме.

– Конечно, ба, – отстранённо ответил он, сложив локти на столе и уперев кулаки в щёки.

– В детстве ты очень любил этот чай, – заметила бабушка, доставая чашку из шкафа, – помнишь?

– Конечно, – устало улыбнулся парень, – я и сейчас очень люблю. Просто стал взрослее и…

– Менее эмоционален? – лукаво подсказала она.

– Нет, конечно, нет. Я всё стал воспринимать по-другому и реагировать на всё по-другому, – пробормотал Дориан, выводя пальцем странные узоры на скатерти.

– Ничего. Я тоже была другой, Дори, – тихонько произнесла бабушка, – и всё мне казалось другим. Это часть нашей жизни – постоянно меняться. Ты никогда не спрашивал рецепта солнечного чая, – резко поменяла тему разговора бабушка, – Как же ты будешь делать его, когда будешь жить вдали от нас?

– Не знаю, бабушка, я не задумывался об этом, по правде говоря.

– Тогда слушай… и смотри.

Дориан встал из-за стола, подошёл к бабушке и встал рядом.

– Сначала берём часть апельсиновой цедры, – произнесла она и вытащила из шкафчика, висящего на стене, маленькую жестяную коробочку, – потом две части эханицеи, полторы части гвоздики, одна палочка корицы и одна четвёртая часть корня имбиря.

Дориан мог бы вечно наблюдать за тем, как бабушка расхаживает по кухне, достаёт коробочки с ингредиентами, добавляет их в чай и тихонько рассказывает ему совершенно бесполезную информацию своим размеренным, успокаивающим голосом.

– Ах да, Дори, после того, как ты заварил чай, дай ему настояться под лучами дневного солнца. Желательно в период с двух до четырёх часов.

– Угу, – рассеянно бормотал он, – конечно, бабушка.

– Вот, осталось подождать полчаса. Ну что ж, я поведала тебе великую тайну рецепта солнечного чая, передаваемого в моём роду из поколения в поколение. Теперь будешь, Дори, готовить себе солнечный чай в колледже и в перерыве между учёбой вспоминать о доме.

«Дорогие бабушка и дедушка!

Я знаю, что поступаю некрасиво, что не говорю вам об этом лично, но я просто не смог. Не смог бы смотреть вам в глаза и говорить это. Я уезжаю на межзнаковые игры. Я претендую на участие в них и, надеюсь, что моя поездка не будет напрасной. По крайней мере, я постараюсь. Простите меня. Я буду писать вам, обещаю. И я вернусь. Об учёбе не беспокойтесь. Я обо всём позаботился и обо всём узнал. На время игр учебные заведения закрываются, ведь это всемирное мероприятие. Я договорился с учителями на эту неделю, чтобы они не ставили мне пропуски. Ведь мне надо выехать заранее, расположиться там, пройти регистрацию. Я взял свои деньги, которые долгое время откладывал. Не хочу брать у вас. Я и так подвёл.

С любовью, Дориан»

Всю ночь Дориан не спал. Думал над своим решением. И переписывал письмо. В итоге сумев написать всё так, как ему хотелось, он переоделся в дорожный плащ, тихо вышел из своей комнаты и подложил записку на пол перед спальней бабушки и дедушки.

Проходя к двери через холл, он быстро посмотрел в зеркало. Поморщился от своего болезненного отражения. Каштановые кудрявые волосы выглядели ещё более взъерошенными чем обычно после бессонной ночи. Под карими глазами пролегали глубокие синяки. Его щёки всегда оставались раскрасневшимися, как после мороза. Тёмный плащ расстёгнут на несколько пуговиц – под ним виднеется его любимый белый свитер, связанный бабушкой. В руках сумка, а на спине рюкзак с необходимыми книгами. Теперь он, кажется, готов.

– Простите меня, – прошептал Дориан, ещё раз обернувшись к спальне дедушки и бабушки, – я должен узнать правду.

Глава 10. Вирда

Регистрационный пункт на участие в межзнаковых играх находился прямо на границе страны Тельцов. Вирда с Вудом перешли в соседнее здание и оказались в регистрационном пункте. Это было огромное помещение с длинными резными колоннами, подпирающими высокий потолок и окнами, тянущимися вдоль стен. По всему периметру помещения стояла служба зодиакального надзора и следила, чтобы никто не затеял потасовку. Однако больше всего Вирду впечатлил тёмно-синий пол, глядя на который ей казалось, что мир перевернулся, и теперь она ходит по ночному небу, перескакивая с одной звезды – на другую.

– Вирда, ты выглядишь странно, хватит прыгать по этим звёздам, – озираясь по сторонам в поисках столов для регистрации, пробурчал Вуд.

– И что? – фыркнула Вирда, продолжая скакать, – мне плевать, – вдруг её взгляд зацепился за парочку незнакомых людей в шумной толпе. Она резко замерла и заговорщически сказала Вуду, – ты посмотри, ставлю сто золотых астратов, что вон те напыщенные ребята – это Львы! – она кивнула на парней с высокими намазанными гелем причёсками и надменными, высокомерными лицами.

Вуд коротко усмехнулся.

– Возможно… но, тебе не кажется, что всё это жутко несправедливо?

– Ты про что? – Вирда внимательно взглянула на друга.

– Верить в стереотипы о знаках зодиака, основываясь лишь на описаниях о них из «умных» книжек.

– Ну, откуда-то же взялись эти стереотипы, – произнесла Вирда. Настроение у неё было замечательное, но спорить она любила в любое время суток.

– И это верно, – вздохнул Вуд, – о, я вижу столы для регистрации! – взгляд друга был обращён куда-то вдаль.

– С длинной очередью, – жизнерадостно заметила Вирда.

Девушка осмотрелась. Эта зала была просто огромной, но, тем не менее, места тут едва ли хватало для всех желающих пройти регистрацию или купить билеты в качестве зрителей. Шум и разнообразие звуков давили на неё. Внезапно Вирда осознала, что не ощущает присутствия Вуда рядом. Быстро оглядевшись по сторонам, она с ужасом поняла, что видит вокруг лишь чужие плечи, затылки и спины. В глазах резко помутнело, она пошатнулась и готова была упасть, но тут кто-то весьма вовремя поймал её под локти и поставил в вертикальное положение.

– Воу, я бы не советовал в такой толпе пытаться упасть, затопчут же, – произнёс насмешливый голос за спиной.

Вирда встряхнула головой и обернулась. Её спасителем оказался парень с удивительными золотистыми волосами до плеч и ещё более невероятными разноцветными глазами. Некоторое время Вирда просто стояла с открытым ртом и смотрела в его глаза – жёлтый и зелёный. Его рот был изогнут в доброй изучающей улыбке.

– С-спасибо?

– П-пожалуйста? – передразнил парень. Вирда даже не обиделась на это, лишь тихо рассмеялась в ответ.

– Первое, как тебя звать, самоубийца, решившая упасть в такой безумной толпе, и второе, я Юджин.

– Приятно познакомиться, Юджин. Я Вирда, – улыбнулась девушка и, обретя смелость, протянула ему руку для приветствия. Было необычно общаться с кем-то, имеющим другой знак зодиака. Другие казались ей иными, с другой Вселенной, но с каждой секундой нахождения рядом с Юджином, интерес Вирды к представителям других знаков возрастал, – мне плохо стало. Такой шум вокруг стоит, как ты это выносишь?

Парень поколебался секунду-другую, но всё же, заключил её руку в свою, тёплую и мозолистую.

– Ясно, Вирда-самоубийца, – покивал он, поджимая губы, – я просто высокий. Тут, – Юджин чуть приподнял голову, – сверху, дышится легче, понимаешь?

– Не-а, как мне понять, если мне тут, снизу, дышится так трудно?

Юджин заливисто рассмеялся:

– То же верно, Вирда. С какой ты страны? Приехала участвовать в играх или просто посмотреть?

– Я со страны Водолеев, – громко сказала она, стараясь перекричать шум вокруг. Великие звёзды, как же это необычно разговаривать с другим знаком! – я приехала участвовать, а ты?

– Я… – начал парень, но тут, его голос потонул в незнакомом крике:

– Юджин! Юджин, чего ты застрял там? Иди сюда, скорее, наша очередь проходить регистрацию на участие!

