Александр Бессонов
Старшая по подъезду

© Александр Бессонов, текст, ил., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Старшая по подъезду

Предисловие

Меня давно просят написать что-то длиннее рассказа или истории. Вы, конечно же, подумаете: «Ой, да кто там тебя просит!» Жена один раз точно просила! Я пришел как-то с работы и попросил ужин. Она сказала: «Слушай… а напиши что-то более длинное, чем обычно. Вот прямо сейчас». И я написал. На тему, которая, мне кажется, очень важна сейчас. Про старшую по подъезду! Очень прошу вас: не отбрасывайте книгу прямо сейчас! Над названием еще поработаю. В повести три линии. Первая линия – письма девушки, которая весной 2022 года уехала в другую страну. Вторая – приключения веселой бабушки, старшей по подъезду. Третья линия – «ремарки автора». Истории, которые произошли с моей семьей.

Готовы?! Поехали!

Как выглядит ваша старшая по подъезду? Позвольте угадать: это бабушка небольшого роста, которая живет на первом этаже, все про всех знает и каждый раз, когда вы ее встречаете, просит, чтобы вы вкрутили лампочку, вайфай настроили, скинулись на ремонт крыши. Или тупо – не шумели.

Недавно моя старшая по подъезду захотела со мной серьезно поговорить. Как только я после работы на цыпочках зашел в подъезд, она открыла свою дверь и сказала:

– Саша, добрый вечер! Что-то вы поздно!

– Здравствуйте, Зоя Михайловна. Задержался на работе.

– Не надо передо мной оправдываться! Хотя на месте вашей жены я бы не поверила.

– Да, я…

– Сашенька, нам что-то надо делать с вашей сигнализацией на машине. Лампочка на ней всю ночь мигает и мне спать не дает!

– Извините, но у вас окна на другую сторону выходят!

– А ты в мою личную жизнь не лезь! Может быть, бабушка ночью любит постоять у подъезда… а тут твоя сигнализация чертова! Прямо в глаза!!!

Похожая история?! Вот еще…

Письмо номер один

Привет, Мама!

Во дворе маленькую девочку обижал мальчик Петя. Девочка пожаловалась своей доброй и милой маме. Мама сказала: «Скажи ему: еще раз обидит, мама возьмет топор и отрубит ему голову».

Девочка сказала. Мальчик обидел. Девочка передала маме. Мама взяла топор и вышла во двор. Подошла к компании мальчиков с топором в правой руке и ласково спросила: «Кто из вас Петя?!»

Мальчик не только перестал обижать меня, но и до 11 класса защищал.

Помнишь эту историю, мама?! А я помню.

Мама, ответь. Мне тебя очень не хватает.

Глава «Гладиолусы»

Как-то раз в семье мальчика по имени Степан разразился большой скандал. Причиной стали пять гладиолусов, которые он срезал, возвращаясь из школы, с клумбы прямо перед домом. Цветы Степан подарил маме со словами «Мам, с обычным вторником тебя!». Мама была настолько растрогана поступком своего сына, что просто молча обняла его и тихо заплакала, не уточнив историю появления цветов.

Через тридцать минут в их квартиру влетела разъяренная соседка с криками:

– Тамара, твой Степан совсем сдурел? Где он?!

– Наталья Николаевна, вы успокойтесь, пожалуйста. Что случилось? Хотите чаю?

– Он мои цветы выдрал! Я, как на каторге, вкалывала всю весну, чтобы наш двор выглядел прилично! А этот паршивец!.. А с чем чай?

– С мелиссой, душицей и вареньем из черешни.

Соседка моментально оказалась за кухонным столом.

– Ты представляешь, пять самых красивых цветов срезал! Гладиолусов! Они же все лето силу набирали, чтобы в августе зацвести.

– А хотите запеканку творожную? Только что приготовила!

– С вареньем?

– Да!

– Чуть-чуть. Я ж худею. Но, чтобы тебя не обидеть, попробую.

Тамара поставила перед соседкой тарелку с одним куском запеканки. Соседка продолжала возмущаться.

– Я как папа Карло на этом газоне пашу… Тамара, так ты еще пару кусочков положи. И варенья побольше.

– Конечно, Наталья Николаевна. – Тамара доложила пару кусков, сверху щедро сдобрила вареньем из черешни, налила чаю.

Соседка уплетала за обе щеки.

– Ох, как вкусно! Нет, Стёпа, парень, конечно, хороший. Мне тогда с этой клумбой дурацкой помогал. Вскопал по весне ранней.

– Наталья Николаевна, я забыла. Мне же свекровь передала немецкий горький шоколад. Мы его не очень. Зато в нем мало калорий. Попробуйте, а если понравится, всю плитку забирайте.

– Тамарочка, ну если ты настаиваешь… Пару раз Стёпушка воду мне носил. Поливали мы цветочки. Да и луковицы гладиолусов он сам купил. Мальчик очень вежливый, воспитанный. Да, что говорить, дети же – зеркало своих родителей.

Наталья Николаевна доедала пару долек горького шоколада.

– Наталья Николаевна, я забыла! Блин. Простите меня! У меня же настойка на кедровом орехе есть. Только вот сделала.

– Полезная?

– Не то слово! Сосуды расширяет. Кедр – самое благородное дерево! Вот!

– Тамара, а ты знаешь – Стёпа мне как внук! Люблю его! За Стёпушку! – сказала соседка и залпом выпила настойку.

– Еще?

– Ох, чувствуется, здоровье прям пошло! Ну, можно еще грамулечку. Тамара, скажу честно, я бы эти цветы сама срезала и на рынке нашем продала алкашу какому-нибудь. А Стёпа матушке родной принес! Как же я тебе, Тамара, завидую. Давай еще одну, и пойду!

Соседка выпила, взяла плитку шоколада и стала обуваться. В это время с работы вернулся отец семейства.

– Наталья Николаевна, добрый вечер!

– Ну, здравствуй, Валера. Явился – не запылился. И не стыдно тебе?

– Что такое? – удивился муж Тамары.

– Цветы где? Эх ты, сухарь!

– Какие цветы, не понимаю?

– ТВОЕЙ ЛЮБИМОЙ ЖЕНЩИНЕ! Галантным манерам лучше у сына поучился бы! Валера, ты подготовил наши с тобой документы в кассационный суд?

– Наталья Николаевна, может, не стоит? Ну, банк мощнее нас. Сколько можно проигрывать.

– Валера, не зли меня! Ты юрист или тряпка?! – ушла соседка, хлопнув дверью.

Ремарка автора «Саранча»

Был у родителей. Они приехали с дачи. Мама была расстроена и нервно мыла посуду. Папа сидел у окна и смотрел куда-то вдаль.

Я спросил:

– Мам, как дела?

– Ох, и не спрашивай. Пропали мои луковицы гладиолусов!

– Ой, ну подумаешь! Новые купишь.

– Ты не понимаешь, они очень редкие! С бахромчатыми лепестками.

– Ну, значит, найдешь!

– Нет! Не найду, – ответила мама с отчаяньем в голосе.

– Почему?

– Твой отец их съел!

– Как?!

– Подумал, что лук обычный!

Папа продолжал безмолвно смотреть в окно. Мне кажется, он своим взглядом прожег в нем дырку. Я спросил его:

– Пап, ты как так умудрился?

– Ой, подумаешь, перепутал пару луковиц… – сказал он.

– Гена, ты съел восемь луковиц!!! – уточнила мама громким голосом.

– Ого!

– Я их искала несколько дней. Все перерыла. Спрашиваю его: «Гена, ты не видел, где луковицы гладиолусов? В сеточке лежали». А он удивленно так отвечает: «А я-то думаю, почему вкус у лука такой странный! Как мыло».

– Папа, тебе плохо не стало?!

– Нет! Я их месяц назад съел!

