Олеся Великорайская, Мария Быкова
Книга старинных нашептываний. Как просить, чтобы дано было. Сильные заговоры бабки-шептухи на деньги, здоровье, удачу, любовь, счастье

© Великорайская О., 2023

© Быкова М., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Вступление

Что такое заговор?

В последние годы интерес к заговорам возрос фантастически. Книги с заговорами издаются огромными тиражами. Чуть ли не каждый день появляются новые издания, где можно найти заговоры на все случаи жизни.

Люди покупают сборники заговоров, потому что заговоры им представляются быстрым и легким способом решить свои проблемы: достаточно всего лишь прочитать заговор – и вопрос решится сам собой. Но если бы все было так просто, у человечества не осталось бы никаких проблем. Ни болезнь, ни нищета, ни несчастная любовь больше не коснулись бы никого на свете. И наступило бы всеобщее счастье. Однако этого почему-то не происходит.

Когда-то традиция заговорного слова была тайной. Ею владели только особые люди, которых называли по-разному: ведуны, чародеи, знахари, целители. Таких людей никогда не было много: не каждое большое село могло похвастаться хотя бы одним целителем. Да и не жили эти ведающие люди в больших селах. Настоящего знахаря скорее можно было отыскать на глухом хуторе, в «медвежьем углу». И обращались к нему не по любому поводу, а только в самых острых ситуациях. И совсем не каждый человек стремился стать учеником знахаря и овладеть искусством заговора. Что же знали о заговорах люди прежних времен, почему боялись самостоятельно использовать силу заговорного слова?

Когда серебро дороже золота

«Слово – серебро, а молчание – золото» – гласит поговорка. Но значит ли это, что слово стоит дешевле молчания? Вовсе нет. Слово очень часто обходится дороже молчания, и вы, дорогие читатели, могли не раз убедиться в этом на собственном опыте. С поговоркой ведь тоже не все так просто. Подумайте сами: из всех живых существ человек – единственное существо, обладающее даром слова. И этот дар – не просто средство общения. Слово – материально, это один из сильнейших видов энергии во Вселенной. Духовной энергии. Интересно, что в древности именно серебру приписывали свойства духовного мира. Золото же было вполне земным металлом, средством приобретения мирских благ. Другое дело – серебро. Этот металл служит вместилищем незримого Духа, в нем живет необыкновенная, невидимая Сила. Ведь недаром считалось, что колдуна можно убить только серебряной пулей! Крестильные купели в церкви, сосуды для хранения святой воды и по сию пору делаются только из серебра. Это связано с тем, что серебро – металл духоносный, он служит проводником для энергий из иного мира. Вот и получается, что в духовном смысле серебро дороже золота, а слово сильнее молчания. Именно поэтому с даром слова люди предпочитали обращаться как можно осторожнее. Ведь не секрет, что оброненным в сердцах злым словом можно очень сильно навредить человеку, сглазить его или даже испортить. Если даже обычные слова, которые мы произносим каждый день, имеют такую силу, что говорить о заговоре – особом языке, который создавался специально для того, чтобы воздействовать на людей и духов?

Да, это действительно так: заговор – не просто набор слов, а особый язык, при помощи которого знахарь может воздействовать на невидимые силы природы. Вот почему заговоры, опубликованные в книгах, не имеют силы. Чтобы заговор подействовал, надо языку заговоров учиться. И прежде всего понять, что язык этот особый. Слова в нем могут быть необычные, а могут и совсем обычные, вполне употребляемые и вроде бы понятные всем. Но это на первый взгляд. Язык заговоров отличается от привычного для нас языка не словами (хотя в жизни мы не используем многих слов, которые есть в заговорах). Этот язык отличается способом применения.

Язык невидимых духов

Если вы хотя бы раз в жизни читали заговоры, то знаете, что они не похожи ни на что. Это не рассказ, не стихи, не молитва, не песня. Заговоры составлены таким образом, что при произнесении их в пространстве образуется сильная вибрация, которая пронизывает миры. С помощью заговора знахарь связывается с миром высших сил, а также духов природы, духов стихий. Эти духи – особый вид межпространственных энергий, которыми движутся ветры, волнуется море, текут реки, живут леса и поля. Они работают, чтобы природа могла жить. Знахарь же заставляет их работать на себя.

Но если знахарь просто произнесет заговор – так, как он обычно обращается к людям – духи слушать его не будут. Не потому что не хотят: они его просто не услышат. Чтобы духи услышали человека, с ними надо говорить на их языке.

Заговоры и есть язык невидимых духов. Но, как уже было сказано, язык этот отличается от нашего не словами, а способом их произнесения. Как раз этому способу и учат знахари своих учеников. Но это не значит, что научиться ему можно только, будучи лично знакомым со знахарем. Учиться можно и по книге. Важно, чтобы книга содержала знание, записанное от настоящего знахаря. Или знахарки. Именно от такой знахарки и были записаны заговоры, которые содержатся в этой книге.

