Владислав Романенко
Пробежка

Фонари мелькали один за другим, сливаясь в единую полосу света. Тьма вокруг создавала ощущение туннеля по которому бежала одна единственная фигура. Дорога под ногами двигалась запредельно медленно, но Гарри упорно продолжал перебирать ногами и пыхтел, как обожравшийся английский будьдог. Впрочем, его жена считала что сходство с неказистой псиной стало очевидно после 20 лет совместной жизни. Да, Гарри попался в ту же ловушку в которую попадает большинство мужчин его возраста – избыточный вес. Хорошая, стабильная работа, на которой он по восемь часов просиживал объемный зад в офисном кресле , комфортный просторный джип, который довозил этот же зад от рабочего выхода из здания прямо к входной двери дома и искренняя любовь к вкусной еде сыграли с его фигурой злую шутку. Когда Гарри под четким надзором Кейт вставал на весы, стрелка вращалась со скоростью рулетки в казино, но выпадало ему всегда одно и тоже число: «220 фунтов». Если первые две причины были результатом успеха Гарри на работе, то страсть ко всем мясному и сладкому досталась от ему отца. Как глава огромного семейства Флиннов, его батя Ричард (или как его звали коллеги по автомастерской «Большой Рич») всегда возвращался домой с сумками, которые ломились от стейков, печенья с шоколадом, чипсов («Нужно же что-то жевать под футбол, верно парни?») и огромного количества разномастных напитков, начиная от пива и заканчивая газировками. Гарри и его 3 брата всегда сметали все подчистую в течение пары дней и ситуация повторялась вновь. Но если в те годы Гарри спасал его возраст и постоянная активность, то к 50 годам потребовалось принимать меры, чтобы не словить инфаркт от подъема по лестнице. Сам Гарри старался эту проблему игнорировать. Как он словит инфаркт на лестнице, если везде ездит на лифте? Да и хорошего мужика должно быть много, а Гарри мнил себя вполне сносным мужиком. Но однажды лишний вес его все-таки подловил его. Причем беда пришла откуда не ждали, а именно с появлением нового указания от начальства – поглотить трастовый фонд, который уже много месяцев мозолил глаза больших руководителей зелеными цифрами на мониторах. Когда Гарри впервые встретился с представителеми фонда – оказалось им всем нет и 30. Сплошь успешные молодые люди спортивной наружности. На их фоне Гарри казался китом, которого невесть как засунули в офисный костюм и дали в руки ноутбук. Так в очередной раз придя домой в хмуром настроении, он поведал все жене, особенно акцентируя внимание на тех взглядах который бросал на него молодняк, когда он клал третий кусок сахара в кофе. Тут-то за дело и взялась Кейт. Несмотря на то что жена была младше Гарри всего на 2 года, выглядела она великолепно: натуральная брюнетка с копной иссиня-черных волос, точеная фигура, подтянутая задница. Сказывалась генетика (ее мать – урожденная немка, померла с весом в 120 фунтов, который умудрилась продержать всю жизнь), здоровое питание, посещение дорогостоящих косметологических процедур и…стабильные пробежки. Бегала Кейт каждый день и в любую погоду. В ее распоряжении был целый арсенал различной экипировки под любой сезон и температуру на улице, а Гарри то и дело обнаруживал новые списания с кредитки за беговые кроссовки, леггинсы и различные приблуды вроде измерителей пульса и шагомеров. Кейт уже не раз аккуратно намекала Гарри, что пора бы уже взяться за себя. Лежа в постели после любовных упражнений, она несильно шлепала ладонью по его живот, заставляя его колыхаться.

– Кажется ты поднабрал, милый, – невинно улыбалась она. – Может записать тебя в спортзал? Есть в двух кварталах отсюда, пешком минут 10-15 максимум. Там отличные тренеры и новые тренажеры. У меня там есть знакомая администратор, могу написать ей прямо…

– Кейт, когда? – прервал ее лепет Гарри. – Я на работе по десять часов в сутки, потом дорога домой, которая занимает черт знает сколько. Хорошо если к девяти вечера доволоку себя до дивана. – Гарри стал подниматься, чтобы пойти в душ, но Кейт продолжая невинно улыбаться спросила:

– Переживаешь что кто-то увидит тебя в спортзале? Может те ребята с работы, о которых ты распинался пару недель назад?