– Да подожди ты секунду, – раздражённо крикнул Юджин и повернулся к Вирде, чтобы договорить, но внезапно его схватили за руку и втянули в толпу. Вирда моргнула – и, того улыбающегося, с длинными золотистыми волосами и разными глазами, Юджина уже не было рядом. На его месте появилась какая-то рассеянная девушка с куцыми хвостиками.

Вирда расстроилась, поскольку так и не узнала, с какой он страны. Единственное, что ей было известно – он приехал участвовать, а значит, они ещё встретятся.

Толпа немного рассеялась, и Вирде стало намного легче переносить шум и гам вокруг. Побродив пару минут по залу, она нашла Вуда:

– Я занял очередь, но потерял тебя, – радостно сообщил друг, когда Вирда подошла к нему со спины и похлопала по плечу, – не хотел терять наше место и надеялся, что ты меня найдёшь сама.

Вирда бездумно кивнула, всё ещё под впечатлением от встречи с тем парнем.

– Ты в порядке? Выглядишь как-то странно.

– Как ты это определил? – Вирда подняла взгляд на Вуда, но решила перевести тему, поэтому спросила, – ты уже общался с кем-нибудь?

– Да, мне удалось поговорить с милой парочкой ребят из страны Весов, – быстро сообщил Вуд, – они сказали, что стоят тут с самого утра, но нам повезло – мы вовремя влились в очередь. Ну-ка, скажи, что я молодец?

Вуд с улыбкой покачал головой и повернулся к ней спиной. Разглядывая пространство, кишащее людьми, Вирда заметила, что все тут держались либо поодиночке, либо маленькими, обособленными группами и разговаривали, в основном, только между собой. Оно было понятно и объяснимо. Всем им было в дикость общаться с другими знаками.

Подошла очередь Вуда. В ушах у девушки звенело от волнения, и она практически не слышала тех вопросов, что задавал регистратор Вуду. Она видела лишь, как друг что-то показывал мужчине за столом на своём Скваже. Всё прошло на удивление быстро. Не успела она отметить это, как Вуд повернулся к ней, стрельнул подбадривающим взглядом и подтолкнул к столу регистрации, за которым сидел серьёзный мужчина. Он громко и чётко спросил:

– Назовите Ваше имя и цель перехода на землю Чалаван. Участие в межзнаковых играх или желаете заявить себя в качестве зрителя?

– Вирда Шепард, – отчеканила она, – я… э-э… собираюсь участвовать.

Регистратор быстро кивнул, вытащил новый чистый лист пергамента из толстой стопки и, согнувшись над ним, принялся писать. Вирда терпеливо ждала, чувствуя на своей спине тысячу колких взглядов.

– Ваше удостоверение, – регистратор поднял голову.

– Секунду, – сглатывая, сказала Вирда и активировала Скваж. Перед лицом вспыхнуло маленькое меню. Она быстро нашла пункт «личные данные» и, нажав на него, крутанула голографический прямоугольник вокруг своей оси лёгким движением пальцев, так, чтобы он был лицевой стороной к регистратору, и мужчина мог видеть все её данные.

Регистратор долгое время рассматривал её данные. Обычно, в них писалось место и дата рождения, город и страна проживания, имя официальных опекунов, и, медицинская справка, подтверждающая то, что зодиак здоров.

– Будете представлять страну Водолеев, не так ли? – не отрываясь от бумаг, спросил регистратор.

– Да, именно так, – не удержавшись, произнесла Вирда с ноткой гордости.

Регистратор молча открыл ящик в своём столе, быстро порылся там, и, когда выпрямился снова, то Вирда увидела, что в руках у него блеснуло нечто серебряное.

– Это ваш жетон на время проведения мероприятия, – торжественно произнёс он, и передал жетон Вирде, – носите его на груди, чтобы организаторы и представители других стран знали, откуда вы. И не теряйте. Если потеряете, охрана не пропустит вас в лагерь.

Девушка внимательно рассмотрела жетон: серебряный и с выпуклым знаком страны водолеев: двумя волнистыми линиями, похожими на волны.

– С-спасибо, – прошептала она, не надеясь, что он услышит её, – так, я теперь участник межзнаковых игр?

По лицу мужчины было видно, что он едва сдерживает раздражение.

– Да, – подтвердил он, – я внёс Ваше имя в базу данных. Теперь можете идти на границу. Пограничники укажут вам дорогу к земле Чалаван. Там, вы можете расположиться в лагере. Удачи!

– Спасибо, – еще раз произнесла Вирда и медленно отошла от стола. Только сейчас, пройдя регистрацию и получив жетон со знаком своей страны, Вирда в полной мере осознала то, что сделала. Она же сбежала из дома и прошла регистрацию на участие в межзнаковых играх! Эта мысль вызвала дрожь по всему телу. Она направилась вперёд, выискивая Вуда в толпе.

Тот стоял на крыльце, под тенью козырька, глядя вдаль, щурясь от ослепительных лучей солнца и медленно затягиваясь сигаретой.

– Дай сигарету, – подойдя к нему, хмуро попросила Вирда.

Вуд только косо взглянул на неё и просто ответил:

– Нет.

– Дай.

– Брось ты это, – покачал головой Вуд, потушил сигарету пальцем и выбросил в траву.

– Ладно, – согласилась Вирда и уселась на ступени крыльца, подперев руками подбородок, – это глупо. Просто как-то погано мне на душе, Вуд. Скажи, Вуд, зачем ты куришь?

– Вот не надо спрашивать, ладно? Я не горжусь этим. Это глупая привычка, которую я подхватил в не самый лучший период в моей жизни, – Вуд присел на ступени рядом и приобнял её за плечи, – что произошло, Вирда?

– Что мы наделали? Что наделала я? Я втянула тебя в это ужасное приключение, а отец, наверное, места себе не находит.

– Ш-ш-ш, успокойся ты, – крепче стиснув руку на её плече, строго произнёс друг, – во-первых, если бы я не хотел – я бы не поехал с тобой. Во-вторых, ты сама говорила, как он ужасно обращается с тобой, помнишь? Это будет ему уроком.

Вирда шмыгнула носом:

– Возможно, ты прав, Вуд. Возможно, возможно…

– Конечно, прав! Не смей сомневаться в моей правоте, особенно в моменты, когда сомневаешься даже в себе. Это важно, запомни это, ладно? – он усмехнулся и встал, – ладно, идём, Вирда. Нам надо ещё купить палатки и успеть расположиться, пока там всё не разобрали, иначе будем ночевать на улице.

– Спасибо, приятель, – Вирда взглянула на друга с благодарностью в глазах, и поняла, что не ошиблась в решении позвать именно его.

Им пришлось пешком идти по узкой извилистой дорожке до пограничного пункта, означающего, что территория Тельцов заканчивается. Там их встретили пограничники, сверились с их документами, уточнили причину перехода границы и направили их в лагерь.

Теперь их путь лежал через дубовый лес. Хвала звёздам, на развилках стояли ориентиры, позволяющие идти верной дорогой.

– Им стоило бы поставить прямой переход в лагерь, чтобы не заставлять зодиаков тащиться через лес, – убирая от лица ветку, пробурчала Вирда.

– Ну, всё, не ворчи. Пространственный переход сделать не так-то уж легко, – осадил её Вуд. Его голос казался насмешливым.

Впереди был крутой холм, и Вуд, который с большим энтузиазмом, чем Вирда, пробирался через лес, уже поднялся на самую вершину и стоял там, приложив ладонь ко лбу и вглядываясь вдаль.

– Святой Уран… – тихо пробормотал он.

– Что там? – нетерпеливо крикнула Вирда, с трудом карабкаясь вверх и цепляясь руками за корни, торчащие из-под земли.

– Это надо видеть, – глухо ответил друг.