Знахарка Марья Быкова

Марью Петровну Быкову и у себя в Горелове (так называется деревня, где она живет), и в ближайших селах знают как сильную знахарку. Никогда в деревне не было врача, а уж «скорую помощь» там и подавно не увидишь. Все местные жители предпочитают лечиться у бабушки Марьи. Она и вывихи правит, и боль унимает, и лихорадку прогоняет. В деревне ее называют «шептуха» – оттого, что лечит она не травками, не настоями, а заговорами.

В том, что Марья Петровна – настоящая знахарка, мне пришлось убедиться на своем собственном опыте. С ней меня свел довольно печальный случай – которому я, впрочем, сейчас безмерно благодарна. Ведь иначе я не вышла бы на свой собственный жизненный путь, не научилась бы тому, чему должна была научиться. А потому сейчас я твердо уверена: все со мной происшедшее можно назвать одним словом – судьба.

Давно это было. Мы с подругой жарким летним днем отправились за город. Вышли из машины на крутом берегу какой-то речки – красота вокруг расстилалась дивная. Но не успели мы насладиться окрестными видами, как, откуда ни возьмись, словно из-под земли появились два здоровых парня. Оба были явно подвыпившими, и их вид не обещал для нас ничего хорошего. Подруга бросилась к машине, а я не успела последовать за ней, и мне они как-то ловко перекрыли путь.

– Таня, уезжай! – крикнула я замешкавшейся подруге. Она тут же села за руль, и машина рванула прочь.

Я осталась одна с надвигавшимися на меня двумя нетрезвыми детинами, и, буквально окаменев от страха, отодвигалась все ближе к краю обрыва.

– Ну и куда ты денешься? – с насмешкой сказал один. – Подружка твоя тю-тю, но ты-то не уйдешь. Прыгнешь разве…

Оба отвратительно заржали.

Я мельком оглянулась и увидела, что стою уже на самом краю обрыва. Мне некогда было размышлять, некогда было даже пугаться. Я прыгнула.

От падения я потеряла сознание. Очнулась на прибрежных камнях с гудящей головой, перед глазами прыгали какие-то светящиеся точки, все тело болело. Я попыталась встать – и тут же мою левую ногу пронзила насквозь жуткая боль. Только тут я увидела, что у меня ободраны в кровь руки до плеч, порвана одежда. От страшной боли катились слезы, я не могла сдвинуться с места и с ужасом думала, что сейчас сюда явятся мои преследователи.

Видимо, я теряла сознание еще пару раз, а когда в очередной раз очнулась, то увидела, что ко мне по берегу реки бежит Таня, а с ней еще какие-то люди. Оказалось, она успела доехать до ближайшей деревни и позвать на помощь местных жителей, которые уже усмирили распоясавшихся хулиганов. Смутно помню, как чьи-то руки несли меня к машине, как кто-то говорил, что до ближайшей больницы два часа езды, и что везти меня надо не в больницу, а к бабке Марье, и только к ней…

Потом помню открытую калитку возле дома и небольшого роста опрятную старушку в зеленом шерстяном платке, которая стояла на пороге, будто давно нас ждала.

Меня аккуратно внесли в дом, положили на кровать. Старушка велела всем уйти, а меня попросила закрыть глаза. Я закрыла, и снова впала в забытье.

А когда очнулась – то ощутила какой-то невероятный покой и блаженство. Не сразу поняла: это просто боль ушла. Поэтому мне так хорошо.

Не случайно говорят, что по-настоящему ценить жизнь и получать наслаждение просто от того, что живешь, может только тот, кто испытал настоящую боль. Теперь я знала это на своем опыте.

Приоткрыв глаза, я увидела, что бабка Марья сидит рядом, смотрит на меня добрым, теплым взглядом, а губы ее слегка шевелятся. Ничего не понимая, я взглянула на свои руки и чуть было опять не потеряла сознание, теперь уже от изумления: не было не только крови, но разодранная кожа будто срослась, остались только шрамы! Я осторожно пошевелила руками, потом ногами. Боли не было совсем…

Бабка Марья улыбалась, перестав шевелить губами.

– Повезло тебе, девка, – услышала я ее негромкий ласковый голос. – С пятиметровой высоты упасть, да еще на камни, шутка ли. Скажи Боженьке спасибо, что жива осталась. А то я уже не смогла бы тебе помочь.

– Спасибо, – еле слышно сказала я, все-таки силы еще не восстановились, и голос звучал слабо. Спохватившись, добавила: – Сколько я вам должна?

Бабка Марья загадочно улыбнулась, а потом сказала:

– Да там видно будет. Вот полежишь пару-тройку деньков, в себя придешь, тогда и поглядим.

Я начала мучительно соображать, сколько у меня с собой денег, хватит ли рассчитаться с бабкой – я ведь наслышана была о всяких бабушках-знахарках, и знала, что все они берут деньги с клиентов, иногда немалые. Затем я принялась размышлять, что по возвращении в город придется обратиться к врачу и лечиться по-настоящему. Я была уверена, что бабка какими-то своими методами заживила мне раны, сняла боль, но вряд ли она могла так быстро вылечить ногу – ведь там как минимум сильный вывих, а то и перелом.