– Плевать я хотел на них и на то что они увидят, – отрезал Гарри, так резко поднявшись с постели, что потемнело в глазах. – Я занят сделкой. Все, закрыли тему. Он тяжело пошагал в ванную под пристальным взглядом жены. Гарри знал что Кейт не отстанет, не в ее характере было так легко сдаваться. Но время шло, к теме жена больше не возвращалась, так что Гарри уже и забыл об этом. Сделка продолжала затягиваться из месяца в месяц, клинья в колеса постоянно вбивали юристы фонда. Гарри задерживался на работе до поздно, а стресс заедал сэндвичами и запивал кофе все с теми же тремя ложками сахара. Стрелка на весах уже пробила двести фунтов, а в ремне на брюках пришлось проделать новую дырку. Кейт все прекрасно видела, но давала своей будущей войне с лишним весом мужа время подготовку. Несколько недель она стягивала войска, подгоняла обозы с боеприпасами и строила укрепления, но самое главное – она придумала стратегию. И когда все было готово – перешла в наступление.

В один прекрасный воскресный вечер, за ужином с красным вином и мясным рулетом с горошком, Кейт мило улыбнулась Гарри и атаковала:

– Как прошла твоя сделка с тем…банком? Да, с банком. Так как оно?

– Не банк, а трастовый фонд, – проворчал Гарри, пытаясь попасть вилкой в особенно вертлявую горошину. – Пока никак. Этот моложавый говнюк, невесть как попавший в состав правления фонда, постоянно находит нестыковки в договоре и выдвигает новые условия.

– О, это тот фанат тенниса, который был у нас тогда на ужине? – немного склонив голову спросила Кейт, продолжая улыбаться. Невинный вопрос вызвал в Гарри бурю негодования, но вида он не подал, продолжая со стойкостью римского легионера попытки насадить горошину на вилку. Засранца из трастового фонда «Генштейн&Сонс»» звали Мэттью Генштейн. Он был как раз таки одним из «сынов», про которых кричало название фирмы. На момент когда Гарри пришла «гениальная» мысль пригласить его к себе домой, чтобы пообщаться в более приватной обстановке и хоть как-то подтолкнуть сделку к завершению, они с Мэттью общались только по телефону, и разок он мельком видел его в крошечном окошке Zoom. Поэтому когда Гарри открыл дверь и радушно пробасил «Добро пожаловать», вид гостей его немного…озадачил. По информации от помощника Гарри, Мэтти (а именно так он попросил себя величать «для друзей») было около 45, но когда Гарри окинул взглядом парня стоящего в дверях, то не дал бы ему и 30. Высокий, подтянутый, с шапкой роскошных кудрявых волос он ослепительно улыбался во все 32 глядя на хозяина дома.

– Привет, вы должно быть Гарри? Приятно наконец-то увидеть вас воочию, а то со всеми этими зумами и скайпами мы совершенно забыли как выглядят реальные люди. – он протянул ладонь (Гарри отметил как напряглись мышцы под белым поло) и крепко пожал ему руку.

– А это моя… -. Мэтти запнулся. – Девушка, Сесиль. Поздоровайся, милая. Гарри с силой оторвал взгляд от этой ожившей греческой статуи и посмотрел на спутницу Мэтти. Сесиль была минимум вдвое моложе Мэтти, стройная (хоть и плоская как фонарный столб) блондиночка с карими глазами стояла с отсутствующим взглядом и смотрела не на Гарри, а куда-то поверх его головы. На слова Мэтти она никак не отреагировала.

– Она у меня немного интроверт, – вновь улыбнулся Мэтти.

– Интроверт значит. Что ж, прошу в гостиную, – немного смущенно ответил Гарри, все еще глядя на бесстрастное лицо Сесиль.

