Андрей Сергеевич Тугунов
Реставрация и строительство храмов, часовен, приходских строений

© ИК «Просветитель, 2023

© А.С. Тутунов, 2023

© Портал «Приходы», 2023

© Все права защищены. Данное произведение не может быть воспроизведено полностью или частично в России или за рубежом в какой-либо форме без письменного разрешения составителей. При цитировании ссылка обязательна.

Вместо предисловия

Когда священник решает строить храм, он практически никогда – я подчеркиваю – никогда, в 95 % случаев, не знает, какой храм ему нужен. В 100 % случаев священник завышает площадь по сравнению с той, которая ему реально нужна. То есть разговор происходит примерно такой:

– Вам какой храм нужен?

– Метров 250–300.

– Но 300 метров – это, по крайней мере, 700 человек молящихся…

Обычно подобные цифры отрезвляют.

Существуют две основные причины, из-за которых многие вновь строящиеся храмы выглядят как скучные типовые проекты.

Во-первых, современные архитекторы просто не знают все разнообразие архитектурных стилей, сложившихся в России к революционному 1917 году. В архитектурных институтах изучают историю русской архитектуры всего в течение одного-двух семестров, причем русская архитектура второй половины XIX века не изучается вовсе, поскольку голословно объявляется временем упадка. Русскому же модерну отводится в лучшем случае одна-две лекции.

Кроме того, в архитектурных институтах вообще не изучается работа с деталями зданий, что является последствием постановления «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве» – постановление № 1871 ЦК КПСС и СМ СССР от 4 ноября 1955 года. После этого постановления из архитектуры были исключены все детали: карнизы, наличники. В результате при проектировании храмов, где детали играют огромную роль, архитекторы оперируют только общими объемами, как в современной архитектуре. Для многих архитекторов проектирование храмов является только возможностью заработать. Мне приходилось слышать откровенные высказывания о том, что мы, мол, беремся за храмы, когда нет других заказов.

Во-вторых, очень существенное влияние на проект оказывает заказчик, в данном случае – духовенство. На основании большого опыта общения со священниками и епископами могу утверждать, что духовенство страдает тем, что я называю «архитектурное старообрядчество». Духовенство в абсолютно подавляющем большинстве не признает никаких архитектурных стилей после патриарха Никона. Есть один-два проекта, выдержанных в формах конца XVII века. В абсолютном же большинстве используется как прототип домонгольская архитектура, раннемосковское зодчество и псково-новогородская школа. Барокко, классицизм, ампир и иные стили априори объявляются «неправославной» архитектурой, появившейся под тлетворным влиянием Запада. Переубедить духовенство не представляется возможным. Как результат, храмы в стиле, например, раннемосковского зодчества строятся от Минска до Владивостока. Кстати, за прототип берутся два храма: церковь святого Трифона в Напрудном и церковь Зачатия Анны, что в Углу, в Москве. Других примеров раннемосковского зодчества ни архитекторы, ни духовенство просто не знают.

Последние несколько тысяч лет религиозная архитектура, по крайней мере в Европе, развивалась достаточно эволюционно. Одни стили вырастали из других, и если и появлялось что-то неожиданно новое, тем не менее в нем всегда прочитывались те или иные элементы, использовавшиеся ранее. Попытки современных архитекторов волевым усилием создать что-то принципиально новое в церковной архитектуре, не имеющее корней в прошлом, обречено на неудачу. Нужно быть абсолютным гением, чтобы сказать новое слово в архитектуре. Пока мы таких гениев не видим. Все, что предлагается сегодня, – это попытки приспособить современную гражданскую архитектуру для церковного строительства. Попросту говоря – берут аэровокзал и ставят на него купол с крестом. Поскольку храмы строятся не на 3040 лет, как пятиэтажки, а предусмотрены на столетия, то будет слишком и неосторожным, и самонадеянным собственные сегодняшние архитектурные стилистические изыскания навязывать будущим поколениям. Не говоря уж о том, что архитектурное сооружение, в отличие от других видов искусства, требует очень больших капиталовложений.

Сегодня наилучшим вариантом при проектировании храмов будет работа, основанная на разных стилях, существовавших в России, и особенно русская архитектура XIX и начала XX века. Использование в качестве образцов домонгольской архитектуры и раннемосковского зодчества желательно хотя бы временно сократить, поскольку последние 30 лет архитекторы используют только эти стили. Когда архитекторы полностью освоят все наше архитектурное богатство без исключений, то можно будет, основываясь на предыдущем опыте, искать дальнейший эволюционный, а не революционный путь развития церковной архитектуры.

Новое слово скажут уже будущие поколения, основываясь и на нашем опыте тоже – нашем опыте по восстановлению связей, утраченных во время революции. К сожалению, 70-летнее забвение русской церковной архитектурной школы вызывает к жизни насущную потребность просто архитектурной учебы в широком смысле этого слова.

