Барсов Алексеевич
Черта

Я судорожно пытаюсь нащупать ключи от машины в кармане своей куртки. Ничего. Неужели я обронил их? Этого совсем сейчас не нужно. Ощупывая карман за карманом, я все-таки нахожу ключи в джинсах.

В машине явно не хватает системы дистанционного открытия дверей, а еще лучше дистанционного включения двигателя. Но я, конечно, слишком много хочу от машины 70-х. Довольствуюсь тем, что есть.

Запрыгнув в автомобиль, я забросил обрез на соседнее сиденье. Тому копу явно не понравилась картечь в плече, если ту тварь вообще можно назвать копом. И почему я сразу не понял, что нормальные менты в это время ночи уже спят в кровати со своими женами. А этот попросил остановиться, высадил меня из машины, давай права проверять… Первый раз вижу такую тварь. Сожрать меня хотела. Ну ничего, посмотрим, кто тут охотник.

Вставил ключ в замок зажигания, повернул – ничего.

– Нет, не сейчас.

Повернул ключ еще раз. Машина ненадолго затарахтела и снова вырубилась.

– Давай, давай, давай!

В зеркале заднего вида показалась черная тень, истекающая странной жидкостью. На миг я обомлел, но быстро пришел в себя. Третий раз я повернул ключ, и в этот раз машина завелась.

– Господин офицер, я очень спешу, извините.

Тень подошла вплотную к багажнику и издала странный клокочущий звук. Я не стал ждать переговоров и вдавил педаль газа. Машина немного забуксовала на месте, колеса засвистели, и мы с моей ласточкой тронулись.

– Надеюсь, эта тварь не умеет бегать.

Мои надежды таяли с каждой секундой. Что-то очень быстро догоняло меня. Оно скакало на четырех лапах, мохнатое и крупное и с маленьким обгрызенным хвостом. Я выжимал из машины что было сил, но чудище нагоняло меня.

– Посмотрим, как ты покажешь себя на поворотах, офицер. Что там у нас по радио?

Включив магнитолу, я стал искать волну, которая ловит на этом участке дороги. После небольшого рябения нашел нужную частоту. Заиграла песня «Нас не догонят» группы «Тату».

Нас не догонят!

Я резко повернул, и меня стало заносить. Вывернув руль в сторону заноса, я медленно отпускал газ. Машина выровнялась, и я заметил, что съехал с асфальта на землю. Так, поворачивая раз за разом, я немного оторвался от монстра, но особого преимущества мне это не дало. Я остановился.

Небо уронит ночь на ладони.

Нас не догонят!

Нас не догонят!

Я развернул руль, включил заднюю передачу, машина ехала вдоль деревьев и кустов, порой цепляясь кузовом за часть листвы. В темноте да на заднем ходу я, по сути, ехал интуитивно. Критично не задев ни одного деревца, я остановился на месте, полностью заглушив машину и убавив музыку так, чтобы ее едва было слышно.

Ночь-проводник,

Спрячь наши тени

За облака, за облаками

Нас не найдут,

Нас не изменят.

Им не достать звезды руками…

Я дышал так, будто сам бежал от этого урода. Сердце колотилось как бешеное, я приоткрыл окно, чтобы стекла не запотели, и стал ждать тварь из темноты.

…И пустота на перекрестках,

И пустота нас не догонит…¹

Музыка немного утихла, солистки изредка повторяли фразу «Нас не догонят».

Впереди показалось какое-то животное, оно медленно выискивало меня по следам шин, по запаху. По запаху мяса. Рука застыла на ключе зажигания, готовая вовремя завести машину. Тварь подбиралась все ближе. Казалось, я слышу ее странное клокочущее дыхание и точно вижу все ее тело во всех подробностях: огромные мохнатые ноги, вместо рук лягушачьи лапы, тело наполовину мохнатое, а наполовину чешуйчатое. Башка, которая слилась с телом воедино. И глаза. Красные от напряжения глаза, смотревшие прямо на меня через лобовое стекло машины.

Не выдержав, я завел машину, и свет противотуманных фар пробил пучину темноты и вонзился в монстра. Он заклокотал – я ослепил его.

Нас не догонят!

Я вжал педаль газа в пол и с разгона врезался в волосато-чешуйчатого мента. Тело рухнуло на капот и проехало еще метров пять, пока капот не поцеловал сосну. Монстр дико завизжал. Его крик раздался по всей чаще. Машина издала свой почти посмертный рев и заглохла.

Я выключил радио, взял обрез и вышел из машины. Та часть монстра, что активно пыталась выкарабкаться, застряла между сосной и капотом машины. Черно-желтая жидкость облепила половину кузова. Тварь заметила меня и потянула свои лягушачьи перепонки в мою сторону. Я вытянул руку с обрезом так, что последний почти уткнулся ублюдку в лицо.

– Сосни.

Раздался выстрел. Коричневые мозги разлетелись по всему видимому мне лесу.

Я выдохнул. Победа над монстром – это, конечно, хорошо, но разбитая тачка – это ужасно. Я открыл дверь и сел за руль. Повернул ключ зажигания. Двигатель выдавил из себя больные хрипы и заглох. Я повернул ключ еще раз. То же самое. Еще раз. Снова.

– Дерьмо!

Даже будь я профессиональным механиком, не смогу починить свою старушку. Потому, оставив эту гиблую затею оживить полумертвое, я подошел к багажнику и открыл его. Здесь, в потайном отсеке, лежали патроны для обреза. Я перезарядил оружие и засунул его в карман куртки.

Тело монстра продолжало источать из себя странную жидкость. Там, где должен был быть ремень от штанов, виднелась кобура. Это был старый добрый пистолет ТТ с полным магазином. По всей видимости – наградной. Я содрал кобуру с урода и повесил себе на пояс.

– Что ж делать с тобой? Даже не сожжешь сейчас. Не видно ни хрена, еще лес спалю. Да и о чем это я? Моей канистры хватит только на то, чтобы зажигалку заправить.

Почесав голову, я принялся толкать машину от дерева. Чудище медленно стало скатываться с машины. Его желтая вязкая кровь запачкала весь капот.

– Люблю свою работу. – Взяв монстра за лягушачьи лапы, я дотащил его до багажника. – Тяжелый падла.

Туша кое-как влезла в багажник, а сам багажник кое-как закрылся.

Я забрал все нужные мне вещи, закрыл машину и двинулся к ближайшему мотелю. Интересно, куда я вообще свернул? К счастью для меня, по пути монстров более не попадалось, но и мотеля в течение 30 минут пешего пути я не встретил, уже хотел ночевать на сырой земле, но впереди показался свет. Это была вывеска. Вывеска мотеля. Немного ускорив шаг, я добрался до главного входа. Здание было небольшим.