Как только они переместились в гостиную, то вечер пошел под эгидой Мэтти. Кейт которая вышла из кухни с держа в руках бутылку красного и охапку бокалов, только завидев гостей (и в частности Мистера «я-жму-120-от-груди») поплыла. Весь остаток вечера пыталась всячески угодить Мэттью. Подливала вина, хохотала над его шутками, пару раз даже хлопнула его по колену от наплыва эмоций. Мэтти тоже был в ударе. Рассказывая очередную историю, он то и дело вскакивал, демонстрируя свой коронный удар левой и напрягая бицепс, чем вызывал восторг Кейт и раздражение Гарри. Сам же Гарри большую часть времени молчал, не успевая вставлять ни слова между искрометными историями Мэтти. Изредка он пытался задеть Кейт, пытаясь расшевелить Сесиль, но та отвечала односложно и продолжала смотреть в никуда. От этого уровень раздражения Гарри начал переваливать с «желтого» на «красный», и в какой-то момент он встал и проворчав что-то вроде: «Мне нужно отлучится по мужским делам» пошел на второй этаж. Зайдя в уборную, он тяжело вздохнул пытаясь успокоиться и не прикончить в этот вечер больше двух человек. Он повернул голову и глянул на себя в зеркало. В отражении был мужчина, которому как знал Гарри был 51 год, но выглядел он…выглядел он на все 60. Лысая голова была покрыта испариной, его раскрасневшееся лицо отражало нечто среднее между обреченностью и раздражением. Второй подбородок был покрыт двухдневной щетиной, что предавало Гарри вид работника автозаправки в глубоком запое. «Черт, успел бы побриться, если бы Кейт не потащила меня на другой конец города за «самым лучшими стриплойнами на всем северо-востоке» мелькнуло в голове. Массивный живот скрывала дорогая рубашка со следами пота на подмышках и небольшим пятном от вина на воротнике. Вот и весь фронтон здания под названием Гарри Флинн. Гарри справил нужду, застегнул ширинку, мельком еще раз глянул в отражение в надежде увидеть там худого красавца, снова тяжело вздохнул и пошел вниз.

В половину одиннадцатого вечера гости наконец покинули дом Флиннов. Кейт с момента как Мэтти шагнул за порог и до отхода ко сну пела ему хвалебные дифирамбы. О, как хороша его подача с левой! А ты видел как сильно выпирают вены на его предплечье и шее? Как думаешь он может подтянуться на одной руке? Гарри лежал в кровати, всем видом показывая, что заинтересован книгой больше чем болтовней жены, хотя буквы путались, а слова не складывались в предложения. Внутри все кипело. И продолжает кипеть и сегодня.

– Да он самый, – процедил Гарри наконец насадив горошину на вилку с такой силой, что прочертил заметную царапину на тарелке.

– Снова бесишься с него, – усмехнулась Кейт, с ее лица мигом слетела милая улыбка. – А знаешь почему он постоянно находит в себе силы уколоть тебя и не дать завершить сделку ради которой ты впахиваешь уже год? Потому что у него мозги варят лучше твоих. А знаешь почему его мозги варят лучше? Потому что находятся в теле, которое он держит в прекрасном тонусе.

– Я..не думаю что это так работает, милая, – сдерживая уже начавший подниматься рык, проворчал Гарри.

– Нет, Гарри. Именно так это и работает. Ты совсем себя распустил, – отчеканила жена, и маска невинности окончательно покинула ее лицо. – Я тысячу раз тебе говорила – начни бегать вместе со мной. Я поддержу тебя, помогу, выработаю тебе систему питания и тренировок. Но нет, ты хочешь продолжать отжираться как свинья на закланье. Или может ты хочешь чтобы тебя в 55 стукнул инсульт? Или чтобы тебя парализовало? Я не собираюсь проводить остаток своей жизни ухаживая за инвалидом.

– Довольно! – рявкнул Гарри, хватив рукою по столу. Его лицо раскраснелось от ярости и обиды. Черт, он 20 лет содержит эту женщину так, что она ни в чем не нуждается. 20 лет холил и лелеял, покупал все что попросит. Новые туфли? Конечно дорогая. Украшения стоимостью с годовую зарплату учителя средней школы? Пожалуйста. Машина поновее? Конечно, уже припаркована у подъездной дорожки. И вот чем она платит? Увидела поджарую задницу, пару бицепсов и уже чуть ли не в койку не нему прыгает?

Оказалось что все это Гарри проорал вслух, сам не заметив как вскочил, опрокинув стул. Кейт смотрела на него со смесью злобы и осуждения. Жена медленно поднялась со стула, также медленно сложила салфетку, которая лежала у нее на коленях. Положив салфетку рядом с тарелкой, она поставила обе руки на стол и склонилась над остатками мясного рулета уперев свои холодные голубые глаза лицо Гарри. Он уже чертовски жалел о сказанном, но от отца ему досталась не только любовь к вкусной жратве, но и довольно вспыльчивый темперамент.