Вирда уже рассердилась на друга, как краем уха уловила серию звуков: смех, весёлые крики, ритмичная музыка, и начала карабкаться быстрее. Наконец, она достигла вершины холма и встала рядом с Вудом. Огромная долина, простирающаяся на многие мили и расположенная у склонов высоких гор с заснеженными верхушками. В самом центре долины была расположена целая сеть палаток, как больших, так и маленьких. Вирда подумала, что это похоже на огромный лабиринт, внутри которого, меж палаток повсюду снуют люди, и с высоты холма кажутся совсем крошечными. Бросив попытку посчитать количество палаток, Вирда обратила свой взгляд на три огромных амфитеатра, стоящих чуть поодаль. К ним тянулись три дорожки, вдоль которых стояло множество торговых лавок. Возле амфитеатра столпились люди, с интересом осматривающиеся вокруг. Интересно, сколько строился этот лагерь? Впрочем, это было неважно. В следующую секунду Вирда уже бросилась вниз по склону, напролом через высокую траву.

Глава 11. Якуб

По всему периметру лагеря стояла охрана и каждому, кто пытался войти или выйти, приходилось показывать свои документы и специальный жетон.

Повсюду стоял шум и людской гомон, и Якубу казалось, что он раздаётся буквально отовсюду. Вокруг ходили люди. Много людей. Присмотревшись к их жетонам, Якуб не без удивления отметил, что на них изображены совершенно разные обозначения зодиаков. Неужели организаторы не распределили всех по обособленным лагерям? Неужели, все страны снова живут бок о бок, пусть и на короткое время межзнаковых игр. Якуб был уверен, что выглядит круглым идиотом, потому что с изумлением оборачивался на проходящих людей и лихорадочно всматривался в их жетоны, стремясь рассмотреть изображённый на них знак. Конечно, ему было интересно, очень интересно. Ведь до этого он ни разу не видел других зодиаков. Вскоре Якуб успокоился, заметив таких же, как он изумлённых людей.

Внутри лагеря охраны, следящей за порядком, было больше, чем на входе. Он шёл меж палаток, из которых то и дело высовывались головы людей и раздавались голоса. Как же ему самому купить собственную палатку? Прежде чем Якуб нашёл помещение, внутри которого женщина в синей форме сдавала в аренду палатки, ему пришлось поспрашивать прохожих, попадающихся на пути. У многих были жетоны, но попадались и болельщики с колпаками на головах и обвязанными шарфами со знаками стран на шеях. Все они казались милыми и дружелюбными. Или, может, Якубу просто попадались такие.

Когда Якуб заплатил пятьсот серебряных астратов за проживание и получил номер своей палатки, он пошёл на её поиски. Его тело ныло от усталости, глаза закрывались, и единственное, что он хотел в эту секунду – завалиться на свою койку и уснуть. До начала соревнований оставалось как минимум четыре дня, так что беспокоится было не о чем.

Наконец, он нашёл свою круглую палатку с цилиндрической крышей и трубой, из которой валили густые клубы дыма. Карточка с номером его палатки оказалась ещё и ключом, которым нужно было повести по гладкой поверхности у двери. Как только он проделал эту нехитрую махинацию, в двери что-то щёлкнуло, и Якуб с облегчением толкнул её вперёд, и увидел, что всё пространство занимали две койки, шкаф для одежды, рабочий стол, камин и холодильник. Нежирно.

Сложив вещи в шкаф и переодевшись в чистую одежду, Якуб расположился за столом, активировал свой Скваж и попытался дозвониться до Синди. Они созванивались каждый день, и, когда они это делали в последний раз, парень пообещал ей позвонить уже из лагеря.

– Якуб? – сначала послышался радостный голос, а за тем появилось не менее радостное голографическое лицо девушки.

– Как ты, детка? – с ухмылкой произнёс парень. Странно, но это обыденное «детка» всегда заставляло Синди краснеть и смущаться.

– Ничего, – бодро произнесла она, – а ты?..

– Нет-нет, сначала ты, – перебил Якуб, – ты скажи мне, сдала экзамен той противной тётке, или мне всё же придётся вернуться и серьёзно поговорить с ней? Как тебе кажется, справедливо это, ставить плохие отметки самой умной девушке в колледже?!

Синди на миг растерялась, но через секунду тихо засмеялась:

– А, ты про это. Да-да, – она закусила губу и быстро закивала, – конечно сдала, и на будущее – не надо ни с кем серьёзно разговаривать. А уж тем более с учителями. Так ты уже расположился в лагере?

Якуб медленно кивнул.

– Я уже в палатке. Здесь шумно. Уф, у меня уже голова болит от этого места, – парень потёр лоб.

– Точно не хочешь вернуться? – шутливо сказала Синди, – если что, я совсем не против.

– Знаешь, я начинаю об этом серьёзно задумываться, – хмыкнул Якуб.

– Я очень скучаю по тебе, Як, – тоскливо произнесла она и опустила глаза.

– Я тоже, – ответил Якуб, – ты даже представить себе не можешь, как. Ну, – он приободрился, заметив, что глаза у девушки заметно увлажнились, – ничего, это дело временное, так? Не успеешь моргнуть – и я уже победитель межзнаковых игр.

Синди подняла глаза и рассмеялась.

– Меня всегда поражала твоя уверенность.

– Раньше ты называла это, – он откашлялся и в точности передразнил её голос, – «высокое самомнение».

– Заткнись, Як, – Синди с улыбкой покачала головой, – это было ещё в приюте. Ты мне тогда не очень нравился.

– Да ладно, не ври ты, – отмахнулся парень, – я тебе всегда нравился, просто ты не хотела этого признавать, так?

– Не льсти себе, – смущённо улыбаясь, сказала она.

– Да я не…

– Ох, Небесная Мать, – встрепенулась она вдруг, – у меня же через десять минут семинар!

– Какой семинар? – нахмурился Якуб, – чего я не знаю? Эй, Синди, почему, когда меня нет, постоянно что-то происходит?

– Извини, Як, – тяжело дыша, ответила она, – я не успела тебе сказать об этом. Давай я позвоню тебе вечером и расскажу? Извини ещё раз, люблю!

– Да, я тебя тоже люблю… – вяло произнёс он в пустоту, глядя в то место, где только что было лицо Синди.

Якуб снова ощутил себя одиноким. За дверью палатки кто-то громко смеялся, что-то неразборчиво говорил, но парень и не собирался вслушиваться в смысл слов. Просто подошёл к койке, расстелил и сделал то, что делал всегда, когда ему было грустно – лёг спать.

Глава 12. Альтаир

– Я не буду жить с тобой в одной палатке, – заявила сестра, встав возле входа в их палатку и протестующе скрестив руки на груди.

– Не дури, Хейли, – прорычал Альтаир, открывая дверь карточкой, – тебе же родители сказали ясным языком…

– Я помню, что они сказали, – резко огрызнулась она, – я не буду жить с тобой.

Альтаира накрыло бешенство.

– С чего бы это!? Я что, заразный?!

– Ты гребанный неудачник! Я не буду жить с таким, как ты! – прокричала она ему в лицо, и, прежде чем у Альтаира окончательно лопнуло терпение, и он забыл про все нормы приличия, развернулась и потопала вглубь лагеря.

Альтаир смущённо отвернулся и сделал вид, что занят дверью, когда заметил, что на него смотрят какие-то девушки из соседней палатки и тихо хихикают. Вероятно, они подумали, что они с Хейли пара, и у них какие-то неполадки в отношениях, поскольку Альтаир и его противная сестричка – были совсем не похожи друг на друга. У Альта – отросшие каштановые волосы и тяжёлый взгляд голубых глаз, а у Хейли…

Святые Звёзды, Хейли! Забыв про хихикающих девчонок, Альтаир снова развернулся и быстро вгляделся в толпу, но сестрицы нигде не было!

Родители ведь сказали ему, чтобы парень следил за ней в оба, а он умудрился в первый же день потерять её. Наспех спрятав ключ-карту в карман, Альтаир направился в ту сторону, куда убежала Хейли. Гнев стремительно нарастал в нём. Альтаиру казалось, что он без труда сможет свернуть те самые горы, стоящие вдали и сжечь этот треклятый лагерь. Он яростно пробирался через толпу, даже не извиняясь перед людьми, которых задевал. Но внезапно Альтаир столкнулся с кем-то, кто не только смог выдержать его толчок, но и умудрился уронить его самого. От неожиданности Альтаир шлёпнулся на пыльную землю. Пришлось подняться, когда кто-то ударил его по затылку коленом. Падать в большой толпе – не самая хорошая идея. Быстро отряхнув пыль, Альтаир поднял голову и обомлел. Перед ним стояла рыжеволосая девушка и смотрела на него равнодушно и оценивающе, но при этом, Альтаир каким-то образом уловил в глубине её карих глаз раздражение.