– Мам, ну смешно же.

– Мне не смешно. Саранча он!!!

Я решил перевести тему и начал рассказывать про детей. Мама успокоилась и сказала:

– Что-то трудно уже обрабатывать весь участок. Может, в конце участка деревья посадить какие-нибудь?! Ну не знаю, рябину там, вишню, черемуху… Что молчишь?

– Мам, хорошая идея. Мож, вообще ели посадить? Чтобы ощущение Нового года всегда было.

После моего ответа папа как-то пристально стал за мной наблюдать. Когда я собрался домой, он пошел за мной и заявил:

– Я тебя немного провожу.

Мы вышли из подъезда, и папа сказал:

– Надо серьезно поговорить. Как у тебя дела?

– Нормально.

– C Женей как?

– Нормально.

– Налоги платишь?

– Папа! Что случилось?!

– Раньше, в старину, люди ходили в ельник… вешаться. Это ты мне скажи, что случилось?

– Всё хорошо! Меня просто мама спросила про деревья! Сажайте что хотите!

Папа тут же вытащил телефон и набрал маму:

– Наташа, договорился с ним! Сажаем вишню!

Письмо номер два

Привет, Мама!

Я настырная. Есть в кого. Я буду рассказывать тебе истории пока ты…

Помнишь, на летние каникулы вы меня ссылали в деревню на три долгих месяца. Мне не хотелось быть там так долго.

Я знала, что если перед тем, как чихнешь, загадать желание – оно исполнится! Мы c подругами шли к пыльной дороге и ждали, когда проедет грузовик. Машина проезжала.

Поднималась пыль. Мы быстро и часто дышали ей. Хотелось чихать. И перед тем, как чихнуть, я быстро говорила: «Хочу обратно домой! К маме и папе!» Чихала. Желание исполнялось!

Ровно через три месяца я всегда оказывалась дома!

Сегодня я долго смотрела на солнце, чтобы чихнуть. Я у меня получилось. Перед этим я успела сказать «хочу, чтобы меня мама простила»…

Вот уже почти год, как ты вычеркнула меня из своей жизни. Мы живем на разных континентах, но иногда мне кажется, что ты в соседней комнате и, как всегда, ворчишь на соседа из 74-й квартиры. Мама, я скучаю. Давай поговорим?!

Глава «Эмоции и бизнес»

На маленьком стихийном рыночке напротив большого продуктового магазина и отделения банка торговля шла полным ходом. Несмотря на холодные октябрьские ветры, тепло одетые дачники уверенным голосом предлагали плоды летних титанических усилий. Задача каждого была перекричать конкурентов в битве за клиента:

– Кабачки, хренодер, картошка!

– Морковка, свекла, НОРМАЛЬНАЯ картошка!

– Если эта картошка нормальная, то я исполнительница в жанре ритм-энд-блюз – Бейонсе. Нормальная – у меня!

Как только клиент к кому-то подходил, рекламный ор прекращался. Кодекс чести, если хотите.

* * *

Из магазина вышла женщина в длинном черном пальто и шляпе. Выражение ее лица было недовольным. Наталья Николаевна сразу опознала эту мину: нужное в магазине не найдено, рыбка сама плыла в сети к опытному рыбаку. Наталья Николаевна стала повторять свою мантру:

– Морковочка свежая, картошка…

Женщина в черном пальто и шляпе нисколечко не заинтересовалась. Она явно сканировала разложенный на картонных ящиках товар, но то, что ей было нужно, – не находила.

Копаем дальше, с азартом подумала Наталья Николаевна и прокричала:

– Огурцы соленые под водочку!

Женщина в шляпе даже не пошевелилась.

«Какие мы скрытные», – крутилось в голове у Натальи Николаевны.

– Свекла для борща, тыква для каши, кабачок для икры…

Есть! Сработало! Женщина в черном пальто быстрым шагом направилась к лотку Натальи Николаевны. Подойдя, она спросила:

– Сколько тыкв у вас есть?

Наталья Николаевна в душе ликовала. Наживку заглотили. Она на автомате стала быстро отвечать:

– Тыквы очень хорошие. Просто тают во рту. Вы знаете, такие каши изумительные получаются…

– Я вас спросила про другое!

– А вы сочок хотите сделать! Ну, штук пять будет. Сто рублей за килограмм.

Наталья Николаевна сорвала джек-пот. Она назвала цену в два раза выше, и покупательницу в шляпе это нисколечко не смутило. Наталья Николаевна в голове уже прокручивала, как она потратит неожиданные деньги. «Налог за дачу заплачу! За полгода сразу!» – думала она.

– Беру все! Есть пакеты?

– Конечно, есть, – но больше всего Наталья Николаевна радовалась, что обошла своих соседей. Боковым зрением она видела расстроенные лица конкуренток. Они перешептывались. Это была приятная победа. Наталья Николаевна начала взвешивать на простых весах большие оранжевые тыквы, рассуждая вслух: – Очень уважаю ваш выбор. Люди бывают двух типов. Те, кто любит тыкву, и те, кто ненавидит… Вот человек даже кусочка не попробовал, хотя бы в каше, а уже орет, что это мыло безвкусное. – Она посмотрела с укором на соседку.

– Мне не для еды, – ответила женщина в шляпе.

– В смысле?

– Для декора. Хэллоуин скоро. Я секретарь и офис-менеджер в IT-компании. Инсталляцию сделаю коллегам.

Наталья Николаевна из всего предложения знала только «секретарь».

– Это как?

– Ну, вырежу в тыквах рожицы. Пару вечеров они постоят. Потом выкину. Можно побыстрее? Мне еще марлю надо купить для паутины.

– Погодите, то есть мои тыквы пойдут на хиханьки? А вас в школе учили, что с едой нельзя баловаться? Хлебом нельзя кидаться?

– Женщина, не учите меня жить. Давайте быстрее.

Наталья Николаевна закипала. Соседи это понимали. Некоторые начинали собираться и уходить.

– То, что ты отмечаешь дьявольский праздник, не мое дело. Сгоришь в аду, и все. Но то, что с едой… Слушай, башка со шляпой, а ты знаешь, как тыквы я эти вырастила?

– Женщина, мне все равно. И не трогайте грязными руками мое пальто!

– Слушай сюда, дрянь! Насмотрятся сериалов всяких… Да я пахала на огороде своем, шестисоточном, все лето как проклятая. В автобусах душных на дачку свою каждое утро ездила как на работу. Из маленького семечка, смотри, какие красотки получились. Полола, поливала, еще полола. Сюда еле притащила… Чтобы какая-то глиста в шляпе моих красоток ножом потыкала и выкинула через два дня. И все для того, чтобы такой же задрот прыщавый тебе сказал: «Какая, сука, чудесная инсталляция!». Пошла в пень отсюда!

– Деревня! Идиотка! Психованная! – кричала женщина в черном пальто.

– Кабачки. Хренодер. Картошка!

Ремарка автора «Сволочи»

На днях позвонила мама и огорошила: «Срочно приходи, мы угодили в лапы мошенника!»

Я быстро собрался и рванул к родителям, на ходу думая, сейчас вызывать полицию или чуть позже.

Буквально с порога спросил маму:

– Мама, что случилось?

– Ой, и не спрашивай. Скажи ему, что случилось! – мама обратилась к папе, который смотрел в окно. Куда-то вдаль.

– Мама, рассказывай!

– У нас сломалась морозилка. Как на рынке мне торговать без морозилки?! С дачи привожу, и все пропадает! Я отцу раз сказала, два. Он со своим гаражом… Сказала, что кормить перестану. Сразу в газете нашел жулика этого…

– Ну ведь работает! – тихо проговорил папа, продолжая безмятежно смотреть в окно.