Открывание двери сопутствовало звуку колокольчиков, которые раскрывали очередного посетителя. Холл оказался совершенно безлюдным, но через пару минут появился, по всей видимости, хозяин заведения.

– Номер есть?

– Десяток. – Хозяином был очень стареньких худенький дедушка в майке-алкашке.

– Эконом, пожалуйста.

– Триста ночь.

– Грабеж.

– На улице есть бесплатные места.

– Гостеприимно.

– Брать будете?

Я достал из внутреннего кармана бумажник и выложил три сотни.

– Номер 101, около туалета. – Старикан дал мне ключи и отправился смотреть телек в свою каморку.

Я подобрал ключи с барной стойки и двинулся к своему номеру. Можно было перечитать по пальцам номера на первом этаже и, думаю, столько же на втором. Потолок в коридоре от ресепшена до номера казался старым и гнилым. Он настолько был низок, что готов был вот-вот упасть на голову. Каждый шаг отдавался скрипом в половицах. Что-то скреблось по углам коридора. Кругом были развешены различные старинные портреты. Люди с них смотрели на меня отнюдь не веселым взглядом. Ужасная какофония сопровождала меня до самой двери.

Номер, как ни странно, был совсем не маленьким, в отличие от всего остального в мотеле. Здесь был небогатый, но тем не менее хоть какой-то интерьер: шкаф, тумбочка возле кровати, небольшой столик и кресло. Более того, постельное белье было абсолютно белым и ничем не пахло, что странно для такого заведения. Скинув с себя куртку и закрыв дверь, я пошел в ванную. Это была комната два на три метра с маленькой ванной и умывальником. Я не брезгливый, так что мне все равно, где мыться, главное – не вонять всякими монстрами. Не знаю, сколько я отмывал с себя слюни того козла, что запачкал мне тачку, но абсолютная темнота за окном говорила о том, что скоро рассвет. Не теряя времени, я повалился на жесткую кровать и провалился в глубокий сон.

Неприкосновенность тишины ночи была разрушена чем-то, что с огромной скоростью влетело в атмосферу маленькой, но обитаемой планеты. Этот небольшой объект смог не сгореть в атмосфере и продолжал свой полет, рассекая сгустки белого газа, называемого облаками. Объект с огромной скоростью приближался все ближе к Земле и в считанные секунды разбился о водную гладь местного озера, создав волну в полтора метра. Вероятно, небольшая часть любопытных жителей городка, неподалеку от которого разбился метеор, уже проснулись от странных сейсмических активностей и утром будут активно обсуждать это происшествие, но им мало кто поверит. А пока молодая звезда начинала потихонечку освещать эту часть планеты, из обломков метеора стала выливаться странная радужная жидкость, медленно оскверняя это озеро…

Открыв глаза, я сразу понял, что отлично выспался, а это значит, что прошла уже добрая половина дня. Солнце со всей осенней силой освещало комнату, а за окном раздавались различные звуки. Чуть привстав с постели, я почувствовал, что желудок готов съесть сам себя. Нужно найди здесь кафе. Надеюсь, оставшихся денег хватит, заодно найду работу: в таких мотелях обычно что-нибудь всегда есть.

Одевшись в свой стандартный набор для подозрительного путешественника: кеды, джинсы, рубашка и куртка, я вышел из номера и закрыл дверь.

На ресепшене, как положено, сидел тот самый старичок в майке-алкашке. Он быстро перевел взгляд на меня, а потом на свои кроссворды. Рядом с ним на красном кожаном диване сидела женщина лет тридцати. Светлые короткие волосы. Она читала газету и курила.

Я подошел к стойке:

– Есть где перекусить?

– Кофе – сто рублей. Яичница – двести, – не отрываясь от своего кроссворда, отвечал мне старик.

– А подешевле есть заведения?

– Ближайший продуктовый в двух километрах отсюда.

– Окей. А механик там есть?

Старик перестал обращать на меня внимание, записывая угаданное слово в газету.

– В городе есть кафе. Там же найдешь Игоря. Он поможет с машиной, – женщина скрутила газету положила ее на стол, затянулась.

– Большой город?

– Не очень, но все, что тебе нужно, ты найдешь, – она еще раз затянулась и потушила сигарету об пепельницу.

– Спасибо. Ты тоже не здешняя?

– Не угадал, я как раз тут живу.

– Прямо в этом мотеле?

– А в чем проблема?

– Проблем нет. Спасибо за помощь.

– Приходи, как закончишь все дела, воспользуешься моими услугами.

– Ты работаешь?

– Двадцать четыре часа в сутки.

– Что же за работа такая?

– Психолог-массажист, – сказав это, женщина улыбнулась. Она была немного накрашена. Если бы я не любил отмечать детали, может, и вовсе не заметил бы ее макияжа.

– Что ж, психолог в такой глуши – это редкость. Ладно, не прощаюсь.

Женщина проводила меня своим заинтересованным взглядом до самого выхода, а потом снова принялась читать газету.

Два километра прошли довольно быстро. Городом ту деревню, что я встретил, было назвать довольно сложно. Помимо скота, что разгуливал по дорогам, я смог запомнить еще несколько атрибутов сельской жизни. Кругом сено и навоз. Поспрашивав нескольких прохожих, я узнал, что кофейня находится в центре города, а это уже довольно близко. И не обманули, через пару сотен метров город стал немного меняться. Появились двухэтажные дома. Дерьмо на дорогах и различные виды птиц исчезли из моего поля зрения, а прямо перед глазами виднелась вывеска кафе.

И снова открывая дверь заведения, я слышал знакомый звон колокольчиков.

– Эта штука в каждом здании что ли есть?

– Добрый день! – поприветствовал меня стройный парень за стойкой.

– Добрый. Меню, пожалуйста.

Парень с улыбкой до ушей протянул мне меню.

– Кашу овсяную и кофе со сливками без сахара.

– Спасибо за заказ!

– Слушай, а есть здесь человек по имени Игорь? Говорят, машинных дел мастер.

– Игорь? Прямо до конца и направо. Первый дом слева. Что-нибудь еще желаете? – Парень все так же натягивал улыбку на лицо. Умиляюсь таким людям.

– Да, слушай, а тут никаких странных дел не происходит у вас?

– Странных? – улыбка на лице паренька сменилось недоумением. – Да нет, у нас все спокойно.

