Георгий Крылов
Я не могу победить

Глава 1

Ещё в шесть утра пришло сообщение, что нужно сегодня явиться в офис и пройти аттестацию. Начальство любило такие фишки, чтоб мы не успевали подготовиться. Мастер должен знать всё без подготовки. Его могли разбудить по среди ночи, а он с ходу настроит нужный аппарат. И пусть никого не смущает, что этих аппаратов туева куча и к каждому нужен свой «подход». Мастер должен. Не зря же он технарь заканчивал.

Пять лет назад, когда я только пришёл на завод, то это раздражало. До этого я работал в небольшой частной клинике, где было десяток медицинских аппаратов, которые периодами сбоили и требовали настройки, плюс профилактики раз в месяц и полное тестирование с обновлением программного обеспечения раз в год. Короче, была непыльная работёнка, но и платили за неё не особо много. Потом родилась Маша и понадобились деньги. Мы с женой переехали в область, а я устроился на завод по производству медицинских реанимационных и игровых капсул для богатых придурков, что меняли реальную жизнь на виртуальные игры. И вот тогда начался этот ад с постоянными экзаменами, выходами на работу в выходной и задержками по окончанию рабочего дня, так как план не выполнялся, а заказ был взят больше, чем мог выполнить завод. Единственный плюс во всём этом было то, что я стал получать достойно. Треть заработка уходила на алименты близнецам от первого брака, а на остальное можно было спокойно жить, пока жена занималась дочкой.

– Ты опять сегодня задержишься? – спросила Настя, ставя тарелку с завтраком мне под нос. Овсянка на завтрак. Хотелось скривиться, но тогда она обидится.

– Тут сложно планировать. В последний раз меня гоняли девять часов по вопросам, а до этого всего час чисто символически спросили, – ответил я. – Чем сегодня займёшься?

– Катя попросила с малинки посидеть, пока по делам съездит. Ей надо в офисе появится. А потом на маникюр. Слушай, в ДК будет кукольное представление. Может Машку сводить? – предложила Настя, наливая кофе и добавляя туда молока. Блин, опять забыла, что я пью чёрный.

– Своди. Когда оно там будет? – я тайком вылил кофе в раковину и навёл себе чёрный и без сахара. Если на овсянку ещё можно было согласиться, то издеваться над напитком я уже не мог ей позволить.

– В два часа в субботу. Или ты опять работаешь?

– Скорее всего. Месяц к концу подходит, а у нас конь не валялся.

– Когда же это всё закончится? – демонстративно вздыхая и закатывая глаза, спросила она. Я промолчал. Спорить тут было бесполезно, а если начну вспоминать про то, что мы копейки не считаем, а она всё ещё дома сидит, хотя давно могла выйти на работу, то начнётся скандал. Настя хотела, чтоб было всё и сразу: деньги в доме и время семье. Только так не получалось. Всегда надо чем-то жертвовать. Зато мы могли отправить Машу на музыку и английский язык. Ещё и родителей на юг отправили в этом году. Достижение.

Перед глазами появилось системное сообщение.

«Терпение +10»

О как! И какое у меня текущие значение? Открыть окно характеристик. Так. Выносливость, удача, ага, терпение. 7890. А в начале недели было почти девять тысяч. Блин, много сняли за ту ругань с одним идиотом, который сенсорный экран сломал, а потом заявил, что это моя вина. Я ему не объяснил, что на экран кофе нельзя ставить. Нашёл себе подставку за двести тысяч косарей!

Вот почему когда она повышается, то сообщение появляется, а как понижается, то молча, пока не дойдёт до критической отметки? Говорят, что если оплатить премиум, то будет видны и понижения репутации, но меня душила жаба отдавать деньги для увеличения доступа в личном кабинете. Я оставался в бюджетном варианте. Закрыв окно характеристик, я вздохнул. Опять копить до десяти тысяч. Говорили, что после получения десяти тысяч терпения, то можно было получить титул «Спокойный, аки слон». Было бы прикольно получить для коллекции.

Я закончил завтракать. Допил кофе. В этот момент пришёл вызов от отца. Он перед тем как отправить сообщение почему-то звонил и скидывал вызов. После вызова перед глазами появилось сообщение, что он срочно требует, чтоб я сегодня к нему заехал. Переспросил, что там у него случилось. Ответом был, что у него ко мне серьёзный разговор. В последний раз он меня так с работы сорвал. Он как раз после ежегодного обследования вернулся. Я уже подумал не ладное, а он меня на кухню посадил и начал втирать, задумывался ли я о пенсии. Пообещав, что после работы непременно к нему заскочу, я поцеловал Настю.

– Передавай привет сестре.

– Обязательно, – ответила она. – Позвони, когда будешь возвращаться. Обед разогрею.

– Если не забуду.

– Тогда будешь холодный есть.

Настя надула губы. Видимо, всё же обиделась. Перед глазами возникло сообщение.

Помириться или нет?

А чего мне мириться. Я ни в чём не виноват. Спокойно ответил, что нет. Перед глазами появилась другая табличка.

«Равнодушие +1»

«Семья – 4»

Нормально так! Значит к равнодушию только единица, а к браку сразу четыре? Вот кто так рассчитывал? В такие моменты мне казалось, что индексы и статы семьи рассчитывала какая-то обиженная жизнью женщина. Ну не мог мужчина выставить такие расчёты. Логики здесь не было и грамма.

С тех пор как в нашу жизнь вошла программа «индекс благонадёжности» или ИБ, стало легче следить за своими поступками и одновременно тяжелее жить. Программа подсчитывала как поступок или действие повлияет на дальнейшую жизнь. Перед глазами появлялся выбор, сделав который, ты менял характеристики. Характеристик было много. Например, мне для работы нужно было прокачивать терпение, внимание, интеллект, ловкость, творчество. При этом я забил на силу и выносливость. Одно время я качал силу, так как хотел пойти в силовой спорт, но после травмы окончательно забросил тренировки. Когда болит поясница и несколько лет живёшь на блокадах из обезболивающего, то по излечении возвращаться к боли не хотелось ни за какие деньги. После спорта ещё остались зачатки мышечной массы, но они уже начали покрываться прослойкой жира, да и живот появился. Но тут ничего было нельзя поделать. Сказывался возраст. Как-никак тридцать семь в этом году стукнуло. Я закончил думать, как решить проблемы с помощью кулаков, а теперь больше рассчитывал на интеллект и другие характеристики, которые можно было прокачать по-разному.

Кто-то прокачивал характеристики напрямую, влияя на них действиями, а другие прокачку делали за счёт абилок, которые пассивно увеличивали характеристики. Абилки были как глобального значения: дружба, верность, патриотизм, доброта, так и узкоспециализированные, например, прокачка хобби, которое не было профессией, но занимало важную часть в действиях человека и активно влияло на жизнь. Система всё это высчитывала по алгоритмам, что держались разработчиками в тайне от простых обывателей, и в зависимости от действий человека и его характеристик повышала ИБ или снижался. ИБ влияло на зарплату. Именно по нему работодатели брали человека на работу. По нему отбирали студентов институты. С технарями было проще. Там уже шёл отбор по тестированию. Перед тем как начинать близкие отношения, люди открывали характеристики друг другу, чтоб понять, насколько они подходят друг другу. ИБ настолько вошло в нашу жизнь, что уже не так сильно и раздражали всплывающие сообщения. Появилась привычка, что любое твоё действие отслеживается и обрабатывается.

Если какая-то из характеристик падала, уходя в критическую отметку за несколько тысяч минусов, то система предлагала посетить специалиста, который помог бы с проблемой или подсказал, как её решить. Короче, отправляли проштрафившегося к психологу, следователю или психиатру, в зависимости от пониженной характеристики. Реже уже к терапевту.

Программа была записана на чип, что подсоединялся к нервной системе. Он проецировал изображение на сетчатку глаза. Это позволяло видеть интерфейс и одновременно спокойно заниматься делами. Данные в режиме реального времени отправлялись на сервер по беспроводной сети. Данные о передачи геолокации были обязательными, так как по ним отслеживались передвижения и ловили преступников. Всё ради безопасности – девиз нашего времени. А то, что такой контроль лишает личного пространства – об этом уже мало кто задумывался. Люди привыкли. Уж я-то точно привык.

ИБ началась, когда мне было восемнадцать лет. Вначале эта технология встретила внутренний протест, но потом я всё же оценил её удобство. Не нужно было таскать с собой кирпичи телефонов и планшетов. Ушли в прошлое наушники и очки виртуальной реальности. Больше не нужно было покупать дополнительные гаджеты для игр в реал-погружении. Достаточно было поставить чип, который всё это соединял. Хочешь послушать музыку? Достаточно отдать команду программе, которая перед глазами вывесит плей-лист любимых песен. Хочешь составить программу передач? Пожалуйста. Нужно тебе составить маршрут из одной точки в другую – достаточно отдать команду и перед глазами появится карта, которая тебе подскажет, когда и куда нужно повернуть.

С реал играми стало проще. Раньше нужно было надевать очки, а в руку брать приблуды, теперь достаточно было подключиться к игре, кликнуть сбор и взять имитацию оружия, которое больше не требовало подключения к сети. Играть же можно было хоть на огороженной площадке, хоть во дворе. По выходным мы так с друзьями развлекались. Реал игры заменяли тренировки в спортивном зале. Они были подвижные. На обычную реальность накладывалась красочная картинка. Чтоб выполнить квест или пройти данж нужно было двигаться самому. Выполнять определённые движения, а не валяться в капсулах, как в играх полного погружения, когда человек становился мумией в коробке на несколько дней, недель, лет. Такие игры меня не привлекали. Уйти из реальности было проще, чем в неё вернуться. А пропадать в выдуманном мире я не хотел. Молодёжь любила такие вещи, а я видимо, уже был стар для этого. Да и хотелось дочкой побольше времени провести, а в выходных с мальчишками рейд пойти, чем гонять орков.

Каждый выбирает свой путь. Свою игру. Для меня была важно взаимодействие с реальностью, хотя и нравилось качаться в ИБ.

«До прибытия автобуса пять минут. Вам следует поторопиться, если вы хотите на него успеть»

Сообщение от программы заставило прибавить шагу. Следующий автобус должен был прибыть через семь минут, но это меня уже не устраивало. Когда знаешь во сколько и что приходит, то подгоняешь всё так, чтоб приезжать точно назначенное время, чтоб не ждать и не опаздывать. Для общественного транспорта были выделены отдельные полосы. В последнее время его на улицах становилось всё больше, в отличие от машин, которых содержать становилось не выгодно. У меня были права. Ещё по молодости получил, до того времени, когда дороги заполнили машины с программным управлением, когда не нужно было ею управлять, а достаточно было назвать маршрут следования. Но такие машины дорого стоили в обслуживании. Одна переустановка программы или обновления драйверов влетела в копеечку. Если в начале я ещё думал о покупке машины, то после развода с Ланой от этой идеи отказался. Тут бы как-то на алименты набрать, а не о колёсах думать.

С рулевым управлением остались лишь спортивные машины. Грязь, бездорожье, танки на колёса – этим увлекались любители старины. Одно время мои ребята хотели такого экстрима, но я им просто сказал, что вот восемнадцать стукнет и пусть развлекаются, как хотят, а я уже не в том состоянии, чтоб танки из грязи вытаскивать.

«Погода: сегодня ожидается +21. Во второй половине дня дождь. Не забудьте зонт»

Вовремя пришло предупреждение. Как раз когда я из дома вышел. Надо настроить оповещение на полчаса раньше. Каждый день собираюсь и каждый день забываю. Можно и сейчас это сделать, но как раз из-за угла показался автобус.

На остановке собралось человек пятнадцать. Красный автобус открыл перед нами двери. Стоило войти в салон, как перед глазами появилось предупреждение:

«Оплатить проезд?»

«Да. Оплатить»

С программой нужно было общаться в приказном порядке. Тогда она их понимала и отличала мои раздумья, от команд.

Я сел на свободное место. Включил новости. Перед глазами пошла лента заголовков. Финансы. Нет у меня таких денег, чтоб следить за курсом валют. Погода. Почему именно такая подборка? Вначале всё самое неинтересное пихнут. Программа словно специально выбирала, что меня меньше всего интересует. Это чтоб я премиум оплатил. Я продолжал упрямо отказываться. Это не такая уж нужная трата. И терпение прокачивает.

На глаза попалось видео с отчётом министра по кибербезопасности.

«Благодаря индексу безопасности в стране снизился уровень преступности на шестьдесят пять процентов. После того, как программа была объединена с общем медицинским центром, смертность среди населения была снижена на двадцать пять процентов. Чипированность населения за эти полгода превысила показатели прошлого на шестьдесят процентов. Теперь чипированность населения в совокупности в возрасте от семи до пятидесяти лет составляет семьдесят три процента».

Проценты, проценты. Он так и дома выражается? Я пролистнул ленту дальше. На глаза попалась статья о сокращении и оптимизации служб быстрого реагирования. Так. Опять сокращают? Куда уж больше? Нажал на статью, чтоб узнать чего там ещё придумали. Так как люди стали меньше вызывать полицию и скорую помощь, то бригады решили сократить. Логично. Отсюда и спад преступлений в статистике. Но никто не подумал, что это всё из-за того, что вызовы стали платные и фиксировались по такой ставке, что проще было с мелкими преступлениями разобраться самостоятельно. Или проглотить, в надежде, что это отразиться на репутации преступника. А с медицинской помощью дождаться приёма врача в поликлиники. Он хотя бы был ещё бесплатный.

А вот и то, что я искал. Игровые новости. Турнир по «Вторжению». Я в неё играл с ребятами. Инопланетяне, земляне. Куча уровней и разнообразные локации. Большое количество режимов: один на один, три на три, пять на пять, десять на десять; и три масштабные битвы: сто на сто, триста на триста и пятьсот на пятьсот. С ежедневными ивентами и масштабными конкурсами. Некоторые игроки играли в неё профессионально вместо работы. За победы в еженедельных соревнованиях можно было получить мою месячную зарплату. А победа на сезонном турнире давала возможность год жить безбедно. С кем я играл, только мечтали о таком. У нас был небольшой отряд. Несильно прокаченный. Команда любителей, не больше.

Я прошёлся взглядом по таблице. На зимний турнир были поданы заявки от сильных команд. Неплохой состав. Валд будет со своими ребятами. На пятки ему наступает Орги. Новички неплохие результаты показывали. Надо на кого-нибудь поставить. Что-то я не был уверен, что Валд удержит первое место. Он уже три раза выигрывал. В последний раз уже еле вытянул. Пусть Валд и продолжал держать первенство в мелочёвке, но на крупные сражения он уже не тянул. Вот Орги себя неплохо показал, хотя по очкам и уступал в недельных битвах. Или тёмная лошадка? Хотя таких лошадок было много. В мелких зачётах показывали себя неплохо, а вот в 1/8 сливались.

«Сделать ставку на Орги. Первое место на турнире. Тысяча рублей»

«Ставка принята», – ответил мелодичный женский голос. Чуть второй раз не поставил, чтоб его ещё раз услышать, но вовремя одумался. И так сделал ставку приличную. Почти на половину свободных денег. Но если выиграю, будут на счёту лишние монеты. Оплачу подписку сразу на полгода. Так было уже по весне.

Я оглядел автобус. На табло виднелось сколько нам ещё ехать. Ещё двадцать минут в дороге и три остановки. Над головами пассажиров виднелись разноцветные полоски, которые указывали на ту или иную группу. Ни соседей, ни знакомых не было. Фиолетовая полоса обозначала школьника или студента. Мальчишка на студента не тянул. Значит школьник. Жёлтая полоска – домохозяйка/безработный. Девушка. Видимо не работала как моя Настя. Зелёная полоса означала человека, который фанател от добрых дел и всеми правдами и неправдами наращивал ИБ. Таких в автобусе было двое. Женщина лет под шестьдесят и парень по возрасту лет двадцати. Ладно, поверю, что женщина ещё бескорыстно репу качает. А вот парень… Тут были сомнения. Больно рожа у него была наглая.

Я опять хотел вернуться к чтению новостей, но взгляд зацепился за девушку, что сидела напротив меня. Я ехал спиной к движению. Не все любили эти места, поэтому на них было мало желающих, а мне было всё равно, главное не стоять. За день порой так набегаешься, что ноги отваливались, а спина отказывалась разгибаться. Девушка же сидела в самом дальнем углу автобуса, где сидения были сдвоены и располагались почему-то боком к движению. Девушка ехала вначале с женщиной. Они о чём-то разговаривали. Попрощались. Симпатичная девушка. Чем-то на Лану во времена студенчества. Мы с ней рано познакомились. Только школу закончили. Болтали в местной сети. Потом встретились. И закрутилось. Только у этой девицы волосы были длиннее. Лана стриглась по последней моде. Тогда были в моде короткие стрижки с жёлтыми и красными прядями. Забавно смотрелось на её чёрных волосах. Всё меняется.

Парень с зелёной полоски решил к ней подсесть. Что-то сказал. Вот так и образуются новые ячейки общества.

Пришло сообщение от бригадира, который просил после тестирования вернуться на работу, если будет такая возможность. Я ответил, что заеду. Им бы производство расширить или заказы поменьше брать, но зачем, когда можно попросить людей выйти в неурочное время.

Работать с одним выходным в неделю было тяжело. Да и отпуска давно не было.

Я опять взглядом скользнул по пассажирам. Поймал испуганный взгляд девушки, которая была похожа на Лану. Нахмурился, пытаясь понять, что было не так. Парень приобнял её за плечи и что-то нашёптывал ей на ухо со слащавой улыбкой. Ладонь гладила коленку, которую не скрывала короткая юбка. И? Чего она так боится? Не нравится, так послала бы его на четыре буквы. Объявили очередную остановку. Они поднялись. И чего она так затравленно смотрит на меня? Парень продолжал её обнимать, плотно прижимаясь к ней. Ага. Понятно. Сумка, перекинутая через плечо, мешала разглядеть, что парень угрожал девушки ножом. Приставил его к блузке девушки. Мелкий такой ножик, но печень ей проткнёт при желании.