– Да он четыре тыщи за это взял! Десять минут поковырялся, и четыре тысячи! Видит же, что пенсионеры… Жулик!

– А вы заранее не оговорили цену? – уточнил я.

– А мы откуда знаем, сколько это может стоить?! – вопросом на вопрос ответила мама.

– Хм…

– И вот, представляешь, он своими погаными пальцами деньги пересчитывает. Спрашиваю: «А вы, может, и плитку посмотрите? Конфорка на нужную температуру не включается!» И знаешь что?!

– Что? – испугался я.

– «Три тысячи!» Он просто поменял переключатель мощности!

– Ну ведь работает! – опять повторил папа.

– За три тысячи?! Да он мошенник!

– Погоди, мама, то есть ты, второй раз не согласовав цену, попросила его еще что-то сделать?!

– Он еще микроволновку починил за две тысячи!!! Представляешь, какой жадный. Деньги все гребет и гребет…

– Мама, ну ведь починил же! – дошла очередь и до меня.

– Сашенька, ты по тонкому льду ходишь. Так, ты уж определись, сынок, на чьей ты стороне!!! – возмущенно сказала мама.

– Вот он сволочь какая… – тихо сказал я, подошел к папе и безмятежно уставился в окно.

* * *

Вечером того же дня жена возмущалась:

– Вот опять списали шестьсот рублей эти проклятые стриминговые платформы! Мы у них всего три-четыре сериала в этом месяце посмотрели! Половина – отстой! За что шестьсот рублей?! Жулики!

– Вот они сволочи какие… – сразу нашелся я.

Письмо номер три

Привет, Мама!

В детском саду мальчик из моей группы однажды зимой лизнул железяку. Итог очевиден – за уши его кое-как оторвали от нее и отправили в группу «зализывать раны». Все происходило при мне. Что я подумала: не, ну как можно так взять и прилипнуть? Так не бывает! Но любую гипотезу надо доказать экспериментально! Что я и сделала. Думаешь, на этом все?

Сидим мы, значит, вдвоем с этим мальчиком, над нами медсестра колдует, и тут заводят третьего, который видать решил «а че, я хуже всех, что ли?»

Мама, а помнишь: в нашей группе детсада был мальчик, которого мы видели раз в месяц по одному дню. Каждый этот день он садился на одни и те же качели, падал с них, получал ими по затылку и уходил на больничный.

Лично я была свидетелем данных событий раза три точно. Мы так радовались, когда он снова приходил, собирались вокруг и спрашивали: «Ну что, сегодня опять пойдешь качаться?» И слышали в ответ: «Конечно, пойду!» И никто не считал его дураком. Его считали героем! Ценой собственного здоровья он шел против системы. Он не любил ходить в сад – и не ходил!

Самое удивительное, что после всех этих травм он очень хорошо учился в школе и стал… моим мужем.

Ты перестала со мной общаться, когда мы с Вадимом решили уехать. Я даже не знаю, читаешь ли ты это письмо. На звонки ты не отвечаешь. Заказные письма с почты не забираешь. Я отправляю эти письма на имейл дяди Коли из 74-й квартиры, прошу его их распечатывать на его стареньком принтере и подсовывать тебе под дверь.

Мама, за что ты так со мной?

Глава «Абьюзер»

– Даша, ну нафига ты меня с собой взяла?

– Тебе гулять надо! Ну сколько можно в телефоне сидеть?! Ой, извини, стоять! – сказала девушка, которая несла два огромных пакета с продуктами.

Сзади нее шел мужчина огромного роста и весьма крепкого телосложения. Если внимательно присмотреться, то мужчина немного прихрамывал.

– Даша, остановись! Передохни. Я же вижу, тебе тяжело. Давай я помогу немного.

– Ты уже помог со своими штангами! – Девушке было тяжело, но она стремительно шла вперед. За ней семенил большой мужчина. Со стороны могло показаться, что здоровый детина собирается догнать бедную девушку, которая всеми способами пытается спасти продукты.

– Даш, ну давай вместе понесем! Я в состоянии помочь. У меня же корсет.

– Мне не тяжело. Мне тяжело тебе отвечать. У тебя вырезали две межпозвоночные грыжи месяц назад! Ты еще хочешь?!

– Просто хочу помочь… – виновато проговорил куда-то вниз огромный мужчина.

Странная пара проходила мимо лавочки у подъезда. На лавочке сидела, наслаждаясь лучами по-летнему теплого солнца, старшая по подъезду Наталья Николаевна. Видя вопиющую несправедливость перед собой, она не преминула вмешаться:

– Девушка, вам помощь нужна?

– Не, большое спасибо. Сейчас передохну и дальше пойдем. – Даша поставила два огромных пакета на лавочку.

– Так вы этого детину знаете?

– Этого перекаченного брюнета?! К сожалению, да. Это мой муж.

Наталья Николаевна ждала этого момента очень давно.

– Молодой человек, а вам не стыдно эксплуатировать жену? Она огромные пакеты тащит, а они глазом не моргнет! Идет налегке, ножки свесил!

– Да, молодой человек, сколько мне терпеть?! – решила пошутить Даша.

– Вы неправильно поняли, у…

– А чего тут понимать! Я вчера программу смотрела… Ты – типичный абьюзер! Бьешь ее?!

– НЕТ!!! – ответил мужчина.

Даша еле сдерживала улыбку.

– Пока нет! Милая моя, беги от него! У него тело смотри какое большое, а это что значит?!

– Что?

– Значит, мозг маленький. Придушит и не заметит!

– Женщина, не собираюсь я никого душить! Поменьше смотрите всякую чушь по телевизору! – громко проговорил огромный мужчина и сделал шаг вперед. Наталья Николаевна начала орать:

– ЛЮДИ ДОБРЫЕ, БАБУШКУ СРЕДЬ БЕЛА ДНЯ УБИВАЮТ!!! Ты сядешь у меня!

– БАБУЛЯ, НИКТО ВАС НЕ УБИВА… – Большой мужчина не успел договорить, как бабушка достала из сумки какой-то баллончик и брызнула ему в лицо. Мужчина схватился за лицо и принялся орать: – ТЫ ЧТО ДЕЛАЕШЬ, ДУРА СТАРАЯ! ДАША, ОНА МНЕ В ГЛАЗА ПОПАЛА!

– ЖЕНЩИНА, ВЫ ЗАЧЕМ МОЕМУ МУЖУ В ЛИЦО БРЫЗНУЛИ ФИГНЕЙ КАКОЙ-ТО?!

– Беги, девочка моя, теперь ты свободна!

– ДАША, БЛИН, КАК ЖЖЕТСЯ… – причитал мужчина и тер глаза.

– Женщина, вы что наделали?! Я же пошутила… – сказала девушка, пытаясь найти в пакетах воду.

– Первое время можешь пожить у меня. Только ванну больше десяти минут не занимать. Бежим в подъезд! Ща я ему еще поддам! – Наталья Николаевна еще брызнула ядовитой струей в лицо мужчине.

– А-А-А-А! – еще громче заорал мужчина.

– Женщина, как вы смеете?! Хватит брызгать в лицо моему мужу! – Девушка схватила Наталью Николаевну за руку и попыталась вырвать баллончик.

– Девочка моя, у тебя стокгольмский синдром. Жертва всегда оправдывает насильника! Отпусти мою руку!

– Сука, у тебя совсем крыша поехала! Меньше телевизор смо… А-а-а-а-а!

Наталья Николаевна брызнула из баллончика в сторону девушки. Девушка закрыла лицо руками. И проорала:

– ТЫ ДУРА, ЧТО ЛИ?!

– Девочка моя, тебе нужно пережить это травмирующее состояние. «Триггер» смотрела сериал?! Я использовала шоковый метод психотерапии. Тебе сейчас плохо, но через пять минут ты поймешь, что он абьюзер, психопат и чертов маньяк!