– Если ты думаешь что я прыгну в койку к первому встречном, стоит ему лишь поиграть мышцами – ты ошибаешься, – холодно отчеканила жена. – Если за двадцать лет ты не понял, что моя любовь к тебе искренняя – это лишь в очередной раз доказывает, что мозги у тебя заросли жиром. Все что я сейчас сказала – моя попытка призвать тебя заняться собой. Но видимо придется действовать более радикально. Короче, с понедельника ты начинаешь бегать. Мне плевать как и когда. Иначе… будут последствия.

– Но..но, я с утра до ночи в офисе, – промычал Гарри используя свою обычную отговорку. Он уже полностью остыл и чувствовал себя виноватым за то что перегнул палку. В этом бою он терпел сокрушительное поражение, но продолжал трепыхаться подводя к линии фронта резервы. – Я не смогу и работать и бегать. Ты целыми днями дома сидишь, конечно у тебя есть время на…

– Так бегай по ночам. – резко оборвала его словесный поток Кейт. На этом она развернулась и пошла наверх, на ходу стягивая платье. На лестнице она осталась в одном белье и остановилась.

– Ах да, этого, – она указал на грудь. – И этого, – она указала на свою задницу в черных стрингах. – Ты не увидишь, пока я не увижу на весах 180 фунтов. И она зашагала по ступеням громко топая, в унисон с биением сердца Гарри. Где-то наверху захлопнулась дверь, оставив его наедине со остатками ужина и тяжелыми мыслями. Резервы были разбиты, а война полностью проиграна.

Понедельник для Гарри начался как любой другой рабочий день. Кейт вела себя как обычно, будто вчерашний разговор им обоим приснился. C утра они позавтракали, обменялись парой дежурных фраз и прыгнув в автомобили, отправились по своим делам. В офисе Гарри первым делом узнал от помощника, что чертов мистер «подача левой» снова прислал какие-то правки к договору. За рабочими делами и выверкой всех формулировок в документе Гарри уже и думать забыл об обещанном жене. Рабочий день несся со скоростью скаковой лошади и быстро сгоняв на обед, Гарри засел за анализ документа. Он так и не заметил, что на телефон пришло смс об очередном списание с кредитки. Вечером он ехал домой в хмуром настроении, договор был отправлен обратно в «Генштейн&Сонс» ,но чуйка Гарри говорила что завтра с самого утра он увидит очередные правки. «Они там по ночам что ли работают». – проворчал он себе под нос. Уже у подъездной дорожки он почуял неладное. Машины жены не было, видимо поехала гудеть по барам со своими немногочисленными подружками. Но свет дома горел, причем именно в их спальне. Гарри припарковался у ворот гаража, тяжело выбрался из машины и поплелся к дому. Внизу свет не горел, на кухне работала лишь духовка в режиме «подогрева». Внутри он увидел противень с кусочками индейки и кучу овощей. Про себя отметив что овощей гораздо больше чем мяса, Гарри тяжко вздохнул и поплелся наверх. Идя по коридору к спальне в которой горел свет, он чувствовал себя как осужденный поднимающийся на эшафот. Зайдя в спальню он первым делом увидел аккуратный бумажный пакет с логотипом «Tower Mall» стоящий на кровати. К пакету на скрепку была прикреплена записка. Гарри, подошел к кровати и аккуратно, будто разминировал бомбу развернул листок бумаги:

«Доброй ночи. Надеюсь ты серьезно воспринял наш вчерашний разговор, а я как и обещала, решила выразить тебе свою поддержку. В пакете небольшой подарок от меня в честь новой главы твоей жизни. В духовке диетический ужин. Я уехала до поздней ночи, чтобы тебя не смущать. Целую, К.»