«Помочь?» – высветилось программное сообщение.

«И что мне за это будет?»

«+20 к ИБ»

Мало. Я на вызов потрачу тысячу. И кто мне её компенсирует? Желающих не будет. У девицы явно денег нет, иначе она сама бы вызвала полицию.

«Нет. Отвернуться»

«Равнодушие +15»

Даже апеллировать не буду. Это легко поправить. Я отвернулся в сторону окна, дожидаясь пока парочка выйдет. Совесть меня не мучила. Я не тот человек, который готов изображать из себя героя. Давно уже это понял и спокойно с этим жил.

Глава 2

«Профессионализм +1»

«Мастер основной профессии +20»

«Интеллект +2»

Машинально открыл статистику. До следующего уровня мастерства ещё 75 единиц. Тогда я получу пятый ранг мастера. А этот другая зарплата и другие обязанности. Много и долго. На шестом уровне я смогу подать заявку на руководящую должность. А это всё значит, то опять придётся качать интеллект и терпение.

Аттестация заняла шесть часов. После неё голова шла кругом. Вопросы, теория. Блин, эта теория почти не соприкасалась с практикой. Да, я знал правила безопасности, но если всё это соблюдать, то работа встанет. Один пункт инструкции всегда конфликтовал с другим, поэтому приходилось в уме держать одно, а на деле уповать на творчество, которое с каждым годом прокачивалось всё больше. Я опять открыл характеристики.

«Творчество 7,23»

«Найти, какие минимальные характеристики Творчества у художников, актёров, певцов»

«Художники 7.00»

«Актёры 8.00»

«Певцы 6.00/8.00»

Понятно, последний пункт надо было уточнять какие именно певцы: оперные или артисты радио и телевидения. Ну что ж, я мог себя поздравить. Почти творческая интеллигенция. Хотя в каждой профессии нужно творчество и нестандартность мышления.

Время уже к обеду подходит. Если бы меня не попросил задержаться инженер по кадрам, то я уже был бы на пути к заводу. Пока же приходилось сидеть в холле и ждать, когда меня примут. Не то, чтоб я не любил ждать. Меня напрягал главный офис, который располагался в высотке. Такие здоровые здания о сорок этажей без нормальных стен, которые заменяло стекло. Вот это стекло меня и раздражало. Высокие потолки, внутренние перегородки отсутствовали, стёкла открывали красочный вид на город, но и придавали конструкции хлипкий вид. В таких зданиях самым крепким был пол, который выглядел здесь чужеродным. Когда я заходил в такую многоэтажку возникал вопрос, что помешало сделать стеклянным и пол. А потолок с зеркальным напылением. Извращаться так по полной программе.

Я бы не смог работать в таком месте. И как бы ни убеждали исследования, что отсутствие личного пространства вызывает доверие, я в это не верил. Это вызывало хлипкость и неуверенность.

– Максим, заходите. Извините, что заставил вас ждать. Меня зовут Михаил,– мужчина, невысокого роста и хлипкого телосложения пропустил меня в кабинет. Хотя какой это был кабинет? Стеклянная будка со столом и двумя стульями. Стекло и металл. А мне не нравилось. Вот лопнет это стекло, так сразу порежет.

– Приятно. Могу я узнать причину вашего приглашения? – спросил я. Хотелось послать всю эту вежливость, но я её прокачивал хотя бы в четвёрку. Правда она постоянно у меня падала до тройки, а то и ниже, унося с собой ещё и терпение…

– Вы в последние три раза показали хорошие результаты аттестации. Больше, чем мы планировали от вас получить, – сказал кадровик. И таким голосом сказал, будто был этим недоволен.

– Это плохо? – уточнил я.

«Подозрительность +34»

«Если вы будете продолжать не доверять работодателю, то у вас будут проблемы на работе»

Это откуда вылезло?! Нейтральный же вопрос! Я чуть не выругался.

– Для вас есть предложение повысить квалификацию в Китае. Командировка будет длиться полгода. Кредит на дополнительное обучение под три процента годовых. Его вы выплатите за два года. После этого пойдёт чистая прибыль в размере тридцати процентов от нынешней вашей заработной платы.

– Спасибо за предложение, но я не готов ехать в Китай, – ответил я.

– Почему?

И вот что мне на это ему ответить? Что пусть разводит молодёжь? Ему нужно впарить новые курсы, за которые он получит премию. А я буду два года за них расплачиваться? Два раза с этой аферой сталкивался, когда меня ловили на желании заработать больше денег. А как это сделать в наше время? Вложить в интеллект. Я и вкладывал. Получал знания, работал на новой должности за прежние деньги, потому что выплачивал ту сумму, что в меня вложила компания, а потом, когда я должен был выйти на хорошую зарплату, то оказывалось, что мои знания уже устарели и теперь нужны были новые курсы. И опять гонка за большим рублём, в которой я всегда проигрывал.

– Летать боюсь, – ответил я.

– Можно организовать дистанционное обучение.

– Но на экзамен придётся лететь в Китай. А это не для меня.

– Жаль. У вас был хороший шанс подняться по карьерной лестнице.

– Ничем не могу помочь.

Карьерная лестница. У меня давно все амбиции сосредоточились лишь на игре. Вот там взять золотой ранг я мечтал. И там было это реально сделать. На работе хотелось бы получить максимальный уровень профессии, но это было так муторно и долго, что я не был уверен, что когда-то этот уровень получу. Пора уже давно перестать в облаках летать и реальнее на жизнь смотреть. Хотя ведь не повёлся же на это предложение, значит умнею.

«Открыть вкладку характеристик: Подозрительность»

Система показала значения. Блин, 5.83! Да с таким недоверием, скоро лечится отправят. Как бы в манию не перешло.

«Показать какое критическое значение подозрительности»

Так. Просьба пойти к врачу начинается с +12 единиц. Всё равно лучше снизить, чтоб в будущем не было проблем.

***

До автобуса оставалось ещё десять минут. Я вошёл в социальную сеть. Несколько ничего незначащих сообщений от друзей. День рождения. Предложение отправить открытку с цветочками. Ага, дяди Васи только моя открытка и нужна. Я отказался, мысленно отдав приказ отмены. На её место пришла открытка с танком и поздравлениями. Дядя Вася не служил. Ему на этот танк было чихать. Опять отклонил. Предложили отправить открытку в виде голубого неба и облаков. Пейзаж был ничего, но крылья ангелочка совсем портили картинку. Прям пожелание скорейшего отправления на тот свет. Я ещё немного повоевал с сетью, отклоняя одну за другой предлагаемые открытки, и подумал об удалении аккаунта. С этой навязчивой рекламой социальная сеть совсем озверела. Контент без випа почитать было нереально. Написать сообщение было проблемой. Реклама выплывала и настойчиво предлагала купить, оплатить, украсить, подарить. Если купить подписку на социальную сеть, то ничего этого бы не было, но я отказывался её покупать. Не так уж часто в социальную сеть заходил, чтоб её оплачивать. Эх, где мои семнадцать лет, когда интернет вмещал весь мир, а в социальных сетях такие бои были. Там люди враждовали, обижались друг на друга, мирились. Редко когда общение переходило в реальность, но нам интересно было именно в пространстве сети. Потом из сети люди стали уходить в игры. Общение как осталось в виртуале, но одновременно перешло и в реал.

Написала Татьяна. Собирала на встречу выпускников. Я отказался. Зачем? И пусть прошло двадцать лет. С кем мы общались раньше, то продолжаем общаться и сейчас. А вот хвастаться достижениями – так особо нечем.

«Внимание! Внимание! Опасность! Опасность!» – перед глазами замигала красная надпись.

И где она увидела опасность? Я осмотрелся по сторонам. Наверно сработала реакция, набитая во время игры. Я только увидел чувака с ружьём, и сразу махнул за высокую клумбу с бетонными стенами, что стояла рядом с остановкой. Звук выстрелов разнёсся по округе. В большом городе такое было не редкостью. У нас в области всё же спокойнее. Все друг у друга на виду. Игровых площадок по пальцам пересчитать. А в большом городе были как официальные площадки, так и подпольные, где бегали по подвалам с оружием и под транквилизаторами. Развлечение для тех, кто хотел пощекотать нервы. Некоторые до такой степени путали миры, что выбегали из этих подвалов и начинали «игру» на городских улицах.

Я выглянул из-за клумбы. Мужик с заросшим лицом до уровня приличной бороды, в заляпанной чем-то одежде и лысой башкой шёл по улице обвешанный арсеналом оружия и стреляя по всему, что двигалось. Мат, крики, женский визг, выстрелы – всё смешалось в какофонию. Я опять спрятался за клумбу, решив, что тут смогу дождаться пока приедет полиция и повяжет этого сбрендившего придурка.

Автобус подъехал к остановке по расписанию. Из него вышло двое человек. Мужчина и молодая женщина. Я хотел выбраться из своего укрытия и запрыгнуть в автобус, чтоб убраться с этого места, но не успел. Автобус закрыл двери, получив запоздалое указание ехать без остановок в этом месте.

«Район офисного центра Феникс перекрыт от Загородного шоссе, до Парковой улицы»

Как вовремя! Я выругался сквозь зубы, зовя жестом из своего укрытия мужчину и женщину, которые столбами стояли рядом с остановкой и озирались по сторонам. Ещё рты бы открыли для картинки «а что тут происходит».

– Я вас всех урою! – орал стрелок, кидая что-то в сторону автобуса.

Мне не удалось разглядеть, чем он там кидался, но я машинально упал на асфальт, закрывая уши руками и открывая рот. От взрывной волны вылетели пластиковые стены остановки. Автобус загорелся. На какое-то время я оглох, потерял ориентацию в пространстве. Женщину откинуло к моей клумбе. Я видел её лицо, которого можно было рукой дотянуться. Мужик полыхал, но не замечал этого. Или он был без сознания, или его убило. Запах горелого пластика смешивался с запахом жареного мяса. Комок тошноты подступал к горлу. Мужик откинул ружьё, начал палить из автомата. Отвернулся от нашей остановки и стал с кем-то ругаться со стороны офисной башни. И тут я решил поиграть в героя. Обогнул на карачках клумбу, стараясь не высовываться. Женщина вроде была жива. Я легонько стукнул её по щеке. Закашлялась. Попыталась встать.

Оглянулась зачем-то на пылающего мужика. И завизжала. Её визг пробился через ушную пробку, возвращая слух. Автоматная очередь этот визг прервала. Её спас только дым, который повалил в нашу сторону. Стрелок не попал, а женщина метнулась ко мне за укрытие из клумбы.

– Что это? – испуганно спросила она, наблюдая, как горящий автобус медленно едет мимо нас.

– Автопилот сломался, – ответил я, кашляя от дыма.

«Система, как отсюда убраться и не попасть под обстрел?»

«Оставайтесь на месте. Полиция уже в пути»

Долго же ехала эта полиция. В стороне раздался ещё один взрыв. Автоматная очередь. Ей начала отвечать другая.

– Вот и полиция приехала. Сейчас они его ликвидируют и откроют район, – сказал я женщине. Она кивнула и начала заваливаться на меня.

«Спецоперация завершена. Район открыт»

У меня самого всё начало плыть перед глазами. Походу отравился дымом. Или адреналин начал спадать. Неважно. Но нужно было выбираться, чтоб не окочуриться здесь, только вместо этого хотелось закрыть глаза.

Хлёсткий удар по щеке пришёлся кстати. Возвращая к реальности.

– Убери свои лапы! – прохрипела женщина.

– Лап у меня нет.

– Они на моей груди.

– Было бы что грудью обзывать, – машинально огрызнулся я.

Я и не заметил, что положил руку ей на грудь. Чего ворчать? И ежу понятно, что так удобнее её держать и не дать упасть. Но эта женщина была глупее ежа, потому что хотела раздуть скандал из-за пустяка.

– Пошли отсюда, – сказал я, выбираясь из укрытия.

Мы обошли автобус. Три патрульные машины. Четвёртая полыхала. Полиция скрутила стрелка. Теперь он лежал на земле. А я бы на их месте этого урода прибил в перестрелке. Явно же, что с головой не дружит. Подъехала скорая помощь. Техническая помощь. И из-за поворота уже показала машина пожарной бригады. Меня быстро осмотрели на поломку чипа. Дали подышать смесью, которая выгнала гарь из лёгких. Я легко отделался. Лёгкое сотрясение мозга и отравление углекислым газом. Чип не пострадал и замены не требовал. Мне выписали два дня выходных на восстановление здоровья, вместе с моими официальными выходными это было пять дней. Сразу начислили компенсацию за моральный вред в виде месячного заработка и отправили домой. Я взглянул в сторону пострадавшей. Она морщилась, когда ей обрабатывали раны на лбу и руках. Ещё ей похоже спину поцарапало осколками. Я кивнул ей, на что получил злой взгляд. Этого уже я не понимал. Чего из себя строить оскорблённую невинность из-за такого пустяка? В пылу же ладонь на грудь положил. А для чего она ещё женщинам нужна? Да и не такая уж большая, чтоб её так беречь. Ёж и тот бы понял. Жаль, что она не ёж.

Я отправил бригадиру сообщение с официальным больничным. Ещё и предупредил, что в выходные выйти не смогу. Деньги деньгами, но после такой встряски организма, надо было в себя прийти.

Набрал жену. Отвечать она не собиралась. Сбросила вызов. Ладно, будет сюрприз. Через минуту пришло от неё сообщение.

«Ты уже освободился и едешь домой?»

«Надо заехать на завод, когда вернусь, то не знаю»

«Набери, когда домой соберёшься»

Я ей соврал. Хотел приехать внезапно. Торт купить. Сегодня после такой переделки, можно сказать, что было второе рождение. Можно ей и цветочков купить. Забыть утренние обиды, а в выходные сводить дочку на кукольный спектакль. Я ещё находился в шоке. Появилось ощущение остроты жизни и её быстротечности. Сегодня дышишь полной грудью, а завтра можешь оказаться в костре крематория. В суете будней об этом забываешь, а вспоминаешь уже, когда смерть дышит в затылок.

В новостях уже болтали о перестрелки. Чувак когда-то работал в этом офисе. Был белым воротничком на хорошей должности. Потом его уволили. Не смог справиться с изменой жены. Начал пить. Игнорировал походы к врачу. В какой-то шарашкиной лавочке снёс чип, предварительно опустошив личный счёт. Где-то закупился травой и оружием на все сбережения. После этого решил отомстить работе, которая у него отняла жизнь. Долбанутый на голову мудак, что во всех своих проблемах обвинил кого угодно, только не себя. Если ты такой дурак, что не смог женщину задержать, то тут точно не работа виновата.

Автобус быстро вёз меня домой. Я откинулся на спинку сидения и закрыл глаза. Тяжёлый сегодня выдался день. Интересно, храбрости хоть немного добавилось или нет? Может задним числом повысят.

«Вы получили титул: Смелый гражданин»

Сообщение пробралось в сознание. Хорошо. Пусть получу хотя бы титул. Хотя не мешало бы и несколько единиц по характеристикам.

Как-то не по себе стало оттого, что я только и думаю об этих характеристиках. Хотя это могла быть реакция на стресс. Зацепиться мыслью за что-то, чтоб не думать о серьёзном. Например, что в нашем цивилизованном компьютерном мире, где безопасность человека стоит на первом месте на самом деле безопасность имеет места быть не в жизни, а на плакатах и в агитационных предвыборных программах и лозунгах. Вот посмотришь на мир сквозь систему и всё вокруг хорошо. В новостях говорят об информационной безопасности, о снижении преступности, снижается уровень агрессии среди мирного населения. А посмотришь на мир, отмечая реальное положение дел, так чуть пулю не словишь в мегаполисе, где камер наблюдения на квадратный метр превышает все логические и здравые показатели. Значит не так уж эти камеры и защищают от уродов с перевёрнутой крышей. А что защищает? Самозащита? Оружие? Куча бумаг, которые докажут, что ты не дурак, а потом его держать только в сейфе на замке. Это притом, что придурок купит автомат из-под полы и будет кататься с ним по городу и его никто не остановит. Этот же псих как-то добрался до бывшей работы.

Отсутствие логики в мире меня порой убивало. Или я не понимал эту извращённую логику законов жизни, поэтому старался об этом не думать, до тех пор, пока не сталкивался с этим лицом к лицу. Благо такое случалось редко, поэтому можно было спокойно продолжать следить за характеристиками и надеяться, что в следующий раз беда пройдёт мимо, как сегодня, а я не окажусь на месте того бедолаги, что сгорел на остановке.

Позвонил отец. Потом пришло от него сообщение с напоминанием, что он меня ждёт сегодня на разговор. Я про этот разговор и забыл. Написал, что зайду завтра. Сегодня было не до промывания мозгов с его стороны. Вот завтра с утра, на свежую голову, то согласен. Вроде не обиделся. Значит ничего серьёзного. Просто скучно.

Я вышел около кондитерской и пошёл за сладким. Желание было напиться, но было нельзя. Врачи запретили. А этот запрет ещё и через систему провели. Теперь если его нарушу, то характеристики упадут на сто единиц. Придётся отвлекаться общением с женой и дочерью. Этим ведь и хотел заняться. А напиться можно будет на следующих выходных.