– ДА ЭТО ТЫ ПСИХОПАТКА! ТЫ НАМ ГЛАЗА ВЫЖГЛА! – прокричала девушка.

– Водой обычной промойте. Подумаешь. Блин, жалко, баллончик кончился, – расстроенно сказала Наталья Николаевна.

Тем временем мужчина нашел воду в пакете с продуктами. Плеснул на лицо себе, потом девушке. Потом взялся за пакеты:

– Даша, пойдем домой. Тут уже клиника…

Пара и Наталья Николаевна разошлись в разные стороны, и каждый направился в свой мир.

Ремарка автора «Привет, милый друг. Нам нужно расстаться!»

Наши с тобой отношения начались в марте этого года. На улице было прохладно, и я решил зайти в кафе за чем-нибудь горячим.

Бариста сделал мне кофе и познакомил нас. Он сказал: «Попробуйте дениш с вишней! Только что испекли!» Так мы с тобой встретились.

В тебе все было прекрасно! Внешний вид, аромат, но, самое главное, вкус. О боже, я ничего вкуснее в жизни не ел! Это сочетание слоеного теста, заварного ванильного крема и вишни… Это была любовь, поразившая меня с первого кусочка! Мы стали встречаться. Каждый будний день, ровно к десяти утра, когда звенел таймер промышленного духового шкафа в кофейне, я летел к тебе с работы. Не важно, какая была погода. Я хотел тебя! Твои датские корни пленили меня. На выходных я постоянно думал о тебе и ждал понедельника, как псих весну. Или весна психа.

Но нашим отношениям пришел конец. Дело не в тебе, дело во мне. Точнее, в моем теле. С каждой нашей встречей оно увеличивается! Некоторые штаны стали узки в талии. А зеркала показывают в районе пресса отнюдь не то, что мне хотелось бы видеть.

Дениш, ты не думай, что я так просто сдался. Я сдался, но не просто. Я боролся за наши отношения. Делал все, что в моих силах. Стал ходить в бассейн. Да, в свои сорок два пошел плавать. В небольшой сауне, после того как проплыли десять дорожек туда-обратно, со мной грелись молодые ребята из спортивной секции по плаванию. Один сказал:

– Уходят звезды. Рамосу уже тридцать шесть!

– Сколько?! – уточнил второй.

– Тридцать шесть!

– Как он еще бегает вообще?!

– Месси уже тридцать пять!

– Что?! Так он старик уже!

– Криштиану – тридцать восемь!

– Столько живут вообще? Да уж, звезды стареют, – философски заметил двенадцатилетний подросток.

– Что ж они будут делать, когда уйдут?

– Как и все пенсионеры – есть булочки и жиреть!!!

Я молча встал, вышел из сауны. Подумал: «ВОТ ГОВНЮКИ МАЛОЛЕТНИЕ!!!»

Дениш, знаю, ты скажешь: «Давай хоть раз в месяц?!» Эх, мы с тобой взрослые и прекрасно понимаем, к чему это приведет. Ну, что ж, давай прощаться… Хотя, слушай, сегодня последний раз. Сегодня точно последний!

Письмо номер четыре

Привет, Мама!

Помнишь, когда мне было около трех лет, я бросила кусочек мыла в кастрюлю с борщом на плите. Зачем – не спрашивай, не знаю, но не по злому умыслу точно. Так, по настроению. Когда сели обедать, первым, кто сказал, что борщ пенится, был папа. На что ты ответила: «Борщ нормальный, не придумывай».

Потом брат Вася сказал, что борщ пенится. Тут уже ты на повышенных тонах заявила, что мать целыми днями готовит-готовит, а они не едят. И что ей не пенится, а им пенится, и вообще, ешьте, что дают.

Ты повернулась ко мне и спросила: «Вкусно?» Я охотно закивала. «Ну, вот! – сказала ты. – Вкусный борщ. Ешьте». И именно в этот момент ты выловила маленький обмылок ложкой из своей тарелки. Немая сцена.

Все повернулись в мою сторону, папа начал смеяться, а брат с нескрываемой радостью сказал, четко произнося каждое слово: «А я вам говорил!» Ты опустила ложку в борщ и схватилась за голову. Я за все время обеда не проронила ни слова, да и что тут скажешь?

Мама, а что, если ты и сейчас не права?!

Дядя Коля говорит, что ты помимо дачи, рынка, судов с банком, старшей по подъезду устроилась еще в пару мест работать. Мама, я очень переживаю за твое здоровье. Я понимаю, что ты вычеркнула меня из своей жизни и пытаешься заполнить этот вакуум чем угодно. Давай просто поговорим. Мама, хватит обижаться. Приезжай к нам! Посмотришь, как мы тут устроились.

P. S. У нас скоро будет ребенок. Мальчик. Решили назвать его Вася.

Глава «Кредит»

У директора крупного регионального банка Виктора Николаевича Решетова очень мало удовольствий в течение рабочего дня. Одно из них – капучино со слоеной булочкой с вишней.

Каждое утро, ровно в 10:00, он сидел за своим рабочим столом с кофе и булочкой, принесенными из соседней пекарни секретарем. Решетов всегда включал на ноутбуке подборку «классика хауса» и… Наслаждался. Только не сегодня.

Ровно в 9:58 к нему в дверь ворвалась какая-то бабушка. Ее пытались удержать начальник кредитного отдела Михаил Анатольевич и секретарь Дарья. Бабушка орала:

– МИША, МНЕ ТОЛЬКО СПРОСИТЬ!

– Наталья Николаевна, выйдите отсюда!

На столе перед директором стоял кофе, и на тарелочке лежала аппетитная булочка. Директор тоже проорал, совершенно не задумываясь о том, что выдал на-гора две противоречащих друг другу команды:

– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? МОЛЧАТЬ!

Три человека стали по стойке смирно. Бабушка удовлетворенно улыбнулась:

– Ну, вот теперь видно, кто в доме хозяин. Здравствуйте, коллега!

– Коллега… Здравствуйте. Проходите. Так, остальные вышли.

Михаил Анатольевич попытался вставить:

– Виктор Николаевич, у нее просрочка по кредиту…

– Миша, вышел! Разберемся.

Секретарь и начальник кредитного отдела вышли. Директор выключил музыку на ноутбуке и с сожалением отодвинул кофе и булочку. Он тут же полез в базу клиентов банка:

– Фамилия, имя, отчество?

– Гончарова Наталья Николаевна. Модный какой. Хаус тоже слушает.

– Наталья Николаевна, у вас просрочка два месяца по кредиту. Плазму купили в «Мире электроники», я смотрю…

– Лёню хотела лучше разглядеть.

– Лёню?

– Да, Лёню Агутина. Люблю его. На плазме этой пикселей больше. Лёня сразу красивый такой.

– Понял. Но за телевизор платить надо.

– Денежек нет. Пенсия у бабушки маленькая. Ты съешь пирожок, а то злой такой.

– Спасибо. А зачем вы тогда плазму купили, если пенсия маленькая?

– Продавец прыщавый подошел в магазине. Говорит, хотите?! А я отвечаю – хочу! Живем-то один раз!

У бабушки зазвонил телефон. Она ответила:

– Люда, не могу говорить. Я на собеседовании. У главного! Перезвоню!

Директор изумился:

– На собеседовании?

– Ой, перепутала. На важном разговоре.

– Наталья Николаевна, мы вынуждены будем передать ваш долг коллекторам, а они…

– Что они?! У меня пенсия тринадцать тыщ, меньше прожиточного минимуму – нельзя. Да квартира, ее тоже нельзя.

– Мнда, кто вам вообще кредит одобрил?!

– Сбой в системе! Ну кофе выпей хотя бы.