Бабка дала мне выпить какого-то травяного чаю, и я уснула, ожидая возвращения боли по пробуждении. Проспала несколько часов и, проснувшись, обнаружила, что боли по-прежнему нет. Откинув одеяло, я осмотрела свою ногу. На вид она была вполне нормальной, никаких ожидаемых мною синих отеков и припухлостей я не увидела. Ощупав ногу, я опять же не почувствовала нигде боли. Попыталась встать – но тут в комнату вошла бабка Марья и велела мне лежать. Я хотела спросить ее, как ей удалось меня вылечить так быстро, но она приложила палец к губам и все тем же ласковым голосом велела мне молчать:

– Когда поправишься окончательно, тогда и поговорим.

– А когда я поправлюсь? Мне домой надо.

– Поживи пока у меня. Домой всегда успеешь. И на работу твою подружка сообщит, что приболела ты – да не волнуйся, все уладится. Главное теперь тебе – отдыхать да выздоравливать.

Почему одни заговоры действуют, а другие – нет?

У бабушки Марьи – Марии Петровны Быковой – прожила я в итоге почти неделю. Уже на второй Мария Петровна разрешила мне встать. Я сначала с опаской ступала на покалеченную ногу – хотя ничто не напоминало о том, что она была покалечена. И уже очень скоро я начала ходить и двигаться как обычно, будто и не было со мной этого неприятного случая. Чудеса, да и только! Удивление все больше наполняло мою душу, а вместе с ним разгоралось любопытство – что же это за лечение такое, и как вообще это возможно?

Оказалось, Марью Петровну все знали как бабушку-шептунью, которая лечит приговорами и молитвами. Не проходило дня, чтобы к ней не приходили люди со своими болезнями и скорбями. И всем помогала бабушка Марья, только никто толком не знал, как именно приходит эта помощь. «Бабка пошептала – и все прошло!» – так рассказывали о ней люди.

С того самого момента, как я увидела затянувшиеся шрамы вместо кровоточащих ран и поняла, что нога нисколько не болит (и это спустя всего-то час-другой после случившегося), мне стало ясно, что я не успокоюсь, пока не найду ответ – каким образом это происходит?

И когда пришла пора возвращаться домой, честно призналась сама себе, да и бабушке Марье, что уезжать мне не хочется. Но она сказала мне ласково, но твердо:

– Пора тебе, пора. Езжай.

Я заикнулась было снова о деньгах, но она повторила:

– Езжай.

И добавила:

– Когда приедешь в другой раз – тогда и сочтемся.

Я даже почти не удивилась, услышав про «другой раз», как будто уже заранее знала, что мне, конечно же, еще суждено вернуться в этот милый деревенский дом.

Вернувшись домой, я пошла на всякий случай в поликлинику, хотя ничего не болело. Врач мне даже не поверил, что была какая-то травма – и осмотр, и рентген показали, что все в норме.

А когда пришло время отпуска, я отложила все свои планы, и помчалась к бабе Марье, хотя сама толком не могла предположить, зачем и почему я это делаю. Нашла такое логическое объяснение: рассчитаюсь наконец за исцеление, а там видно будет.

Она искренне обрадовалась моему приезду. И наконец, поведала мне, что имела в виду, говоря: «Потом сочтемся». Нет, вовсе не деньги ей от меня были нужны. Вот что она мне сказала:

– Ну ты ведь сама уже видела, знаешь, что люди ко мне за исцелением приходят – я им помогаю по мере сил своих.

Я кивнула, хотя ничего не понимала – как именно она помогла и мне, и другим.

– Помощницей своей тебя сделать хочу.

Я оторопела. Такого поворота событий я никак не ожидала. Помощницей деревенской знахарки? Никаких таких склонностей к подобным вещам я в себе не обнаруживала.

– А я вот сразу поняла, что дело у тебя пойдет. Все получится, так и знай, – с мягкой улыбкой сказала баба Марья. – У меня-то ведь внучки нет. Передать науку некому. А тут – ты подвернулась.

– И что же я должна делать?

– А ничего. Сиди рядышком, слушай, да смотри.

И я начала слушать да смотреть. Каждый день приходили к Марье Петровне люди за исцелением, и я всегда присутствовала при ее «сеансах». Поначалу ничего не понимала. Сидит баба Марья тихонечко над больным, ничего не делает, только что-то шепчет. Вроде и тайн у нее никаких не было – не скрывала она, что заговорами лечит. Всем в деревне да и окрест об этом было известно. И все как один уважали ее и особенно подчеркивали, что она – «правильная бабка», настоящая знахарка-шептуха, не то что многие другие, кто только выдает себя за целителей, а сами лишь о деньгах думают.

Понаблюдав так несколько дней за сеансами Марьи Петровны, я спросила ее, почему же она меня ничему не учит. Может, мне надо хотя бы заговоры заучивать начинать?

– Заговоры, конечно, ты можешь выучить хоть все, – ответила она. – Да вот толку от этого будет мало. Не станут они работать у тебя.

– Почему? – удивилась я.

– Потому что сначала надо шептать научиться. А это наука ох какая сложная! Почти никто ею и не владеет теперь.

– А у меня получится? – с сомнением спросила я.