Глава 3

Есть много анекдотов про неверных жён. Кто-то пошёл дальше: начал сочинять песни. Вот приходит он с работы, а там…

Нет, ничего такого не было. Я не застал жену в кровати с любовником. Любовник сидел на кухне в семейниках и чего-то жрал, пока из ванной доносилось плескание. Худой, жилистый, с острыми локтями и отсутствием мускулов. Коротко стриженные волосы, небритые щёки. Лицо и кулаки в шрамах. Несколько порезов на груди и запястьях. Шрам на шее. Суицидник? Похоже. Он смотрел на меня с наглой, самоуверенной улыбкой, которую так и хотелось стереть кулаком. Я поставил торт на разделочный стол. Туда же положил цветы.

– А ты и есть тот перец, с которым Настюха жила, пока я тусил на севере? Ты, это, спасиб, что не оставил моих девочек…

Я не дал ему договорить. Слушать тот бред, что он нёс у меня не было ни малейшего желания. Схватив его за загривок, я выдернул его со стула и потащил к двери. Мужик чего-то кричал, цеплялся за косяк. На крик выскочила Настя. Без одежды. С мокрыми волосами, которые повисли на её груди, на которой красовались мелкие синяки. Каждая мелочь врезалась в память, словно у меня было время, чтоб оглядеться по сторонам и запомнить каждую деталь.

– Максим, отпусти! Я всё объясню! – закричала она.

– Слушаю, – приложив мордой этого типа к стене, сказал я.

– Это Вася. Мы любим друг друга!

– Серьёзно? – я покосился на это сопливое чудо, которое пыталось отлипнуть от стены, но я держал его довольно крепко.

– Мы давно вместе. Максим! Ты его убьёшь!

– Только покалечу, – возразил я. Перед глазами поплыли предупреждения.

"Агрессия +70"

– Максим! Он задыхается!

– Ничего с ним не будет, – ответил я, откидывая тело, которое кашляло и сплёвывало на пол. – Машу я забираю, а с этим едритесь как хотите.

– Маша не твоя дочь, урод! – выпалила Настя, подбегая к своему "милому".

– В смысле?

– Дебил! Машка Васькина дочка. А ты мне нужен был, чтоб с голоду не подохнуть.

– Как его?

– А ты в свидетельство о рождении хоть раз заглядывал? Урод! Пришёл тут, руки распускает. Васе и так досталось…

Пока она кудахтала около Васи, ко мне пришло сообщение с документом свидетельства о рождении Маши. В графе отец стоял некий Василий Степенко.

– Ты так дочку любишь, что за всё время даже не заглянул в её документы! Папаша называется. Вот реально, кто отец! – гладя по голове Васю, сказала она. Зло бросила взгляд в мою сторону. – Уходи отсюда и не возвращайся! Забудь сюда дорогу! Тварь такая!

Это я тварь? Похоже я. Шипела она в мою сторону, значит точно я. Голова звенела. Стало как-то противно от всего этого. Я зашёл в комнату. Покидал в сумку какие-то вещи. На глаза попалось свадебная фотография. Рука сама шандарахнула её об стену. Настя продолжала верещать, сверкая голым телом. Сколько же у неё было мелких синяков! А на заднице так и синее пятно расплылось. Но это не моё дело. Пора было уходить. Машка. Она ей сама всё объяснит.

"Показать свидетельства о рождении и биопаспорт сыновей"

Здесь всё чисто. Мальчишки были мои. Блин, никогда не задумывался, что нужно проверять документы. Всегда доверял. Не знаю, мне как-то казалось естественным, чтоб не лезть в статы жены. Излишняя подозрительность – это же повод к разводу. Оказалось, что и доверие такой же повод к разводу, как и подозрительность. Если бы давали статусы за глупость такого разряда, то я получил бы статус лоха, которого отымели, как могли.

Вспышка ярости прошла. Её место сменила усталость. Сегодня был слишком тяжёлый день. Хотелось напиться, но было нельзя. Сотрясение мозга. С этим шутить глупо. Хотя мне и вкололи гадость, которая должна была восстановить серые клетки, но рисковать было опасно. Парализует ещё. А напиться хотелось.

Я шёл пешком до дома отца. Несколько остановок пролетели незаметно. Мыслей не было. Лишь отупение от всей это дермовой ситуации, которая была абсурдом.

"Анастасия Берман подала на развод. Вы согласны?"

"Подтвердить согласие на развод"

"Спасибо. Документы ушли на обработку. Решение по вашему делу будет вынесено завтра в двенадцать дня. Решение вступает в законную силу после его вынесения"

Правильно, у нас же нет совместных детей. Делить нам нечего. Квартиру пусть теперь снимает сама. Или этого напрягает.

Так. Надо было выдохнуть. Статы полетели в тартарары.

"Терпение – 40"

"Иб -12"

"Семья – 9.98"

Два процента, что мы отзовём заявление о разводе. Я в это не верил. Все -10. Такое не прощается. Столько лет обмана. Вранья мне в глаза.

Я от злости пнул камень на дороге и зашёл в подъезд дома, где жил отец после развода с матерью. Они развелись неожиданно. После тридцати лет брака. Разъехались по разным городам и больше не общались. Я вначале пытался их помирить, но они отказывались. Мать не могла простить отцу многочисленные измены, а отец отказывался прощать её переписку с одноклассником и встречу с ним в ресторане. По мне всё это было уже как-то глупо. Столько лет прожить, терпеть друг друга, чтоб разойтись в один миг из-за ревности и упрёков? Тут уж можно было помириться. Но мама хорошо жила без отца, а вот отцу было скучно, поэтому, стоило ему выйти на пенсию, он постоянно названивал мне.

Отец дверь долго не открывал. Я уже подумал, что его дома нет, когда он открыл дверь весь в мыле.

– Надо было позвонить, сынок. Ты малесь не вовремя, – сразу сказал он.

– Так сам звал поговорить.

– Так ты же отказался, поэтому я решил поразвлекутся иначе. Завтра приходи, – сказал он. Хотел закрыть дверь, потом передумал. – Ладно. Смотри сам.

Он прикрыл за собой дверь и вышел на лестничную клетку, запахивая халат.

– Я теперь по нескольку раз на дню гуляю в парке. Воздух свежий, ходьба полезна для здоровья, да и любопытного много. Там много любителей останавливаться птичек послушать и память сидения машины. А я таких любителей на видео снимаю. Такая уже подборка получилась.

– Ты мне сейчас про свои извращённые походы не рассказывай.

– Так тут в них суть и есть. Смотри сам.

Он достал телефон и вывел на экран картинку со съёмками из кустов. Качество было неособо хорошим. Явно какая-то девка делала приятное мужику. Видна была её голова и его рожа с блаженной улыбкой. Потом она подняла голову и стащила с себя футболку, оставаясь в одном бюстгальтере. Повела грудью перед мужиком, обернулась. Настя. Сегодня день был ударов. Мужик откинул спинку сидения, явно укладывая его в горизонтальное положение. Настя оседлала мужика сверху.

– А это другой тип, – переключая видео, сказал отец.

– Хватит.

– За месяц их было десять. Ну или скольких я увидел на том месте. Решил провести целое расследование. Нашёл её страницу в интернете. Она оказывает услуги интимного характера за деньги. Вот так вот, сынок.

– А чего раньше не сказал?

– Так доказательства собирал. Не знаю, что ты будешь делать с этой информацией, но я своё дело сделал и теперь могу идти развлекаться.

– Иди, развлекайся, – вздохнул я.

– Максим, ты там её только не убивай. Сам знаешь, что девки этого не стоят.

Сказав напутственную речь, он ушёл в квартиру, оставив меня на лестничной клетке. Теперь оставалось решить, куда направить лыжи. Позвонил другу. Тот был в командировке. Вернуться должен был лишь на следующей недели. Позвонил другому знакомому. Тот в отпуске на море отдыхал. Мать сейчас была заграницей с тургруппой. Запасной ключ у меня был, но она на это время квартиру сдавала.

"Открыть счёт"

Так, тысяча рублей. Как щедро с её стороны оставить мне такие большие деньги! У Насти, как у моей жены, был доступ к общему счёту, на который я закидывал почти всю зарплату. Всё-таки я был дураком. Надо было сразу заблокировать счёт до окончания слушания дела. Теперь оставалось забрать тысячу рублей и перекинуть её на личный счёт, где было ещё две. Три тысячи, на которые жить ещё в течение месяца. Неприятно. Она меня, по сути, обокрала.

А я был дураком, раз это допустил.

"Найти комнату гостиничного типа"

За две тысячи можно было снять комнату в столице. Значит сейчас придётся ехать туда. Я оплатил комнату с удобствами на этаже, но личным номером. После этого поехал в мегаполис. Народу в автобусе было много, поэтому пришлось стоять. Я смотрел на этих случайных людей, которые каждый день пользовались общественным транспортом, пересекались друг с другом и не замечали друг друга. Каждый был в сети, уходя от реальности и заполняя лишнее время лишней информацией, которая была не такой уж и нужной. Я мог сейчас сам почитать новости, посмотреть ролики, чтоб убежать от мыслей, но это казалось трусостью, поэтому я думал. Думал о жизни, о смерти, которая сегодня была рядом и погладила по голове. Думал о справедливости и обмане.

Всю жизнь я вёл правильную жизнь насколько мог. У меня было два брака за плечами. Первый закончился по инициативе жены. Она посчитала, что я слишком мало зарабатываю. Решила, что может найти человека, который сможет достойно обеспечить её с двумя мальчишками. В результате скакала от одного брака к другому. У неё уже их было пять. Все официальные. От трёх браков были дети. Одного ребёнка воспитывала бабушка, он какой-то больной был, другого забрал к себе отец мальчишки. И троих, включая моих близнецов, воспитывала она, срубая с их отцов алименты. Я хотел мальчишек к себе забрать, но вначале они не хотели, а потом, когда появилась Настя, то уже она была против них. Лана продолжала искать принца на белым коне, я крутился, пытаясь обеспечить семью, детей, ещё и родителям помочь. Порой на себя времени не было. Хотя ведь сам всё так поставил. Сам пустил жизнь на самотёк, так чего было кого-то винить? Когда сажаешь себе на шею людей, позволяешь им ножки свесить, то потом глупо удивляться, когда они с радостью располагаются на шеи и начинают ещё погонять. Я только одного не мог понять: чем этот тип так приглянулся Насте? Он же ничего из себя не представлял. И с мужиками она ведь спала ради него. Другому объяснению, куда она тратила деньги, я найти не мог. Видимо ему посылала.

Автобус остановился на остановке, где меня чуть днём не грохнули. Больше ничего не напоминало о том инциденте. Уже и остановку новую поставили. Оперативно. Так бы ещё на вызовы приезжали, а не только устанавливали остановки. Автобус поехал дальше. Я же закрыл глаза. Теперь придётся начинать сначала. Только что будет в этом начале? В новой жизни? Явно больше не будет браков и жён. Хватит. Наелся. И пусть у меня из-за этого упадёт уровень доверия, а значит просядет и индекс благонадёжности. Не так и важно. Главное спокойствие и больше никаких дур. Один буду жить. Через год закончится моя кабала с алиментами на близнецов. Значит будут свободные деньги, если ребята не решат поступать на очное отделение. Я им уже говорил, что тогда их придушу. Одно дело помочь, а другое дело содержать, отдавая половину зарплаты на их обучение и кормёжки в учебном заведении. К этому я точно не был готов. Машка дочка не моя. Обидно. Я её ведь своей считал. Но это одновременно и хорошо, так как не придётся и ей алименты платить. Надо где-то написать, что больше никаких детей. Что ещё? Этот месяц можно и в гостиничных комнатах пережить, а на следующий тогда сниму однокомнатную квартиру. Куплю пушку в игре, на которую давно облизываюсь, да всё денег было жаль. Можно будет и работу поменять. Мне много не нужно. Значит и пахать столько не надо.

Вроде мысли все правильные, нужные, только кулаки продолжали сжимать сумку, в которой были немногочисленные вещи.

Гостиничные номера находились от автобусной остановки где-то в километре пути. Можно было и на другой автобус пересесть, но я не стал. Пошёл пешком. По дороге зашёл в столовую. Заказал дешёвый ужин и тут мне стало всё равно. Апатия. Люди заходили, выходили, разговаривали, а мне было на всё плевать.

"Настоятельно рекомендуем вам обратиться к врачу"

Ага. А я бы вместо этого взял винтовку и пошёл выпускать пыл. Но до выходных нагрузки мне были запрещены, а значит и в игру не войти. Всё не вовремя. Или, наоборот, вовремя, чтоб я успел подумать. Взять паузу.

Гостиница располагалась в высотке. Мой номер находился на пятом этаже. Кровать, шкаф и комната два на три. Камера или клетка. На окнах решётки. Двери со встроенными электронными замками. Я кинул сумку на пол и завалился на кровать, закинув руки за голову.

Спокойны аки слон. Вот сейчас я и чувствовал себя этим слоном, которого до такой степени задолбала жизнь, что больше ни на что не оставалось сил, кроме как закрыть глаза, чтоб проснуться среди ночи.

Так как уснул я довольно рано, то быстро выспался. Три часа ночи, сна ни в одном глазу, впереди пять выходных, которые не знаешь, как провести и в карманах дыра сквозь, которую утекли деньги. Весело жизнь поставила точку в тридцать семь лет.

"Индекс благонадёжности 4.89"

А не так давно был вкачен в восьмёрку. Если за выходные не подниму статы, то с работой можно будет попрощаться.

Я выбрался из кровати, достал свежие вещи и пошёл в душ. Нужно было привести себя в порядок. Нужно. Плохое слово, которое заставляет нас чего-то делать. Подгоняет, не даёт оставаться на месте. Мы придумываем себе эти слова нужности, уверяем себя, что нужны, как хорошие специалисты, как любящие супруги, отцы, а по факту мы нужны лишь себе и больше никому. Ставишь себе цели, чтоб их добиться. Оглядываешься, чтоб другие увидели эти достижения, позавидовали, а опять же, всё это нужно лишь нам, а никому-то ещё. Если меня сегодня не станет, то не так уж много людей опечалится и вспомнит. Нужно. Плохое слово, которое то и дело всплывает в наших словах. Но оно и нужное, чтоб не опуститься, не упасть на дно, остаться собой. Нужно сбрить щетину и не напоминать бродягу, нужно поддерживать чистоту, нужно есть, куда-то идти, лишь бы не оставаться на месте и не погружаться в пучину тоски и безнадёги. Жизнь продолжалась.

После душа я не нашёл ничего умного, как пойти гулять. Четыре часа утра. То время, когда рассвет уже обволакивает улицы синеватой дымкой. Запоздалые прохожие бредут по сонным улицам, а автобусы ходят почти пустые. Сразу вспомнилась молодость, когда я провожал Лану до дома, а потом не успевал на последний автобус. Тогда ещё не на всех маршрутах было круглосуточное движение. На такси денег не было, поэтому оставалось брести по ночному городу. Тогда я домой приходил как раз к четырём утра, чтоб потом проспать два часа и пойти на работу. Безумное то было время. Хорошо, что длилось оно недолго. Я когда пошёл ещё и на вечернее учиться, то встречи с Ланой почти сошли на нет, поэтому мы с ней и съехались. Рано. Нужно было подождать. Но разве молодость знает, что такое ждать? В то время хочется бежать, жить, как будто если остановишься, то умрёшь.

Это напомнило одну из первых игр, которая быстро ушла в подполье. Смысл игры было пройти все препятствия не останавливаясь ни на минуту. Бежать, идти, ползти, куда-то лезть – всё что угодно, лишь бы не стоять на месте. Если останавливаешься, то специальный чип обнулял результаты и игрок проигрывал. Тяжёлая игра, которую не все выдерживали физически. Вскоре она была признана опасна для здоровья и психики, поэтому её официально запретили, но кто-то играл подпольно.

Вот молодость и напоминала мне "Бегуна". А сейчас пришёл другой возраст, когда пора остановиться и задуматься, но вместо этого я брёл по улицам спящего города, который медленно просыпался. Вспоминал и думал, где же я свернул не так, какие характеристики были прокачены неверно. Похоже это было доверие. Слишком много я на него уповал. Надо было качать эгоизм. Тогда бы и не остался с копейками в кармане и в гостиничном номере с удобствами на этаже.

Глава 4

Мелкий дождь мешал обзору. Я поднял забрало шлема и осмотрелся. Тишина на площадке и в эфире напрягала. Но, мы сами решили отказаться от переговоров, так как у противника была прослушка. Пока мы её не снесём, то разговаривать – только себя выдавать.

Тарелка была на последнем этаже двухэтажного дома. Рик её пытался снять из гранатомёта, но не получилось. Только сам подставился. Снайпер продолжал сидеть на вышке и выносить нас по очереди. Нужно было что-то делать. Как-то выбираться.

Сегодня бой напоминал шахматную партию, где нужно было думать, а не нестись сломя голову, на захват здания. Времени было много, поэтому можно было и подумать.

Пашка с ребятами перебежками добрался до бетонного забора. Снайпер по ним пальнул два раза и опять затишье. Я вернулся в яму, где мы прятались.

– Надо выносить стрелка. А для этого нужно отвлечь внимание.

– Пап, за трубой дома второй прячется. Когда решимся вынести чудака на башне, то нас покосит тот, что за трубой, – сказал Юра.

– Точно? – я покосился на сына, который сидел откинувшись на стену ямы, сжимая в руках винтовку. На первый взгляд, создавалось впечатление, что ему плевать на игру, а сюда он зашёл случайно. Но я уже давно заметил, что за этим напускным безразличием скрывается внимательность и лёгкость на ногу. Стоит отдать приказ, как он тут же кинется его исполнять.

– Стопроцентная инфа. У него стелс-костюм, поэтому его не видно. А у меня во какая вещь есть, – показывая бинокль для распознавания стелса, сказал Юра.

