Вик Морена
Новая жизнь

Глава 1

Я проснулась. Ну как проснулась, открыла глаза, зевнула, сладко потянулась и взглянула на время. Экран телефона показывал шесть тридцать утра. Меня такая цифра вообще не удивила, ведь я постоянно просыпалась в такое время, даже если мне никуда не надо было вставать и ехать, например, на работу. Сна не было ни в одном глазу, поэтому я решила не тратить время, а идти заваривать себе кофе. Поставив чайник на плиту, я отправилась в ванную, приводить себя в порядок. Душ решила отложить на потом, ну когда-нибудь потом. Нет, я не чушка какая-то, просто я жутко мерзлявая, даже летом, а спросонья мне еще холоднее. Почистила зубы, умылась и пошла «заваривать» свой растворимый кофе. Разбавив горячий напиток холодным молоком, я села на старенький стульчик и начала с удовольствием прихлебывать из чашки. И как всегда в голову полезли извечные мысли: Кто я, зачем я, почему я живу такой жизнью.

Не такая уж у меня и плохая жизнь, наверное, не знаю, меня и устраивает и в то же время не устраивает. Я живу в махонькой квартирке на задворках Подольска, Московской области, доставшейся мне от бабушки, которая воспитывала меня после смерти родителей. Бабушка покинула этот бренный мир два года назад, когда я выпустилась из университета и впорхнула во взрослую трудовую жизнь. Ремонт я в квартире не решалась делать, ибо по опыту своих подруг, ремонт – это навсегда. Да и моей скромной зарплаты библиотекаря не хватило бы даже на отделку маленькой кухни.

Сегодня у меня выходной, поэтому я решила вернуться в кровать и посмотреть какое-нибудь ток-шоу. Свой выбор я остановила на шоу «Скандал», в котором люди выходили и жаловались студии на своих мужей, детей, жен, свекровей и тещ. Такие разборки мне нравились, ведь я сразу переносила их ситуацию на свою жизнь, и понимала, что не так-то плохо я живу. Мерзко хихикнув, я щелкнула пультом, и, завернувшись в одеяло, погрузилась в интриги семьи Дегтяревых, новых героев данного шоу.

Насладиться криками, драками и разборками мне не дал телефонный звонок. Громко застонав, я взглянула на номер звонившего – Машка, подруженция моя, родная. Что ей надо-то в такую рань.

– ДА! – я злобно гаркнула в трубку.

– **да! – веселым хрипом вторила мне Машка. – Чего такая злая? Я знаю, что не разбудила тебя, ты у нас ранняя пташка-фигашка.

– Мария, по делу, пожалуйста, по делу!

– Короче, дело к ночи! – захохотала подруга. – Слушай, реально дело идет к самой незабываемой ночи в твоей унылой и пресной жизни.

– Можно без предварительных ласк, говори, что задумала.

– Итак, я тебя приглашаю сегодня вечером посетить открытие нового московского клуба в Ясенево. Форма одежда – парадная, форма лица – накрашенная и желательно улыбающаяся.

– Я не хочу. Мне лень. У меня дел по горло.

– Какие у тебя дела? Тем более по «горло» – она снова вот так вот мерзенько хихикнула. – Не отвертишься, сладкая моя. Ты у нас девушка ответственная, плюс хорошая подруга. И ты не откажешься стать моим вторым пилотом на эту потрясающую, в будущем, конечно, ночь.

– Ладно, кто ж еще впряжется в тебя среди незнакомых и пьяных мужланов, к которым ты не прочь отправиться ночевать в пьяном угаре.

– Спущу тебе последнюю фразу, ибо я мудра, аки Гендальф Серый. Так, я подкатываю тебе к шести вечера, мы немного доводим себя до веселости при помощи бутылочки сладко полу красного, и отправляемся в клуб на такси. Идет?

Последний вопрос прозвучал так, для галочки, поэтому я ответила, что к шести буду готова и повесила трубку.