– Куда ты так несёшься? – выпалил Альтаир, всё ещё сердясь.

Лицо девушки осталось непроницаемым. Лишь голова вопросительно склонилась вбок.

– Воды в рот набрала? – сердито буркнул он, глядя на неё исподлобья.

– А что мне нужно делать? – холодно спросила она, – спорить с тобой? Ты себя не контролируешь.

– Это я-то себя не контролирую? – эмоционально всплеснув руками, фыркнул Альтаир.

Девушка коротко взглянула на его жетон и на её лице промелькнула тень улыбки.

– Чего ты косишься на мой жетон?.. – словно в отместку, он взглянул на её жетон – рак.

Заметив это, она еще раз смерила его взглядом, как бы изучая, после чего, обойдя Альтаира, быстро скрылась за его спиной.

– Эй! – парень крикнул ей вслед, обернувшись. Он недоуменно смотрел ей вслед. Когда Альтаир понял, что девушка исчезла в глубине толпы, тут же пожалел о том, что так бестактно нагрубил ей. Чего это нашло на него? Отчаянно надеясь на то, что он сможет ещё встретиться с ней и извинится за своё поведение, Альтаир снова поплёлся на поиски сестры.

Вскоре он наткнулся на стэнд с расписанием межзнаковых игр. Альтаир подошёл к доске и внимательно рассмотрел, чтобы не пропустить ни одно мероприятие.

Так, значит, участники будут распределены на группы? Похоже, желающих поучаствовать было слишком много, раз уж не смогли провести этапы для всех участников в один день.

Визуально запомнив даты и дорогу до стенда, Альтаир снова побрёл по лагерю. На улице уже темнело, некоторые расходились по палаткам, а другие, наоборот, только пробуждались и собирались в шумные компашки.

Внезапно, до его ушей донеслась какая-то возня и крики:

– А ну, иди сюда, я тебе сейчас лицо сожгу в два счёта! Что испугался, идиот? Тебя молния когда-нибудь била? – вопил кто-то.

– Ага, попробуй, рискни жизнью! – пригрозил другой.

– А ну, разошлись, вы, оба!

Альтаир вышел из-за угла палатки и обомлел, оказавшись в центре потасовки: два парня, агрессивно настроенных друг против друга, охранник между ними и маленькая толпа зевак.

– Всё, представление окончено, – убедившись, что драчуны больше не собираются нападать друг на друга, хлопнул в ладоши охранник и разогнал зрителей.

Настороженно поглядывая на участников драки, Альтаир направился в сторону своей палатки. Стоило ожидать, что без обособленного разделения лагерей, время от времени будут происходить стычки между знаками, но всё же было непривычно видеть представителей других знаков, ссорящихся между собой. Альтаиру вдруг стало интересно, как же живут другие знаки? Добираясь до палатки, он рассматривал жетоны проходящих мимо него зодиаков и то, как они выглядят, как ведут себя. Все они казались обычными и ничем не отличались от тех, кого он видел на улицах Ариасвилла каждый день.

Альтаир вошёл в палатку и устало завалился на диванчик. Позвонил Николасу, поделился своими впечатлениями о лагере, как и обещал накануне, а после, просидел весь вечер в палатке, так и не сомкнув глаз от волнения, пока не заявилась Хейли, и, нагло игнорируя его, молча улеглась в койку. Пылая от гнева и ненависти к сестре, Альтаир улёгся. Как же он сможет вытерпеть её присутствие в течение игр?

«5 октября – торжественное открытие и жеребьёвка участников

6—7 октября – первый этап игр. Группа А-Б.

13—14 октября – второй этап игр. Группа А-Б

24 октября – Торжественное награждение прошедших этапы и назначение даты финального этапа турнира»

Глава 13. Дориан

Войдя в свою палатку, Дориан обнаружил письмо на кровати. Увидев синий конверт, он обрадовался, но потом насторожился – откуда инкогнито стал известен номер его палатки, хотя оплатил её всего пару минут назад? Инкогнито, хоть и убеждал его, что ему стоит доверять, вёл себя крайне подозрительно и пугающе. Дориан положил сумку на пол и взял письмо в руки, распечатал конверт и достал долгожданное письмо:

«Дорогой Дориан!

Я рад, что ты приехал. Я не могу раскрыть всех карт сразу, я знаю, это жутко несправедливо с моей стороны, но прошу об одном – просто доверься. У тебя есть необычные способности, о которых я расскажу тебе чуть позже. Мне необходимо посмотреть на то, как именно ты пройдёшь свой первый этап и лучше разобраться в твоих силах, чтобы потом рассказать тебе о тайне твоего рождения. В мире творится что-то неладное. В вашей стране ещё как-то более-менее спокойно, а в других… в городах стычки, бунты. Будь начеку, Дориан. Боюсь, что ты можешь попасть в самый эпицентр событий. Не беспокойся о том, как я попал в твою палатку. Здесь, у меня есть своя власть, свои посланники и база данных о том, кто какую палатку арендует. Удачного дня, Дориан.»

Дориан потрясённо свернул письмо и положил на прикроватную тумбочку. Сел на кровать и, упираясь локтями в колени, напряжённо потёр виски пальцами. Показать свои успехи в играх? Дориан резко вскинул голову и испуганно выдохнул в пустоту. А что, если он не сможет показать свои успехи на первом этапе и даже не пройдёт во второй? Тогда инкогнито поймёт, что тайна его рождения не имеет смысла и ничего ему не расскажет. Дориан встал с места и принялся нервно расхаживать по помещению палатки. Появилось желание тут же ответить инкогнито и напрямую спросить обо всём, что он знает. А лучше… Лучше будет вычислить его, раскрыть сущность, а потом, когда Дориан, наконец, поймёт, кто же этот таинственный хранитель его тайны, подобрать наилучший момент и встретиться с ним один на один, как бы ужасающе это ни звучало.

Успокоившись, Дориан снова сел на кровать. Он сминал простыню в руках. Глупая привычка с детства – что-то мять в руках, когда парня настигало волнение. Наконец, Дориан медленно вдохнул, и также размеренно выдохнул. Попытался подумать о чём-то другом. Например, о том, что писал инкогнито про странные вещи в городах разных стран. Что он имел в виду, когда говорил, что Дориан может попасть в эпицентр событий? Да как он, Дориан Лоусон, обычный парень, привыкший жить своей тихой, неприметной жизнью, может попасть в неприятности? Парень нервно хохотнул, и тут же болезненно поморщился. От обилия непонятной и странной информации, у него загудела голова. Он со всем разберётся. Он сделает это. Ради того, чтобы узнать правду. Обязательно…

Глава 14. Генри

Дороти Лайонс, президент Дев, оставалась спокойной, холодной и невозмутимой, в то время как в ней бушевал настоящий шторм.

Она расположилась в уютной беседке с ажурными перилами, увитыми виноградными лозами. Вокруг благоухал роскошный зеленеющий сад. Сейчас был октябрь, но для земных знаков это не имело значения, потому что они могли управлять погодой.

В беседке на металлическом столе, накрытом белой скатертью, дымились две фарфоровые чашки с травяным чаем. Но Дороти, при всей своей любви к чаю, терпеливо ждала своего собеседника, который вот-вот должен был приехать. Она услышала скрип металлических ворот, но даже головы не повернула в ту сторону. Вытянутая как струнка, она смотрела перед собой с выражением полной отстраненности.

Шелест травы, осторожные шаги, спокойное дыхание. Генри.

Дороти посмотрела на приближающегося мужчину. Высокий, величественный. На мужчине был тёмно-синий плащ, подчёркивающий его стройную, подтянутую фигуру. Коротко стриженные каштановые волосы переливались на солнце, и Дороти невольно припомнила, что раньше они были намного длиннее. Фиалковые глаза внимательно рассматривали аккуратно подстриженные кусты и лужайку.