– Где ты его достал?

– Там уже его нет, – усмехнулся Юра.

– Эти парни хорошо задонатили для сессии, – сказал Стас, который был в шлем напоминал робота-полицейского, созданного для поддержания порядка. Тяжёлая бандура почти полностью закрывала его лицо, но это был единственный способ, чтоб Стас играл наравне с нами.

– С чего решил? – спросил я.

– У них оружия тир пять, – ответил Ромка, который вчера вернулся из командировки и сразу пошёл в бой вместе с нами.

– Фигово, – сказали мы одновременно с Юркой.

– Если нам объединиться с Пашей? – предложил Юрка. – Вываливаемся одновременно. Пока стрелки вылезают, их снимает Стас и парень с группы Пашки.

– И как ты предлагаешь с ним связаться? – спросил я, обдумывая эту затею.

– Сигнальными флагами, – рассмеялся Ромка.

– Сигнализируй, – разрешил я.

– Сколько у нас дымовых гранат? – спросил Стас.

– А дебаф?

– Минута рези в глазах. Прорвёмся.

– И будет из нас решето, – возразил Юрка.

– Нам подобраться к дому. Садимся под окна и ждём, когда резь пройдёт. – сказал Стас

– Принято, – согласился я, наблюдая, как Ромка пытается договориться с Пашкой. Тот похоже тупил.

Я выглянул из ямы и опять огляделся. Мокрый от дождя полигон навевал уныние. Дома с выбитыми окнами, куски забора, старые машины, разбросанные в разных местах, сторожевые вышки и ямы рассекали поле, заставляя казаться, что вокруг проходили настоящие военные действия. Реализм в полной силе. Здесь даже не нужно было включать дополнительный графон, как на других полях. Реальные препятствия в игре были редкостью. Обычно на полях были препятствия схематичные, которые дополнялись с помощью графики, что "рисовала" препятствия в чистом поле.

После того как я переехал в столицу, то полазил по местным полям для игр и нашёл это. Недорогое в аренде и намного интереснее, чем поля, на которых мы играли раньше.

– Вроде понял, – доложил Ромка.

– Хорошо. Выступаем по сигналу. Стас, помни, вся надежда на тебя, а то стрелок положит нас около окон, – сказал я.

Мы дали сигнал Пашке. Взялись за дымовые гранаты. Три, два… Поехали. Дымовая завеса дала нам немного преимущества. Тем более что раскидывали мы их по очереди. В поднявшемся дыму ничего не было видно, только слышны одиночные выстрелы.

Я споткнулся и к окну просто влетел. Пуля зацепила ногу. На автомате достал из разгрузки аптечку. Ещё два лёгких ранения смогу вылечить. Пусть аптечка и весила прилично, но я считал, что выходить из строя из-за царапин – это глупо. Как-то с Юркой мы на эту тему поспорили. Он считал, что нужно побольше оружия, патронов. Я тогда не выдержал, кинул ему деньжат игровых, чтоб он закупился на максимум. И что в итоге? В начале боя свалился от потери крови, а я до конца дошёл. Нет, понятно, что молодость – глупость, но всё же иногда и думать нужно головой.

– Пашка нас предал, – заваливаясь рядом, сказал Юрка.

– Не понял флагов?

– Вряд ли. Похоже решил отсидеться и дождаться финала боя, чтоб получить по минималке очков.

– Ну и пусть сидит в кустах, – ответил я. – Ромка выбыл?

– Ага, вместе с пулемётом. Стаса ранило. У него десять минут лечения.

– Чего так?

– Хз. Он там рану чуть не клеем стягивает. Медик, блин. Ждём его?

– Нет. Идём вдвоём. Десять минут – это слишком много.

Стас был за штатного медика, который при сильных ранах мог восстановить здоровье. Но себя лечить у него получалось как-то через раз. Если бы он не пробовал разные комбинации лечения, а брал стандарт, то может и лечение проходило быстрее. Только Стаса тянуло на эксперименты.

– Ты в окно, я в дверь. Вначале “зарю” кидаем, потом сами лезем. Пошли, – сказал я. Юрка уже был на ногах.

Я закинул за спину винтовку. Взял дробовик. Юрка полетел со штормовой. Три, два… Вперёд. Световая граната в дверной проём, где отсутствовала дверь. Самому отвернуться. Юра открыл огнь из своего дробовика, но выстрелы быстра. Я нырнул в соседний коридор. Дом был типовым. Три комнаты на первом этаже и лестница на второй этаж, где располагалась ещё одна комната. Тишина. Сложно узнать, удалось ли Юрке отбиться или он выбыл. Тарелка сильно осложняла атаку. Слишком мы сильно привыкли к общению во время боя. Координировали действия. Тут же мы были словно слепые и глухие. Неприятно.

Я пригнулся и заглянул в комнату, где должен был быть Юрка. Он сидел на полу. Я видел его силуэт в красной обводке. Плечо, живот и нога были с красными точками. Ранения. Довольно серьёзные.

– Опять без аптечки? – спросил я.

– Продырявил меня слишком сильно. Но я этого гада снял! Одним меньше.

– В последний раз помогаю, – ответил я, кидая ему оставшуюся аптечку. Так хоть кровью не истечёт.

Меня продолжала напрягать тишина в доме. Казалось, что здесь никого нет. Ни шороха, ни скрипа половиц. Что-то было не так.

– Они используют маскирующие халаты. Бронники какого-то суперуровня. Мне случайно удалось в голову этому типу попасть и то от рикошета.

– Ясно. Идём только тихо.

Юрка уже был на ногах. Мы вышли в коридор, где что-то изменилось. Я сделал знак Юрке остановиться. Тонкая, почти невидимая паутина пересекала весь коридор. Ловушка. Я показал на неё сыну, тот вынул патрон и кинул его в паутину, стараясь попасть по нитям. Та захлопнулась, как ловушка. Противный свист прошёлся по ушам. Не знаю, похоже сработал инстинкт. Я повалил на пол Юру. В этот момент рвануло так, что перед глазами поплыли полосы. Сбоку появился значок, что видимость упала до десяти процентов. В этот момент и появились мыльные пузыри, которые поплыли по коридору. Сюрреалистичное зрелище. В разрушенном доме, где должны были прятаться бандиты, кто-то мыльные пузыри пускал. Я поднялся на ноги. Юрке не было. Выбыл? Нужно проверить, а для этого надо в меню лезть. Меня же смущали пузыри, которые начали лопаться и источать зелёный дым. ХП сразу стало падать. Я пошёл вперёд по коридору, не обращая внимание на мигающие блики перед глазами и сигналы опасности. Клоун появился словно из-под земли. Как из известного фильма ужасов. Я только успел выругаться и машинально выстрелил. Клоуну хватило выбить меня с одного выстрела из винтовки, а я его сильно ранил, прежде экран игры погас. После этого на полигоне делать было нечего. Я пошёл к трибунам. Пластиковый автомат уже не казался таким тяжёлым, как и дробовик. Разгрузка перестала давить на плечи. Ощущение тяжести прошло. А вот ощущение холода и сырости никуда не делось. Пашка ещё торчал с ребятами около забора. Реально решил поиграть в кустового война. Рик и Ромка уже кофе пили в кафе под навесом, что находилось на полигоне. Я сам не отказался от горячего напитка, чтоб прогнать эту сырость.

– Чего там? – спросил Ромка.

– Хрень какая-то. Меня клоун вынес, – заказывая кофе и два пирога, ответил я.

– Какой клоун?

– Хватит ржать. Там что-то непонятное в этом доме. Ловушки – паутины. Мыльные пузыри с газом. Ересь какая-то.

– В магазинах этого нет, – ответил Рик, который явно прошёлся по донатному магазину.

– Может испытывают что-то новое? А мы попали на это испытание? – предложил Рома.

– Тогда становится понятно, почему аренда поля обошлась так недорого, – ответил я, садясь за стол, который мог вместить команду из десяти человек, но который занимали пока лишь мы.

– Пашка так и отсиживается, – сказал Рик.

– Я больше с ним на одном поле играть не буду. Если тока в соперниках.

– А я его понимаю. Против донаторов идти – так надо с головой не дружит. Ясно же, что они нас сольют.

– Пока не слили, – сказал Рик, наблюдая за игрой. – Стас клоуна добил.

– Ожил? Я уже думал, что он со своими лекарствами к нам присоединиться, – ответил я.

– Молодой ещё. Охота изобрести что-то новое, своё. Со временем поймёт, что лучше улучшить старую комбинацию, чем с нуля изобретать велосипед.

– Всё, подорвались наши, – сказал Рик. – Хм, противники запросили капитуляции.

– Значит точно, чего-то испытывали. Капитуляцию Пашка принимает? – спросил я.

– Так кроме него никого и не осталось. Неплохо нам так очков дали, – заметил Рик.

– Старик, ты на тридцать позиций в рейтинге скаканул! Я только на десять, – сказал Рома.

– Так правильно. Я же отрядом командовал. А у меня всё на три умножается. Чего на меня так смотрите? Я вам предлагал руководить. Вы отказываетесь. А мальчишки ещё не доросли. Угробят нашу компанию как пить дать.

– Да ладно тебе, Юрка, на первый взгляд, только такой резвый. На деле думает прежде, чем делает, – возразил Рома.

– Рано ему командовать. Пусть позади походит, – возразил я.

Близнецы как раз возвращались с площадки в компании донаторов и о чём-то с ними разговаривали. Ржали. Значит наше предположение с парнями оказалось верным. Мы были подопытными кроликами.

"Войти в игру"

Сразу появились ники над головами и классы противников. Во время боя я оставлял лишь красные обозначения врагов и своё ХП. Остальное лишь отвлекало. Патроны считал по старинке. Лишние системные штуки лишь мешали во время боя и отвлекали. Теперь же я знакомился с подходящей командой. Два снайпера. Девчонка штурмовик . Поддержка с пулемётом и гранатомётом. Ещё один штурмовик, похоже и есть тот клоун, который меня грохнул. Орги? Ого. Какие люди спустились к нам.

– Всем бобра, – сказал он, закидывая на стул разгрузку. – Не помешаем?

– Нет, места всем хватит, – ответил я, переглянувшись со своими.

"Думаешь нам плюшек добавят?" – пришло сообщение от Ромы.

"А зря мы кроликами бегали? Должны. Такие вещи просто так не обкатывают,"– ответил я.

Пока все закупались горячими напитками, мы ждали, присматриваясь к игрокам. Я прошёлся по их местам в таблице. Здесь все были в первой тридцатки. Сильные ребята. И как только нас не положили.

– Вы уж на нас обид не держите. Нужно было обкатать новые плюшки, – сразу сказал Орги. – Проверяли пойдёт ли кто в бой с донаторами.

– И как результат?

– Вы пошли, – усмехнулся Орги. Парень был чуть старше моих мальчишек. Может лет двадцать пять, но не больше. В киберспорт и шла молодёжь, превращаясь в местных легенд, которые много делали для игры, оживляя её, придумывая новые тактики и приёмы, которые потом старались повторить другие команды.

– Ну, мы любители. Играем ради развлечения. Нам потерять пару позиций в рейтинге не обидно, – ответил я.

– Не все такие. Многие на принцип идут.

– А как насчёт спортивного интереса? Попробовать нагнуть тех, кто считает себя непобедимым? – спросил Юрка.

– Не все готовы воевать с ветряными мельницами, – ответил ему один из снайперов.

– Согласен. Сливаться ради чужого развлечения или биться головой об стену, которую не пробить – я не собираюсь. Если не будет падать хороших денег даже за слив, чтоб хватило на починку оружия, то я бы начал бои пропускать с донаторами. Вкладывать кровные деньги в починку – я не готов, – сказал Рик.

– Я Рика поддержу. Одно дело прийти поиграть, пострелять. А другое дело изображать из себя мешки для битья. Я согласен был играть, когда увидел у вас прослушку на доме. Но когда выяснилось, что вы все увешаны донатом, то продолжил лишь потому, что уже поворачивать назад было неинтересно. Решили попробовать силы, но не факт, что если такое повториться несколько раз, я бы продолжил в игру играть дальше. Донатные вещички возможны в бою, но никогда они лезут со всех щелей, – ответил я.

– Сам так же думаю. Если и вводить, то так, чтоб они не перевешивали баланс боя. Играть с мыслью, что ты непобедим неинтересно. Мы уже так неделю играемся и как-то вяло идёт игра. Какие-то команды сразу сливаются. Другие пытаются пробиться, но в основном новички, которые бьют, потому что бьют. Осознанного боя здесь не видать, – согласился Орги.

– Жаль будет, если игра превратится в тупой махач, – ответил я.

– Если цены снизить на вещи, то многие согласятся на покупку, – сказал Рома.

– Главное, чтоб не ушла атмосфера игры. Согласитесь, что клоуны с пузырями в боевке – это дико смотрится. Ладно разгрузку какую, шлемы добавить, зимние-осенние костюмы, а вот клоуны и другая ерунда – дико, – сказал я.

– Забавно, – возразил Орги. – Ещё партию сыграем? Уже с открытыми картами и оружием?

– Время, – возразил Рома. – Завтра ещё на работу нужно.

– Хе, у меня завтра ещё выходной, – сказал я. – Но поддержу остальных. Мы играем в свободное время. А это времени не так много, как хотелось бы.

– А мы со Стасом можем ещё сыграть. Нам торопиться некуда, – сказал Юрка.

– Если найдёте ещё троих, то играем, – сказал им Орги.

– Легче лёгкого, – сказал Стас. Уходя в поиск знакомых одиночек, которые пришли поиграть вне команды по рандомному подбору.

– Только проверенных. Перводневок не берите, – сказал Орги. – Я вам тогда по маскхалату скину и ловушек за беспокойство. А мнение учту, когда буду докладывать о результатах эксперимента. Вы ведь постоянно играете. Слаженная команда. Чего в соревнованиях не участвуете?

– Даже мысли не было, – ответил Рома.

– Это всё для молодёжи. Не для моего возраста и спины. Когда бегаешь для себя, то выкладываться на сто двадцать никто не требует. Когда же играешь на публику, то ответственность давит. Уже не получится пустить интерес болельщиков побоку. Например, я на тебя деньги поставил, что выйдешь в финал. Так что подводить тебе никак нельзя, – ответил я.

– Ясно, – рассмеялся Орги. – Постараемся с командой не подвести.

– Уж постарайтесь.

– Пап, мы тогда сами доедем, – сказал Юрка.

– Ещё порежемся здесь, – согласился Стас.

– Играйтесь. К десяти домой только явитесь. А то штраф оплачу из тех денег, что отложены на игру за следующий месяц.

– Есть кэп! Будем вовремя, – сказал Юрка, выбираясь из-за стола и на бегу допивая кофе.

– Удачной игры, – сказал я.

Они ушли на новый бой. А мы пошли переодеваться в раздевалку и до дома. Мелкий противный дождь не прекращался. Мальчишки его явно не замечали, а меня уже до костей пробирал.

– Хорошо быть молодым, – словно прочитал мои мысли, сказал Рома.

– Когда-то и мы не на что внимания не обращали. Качать силу, так до потери сил. Играть, так до последнего. Жить на остриё жизни. На её крае, а сейчас мы уже старая гвардия, – согласился Рик, который был нас младше на три года.

– Да ладно вам. Так послушать, сразу в утиль охота сдаться. Я пока ещё не готов к этому, – возразил я. На душе и так было хреново, а если ещё и думать в общем направлении, так совсем тяжело станет. Жить не захочешь.

– Но признавать приходится, что порой приходится отходить в сторону, когда молодость просит дорогу, – заметил Рома. – Сейчас бы замутить отряд. Штурмовать соревнования. А мне домой надо, потому что работу никто не отменял.

– Зато у нас есть стабильность.

– Которая превращает жизнь в скуку, – сказал Рик.

– Как хотите, но по мне лучше скучать, но не думать, где деньги завтра найти, чем постоянно находится в их поиске. Три недели назад на своей шкуре ощутил, что это такое. Повторять не хочу, – ответил я. – Заканчиваем хандрить. Пусть сами не играем, но никто нам не запрещает болеть за команды. Что и будем делать. Сегодня день прошёл неплохо. Пусть и проиграли, но много и получили. Завтра будет день ещё лучше. А если ныть, то за нытьём этих улучшений не заметим.

Мы вышли из полигона, который представлял собой большую огороженную площадку с системой пропуска. Рядом была остановка автобуса. Рик уехал первым. Мы же с Ромой немного задержались на остановке. Дожидаясь другого автобуса.

– Ты неплохо держишься, – сказал Рома. – Помощь какая нужна?

– Сейчас норм. Квартиру снял. С работой порядок, – ответил я.

– Ну и добро, – ответил Рома. – Если что, ты звони. Помогу, чем смогу.

– Справлюсь.

Хотел усмехнуться и спросить, чем он мне мог помочь, когда меня обложили по всем фронтам, но не стал. На добро насмешкой отвечать – это как-то не по-людски.

Автобус подъехал по расписанию. Я предупредил бывшую, что мальчишки задержутся. Поболтал с Ромкой о следующем сборе нашей команды и понял, что завтра буду играть один. Все были заняты. Дождь моросил. Настроение было плохим. Перед глазами на дисплее мелькали новости. А мне хотелось купить билет куда-нибудь и уехать подальше, чтоб прийти в себя. Игра помогала забыться, как и работа, но из серости не выводила. В последнее время жизнь перестала казаться яркой и осмысленной. Всё напоминало течение. Вот по нему я и плыл.

Глава 5

«Открыть статистику. Показать уровень ИБ», – велел я.