После такого наглого вторжения в мое личное телефонное пространство я начала вспоминать, как меня вообще угораздило повстречать на своем жизненном мышином пути такую яркую, немного хамоватую и беспринципную особу, как Мария. Истоки нашего знакомства уходят в глубокое детство, а именно, дворовую песочницу, где я, как и обычный ребенок лепила куличики. Машка, ну тогда для меня она была негодяйкой, нагло ворвалась в мой выдуманный мир песочных замков, сев на красивый куличек, вылепленный с такой заботой и терпением. Я треснула ее лопаткой. Машка же, не растерялась и треснула меня в ответ ведерком. Завязалась ожесточенная битва, не пойми за что. Растащили нас родители, которые беседовали на отвлеченные темы, пока детеныши корпели над поделками.

Домой я шла под аккомпанемент маминых нравоучений, в которых мне выговаривали о том, что мое поведение не достойно поведению юной леди из семейства Родниковых. Да, кстати, как поговаривали, предки мои вели свое начало от каких-то там князьков при императорской России. Но вот почему же меня тогда не назвали в честь принцесс, типа, Анастасий, Марий и Екатерин, а просто вписали в свидетельство о рождении Инга, для меня до сих пор тайна за семью печатями. Мои покойные родители всегда требовали от меня соответствующего поведения царственной особы, куда были включены уроки фортепиано, балета, этикета и прочей ненужной дребедени. Моя бабуля, наоборот, считала, что над ребенком не стоит издеваться в современном мире, но кто когда спрашивал ее совета.

Итак, Машка. Боже, я как вспомню, так снова хочется ее шмякнуть лопаткой. Так она меня выбесила. Однако в следующую нашу встречу она меня заинтересовала. Старшие мальчишки гоняли по двору беременную кошку, а Мария, провозгласив себя защитницей сирых и убогих, стала гонять обидчиков, причем издавая такой боевой клич, что слышно было в соседнем регионе. Тогда, в семь лет, я поняла, что судить о людях по их манерам и общению с другими человеками вообще не стоит. Короче, я впряглась за Машкино праведное дело и тоже стала гонять несносных пацанов. Так мы и стали лучшими подругами. Дальше была школа, выпускной, на котором я тащила пьянющую всусмерть подругу к себе домой, ибо ее родители ее бы точно прибили, потом она поступила в колледж на менеждера, а я на филологический, куда меня категорически запихивали маменька с папенькой. Круг общения у нас поменялся, да вот только дружба наша стала от этого еще сильнее и крепче. Мне претили эти якобы одухотворенные и возвышенные личности на нашем факультете, поэтому меня всегда спасало общество Марии.

Скажу честно, иногда ее выходки приводили меня в дичайшее возмущение, но эти самые выходки поражали своей непревзойденностью и смелостью. Машка не боялась ни чего. Она могла с легкостью сказать человеку в лицо все, что она о нем думает, даже если это был директор ее колледжа. С полицейскими она постоянно собачилась на тему неправомерности задержания или досмотра. Я тихонечко стояла в стороне и киванием головы поддерживала ее во всем. Возможно меня вдохновляли ее подвиги, я сама хотела бы быть такой же смелой и дерзкой, а не мямлей, коей я являюсь сейчас, вот из-за этого я и держалась за нашу дружбу.

Глава 2

День выходного подходил к вечеру, и когда стрелки на часах пробили шесть часов, я, одевшись как на парад в честь Его Императорского Величества, ну то есть, во все свое лучшее и нарядное, села ждать подругу. Машка запаздывала, ну это и не новость. Она всегда приходила позже оговоренной часовой цифры. Но как только на часах стало шесть ноль пять, в дверь постучали. Удивившись, я пошла открывать. На пороге стояла уже веселая Мария, видимо, веселье в виде бутылочки вина у нее был припасен заранее. В руках она держала новую нераспечатанную бутылку с грузинским вином.