– Ну, может, по ночам что-то шумит, спать не дает? Или о заброшенной психбольнице, может, какие легенды ходят?

– Да нет, вот этой ночью ток что-то громыхнуло под утро, будто землетрясение небольшое.

– Это не то…

Парень пожал плечами, снова натянул улыбочку и скрылся за занавеской в кухню.

Через 10 минут мой завтрак был готов. Я быстро, по-солдатски, умял кашу и так же быстро, но не слишком, выпил свой кофе, оставил деньги и побрел в сторону дома Игоря.

Когда я представляю дом у себя в голове, то вижу маленькое одноэтажное задние, но никак не коттедж с огромной прилегающей территорией, амбаром и курятником…

Игоря искать не пришлось. Он махал мотыгой у себя на поле. Я подошел ближе.

– Добрый день. Вы Игорь?

– Ну я. А ты кто? – Игорем был мужчина старше пятидесяти лет. Он был довольно крепкого телосложения, с бородой и короткой стрижкой. Стереотипный деревенский мужик.

– Кирилл, – я протянул руку. Игорь пожал ее. – У меня в трех километрах отсюда машина разбилась. Теперь уехать не могу. Повезло, что рядом городок ваш. Говорят, ты в машинах разбираешься. Может, съездим, посмотрим мою?

– Ну поехали. – Игорь бросил мотыгу и, сделав знак рукой, пошел в сторону своего гаража. В нем стоял небольшой эвакуатор с краном управления на кузове.

– Садись. Показывай дорогу.

Мы ехали молча, лишь изредка я показывал, куда поворачивать. Через 10 минут мы были у машины. К моему счастью, эта старушка никому не нужна. Или ее просто никто не нашел.

– Ешкин кот, это ж Тойота Карина 76-го года выпуска. Раритет, блин! Праворукая. Ты как на ней ездишь, блин?!

– Праворульная, да привык уже.

– Это ж сколько ей лет-то? Как она не заржавела-то за это время?

– Стояла в гараже, ждала своего часа.

Несколько минут Игорь ходил вокруг машины и восхищался, как же отлично я ее сохранил.

– Как ты ее бедную так в сосну-то всандалил? И брызги какие-то на капоте. Это что? Сбил кого?

– Да саранча о лобовое разбилась, мне обзор закрыла, и я влетел.

– Саранча? Так не сезон же. Это к беде. Эх, ну потрепало ее знатно.

После 5 минут рассуждений об ужасной саранче Игорь все-таки сел в машину.

– Боже, какой салон! Нет, ну ты, ценитель, слушай. А что… что у тебя на заднем сиденье?

– Это сабвуфер.

– Сабб… чего? – лицо Игоря исказилось так, будто он съел кислый лимон целиком.

– Колонка большая.

– Сабвуфер… тебе шестнадцать что ли?

– Ты машину-то мне починишь?

После моего вопроса Игорь попытался завести машину, но в этот раз она не издала почти ни единого звука.

– УУУ. Тут работы недели на две.

– На сколько?! Слушай, да я сам, если что, тебе помогу, раньше совсем никак?

– Ты, может, мне поможешь поле вспахать и свиней накормить? Машины – это мое хобби. А пропитание – оно все на поле. Плюс ко всему нужно запчасти искать. Не факт, что у меня все есть. Расплачиваться-то чем будешь?

Я достал из кошелька последние наличные и сунул их Игорю.

– Остальное – как сделаешь.

Игорь кивнул и стал привязывать машину к крану так, чтобы ее передняя часть висела в воздухе.

– А где здесь можно найти работу или посмотреть что?

– Посмотреть особо нечего, можешь на кладбище зайти, там много интересных людей захоронено, – после этих слов Игорь засмеялся. – Ой, ну еще музей у нас есть. Ну если верующий, загляни в церковь святого Иоанна. А работа… какого рода работу ищешь?

– Ну… скажем, я люблю нечто странное искать. Может, кому по ночам что мерещится.

– Загляни к гадалке нашей – бабе Маше. Может, найдешь работу себе. Она через двор от меня живет.

Закрепив машину к крану, мы сели в эвакуатор и поехали в деревню.

– Ты куда ехал-то?

– Никуда. Путешествовал.

– Хмм… а родом откуда?

– Дорога – мой дом.

– Ты чоита загадками-то говоришь? Ну не хочешь разговаривать – не надо. Давай помолчим. Но машина у тебя хорошая. Ты не боись – починим, – Игорь вел со мной свой монолог до самого дома. Видимо, увидев мою машину, он немного подобрел. – Ладно. Если понадобится чего – заходи, – Игорь явно был рад тому, что будет возиться с Тойотой целых две недели. Видимо, его хобби приносило ему много приятных мыслей и чувств.

Поставив тойоту в мастерскую, он еще раз прошелся вокруг машины и попробовал открыть багажник.

«Дерьмо, я же забыл про монстра!»

– А чо из багажника так воняет? – Игорь чуть отшатнулся и прижал нос рукой.

– Там…продукты, пропали. Замок заело, открыть не могу.

– Так давай вскрою.

– Не стоит. Я сам могу, просто жалко замок. Как решусь… Так сразу вскрою. А ты не трогай капот. Я платить за него не буду.

– Ну как хочешь. Мое дело предложить.

– Удачи, – я кивнул и развернулся в сторону выхода.

Это был сильный промах. Забыть про монстра в багажнике – это ошибка. С другой стороны, где бы я сейчас нашел бензин для того, чтобы его сжечь? Денег-то нет. Ладно, что сделано, то сделано. Главное, чтоб этот Игорь не решился ради интереса капот вскрыть. И ладно он бы его просто вскрыл. Я слышал, многие монстры имеют сильную регенерацию. Даже после смертельных повреждений могут встать и жить как ни в чем не бывало. Какой же я идиот! И ведь никак теперь это не исправишь.

Я сделал глубокий вдох и двинулся к дому гадалки.

У бабы Маши был довольно активный двор. Здесь всюду играли дети, бегали куры и утки, лаяли собаки, а кошки вылизывали свои шубки. Искать дом долго не пришлось. Только местные узнали во мне незнакомца, сразу поняли, что я желаю познакомиться с их местной знаменитостью. Как оказалось, в бабку лет 40 назад якобы вселился бес – Пошибка. Такие бесы, как правило, не очень опасны. Они могут доставлять неудобство своим носителям, но очень редко окружающим людям, если, конечно, те не спровоцируют Пошибку на агрессию. Вывести такого из человека не получится, это до конца жизни, потому шел я к этому существу с миром. Было видно, что многие к этой теме относились скептически, а некоторые и вовсе со смехом. Так или иначе, мне выпал жребий проверить эту женщину, а заодно, если повезет, узнать будущее. Я сталкивался с разными монстрами и бесами, и не верить просто не могу, но с предсказаниями… Это совсем иное.