Мне его удалось поднять до пятёрки за счёт социальной активности. Я вкачал общение в 3.5, до этого была двойка, как-то было не до пустого трёпа. Дружба в 6.3. Политическая грамотность в 4. Развёл пару дискуссий в сети и сразу единичку добил. Всё это и повысило меня до пятёрки и позволило сохранить работу. Приём у психолога смог остановить падение ИБ. Она его остановила в принудительном порядке и заставила ходить на терапию, где убеждала меня, что это я виноват в загулах жены. Мол, это мне надо было её перевоспитать, раз были такие косяки с её стороны. Как будто она была ребёнком, который не понимал, что творит. Меня это бесило, но я сохранял невозмутимое выражение лица, односложно отвечал на вопросы психолога и думал о титуле «спокоен аки слон». Я хотел быть таким спокойным и толстокожим, чтоб человеческая глупость не пробивала броню.

Что мне всегда не нравилось в нашем обществе, так это желание лезть в чужую жизнь и держать её под контролем, при этом навязывая свою идеалистическую картину мира, где всё всегда было хорошо, а в проблемах был виноват лишь сам человек. Он не смог увидеть дыру в идеальной системе, не закрыл её, значит виноват.

– Вы общались с Настей? Дочкой?

– Она не хочет, чтоб я мешал её жизни. А Маше так будет проще меня забыть? – ответил я.

– А вам?

– Мне всё равно.

«Вами получен титул Упрямый правдорубец»

А, значит надо было солгать, что меня волнует, как они там живут? Ладно, Машка ещё волновала. Её бабушка к себе забрала на время, пока непутёвая мамаша личную жизнь устраивала. О Насте даже думать не хотелось.

– Вам нужно наладить отношения с бывшей женой. Тогда вы сможете поднять ИБ до прежних значений. Удалось же вам это сделать с первой женой?

– Я постараюсь, – ответил я. На лице психолога появилась довольная улыбка, словно она добилась нужного ответа от такого тупого человека, как я.

– Это в ваших же интересах, – настойчиво сказала она.

– А если не будет у нас добрых отношений? Что тогда?

– Тогда я отключу коррекцию ИБ и он упадёт.

– С какого он упасть-то должен? – не выдержал я.

– Вы отказываетесь признавать свои ошибки, а значит сможете в будущем совершить похожие. Слышали про поговорку с граблями? Есть такой садовый инструмент с загнутыми зубцами на манер ковша.

– Я знаю, что такое грабли и слышал про них поговорку.

– Тогда должны знать, что они будут бить по лбу, каждый раз, когда вы будете на них наступать, – ответила психолог. – В мою работу и входит предотвратить вас от этих ошибок.

– Подумаю над этим.

– Хорошо. Запишитесь на следующий приём. Как раз расскажете о своих достижениях в нашей с вами работе.

После общения с психологом я выходил всегда на взводе. Этот раз был не исключением. Меня бесил её кабинет в зелёных тонах, который должен был успокаивать а на деле злил. Меня бесила эта всезнающая сука, которая на деле ведь ничего не знала. Она говорила заученными фразами, не вникая в ситуацию. А я должен был все эти фразы слушать.

После кабинета психолога я отправился на вчерашний полигон. Нужно было выпустить пар и отвлечься. Пусть я сегодня и был одиноким игроком, но великий рандом никогда не давал пропасть. В этом даже что-то было, чтоб посмотреть, как играют другие команды, пообщаться с новыми людьми, попробовать другое оружие.

Сегодня ещё и с погодой повезло. После вчерашнего дождя светило солнце и было относительно тепло, при этом не чувствовалась жара, а значит не придётся надевать специальный охлаждающий костюм.

Я достал сумку с инвентарём из шкафчика. Так как площадка мне понравилась, я сразу оплатил аренду на неделю. Возможно потом можно будет перебраться куда-нибудь ещё. В большом городе с разнообразием мест для игр не было проблем, в отличие от провинции. Я и начинал с такой, где оружие весило в реале пять килограмм, а костюмов не было, поэтому мы покупали комбезы для рыболовов и охотников, а крепости строили из сугробов. По ним и ползали. Вот были времена, когда оружие лагало, связь пропадала, а правила порой не соблюдались и виртуальная войнушка превращалась в мордобой. Зато тогда и войны были масштабнее. Не эти турниры, а настоящие войны, которые чуть не в реал перетекали с подставами и выяснением отношений. Но со временем и до игр добралась цивилизация. Костюмы стали делать специальные и облегчённые под любую погоду. Оружие перестало весить килограмм, а ощущение веса появлялось при входе в игру. Очень многое из реала перешло в виртуал, как те же гранаты. Раньше приходилось их вручную кидать в реале, чтоб увидеть в игре взрыв, а потом эти гранаты искать. Они постоянно терялись и были дорогим расходным материалом. Как и аптечки, которые раньше покупались только за реал. Сейчас всё это можно было купить за игровые и они были чисто в виртуале, а значит ушли в прошлое поиск инвентаря после игры.

– Привет, а где твоя команда? – ко мне подошёл Орги.

– Сегодня одиночкой бегаю.

– Пошли к нам. У нас как раз одного человека не хватает, – предложил он. – Только с нашим оружием и амуницией.

– С костюмами?

– Угу. С ними родимыми, – ответил он, поглядывая куда-то в сторону. – Только не говори, что не любопытно новые вещи испытать. Протестишь с нами, заодно и развлечёшься.

«Принять приглашение в личную беседку?»

«Принять», – ответил я системе.

«Мне левого чела брать неохота. Тебя я в игре видел. Сегодня идём на две оборонки, одно наступление и совместная рандомная компания. Суммарно часов на шесть игры с перерывами. Пойдёшь? Считай день игры бесплатно отыграешь без потерь».

«Пока в состоянии оплатить игру»

«А вот тут без обид давай. Оскорбить намерений нет. Так чего? Или будешь со школотой гонять?»

«Много сегодня школоты?» – спросил я, так как ещё не проверил, кто на площадке.

«Ребята чью-то днюху справляют. Сам понимаешь», – ответил Орги.

«Будешь с ними воевать?»

«А мне без разницы кого сливать. Нужно отработать время. Что мы с ребятами и делаем»

«Ладно. Согласен сегодня с вами побегать»

«Тогда сразу договор на берегу. Играем по заданной мною схеме. Без вылезания вперёд. Так как ты в своей командир был, короче, против меня не идёшь»

«Не вопрос»

– Тогда встречаемся на полигоне, через пятнадцать минут. Тогда и начнём раунд, – ответил Орги.

Первый раунд был защитой дома. Первый этаж мы заминировали, расставив столько ловушек и мин, что вряд ли кто их смог пройти. Несколько ловушек были расставлены около дома. Два снайпера сидели на втором этаже. Пулемётчик сделал гнездо на вышки. Два человека спрятались около дома. По схеме мы должны были дождаться, когда нападающие дойдут до дома и войдут внутрь. Оставшихся в живых должны были бы зажать в тиски те, кто прятался на втором этаже и двое рядом с домом.

– Наша пятёрка против трёх пятёрок школьников. Будет шумно и весело, – довольно сказал Орги. Мы как раз с ним залегли около дома в маскировочных халатах с винтовками пятого поколения.

– Глушилки сегодня нет? – спросил я.

– Надо же дать ребятам шанс, – ответил Орги. – Макс, на будущее, все переговоры через чат. Связь не используем. Пусть и сложно одновременно отдавать приказ системе на печатание сообщения и его прочтения с одновременной стрельбой, но потом привыкаешь.

«А чего вы связью не пользуетесь?»

«Канал защищён, а связь прослушивается. Несмотря на то что мы находимся в игре, система по кодовым словам отслеживает переговоры. А мы уже привыкли ляпать, не задумываясь над словами»

Пусть мне это мало, что говорило, но уточнять я не стал. В этот момент началась игра.

В этот раз по согласию с другими командами была включена графика. Вокруг появились кусты осеннего леса. Площадка стала напоминать охотничий дом с вышкой, который и должны были взять три команды. Нарисованные кусты представляли собой дополнительные барьеры, за которыми можно было прятаться. Ещё появились два сарая, и остатки забора, а также высокие грядки, которые больше походили на окопы. Мы с Орги затаились за густыми кустами, что теперь росли около дома. Я лежал на земле, наблюдая за домом.

«Против нас играет Юрод!» – пришло сообщение от пулемётчика.

«Выносим его сразу. Мне он в игре не нужен» – велел Орги.

«Брут опять пытается сдать своих за проценты», – пришло сообщение от некого Шустрика.

«А ко мне не стучится», – сказал Орги.

«Если бы мне морду набили во время игры, то я бы сам не стал к тебе стучаться», – написал Лук.

«Так всё равно предлагает. Видимо урок ему не пошёл впрок», – ответил Орги.

«А я тебе говорил, что таких кулаки не лечат. Как его ещё в команду берут?»

«Меня тоже брали, когда я всем оплачивал игру», – ответил Орги.

«Всё в наше время решают деньги»

«Или лишают всего»

«Высер ящерицы, Гад, чего хлопаешь? Выноси Брута, пока он нам игру не поломал! Видишь же, что начал своих выносить в спину!»

«Есть, кэп! Брут на скамейке запасных сидит попкорн жуёт»

«Долго думал»

«Не отвлекаемся! С левого фланга по кустам шабуршат»

«Кэп, к тебе гости»

«Выносим их или отступаем?» – спросил я.

«Отступаем и придерживаемся схемы»

Я вылез из кустов. Нужно было перебраться к ржавой машине без колёс и спрятаться за неё. Пришлось ползти по сырой земле, чтоб не выдать себя. Я почти дополз до своего укрытия, когда позади меня послышался взрыв. Школота пришла сюда с гранатомётом и начали обстреливать подходы к дому, перекапывая землю, как сумасшедший трактор. Я попал под раздачу. Меня накрыло землёй. Перед глазами поплыли красные помехи. Контузия. Я попытался подняться, но в этот момент меня и накрыло очередью. Перед глазами поплыло красным, что игра для меня окончена. Для игроков я стал трупом. Они перестали меня видеть. Оставалось только подняться и пойти к кафе. Следом за мной шёл довольный Орги, которого вынесли так же, как и меня. А ведь мы только начали играть.

– Не повезло сегодня, – заметил я, заказывая кофе.

– Нормально. Отрицательный результат – такой же результат, как и положительный.

– Только не надо мне читать лекцию про опыт и грабли, – сразу остановил его я.

«Чего так? Проблемы с психологом?»

«Разберусь», – ответил я, закрывая эту тему прямо на ходу.

«В нашей беседке все разговоры не проходят через госсервак и не сохраняют историю. Здесь можно говорить свободно»

«Угу, а потом проблемы разбирать»

«Да нет этих проблем. И не будет. Стоит защита от несанкционированного доступа, плюс запрет на запись как разговоров, так и видео. Специально делали, чтоб конкуренты не ломали. Перед турнирами любят ножи в спину покидать»

«Честную игру никто не рассматривает?»

«Игра – это когда ты вкладываешь деньги в развлечение, а не когда деньги вкладывают в тебя. Тогда появляются конкуренты по типу собачьих стай, что грызутся за сахарные кости. Последние лет пять у нас такие подставы пошли, что всё это переходит из игры в реал»

«Я слышал такое, но не придавал значению»

«И правильно. Для тебя игра – это выпустить пар, а для нас – это работа. И работа не по прохождению турниров, а по поиску придурков, которые не отличают игру от реальности. Таких, как Брут, который в игре сечёт своих в спину, а в реале за деньги сливает их данные и коды игры. Мелкая сошка, которую мы пока не убираем, потому что он нам нужен, но скоро выведем его не только из игры, но и передадим его полиции. Пусть сажают. Или кибербезопасности его сольём, чтоб такого придурка стёрли»

«Ясно», – осторожно сказал я, стараясь понять, к чему был весь этот разговор.

«Ничего тебе неясно. Сидишь и гадаешь, на фиг я тебе такую инфу сливаю и чего мне от тебя надо. Я навёл справки о тебе и твоей команде. У меня есть виды на одного из твоих сыновей. Юра. Можно было и Стаса взять в команду, но его непереносимость чипа и шлем будут мешать работе. Я взял бы его к себе в состав на постоянной основе. Значит будут деньги, опыт, пенсия, высокий уровень ИБ. Парень несовершеннолетний. Поэтому тут нужно твоё разрешение. Ждать, когда ему восемнадцать стукнет, мне некогда. Проще другого найти человека»

«Ты с ним разговаривал на эту тему?»

«Нет, вначале решил с тобой всё утрясти. Если не сойдёмся в договорённостях, то и Юрка ничего не узнаёт. Парень загорится. Они все поначалу чуть не под потолок прыгают, когда слышат про горы золота и любимую игру»

«А потом разочаровываются?»

«Скорее начинают к игре относиться как к работе, а в этом уже не такой кайф и другая мотивация».

В этот момент появилось системное сообщение об окончании игры.

– Даже кофе допить не успели, – хмыкнул Орги, поднимаясь и пытаясь рассмотреть, что там произошло.

– Слушай, они дом взорвали, – ответил я, не сдерживая смеха. Абсолютная победа в нашу сторону. К нам подошли другие члены команды, которые ржали, не скрывая эмоций.

– Эти идиоты решили ловушки пройти с помощью гранат. Подорвали весь дом вместе с собой! – ответил парень по кличке Гад.

– Один я сижу в гнезде и птичками любуюсь, – сказал Лук. – От дома щепа летит, дым валит. Они даже в мою сторону не посмотрели. Прям обидно стало. Я их остатки поснимал. И наша победа в кармане. Плюс с них ещё сняли за порчу имущества.

– Придурки, – согласился Орги. – Вот и пиши для таких задания. Они же читать не умеют, а лезут воевать.

«Сзади», – предупредил я.

«Знаю»

– Ты сейчас за свои слова ответишь! – накидываясь со спины на Орги, крикнул Брут.

Не знаю, на что рассчитывал парнишка. В игре ещё можно было прокачать владение на уровень выше соперника, но в реале надо было учитывать физические параметры соперника. Орги был его выше, сильнее и явно сдержаннее. Парнишка же явно привык сравнивать шансы с помощью подлых ударов со спины. Орги просто отошёл в сторону, давая Бруту пролететь по инерции и влететь в стол. Я только успел подхватить свой кофе, чтоб тот не разлился.

– Ты подлый и ничтожный червяк!

– Который не даёт тебе сейчас словить бан за реальное нападение в игровой зоне, – ответил Орги. – Я тебе уже говорил, что ты играть не умеешь. Про драку так и вовсе молчу. Шёл бы лучше заниматься, чем тратить деньги родителей.

– Ты знаешь, кто мой отец?!

– А здесь это так важно? Пойми ты, сопля, что тут твои регалии никого не интересуют, – ответил Орги.

– Ты меня боишься, потому что я тебя могу уделать, как это было с твоим братом!

– Что ещё скажешь? – Орги его провоцировал, но Брут вёлся.

– Скажу, что, если бы мы вышли с тобой один на один, то ты ел бы грязь.

– Сотка против того, что я тебя сделаю.

– А больше не можешь поставить? – рассмеялся Брут.

– Сто тысяч. Ты ведь недавно хвастался тут, что можешь столько спокойно вложить в игру. Или это был брёх?

– По рукам, – сплюнул Брут. – Кидай бой.

– Парни, вы свидетели, что Брут ставит сто тысяч. Кто-нить сделайте запись его слов. Потом его папе покажу, когда приду с него деньги требовать.

– Я тебе и так их дам, без папы.

– Брут, да ты начал расти на глазах. Сразу стал реально оценивать свои шансы, – насмешливо сказал Орги.

—Я не то имел в виду. У меня есть свои деньги. Не брешу. А вот есть ли они у тебя?

– Принимай бой, – сказал Орги.

«Не слишком ли жестоко с парнем?» – спросил я Орги в личку.

«Для нас это не игра. Работа и немного личного. Брута надо потрясти. Этим я и займусь»

– Макс, ты ставить будешь? По стольнику скидываемся, – спросил меня Шустрик.

– Тысяч?

– Нет, рублей, – заржал он.

– Давай, на Орги.

– Сразу видно, наш человек. Школота, а вы участвуете?

Я смотрел на ребят, которые сейчас активно делали ставки. Игра начинала открываться с другой стороны, которую я ещё не знал. Нет, раньше у нас были свои команды, свои бои, но это было давно. В последнее время игра стала для меня спокойным озером, а тут меня кинуло опять в штормовое море, где было как прежде. Похоже, как бы ни менялась игра, какие бы ни приходили улучшения, а проблемы оставались те же. Пусть мы, старая гвардия, больше не участвовали в серьёзных боях, но на наше место подходила молодёжь, которая вновь запускала машину войны. И всё начиналось вновь, как старая и знакомая пьеса, но уже с другими актёрами.

Глава 6

Игра началась. Один на один играли редко. Это было или дуэли, или какие-то совсем одиночки, которые не могли играть в команде. Одно время- был хейп, что ущемляли их права, поэтому и заставили разработчиков ввести дуэльные компании. Одиночки скоро покинули игру, а вот дуэли, как способ выяснения отношений и споров, остались и даже были введены в турнир.

Здесь не надо было штурмовать и защищать. Цель была грохнуть противника в течение двадцати минут. Если выходила ничья, то назначалась ещё одна дуэль. После пятой дуэли противники признавались равными.

Орги был сильным игроком. Хорошо прокаченный, с донатным оружием последнего поколения, которое он не стал менять и таким же бронником. Брут был с более слабыми скилами, но обвешан с головы до ног всеми доступными плюшками.

– Ставлю полтинник, что Брут заляжет в кусты и будет сидеть до окончания компании, – сказал Шустрик.

– Не, подкрадётся со спины. На большее он не способен, – возразил Гад.