Гарри аккуратно положил записку обратно на кровать и раскрыл пакет, уже зная что увидит. В пакете лежал аккуратно сложенный спортивный костюм, футболка и пара беговых кроссовок. Также лежала махровая лента, предназначение которой Гарри понял, только когда достал ее из упаковки. Спортивная повязка на лоб, догадался он. «Поддерживать мою роскошную копну» – иронично подумал Гарри машинально погладив лысину. Несколько секунд он помедлил, продолжая пялиться на содержимое пакета. Мысли в голове метались, часть из них говорила: «Мужик, ты так устал после работы. Какой к чертовой матери бег? Закажи себе нормально жратвы, что-нибудь китайское с жаренной курочкой. Вруби Netflix, открой пива. А как Кейт вернется, все ей объяснишь. И в конце концов ты же в доме хозяин? Мужик! С чего она решила что может заставлять делать то чего ты не хочешь?» Другая, маленькая часть сознания Гарри шептала: «Но, тебе нужно это. Она же заботится о тебе! Не дай ее стараниям пропасть даром, порадуй ее. Хотя бы попробуй, парень». Последнюю часть фразы сознание проговорило голосом его отца. Он всегда поддерживал Гарри, говорил: «Пробуй парень. Главное начать, а там уже разберешься по ходу дел». И тут где-то из глубины сознания поднялся третий голос, самый низменный, идущий, как знал Гарри, из его стремления побеждать любыми способами. Голос скорее шипел, чем говорил, однако его аргументы были пожалуй самыми весомыми: «Ты закончишь сделку. И закончишь в свою пользу. Ты же хочешь уделать этого сопляка Мэтти? Представь его лицо, когда в следующий раз на встрече, где ты с потрохами выкупишь его фонд, вместо офисного кита Гарри придет альфа-самец Гарри? А Кейт? Она сказала не приближаться к ее телу? Так завоюй ее, сделай ее своим трофеем.» Последний аргумент жег Гарри напалмом. Жена никогда не шантажировала его сексом, и все 20 лет они трахались так, что могли бы дать фору молодым, не смотря на лишний вес Гарри. Факт запрета особенно щемил мужское достоинство Гарри в прямом и переносном смысле. Он решился, быстро стянул рубашку и немного запутавшись в штанинах снял брюки. Оставшись в одних трусах, Гарри оглядел свой новый инвентарь. Ярко зеленый костюм Adidas со знаменитыми белыми полосками и белая футболка с черным логотипом той же фирмы. А вот кроссовки были от New Balance и выглядели как ноги трансформер из одноименного фильма. Наспех одевшись, Гарри подошел к зеркалу и взглянул на себя. Теперь вместо обычного офисного Гарри на него смотрел спортивный вариант. Ему даже показалось, что зеленый стройнит. Да и в целом нацепив спортивную одежду, которую он не носил со школы, Гарри почувствовал себя немного увереннее. Приободрившись, он вышел из спальни и тяжело топая сбежал по лестнице вниз. Выйдя на улицу, он понял что забыл снять часы. Мельком глянув на циферблат, он увидел что сейчас половина 11 вечера. «Черт, ну и засиделся я сегодня на работе, даже сам не заметил» – удивился Гарри. Его новые кроссовки шуршали по гравию подъездной дорожки, пока он бодро шагал к калитке на улицу. Когда его массивное тело покинуло огороженную территорию дома, Гарри остановился. И тут он осознал что понятия не имеет с чего начать. «Вся помощь Кейт свелась к покупке шмоток за мой счет и наскоро приготовленному ужину» – мелькнула злобная мысль, и Гарри чуть было не повернул назад. Но воображение вновь подкинул сцену с лицом этого козла Мэтти, когда он предстанет перед ним в новом облике и упругую задницу Кейт, которую он добудет как настоящий мужик. Гарри, представил себя греческим марафонцем, который несет факел во славу личных амбиций и счастливой личной жизни. Он собрал силы в кулак и медленной трусцой двинулся вдоль стены ограждавший их дом. Первые несколько ярдов дались относительно легко, Гарри даже подумал что в беге нет ничего сложного. Но чем больше шагов он делал, тем сильнее сдавливало грудь, тем больше кровь стучала в ушах. Первые ярдов сто он пробежал трусцой, дальше он уже шагал, уговаривая сердце не выпрыгнуть из груди. «Греческий марафонец, мать вашу. Если бы я знал , что бег такое дерьмо…» – металась мысль в голове Гарри. В итоге уже шагом обойдя квартал по кругу, он вернулся к дому. Кейт все еще не было и Гарри взглянул на часы: «22:50».

«Я бегал всего 20 минут?!» – он был в шоке. Ощущения были такие, будто он выбрался из самого пекла ада, пробежав на полной скорости все его круги.