Директор отпил капучино. Подумав, откусил от булочки с вишней. Кисло-сладкий вкус вишни обволок нёбо. Булочка действовала на директора как успокоительное.

Бабушка радостно отметила:

– Ну вот, подобрел.

– Наталья Николаевна, и что же нам с вами делать… – задал он риторический вопрос, доедая булочку.

– Возьмите меня на работу!

– В смысле?!

– Зарплату будете брать на погашение кредита. Лучше же, чем ничего.

– Хм… А кем?!

– Замом своим!

– Эмм…

– Шутка! Испугался?! Пол буду мыть!

Директор допил кофе. Настроение окончательно улучшилось. Он откинулся на спинку кресла. Бабушка смотрела на него с улыбкой.

– Договорились! Берем вас! Оформляйтесь в отделе кадров.

– Ну вот! Сразу видно, человек дела. А то Мишаня твой заладил: нельзя да нельзя. Два умных человека всегда договорятся.

Выходя из банка, бабушка кому-то набрала:

– Алло, Люда, ну взяли меня! Пошла к этому пучеглазому из отдела кадров устраиваться. Помнишь, он два месяца назад говорил: «Я не знаю, что должно произойти, чтобы я вас взял на работу!»

Ремарка автора «Амебный»

Воскресенье. Сижу за кухонным столом у родителей. У них ремонт. Доминик бегает по квартире и нюхает новый пол и обои. Папа сидит рядом со мной, пьет чай. Мама обращается к собаке.

– Что, Доминик, в другую квартиру тебя привели?! Не узнаешь? Саша, вот еще суп. Или оливье хочешь? Манты есть еще. Вот. Всего два. Чтобы место для блинов осталось.

Папа и Доминик завистливо наблюдали за переменой тарелок на столе передо мной.

– А мы чуть в аварию не попали сегодня. Из двора выезжали… А там этот, на всей скорости… Суп уже наливать? – таким же спокойным тоном спросила мама.

– Мам, как в аварию?! – Я чуть салатом не подавился.

– Семь сантиметров, и задела бы нас бээмвушка, – уточнил папа, – в машине много стройматериала было. Обзор плохой. Я его не заметил. Выезжаю, и тут он. Хорошо, на встречке никого. Он объехал.

– Получается, ты не прав был.

– Да, – согласился папа.

– Ты почему не ешь?! Вот супчик, – сказала мама, – не прав был амебный этот!!!

– Какой, мам?

– Амебный!

– Что?

– Ты что, не смотрел передачу по телевизору про амеб?! Медицинский факт! Сейчас я тебе расскажу.

Папа вышел из кухни.

– Короче, все зло в земле. Есть такая амеба, размером с пятирублевую монетку, когда вырастет. Опасная! Ей важно круговорот сделать. Начинает с мышки. Вот мышь бежит по земле и случайно цепляет эту амебу. Амеба потихоньку пробирается мышке в мозг и начинает ею управлять.

– Мам?! Ты мне фильм «Чужой» пересказываешь!

– Не перебивай. Мышка становится бесстрашной, отмороженной! Она разбегается и на всей скорости врезается в кошку. Ну, нет страха! И кошка съедает мышку.

Я еле сдерживался от смеха.

– Этого амебе и надо было. Потом она забирается в мозг кошки и начинает ей управлять. Цель – человек!

– Кошка с разбегу врежется в человека и человек ее съест?! – предположил я. Аппетит пропал. Есть блины не хотелось.

– Нет! Амеба не такая глупая. Кошка начинает тереться, приставать к человеку. Бесстрашно лизать ему руки. И все… Человек в ловушке. Он начинает целовать кошку! Через поцелуй в мозг человека попадает АМЕБА!!!

Из другой комнаты я услышал папин смех. Мама продолжала.

– Ты замечал, сколько на улице неадекватных людей?! Это все амебы в них. Мужчины начинают играть в казино или ставки на спорт делают, все проигрывают, жен бросают, а некоторые уроды пенсионеров подрезают на своем БМВ! Ну видит же, что ремонт делаем! Ну сбавь скорость!

Смех в другой комнате становился все громче.

– Это все амеба в нем. Страха нет. Надо ее гнать… Чтобы в итоге на земле оказалась. А там мышка новая бежит. И что?

– Что?

– Все! Цикл! Круговорот. То, что нужно амебе.

– Мама, извини, но мне нужно в другую комнату, – сказал я, еле сдерживаясь. Вышел в гостиную. Там смеялся папа. Я присоединился. В комнату вошла мама.

– Смейтесь, смейтесь.

– Мама, прости, но это очень смешно.

– Ты считаешь, что по федеральному каналу будут ерунду всякую передавать?!

Письмо номер пять

Привет, Мама!

Почему-то все интересное случалось летом, когда каникулы. Очередные приключения нашей дворовой банды. Гуляли мы где-то, скорее всего там, где родители не разрешали.

Но вы же на работе, значит можно. Увязался за нами такой маленький, такой хорошенький щеночек. Весь день мы с ним играли, кормили, спать укладывали. Очень здорово было. Но наступил вечер, и что же делать?! Девочка Оля твердо решила взять себе щенка, ведь рыбок в аквариуме нельзя погладить и с ними поиграть, а тут живой щенок! Решено!

Вы в этот вечер пришли поздно. Щенок сидел в коридоре, Оля спала. Ты разбудила меня:

– Оля, это кто?!

– Мам, это Джек и он будет жить с нами, – ответила я.

Ты ушла в кухню со словами: «Однажды она мужика приведет и скажет – это Вадим, и он будет жить с нами». Так и получилось.

Джек жил у нас еще очень долго. Помнишь? Ответь, пожалуйста!

Глава «Старшая по подъезду»

– Наталья Николаевна, здравствуйте, это собственник восьмой квартиры. Вы просили заехать к вам для «нетелефонного» разговора… – проговорил молодой мужчина, ежась от порывов пронизывающего февральского ветра.

Домофон хрюкнул что-то нечленораздельное, раздалось пиканье открываемого электронного замка.

На лестничной клетке мужчину встретила жизнерадостная пожилая женщина в розовом халате. Она улыбалась как-то неестественно, так что мужчине сразу же стало неудобно. Он так же неестественно улыбнулся в ответ.

– Здравствуйте, дорогой вы наш, Николай Сергеевич. Проходите. Я вас чаем напою. Как хорошо, что вы наконец-то приехали.

– Так вы по телефону угрожали, что, если я не приеду, меня полиция притащит к вашим ногам.

– Это же я шутила. А-ха-ха! Бабушка шутит.

– Странный у вас юмор, Наталья Николаевна!

Мужчина разулся и прошел на кухню. Бабушка яркой помадой накрасила губы, подмигнула своему отражению в зеркале и двинулась наливать гостю чай.

– Как я понимаю, вы, Николай Сергеевич, в квартире не живете. Сдаете? Договор аренды регистрировали? Налоги платите?

– Наталья Николаевна, много вопросов.

– Ну, мне как старшей по подъезду это важно знать.

– Мне дали служебное жилье, а в этой квартире живет мой двоюродный брат.

– Алкаш?

– Почему?!

– В семье не без урода. Вот у меня по линии отца дядя был…

– Нет, он программист. Спокойный. Немного социофоб.

– Значит, наркоман.

– Так, Наталья Николаевна, что вы еще хотели? У меня в четырнадцать ноль-ноль обеденный перерыв заканчивается, я должен быть на работе…

– Понимаю. Деловой вы. А депутата Филимонова вы знаете?

– Нет.

– Хм… А говорите деловой. В тысяча девятьсот восемьдесят четвертом мы с Филимоновым…

– Наталья Николаевна!

– Хорошо. К делу. У нас с вами тут война!

– У нас с вами?!

– В цокольном этаже нашего дома видели банк?

– Да.