– Наш кэп не такой! – кинулся на защиту мальчишка лет шестнадцати. Сюда могли приходить играть с пятнадцати лет, с разрешения родителей. Многие разрешали детям играть в войнушку, так как это позволяло подтянуть физическую форму, научиться работать в команде. Да я сам так притащил пацанов в игру. Лучше пусть они тут бегают, чем в школьном дворе рожи одноклассникам разбивают. Стаса из-за непереносимости чипа задирали, а Юрка решал такие проблемы с помощью кулаков. Один раз меня вызвали к директору, второй, а на третий раз я привёл их сюда. Сразу научились на придурков внимания не обращать. А может нашли место, где пар выпустить и проблемы со спокойствием сами решились.

– Не, залёг. Как я и предполагал.

Брут спрятался за кустом в канаве. Ещё и накрылся маскировочным халатом. Я наблюдал за ним, как зритель. Невыгодное расположение. Пока он будет из этой канавы вылезать, Орги его под орех разделает. Но парень видимо решил, что его будет не найти.

Орги явно знал своего противника и шёл с ним в бой уже её первый раз. Он забрался на вышку. Долго всматривался в местность. Прям не бой, а какие-то прятки. Даже неинтересно. Одно дело осторожность, а другое дело трусость. Тем более что противники были почти равны друг другу по экипировке. Пусть у Брута были статы ниже, но всегда можно было подумать, как такое положение перевести в свою пользу. Но для этого надо думать, а думать тяжело.

Орги уже шёл к Бруту не скрываясь. Точно прятки, а не игра. Хорошо было бы, чтоб такие не прошли в турнир. Такое на моей памяти было лишь однажды. И то, там парень последние дни доживал, ему, по сути, сделали поблажку, как и его команде. Без этого их бы не пропустили.

Всё закончилось быстро. Орги снял его и никакие кусты спрятаться не помогли. Появилось сообщение об окончании игры. Я же допил свой кофе.

Мальчишкам нужно было где-то тренироваться, учиться общению, проверять силы. Я это понимал. Так же понимал, что не всеми будут заниматься отцы. Некоторые здесь находили то, что не могли найти в семье. Даже было лучше, чтоб они здесь играли и искали с кого брать пример, чем шли на улицу и восхищались каким-нибудь идиотом, который мог пиво пить литрами и не пьянеть. Но вот такие моменты меня раздражали, когда школота не понимала, что они не пуп земли и лезла доказывать свою мнимую крутизну взрослым дядям.

– Брут попал, – сказал Шустрик.

– А разве законы сделки с несовершеннолетними, как и споры с ними разрешены? – спросил я.

– Парень признан отцом совершеннолетним. Папа посчитал, что сынок самостоятельно может распоряжаться деньгами. Всё в рамках закона, – ответил Шустрик.

– Так, сюда "Чайки" пришли. Играем? – спросил Орги.

– Чего за вопросы? Играем, – нестройным хором ответила команда. Я только утвердительно кивнул, что в деле.

В этот раз нам предстояло отбить дом. И опять с кучей плюшек против хороших таких середнячков, которые планировали подать заявки на участие в турнире. Поэтому для команды Орги этот бой представлял особый интерес.

Два снайпера тут же разделились, ища укрытия, чтоб нас прикрыть. Один должен был снимать стрелков, что нас обстреливали из окон дома и искать вражеского снайпера. Второй прикрывал нас с ручным гранатомётом с дымовыми шашками. Его он должен был пустить вход, чтоб нас прикрыть, если штурмовую группу обнаружили бы раньше, чем нам бы этого хотелось. Мы же должны были идти на штурм втроём. Как можно больше проползти под огнём до окон, а дальше уже ориентировались по обстоятельствам.

Всё пошло не по плану, когда мы начали подползать к дому. Орги кидал патроны, которые должны были активировать ловушки. Одна из них сработала, выдавая нас. В этот же момент из окна первого этажа появился парень с пулемётом, расстреливая пятачок перед окнами. Я кинул в его сторону гранату, выдавая себя. Меня тут же откинуло взрывной волной. Парни побежали в атаку. Вокруг нас образовалась дымовая завеса. Я сразу активировал противогаз. Опять перед глазами всё рябило, но я побежал вместе со всеми, не обращая внимания на рябь и помехи, которые образовались от игровой контузии. Мы перемахнули по очереди через окно. Рядом со мной пролетела пуля. По чистой случайности она меня не задела. Чат был наполнен сообщениями, но я не успевал их читать. Здесь уже надо было действовать. Чуть не наступил на растяжку. Лук откинул меня в последний момент в сторону.

"Куда несёшься? Выбыть хочешь?" – пришло мне сообщение от Орги, который уже достал что-то вроде детской машинки и пустил её по коридору. Она поехала на большой скорости, собирая ловушки. Череда взрывов означала, что машинка свою роль исполнила. Растяжку на уровни глаз мы заметили не сразу. Теперь я уже вытащил Орги из-под неё, ухватив за разгрузку.

Темнота. Я только почувствовал, что падаю и одновременно выходя из игры. От такого резкого выкида, перехватило дыхание. Я свалился кулём на пол. Перед глазами всё плыло, а реальность разбивалась на многочисленные куски, которые напоминали разноцветный снег.

– Живой? – сквозь туман до меня донеслись слова Орги. Я кивнул, чувствуя себя отвратительно. – Не высовывайся, пока кто-то за тобой не придёт. Ты понял?

– Понял, – ответил я, прислонившись к стене. Руки в крови. Губы разбиты. В ушах шум и гул.

Он пропал. Лук лежал на полу, лицом вниз. Надо было к нему подойти, перевернуть, но я не чувствовал своего тела. Оно не слушалось. Опять темнота. Я закрыл глаза. Вновь оказался в игре. Тело вновь стало меня слушаться. Я подошёл к Луку. Его лицо напоминало кровавое месиво. И что здесь произошло? Вернулся Орги. Присел рядом с Луком.

"Когда окажут медпомощь, то не уходи", – написал мне Орги. – Понял?

– Да. Что с Луком?

– Хрен его знает, что. Скорая уже в пути. Она и скажет, что с ним. Жить должен, – ответил Орги. Перезарядите оружие, он ушёл. Я попытался выйти из игры, но не получилось. Игра отказывалась меня выпускать. Такого раньше никогда не было.

– Нас втроём закольцевало, – сказал Орги.

– В смысле?

– Системная ошибка. Сбой в игре. Сейчас раскольцуют.

– Почему-то нет кнопки выхода из игры.

– Починят, – ответил Орги, возвращаясь к Луку. – А если его аптечкой подлечить? Как думаешь?

– Хз. Может и получится, – ответил я.

– Врача бы нам сюда, да только Лук и качал медпомощь. День какой-то дурной сегодня, – пробормотал Орги, вытаскивая аптечку.

Я подошёл к окну. Привычной картины не было. Пропал полигон. Вместо него был кусок синевы.

– Сохранились лишь комната и коридор, – ответил Орги. – Классно нас подбили ловушкой.

– Эффект должен был быть другой.

– Должен. Видимо системная ошибка столкнулась с ловушкой. Отсюда и кольцо. Кусок пространства зафиксировался на серваке. Сознание ошибочно считает, что мы в игре, а на деле уже из неё вылетели.

– Сколько играю, но с таким не сталкивался.

– Всё бывает в первый раз. Аптечка не помогает. Значит его так в реале побило. Это получается, ещё одного игрока у меня выбило из команды.

– А с первым что стало?

– Девчонку запугали. Денег кинули на счёт и велели убираться из города. Она убралась, оставив меня без хорошего игрока в команде. Претензий нет, хотя я и предупреждал, что здесь мы не в шашки играем.

– Это вас так подставляют? – поворачиваясь к парню, спросил я.

– В игре крутятся большие деньги. Призовые места – это лишь вершина сливок. Основные деньги мы получаем за счёт рекламы и спонсоров. Они в разы больше призового фонда. Делятся все между тремя первыми местами. Я на первое место не выходил, но по третьему личному рейтингу и второму командному получил столько монет, что смог брату позвонки восстановить. Сам понимаешь, что за такие деньги побороться стоит. Сейчас я хочу дойти до финала по двум позициям. Если меня окончательно без команды не оставят.

Он сел на пол комнаты. Я же вышел в коридор, который заканчивался синей стеной.

– И ты предлагаешь, чтоб я разрешил семнадцатилетнему парню во всё это лезть? – возвращаясь в комнату, спросил я.

– Ему скоро будет восемнадцать. Пусть лучше под нашим присмотром шкуру нарастит и научится отпор давать, чем в одиночку придётся пробивать. Тебе лишь нужно дать ему ограниченную дееспособность: счёт до половины ляма и возможность заработать. Часть денег отложится на учёбу, десять процентов от заработка пойдёт тебе, как контролирующему опекуну. Пусть сам себе на учёбу заработает, чем тебе горбатиться на это дело.

– А захочет ли он потом учиться? Большие деньги могут сбить прицел на дальнейшую жизнь.

– Чего мы не вправим ему мозги? Сейчас лепи чего хочешь. Послушает. А если примером подкрепить, так и поверит. За это не волнуйся, – Орги закрыл глаза. – У тебя голова не раскалывается?

– Ноет.

– А мне словно молотом звезданули. Сейчас в реал вернёмся.

– Комната поплыла, – заметил я.

– Говорю же, что в реал возвращаемся, – ответил Орги.

Выход из игры был болезненный. Голова болела, тошнота, вкус крови. Лицо мужчины, который чего-то говорил.

– В порядке, – ответил я.

– Чип в норме. Все функции восстановлены, – сказал он. – Попробуйте вызвать характеристики.

"Показать уровень ИБ"

"Уровень ИБ 5.02"

– Всё работает.

– У вас ушиб. Во время сбоя вы упали. Разбита губа и бровь. Остальное всё в норме. Если будут какие-то проблемы, обратитесь к врачу.

– Обязательно.

Я поднялся с пола. Лука грузили на носилки. Он был в сознании. Орги рядом с ним разговаривал. Хмуро посмотрел в мою сторону.

"Игровой полигон закрыт по техническим причинам. Просим извинить, доставленное беспокойство"

"Игрок Макс 25/76, ваши достижения и очки игры за сегодня не засчитываются из-за сбоя в игре. Приносим извинения за причинённые неудобства"

"Очки для распределения +20"

– А это с чего пришло?

– Компенсация за пустой день в игре, – ответил Орги, потирая затылок. – Надо было так удариться.

– Только нас досталось или есть ещё пострадавшие?

– Только нам. Лук нос сломал, ключицу и пальцы на руке. Из игры выбыл, как я и подозревал, – спокойно сказал Орги.

– Чего у вас там случилось? – к нам подошёл Шустрик и Гад.

– А без понятия, – оглядывая полигон, сказал Орги. – Игра на сегодня окончена. Может устроим мозговой штурм в нашем штабе? Макс, ты с нами?

И ясно же, что если соглашусь, то значит дам добро на участие в этой затее Юрки. Непросто же так он меня приглашает.

– Ладно, – согласился я.

"Мне эта затея не особо нравится, но тут пусть решает Юрка. Если согласиться, то я оформлю ему ограниченную дееспособность и пойду опекуном"

"Договорились. Детали потом обсудим. Там ещё есть подводные камни. Пока же надо ребят успокоить, что ситуация под контролем"

"А она под контролем?"

"Неа", – невозмутимо ответил Орги. Всё ещё хуже, чем я полагал. Похоже я как-то упустил местные новости за официальными выпусками. Я написал мальчишкам, чтоб они пошуршали на форумах. Нужно было узнать и про Орги, его команду, какие-то тёрки между другими командами. Мне времени не было за всем этим следить, а Юра со Стасом там сидели. Да и возможно были в курсе, так как порой играли с ребятами своего возраста.

Первым ответил Стас.

"Орги появился в игре два года назад. Активно начал играть где-то около года. Постоянной команды у него нет. Игроки быстро меняются, не выдерживая ритма тренировок и прокачки. Часто отыгрывают лишь сезон. Требования у него жестокие. Больше половины игроков покидают игру, как только выходят из его команды. Прославился тем, что может из новичка сделать профи. Хорошо играет как в команде, так и в индивидуальным зачёте. Выигрыш по крупным битвам девяносто процентов. Мелкие компании, как мы играли вчера, сливает пятьдесят на пятьдесят. По мне, какой-то он мутный"

Ну тут я был согласен с сыном. Тип был мутный. Вторым написал Юрка.

"Ты конечно спросил! Конфликты и на ровной почве возникнуть могут. По крупным сейчас ничего нет. А мелочёвка типа кто-то кого-то не прикрыл или подставил, были всегда. Возможно и будут. Последнее, что вспомнилось, как одного звезданутого учили. Парень бои сливал, закидывая всех гранатами. Он ничего не брал, кроме ящика гранат. После этого ввели ограничение на них в игре. Мы тогда его сразу мочили всеми, как только он появлялся в отряде. Проще было словить штраф, чем опять слить бой. Ну, помню, как была команда, что новичков выносила. Поставили какую-то прогу, которая выносила к ним новичков. Они их не то, чтоб выносили, а снимали шмот в игре и оставляли без всего. Против них рейд был. Поймали и сдали админам. Больше ничего такого крупного и не вспоминается. А чего такой интерес?"

"Есть одна мысль. Пока думаю"

Раскрывать планы я пока не собирался. Да и было над чем подумать. Всё-таки смотреть в таблицу и крутиться среди тех, кто эту таблицу наполняет – это разные вещи.

Штаб команды оказалось кафе, стилизованным под трактир. Всё в стилизованное под дерево, с деревянными стенами, увешанным луками и мечами, бочками вдоль одной из стен и люстрой под потолком в виде свечей. Вокруг царила приятная полутьма. Столы на пять, десять, двадцать человек располагались в отдельных нишах. Как я понял ещё и со звуконепроницаемыми стенами. Небольшие столики на два человека стояли в центре. Между ними курсировали девицы и молодые люди в костюмах простолюдин а-ля средневековья.

– Здесь же "Маги" собираются, – оглядываясь по сторонам, сказал я.

– Угу. Прикольное место, – невозмутимо ответил Орги. – Марта, дай нам полный обед. Без алкоголя.

– Чего так? – спросила высокая женщина тридцати лет, что стояла за стойкой.

– А повода нет. Да и денег на новые столы.

– Мне уже Петров несколько раз звонил, спрашивал, когда я буду опять мебель менять.

– Пока не то настроение, – ответил Орги. Мы сели за один из столов, что находился в нише. – Было время, когда мы здесь воевали. Как ушёл из игры, так ребята посчитали предательством. Все хотели меня отсюда вышвырнуть. Потом разобрались, что это было недоразумение. Друг друга не так поняли.

– Ничего со временем не меняется, – усмехнулся я.

– А чего тут поменяется? – спросил Гад. – Мне отец рассказывал, что когда не было личного присутствия в игре, а все играли удалённо, через компы и телефоны, то и конфликтов было на порядок меньше. Одно дело, когда тебя послал мультяшка, а другое дело, когда вон тот чел чуть не в лицо плюнул и его рожу приходиться видеть из-за дня в день.

– Я застал ещё первые игры с реалвзаимодействием. Чего мы там творили! Тогда не было такого сильного контроля, как сейчас. Бой легко мог закончиться дракой, – ответил я.

– Сейчас такая же ерунда, но предпочитают бить в спину, – ответил Шустрик.

– А этого я уже не понимаю. Ставить игру против репутации в реале – это надо быть полными идиотами, – сказал я.

– Так молодёжь поступает, которые путают реал и виртуал. Для них игра – это считай жизнь, – ответил Орги.

"Кто печётся о индексе, тот знает, как систему обойти", – добавил мне в личку Орги.

"И получить штраф, а то и срок"

"Неа. Надо грамотно ко всему подходить, тогда ничего этого не будет. С зелёного уровня в красный скидывают только идиоты. Есть куда менее заметные способы и более действенные"

"Ломать чип?"

"Неа"

Он похоже забавлялся, наблюдая мои попытки угадать его мысль. Но я не догонял, что ещё можно было сделать. И не был уверен, нужно ли мне это знать.

"Извини, отвлёкся. С подругой переписывался. В системе всё заточено на кодовых словах. Она хочет получить от тебя определённые ответы. Тебе достаточно лишь эти ответы ей дать. Вот и весь секрет. Грубо говоря, ты можешь под неё не прогибаться, оставаясь собой, но при этом индекс благонадёжности будет хорошим. Это всё в рамках закона, но распространяться об этом лишним людям не стоит"

"Можно попасться"

"Риск есть всегда. Или ты подстраиваешься под систему, или систему подстраиваешь под себя. Это уже зависит от человека и его выбора. Я предпочитаю подстраивать систему под себя"

– А вот и еду принесли. У Марты здесь всегда вкусная похлёбка, – отрекомендовал Орги.

– Жаркое лучше, – возразил Гад.

– Пусть будет ничья. У меня вся еда вкусная, – ответила Марта. – А гостю персональный привет. Лепёшки с сыром. Потом скажете своё мнение о нашей кухне, – ставя рядом со мной пышные румяные лепёшки, сказала Марта. Ещё и так улыбнулась, что сразу вспомнился тяжёлый нервный день, штамп в паспорте о разводе и моя свобода от каких бы то ни было отношений. Сколько я там был один? Уже скоро месяц. Дань старым временам отдана. Пора идти в новые времена.