– Здорова, подруга! – Маша вальяжно проплыла в квартиру. – Готовь бокальчики, мы сейчас быстренько жахнем и отправимся покорять Ясенево.

– Да ты уже всех сегодня покорила, окстись. – пробурчала я.

– Окстись! Какие высокопарные слова! – закатила глаза подруга. – Извольте, сударыня, отведать чистейшего и краснейшего грузинского винца. Так, где у тебя штопор? – Она по-хозяйски стала шарить у меня на кухне.

– Он еще с прошлого раза сломан. А новый я не покупала, так как не пью.

– Фу, какая ты скучная – скорчила недовольную гримаску Маша. – Я и вручную открою, дай мне только нож.

– Ой, ой, ой, не поранься.

– Не ври, не мое здоровье тебя интересует, а лишь то, что я могу изгадить тебе кухонные стены в твоей обители девственности и чистоты.

– Да, верно, так что я сейчас схожу к соседу и попрошу у него штопор, а то ты тут реально устроишь водопад вина.

– Ладно, вали к своему соседу, только побыстрей.

Я быстренько натянула кроссовки и отправилась к Олегу, молодому парнишке, жившему со мной на одной лестничной клетке. Олег на мою радость и успокоение был дома, с радостью отдал мне штопор, не задавая лишних вопросов. Обожаю молодежь.

Я вернулась в квартиру и протянула штопор подруге:

– Держи, алкашня, разливай уже.

– Что? Тоже предвкушаешь поездку? – заговорщицки подмигнула мне подружка.

– Ну, ты так рвешься туда, значит, место злачное, непристойное и полное опасностей. Все, как ты любишь.

– Не гунди! Там действительно круто, мне Ярик рассказывал, ну тот, с которым мы встречаемся, когда до зарплаты пару сотен, а жрать охота.

– Да поняла я. Поняла. – Я взяла, протянутый мне бокал и, сделав глоток, отложила его в сторону. Ну не пью я алкоголь, не люблю. Расстреляйте меня за это!

Мы посидели на кухне еще минут двадцать, Мария облагородила бокала три, потом двинулись навстречу клубной тусовке.

На такси ехали мы минут сорок. За это время Мария успела познакомиться, поругаться, помириться и обменяться номерами телефонов с таксистом. Зачем, это ей самой виднее. При выходе из машины меня сразу же ослепил яркий свет, который лился от вывески. На ней огромными неоновыми буквами гласило «Аллегро», что в переводе с музыкального означает ускорение темпа. Откуда я это знаю? Спасибо музыкальной школе, которую я всей душой ненавидела. Ну я-то, допустим, знаю значение, а знают ли хозяева клуба?

Очереди не было, что удивительно, ведь открытие, но и слава всему сущему, не пришлось топтаться с окосевшей подругой у входа. Войдя внутрь, я поняла, что все хозяева знают, ведь на меня ударной волной понеслась отчаянно скакавшая музыка со всех сторон. Мне захотелось развернуться и гордой походкой продефилировать на выход, но Машка, вцепившись в меня мертвой хваткой, повела на верх, знакомить со своими новыми знакомцами.

– Пошли, – проорала она мне в ухо, – я представлю тебя шикарнейшим мужчинам в Ясенево.

Я послушно поплелась с ней наверх, где, как ни странно, музыка звучала не так интенсивно, что не могло не радовать. Мария широко улыбнулась компании молодых людей, которые сидели в потемках, вдали от танцующей толпы. Она еще быстрее зашагала в их сторону, таща при этом меня волоком.

– Инга, знакомься. Это Родион, он основатель этого замечательного клуба, – защебетала Мария, – а это его брат Никита. А вот этот улыбчивый парень – Архип. Классное имечко, правда? Как раз в твоей, филологической, стезе. Вот, Свят и Генрих.