– Так вот знайте, он – незаконен! В девяностых ушлые люди подсуетились и приватизировали себе. А мы с вами страдаем!

– Мы?! Как?

– У них там оргии!!!

– Там вроде банк.

– А вы в него заходили?

– Нет.

– А я вам скажу, что там… Заходишь, а там эти пигалицы сидят в мини-юбках своих, улыбаются. Но я-то знаю правду!

– Ну, пока все логично. Обычное отделение банка. Какая правда?

– Они деньги у населения берут, покупают на них наркотики, шампанское, мини-юбки, двери банка запирают и устраивают оргии! А у меня из-за этих оргий пол ходуном ходит, и давление!

– Богатая у вас фантазия, Наталья Николаевна. Там рядом банный комплекс «Вдали от жен», может, из-за него?

– Вы что?! Этот комплекс принадлежит уважаемому человеку – депутату Филимонову. Там собираются уважаемые мужчины со всего города. Они парятся, пьют чай и грустят.

– А почему грустят?

– Потому что без жен.

Наталья Николаевна подлила еще чаю своему гостю и продолжила:

– Мы подали на них в суд! Заберем себе эти помещения и заживем с вами по-человечески! Найдем новых арендаторов. Сдадим, например, баням Филимонова. Он давно хочет массажный салон там открыть. Да тесно ему. Как вы нам можете помочь? Нужны ваши связи.

– Мнда… Не знаю, я обычный младший научный сотрудник в Институте катализа.

– Значит, так! Вам надо дать взятку районному судье!

– Вы с ума сошли? Я лучше пойду.

– Значит, как чаек попить, так сразу прибежал, а как общему делу помочь – так в кусты! Ах ты, иуда!!!

– Наталья Николаевна, это подсудное дело!

– Трус! Ах ты ж, горе-то какое – перевелись мужики на Руси-матушке, – запричитала старшая по подъезду.

Мужчина стал собираться. Наталью Николаевну посетила новая вдохновляющая идея:

– Хорошо, не хотите взяткой мараться – не надо. Тогда организуйте поджог банка! Вы же химик. Докажите всему миру, что вы – человек! Деньги – зло, а банковская система порочна. Кредитное иго убивает россиян! Я туда недавно устроилась, открою вам двери ночью…

– Наталья Николаевна, может, вам врача вызвать? Мне кажется, вы больны.

– У мужа моего ружье охотничье осталось. Сделайте обрез, как в «Брате». Перебейте там всех! А мы с Филимоновым вам квартплату понизим!

– До свидания!

– Тряпка!

Мужчина выбежал, громко захлопнув дверь.

Наталья Николаевна провернула замок, бормоча себе под нос:

– Обмельчали мужики… Все сама… Судиться так судиться.

Ремарка автора «Первая клубника, рябина и немного окрошки»

Был у родителей. Они вернулись с дачи «буквально на сутки». Перед тем как уйти торговать на небольшом рыночке у магазина, мама посадила меня за стол. Угощала окрошкой. Тут же назрел конфликт интересов.

– Мам, дома Женя приготовила солянку, полдня возилась, пока все ингредиенты нарезала… Если я у вас поем, как-то не очень будет…

– И ЧО?! – спросила мама и добавила мне в окрошку сметаны.

Окрошка выглядела настолько аппетитной. А запах мелко нарезанных свежих огурцов, редиски, вареной картошки, зелени… И я не выдержал:

– НИЧЕГО! – и быстро стал есть.

После небольшой паузы (было очень вкусно, и говорить не было никакой возможности, да и зачем), мама поделилась:

– Мы стали покупать фермерское молоко. Очень вкусное.

– Слушай, а налей стакан молока? – попросил папа.

– Ты что?! Его же кипятить надо! – возмутилась мама и продолжила рассказывать новости: – Представляешь, сосед по даче, ну, который в тюрьме умер, вчера сто рублей вернул, которые до тюрьмы занимал.

Я поперхнулся окрошкой.

– Мама, это как?! Он же умер?

– Это мне соседка сказала, что он умер. Получается, что нет. Молодец какой. Вышел из тюрьмы и сразу долг вернул. Два года как одолжил. Помнил.

– Я ему три недели назад одолжил сотку. Это он ее вернул, – добавил папа и уточнил у мамы: – А ты не можешь налить мне кипяченого молока?

– Ну, ты нормальный?! Я разговариваю с сыном, три недели не виделись, а он с молоком своим пристал! Иди да кипяти сам.

– Мам, получается сосед не сидел, раз он три недели назад у вас был?

– Получается, что нет. Или раньше выпустили… Это все соседка, зараза! Интересно, а что она ему про нас рассказывает… – Мама призадумалась.

– Решил я тут забор покрасить. Прихожу в магазин и говорю: «Дайте неликвид!» Ну, ты ж понимаешь, что неликвидная краска самая дешевая? – уточнил папа.

– Теперь да, – ответил я.

– Мне дают две банки по семьсот рублей. Цвет: рябина. На даче открыл краску, смотрю – бесцветная. Стал красить. Ползабора покрасил, в самом низу банки показался колер, ярко-красный такой. Перемешать надо было. Ну, я опять красить. На четверть забора только хватило…

– Теперь у нас в деревне самый уродский цвет забора. Все люди, кто проходит мимо, морщатся, – переживала мама.

– Ну, скажем так… Цвет получился на любителя… – оправдывался папа.

– Рябин, – радостно добавил я.

Папа ушел на кухню. И вернулся с маленьким ведерком свежей клубники:

– Вот, посмотри, какое чудо. Наша первая. А ты знаешь, что клубнику вкуснее всего есть с кипяченым молоком?! – И он мельком взглянул на маму.

– Ну, вскипячу сейчас! Вот как пристанет… – ответила мама и ушла на кухню.

Письмо номер шесть

Привет, Мама!

Ну. Дело было так. Мне пять лет. Ты пыталась привить мне хозяйственность, чтобы я была опрятной красивой девочкой, а не лазила с мальчишками по деревьям. Ты начала убеждать меня, что я принцесса. Настоящая принцесса. А принцессы всегда красивые. Принцессы не закапывают в песочнице жуков. Принцессы не прыгают в лужах. Принцессы не кладут локти на стол. Принцессы не чавкают. Принцессы не бегают. Принцессы не то, принцессы не это. Убедила.

И вот как-то днем в выходной ты ушла куда-то. А я дома одна. И тут до меня дошло – мама ушла к моим настоящим родителям, королю и королеве из сказки. И они скоро приедут и заберут меня. А раз так, то мне в этом доме ничего не нужно! Надо все раздать бедным соседям!

Ведь я скоро буду жить во дворце, а они так тут и останутся, в пятиэтажке. Я надела свое лучшее платье, накрасилась твоей косметикой (ну как пятилетняя девочка может накраситься?). Украшения твои надела. Духов «Шанель» вылила на себя полфлакона… И пошла раздавать соседям посуду. Тарелки, кастрюли. Весь подъезд обошла! В каждую квартиру постучалась, всем рассказала, что я принцесса, а мама меня временно удочерила. Но сегодня я поеду в замок, поэтому забирайте посуду, мне не пригодится! И соседи брали, улыбаясь. (Потом, естественно, вернули тебе.)

Когда ты вернулась, на кухне было пусто. Как перед ремонтом. Пришлось тебе сказать, что королевство заколдовали и мне придется жить с тобой. Больше разговоров о принцессе не было.

Дядя Коля сказал, что вы с Валерой из 57 квартиры проиграли все суды с банком. Поедете на кассацию в другой город. Сказал, что ты «играешь в шпионов и не можешь проиграть этому уроду в костюме». Зачем тебе сдался этот банк?! Я стала еще больше переживать за тебя. Не наделай глупостей! Приезжай к нам! Ты нужна мне.