Глава 7

"Система довольно тупая. Она считывает только мысленные приказы и твои слова, которые ты произносишь вслух. Снимки с "глаз" идут только по прямому вмешательству оператора. Обычно, если что-то случается и идёт резкий перепад характеристик, то система даёт сообщение об этом оператору. Если повезёт и оператор отреагирует на это, то ещё он подключиться к "глазам" и посмотрит, что там происходит. Но нужно учитывать, что операторов мало. Считается, что со многими проблемами может справиться робот. А робот довольно туп. У него программа минимум. Мужик смотрит новости и каждый день возмущается этим новостям, ругая увиденное на чём свет стоит. Робот реагирует один раз, второй раз. Закидывает оператору. Тот ставит пометку в систему, что у мужика характер нервный. Теперь робот при резких перепадах характеристик, советует ему обратиться к врачу. Всегда есть погрешность на вздорный характер и индивидуальные особенности. И опять, же это совет, а не указание. Но вот мужик убивает жену. Скачок характеристик, а робот не воспринимает, что случилось какая-то хрень. Для него на этот случай стоит совет обратиться к врачу"

"Но если игнорировать этот совет, то будет падать ИБ", – ответил я.

"Отвечаешь системе, что завтра запишешься к врачу. Никто проверять не будет сделал ты это или нет. Для системы ты выполнил указание. Может ты каждый день психиатра посещаешь, но на тебя таблетки не действуют"

"Будет странно, если человек до этого был спокоен, а тут резко скакнули характеристики. Я когда с женой ссорился, то меня оператор отслеживал"

"Или она вызвала полицию, или она под условным была. Там за характеристиками смотрят"

"Любовник её был под сроком"

"Вот и ответ. Случай был, когда поссорились два мужика. Оба при чинах и званиях. Им поставили условия, что если не пожмут друг другу руки, то мест лишаться. Так эти двое с любезностями расколошматили друг другу рожи. Носы поломали, зубы повыбивали, но система засчитала, что было примирение"

"Это всё весело, но проблемы с законом иметь не хочу"

"А не будет проблем. Ты же не преступление идёшь совершать? Чего психолог требует? С женой помирится? Или на работе?"

"С женой"

"Говоришь спокойно или уменьшительно-ласкательными. Система засчитывает интонацию. Если она выйдет из себя, то сворачиваешь разговор. Системе говоришь, что сделал всё возможное. Потом представляешь данные геолокации психологу и запись динамики с характеристиками во время разговора. Беседа частная, так что никто записи не требует. Да и не нужна она. Психолог видит, что во время разговора ты вёл себя нормально и адекватно. Значит с тобой проблем нет, а проблемы с твоей бывшей. Она перекинет всё это её психологу. С тебя слезут. Тут задача показать, что ты адекватно воспринимаешь ситуацию. Хотя адекват – это понятие спорное. Как требовать от человека, что он не будет мстить за гибель близких, особенно когда есть все возможности для совершения этой мести. Конечно, он ответит, что "не держит зла" за ту гадость, которую принёс в его семью преступник, поэтому его "простит". Это можно сказать для системы, но не для себя. И ведь все это понимают"

"Что-то ты в этом хорошо разбираешься"

"Я много в чём разбираюсь на должном уровни. Не вижу смысла скрывать информацию, которая может помочь другому и не перейти чёрту закона", – невозмутимо ответил Орги.

Я покосился на парня, который невозмутимо обедал. По традиции это время проводили молча, листая новости или переписываясь с кем-то. Все разговоры начинались за чаем, после основных блюд. Компания подобралась у нас разношёрстная, разновозрастная. Всех объединяла лишь игра. Только интерес у игроков был разной степени. Гад был явно игроком-профессионалом, который на этом зарабатывал на жизнь. Я посмотрел его рейтинг. Неплохой. В информации о себе были указаны достижения в других играх. Он часто участвовал в соревнованиях, был профессиональным киберспортсменом. Серьёзный человек, с серьёзными взглядами. Раз в три года он менял игру. Что было логично. Когда доходишь до высокой планки, то играть становится не так уж и интересно. Да и абсолютным чемпионом вечно оставаться не получится. Придёт какой-нибудь отчаянный игрок и подвинет с места. Когда это видишь, что уже не удержаться в первых рядах, то и меняешь игру. Это нам с ребятами не надо было никуда стремиться. Мы разминались и этого вполне хватало.

Шустрик был новичком, но довольно удачливым. Иначе его рейтинг я объяснить не мог. Играл в свободное от работы время. И похоже этого времени у него было много. В игре он проводил много времени, почти по двенадцать часов.

Орги был тёмной лошадкой. На личной страничке о себе толком ничего не написано. Какие-то общие фразы: "Играю, чтобы жить. Живу, чтоб играть". И другая чушь. В соцсетях у него была страничка заполнена стримами со всевозможными играми, словно он интересовался всем, что только возможно. Куча друзей. Я бы сказал тьма. Миллиона два. С виду звезданутый на голову софит, который живёт ради внимания публики. Но у меня создалось о нём иное впечатление. Если бы он был именно тем, за кого себя выдавал, то не стал бы рассказать первому встречному как обходить систему. Да и как-то довелось мне общаться с софитами. Заносчивые, словившие звёздочку ребята, что играли роль небожителей, на игровом пьедестале.

– А чего ты ушёл из Магов? – спросил я, когда нам принесли чай.

– Там история весёлая была. Вся игра строится на прохождение квестов и боёв на арене. Если бои на арене проходят с элементами реала, на полигонах, то квесты в погружении, – начал Орги.

– Я помню, её делали под старину, – сказал я.

– Не знаю, что там была за старина, но квесты это что-то с чем-то. И если их не пройти, то на арену не пустят, – сказал Гад.

– Не, пока бегаешь лет в двенадцать, то нормально заходят эти квесты, – ответил Орги. – Принеси, подай, дров наруби, скотину попаси. Для образовательного уровня игра очень даже хорошая. Где ты сейчас узнаёшь, как коров пасти? Или как малину собирать? Там это хорошо реализовано.

– Она и презентовалась как познавательная, – сказал Шустрик. – Такой коктейль для взрослых и детей. Возрастные группы вроде не пересекаются?

– Нет, в этом один из плюсов игры, – сказал Гад. – Школота со школотой играет и не лезет во взрослые разборки.

– Гад, а ты когда оттуда ушёл? – спросил его Орги.

– После войны клана “Туманных гор”. Клан распался. Нас разнесли в ноль. А восстанавливать уже было неинтересно.

– Я дошёл до “Леса Тишины”. Его ввели после “Пещер боли”. Там было совсем весело. Прикиньте, я такой весь прокаченный, с полным легендарным сетом и титулами "Борца с монстрами Тени" и "Победитель войны самоцветов". Крутой такой маг огня, при появлении которого начинают прятаться вся нечисть которая нижи меня по уровням, а если разрыв по уровням был больше десяти уровней то они падали замертво от страха. За это опыт нашёл да и лута почти не было, но было прикольно. Прихожу я в деревеньку, что на опушке Леса Тишины стоит. Первый же мальчишка по квесту просит меня найти его корову. Ладно, хрен с ним. Ищу корову. Думаю, что может мне чего перепадёт. От коровы перепал стакан молока. Обычного молока, который даёт какие-то копейки к ХП. Проглотил. Пошёл дальше по квестам искать иголку с нитками в доме швеи. Допустим. Получил за это бесплатную починку шмота, который у меня был цел. Ладно, проглотил. Но когда какой-то пропойца потребовал ему за бутылкой сгонять, а то он с бодуна и ему плохо, я не выдержал. Это меня, мага хрен какого-то уровня заставляют бегать за бутылкой алкашу? Где логика?

– У меня племяш по этому квесту алкашу приносил волшебную воду, которая его кодировала. Алкаш потом племяшу лекцию прочитал о вреде алкоголя, – рассмеялся Гад. – Это не забываем, что племяш был к тому времени крутым магом, как и Орги.

– Вот из-за этих квестов и ушёл, – ответил Орги. – Игрушка полностью отбила желания делать квесты и чувствовать себя идиотом. Хотя атмосфера там прикольная. Красиво сделано. Как и битвы, соревнования.

– Даже не заглядывал в неё, – ответил я.

– А чего так?

– Не интересует коров доить. Да и магия – это что-то нереальное. Не верю я в неё. А на сказку тратить время…Короче, не моё.

– А оружие – это твоё? – как бы между прочим, спросил Орги. Или я стал слишком подозрителен, или вопрос реально с подвохом, когда задают, чтоб прощупать почву.

– Оружие более реально, чем маги. Когда-то хотел в законники пойти или в охрану, но не случилось, – ответил я. – Не прошёл по благонадёжности. Им или холостые были нужны, или семейные, а я в то время в разводе был. Индекс и слетел вниз. Да и спина подвела.

– Зато мечта сбылась в игре, – ответил Орги.

– Можно и так сказать.

– Одни из самых топовых игр, – сказал Гад. – Но если заработать надо, то лучше в спортивные идти.

– Типа бокса? – спросил его Шустрик.

– А чем тебе не нравится? Это раньше были контактные бои, а сейчас всё на расстоянии.

– Вот это я уже считаю извращением, – хмыкнул Орги. – Бой должен быть боем. Остальное – это картинка, которая, блин, как в виртуальный бордель зайти. Картинка вроде ничего, а удовольствия никакого.

– Ну, ты сравнил, – рассмеялся Гад. – Спорт – это тебе не бордель.

– Честно, этот суррогат боя заставляет верить игрока, что он боец. А когда доходит дело до драки, то оказывается, что игрок драться не умеет. Но весь прям из себя перед этим пальцы веером растопыривает и перед носом крутит. Один удар в реале – этот спортсмен падает под стол. Силу же не рассчитываешь, думаешь, что он реально ответить может, – сказал Орги.

Гад хотел ему возразить, но в кафе вошла компания из трёх человек. Парень с луком за спиной и две девушки в длинных платьях с разрезами около бёдер.

– Здесь рядом полигон Магов? – спросил я, наблюдая, как блондинка и парень отправились вглубь зала, а брюнетка в фиолетовом платье пошла в нашу сторону.

– Ага, – разглядывая её, ответил Орги.

– Привет, – подсаживаясь к нему на лавку и целуя в щеку, сказала она. – Немного пришлось задержаться. Ждали, когда ведьма появится, так она вылезла, нас положила и вновь спряталась в своё логово. Час ждать, чтоб получить в лоб одним заклинанием. Несправедливость.

– Несправедливость – это когда игра лагает и за этот лог сливают все очки за день, – ответил ей Орги.

– Интересно. Это сегодня в вашей стрелялки произошло?

– Угу.

– Вик написал, что в “драконах” были лаги. У нас сбоила картинка, но не так чтоб это влияло сильно на игру.

– Интересно, – Орги поцеловал её. Я же отвернулся от этой парочки, поглядывая в сторону Марты. Поймал её заинтересованный взгляд. На мой вопрос она только улыбнулась и демонстративно отвернулся.

– Я тогда переодеваться.

– Обедать не будешь? – спросил Орги свою подругу.

– Нет настроения. Да и Вик ждёт.

– У него холодильник пустой. Сама знаешь.

– Значит будет повод купить еды, – ответила она, взмахивая длинной юбкой, которая больше открывала ноги, чем их скрывала. – Постараюсь не задерживаться, – она улыбнулась ему, кивнула нам и ушла.

– Тогда тренировка завтра. Макс, когда сможешь с пацанами подъехать? – спросил Орги.

– Разговор был вроде о Юрке.

– Есть идея и по поводу Стаса. Неохота, чтоб из-за игры между ними кошка пробежала.

– Если только завтра вечером. Работа и всё такое.

– Нет, завтра я не могу. Давай через день в девятом часу здесь. Устроит?

– Можно.

– Мои контакты у тебя есть. Пиши, если что.

– Договоримся.

– Парни, тогда до завтра, – он пошёл к выходу. Как раз туда подходила его подруга, которая переоделась быстро.

Шустрик и Гад последовали его примеру. Время было только шестой час. Дома всё равно делать нечего. Я взял чай и пошёл к барной стойке, за которой хозяйничала Марта.

– Решил выразить восхищение вашей кухне.

– Кто один раз попробует, как готовит моя старшая дочь, так становится постоянным клиентом, – довольно ответила она.

– Хорошо, когда дети не обделены талантами.

– По мне так у каждого есть талант, главное понять в чём он заключается, – ответила Марта. Она наливала чай и кофе немногочисленным посетителям. Её грудь так и проплывала мимо меня, как два айсберга. Ткань белой рубашки почти не скрывала её, корсет надетый поверх одежды только подчёркивал.

– Сегодня мало посетителей.

– Ещё рейды не закончились. Где-то к часам девяти побегут, – ответила Марта, наливая чай и садясь напротив. – Значит вы бегаете с ружьями…

– Винтовками. Ружья устаревший вид оружия.

– А по мне всё едино.

– Я понял, что вы предпочитаете магию, – ответил я.

– Не совсем так. Я предпочитаю работу. А если можно заработать на чьих-то увлечениях, то я не против это сделать.

– Хорошо, когда есть торговая жилка. Из меня бизнесмен никакой, поэтому остаётся только ремонтировать оборудование и играть в игры, – ответил я. Ткань на груди собиралась на резинку. Всего лишь подцепить эту резинку, немного расслабить шнуровку корсета и…

– Когда одна воспитываешь детей, то приходится крутиться, – ответила Марта. – Может вам, что покрепче налить?

– Не пью. Лучше ещё чаю. Дети – это хорошо, но требуют много денег, – согласился я, оторвав взгляд от её груди. Улыбка Марты стала какой-то холодной. Пришлось пояснить. – От первого брака двое близнецов. Уже взрослые. Хотя вместе и не живём, а деньги только и перечисляю.

– То одно нужно, то другое, – вздохнула она. Это уже наваждение какое-то. Не, понятно, что хотелось продолжить знакомство с этой женщиной дальше, но чтоб вот так желание накрыло, такое было нечасто.

– Значит вам одной приходится тянуть на плечах это заведение? – спросил я, лишь бы чего-то спросить.

– Раньше одна тянула. Теперь старшая дочь помогает и зять. Стало проще.

– Проще, – рассеянно ответил я.

– Меня Марта зовут. А вы Максим или это псевдоним?

– Не вижу необходимости придумывать себе личину и включать превратность, – ответил я.

– А я не люблю, когда ко мне лезут в личную жизнь. На страничку сети.

– Мне скрывать нечего, потому что и взять особо нечего. А у вас это чистая страховка от плохих людей, которые могут пожелать зла, – я залпом допил чай. Или вперёд, или домой. Хватит голову ерундой забивать. – Марта, у вас очень пленительная и притягательная улыбка.

– И поэтому вы так долго пялились на мою грудь? – насмешливо спросила она.

– Это плохо? – я посмотрел на неё. Цепкий взгляд. Оценивающий. Ни капли скромности и ложных смущений.

– Смотря какие вы преследуете цели.

– Планы возможно и долгосрочные. Обязательств у нас нет, так почему бы и не продолжить знакомство? Если есть такое желание.

– Возможно и есть, но, как всегда, есть много разных "но".

– Которые можно отбросить, – заметил я, кладя свою руку на её. Холодные пальцы, что слегка подрагивали. Возможно от волнения. Вряд ли от негодования. – Я не умею играть в эти игры, как и ходить кругами.

– Суровый солдат, который не знает слов любви? – насмешливо спросила она.

– Скорее честный человек, который не любит врать. Так что? – Я надеялся, что она мне даст свои координаты. Предложит общение. Чего там дальше? Прогулки под луной? Проверка на состоятельность? Я и забыл, как с Настей гулял. Все эти танцы вокруг кровати у меня стёрлись из памяти. Вроде вначале гуляем, а потом уже вместе живём и думаем, какую кровать купить и какие обои поклеить.

– В моём кабинете стоит небольшой диван. Когда ночью товар приходит, то приходится его принимать. И тут ночевать. Так вот, я думаю его передвинуть. Поможете в этом?

– Можно посмотреть, что с этим можно сделать, – ответил я, пусть и был удивлён таким предложением.

– Это не займёт много времени.

– Надо на месте смотреть, – ответил я. Она попросила одну из официанток постоять за стойкой, а сама прошла в служебное помещение. Я медлить не стал.

Кабинет представлял собой квадратную комнату со столом, шкафом и диваном. Тут и придумать, куда этот диван можно подвинуть было сложно. Значит я правильно понял, что это был лишь повод. Марта закрыла дверь на задвижку. Подошла к столу, кладя ключ-карту на стол. Нервное напряжение витало в воздухе. Сделать первый шаг? Тогда она могла бы меня потом в насилии обвинить. Нет, не обвинит, но и сама не сделает этот гребанный первый шаг. Губу прикусила. Повернуться боится. Значит и смелость растеряла.

Я подошёл к ней. Прошёлся ладонями по обнажённым плечам. По краю резинки, на которой и держалась рубашка. Женщина прижалась спиной ко мне. Дрожь. А, плевать на всё. Один раз живём! Я развязал завязку корсета, роняя его на пол. Пышная грудь явно почувствовала свободу. В этот момент я ничего сильнее не хотел, чтоб избавить её от этой кофты.

– Так да или нет? – спросил я, включая запись разговора.

– А ты ещё не понял? – выдыхая, ответила она.

– Мне нужно услышать твой ответ. Хочешь, чтоб я продолжил? – обнажая белую грудь, спросил я. Мы и так знали ответ, но осторожность не помешала.

– Хочу.

– Тогда будем проверять твой диван на прочность, – наклоняясь к её груди, ответил я. Запись можно было выключить. Её пальцы скользнули по моей голове, спустились к рубашке. Мне было не до этих реверансов. Я развернул её, заставляя прогнуться, и задрал юбку. Её бёдра сразу прижались к моим. Похоже наши желания совпадали. Горячее тело, податливое, готовое подчиниться заставляло забыть обо всех реверансах. Я не думал, почему так произошло. Не думал о мотивах. Хотелось лишь одного: стать и быть в данный момент чем-то целым.