Зайдя на кухню он глянул в сторону духовки, которая все еще светилась «подогревом». Есть не хотелось. Живот крутило, и к горлу подкатывал съеденный много часов назад обед. Кишечник тоже не отставал, посылая Гарри спазм за спазмом. Он кое-как поднялся на второй этаж, зашел в ванную и припал к белому фаянсу. Нет, вырвать его не вырвало, но несколько позывов он все же испытал. Кое-как стянув с себя спортивную одежду и наскоро приняв душ, Гарри рухнул на кровать и тут же уснул.

На утро, едва он открыл глаза, то увидел лицо Кейт в двадцати дюймах от своего собственного. Она лежала рядом и вся светилась как новогодняя елка, а в ее глазах билась единственная мысль «Я победила. Ты попал в мою сеть». С этого момента вечера, а иногда и ночи превратились для Гарри в сущий кошмар. Сделка с трастовым фондом так и не продвинулась, продолжая вязнуть в юридических тонкостях. Гарри уставал и злился , высиживая бесконечные часы в офисе, а по приходу домой его ждала здоровая жратва и вечерний бег. Кейт тоже подливала масла в огонь , или как она это называла «мотивировала». Пару раз он приходя домой заставал жену на кухне, сосредоточенную на процессе готовки. Все было бы как обычно, кроме одной мелочи – она была в полном боевом раскрасе и абсолютно голая. Гарри тупо пялился на ее гладко выбритый лобок с десяток секунд, пока Кейт накладывала еду и несла какую-то чушь в духе «Как прошел твой день милый?». Потом она обычно разворачивалась и спокойно уходила на второй этаж, покачивая бедрами из стороны в сторону оставляя Гарри с очередной порцией риса с курицей и мощнейшей эрекцией. А после пресного, но по заверениям жены, очень полезного ужина, он переодевался в зеленый спортивный костюм, напяливал «ноги робота» и с упорством новорожденной черепахи ползущей к океану бежал по району. Первые несколько вечеров казались Гарри адом. Все тело ныло, а особенно страдали мышцы на ногах. Грудь постоянно болела, в легкие будто залили пару литров свинца. Также болели суставы, все-таки Гарри был уже не молод. Несмотря на хорошие кроссовки, колени и иногда щиколотки хрустел , будто ветки старого дерева. «Я и есть старый толстенный дуб» – думал Гарри во время очередной ночной пробежки, труся мимо тускло освещенной аллеи. Он бегал уже три с половиной недели. Ощущения от пробежки стали чуть терпимее, но полюбить это дело Гарри заставить себя не мог. Стрелка на весах медленно поползла влево, но скорость с которой Гарри сбрасывал лишний вес была запредельно низкой. Отбросив грустные мысли, он продолжил бежать. Вокруг по традиции не было ни души: все нормальные люди в 11 вечера сидели дома возле телека с пинтой хорошего пенного и смотрели любые передачи, а не изображали из себя пыхтящий мясной поезд невесть как оказавшийся посреди улицы. Гарри остановился чтобы перевести дыхание и глянул в сторону аллеи, которая перпендикулярно примыкала к улице по которой трусил Гарри. Короткая полоска живой природы была тускло освещена и уже через сотню ярдов примыкала к другой улице – близнецу той по которой двигался Гарри. Тяжело дыша, он водил газами по полумраку невесть зачем. Тут ему показалось, что вдалеке что-то движется. Он пригляделся – ну да так и есть: параллельно Гарри по соседней улице шел человек. Нет, не шел – бежал трусцой. На секунду Гарри опешил, ну какого еще идиота кроме него жена может заставить бегать по спальному району в 11 вечера? Человек был довольно далеко от Гарри и он не видел деталей, но ему показалось что человек одет в форму бегуна-марафонца: короткие синие спортивные трусы и желтую футболку безрукавку. Вроде бы даже имелся номер на животе, но Гарри не разглядел какой. Он провожал неожиданного собрата по несчастью взглядом, пока тот не скрылся за углом здания. Постояв еще несколько секунд, Гарри набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул и снова побежал. До дома ему оставалось бежать довольно далеко, миля не меньше. Или как шутил про себя Гарри «часа полтора времени». Добежав до следующего перекрестка, Гарри повернул голову влево и снова увидел марафонца исчезающего за углом здания. И тут Гарри пришла блестящая мысль: «Может познакомиться? Будет хотя бы не так скучно бежать в одно