Глава «Незаконное обогащение»

Небыстрым шагом сотрудник патрульно-постовой службы Скворцов подходил к месту своего первого задания: разобраться со стихийной торговлей напротив банка. На деревянных ящиках несколько человек пенсионного возраста разложили зелень, редиску, помидоры и огурцы.

Скворцов решил сразу «атаковать» первую попавшуюся бабулю в красной куртке и синем берете:

– Добрый день, сотрудник ППС Скворцов Михаил. Предъявите, пожалуйста, документы на торговлю.

– Здравствуйте, Михаил. Меня зовут Наталья Николаевна. Вы новенький?

– Наталья Николаевна, документы!

– Какой быстрый…

– Документов нет, значит… Согласно статье 11.13 КоАП штраф за торговлю в неположенном месте составляет до пятисот тысяч рублей.

– Сотрудник ППС Скворцов оштрафует на полмиллиона рублей бедную бабушку с пенсией тринадцать тысяч, треть из которой она отдает за коммуналку, – за продажу трех помидорок!!! Миша, ты крещеный?

Последнюю фразу бабушка почти прокричала. Проходящие мимо люди стали обращать на них внимание.

Скворцову было не по себе, но он продолжал.

– Наталья Николаевна, не надо давить на жалость. Вы нарушаете закон! Незаконное обогащение!

– С трех помидорок и огурца?! Люди добрые, спасите-помогите, перед вами незаконно обогатившийся олигарх. Купите помидоры, мне на яхту не хватает. Давно ты, Миша, в церкви-то был?!

Бабушка заводилась. Михаил краснел.

– Наталья Николаевна, я же хочу как лучше. Сделайте по уму и торгуйте сколько хотите.

– Вот спасибо, Миша! Ну-ка, скажи, как по уму?

– Зарегистрируйте ИП. Купите кассовый аппарат. Поставьте «1С: предприятие и склад», чтобы вести учет. Бухгалтера толкового наймите. На сайте администрации «отловите» аукцион на нестационарный торговый объект. Выиграйте его и торгуйте на здоровье…

– Миша, ты крестик-то носишь?!

– Согласен, немного сложно и запутанно… Тогда зарегистрируйтесь как самозанятая. Там проще все.

– Сколько ты мне штраф выпишешь сейчас как физику?

– Две тысячи рублей.

– А сколько самозанятому?

– От двадцати до сорока процентов от суммы неуплаты налогов. Мне нужно будет посмотреть с налоговиками вашу отчетность. Если сумма неуплаты будет равна двум с четвертью миллионам, то вас могут посадить на полгода!

– Хочешь помидорку, Миша?

– Ну поймите, Наталья Николаевна, это закон! Его надо соблюдать! Иначе мы все превратимся в животных! Кто сильнее, тот и прав!

– А сейчас не так?

– Нет конечно!

– Миша, ты дурачок? Не там ты ищешь нарушителей закона! Тебе в банк надо!

Скворцов задумался.

– Нет! Я вас штрафую на две тысячи рублей!

– Миша, ты не можешь просто так протокол составить. Тебе комиссия нужна. Кто-то из районной администрации.

– Блин. Точно, не могу.

– Запиши телефон. Это Марина Петровна. Из администрации.

Скворцов набрал номер.

– Марина Петровна, это сотрудник ППС Михаил…

– Новенький?

– Да, поймал тут нарушителя…

– Прям поймал?!

– Да, надо акт составить. Можете подойти?

– Хорошо, хорошо. Держи ее, пока не убежала. Я сейчас захвачу с собой губернатора, и мы мигом к тебе!

– Это шутка такая?

– Миша, ерундой не занимайся! Преступников лови!

– Но ведь это нарушение закона!

– Миша, им дома скучно! Они хоть на улицу выходят. Общаются. Чем больше ты будешь суетиться, тем им будет интереснее. Будь здоров!

Михаил Скворцов посмотрел вокруг. Несколько десятков пенсионеров оживленно общались между собой. Каждый что-то продавал, но процесс торговли их не особо интересовал. Он попрощался с улыбающейся Натальей Николаевной и направился в отделение.

Ремарка автора «Последний звонок»

Вчера был последний звонок у старшей дочки. Были мы с женой и мои родители. Жена на нервной почве немного начала кашлять. Начался концерт. Женя кашляет. Мой папа мне тихонько говорит:

– Давно у Жени кашель?

– Да вот только.

– От кашля хорошо… баня! Поехали!

– Как ты себе это представляешь? «Женя, поехали на дачу! Тебе в баню надо!»

– Ну не сейчас, конечно. Дождемся, пока кончится последний звонок.

Мама сидела рядом. Она очень грозно посмотрела на папу. Папа замолчал. На сцене учителя говорили слова напутствия. Жена опять начала кашлять. Папа опять тихонечко меня спросил:

– Вот вы зимой в Таиланд ездили. Женя кашляла?

– Нет!

– Вот. Баня еще лучше Таиланда!

Мама не выдержала и громко сказала папе:

– Гена, прекрати с ним говорить! Он опять про это напишет и на сцене будет показывать!

– Поздно, мама, поздно, – тихо сказал я и с любовью посмотрел на нее.

Письмо номер семь

Привет, Мама!

А помнишь, мама, Новый год?! Мы с Васей прям мелкие были! К нам домой отмечать пришли знакомые. Круто! Взрослые были в зале, а всех детей вы отправили в детскую смотреть на елочку, которая вращалась на механизме, сделанном папой у себя в шиномонтажке. Было очень красиво.

Потом механизм заискрил из-за короткого замыкания, и елка загорелась! Прям по-на-стоящему! Все дети начали кричать: «Елочка горит!» Взрослые из другой комнаты в танце дружно отвечали: «Ура! Елочка горит!» Мы опять: «Елочка горит!» Вы нам: «С Новым годом!» – и музыку погромче. Слава богу, кто-то из взрослых заглянул. Никто не пострадал. Но было страшно и весело!

Сегодня встретила соседку Ольгу, они всей большой семьей переехали сюда из Екатеринбурга. Да, мам, тут тоже есть соседи. Она рассказала:

– У меня есть мама. Ей девяносто три. Как только холодно на улице, она мне сразу звонит: «Оля, сегодня холодно! Надевай теплые штанишки!»

Оля ей отвечает:

– Мама, мне семьдесят! Я уж как-нибудь сама разберусь.

И только Ольга мне это рассказала, как сразу на автомате позвонила дочке:

– Маша, скажи Серёже, что сегодня холодно. Пусть тепло одевается!

– Мама, мне полтинник! Серёже тридцать! Мы уж сами разберемся! – ответили ей.

Вот ждут правнука, чтобы ему мозг выносить!

Странно отмечать Новый год там, где пальмы и нет тебя! С Новым годом, мама! Ты знаешь, что я загадала.

Глава «Женщина у кассы»

В обычном книжном магазине, в обычном провинциальном городе, за кассой стояла женщина преклонного возраста. У нее было круглое лицо, добрые голубые глаза, от которых лучиками разбегались морщинки, и милая улыбка. Казалось, она вот-вот скажет: «Быстро мыть руки и за стол. Я пирожков нажарила с картошкой!» Рядом с кассой стоял ксерокс. Женщина копировала какие-то документы. Но что-то нарушило существующий миропорядок.

Все началось с мужчины в сером плаще.

Он долго выбирал книгу в зале и подошел с ней на кассу:

– Приветствую вас. Набоков. «Лолита». По карте или наличными? – с улыбкой спросила женщина.

– Наличными, – тихо ответил мужчина и протянул купюру.

– Прекрасно. Пакет приобретать будете или пусть все полюбуются на педофила?

– Не понял?!

– Вот сдача. Пакет принципиально не продам! Надеюсь, тебя сразу арестуют и посадят туда, где тебя накажут за твои маленькие шалости, – с такой же улыбкой и нежной интонацией произнесла женщина.