Юбка то и дело падала назад. Это раздражало. Закрывала ягодицы, за которые было приятно держать Марту. Марта же хотела активности, насаживаясь бёдрами с каким-то голодом.

– Пошли на диван, – предложил я, снимая штаны.

– Пошли, – согласилась она, с затуманенным взглядом. Давно не видел у женщины такого выражения, когда страсть отражается на лице. Захотелось её поцеловать. На её губах прятался огонь, который сложно было скрыть.

Несмелость женщины прошла. Марта откинула юбку в сторону и освободилась от рубашки. Её грудь оказалась напротив моего лица и теперь уже ничего не мешало одной рукой ласкать её грудь, а другой придерживать Марту за ягодицы. Её руки вцепилась в мои плечи. Она выгнулась дугой. Вот тут её активность и пригодилась…

Глава 8

Она сидела, положив голову мне на плечо. Вещи валялись на полу, но пока никому не пришла мысль за ними нагнуться. Всё получилось спонтанно. Без реверансов и хождения вокруг да около. Зато сразу стало понятно стоит ли продолжать общение или нет. И ради чего стоит общаться.

Я кинул ей предложение дружбы. Получил отрицательный ответ. Вот тут я не понял. Хотел её спросить, что это значит. Вроде ведь неплохо время провели. Не успел. Она мне кинула предложение гостевого брака. Стандартный договор. Встречи на нейтральной территории и общий счёт, куда закидывается по две тысячи в месяц на развлечения.

– Может просто повстречаемся? – предложил я.

– На этом диване? Не знала, что он тебе так понравился, – усмехнулась она.

– Я серьёзно.

– И я серьёзно. Мне все эти игры в «дружбу» и «я буду иметь тебя в виду, когда захочется» – надоело. Или серьёзно, или не будем отнимать друг у друга время. К тому же, я не бегу тебя знакомить с детьми и селить в свою квартиру. Меня интересуют серьёзные отношения с минимальными обязательствами.

– В такие игры я ещё не играл.

– Всегда надо с чего-то начинать.

– Ты меня не поняла. Я как-то быстро женился на женщинах, с которыми встречаться начинал.

– К предложению руки и сердца я не готова. Мне это пока не нужно.

– А что тебе нужно, Марта?

– Я свою позицию озвучила, – ответила она, поднимаясь и собирая одежду.

– И что там нужно, в твоём гостевом браке? – спросил я, сворачивая окно с контрактом и наблюдая за ней.

– Каждый сам по себе. Без загруза проблемами. Решаем только то, что касается нас.

– Ладно, попробуем. Хотя я и не особо понял, чем это отличается от простых встреч, – согласился я, принимая её условия.

– Обязательства и одновременно их отсутствие.

– А мне как-то не принципиально. Я не боюсь этих обязательств.

– Мы пока мало друг друга знаем, – поправляя волосы, сказала Марта.

– Узнаем друг друга лучше. Я так понял, времени у нас много.

– Послезавтра вечером с тебя культурная программа. Театр я не люблю. Кино. Ужасы, триллеры, психоделика, можно детектив.

– Не получится. Через три дня гулять пойдём. Я подумаю, куда тебя пригласить, – ответил я.

– Я тогда напишу, какой у меня будет график, – ответила она.

Деловая. Серьёзная. Из тех, кто предпочитает контролировать жизнь, забывая про то, что не всё в жизни поддаётся контролю. Пришлось подниматься и одеваться. Попутно написал отцу, что хочу с ним встретиться. Он сегодня был свободен. Блин, да какие у него могут быть дела? Я понимаю, если бы работал. А то дома целыми днями сидит за вычетом прогулок в парке. Да и про прогулки нужно с ним поговорить. Какое-то нездоровое это увлечение.

Марта отперла дверь и посмотрела на меня, ожидая, когда я себя в порядок приведу. Мне её взгляд не понравился. Пришлось подойти, поцеловать. От неожиданности ключ из её рук упал на пол. Я же воспользовался моментом, запуская руку под кофту. Мягкая грудь легла в ладонь. Её хозяйка часто задышала. Вот так лучше, а то раскомандовалась тут.

– Ещё увидимся, – сказал я, открывая дверь. Марта ничего не ответила, но румянец говорил ярче слов.

«Юр, есть предложение. Ты школу экстерном закончить сможешь? Или тебе обязательно надо на уроках торчать?»

«Могу и экстерном. Че случилось?»

«Орги тебя хочет в команду взять. Чтоб дойти до следующих сезонных соревнований нужно будет по полной выкладываться. Если интересует, то я дам согласие на ограниченную дееспособность»

«Интересует! А Стас?»

«Его не берут, но для него какое-то дело тоже есть. Пока не знаю. Это надо с Орги разговаривать»

«Ясно. Слушай, а мама? Она против будет»

«Это я на себя возьму. Главное твоё согласие. Только смотри, что тебе придётся вкалывать сразу по двум фронтам: игра и учёба. Школу закончишь по-любому»

«Не вопрос. Если что, то Стас поможет с учёбой»

«Переговорите там. Подумай нужно ли тебе это и готов ли работать. Завтра ответишь. Сейчас ты на всё согласен. Такое предложение редко получаешь, но ты подними историю кибердисциплин. Посмотри, что требуется для победы. Сколько нужно сил вложить и какой будет выхлоп. Если считаешь, что это выгодно и ты справишься то подпишу тебе разрешение на работу. Опекуном буду выступать я»

«Пап, от таких предложений не отказываются»

«Это главная твоя ошибка. Отказываются, когда понимают, что не справятся с обязанностями. Не стоит торопиться с такими решениями»

«Хорошо. Завтра тогда отвечу»

Авось задумается. Не всё же делать так, как я скажу. Да и порывы до добра не доводят. Я сел за барную стойку и заказал чашку кофе. Марта появилась минут через тридцать. Густые брови так и взлетели вверх, выдавая её удивление. Удивление – это хорошо. Значит будет и интерес.

– Я думала, ты ушёл, – делая невозмутимое лицо, сказала она.

– Да вот, думаю, может тебя до дома проводить?

– Не получится. Я сегодня допоздна работаю, а потом такси возьму. Тебя же в своей квартире я видеть не хочу.

– Это я уже понял.

– Тогда не мешай мне работать, – попросила она, уходя на кухню.

Работать. Ладно, пусть работает. Потом помешать можно. Она меня зацепила. Тут сложно было отрицать.

«Тактичность +13»

«Казанова +50»

«Вы открыли абилку Пикапер»

«Вы получили титул: „Начинающий Пикапер“»

Чего только не придумают. А вот за Казанову можно было и сто дать. Я же всё-таки с ней гостевой брак оформил. Что у меня по статусу?

«Семейное положение – приостановлено»

Пока я не решу вопросы с Настей, то значение учитываться не будут. Да что за дерьмовая статистика! Пусть гостевой брак – это не официальный брак, но стабильность. А стабильность должна учитываться системой и накидываться от пятидесяти до ста единиц ИБ! Эта же стерва-психолог заморозила значения до моего решения конфликта!

Вот так люди и срываются. Система словно специально ломает человека. Заставляет прогибаться. Делать то, что ему не нравится иначе жизнь останавливается, а система её ломает. Я начал понимать того мужика, который взялся за ружьё.

К остановке я подходил уже без настроения. Заночевать можно было и у отца. Тогда на работу добираться будет проще. Я бы снял комнату рядом с работой, но в том городе, где находился завод, не было домов гостиничного типа. Поэтому приходилось каждый раз кататься из мегаполиса в область.

Народу в автобус набилось много. Прям как назло все как на подбор от бабушек и дедушек до малышей в колясках и школьников с ранцами за спиной. Вся эта пёстрая толпа ругалась, шипела и бурлила, как котёл с варевом непонятного содержания, но готовый в любой момент выкипеть и забрызгать своим содержимым окружающих. Дети плакали, старики ворчали. Спорили из-за мест, гнобили молодёжь, которая смотрела на них с плотно сжатыми губами и держалась от того, чтоб не наговорить лишнего и не понизить свои пункты.

Я забился в угол автобуса и включил музыку, чтоб не слышать кипения толпы. У толпы видимо сработал эффект, когда все нервничают, а кто-то остаётся невозмутим, то нервничающих этот тип начинает возмущать. Надо, чтоб он был таким же нервным, как и все.

Меня кто-то пнул. Вначале как бы случайно. Только из-за этого «случайно» меня вдавило в стекло автобуса. Я промолчал. Наступили на ногу. Промолчал. На конфликт нарываться не хотелось. Да и терпение прокачать хотелось побольше.

– Какого ты тут расставил лапы?! Видишь я с коляской? Можно и уступить место! Но ты же тупой и не понимаешь этого!

От такого наезда я малесь дар речи потерял. Обернулся. Меня начала стыдить какая-то тётка лет сорока, обвешанная детьми разного возрастного диапазона, которые были как в коляске, так и в переноске на её груди. Видимо одна из профессиональных мамаш, что рожает детей ради пособий и алиментов от бывших мужей, как это делала моя первая бывшая жена.

– Чего тебе от меня надо? – стараясь сохранять спокойствие, спросил я, не понимая, какого хрена эта дама ко мне привязалась.

– Уступи место, урод! – рявкнула она. – Не видишь, что я с детьми? Чего на меня уставился?

– А ты не видишь, что место занято? – спросил я.

Толпа вокруг начала меня стыдить, что я такой скотина и не могу помочь бедной женщине, которая вынуждена ехать с детьми в автобусе. Мол, мог бы и уступить место около окна, в углу, где она смогла бы встать со своей коляской.

Я попытался отодвинуться, но вокруг слишком было много людей, которые меня зажали в моём углу. А я был не тех габаритов, которые позволяют легко отодвинуться и проскользнуть червяком между разъярённых и бурлящих людей. Эта мамаша решила меня задавить своей коляской. Так звезданула по ноге колёсами, что у меня аж искры из глаз полетели. Дети орали. Эта орёт. Мелкого в коляске вырвало, прям на меня.

– Видишь, что ты наделал! – накинулась она на меня. – Из-за тебя Пашеньке плохо стало.

– Заткнись, сука. Ещё раз меня своей коляской толкнёшь – так врежу, что на другой конец автобуса улетишь! – рявкнул я, толкая кого-то рядом и пробираясь к двери автобуса.

– Как ты смеешь?! Я тебя лишь попросила корректно уступить место, а коляска случайно тебя зацепила, – воскликнула она. В этот момент кто-то навалился мне на спину, в тот момент, когда я пытался выбраться из своего угла. Я начал терять равновесие, плечом толкая мамашу. Тут такой поднялся визг.

– Ты меня убить хочешь!

– Сдурела? Толкнул всего-то!

– А! Да ты признаёшь, что специально на меня навалился! Хотел мне причинить вред! Больно сделать, за то, что я воспользовалась автобусом, вместо того, чтоб нанять дорогое такси!

– Блин, чего ты визжишь! Но раз видишь, что нет места тебе с коляской, так сложно другого автобуса подождать? Набились тут и начали права качать. Видишь, что битком автобус, так нехрен лезть!

– Да как ты можешь?! Это общественное место! – закатывая истерику, крикнула она.

– А! Да он из этих! Детоненавистников!

Кого? Я аж поперхнулся. Кто-то заехал мне по руке клюкой. В этот момент автобус остановился, открывая двери, а я вывались из него. На мне была облёванная толстовка, которую уже подобтёр об особо ретивых. Я её снял и выкинул в урну. Отстирывать это не было никакого желания. Погода была терпимая для прогулки в футболке. Не замёрзну.

Надо же было проехаться в автобусе! Проверил статы. Терпение упало на 189 пунктов. Теперь было 2.11.

Это за что меня так? Ещё и оштрафовали за спор с молодой матерью. Она на меня жалобу подала. Я открыл жалобу. С её стороны были представлены доказательства моего некорректного поведения, как и доказательства её матери, которая по-видимому и заехала мне по руке клюкой. Значит я, пострадавшая сторона, должен был выплатить тысячу семьсот рублей штрафа за её дебош?

«Показать апелляции по статье 19056»

Так, апелляцию можно подать лишь через адвоката. Его услуги будут стоить две тысячи. Судебные расходы на полторы тысячи и не факт, что эти затраты мне возместят. Оскорбление женщины с детьми. Тут суд часто принимает решение в её пользу. Апелляции подавали редко, так как проще было заплатить. Так выходило дешевле. Некоторые особо ушлые этим пользовались и так зарабатывали на жизнь, ведь часть штрафа, семьдесят процентов, шла им в карман.

Я читал всё это, поджидая следующего автобуса. Гнев продолжал кипеть в крови. Нет, я всё понимал, защищать женщин от агрессии – это даже хорошо, правильно, но когда этим пользуются мошенники – это ни в какие ворота не входит. И как бороться с ними непонятно.

Прозвон от отца и сообщение, что он будет ждать меня в парке, застал меня в тот момент, когда я уже подъезжал к его дому. Пришлось тащиться в парк. Осень начиналось. По вечерам начало холодать. В футболке было зябко. Отцу же хотелось совершить его вечерний променад. Он говорил, это помогало ему уснуть. Как засады в кустах помогали ему уснуть, для меня было загадкой, которую я надеялся никогда не разгадать.

– Я слышал, что ты развёлся, – сказал он. Мы встретились у входа в лесополосу. Солнце уже клонилось к закату, поэтому в лесу было почти ничего не видно.

– Развёлся.

– Второй раз – это уже система.

– Не начинай. Сам знаешь, что был за повод, – сказал я.

Может и было что-то в этих прогулках. Свежий воздух, аромат ели и скрип сухих веток под ногами – я уже и забыл как куда-то выбирался. В основном всё время свободное проводил в игре. Когда ещё с Настей жил, то Машку сюда раз в месяц водил. В этот парк. Показывал ей как деревья отличать друг от друга по стволу и листве. Так, об этом лучше теперь не думать. Настя не хотела, чтоб я виделся с девочкой. Значит и не буду.

– Угу. Знаю. Ты ей звонил?

– Зачем?

– На днях встретил твою милую с таким фингалом под глазом! Говорит, что об дверь ударилась, – невозмутимо ответил отец.

– Может и ударилась. Мне её фингалы не интересны.

– А когда с тобой жила, то она не страдала асфальтовой болезнью.

– Каждый сам выбирает, как жить. Она хочет такую жизнь. Мне ли запрещать? Я когда с Ланой разговаривал на эту тему и пытался ей объяснить, что она так в пропасть упадёт со своими постоянными замужеством, она ответила, что её такая жизнь устраивает. Что тут сделаешь? Свою голову не поставишь.

– Не поставишь, но можно поинтересоваться.

– Завтра поинтересуюсь, а то с меня психолог не слезет, – ответил я. Отец свернул с дороги на тропинку, которую почти нельзя было разглядеть в темноте. – Куда тебя несёт, старый извращенец?

– Сейчас тебе одну парочку покажу. Они сюда раз в три дня приезжают в это время.

– Я на это смотреть не собираюсь.

– Там такая девочка, просто супер.

– Пап, заканчивал бы ты с этим развлечением. Поймают и штраф выпишут.

– За что штраф? Я ведь ничего плохого не делаю. Воздухом свежим дышу. Это этим нужно штрафы выписывать. Приезжают сюда и заставляют людей с дороги сворачивать, наблюдать за ними, а потом все деньги на девиц по вызову тратить.

– А ты не трать.

– Так охота молодость вспомнить. Пусть не всегда, но периодами вспоминается. Смотри сам.

Он крадучись подошёл к дереву, которое окружали густые кусты. Я пошёл следом, не понимая на кой туда тащусь. Сквозь кусты видна была машина и девица с первым размером груди. Свет из машины ярко освещал её, почти ничего не скрывая.

– Не в моём вкусе.

– Она в одной молодёжной группе поёт. Спит со своим охранником, у которого семья с пятью детьми.

– Откуда такая инфа?

– Интернет, сынок. В сети, если знать, то можно много нарыть. Плюс программа распознавания по лицам. Я когда ролики снимаю, то потом лица через неё прогоняю. И узнаю всю историю их обладательниц. Или обладателей. Это же интересно.

– У тебя странное хобби, – ответил я. – Мне не интересно наблюдать, как кто-то в машине развлекается. Пойду на дороге тебя подожду.

Отец только кивнул и отмахнулся от меня. Я же побрёл в сторону дороги. Свернул не в ту сторону. Споткнулся. С каждой минутой становилось всё темнее. Я увидел её случайно. Вначале думал, что в кустах пакет с мусором валяется. Но когда пакет зашевелился, то я решил подойти и посмотреть, что там такое. Стон или писк. Определить было сложно. Так, ещё интереснее. Кто-то выкинул щенков-котят? Вот точно лучше не подходить. Потом замучаешься их пристраивать. Ещё оплачивать ветеринара, чипирование, вакцины и кастрацию. Но и пройти мимо совесть не позволяет.

Я подошёл ближе. Из листвы торчала белая блузка и женская рука. Ругань слетела с языка помимо воли.

«Сквернослов +10»

Спасибо на добром слове. Я добавил ещё пару ругательств и наклонился к трупу в листве. Надо было бежать, роняя тапки. Но вместо этого я коснулся холодной руки. Никогда не трогал трупы. Казалось, что рука была сделана из воска. Появилась мысль, что это манекен, которого выкинули в лес или андройд, которого украли ради электроники и выкинули. Они появились в последнее время, но стоили таких денег, что были скорее дорогой игрушкой, чем рабочим инструментом. Детали были дорогие. Особо ушлые воровали целые куклы, чтоб потом разобрать их на составляющие.

Лучше, чтоб это было так. Если труп, то тогда полиция, объяснение, что я забыл в лесу. Отец с его извращениями. Удар сердца. Дыхание остановилось. Труп сжал мою руку. Ночь, лес, а я пожимал руку трупу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.