– Очень приятно, – пролепетала я. Да, имена были у ребят разномастные, я о таких читала лишь в книгах, да в исторических фильмах видала. Родион выглядел, как среднестатистический европейский мужчина, в прекрасно отглаженном черном костюме. Его коротко стриженные темные волосы аккуратно складывались в современную мужскую прическу. Он напомнил мне биржевого брокера, который всем своим видом излучает уверенность и платежеспособность. Братишка его, голубоглазый и светловолосый, Никита, походил на обычного рубаху-парня. Эдакий смешливый простак, готовый отправится с тобой в любое приключение. Архип оправдывал свое древнерусское имя. Он был рослым и широкоплечим. В его льдисто-серых глазах отмечалась многовековая грусть и мудрость. Волосы свободно спадали на плечи, и да, он предпочитал не бриться, как эти новомодные хипстеры с легкой модной небритостью, а, наоборот, парень отращивал простую не особо ухоженную чисто русско-богатырскую бороду. Следующий парень, Свят, меня вообще не впечатлил. Он казался бледной молью среди всех этих статных мужичков. Прям, глазу не за что было задержаться. Вот Генрих во мне сразу вызвал отвращение, даже несмотря на то, что он в понимании многих цыпочек казался бы просто красавчиком. Он был высок, строен, в меру накачан. Одет был в свободном крое брюки и пиджак, который сидел на нем, как форма эсэсовца в годы второй мировой войны. Да, именно эсэсовца Генрих мне и напомнил, плюс – это нерусское имечко дополняло образ. Мне сразу захотелось гаркнуть ему в лицо «Гитлер Капут». Но я, естественно, не стала этого делать, еще подумают, что я психопатка поехавшая.

Что-то в этих ребятах мне показалось странным, мысль в голове никак не хотела задерживаться, однако, чуйка моя подсказывала, что надо валить. Но подругу мою несло: она заказала себе двойной виски с колой и глушила его с дурацким хихиканьем, поглядывая то на одного парня, то на другого.

Парни снисходительно улыбались в ответ на бесхитростные заигрывания Марии, но все их внимание захватила моя персона. От этого стало еще страшнее. Родион наклонился в мою сторону и задал весьма личный вопрос:

– Инга, а вы когда-нибудь занимались любовью сразу с несколькими мужчинами?

Я чуть стакан с соком, который мне принес официант, не проглотила от такой наглости. Да, мне случалось в приложениях для знакомств встречать парней с открытыми взглядами на отношения, но здесь, лицом к лицу, было неуютно.

– Нет, такой радости со мной не приключалось. – Саркастически поддела его я. – Да, и не мое это. Все эти средневековые оргии уже не модны в нашем современном мире.

– Во времена Средних веков оргиями назывались разрушительные войны и набеги солдат на простые деревни, где жителей, как мужчин и женщин насильничали в течение нескольких часов перед тем, как отсечь им головы. – Подал голос Генрих, мужчина с темными и немного сальными волосами, спадающими небольшим каскадом на его левый глаз. Я второй раз чуть не проглотила свой стакан. Да что с ними не так?! Где эти завлекающие нежные шептания и переглядки, которые так уместны в клубах? Почему они затрагивают чересчур интимные темы, которые в приличном обществе находятся под запретом?

– Вот, думаю, Инга, подобная радость может с тобой приключиться, считай, я тебе это предрекаю. – Родион так соблазнительно улыбнулся мне, что я на всякий случай отложила стакан с соком, чтобы ненароком не разбить его.

– Инга, занятие любовью может привести к величайшему наслаждению, однако, не стоит забывать, что тоже самое наслаждение может накликать величайшую боль и даже погибель – Родион никак не хотел отпускать тему с оргией и решил меня окончательно доконать. Я почувствовала уже не напряжение, а раздражение.

– Послушайте, я вас, ребята, вижу в первый и надеюсь в последний раз, и не готова к откровенным темам, не так воспитана, знаете ли.

Я начала было уже подниматься с диванчика с намерением покинуть это злачное место, как меня за руку схватил Архип. Я даже краем глаза не успела захватить момент его передвижения в мою сторону, настолько он был быстр. Ещё страннее было то, что он сидел за пару человек от меня.