лицо. А если парень окажется неплохим, можно будет попробовать выбить преференций с Кейт, мол вон уже даже друзей по бегу нашел. Может тогда она ослабит свои санкции». Гарри чуть прибавил темп и решил догнать Марафонца, как он прозвал про себя неожиданного спутника. На следующим перекрестке Гарри уже начал задыхаться, хотя преодолел всего ярдов 100, и как только он добежал до края здания, он снова повернул голову налево. Однако Марафонец не исчез за углом здания. Он вообще не появился на перекрестке. Гарри нахмурился, насколько он помнил на соседней улице никаких поворотов не было, как и проулков куда можно было свернуть. На одной стороне улицы была старая автомастерская «Лейк Моторс», а напротив была вереница ничем не примечательных магазинчиков со всякой всячиной, которые были явно закрыты в 11 вечера. Помедлив несколько секунд Гарри решительно двинулся в сторону перекрестка, на который должен был выбежать Марафонец. Добежав ровно до середины, Гарри остановился и повертел головой. Он стоял в свете уличного фонаря, будто герой кого-то мюзикла, оставалось лишь чтобы невидимый пианист начал наигрывать мелодию, а Гарри начнет петь и плясать. В стороне с которой должен был появится Марафонец было довольно темно, только редкие фонари тусклого желтого света вырывали отдельные фрагменты из тьмы. Но даже этого освещения хватило Гарри, чтобы понять что улица пуста. Он, подумал что Марафонец просто ускорился и уже убежал дальше. Гарри обернулся, но после перекрестка ситуация была идентичной: полутьма и пустота. Немного потоптавшись на месте, Гарри пожал плечами, ну что ж не повезло. Видимо парень был бегун от бога, так что сильно обогнал Гарри, пока тот плелся в своем черепашьем темпе. Шансы разжалобить Кейт все равно были минимальны, но вот поболтать во время пробежки общительному от природы Гарри совсем не помешало. Повернувшись на 180 Гарри побежал в сторону улицы с которой свернул преследуя Марафонца. Кроссовки зашлепали по асфальту, а Гарри решил бежать в спокойном темпе. После того как он ускорился, чтобы догнать загадочного соседа, сердце все еще колотилось как бешеное. Гарри добрался до перекрестка и вернулся на привычный маршрут. Преодолев еще ярдов 200 ему послышался какой-то звук. Гарри остановился, замер и прислушался. Звук не повторился. Постояв немного, Гарри снова начал двигаться по улице, озираясь по сторонам. Улица была абсолютно пуста, а редкие витрины не давали много света. Фонари же горели так тускло, что казалось тьма вот-вот преодолеет их границу и поглотит свет без возврата. Где-то на границе слышимости что-то снова назойливо зашумело и Гарри остановился. Он замер и напряг слух. Бой барабанов в ушах был довольно сильным, но Гарри понял что он услышал: звук ударов кроссовок об асфальт. Первый раз он принял его за эхо его собственных «ног робота», но сейчас он слышал их довольно отчетливо: шлеп, шлеп, шлеп. Единственное чего Гарри не мог понять это откуда идет звук. Такое ощущение что он отражался от всех зданий разом, будто на улице проходит марафон. Гарри обернулся, но позади было пусто, равно как и спереди. Звук тем временем становился все громче и Гарри разобрал, что бежит лишь один человек. И бежит, судя по всему в его сторону. Шлеп, шлеп, шлеп. Темп был довольно быстрый, но ровный, будто человек занимался бегом уже давно и решил дать себе приличную нагрузку, чтобы испытать организм на прочность. Тем временем звук приближался, и Гарри понял второй момент который его смущал: стучали кроссовки уже так что он должен был видеть бегуна, но улица оставалась пустой. Шлеп, шлеп, звук стал еще громче и ближе. Тут Гарри начал пятиться, ему казалось что звук все же идет со стороны откуда он прибежал. Но где же тогда бегун? Шлеп, шлеп, громче и громче. Гарри послышалось, что он слышит еще что-то. За звуком ударов кроссовок об асфальт он услышал хрип. Звучал он так будто, человек бежит в обнимку с аппаратом ИВЛ. Хрип звучал..