– Дороти, – тихо сказал он, входя в беседку. Встретившись с ней взглядом, Генри стал похож на растерянного мальчишку.

– Добрый день, Генри, – женщина встала и, подав руку мужчине, позволила её поцеловать, – присаживайтесь.

– Снова ты за своё? – ровным голосом спросил мужчина, оставаясь стоять.

– Генри, мы уже обсуждали этот вопрос, – избегая смотреть ему в глаза, проговорила Дороти, делая вид, что занята чаем, но смотрелось это до ужаса глупо, поскольку чай не нуждался в том, чтобы кто-то был занят им.

Мужчина вздохнул с усмешкой:

– Как скажете, Мисс Лайонс.

Дороти резко подняла глаза и холодно посмотрела на Генри, осторожно присаживающегося на лавочку напротив.

– Называй меня Дороти, Генри.

– Хорошо. Я получил твоё письмо, – произнёс он, дуя на чай и силясь остудить его. Дороти наблюдала за этой картиной и старалась не рассмеяться. Ей казалось, что они переместились во времени и снова стали подростками.

– Да, – откашлявшись, подтвердила Дороти, – я действительно отправляла тебе письмо, и благодарна, что ты нашёл для меня время.

Перестав дуть на чай, Генри поднял фиалковые глаза и вперил в неё долгий, тяжёлый взгляд:

– Рад навестить тебя.

– Итак, дорогой Генри, слышал ли ты, что произошло на прошедшем межзнаковом собрании в воскресенье? Как мне известно, ты отсутствовал там.

– Это так, – медленно кивнул мужчина и отпил из чашки, – я… заболел. Меня подменял другой чиновник.

– Что же, ваше правительство так занято, что не может самолично появиться на таком важном собрании с учётом последних событий? – холодно произнесла Дороти и взяла чашку в руки.

– Не начинай, – поморщился Генри и нервно отхлебнул ещё чаю, – Стенли действительно занят. Ты же знаешь, какие проблемы с экономикой в империи Козерогов в последнее время. О чём ты говоришь? С учётом каких еще событий?

Дороти отвернулась, не выдержав его взгляд. Делая вид, что рассматривает сад, женщина медленно заговорила:

– На межзнаковое собрание незаконно пробрался некий зодиак. Понятия не имею, как он обвёл вокруг пальца охрану, и неизвестно, из какой он страны, но он схватил в плен представителя страны Скорпионов и держал его на третьем этаже межзнакового собора. Мы не знаем, что он с ним делал там, но когда отпустил, чиновник выглядел напуганным.

– Его опросили?

– Да. Он сказал, что его захватчик требует повторного проведения переговоров, в противном случае, он пойдёт на радикальные меры, – Дороти покачала головой и косо посмотрела на заинтересованного Генри, – о чём думаешь, Генри?

– Сколько он держал в плену того чиновника? – напряжённо спросил Генри.

– Сорок минут тридцать пять секунд, – с готовностью ответила Дороти, – ты думаешь?..

– Прошло слишком много времени для тех слов, что он передал через чиновника. Не мог он держать его сорок минут просто так? Верно? Этот чиновник что-то не договаривает. Возможно, похититель запугал его.

Дороти торопливо кивнула:

– Я тоже так думаю.

Какое-то время они пили чай в молчании. Они всегда были противоречивы, когда оставались вдвоём. Такие похожие, но разные одновременно.

– Я чувствую себя юной, Генри.

– Я тоже, – тихо согласился мужчина, бездумно глядя на узоры чашки, – как будто мы снова дети.

– И расследуем, куда подевалась Миссис Уитни, горничная поместья, в котором мы гостили на летних каникулах, – насмешливо произнесла Дороти.

– Это было наше первое совместное дело, – грустно улыбнулся Генри и, наконец, посмотрел на неё.

– Так что с ней в итоге случилось?

– Чем-то заболела и уехала лечиться в горы к астрологам, – напомнил мужчина, продолжая улыбаться.

– Ах да, – она беззвучно рассмеялась, – как же давно это было.

– Точно. Как будто не со мной.

Снова повисло тяжёлое неловкое молчание.

– Генри, я знаю, что мы общаемся уже не так, как раньше, и не так близко, но я прошу тебя… – она наклонилась через стол и накрыла рукой его ладонь, сжимающую перекладину стола. Мужчина на секунду обомлел и косо взглянул на её ладонь, – держись поблизости. Выходи на связь чаще, сообщай, как обстоят дела. Что-то у меня нехорошее предчувствие, я уверена, близится череда войн, нам с тобой надо держаться вместе. Работать в команде.

– Я понимаю тебя, Дороти, понимаю. Ты тоже больше пиши мне. Я не прочь вернуть наше общение. Мне не хватает тебя.

Дороти мягко улыбнулась.

– Мне тоже.

Глава 15. Якуб

Ложась спать среди бела дня, Якубу стоило бы задуматься о том, к каким последствиям это может привести. Он проснулся глубоким вечером и решил, что должен выбраться на свежий воздух и немного прогуляться по окрестностям лагеря. По крайней мере, он надеялся, что это может помочь уснуть.

Тихо выскользнув наружу, он огляделся. На его улице было тихо, соседи спали, но где-то вдали, в северной части лагеря был слышен шум: голоса, гогот, негромкая музыка. Наверное, кто-то решил устроить вечеринку.

Якуб тоскливо взглянул в ту сторону. С тех пор как он уехал из родного города, ему надоело постоянное одиночество. Он скучал по Синди, Банди и мрачным улочкам его города. Тосковал по их маленьким вечеринкам и ночным приключениям. Якуб, стараясь не раскиснуть окончательно, пошёл по пыльной дороге вдоль безлюдной улицы, задрав голову и любуясь сияющими в небе звёздами. Умиротворение, царившее в лагере, казалось непривычным после того, как он побывал здесь днём. Столько людей, столько участников, а следовательно, мало шансов на победу. Если Якуб и излучал уверенность, чтобы заставить поверить в него Синди, то сам он эту уверенность совсем не ощущал.

– Давай-давай, пьянчуга, тащи свою задницу к палатке. Тут немного осталось, – услышал Якуб чей-то голос за поворотом.

– Я не могу-у-у! – завыл другой.

– Я сейчас пну твою толстую задницу, и всё ты сможешь! – прорычал первый голос, грубый и недовольный, – это ж надо было так напиться, а!?

– Клин…

– Да помолчи ты уже.

Якуб всё ещё стоял возле палатки, словно каменное изваяние и не мог пошевелиться. Что мешало ему просто выйти и пойти своей дорогой? Но что-то удерживало его на месте. В свете фонаря мелькнули две тени, и вскоре из-за угла палатки выползли два парня. Один – маленький, полноватый, отчаянно держащийся за шею своего друга в попытке удержаться на ногах. А второй – высокий, темноволосый, с нахмуренными бровями.

– Посиди пока тут, – темноволосый скинул своего приятеля на деревянную лавочку, а сам, прикрыв глаза, размял шею, – мне нужен передых… или перекур.

Якубу надоело стоять тут, притаившись в тени палатки, поэтому он сделал шаг и вышел на свет фонаря.

– Мхм… это кто? Клѝнтон, у меня крыша поехала? – на удивление, первым его заметил тот невразумительный толстяк, развалившийся на маленькой лавчонке.

Парень по имени Клинтон, повернулся в сторону Якуба и внимательно осмотрел его с ног до головы. По всей видимости, ему не понравилось, что Якуб находился здесь и всё видел.

– Прикурить не найдётся? – через секунду, буркнул он Якубу.

Якуб смерил его прищуренным взглядом и, потянувшись к карману лёгких пижамных штанов, достал спички. Парень вытряс спичку из коробка, зажёг и поднёс к сигарете Клинтона.

– Пфасифа, – зажимая в зубах сигарету, невнятно поблагодарил он, – откуда ты? Жетона-то у тебя нет на груди, как вижу.

– Я же не сплю с жетоном в обнимку, – хмыкнув, Якуб тоже достал сигарету, – вышел прогуляться и оставил его в палатке, – вообще-то, он собирался бросить курить перед началом игр, чтобы восстановить физическую форму, ведь, в конце концов, она ему понадобится, но сегодня была слишком хорошая ночь, чтобы отказываться от сигарет, – я из страны Стрельцов.