Андрей Сергеевич Тутунов,

архитектор и реставратор

I
Начало работ

Взаимоотношения сторон в процессе реставрации

1. Настоятель и приход

Начнем с того, что нередко встречаются настоятели храмов – особенно если кому-либо удалось построить у себя на шести сотках дачный домик, – твердо уверенные, что не имеют диплома о высшем архитектурном (причем реставрационном) образовании лишь по недоразумению.

К сожалению, уродование храмов, а также придание храму «православного» вида, явление весьма и весьма распространенное. Безусловно, во многих случаях приход не может позволить себе роскошь оплатить консультацию архитектора-реставратора, а тем более проект реставрации. Но весьма часто отсутствие проекта или, по крайней мере, консультаций специалиста связано с невероятной самоуверенностью.

На основе общения с десятками приходов я заметил, как минимум, две закономерности:

во-первых, более осторожно к реставрации храма относятся священники, имеющие, помимо семинарского, высшее светское образование, особенно гуманитарное; безусловно, здесь сказывается общая культура данной категории духовенства;

во-вторых, в больших провинциальных епархиях, где контроль со стороны правящего архиерея и благочинного ослаблен, священник нередко присваивает себе право некоей исключительности во всех вопросах – и в архитектурных, в частности.

Второе чувство, которым часто руководствуется приход, – это возвращение к «русской православной архитектуре» в том виде, как себе ее представляют настоятель или прихожане, и отрицание любого архитектурного стиля, возникшего в послепетровское время. Под «русской православной архитектурой» чаще всего подразумевается смесь домонгольской архитектуры, новгородских, псковских образцов и раннемосковского зодчества без понимания особенностей каждого направления.

В результате сейчас очень часто в храме ХѴПІ-ХІХ веков можно встретить вновь установленный тябловый иконостас в стиле XVI века, покрытый резьбой, характерной для поздней эклектики. Главы же обязательно красятся в голубой цвет (как оградки на кладбищах).

И в качестве заключения: настоятель одного из московских храмов заявил архитектору, что при коммунистах на храме была выполнена «бездуховная реставрация», а теперь будет настоящая (понимай, духовная). Я-то по простоте душевной думал, что бывает или профессиональная, или непрофессиональная (некачественная) реставрация.

2. Подрядчик или прораб

К сожалению, это тоже достаточно распространенная беда: подрядчик или прораб, будучи, прежде всего, строителями, начинают вмешиваться в вопросы, не входящие в их компетенцию, а именно – в архитектурные вопросы. Дело в том, что, поработав на трех или пяти храмах, подрядчик часто решает, что он уже освоил архитектурные и, что гораздо опаснее, инженерные тонкости.

Рекомендую с самого начала установить жесткие рамки в отношениях между заказчиком и исполнителями работ.

Необходимо отметить печальное явление, характерное для государственного финансирования реставрационных работ: система регулярных конкурсов на проектирование и производство реставрационных работ имеет явно выраженный коррупционный характер, что привело к резкому падению качества того и другого. Система отчетности поражает своей бессмысленностью.

3. Благотворитель (спонсор)

Здесь проблема еще сложнее. Иной раз спонсор хочет прежде всего позолотить купол, независимо от того, в каком виде находится храм. Совершенно очевидно, что вопрос честолюбия стоит здесь не на последнем месте. Настоятелю требуется много такта, чтобы решить, как поступать в данном случае.

Настоятельно рекомендую заранее оговорить, в чем заключается участие спонсора: только ли в финансировании или в чем-то большем.

Финансирование реставрационных работ

Первое, с чем сталкивается настоятель при реставрации и новом строительстве, – это вопрос финансирования работ.

Реставрация церковного здания – основная расходная статья содержания храма. Стоимость профессиональных и качественных реставрационных работ принципиально превосходит обычные возможности прихода. Очевидна необходимость концентрации всех материальных возможностей, которыми располагает настоятель (с его авторитетом) и приход в целом.

Можно выделить два основных принципа организации финансирования реставрационных работ.

1. Бюджетное финансирование реставрационных работ памятников культуры имеет свои плюсы и минусы. В данном случае силами прихода выполняются только определенные бюрократические действия (сбор и правильное оформление документов, а также дальнейшее продвижение своей заявки). Проект, смета и собственно реставрационные работы финансируются бюджетом в соответствии с принципами функционирования и взаимодействия соответствующих государственных органов и строительных организаций. Но необходимо помнить: «кто платит, тот и заказывает музыку». Отношение к храму и богослужениям во время реставрации могут быть, мягко говоря, не церковными. Сами способы проведения бюджетной реставрации могут существенно помешать проведению богослужений или даже сделать их проведение невозможным на довольно продолжительное время.