Я постучал в деревянную дверь дома номер девяносто девять. Ответа не последовало. Постучал еще.

– Войдите! – еле уловимо дошло до меня это слово.

Я отворил дверь. В доме было довольно темно и немного душно. Все комнаты были завалены разным советским хламом, в некоторых местах отваливались обои, а потолок сыпался мне на голову. Я не стал искушать судьбу и прошел далее по коридору на кухню. Около старой печки крутилась бабушка. Она не сразу обратила на меня внимание, что-то готовила.

– Здравствуйте. – Кухня была довольно маленькой, здесь с трудом бы уместилось четыре человека.

– О! Здравствуй, внучок. Блинчиков хочешь?

– Спасибо, баб Маша, я не поесть пришел.

– Тебя как зовут-то? – женщина выглядела довольно бодрой и счастливой, не скажешь, что в нее кто-то вселился.

– Кирилл.

– Знаю, зачем пришел, Кирилл. Но, к сожалению, сегодня Иван Сергеевича нету, так что ничем помочь не могу. – Женщина отвернулась и продолжила готовить свои блины.

Я стал вспоминать все, что знаю о Пошибках, и, к счастью, что-то интересное всплыло почти сразу.

– Очень жаль, а я тут Ивану Сергеевичу пирог из лягушачьих лапок принес. – В этот момент женщина резко подняла голову к потолку и замерла на месте. – Нужен вам пирог-то из лягушек, Иван Сергеевич?

– Чего хочешь? Говори быстро! – бабушка стала говорить как бы про себя и на вдохе. Ее голос стал низким и быстрым, будто она торопится.

– Так вот проверить тебя пришел, Иван Сергеевич, говорят, ты будущее предсказываешь.

– Ооо, дальняя дорога тебя ждет, эээ хехехехех, – бабушка смеялась быстро, будто в перемотке.

– Ну не хочешь говорить – не надо, – я стал уходить, и в это время Пошибка заговорил:

– Встретишь здесь своего заклятого врага, того, кого будешь ненавидеть. Твое оружие он использует против тебя. Много партий ты сыграешь и один раз проиграешь.

Пошибка замолчал, а бабушка снова согнулась и опустила голову. Постояв так секунд десять, она пододвинула к себе стул и села на него, явно уставшая.

Я молча направился к выходу.

– Он если не со злобой говорит, то не навлекает на человека беду. С тобой он не со злобой говорил. Так что может и не сбудется ничего.

– До свидания, – выйдя из дома, я почувствовал, как дышать стало намного легче, будто за порогом я оставил тяжкий груз.

– Ну что, узнал судьбу, красавчик? – будто из ниоткуда донесся до меня голос молодой девушки. Прислонившись к углу дома, она взирала на меня, сложив руки на груди. Это была девушка лет восемнадцати, не больше. Она пристально смотрела на меня своими ярко-зелеными глазами, видя двадцати восьми летнего мужчину, с короткими темными волосами и редеющей сединой на висках, щетиной на лице и неплохой физической формой. Девушка носила короткую черную юбку, белую майку и черно-белые кеды. Видимо, черный был для нее цветом жизни, так как волосы у девушки тоже были ярко-черными.

– Тебе чего?

– Слухи в городе распространяются в считанные секунды. Слухи про новых мужчин тем более. Хочу узнать тебя.

– Извини, мне нет дела до несовершеннолетних знакомств.

– Это ты зря по внешности судишь. Ты ищешь работу, ведь так? Заходи ко мне завтра, в любое время. Я дам тебе работу, а ты уже сам решишь, твоя это тема или нет. – Девушка объяснила, где находится ее дом, и поспешила уйти…

– Скажи, где здесь найти музей? – прокричал я ей вдогонку.

– Обернись и топай метров 300 по прямой. Уткнешься в вывеску.

Я проделал сказанные действия. Музей представлял собой обычное двухэтажное здание с колоннами классического периода. К моему счастью, музей был открыт. Пройдя внутрь, я услышал звон колокольчиков.

– Да что за…

– Кхм! Добрый день, чем могу помочь? – меня встретил полненький лысеющий мужчина. На его рубашке красовался бейджик: Анатолий Яковлевич – директор.

– Здравствуйте. Я хотел бы посмотреть ваш музей.

– Посмотреть музей? Кхм… последний раз люди хотели посмотреть мой музей лет пять назад…

– Так вы проведете мне экскурсию? Только денег у меня…

– Конечно, конечно. Сюда все равно никто не ходит. Пройдемте в первый зал, – мужчина указал мне на арку с черными занавесками.

Я уверенно вошел внутрь. Сначала глаза не могли привыкнуть к темноте, но через пару секунд я смог оглядеться. Вдоль стен висели картины, посвященных войне 1812 года, стояли несколько шкафов с различными столовыми приборами. Был один застекленный шкаф, с манекеном, одетым в шинель солдата отечественной войны. Манекен держал в правой руке саблю. В центре же зала на постаменте располагалась небольшая пушка.

– В 1812 году нескольким солдатам из армии Багратиона дали приказ создать здесь небольшой командный пункт. Через несколько дней к этому командному пункту подошел небольшой полк французских солдат. Наши, их имена стерты из истории, хотели дать бой, но французы ушли. Война кончилась. А на месте командного пункта появилась деревенька. Солдаты остались тут, зажили обычной крестьянской жизнью. Картины, к сожалению, не имеют ничего общего с нашим городком, но вот шинель, шпага и пушка – настоящие.

– Вау. Порох и ядра имеются?

– Конечно. Все в полной боевой готовности, в теории. Делать в музее нечего, потому я периодически чищу все оружие здесь. – Вот так просто он выдал мне информацию о том, что оружие в музее в теории, но можно использовать. Да, видимо, жизнь в деревне делает людей слишком доверчивыми и простыми. – Пройдемте в следующий зал.

Второй зал был несколько больше предыдущего, и он был посвящен Великой Отечественной войне. Здесь так же вдоль стен висело много картин и фотографий, много различных шкафов с флягами, мундирами, шинелями, погонами и орденами. В центре зала стояла длинная стеклянная тумбочка. В ней лежал один наган, маузер и пару вальтеров, а также патроны к ним.