– Захочешь – так получится. Да я уж вижу, что ты не отступишься. Раз до сих пор еще здесь, домой не уехала, и такая старуха, как я, не наскучила тебе еще…

Конечно, не наскучила! Если я, даже ничего не понимая, все равно сидела на ее сеансах как завороженная, и глаз не могла оторвать, глядя, как она что-то шепчет едва слышно, и как больному просто на глазах легчает от этого шепота. Оказалось, это самое большое чудо в моей жизни.

Слова, не слышимые ухом

Вот так и получилось, что первое, чему я начала учиться у Марьи Петровны – это шептать.

Я узнала, что шептать заговоры – совсем не то, что говорить шепотом. Это действительно особая наука, которой надо учиться. Сама Марья Петровна научилась шептанию от своей бабушки, которая тоже была сильной шептуньей. А та, в свою очередь – от своей бабули, которая Марье Петровне приходится прапрабабушкой. «Шепоток», как называют это искусство в семье Быковых, передается по наследству через поколение, исключительно от бабушки к внучке. Дочь Марьи Петровны этим искусством не владеет. Знахарка объяснила мне, что так заведено потому, что «дети отдыхать должны, чтобы силу родовую восстановить, ведь заговорное слово требует большой затраты энергии, и если бы в каждом поколении была своя шептунья, род мог бы не выдержать такой нагрузки. А внучек Бог не дал – есть лишь внуки, двое, уже взрослые, но мужчинам почему-то дар этот в роду Быковых не дается.

О том, что шепоток этот – сила особая, не каждому данная, знают и односельчане Марьи Быковой. Оттого никому и в голову не приходило в ученики к ней напрашиваться. А тут судьба так распорядилась, что я на пути Марьи Петровны со своими травмами и возникла. И что такое во мне, покалеченной и находящейся в бессознательном состоянии, она могла углядеть – для меня так и оставалось тайной.

– Тайны в этом никакой нет, – разъясняла мне Марья Петровна. – Кто желает получить силу шепотка, тот ее получит. Да не каждый сдюжит.

Вот так и затянулась наша встреча на много лет. Долго училась я, и не всегда легко было, но видимо, большое мое желание овладеть силой шепотка свое дело сделало. Не отступалась я, несмотря ни на что, упорно овладевала сей наукой. И все это время наблюдала за тем, как бабушка Марья лечит при помощи шепота.

И вот теперь пришло время рассказать обо всем по порядку вам, дорогие читатели.

Зачем? Затем, чтобы и вы сами могли тайну шепотка для себя открыть, а главное – на практике эти знания применять. И открываю я вам эти тайны не только с разрешения, но по настоянию самой бабы Марьи, Марии Петровны Быковой.

Часть I. Уроки бабушки Марьи

Глава 1. Шепоток – великое древнее искусство

Что такое шепоток, и чем он отличается от шепота

Когда бабушка Марья сказала мне, что в первую очередь надо учиться именно шепотку – тому, как правильно шептать, и лишь потом обращаться к текстам заговоров – я начала очень внимательно присматриваться и прислушиваться к тому, как именно она шепчет.

Но я ничего не могла понять, потому что не слышала слов. Да и движения губ бабушки Марьи порой были едва заметны. Это не было предназначено для посторонних ушей, даже тот человек, которого она лечила, ничего не понимал и услышать не мог. Но ведь исцелялся же! Значит, какие-то силы исцеления «слышали» шепоток и включались в лечение.

Однажды я высказала это предположение бабушке Марье. Она согласно закивала головой и обрадованно сказала мне:

– Ну вот, наконец-то ты начинаешь понимать…

Хотя мне казалось, что ничего я не понимаю.

– Не для людей предназначен этот шепоток, – продолжила она. – Людям и слышать не обязательно. Вот то главное, что ты поняла. Стало быть, теперь можно и учить тебя.

Вот, оказывается, чего ждала бабушка Марья – чтобы я хоть что-то начала понимать. А ведь к тому времени прошло уже несколько месяцев со времени нашего знакомства, но моя роль «помощницы» сводилась все еще лишь к тому, что я смотрела, наблюдала, прислушивалась.

И вот наконец дождалась я, что начала бабушка Марья со мной долго и подробно разговаривать – раскрывать тайны своего искусства, а затем и потихоньку учить его азам.

Почему бывает опасно громко говорить

Приезжала я к бабушке Марье обычно летом, и жила долго, иногда по месяцу и больше, а затем наведывалась еще два-три раза в течение года, на неделю-другую – осенью, зимой, на Рождество, или в самом начале весны.

Зимним морозным вечером, когда я сидела возле печи, всматриваясь в огонь и слушая его равномерное потрескивание, и подошла ко мне баба Марья с тем самым первым разговором про шепоток. Она говорила – а я ловила каждое ее слово, старалась не просто понять, но покрепче запечатлеть в памяти.

Бабушка Марья как будто читала мои мысли, отвечая даже на мои незаданные вопросы. Вот так я только собралась было спросить, что она имеет в виду, говоря «не для людей предназначен шепоток», как услышала в ответ:

– А ты знаешь, как ангелы с нами разговаривают? Разве громко, вслух? Нет. Говорят они неслышно, да вот только душа наша слышит их. И отвечает душа наша – тоже беззвучно. Даже не шепотом – а неслышным шепотком. Вот и получается, что шепоток – это голос, которым душа с ангелами разговаривает.