– Хм, ясно… – протянул Клинтон, – если интересно, я со страны Скорпионов. Мы приехали сюда с семьёй, отец говорит, у меня высокие шансы выиграть межзнаковые игры. Наш королевский род очень древний, а мои предки много раз выигрывали межзнаковые игры – горделиво рассказывал он, закинув голову и пуская колечки дыма.

Якуб скривился. Клинтон ему не понравился, показавшись слишком самодовольным, гордым, избалованным. В приюте существовали определённые правила, которых Якуб придерживался и по сей день. И первое, и самое важное из них: не общаться с парнями, типа Клинтона. Якуб отвернулся от собеседника и закурил сигарету. Ему хотелось пдоскорее докурить эту злосчастную сигарету и смотаться куда подальше, пусть это будет даже ненавистная палатка, в которой ему никак не удавалось заснуть.

– А твоя семья? – поинтересовался Клинтон, вскинув бровь.

Якуб быстро взглянул на парня. Свет фонаря падал на его высокую фигуру, и только сейчас Якуб сумел разглядеть, что лицо у Клинтона было засыпано нелепыми веснушками, что совсем не вязалось с его самомнением о себе.

– У меня нет семьи, – глухо ответил Якуб и с силой сжал фильтр сигареты.

– М-м-м… – промычал Клинтон, но, похоже имел каплю тактичности ведь, перестал задавать свои навязчивые вопросы.

Докурив сигарету, Якуб бросил её на землю и потушил носком армейского ботинка.

– Хорошо, что ты оставил свой жетон в палатке, – заметил Клинтон, – я бы не советовал красоваться с ним по ночам.

– Почему? – с вызовом спросил Якуб, поворачиваясь к парню всем корпусом.

– Пару часов назад была стычка Скорпионов со Стрельцами, – небрежно ответил Клинтон, – мы победили в драке, но наши до сих пор ходят по лагерю и запинывают оставшихся Стрельцов.

– С какой стати, они это делают? – Якуб закипал от гнева. Какое право они имеют избивать людей? А уж тем более, совсем непричастных к драке!

Клинтон пожал плечами:

– Преподают им урок. Чтоб больше не связывались с нами, – он слегка улыбнулся, и Якуб холодно прищурился, распознав в глубине его тёмных глаз скрытую угрозу.

– Ты мне угрожаешь? – напрямую спросил Якуб.

– Конечно, нет! – рассмеялся Клинтон, отбрасывая окурок, – я просто предупреждаю тебя, парень. В конце концов, ты дал мне закурить, а это многое значит. Может, нам удастся подружиться.

– Я в этом не уверен, – Якуб медленно покачал головой.

Клинтон усмехнулся краешком губ.

– Что, ж, раз так, то откровенность за откровенность. Я тоже так не думаю, Стрелец. У нас слишком разные положения в обществе. Мне с такими, как ты, не по пути.

– Ну да, – пожал плечами Якуб, – я тоже не особо жалую самодовольных индюков.

– А кого ты жалуешь? – парировал Клинтон, – в вашей стране принято жаловать непредсказуемых, глупых и взбалмошных зодиаков? Что ж, знаю я, какие вы Стрельцы.

– Че-его? – Якуб настолько потерял дар речи, что даже забыл о желании вмазать этому Клинтону по его наглой роже, – где ты эту чушь услышал?

– Наши СМИ осведомлены о вашем поведении, – поиграв бровями, многозначительно заметил Клинтон, – и, о, слава великому Солнцу, они уведомляют об этом наш народ. Поехав на межзнаковые игры, я хотя бы имел представление о других знаках, – он вяло покрутил кистью, – по правде говоря, такое себе представление.

Якуб почувствовал, как грудь у него зажгло от ярости. Но, потушив в себе порыв накинуться на Клинтона с кулаками, он медленно выдохнул и спокойно произнёс:

– Какие глупости. Похоже, теперь, я имею представление о Скорпионах: с промытыми мозгами, самодовольством и необъятной гордостью, взявшейся из ниоткуда. Да, Клинтон-из-престижного-рода, я думал, что ты умнее тех, кто верит сплетням СМИ.

– Поосторожнее со словами, – его глаза опасно сверкнули, и казалось, потемнели на несколько оттенков.

– Позовёшь папочку? – усмехнулся Якуб, почувствовав прилив веселья.

Клинтон мстительно сощурился и угрожающе двинулся на него. Якуб сжал кулаки, готовый дать отпор, как вдруг, кусты за спиной Клинтона зашевелились, и оттуда вынырнула девушка. Она запнулась о корень, торчащий из-под земли, и тихо выругалась себе под нос. Парни застыли в боевых стойках, изумлённо глядя на появившуюся незнакомку. Но та, невозмутимо прошла вперёд и, подмигнув Якубу, встала рядом.

– Милый, чего ты задерживаешься? – обратилась она к Якубу и взяла его под руку.

– Что? Я…

– Что? А, ты про это? Я тебя тоже люблю, милый! – воскликнула она и весело захихикала, – пойдём в нашу палатку, хватит уже болтать! Ночь на дворе, в конце концов.

– Но мы даже не…

– Идём, – с нажимом произнесла она и вежливо улыбнулась Клинтону на прощание. Тот, смотрел им вслед, и кажется, был не меньше в шоке, чем сам Якуб.

Парень послушно тащился за незнакомкой. Якубу отчаянно хотелось спросить, что вообще происходит, но у девушки было такое решительное выражение лица, что он решил чуть помедлить с расспросами и дождаться, когда она сама решит ему всё объяснить. Наконец, она отвела его за угол какой-то палатки, резко убрала свою руку и посмотрела ему в глаза суровым недобрым взглядом.

– Ты что, подыграть мне не мог? – накинулась на него незнакомка.

– Ч-что? – ошалело выдавил Якуб, окончательно перестав понимать, что у неё на уме.

– Я спасала твою задницу от неприятностей, а ты что, не мог скорчить моего возлюбленного?

– Так, – резко оборвал её Якуб, – давай начнём с того, что я не просил тебя этого делать. Мы даже не знакомы, почему ты решила помочь мне? Не могла пройти мимо, не влезать в чужие дела?

Девушка покачала головой, с выражением на лице а-ля: «Какой же он идиот, действительно, лучше бы его запинали».

– Тебе неизвестно про Клинтона Блэра? Этот товарищ сегодня затеял массовую драку со Стрельцами, а сейчас, когда ты перешёл ему дорогу, он может переключиться и на тебя. И тогда, – она грубо ткнула ему в грудь, – тебя ждут неприятности.

– К счастью, мне абсолютно плевать, – фыркнул Якуб.

– О, класс! – взбодрилась она, – ещё не встречала такого круглого идиота!

– Что за бред? – вспылил Якуб, возмущённо глядя на девушку, – почему я должен бояться какого-то высокомерного, избалованного придурка? Да я бы навалял ему, и всё… зачем было устраивать этот спектакль?

– Ага, а потом наваляли бы тебе. Массово, – она скрестила руки на груди, и приподняла левую бровь.

Её кожа красиво отливала серебром в свете полной Луны. Зелёные глаза смотрели требовательно и недовольно, и Якуб чувствовал себя неловко наедине с ней. Её волосы, собранные в хвост были медового цвета средней длины. Она была высокой для девушки, но ниже Якуба на несколько сантиметров. Парню нравились высокие девушки, было в них какое-то королевское изящество, грациозность.

– Хорошо, – нехотя выдавил Якуб, возводя глаза к ночному небу, – спасибо, что помогла мне.

– Пожалуйста, – едко ответила она и резко развернулась, чтобы уйти.

– Эй, постой, – Якуб рванулся вперёд и схватил её за локоть, – если мне правда грозила опасность, хоть меня это ни капельки не волнует, то я благодарен тебе. Не сердись, ладно? Мне не нужен ещё один враг, на меня и так собирается охотиться шайка Скорпионов, бр-р-р… Кошмар, а не жизнь!

Девушка старалась сохранять обиженный вид, но уголки её губ дрожали от смеха, и Якуб облегчённо выдохнул, отпуская её.

– Как тебя зовут, о, моя спасительница?