2. Проведение реставрации за счет средств прихода. Задача, которая в данном случае стоит перед настоятелем, как правило, существенно превосходит его возможности. В исторической ретроспективе здание храма всегда являлось самым дорогим зданием города и тем более сельского поселения. И подход к его реставрации должен быть традиционным. Для успешного решения этой задачи уместно создать реставрационный фонд прихода. В этом случае пользователь вправе привлекать проектировщиков и подрядчиков, имеющих хорошую репутацию, что очень важно.

1. Составляющие реставрационного фонда прихода

А. Собственные средства прихода – очень важная составляющая всего фонда. Как бы ни была мала сумма собственных накопленных средств прихода по сравнению с масштабом задачи, сам факт наличия таких средств дает моральную возможность обращаться за помощью. Очень важно глубоко и всесторонне понимать, что, обращаясь за помощью, мы просим помочь нам восстановить храм, а не сделать это за нас.

Б. Привлеченные средства. Поиск средств для реставрации храма должен стать, в определенном смысле, проповедью высоких нравственных христианских принципов. Решая тактическую задачу восстановления храма, всегда имеем стратегическую цель приобретения для Бога «храмов Духа Святого» (1 Кор. 3: 16). В идеале благотворители могут стать прихожанами наших храмов. Эти средства формируются из:

• целевых финансовых пожертвований юридических и физических лиц;

• нефинансовой благотворительной помощи (строительные материалы, строительная и специальная техника и приспособления, транспорт и т. д.);

• благотворительной помощи проектных и строительных организаций в проведении всего комплекса работ или какой-либо их части;

• помощи государственных, региональных и муниципальных властей в решении бюрократических вопросов и в привлечении возможных благотворителей; представляется важной духовной задачей, стоящей перед настоятелем в данном случае, разбудить совесть конкретных представителей различных властей, раскрыв им нравственную ответственность государственной власти в целом за разрушение храмов и монастырей.

2. Расход средств на проведение реставрационных работ

«Договариваясь с исполнителями тех или иных работ, нужно знать расценки на работы. Требование Договора об охране памятника культуры о выполнении восстановительных работ только лицензированной реставрационной организацией нам представляется в настоящее время трудно выполнимым, тем не менее, следует брать на реставрационные работы рабочих после получения достоверной рекомендательной информации о них. Важное качество любого руководителя, в нашем случае настоятеля как организатора и руководителя реставрационных работ, – чувство баланса цена-качество. Необходим внимательный, заинтересованный, но не придирчивый по пустякам, надзор за производством работ. Нужно максимально, но разумно, воздерживаться от предоплат. Незаработанные деньги, особенно в церкви, развращают. Настоятель, предоставляя работу, должен знать, в каких условиях будут жить работники, чем и как питаться, – эти условия должны быть достойными. Необходимо добиваться, чтобы поведение работников, выполняющих те или иные работы в церкви, соответствовало, в свою очередь, нормам хотя бы естественного приличия. Настоятель должен провести разъяснительную беседу с работниками о принципах поведения в храме и на территории храма. Работники должны быть прилично и опрятно одеты. Курить следует в заранее отведенном для этого месте. За недостойное поведение в храме и на его территории необходимо строго спрашивать.

Оплата за выполненные работы должна проводиться строго в оговоренный срок и в заранее установленном размере.

Все выполненные работы должны быть внимательно приняты. Окончательные расчеты с исполнителями работ должны проводиться только после устранения всех замечаний и подписания соответствующего акта. Неоконченные стадии реставрации должны быть профессионально законсервированы. Уместно дать отчет в расходовании средств на реставрацию жертвователям и благотворителям в любой доступной настоятелю форме.

Проведение реставрации храма (храмового комплекса) имеет следующие этапы:

1) историко-архивное исследование с рекомендациями по режиму строительства, выполненное лицом, имеющим соответствующую лицензию;

2) эскизный проект реставрации в объеме, установленном правящим архиереем;

3) благословение правящего архиерея на реставрацию;

разработка рабочего проекта и согласование его с министерством культуры;

4) проведение реставрационных работ в строгом соответствии с проектом и под авторским и настоятельским надзором;

5) акт приемки реставрационных работ;

6) рапорт правящему архиерею о завершении реставрации»[1].

Здесь необходимо сделать некоторые уточнения: эскизный проект определяется не правящим архиереем, а действующим законодательством. Ни один архиерей никогда не пойдет на нарушение государственных законов. По всей видимости, о. Сергий имел в виду, выпускается ли эскизный проект на весь храм или только на какую-либо его часть, например, только на трапезную или только на главы с крестами и т. д. Полный список проектно-сметной документации при необходимости можно получить в министерстве культуры.