торжествующе? Как хрип задыхающегося, который на границе потери сознания увидел баллон с кислородом. Гарри во всякую чертовщину не верил, но сделал то что сделал бы любой человек, когда не понимает что происходит – он побежал в противоположную сторону от предполагаемого источника. Звуки чужих кроссовок и хрип уже стали отчетливым. Бегун не приближался, но и не отставал. Гарри бежал что есть сил, постоянно озираясь и силясь в полутьме разглядеть бегуна, но за спиной было также пусто. «Это шутка что ли какая то?» – думал Гарри. Он уже ожидал увидеть Кейт на велосипеде с динамиком, из которого будет нестись звуки из какого-нибудь хоррор фильма. Возможно это был новый этап ее мотивации – напугать его до усрачки. Но Кейт из-за угла не появилась, а вот звук начал приближаться. Гарри понял, что невидимый бегун прибавил в темпе и вот вот настигнет его. Сам же он уже почти выбился из сил и бежал чисто на силе воли, чувствуя что организм уже сдался. Вокруг не было ни души, витрины мелькали одна за другой, а свет фонаря лишь слепил, отражаясь от пота, который стекал Гарри прямо в глаза. В момент когда хрип был в ярде от него, Гарри запутался в собственных ногах и тяжело рухнул на асфальт, пребольно ударившись локтем и содрав кожу с ладони. В панике он перевернуться на спину, чтобы встретить опасность лицом, продолжая скрести пятками кроссовок по асфальту. Хрип и топот уже стали нестерпимо громкими и Гарри заорал, закрыв лицо тыльной сторону ладони. Теплая волна обдала Гарри смесью запахов гнили, пота и бог знает чего еще. Среди хрипов и шлепанья кроссовок, ему послышался смешок и звук стал удаляться в полумрак. Гарри лежал ни жив ни мертв, тяжело дыша и все еще держа руку у лица. В голове было пусто, он чувствовал себя кроликом, которого лиса загнала в нору и перекрыла выход. Тело после такого марафона потеряло всякую чувствительность, лишь травмированная ладонь горела огнем. Про локоть Гарри старался не думать – не сломал под весом собственной туши и слава богу. Он полежал еще несколько секунд на ледяном асфальте и медленно стал подниматься охая и баюкая локоть в другой руке. Он прислушался – ни звука кроссовок, ни хрипа слышно не было, зато сердце Гарри билось так что он боялся что разбудит близлежащие дома. Запах гнили начал постепенно улетучиваться, видимо отправившись вслед за невидимым бегуном. Гарри постоял еще несколько минут, пытаясь придумать дальнейший план действий. Обладатель запаха кладбищенского склепа отправился как раз в сторону дома по той же дороге, по которой Гарри бегал каждый день. Нужно было либо сменить маршрут, либо двинуться следом за невидимым кошмаром. Последняя мысль вызвала спазм где-то в кишечнике Гарри, и он тут же отмел ее. В этот момент он почему-то вспомнил о Марафонце, возможно парень не смог столь удачно разминуться с невидимкой и теперь лежал в какой-нибудь канаве разорванный на куски? Поэтому Гарри потерял его из виду и так и не смог найти никаких следов? Гарри быстро отогнал от себя эти мысли: если с парнем что-то случилось – ему уже никак не поможешь, ведь он даже не знал до какой улицы тот успел добежать. А идти искать остатки тела в потемках.. Да тут бы самому выбраться без приключений, а не изображать из себя героя. Гарри принял решение сменить маршрут и направился в сторону спасительного дома по улице параллельной той на которой сейчас стоял. Бежать сил у него уже не было, он старался поддерживать быстрый шаг, но ему все время чудился звук кроссовок и постоянное мелькание в темноте, заставляя постоянно останавливаться и прислушиваться. Тем не менее, до дома он к своему удивлению добрался без приключений. Уже стоя у входной двери, он размышлял над тем что сказать Кейт. Она скорее всего еще не спит и точно спросит что с ним случилось. Рассказывать басню про невидимого вонючего бегуна он не хотел. Стоя на своей территории под яркой лампой внешнего освещения, он вообще сомневался в том что видел. Точнее не видел. Может у него была кислородная недостаточность, которая вызвала галлюцинации? Помявшись еще с минуту, он решил ничего не рассказывать Кейт. Войдя в гостиную он застал ее лежащей на диване с книгой. Рядом на полу стояла тарелка с наполовину съеденным ужином. Видимо сегодня был вечер «мотивации» поэтому жена решила, что отличным нарядом для чтения книги будут черные кружевные трусики и чулки. Она томно подняла взгляд на Гарри, но тут же изменилась в лице когда увидела его внешний вид.