– Джен. Дженнифер, – ответила она и с интересом взглянула на Якуба, – а тебя, о слабоумный храбрец? Ты что, руководствуешься девизом: «Слабоумие и отвага?»

Якуб рассмеялся. Ему нравилась её дерзость и лёгкость в общении, что-то в этом определённо было. Интересно, откуда она?

– Меня зовут Якуб. Ты что, только что придумала мне девиз? Вот это да, спасибо.

Дженнифер вздёрнула бровь и покачала головой.

– Нет, правда, Дженнифер, почему мне стоит опасаться этого… – он скривился, не договорив – Блэра?

– Не могу объяснить, – шепнула Джен, – просто не влезай в неприятности. На играх это сыграет с тобой злую шутку… Лучше не находить себе врагов, Якуб. Межзнаковые игры – такое место, где каждый может придушить своего неприятеля при прохождении этапа. Понял?

– Ага… – протянул Якуб, ничего не понимая, – конечно. Яснее ясного.

– Вот и прекрасно. Ладно, – она торопливо взглянула на свой браслет, – мне пора.

– Подожди, с какой ты страны? – остановил он Джен.

– Со страны Львов. Доброй ночи, свидимся ещё как-нибудь, – улыбнулась она и оставила Якуба одного.

Джен показалась ему классной девчонкой, и возможно могла бы быть его другом. Она сообразительная и легко импровизирует в экстремальных ситуациях, такой союзник пригодился бы ему на межзнаковых играх, но тот факт, что она из страны Львов настораживал. Да, Якуб был более чем уверен, что не все Львы, такие как его родители, но всё же пообещал себе быть аккуратнее с ней.

Глава 16. Генри

– Вчера тебя не было в лагере, Генри, – заметил Астерис, косясь на своего товарища, когда они шли по самой безлюдной части лагеря ранним утром.

– Я что должен отчитываться перед тобой, Астерис? – хмуро спросил Генри. Рассказывать кому-то, а уж тем более Астерису о встрече с Дороти, совсем не хотелось.

– Дело в том, что я искал тебя, – посерьёзнел Астерис, – мне пришло весьма интересное письмо. Не хочешь зайти ко мне в палатку? Мне нужна твоя помощь.

– Я сейчас занят…

– Идём, Генри, идём, ты же знаешь, что я от тебя не отвяжусь, – сказал Астерис.

Сложно было назвать палаткой то место, где проживал Астерис. Этот лис любил роскошь и дорогие вещи, поэтому не удивительно, что вся его палатка буквально сверкала и блестела от дорогих предметов интерьера.

– Будешь миндальное молоко? – буднично спросил Астерис и подошёл к столу.

Генри молча покачал головой.

– А я вот не откажусь. Не могу и дня прожить, не выпив стакан миндального молока.

– Обязательно пить только миндальное молоко? – поинтересовался Генри, – ведь есть и другие виды.

– В этом молоке самое наименьшее содержание лактозы, а у меня, дорогой Генри, на неё аллергия. Неужели, ты не помнишь самую страшную аллергию своего друга? Почему страшную? Потому что я обожаю молоко.

– Мы не друзья, Астерис, и ты это знаешь.

– Правда? А я и забыл. У меня ужасные проблемы с памятью, а ведь мама говорила мне заваривать каждый день…

– Не отвлекайся, – перебил Генри, – ближе к делу.

– Ах да, письмо, – Астерис прошёл к комоду у стены, отодвинул самый первый ящик и вынул бумагу, свёрнутую в несколько раз, – оно пришло мне ещё несколько месяцев назад. До того, как мы затеяли всё это. Я не хотел говорить тебе, но, похоже, время пришло. Мы могли бы поговорить об этом ещё вчера, но ты…

– Астерис…

– Ну, так вот. Содержание, мне не то, чтобы не понравилось, но показалось весьма странным. Помнишь, я рассказывал тебе про надвигающиеся тёмные времена? Прочитай это, Генри, и ты поймёшь, о чём я тебе говорил.

«Дорогой чиновник Лишингтона, или, позволь мне так тебя называть, уважаемый Астерис…»

– Если что, я не позволяю ему себя так называть, – через несколько секунд после начала чтения письма, его прервал голос Астериса.

Генри раздраженно взглянул на Астериса и продолжил читать:

«Вы, наверное, наслышаны обо мне. Помните то межзнаковое собрание год назад? Я появлялся там и выдвигал свою кандидатуру на роль чиновника. Я тогда многого просил? Вовсе нет, я просил совсем мало, с учётом того, ЧТО на самом деле я заслуживаю. Итак, начнём с самого начала. Знаете ли Вы о дискриминации Змееносцев? Я терпеть не могу такого отношения зодиаков к потомкам великого правителя и считаю это совершенно недопустимым. В городах разных стран Змееносцев называют „изгоями“ и „лишним тринадцатым знаком“. Они мечутся по странам потому, что у них нет дома. Как Вы уже поняли, я сам Змееносец. Раньше Змееносец был высшим созданием, великим правителем, царём всех знаков, а что теперь? Я попытался исправить ситуацию. Я попал на одно из межзнаковых собраний ещё год тому назад и попытался договориться с чиновниками, но какой в этом был толк? Меня проигнорировали…»

– Ох, я помню его, – отложив письмо, пробормотал Генри. По его лбу струились серебристые струйки пота, – да-да, год назад, он был там, и требовал, чтобы ему дали высокую должность. Он что-то твердил про то, что мы не уважаем предков и вообще забыли про старые обычаи. Его выгнали с собрания.

– Читай дальше, – глухо произнёс Астерис, – дальше ещё интереснее.

«…итак, Астерис, я пишу именно Вам, потому что помню, что в тот день, когда меня вышвырнули из межзнакового собора, Вы пытались вразумить остальных чиновников и дать мне высказаться, высказать свои идеи, мысли. Поверьте, я это помню и ценю. Свобода слова всегда была для меня в приоритете. Было бы чудесно, если бы Вы помогли мне ещё раз. Мне бы хотелось, чтобы Вы предложили главам других стран ещё раз обдумать моё предложение. Если чиновники не послушают меня и в этот раз, я буду действовать. Радикально, если Вы понимаете, о чём я. Всего доброго, и помните, что я Вам не враг, Астерис.»

Прочитав текст, Генри ещё долгое время стоял в ступоре и смотрел на аккуратные чернильные буквы в письме.

– И что, – хрипло произнёс Генри, – ты поговорил с чиновниками?

– Конечно, – заявил Астерис и провёл ладонью по гладкой поверхности комода, – но эти упрямые бараны считают, что Змееносца не стоит побаиваться.

– Может они и правы? – заметил Генри, – он один.

– Не всё так просто, мой юный друг, – назидательно произнёс старик и медленно подошёл к Генри. Мужчина мысленно закатил глаза: Астерис всегда обращался к нему так, будто бы их разница в возрасте была не восемь лет, а несколько тысячелетий, – по городам разных стран собираются некие кружки, уверен, это его рук дело. Змееносцы уже на его стороне, а их не так уж и мало. Полагаю, он пытается начать войну между знаками. Именно поэтому, Генри, я так переживаю. Вот о чём было предсказание – о тех мрачных временах, которое смогут остановить лишь двенадцать знаков из предсказания, и нам нужно их найти срочно. Ты уже можешь кого-нибудь выделить?

– Невозможно за такое короткое время кого-либо выделить из такой огромной толпы. Нам нужно ориентироваться на этапы игр и, конечно же, натальные карты. Группа астрологов не может работать так быстро, чтобы проанализировать всех участников за два дня.

Глава 17. Альтаир

Хейли по-прежнему его игнорировала, но Альтаир приободрился, когда понял, что её молчание в сто раз лучше, чем язвительные и самодовольные замечания. Она уходила с утра пораньше и приходила ближе к вечеру, и даже не собиралась говорить старшему брату о том, где коротает время. Может быть, она тренируется на специальной спортивной площадке и усиленно готовится к испытаниям. Впрочем, до торжественного открытия межзнаковых игр оставалось два дня.