Конечно, как же я могла не догадаться! Не для людей предназначен шепоток – а для тех, кто помогает больного лечить.

Для ангелов!

– Вот для них, кто приходит больного лечить, и предназначен шепоток, – продолжала бабушка Марья, подтверждая мою мысль. – Не только ангелы это, а еще светлые духи, святые, и помощники ангельские и Божественные – невидимые силы небесные и земные.

– Но почему же вслух нельзя с ними разговаривать? – все-таки задала я вопрос.

– Когда человек вслух говорит – он порой только самого себя и слышит. Громкий голос душу-то оглушает, она и замирает, словно бесчувственной делается. А с ангелами и другими светлыми силами мы только через душу общаться можем. А для этого душа тиха должна быть. Когда душа тиха – она чутка. Тогда через нее мы можем и к ангелам обратиться, и они услышат нас. А громким голосом, наоборот, мы от ангелов закрываем себя. И ангелы не слышат нас, и мы их услышать не можем за громкими-то звуками.

Тут я вспомнила несколько случаев из своей жизни, когда стоило только вслух похвастаться какими-то своими успехами, или заявить, что у меня все хорошо, прекрасно и замечательно – как тут же дела начинали идти из рук вон плохо. Тогда я думала – сглазил кто-то. А может, дело все как раз в том, что я вслух об этом говорила?

Я спросила об этом бабу Марью, и в ответ услышала:

– Когда мы вслух говорим – ангелы не слышат, а вот разные темные силы, враги человеческие, еще как слышат! Услышав, как ты радуешься, да хвалишься, они, уж так и знай, постараются все сделать, чтобы хвалиться и радоваться ты перестала. Поэтому за радости свои и успехи Боженьку и ангелов потихонечку благодари, а вслух особо не высказывайся. Тогда и навредить тебе никто не сможет.

– Значит, бабушка Марья, когда ты больного шепотком лечишь, то никакие злые силы этого не слышат, а потому помешать не смогут?

– Все правильно ты поняла, – кивнула бабушка Марья. – И если болезнь какими злыми силами наведена, они даже и понять ничего не успеют, как уже изгнаны будут. И помешать в исцелении не смогут, потому что даже не заметят, что исцеление это уже происходит.

– А, поняла, – вдруг осенило меня, – темные силы – они так грубо, примитивно устроены, что слышат только громкий голос, и вообще замечают только то, что «весомо, грубо, зримо»? А неслышный шепоток – это выше их понимания?

– Верно, верно, – смеется баба Марья, – поэтому бояться темных сил не надо. Не так уж властны они над человеком. Когда ты душу свою слышишь и душою разговариваешь с ангелами и светлыми силами – ты уже для темных сил становишься незаметным. А значит, и сделать они ничего не могут с тобой.

О силах земных и небесных

Один вопрос меня особо беспокоил, и я решилась его бабе Марье задать:

– Бабушка Марья, почему ты говоришь, что не только силы небесные, но и земные – Божьи помощники? Разве это так? Я-то думала, что только небесные силы – светлые, а земные – темные, и обращаться к ним нельзя…

– Да что ты такое говоришь! – удивилась баба Марья. – Вот ты хотя бы на огонь посмотри, как он пляшет, как разговаривает с нами, как живой. Да он и есть живой. Потому что дух огня воспламеняет его. Разве ж это темная сила? Нет. А ведь это – сила земная, не небесная. Сила, данная нам матушкой-Землей. И это помощник наш большой, огонь-то. Как и другие природные духи, живущие в воде, в земле, в воздухе, в лесах, полях, цветах. Они и людям, и ангелам помогают. Они ведь ближе к нам, чем ангелы. Ангелы в небе, высоко. А природа наша матушка – рядом с нами. С помощью природных духов-то легче бывает и ангелам до нас достучаться, и помощь свою нам принести.

Мы сидели возле печи, где плясал огонь, я вгляделась в пламя – и впрямь показалось мне, что живое оно, разговаривает со мной, что духи огня приплясывают и подмигивают мне с доброй будто улыбкой, подбадривают и обнадеживают.

– Люди-то не знают этого, без должного почтения к матушке-природе относятся, – продолжала баба Марья. – Калечат ее, вреда много приносят духам природным. Где люди с природой плохо обращаются, оттуда духи природные-то уходят. А раз духи природные ушли – то и ангелы отворачиваются от людей. Вот и остаются люди без защиты, без помощи. Сами себе лишь вредят, только этого не понимают.

– А что ж тогда такое – темные силы? – продолжила я расспросы.

– А темные силы – это то, что люди сами к себе притягивают злобой своей, да тем вредом, что себе и друг другу причиняют. Плохой поступок человек совершил, обидел кого, или разозлился, разгневался, и вот уже сам светлые силы от себя оттолкнул, потому что сам стал не свет, а лишь тьму источать. А тьма-то эта и пошла гулять по свету, к другим людям привязываться. Вот так темные силы и появляются. Да только если света у тебя в душе достаточно, да ангельской поддержкой ты заручаешься, то не страшны они тебе.