– Зал, конечно, больше предыдущего, но менее интересный. В годы войны мимо проходил отряд немцев, и, как это ни странно, они тоже просто ушли мимо деревни. Одежда и снаряжения – это тех солдат, что вернулись сюда с войны. А оружие я откопал в лесу рядом.

– Странно, второй раз подряд никто из иностранных солдат не желает входить в город.

– Согласен, этот факт мне не дает покоя уже двадцать лет, с тех пор как я мальчишкой о нем услышал. – Директор почесал свою лысину и молча указал мне на третью арку. Мы вышли в узкий длинный коридор, увешанный картинами в больших толстых рамках. Они изображали самые различные сюжеты: военные, мирские, церковные. Пройдя до середины, я обратил внимание, что одна из рамок чересчур большая для обычной картины, и был прав. То была не картина, а автомат ППШа.

– Это мой любимый. В полной целостности, – Анатолий Яковлевич довольно улыбался, глядя на ППШа. – Чищу его каждую неделю.

– Патроны к нему есть?

– Кхм… ну… гильзы. Но это не все, чем я могу вас удивить! Давайте двинемся дальше. – Почувствовав, что директор явно лукавит, я решил на него не давить. В этот раз мы вышли в центральный зал музея. Это было полукруглое помещение. Две лестницы, ведущие на второй этаж вдоль стен и соединяющиеся на втором этаже, образовывали полукруг, в центре которого стоял знаменитый пулемет Максима.

– Красавец! – казалось, что то ли от восторга, то ли от того, что на его оружие наконец кто-то смотрит, кроме него самого, директор вот-вот заплачет.

– Где вы его нашли?

– Во время Второй мировой он каким-то образом попал сюда. Документов на него нет, даже и не знаю.

Пулемет на вид был в отличном состоянии. Свежие следы краски и оружейного масла. По всей видимости, директор не просто пыль с них счищает. Может, стреляет иногда?

Несколько секунд мы с директором молча смотрели на эту механическую машину смерти. Первым отозвался я:

– Что ж, Анатолий Яковлевич, все это очень интересно, но мне, пожалуй, пора, я обязательно зайду к вам еще.

– Да, конечно, можете не идти через все эти коридоры, пройдите прямо в эту дверь, а затем направо. Это черной вход, он всегда открыт. – Да что ж за идиот? И все выходы у него открыты. Хорошо, видимо, в этой деревеньке жить. Не ворует никто, не обманывает даже.

– Спасибо за интересную экскурсию.

– Не за что, вам спасибо! Кирилл! – окликнул меня директор музея, когда я уже почти вышел из зала. – Вы надолго у нас?

– Относительно.

– У города скоро день рождения. Мы закупили много пиротехники. Оставайтесь.

И снова я мысленно бью себя по лбу.

– Что я, салютов не видел никогда? Так или иначе – спасибо.

Когда я добрался до мотеля, солнце почти село. Чтобы успеть до заката, я немного срезал путь, так что оказался не у главного входа, а позади здания. Здесь, на заднем дворе, скрытый от всех стоял старый дуб. В флоре я особо не разбираюсь, но могу поклясться, что дубу больше сотни лет. Это было большое и величавое дерево, странно, что в окна отеля его не видно, видимо, окна из моего номера выходят на другую сторону.

Как и у музея, в отеле имелся черный ход, но, к несчастью, он был закрыт, так что мне пришлось идти к парадной.

Как и вчера, у стойки администрации меня встретил недовольный старик. Я дал ему девятьсот рублей, продлив номер еще на три дня. Надеюсь, за это время я смогу найти работу, иначе по истечении времени я буду спать в сломанной машине.

– Не хочешь сыграть в шахматы? – раздался за моей спиной женский голос. Это была та самая дама, что помогла мне утром.

– Хорошо играешь?

– Вот и узнаешь, – усмехнулась она моему вопросу.

Мы сели в холле напротив друг друга в небольшие кожаные кресла.

– Мое имя ты уже знаешь, как насчет твоего?

– В моей работе не раскрывают настоящих имен. Зови меня Агнесс, – она достала из своей сумки пачку тонких сигарет, вытащила одну и закурила.

– Второй раз ты заинтересовываешь меня своей работой.

– Как будут деньги, я готова показать, что умею.

– Массажист-психолог?

– Точно. – Шахматы были ручной работы. Не самые дешевые в своем качестве, но видно, что автор, сделавший их, страдал от творческого кризиса. По крайней мере, так мне показалось на первый раз.

– Черные или белые?

– Белые. – Агнесс затянулась и выдохнула дым от сигарет в сторону. Утром я был немного не выспавшийся, и потому понимать, что за женщина передо мной, мне не хотелось. А зря. Она была странно – симпатична. Почему странно? Вот такая ассоциация пришла в голову. Учитывая, что я больше интересуюсь работой, нежели женщинами, услышать от меня «симпатичная» – большой комплимент. Если говорить более объективно, то Агнесс была женщиной средних лет, или, правильнее сказать, девушкой примерно моего возраста, с карими глазами, светлыми короткими волосами. Присматриваясь к ней, я начинал понимать, что в ее поведении и взгляде есть некая магия.

Мы молниеносно обменялись первыми ударами. Я забрал у нее слона, а она моего коня. Честный обмен. Почти.

– Где твой дом, Кирилл? – неожиданно спросила Агнесс, разбавив тишину этим вопросом.

– Дорога – мой дом.

– Хорошая песня. – Мы обменялись взглядами. Она язвила?

Еще несколько фигур с обеих сторон отправились в коробку. Она неплохо играла для человека со странной работой…

– Мат.

– Что? – Ее глаза сделались большими и круглыми от удивления. Она явно не ожидала мата ладьей.

– Мат, говорю.

– Да пошел ты. – Она встала, быстро собрала оставшиеся фигуры в коробку, яростно затушила сигарету о пепельницу и ушла.

– Нужно уметь проигрывать, – сказал я вслух, а про себя подумал, что такая обида на незнакомого человека – довольно странное поведение.