Он пытался наладить общение со своим соседом – Девой, по имени Дэвид, но ничего не вышло, и он перешёл к изучению территории. Исследовав амфитеатры для проведения игр, сувенирные лавочки, маленькие магазинчики – обойдя весь лагерь по периметру, Альтаир решил забрести в лес. Обычно, леса представлялись ему тёмными, мрачными, наполненными опасностями на каждом шагу, и парень старался избегать такие места, но этот лес был иным. Он уверенно шагал вперёд, чувствуя под ногами приятный шелест травы и хруст сухих сучьев. После получасового хождения по дубовой роще, он сел на поваленное бревно, сорвал соломинку и положил в рот.

Вдруг в глуби леса что-то хрустнуло под чьим-то неосторожным шагом. Альтаир вскочил на ноги, вытащил соломинку и быстро откинул в сторону. Но выдохнул, и даже обрадовался, увидев среди широких стволов деревьев мелькающие рыжие волосы. Не отдавая отчёта в своих действиях, он сделал шаг вперёд.

– Это шанс, это шанс, – словно мантру, повторял он, осторожно следуя за девушкой. Та и вовсе не подозревала постороннего присутствия поблизости, легко шагая по лесу и без интереса разглядывая толстые стволы деревьев и листву на них.

– Может хватит? – резко развернувшись, она вперила в него рассерженный взгляд карих глаз. Альтаир вздрогнул от испуга, машинально развернулся назад и наткнулся на дерево. Выставив руки и удержавшись на ногах, Альтаир почувствовал, как его лицо заливается краской.

– Послушай, – Альтаир развернулся и предупреждающе поднял руки, – это не то, что ты подумала. Я не следил. Точнее, следил, но не для этого. Не для плохих целей.

Девушка вскинула брови.

– М-м-м, извини. Я просто хотел извиниться за своё поведение.

Девушка молчала.

– Извини, – как можно искреннее произнёс Альтаир.

– Это всё?

– Э-э-э, ну да, – растерянно протянул парень.

– Хорошо, пока, – кивнула девушка и повернулась, чтобы пойти дальше.

– Хей, я даже не знаю твоего имени. Мы можем начать наше знакомство с самого начала, как тебе идея? – Альтаир в два больших шага нагнал её, – я Альтаир.

– Софи́.

– Красивый лес, правда? – чтобы не молчать, глупо брякнул Альт. Зачастую, он вообще не осознавал и не понимал, о чём говорит.

– Угу, – девушка не была настроена на разговор, – послушай, – она остановилась и повернулась к нему всем корпусом.

– А? – Альтаир встал рядом и только сейчас ощутил разницу в их росте. Она была маленькой и хрупкой, а Альтаир высоким и худощавым.

– Не мог бы ты не ходить за мной? Сейчас кое-что должно произойти, – уклончиво говорила она.

– Ладно. Извини, если я сделал что-то не так, в любом случае, я не хотел.

– Всё нормально, – ответила Софи, и Альтаир различил в её голосе что-то кроме холодных и отстраненных ноток.

– Ладно. Пока, Софи. Удачного времяпровождения в лесу!

Уже отходя, краем глаза он заметил, что Софи резко уменьшилась в росте, и это привлекло его внимание. Резко развернувшись, он увидел, что трава под ногами девушка словно превратилась в вязкое болото, и с каждой секундой затягивало в свои глубины Софи.

– Уходи, – шикнула она. В её глазах была паника. Альтаир счёл это за страх увязнуть в этой непонятной и вязкой травяной массе. Как так получается? Парень только что стоял на этом месте и вполне осознанно чувствовал под своими ногами твёрдость земли.

Софи была уже по пояс в траве. Альтаир бросился к ней на помощь и схватил за руки.

– Не трогай! Отойди! – кричала Софи, но Альтаир ничего не слышал. Лишь отчаянно тянул её за собой.

– Без паники! Я помогу тебе!

Но вдруг обнаружил, что и сам увязает в земле. Странное ощущение, его тянуло вниз, и он ничего не мог с этим поделать. Его накрыла паника, он отпустил руки Софи, и громко выкрикнул:

– Что за..? Что стало с землёй?

– Я же говорила не лезь! – угрожающе прошипела она так, что у Альтаира по позвоночнику пробежали мурашки.

Софи была уже по шее в земле. Её неумолимо утягивало вниз, но девушка выглядела так, словно с самого начала планировала это странное погружение. Интересно, о чём она думает? Может: о, класс, меня тянет вниз посреди лесной поляны. Всё идёт по плану!

Альтаир старался не думать о плохом, или, по крайней мере, надеялся на объяснение от Софи. Только он хотел спросить, в чём дело, как обнаружил, что её полностью затянуло вниз, и он остался один. Альтаир предпринял ещё одну попытку выбраться. Широко расставил руки, упёрся в землю и попробовал подтянуться. Ничего не выходило. Он пробовал и пробовал, пока не оказался по подбородок в земле. Земля была теплой и влажной. Он подумал, что, вероятно задохнется, когда полностью погрузится в землю, но тут парень резко ухнул вниз. Это было похоже на перемещение через звездную нить, и Альтаир, хоть и не знал, куда его несёт по кромешной темноте, чуть успокоился. Туннель вилял в разные стороны, пока его перемещение не закончилось и его не выплюнуло в пустоту. К счастью, он ловко приземлился на ноги, но вокруг до сих пор царила темнота, и он понятия не имел, где оказался.

– Эй! Есть кто-нибудь? – чувствуя себя слепым котёнком, беспомощно крикнул Альтаир.

– Это ты?.. Альтаир? – услышал он испуганный голос Софи. Судя по всему, она была напугана.

– Ага, ты где? И… м-м-м, где мы?

– Мы под землёй… Это подземные ходы под долиной Чалаван, – ответила она так, словно разговор шёл о погоде.

– М-м-м, класс. Всегда мечтал оказаться в подобном месте, и что нам делать?

– Не знаю, – послышались тихие шаги, – я… я ничего не вижу. Не вижу…

– Не паникуй.

– Как не паниковать? Я ничего не вижу! – отчаянно воскликнула она. Её голос становился всё ближе к Альтаиру.

– Если от этого тебе станет легче, то я тоже ничего не вижу. Представь себе, ты не одна такая, – не удержавшись, съязвил Альтаир и, расставив руки в стороны, попробовал нащупать стены.

– Но я… я боюсь темноты. Она пугает меня, – её голос дрожал, девушка была на грани истерики, но хуже всего то, что Альтаир ничего не мог поделать. Они были недостаточно близки, чтобы парень мог проявить так называемое дружеское сочувствие, – понимаешь?

– Да, дерьмо случается.

Парень был уверен, что в этот момент, Софи посмотрела бы на него как на идиота, своим фирменным яростным взглядом. Он попытался представить картину, как Софи, ориентируясь на звук его голоса, пытается найти его взглядом и сердито посмотреть, но в итоге смотрит совершенно не туда, потому что ничего не видит, и Альтаир чуть не рассмеялся в голос от собственного воображения.

– Подожди, – вдруг произнесла Софи, – ты ведь из страны Овнов, так?

– Как ты угадала? – хмыкнул Альтаир.

– Вы управляете огнём, – продолжала она, игнорируя его реплику, – значит ты можешь освещать нам путь. Да?

– Ну… да. Теоретически могу, – уклончиво ответил Альтаир. Да, у него получилось вызвать огонь один раз, но он не был уверен в том, что у него получится и сейчас.

Воцарилось молчание. Софи была в недоумении.

– Что?

– Тш. Я пытаюсь сосредоточиться.

– А.

Альтаир проделал уже привычную для него операцию, но не почувствовал манящего тепла в пальцах. Даже после пяти секунд полной концентрации. Десяти. Пятнадцати. Двадцати.

– М-м-м, не хотелось бы тебя разочаровывать, но я не могу, – неужели, он снов впал в состояние застоя? Неужели, у него снова не будет никакого прогресса?

– Не можешь? – с недоверием переспросила она, – я думала, в таком возрасте уже…

– Да я знаю, знаю! – вспылил Альтаир и глубоко вздохнул.

Софи тактично промолчала, хотя он явственно чувствовал интерес, исходящий от девушки.

– Мне удавалось вызывать пламя, но это было один раз, и тогда я… разозлился.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Quinta Ratio (лат.) – пятое измерение.

Вернуться