Почему к светлым силам нельзя обращаться своими словами

– Значит, светлые силы тишину любят, неслышный шепоток слышат, – сказала я. – Так, может, все дело в шепотке, и заговоры знать не обязательно? Просто научиться шептать – и обращаться к ангелам, к светлым силам с любыми просьбами, они и услышат…

– Да нет, не совсем так, – засмеялась Марья Петровна. – С просьбой-то ты, может, обратишься, и услышат тебя, конечно, непременно услышат. Да вот только станут ли помогать?

– А почему же не станут?

– Да потому что твои просьбы – силам небесным и земным не указ. Мало ли что ты попросить можешь! Знаю я вас, девок-то молодых, – баба Марья шутливо пригрозила мне пальцем, – только и будешь просить, как бы тебе нарядиться, прихорошиться, да женихов завлекать. Да только душе твоей, может, что другое надобно…

– А что ж плохого в том, чтобы женихов завлекать? – я сделала вид, что обиделась, хотя всерьез обижаться на бабу Марью, конечно, не могла.

– Да ничего плохого нет, конечно, – смягчилась она. – Да и вижу я, что девушка ты серьезная, не вертихвостка какая-нибудь. Но только у души своей сначала спрашивать нужно, что она хочет. У вас ведь там городская жизнь какая – все на гулянки побежали, значит, и тебе надо. Все приоделись модно, и ты за ними спешишь. А душа твоя, может, плачет в это время. Ей, душе, другой радости хочется. Может, к матушке-Земле припасть, силушки набраться. С лесом, с деревьями поговорить, услышать, что они шепчут тебе, может, что-то важное, мудрость какую откроют. На небо звездное посмотреть, да к Боженьке глаза свои оборотить, тогда он и откроет тебе, что для счастья-то настоящего требуется. И жениха в итоге найдешь, и не просто жениха, а суженого своего настоящего, и придет он к тебе совсем не тем путем, на котором ты ищешь и ждешь его. А пока ты и сама не знаешь, что душе твоей требуется, то и просьбы твои не выполнят ангелы, потому что знают, что не это тебе для счастья нужно.

Вот так я начала усваивать важнейший урок – смирения, признания своего неведения, незнания даже собственных нужд. Получается, ангелы лучше нас знают, что нам нужно. Но как трудно нам бывает признать это в гордыне нашей! Нам ведь кажется, что мы лучше всех знаем, как правильно жить. Ан нет. Ангелам с небес виднее. Поэтому и с просьбами нашими земными к ним лучше не обращаться.

– А если заговорным словом к ангелам обращаться, тогда они и услышат, и выполнят? – продолжала я свои расспросы. – Но почему так? Чем заговор от простой просьбы отличается?

– А ты посмотри, как заговор составлен, – отвечает баба Марья. – Так умно и хитро, что свои личные просьбы, противоречащие Божьему замыслу, ты туда никак не вставишь. Да по большому счету сами слова заговора не так важны. Ведь ангелы не слова как таковые слышат. Ангелы ведь нашей грамоте не обучались, они, может, и слов не знают. Но вот смысл, который через слова идет, они слышат и понимают. И через этот смысл, через сам шепоток и звучание слов, они провидят, что тебе не самом деле требуется. Вот ты заговор о здоровье читаешь, или о защите – а они уже и видят все, и все болезни твои, и как их исцелить можно, и от чего и как защищать тебя… Понимаешь?

Кажется, я начинала понимать. Заговоры так устроены, что через них ангелы все наши истинные нужды видят, и могут их исполнить. А когда мы не с заговором, а с личной просьбой обращаемся – то для ангелов это пустой звук, потому что в личных просьбах наших редко когда содержатся истинные наши нужды. Потому что мы в нашей земной, человеческой жизни об истинных нуждах можем и не знать, забываем о них. А знает о них лишь душа. А душа с ангелами может говорить лишь посредством заговорного шепотка, а не громких просьб.

Баба Марья подтвердила, что так примерно оно все и есть. Но добавила, что гордиться мне пока нечем – ведь предстоит еще учиться и учиться, и стараться понять очень многое, что пока скрыто от меня за покровом тайны.

– Тут еще вот какое дело, – добавила она. – Когда со своими просьбами, да еще и вслух к ангелам и другим святым силам обращаешься, на это сил много уходит. И уходят они чаще всего впустую. А еще хуже, если эти твои просьбы темные силы услышат. Уж они-то постараются, чтобы все осуществилось ровно наоборот! А когда ты заговор шепотком читаешь, то силы не только не уходят, а возвращаются к тебе. Потому что когда ты с ангелами и святыми силами говоришь, они сполна возвращают тебе то, что ты тратишь, да еще и в придачу в избытке дают. Но есть тут хитрость одна. Чтобы научиться заговоры творить, силой сначала запастись надо. Потому что с тем, кто духом и сердцем слаб, ангелы разговаривать не будут.

Вот тут я приуныла, потому что не считала себя сильной сердцем и духом. Но баба Марья меня успокоила:

– Ты просто еще своей силы не знаешь. Не проснулась она. Поэтому и кажется тебе, что слабая ты. Но на самом деле сила есть в тебе. Она, может, не такая, какую ты ждешь. Это особая сила – сила духа. Она может внешне незаметной быть до поры до времени. Человек, сильный духом, не обязательно примечателен. Ходит себе среди людей – человек как человек. В глаза особенно не бросается никому, кулаками не машет, громовым голосом не запугивает… Да ты ведь уже сама знаешь, что в громовом-то голосе как раз силы настоящей нет. Сила – в шепотке, в тишине души. Вот в этой тишине особой сила-то и вырастает. Да только надо подготовиться особым образом, чтобы сила расти начала.