Тишина повисла в огромном холле мотеля. Старичок-администратор куда-то пропал пока мы с Агнесс играли. Я встал с кресла и заглянул в его каморку, где он обычно втыкает в свой небольшой квадратный телевизор. Старичка не было. Стоит осмотреться. Старая привычка – проверять местность, в которой мне придется пребывать какое-то продолжительное время. Сначала я решил пройти весь первый этаж. От холла здесь шло два коридора: направо и налево. Вдоль коридоров располагались номера отеля. В конце каждого был туалет. Висели картины. Какие-то я видел впервые, некоторые были широко известны. Я осмотрел все, и казалось, что я вижу небольшую связь во всех картинах. У них была славянская стилистика. Так или иначе, первый этаж ничем особым меня не привлек. Я поднялся на второй. Коридор влево и вправо. Все так же. Только картины более мрачные. Не слишком-то привлекательно для мотеля, если только ты не любитель ужасов. Второй этаж уже не был таким тихим, как первый. Каждый мой шаг ознаменовывался скрипом половиц. Старая халупа, а не мотель. И как я еще не увидел ни одного таракана? Дойдя до конца очередного коридора, за одной из дверей я услышал неразборчивое пошептывание. Я приложил ухо к двери. Разобрать, что говорили, было невозможно, будто не на русском, но все же близком к этому языку. Медленно прикоснувшись в круглой ручке двери, я попытался открыть дверь. Закрыто. Как только я немного толкнул дверь, шепот исчез. Что ж, пора сваливать в свой номер и ложиться спать.

Запах благовоний ударил мне в нос и разбудил. Видимо, дым от жженых растений шел из открытого окна. Подойдя к окну, я ничего не увидел кроме ветра. Может, кто-то медитирует в соседнем номере?

Я оделся и вышел в коридор. Как оказалось, все соседние номера были пусты. Чтобы не упустить аромат, я решил пропустить завтрак, хотя живот разрывался от урчания – последний прием пищи был вчера утром?

Выйдя на улице, я почувствовал, что запах усиливается. Чутье подсказывало, что нужно идти к дубу. Обойдя здание, я оказался у старого дерева. На нем висело что-то похожее на кадило. Именно это приспособление источало этот утренний запах.

– Кто-то решил изучить уроки утренней медитации? – пройдясь вокруг дуба, я обнаружил, помимо благовоний, еще и следы чего-то темно-красного на земле. Почти засохшего. Крови…

Снова обойдя здание, я вошел внутрь. На ресепшене сидел дед.

– За мотелем на дубе кто-то жег благовония. Они разбудили меня…

– Это я забыл снять. Зарядку по утрам делаю, – ответил дед грубым тоном.

– И часто вы так занимаетесь?

– Тебе какое дело?!

– Просто ваша зарядка, видимо, вредит вашему здоровью. На земле была запекшаяся кровь.

– Агм… Хм… Да это… Не знаю я никакой крови… не видел ничего! А ты в чужие дела не лезь! И вообще под тем дубом не разгуливай! Это моя территория! Быстро тебя с мотеля выгоню и деньги не верну! Понял? – старый хозяин мотеля, плюясь, забежал в свою каморку и захлопнул дверь. – Ходят они, знаешь ли… Под великим… Суют свой нос куда ни попадя, – продолжал бухтеть старик.

– Старый хрен, – послышался за моей спиной знакомый женский голос.

Я обернулся. Агнесс держала в руках игральную доску.

– Хочешь отыграться?

Она молча прошла к креслам в холле, села на одно и стала раскладывать шахматы.

В этот раз она играла во всю силу. Я понял это с первого хода. Она обдумывала каждое свое решение. Не рисковала и к обмену фигур относилась с осторожностью, понимая, что за обменом стоит некий обман. Вся игра шла в абсолютном молчании. Даже немного скучно.

– Ты увлеклась защитой. Мат через три хода.

– Да как ты… – Она откинулась на спинку кресла, достала сигарету и быстро закурила. – Меня давно никто не обыгрывал.

– Это же хорошо. Сильный соперник развивает.

Ее карие глаза быстро стрельнули в меня. Я видел, как она снова хотела меня послать, но сдержалась. Гнев превратился в интерес:

– Еще раз?

– Нет, мне нужно найти работу, иначе помру с голоду. Можем сыграть завтра.

Агнесс собрала фигуры в коробку и ушла восвояси.

Прежде чем идти в город, мне нужно было собрать кое-какие вещи, потому сначала я зашёл в свой номер. Быстро сложив пистолет в кобуру, я уже собрался выходить, как в дверь постучали.

За дверью стояли двое мужчин, постарше и помоложе. Тот, что постарше, носил усы, такие были популярны у людей из Союза.

– Добрый день. Майор Степняков и сержант Грудко, – усатый майор приложил к голове руку. По каким-то причинам менты были в штатской одежде.

– Чем могу помочь?

– Мы бы хотели задать пару вопросов. – Сержант был совсем молодой. Я бы сказал, еще ребенок для работы в полиции, хотя какая у них работа в такой глуши…

– Задавайте.

– Для начала хотелось бы посмотреть на ваши документы, – продолжил Степняков.

Я быстро нашел в куртке свой паспорт и отдал усатому.

– Гражданин Кирилл Алексеевич Марков. Скажите, давно вы заселились в номер?

– Пару дней назад.

– С какой целью в нашем городе?

– Мимо проезжал, машина сломалась, пришлось остаться. – Они сюда не просто так пришли… Ищут пропавшего мента… Твою…

– А по какой трассе в город заезжали?

– Думаете, я каждую трассу наизусть знаю? Ночью приехал, темно было, знаки не рассматривал.

– Машину у Игоря оставили?

– Так и есть.

– Есть время с нами пройтись до машины?

– Вообще-то не очень.

– Куда-то торопитесь? – вступил в разговор Грудко.

– Господа, а что собственно случилось?

– На въезде в город пропал местный гаишник. Уже два дня как нет. Пропал ночью.

– Меня подозревают?

– Скажите, собираетесь ли вы покидать город в ближайшую неделю?

– Нет.

– Можете быть свободны.

– Что ж, надеюсь, ваш гаишник не запил, а то неприятно будет потом извинятся, – от этих слов сержант вскипел, но говорить ничего не стал. – Если попробуете обыскать мой номер, то ждите звонок администрации.

Я закрыл дверь и пошел на выход. Это все очень плохо. И ведь этот ментозавр был не просто перевоплощенным человеком, он жил как человек, раз его спохватились. Починят машину – сразу валю.

Денег у меня практически не осталось, так что ни в кафе, ни в какой-либо продуктовый я заходить не стал, а направился прямиком к черноволосой девушке, что хотела дать мне работу. Странная барыня, откуда она знала, что я ищу работу? И с чего она взяла, что я возьмусь за то, что нужно ей? В любом случае другого варианта не было.

Ее дом находился где-то на окраине города. Буквально в метрах трехстах стоял густой сосновый лес. Сам же дом сильно отличался от остальных. На крыше висела спутниковая тарелка, окна были пластиковые.

Подходя к участку ее дома, я услышал чей-то жаркий спор.

– Она уже три курицы у меня сожрала! Не кошка, а тварина!