– Инга, постойте, не обижайтесь на нас, мы просто вас подначиваем. Уж больно вы зажатая и негативно настроенная. Давайте я вас угощу ещё соком? Прошу, не покидайте нас. – Проговорил этот странный молодой человек.

– Да. Инга, не бросай подругу. – Заканючила Машка. Мне стало жалко ее, и я решила остаться ещё на чуть-чуть. Мне принесли очередной стакан сока, и я с наслаждением сделала большой глоток. Вкус был необычный. Скорее всего, это был микс из свежевыжатых фруктов, о которых моей библиотечной душе и вовсе не известно.

Спустя некоторое время я почувствовала, как мышцы в теле стали расслабляться, уходило напряжение, беседа потекла спокойнее и непринужденнее.

Где-то в глубине моего сознания прозвенел тревожный звоночек. Меня вдруг накрыла паническая атака, но какая-то слабоватая, через не хочу.

– Пойду, подышу свежим воздухом, что-то мне не очень хорошо, – я встала и направилась на выход. Вдруг до моего мозга дошла информация, что Музыка в клубе стала играть тише, а танцующих стало раза в три меньше. Время шло к закрытию клуба. Странноватее и странноватее становилось этим вечером. Ведь мы приехали всего пару часов назад, а тут уже дело шло к утру. Обалдеть, они нас заговорили. Да и я сама не лучше, сидела, строила из себя недотрогу, а потом начала подхихикивать.

Я вышла на улицу, вздохнула полной грудью и тут услышала резкий вскрик полный боли и отчаяния. Мне на секунду показалось, что я знаю этот вскрик. Я развернулась и поспешила внутрь.

Моему взору предстала отнюдь не забавная картина: наши новые знакомцы перекинули Машку через перила на втором этаже, держа ее за ноги. Они смеялись, то приподнимая ее, то резко опуская. Машин вскрик уже перешёл в отчаянный вопль.

– Что вы творите, козлы! – заорала я и побежала вверх по лестнице. – прекратите, отпустите Машу!

– Отпустить? Зачем, нам же так весело! – откровенно заржал Генрих.

– Ни хрена это не весело, вы, тупые отморозки.

Я чувствовала резкий прилив злости, что помогло мне отрезветь, именно отрезветь, ведь в тот момент я явственно поняла, что меня опоили, как наивную малолетку. Я вступила на площадку второго этажа, как вдруг у меня за спиной оказался Родион. Он жестко схватил меня за шею и дёрнул на себя:

– А на что вы рассчитывали, придя в ночное заведение, полное разврата и насилия? Согласись, где-то там, в глубине вашей смертной душонки вы знали, что все это так и окончиться.

Смертной душонки? Эта удивительная мысль проскочила у меня в голове, но не успела развиться, так как мозг захлестнула острая боль. Меня швырнули через лестничный пролёт, и я покатилась по ступенькам. Внизу мое тело столкнулось с чьей-то ногой, которая в ответ пнула меня под рёбра. Я заорала, ну так мне показалось, на самом деле я вздохнуть для ора не могла, так, чисто пискнуть.

Мое лежащее, дрожащее, умирающее от боли тело окружили люди, я сквозь помутнённое сознание узнала лица пятерых знакомцев. Будут насиловать? Нет, они сделали кое-что много хуже. Каждый из них впился зубами в мои руки, ноги, бедра, шею. По всему телу я ощущала разрывающую колющую боль, будто в меня впилась стая пираний, пытаясь разорвать меня на мелкие клочки. Я чувствовала, что сознание ускользает, чувствовала, что теряю связь с реальностью. Дальше только чернота.