– Как? – с нетерпением спросила я. – Это очень трудно?

– Нет, не трудно – для тех, кто по-настоящему хочет. И ты справишься.

Глава 2. Знахарский шепоток требует подготовки

Прежде чем заговоры творить, надо силу выращивать

И вот я приготовилась внимательно слушать, что же баба Марья расскажет мне про подготовку к обучению ее искусству. Но она не спешила начинать. А вместо этого пристально на меня посмотрела, и говорит:

– Ты не волнуйся, не переживай, получится у тебя все, сдюжишь, вижу. Но – не сейчас. Сила в тебе спит. А чтобы заговоры творить, надо, чтобы проснулась она. А то пока ее маловато, проснувшейся-то, нельзя тебя учить ничему.

– А что будет, если силы еще маловато – а человек начнет заговоры читать?

– Сам себе человек навредить может. Потому что знахарский шепоток требует, чтобы силу в него вложили.

– Что-то я не понимаю, бабушка Марья. Ты же говорила, что ангелы, наоборот, силу возвращают, и даже приумножают тому, кто заговор творит.

– Да, только чтобы силу ангелы приумножали, у тебя изначальный запас сил должен быть достаточный. Ангелы могут приумножить лишь то, что у тебя в достатке имеется. А если у тебя силы нет совсем – ангелы ее тебе не дадут. Сначала человек сам должен позаботиться о своей силе. Вот когда ангелы увидят, что ты сам об этом заботишься – тогда и помогут тебе. А за тебя твою работу они делать не будут. А если у тебя силы нет еще – а ты уже заговоры творить собираешься, значит, не за свое дело берешься, за то, что тебе не по силам, взяться пытаешься. И ангелы тебе укажут на это непременно. Обижаться не надо – они ведь добра тебе хотят. А иначе если силы мало – ты ее вмиг всю и выложишь, сам обессиленным останешься. От этого заболеть можно очень сильно.

Баба Марья еще раз пояснила мне, что сила нужна не физическая, а именно духовная. Ведь бывает и так, человек с виду так и пышет энергией, а при этом духом слаб. Надо ему сделать какую-то серьезную работу – а он не может собраться с духом, то отвлекается на что-то постоянно, то передышек себе просит. А у знахаря нет возможностей передышки, и отвлекаться он не может. Ведь заговор действует не только, когда его шепчет знахарь. Он работает на протяжении нескольких дней, а порой и месяцев. Все это время знахарь находится в невидимом контакте с небесными, ангельскими и земными, природными силами. Он может и сам этого не осознавать, но духи постоянно рядом с ним: они работают «по заданию», которое дал им знахарь в заговоре. И чтобы вот эту связь поддерживать, чтобы не обрывалась она, нужна сила воли, концентрация, самодисциплина большая. И лишь когда все это есть у знахаря – посылают ему ангелы в ответ множество других сил, и физических в том числе, чтобы здоровье у самого знахаря было недюжинное. Вот так и получается: кто силой запасся, да научился другим помогать – тот и сам здоров и силен становится. Да только сначала надо с духом собраться и силушки накопить.

В общем, выяснила я у бабы Марьи: прежде чем приступать к овладению шепотком, надо тренировать и свою волю, и силу духа развивать, и то, что называют «энергетическим полем», «накачивать», подобно тому, как накачивают мускулы. Марья Петровна называла это – «растить силу».

Сначала я думала, что это будет очень сложно. Но очень скоро к радости своей обнаружила, что вполне справляюсь! Оказалось, доступно это каждому человеку. Единственное, что требуется – желание, терпение и время.

Как при помощи поста укрепить энергетику

Долго говорили мы тогда, рождественским вечером, под мирное потрескивание огня в печи. Но моя надежда на то, что вот-вот Марья Петровна начнет мне преподавать «уроки шепотка», опять не оправдалась. Оказалось, я все еще совсем не готова к этому. Силы у меня было еще слишком мало.

– Вот Рождество пришло, а я вижу, что пост Рождественский ты не соблюдала, – укорила меня баба Марья.

Я действительно не соблюдала пост – не понимала тогда, для чего это нужно. Но меня удивило, откуда об этом знает бабушка Марья.

– А это сразу по человеку видно, – ответила она. – После поста человек прямо светится. Дух в нем сияет. И ангелы к нему сами слетаются, потому что видят этот свет даже с небес. А где свет этот особенный – там и сила. В тебе же пока ни света, ни силы не видно. Да не переживай! – засмеялась она, видя, что я пригорюнилась. – Дело это поправимое. Рождественский пост ты пропустила, так Великий не за горами. Давай-ка попостишься ты, а в аккурат после Пасхи и приедешь ко мне. Вот тогда с тобой уже и поговорим.