– Вы бы следили за своими курицами, и никто бы никого не съел. А обзываться, пожалуйста, прекратите, ей не приятно!

– Нет, вы посмотрите! Не приятно! А кто мне возместит ущерб за трех куриц?! Да чтоб я еще раз…

– Наталья…да вы б так не… не… ругались, – вмешался третий, немного заикающийся голос.

Я подошел ближе и смог разглядеть всех участников спора. У входа на садовый участок стояла та самая девушка, держа на руках черную как смоль кошку. В паре метров от нее стояла женщина лет пятидесяти, а рядом с ней молодой мужчина. Мужчина, видимо, был церковнослужитель, так как на нем был надет балахон послушника.

– Еще раз я увижу вашу кошку на своем участке, голову ей на ваш забор насажу! – женщина поспешила уйти, наверно, мой приход ей не понравился.

– Кристина, ты бы п-п-перестала кошку свою пускать на…

– Хома, у тебя там служба не началась? Не видишь, ко мне гость пришел? Иди давай!

Хома неуверенно посмотрел в мою сторону, глубоко вздохнул и пошел по своим делам.

– Проходи, – девушка по имени Кристина сверкнула глазами, развернулась и прошла в дом. Я не стал медлить и сделал, как мне сказали.

Дом был очень просторный. Казалось даже, что внутри он будто больше, чем снаружи, но, скорее всего, это иллюзия теней и света. Первое, что бросалось в глаза, – это чистота и порядок. Второе – это вкусный запах, доносящийся из кухни. По всей видимости, мне нужно именно туда.

Чем дальше вглубь квартиры, тем больше я начинал сомневаться, в том ли я все еще городе. Посреди кухни находилась барная стойка. Там же высокие стулья. Я подошел к стойке и сел за нее.

– Тебе первое или второе? – не дожидаясь моего ответа, девушка положила передо мной тарелку борща.

– Но…

– Ты хочешь. Ешь.

Я и правда хотел есть. Что ж, если так заставляют, я не могу не подчиниться. Последующие пять минут я уплетал огромную тарелку борща за обе щеки. Не объесться было тяжело, но мне хватило силы воли отказать от порции добавки и части хлеба. Кристина забрала у меня тарелку и столовые приборы, сразу их вымыла.

– Крепкого не предлагаю, ты откажешься, а вот пару бокалов красного…

– Так, стой. Что происходит?

– У нас много времени, я слышала, ты играешь в шахматы, сыграем?

– Много времени до чего?

– Считай, что это часть твоей работы.

– Послушай, все было вкусно, спасибо, но ты ведешь себя максимально странно, может, объяснишься?

Девушка посмотрела на меня осуждающим взглядом, будто я испортил ей некую игру.

– Ты пришел за работой, так? До того, как я ее тебе выдам, нужно немного подождать и познакомиться. Тебе нужно понять, кто я. Ну так бокал красного и партейку?

Мы играли часов пять не только потому, что она была очень сильный игрок. По большей части, мы много разговаривали, отвлекаясь на что-то постороннее. Она рассказывала мне различные местные слухи. Я много узнал о том парне из кафе, Игоре, тех ментах, что приходили сегодня, о послушнике… Было довольно весело. В конечном счете я у нее выиграл, хотя это было сложно. Она будто читала мысли…

– Оу, время уже вот-вот… Вино у меня кончилось, но есть кое-что покруче. – Девушка быстро куда-то испарилась, а через пару минут снова оказалась возле меня: – Держи.

– Что это? – она тянула мне бокал с какой-то зеленой густой жижей.

– Тебе понравится.

– Я не пью незнакомые жидкости.

– Да ладно тебе. – Кристина залпом выпила свой бокал. – Видишь?

Я долго и пристально смотрел на нее, пытаясь прочитать. Но либо она была проста, как ребенок, либо передо мной стоял дьявол, умеющий скрывать то, что я обычно раскрываю на лицах людей, если они что-то задумали.

Смотря на нее, я понял, что она молода и безумно красива. А также сексуальна. Повторюсь, я редко обращаю внимание на девушек в таком контексте. Чертово вино…

– Что-то крепкое?

– Даже не почувствуешь, но эффект… – слово «эффект» она протянула. И почему я хотел довериться? Чутье говорит, что все будет хорошо? Может быть. Я взял бокал и сделал глоток. Горькая жидкая вязь стала медленно скатываться комками по моему горлу. Осушив весь бокал, я отдал его Кристине.

– Дерьмо редкостное.

Девушка улыбнулась:

– Пошли.

Мы оделись, Кристина закрыла дверь, калитку. На улице было темно и тихо. Ни единого ветерка. Я глубоко вздохнул. Немного отпустило.

– Куда мы?

– На местную вечеринку.

– Это еще зачем?

– Нужно же познакомиться со всеми местными.

– Да я ненадолго здесь.

Кристина ничего не ответила. Она шла чуть впереди и ни разу не обернулась. Через десять минут молчаливой ходьбы до ушей донеслась ритмичная и басовая мелодия. С каждым шагом она усиливалась. По всей видимости, мы пришли в местный и единственный Дом культуры, потому как народу тут было очень много. Молодежь распивала спиртное, курила, мусорила и дралась.

– В приятное место ты меня привела. Часто тут бываешь?

– Нет, – злобно ответила Кристина, будто сама ненавидела это место.

Внутри было относительно не плохо для деревенского клуба. Просторно и чисто. Музыка не долбила в уши – колонки были не самые дешевые. В другом конце от входа виднелась барная стойка, вокруг которой столпились люди.

– Побудь тут. Мне нужно отойти, – прокричала Кристина, чтобы я ее услышал.

Я немного походил, рассматривая округу, и оказался рядом с диджеем и не постеснялся начать с ним разговор. Выяснилось, что его зовут Артем, он приехал сюда к другу из города побольше и привез с собой всю музыкальную аппаратуру. Мы обменялись предпочтениями в музыке и сошлись на том, что если включить здесь группу Queen, то нас побьют. Разговор прервала Кристина, которая попросила включить что-нибудь для нее, и повела меня танцевать.

Но я ведь не танцую, просто не умею это делать. Потому пытался слинять, но девушка была настойчивой. В голове стало сильно мутнеть, наверно поэтому я и согласился. Сколько же мы выпили вина? Ощущение было, будто словил дурман. Казалось, я танцую один, но со всеми. Казалось…

– Да, современные танцы не для тебя, старик, – звучал едкий женский голос в моем ухе. Кто-то явно потешался надо мной. – Надеюсь, голова у тебя не болит? Отвара глоток и тебя унесет.