Рассмотрим основные вопросы, возникающие при реставрации таких храмов. Изложенное дальше относится только к случаю, когда храм восстанавливается силами прихода. Речь идет как о добровольных помощниках, так и о наемных рабочих.

Работы на храме. Фотофиксация

Еще перед началом работ, а также в течение всего периода реставрации следует максимально часто фотографировать храм и другие постройки. Необходимо фиксировать и общий вид, и отдельные детали, причем художественная сторона фотографии для реставраторов не важна. Фотографируйте с минимальными ракурсами. Современные цифровые камеры позволяют делать сотни снимков без каких-либо финансовых затрат. Фотографии могут потребоваться реставратору, если по недосмотру или излишней инициативе подрядчика или рабочих будут уничтожены какие-либо ценные элементы. Кроме того, фотографии могут потребоваться для отчета и чтобы показать спонсору объем проделанных работ.

Лучшее время года для фотографирования общего вида здания – весна и осень, так как на деревьях нет листвы. Тем не менее, фотографировать необходимо круглый год. Очень важны фотографии фрагментов храма: наличников, пилястр, дверей и т. д. Если есть техническая возможность, надо производить и съемку интерьеров. В первую очередь следует фотографировать те элементы, которые могут исчезнуть, то есть наиболее подверженные разрушению, или те, которые могут быть украдены: оконные и дверные ручки, остатки ограждения солеи, какие-либо штукатурные элементы и их фрагменты и т. д.

Разборка завалов

Разборка завалов своими силами внутри и снаружи храма производится только при полной уверенности, что не может произойти обрушения каких-либо строительных конструкций. Заключение об этом может дать только специалист. При малейшей угрозе – категорически запретить вход в храм всем посторонним. Как только будут удалены висящие балки, укреплены карнизы, своды и т. п. можно использовать труд добровольцев, если священник готов нести ответственность за технику безопасности.

При разборе завалов необходимо всегда помнить о следующем.

1. Все кирпичи, как целые, так и обломки, следует тщательно сохранять по следующим причинам.

• Целые кирпичи могут быть снова использованы при вычинке кладки. Напоминаю, что стоимость большемерного кирпича в 7–8 раз выше обычного. Я обязан отметить, что некоторые реставраторы считают вторичное использование кирпича недопустимым, хотя, на мой взгляд, это вполне приемлемо для ряда работ, где механические характеристики кирпича не имеют большого значения. Мелкий бой может быть в дальнейшем использован для забутовки. Таким образом могут быть сэкономлены многие тысячи рублей.

• Часть кирпичей имеет профиль – валик, выкружку и т. п. Эти профили необходимы для восстановления первоначального декора фасадов – карнизов, наличников и прочих элементов, поэтому представляют большую ценность для реставрации храма. С этих кирпичей снимаются шаблоны. При помощи шаблонов изготавливают новые профилированные кирпичи. Конечно, чаще всего хотя бы часть профилированных кирпичей сохраняется в кладке на своем месте, но иной раз храмы или то, что от них осталось, бывают настолько руинированными, что многие архитектурные элементы, в частности профилированные кирпичи или белокаменные блоки, можно найти только в завалах.

2. Еще осторожнее следует обращаться с фрагментами штукатурных профилей. Это могут быть фрагменты наружных и внутренних карнизов, наличников и т. п., что определяет специалист. Поэтому штукатурные элементы, найденные на полу или в пазухах сводов, с максимальной осторожностью укладываются в ящик и перекладываются старыми газетами или другими мягкими материалами. Дело в том, что штукатурные фрагменты часто бывают более хрупкими, чем стекло. Это вызвано высоким содержанием влаги, микротрещинами и т. д. Необходимо, чтобы штукатурные фрагменты были упакованы в отдельную прочную тару.

3. Неоднократно будет встречаться и такое непонятное на первый взгляд явление, как красивые кирпичи или белокаменные детали в толще стены, или могильные плиты, использованные как ступени лестниц, в фундаментах и т. д. Так называемое вторичное использование характерно для русской архитектуры. Если есть возможность, покажите найденное архитектору, так как иногда встречаются, например, могильные плиты, которые старше храма.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шумилов Сергий, протоиерей. Реставрация и некоторые принципы содержания храма // Журнал Московской Патриархии. 2010. № 3. С. 85 88. Статья также опубликована на сайте Епархиального отдела по реставрации и строительству Московской епархии. Протоиерей Сергий Шумилов – настоятель Никольской церкви в с. Васютино Павлово-Посадского района Московской области, член Епархиального отдела по реставрации и строительству, член Консультативно-экспертного совета при Епархиальном отделе по реставрации и строительству. До принятия священного сана о. Сергий окончил Московский инженерно-строительный институт по специальности «Экономика и организация строительства», работал в Моспроект-3 ГлавАПУ г. Москвы.

Вернуться