Я, честно говоря, не чувствовала в себе силы выдержать весь пост, и бабушка Марья сделала мне поблажку:

– Ну ладно, если весь пост выдержать тебе сразу не по силам, то выдержи хотя бы мясопустную неделю до начала поста (когда только мясо нельзя есть, а молочные продукты можно), а потом обязательно постись первую и последнюю недели. А в остальное время – в среду и пятницу. Имей в виду, что эти дни считаются постными и тогда, когда нет поста. Так что попробуй еще до Великого поста хотя бы в эти дни поститься, пусть даже не каждую среду и пятницу, а через раз, например. Увидишь, даже это тебе очень много силы прибавит.

С тем я и уехала, простившись с бабушкой Марьей до весны.

Поститься начала в ближайшую же по возвращении среду. Один день попоститься – показалось мне это на удивление легко и даже приятно. Не возникло сложностей и в пятницу. На второй неделе оказалось сложнее: организм забунтовал, требуя чего-нибудь мясного или хотя бы молочного. Но я кстати вспомнила слова бабушки Марьи: что сила не столько физическая нужна, сколько сила духа, воли, самодисциплина. Вот тогда я волевым усилием взяла себя в руки, и сказала себе, что стараюсь ради силы духа, а значит, можно и потерпеть какие-то неудобства и самоограничения!

Как ни удивительно мне это показалось, но у меня сразу же улучшилось настроение, я начала испытывать какое-то воодушевление, и поститься с удовольствием. Постепенно я начала замечать и другие позитивные изменения в своем состоянии. Так, я стала спокойнее и доброжелательнее, меня перестали раздражать многие вещи, раньше раздражавшие, в итоге улучшились мои взаимоотношения с людьми, и в жизни началась самая настоящая полоса везения.

Вот так я в первый раз поняла, что дисциплина духа в самом деле способна творить чудеса. А всего-то надо было – слегка приструнить свои инстинкты, настроиться на некоторые самоограничения, отказаться от излишеств.

С воодушевлением подошла я и к Великому посту. Думала, теперь-то мне будет легко! Но оказалось, это не совсем так. Довольно скоро я начала страдать от недостатка молочных продуктов. Но вскоре знающие люди посоветовали перейти на соевые продукты и употреблять побольше орехов и зелени, чтобы компенсировать недостаток кальция. И все же я думала, что выдержу разве что неделю в начале и неделю в конце, как советовала баба Марья. Но к своему удивлению, вскоре привыкла к постной пище так, что уже не захотела от нее отказываться.

Я выдержала весь пост, от начала до конца! Конечно, помогла мне в этом и молитва – я научилась молиться еще до поста, так как знала, что пост без молитвы – это никакой не пост, а просто-напросто ограничение в пище. Пост ведь не столько для тела нужен, сколько для души, а душе настоящую радость дает как раз молитва, к Богу, а ангелам, к святым обращение. Они слышат молитву нашу – и помогают в нелегком деле поста, от чего пост в настоящую радость превращается.

Только испытав это на собственном опыте, я поняла, почему святые, мистики всех религий постились всегда очень строго. Телом они могли казаться немощными, но энергетика у них была огромная. Оттого каждый человек, встретивший настоящего мистика (святого, иными словами), получал колоссальный заряд энергии. Потому-то в прежние времена люди на Руси перед началом любого дела старались получить благословение у старца. Такое благословение давало силы сделать дело как следует. Но силу можно получить и самостоятельно, если соблюдать пост.

Марья Петровна, верующая, православная женщина, так и говорила, что лучше всего «растят силу» православные посты. Их четыре: Рождественский, Великий, Петровский (Апостольский) и Успенский. Они распределены по году так, чтобы человеку было несложно их соблюдать. Во время поста нельзя есть мясо, яйца и молоко. При очень строгом посте запрещена и рыба, но это не для всех. Детям, беременным и больным вкушение рыбы не просто разрешено, но и вменяется в обязанность.

Бабушка Марья рассказывала, что тем, у кого не хватает силы воли соблюдать все посты и постные дни, надо хотя бы поститься за три дня до произнесения заговора, и еще три дня после – чтобы восстановить энергетику. Но это не очень удобный способ, потому что заговор может понадобиться в любой момент, не всегда есть возможность ждать три дня. Лучше быть всегда готовым!

Да, еще один очень важный момент: в пост надо не только в пище ограничения соблюдать, но и воздерживаться от супружеских отношений. На это расходуется большое количество энергии, которую потом надо восстанавливать месяцами.

Казалось бы, странно это и нелогично – в пост мы и питаемся скудно, и отказываем себе во многих радостях – а в итоге намного сильнее становимся! Почему? Да потому, что о душе своей вспоминаем – о том, что она тоже в пище нуждается, в пище духовной. Мы ведь привыкли больше внимания телу уделять, чем душе. А душа страдает от такого невнимания к ней. Оказывается, душа радуется, когда мы начинаем себя ограничивать в каких-то телесных радостях, от внешнего мира отходим на время и внутрь себя, к душе своей оборачиваемся. А душа наша – это частичка Бога, и когда мы этой частичке внимание уделяем, Господь в благодарность нам столько силы посылает, что становимся мы просто другими людьми. Внутренний свет зажигается, благодаря которому просто все что угодно становится нам по плечу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.