– Что?

– Ха-ха-ха, расслабься!

– Какого черта? – Все было как в тумане. Женский голос глумился надо мной. Нет. Не надо мной. Он был во мне. Он приставал ко мне!

В один момент все знания будто вылетели из головы. Вопросы, которые волновали ранее, стали более не важны. Кто-то танцевал для меня. Не знаю, кто эта девушка, но она очень жарко танцевала. Весь ее танец был для меня. Танец-соблазн. Руки гладили мое тело и пытались возбудить. Я ее хотел. Эти черные волосы…

В момент, когда желания почти победили мозг. Пришло резкое понимания этого стеба надо мной. А также понимание, что это был за последний напиток.

– Ведьма ты сраная! – я оттолкнул чье-то тонкое фигуристое тело и, почти падая, пытался найти дверь, которая, я точно помню, была где-то в этом пространстве, между двумя грибами… Вот черт.

– А ты упрям. Обратно сам дойдешь в таком случае.

– Иди к хренам, ты, маленькая пискля!

– Ахахахахах.

Доверясь мышечной памяти, я почти полз до места своего сна. Не знаю, попал ли я туда, куда нужно, или нет, но, ощутив что-то мягкое, я почти уснул, как вдруг… Туалет перед глазами и жуткое желание стошнить все из себя.

– Не смей блевать! – закричало что-то у меня в голове. Это был голос Кристины. Я опять ей поверил. Но почему в этот раз?

Снова что-то мягкое под головой.

Проснулся я явно не в своей постели и, к счастью для себя, не голый. На тумбочке рядом стоял стакан воды. Я выпил все залпом, поставил кружку назад на тумбочку и лег на кровать валяться дальше. Чуть придя в себя, я попытался вспомнить, где нахожусь. Не получив ответа из головы, я решил узнать ответ у хозяина квартиры, подозревая, что найду хозяйку.

Кристину я нашел в гостиной. Она сидела, сложив ноги под своей пятой точкой, в кресле и читала книгу.

Я не успел задать ни одного из мучивших меня вопросов, так как Кристина опередила меня.

– Как спалось, танцор? – она явно ехидничала надо мной. – Что, голова болит? Пить надо меньше.

– Ты накачала меня, – выдавил я из себя с большим трудом.

– Это правда. Но не со зла, поверь.

– Что это было?

– Небольшое зелье. Оно тебе только на пользу.

– Я тебя убью.

– Ты слова перепутал. Люблю ты имел ввиду?

Я попытался вытащить пистолет из кобуры, но рука нырнула в пустоту.

– Где пистолет?

– Думаешь, я дура?

– Нет, думаю, я мог бы стать педофилом вчера. – Улыбка Кристины расширилась еще больше.

– А может, это все магия и на самом деле мне сотка?

– Чувствую запах школьницы.

– Боже, а ты не плох для старика.

– Когда ты упоминаешь его имя всуе, тебя не тошнит?

– Достаточно этого каламбура! – Девушка встала с кресла и бросила книгу на кресло. Я вывел ее. Ей не сто лет.

– Да ладно тебе, когда ты злишься, ты такая секси. Маленькая правда. Знаешь, я тебя не виню, ну захотела взрослого дядю. Это нормально.

– Еще что-нибудь скажешь, я превращу тебя в пыль!

– Не морочь голову, твоя сила так не работает, ведьма. Давай к делу. Зачем весь этот цирк вчера?

Кристина долго смотрела на меня своими злыми зелеными глазами, сжимая кулаки.

– Тебе нужна работа, так? Я щедро заплачу. В заброшенной школе есть одна вещь, которая мне нужна. Это книга. Принеси ее, и работа не понадобится еще пару месяцев.

– Что за книга?

– Рецепты на кухню. «Виягоджар».

– Конечно, рецепты, ага. Сама почему не сходишь?

– Там призрак.

– И? Призраки не опасны.

– Это полтергейст.

– Не понимаю.

– Я боюсь.

В этот раз улыбнулся я.

Старик-администратор, как всегда, сидел в своей каморке и смотрел телек. Казалось, он даже и не заметил, что я зашел в мотель. Идя по коридору мне послышалось, как чей-то женский голос немного постанывает за соседней дверью. Мне кажется или в этом номере жила Агнесс?

Так как деньги мне были нужны позарез, с работой я решил не тянуть. Призрак не являлся сложностью в выданном мне задании. Даже полтергейсты – самые буйные из всех призраков – не могут причинить вред человеку, если только сильно напугать до инфаркта. Я лишь взял с собой немного соли, на всякий случай. А вот что действительно мне пригодится, это полностью заряженный телефон с тысячами треков.

Уже закрыв дверь, я почуял, что в коридоре снова есть небольшой запах благовоний. Очень слабый. Скорее всего, зажигали сегодня ночью, пока меня не было.

Заброшенная школа в отличие от дома Кристины находилась почти в центре этого небольшого городка. Обнесенная строительным забором, в нее практически невозможно было попасть. Обойдя по периметру, я все-таки смог найти небольшую лазейку и проскользнуть во двор. Внутри будто после чернобыльской аварии. Тихо, спокойно, но как-то жутко. Долго рассматривать двор школы я не хотел. Моя цель – стащить книгу… И что книга для ведьмы делает в заброшенной школе? Кажется, если немного покопаться в истории этого места, этот секрет раскроется.

Дверь в школу была открыта, скорее всего, некоторые особо интересующиеся дети пытались сюда попасть. Не дав соблазниться духу, я сам прикрыл дверь так, чтобы он не смог напугать меня. Люблю рушить планы нечести.

– Думаю, мне нужно в библиотеку.

План школы показывал, что библиотека находится в подвальном помещении. Пожалуй, тяжелым здесь будет найти эту книгу среди тысяч ненужных. Надеюсь, она хотя бы будет выделяться.

Признаков активности призрака я пока не нашел, ничего паранормального. Когда люди думают о слове «заброшенное», они сразу представляют что-то разрушенное, побитое, заросшее. Как правило, это так, но не всегда. Если в эту школу добавить детей и учителей, я бы и не заметил разницы. Да, в кое-каких местах осыпался потолок или опала плитка, но в целом в здании царил порядок, все предметы лежали на своих местах.

Мне очень не хотелось медлить, тем более что призраки, не всегда сразу становятся активными, как на их территорию заходит человек. Порой они могут находиться в некоем подобии дремы. Но чем больше человек находится на территории призрака, тем больше тот злится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Тату» – песня «Нас не догонят».

Вернуться