Глава 3

Я открыла глаза, почувствовала дикий холод и почему-то голод, попыталась резко встать. Мне в голову больно врезались какие-то доски, отовсюду посыпалась мокрая земля вперемешку с песком. Я что напилась и очутилась на стройке? Мысли бешено крутились и давили на черепную коробку. В памяти стали всплывать обрывочные образы весело проведенного вечера. Так, стоп, вовсе было не весело. Мне стало еще холоднее. Я начала потихоньку вспоминать события минувшего дня и следующей за ним ночи. Вот, мы с Машкой договариваемся поехать в клуб. Мы все же туда едем, там эти странные люди со странными динозавровскими именами, они смеются, причем так гаденько, что мне не нравится сразу. Потом я вспомнила, как вышла подышать свежим «дымом» – у клуба было накурено. Затем крик, и тут я все вспомнила. Я вспомнила, как эти ублюдки издевались над Машей, потом начали избивать мою гордую персону, а потом стали пить мою кровь. Стоп! Кровь? Они пили что? Кровь? Мою? Фу! Я лихорадочно стала себя ощупывать и осматривать. На теле не было никаких следов, но память же есть. Есть эти остаточные ощущения клыков на моей коже. Или же это наркотическое опьянение, ведь я же чувствовала, что меня пошатывает от напитка, предложенного, как его там, Родионом. То же блин, имечко. Чего это он к девкам молодым полез, перевелись что ли старушки-процентщицы?

Так, надо вставать и что-то думать на счет того, чтобы добраться до дома. Телефона, естественно, рядышком не было. Не позаботились убивцы. Видимо, концы в воду и все, была девочка, не стало девочки.

Я собралась с силами и стала выбираться из своей импровизированной могилы. Удалось мне это сделать весьма легко и быстро. Словно пальцами щелкнула и, оп, и я уже на другом конце ямы. Странно. В глаза мне били лучи утреннего солнца, почему я догадалась, что утро, а, например, не день, да все очень просто: утреннее солнце самое яркое и безжалостное. Поэтому шторы в моей махонькой спальне всегда задвинуты намертво, словно я в склепе.

Я сделала шаг и чуть не свалилась, и не полетела кубарем вниз из-за того, что слишком резко направила корпус вперед. Не ожидала я от себя такой спортивной прыти. О Маше я практически не думала, вернее, старалась не думать, загоняла мысли подальше вглубь своей головы. Разбираемся с проблемами по мере их поступления. Первая проблема – добраться до дома. Так, я в Ясенево. Здесь по-любому ходят маршрутки, но я также могу выйти на большую дорогу в сторону Симферопольского шоссе и начать голосовать, авось, меня кто-то да подхватит. Так я и сделала.

Стоять пришлось долго. Я ощущала слабость во всем теле, даже кости ломило. Было жарко и хотелось пить.

И вот, возле меня паркуется машина такси, я подхожу и кричу водителю:

– Извините, но у меня нет денег, да и перевод я не смогу оформить, так как потеряла телефон.

Водитель посмотрел по сторонам, углядел, что вокруг нет жилых домов, только тянущиеся котлованы от строек и сказал:

– Ничего страшного, девушка в беде, я буду вашим рыцарем в сияющих доспехах. – Он ободряюще мне улыбнулся, и я решила рискнуть, что же еще может плохого случится.

– Спасибо, большое.

– Что, тревожная ночка?

– Да, не то слово.

«Что, шваль, не заплатил клиент и решил кинуть?»

– Что вы сказали? – Меня словно молнией шибануло, когда я услышала эти слова. Он совсем долбанутый?

– Я молчал.

– Но… вы же… – я не знала, что сказать, скорее всего у меня глюки от голода и жажды.

«Денег у нее нет, ага. Ну, значит, расплатишься ртом»

И вот опять. Я смотрела на водителя, не отрываясь. Он реально не открывал рта, чтобы изрыгнуть эту мерзость. По ходу я читаю его мысли. Обалдеть! Но мое любопытство и изумление прервала следующая мысль:

«Сейчас будет съезд на проселочную дорогу, там никто не ездит, никто не увидит. Трахну ее и по башке пару раз. Мир станет чище».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.