– Да как вы смеете! – Мужчина очень быстро огляделся вокруг, положил книгу в карман и выбежал из магазина.

– От себя не убежишь. Следующий!

К кассе подошла молодая девушка и протянула книгу.

– Здравствуйте. «Пятьдесят оттенков серого». Что за день сегодня такой…

– Что-то не так?

– Все так. Весна. Повылазили. Можно ваш паспорт?

– В смысле?! Мне тридцать лет!

– Милая моя, сейчас столько стресса. Люди стареют очень быстро. Вчера по телевизору показывали дагестанского старца, а ему всего-то шестнадцать лет!

– Ну я же не дагестанский старец! Вот паспорт! – Девушка протянула женщине документ.

Женщина за кассой внимательно посмотрела в него и сказала:

– Эх, Алла Сергеевна Протасова… К сожалению, вчера приказ пришел, эту книгу вы можете купить только после сорока лет.

– Вы с ума сошли!

– Есть еще вариант. Я могу продать вам эту книгу только в присутствии ваших родителей. И пусть они полюбуются, кого они воспитали…

– Да как вы смеете! – Девушка в слезах выбежала из магазина.

– Эх, Алла, Алла, мужика тебе надо…

Возле прилавка остановился парень в ярко-красном пуховике и протянул книгу.

– Так, что тут у нас? Даниил Хармс. Собрание сочинений. Понятно. У меня к вам один вопрос. Трудный был выбор?

– Выбор?! – неуверенно спросил парень.

– Между дозой кокаина и этой книгой?

– Женщина, я вас не понимаю.

– А что глазки-то забегали?! Осторожнее, можно, как у вас принято говорить, «спалиться».

– Вы несете бред. Мне нравится этот писатель. Я покупаю его книгу. Это нормально.

– Согласна. Один наркоман читает другого наркомана. Это нормально.

– Я не наркоман!

– А в красном пуховике ходишь, чтобы с другой планеты было лучше видно?

– Вы не в адеквате!

Парень выскочил на улицу. Больше в книжном магазине никого не было. Женщина за кассой села в удобное кресло и продолжила копировать документы. Перед ней лежала стопка бумаг, которые она взяла утром на столе у директора банка.

Она тихонько сказала сама себе:

– Ненавижу, когда отвлекают от работы. Ну, что банкир, сгоришь в аду! С такими документами тебе еще и раскаленный свинец кое-куда зальют!

Ремарка автора «16 на 8»

Перед самым Новым годом был с Домиником у родителей. Мама сразу посадила меня за кухонный стол и поставила передо мной огромную тарелку с салатом оливье. Тут же в кухню зашел папа, присел рядом и начал очень внимательно наблюдать за тарелкой с салатом. Как и Доминик. При этом папа как ни в чем не бывало вел диалог со мной и мамой:

– Опять снег, да? – сказал он, контролируя каждую ложку салата, которую я подносил ко рту.

– Немного выпало.

– Скоро растает! Саша, а хочешь блины? Я же блины напекла, – суетилась мама.

– Конечно хочет. Вон, смотри, какой голодный, – поддержал ее папа.

Пока мама отвернулась за блинами, папа пододвинул к себе тарелку с салатом, быстро засунул в рот две большие ложки оливье и быстро зажевал.

– Вот блины. – Мама поставила на стол тарелку со стопкой блинов.

Папа перестал жевать. И показал маме большой палец, «класс». Даже Доминику поведение папы показалось странным. Мы внимательно наблюдали за происходящим.

– Спасибо, мам! – сказал я.

– Да, уже скоро весна… Ты бы чаю налила ему, – как бы впроброс добавил папа.

– Ну сам и налей! – резко ответила мама.

– Я салат от Доминика охраняю! – такому ответу удивился даже сам Доминик.

Мама пошла наливать чай. Папа опять начал быстро есть салат.

– Вот чай. – Мама присела с нами за стол. Папа перестал жевать.

– У нас изменения в жизни с отцом.

– Я уж заметил. Не пугай меня, мама.

– Шестнадцать на восемь! – сказала мама.

– Калькулятор нужен. Мам, о чем ты?

– Интервальное голодание. Шестнадцать часов не есть, восемь есть. Мы решили с отцом сбросить немного.

Папа внимательно смотрел на салат. Мама продолжила:

– И если бы кто-то четко следовал этому принципу, а не воровал салат у сына…

– Я следую. У меня интервалы чуть меньше, – тихо повинился папа.

– Пойми, тут важно поддерживать друг друга!

– Так я поддерживаю… тебя. Я-то при чем. Дачный сезон начнется, я скину.

– Вот и как с ним договариваться, Саш?! – посмотрела на меня мама.

Я не знал, что ответить. Вмешался папа.

– В старину девушку сажали на мешок с грецкими орехами. Если орехи раскалывались, то, значит, пора замуж выдавать.

Мы все многозначительно задумались. Я представил девушку и мешок орехов. Мама спросила:

– Это ты к чему сказал?

– Что-то так грецких орехов захотелось…

Письмо номер восемь

Привет, Мама!

В первом классе перед какой-то школьной ярмаркой, на которую нужно было что-то смастерить своими руками, мы с папой склеили картонный замок – со стенами, мостами, башнями. И понесли на эту ярмарку продавать…

Короче, я его и купила. Так он мне понравился. Потому что вместе с папой делали. Ему было тогда двадцать семь лет. В этом году шестьдесят восемь… Могло бы быть… Я помню это, как будто это было вчера.

Еще историю вспомнила, тоже посмеяться. Канун 23 февраля, мужской праздник. Мне лет десять. Думаю, что дарить папе. К парфюмерии я уже тогда была неравнодушна. Пошла, купила на свои деньги одеколон «Саша». Думаю, так, стоп. Папу моего зовут Максим. Нестыковочка. Взяла бритву, стерла бритвой имя «Саша» и фломастером написала «Максим». Делов-то. И гордо вручила папе!

А помнишь, как папа придумывал для меня разные милые прозвища?! Я уже почти все забыла, но одно запомнила на всю жизнь. Когда мне было года четыре, ты купила мне пижамку с зелеными сердечками. В этот же вечер я в ней легла спать, а папа, прочитав мне сказку, решил пересчитать сердечки на моей пижамке. Их получилось 1600. С тех пор он называл меня «мои 1600 сердечек»…

Мама, мне его не хватает! Как и тебе…

Позвони!

Глава «Мода»

1998 год. Двадцать пять лет назад

– Милая, к тебе можно?

– Да, мама, входи, – ответила девочка, которая рисовала что-то, сидя за небольшим письменным столом.

– Что рисуешь?

– Васю…

– А почему у твоего брата голова оторвана?

– Много говорит и мало делает, – уточнила девочка, добавляя красным карандашом капли крови.

– Не поняла?!

– Обзывается и в комнате нашей не убирается!

– Оля, так нельзя!

– Это абстракционизм. По телевизору видела.

– Оля, он твой брат!

– Художник так видит. Мам, что хотела?!

– Соседка заходила. У нее дела какие-то. Попросила, чтобы ты поиграла с ее Анжеликой у нас вечером.

Девочка перестала рисовать и раздраженно сказала:

– Ма-а-ам, я не буду играть с этой чикане!

– Ольга, не называй ее так.

– Пусть Вася с ней играет!

– У него тренировка.

– Мама, нет! Я не хочу. Она плохая!

* * *

Две девочки сидели в детской. Ольга, не обращая на свою соседку внимания, что-то рисовала в тетради. Вторая девочка с длинными волосами молча сидела на кровати. Через какое-то время она сказала:

– А мы с мамой скоро на отдых в Москву полетим! Там у нас фотосессия будет.

– А мы с мамой… Будем здесь отдыхать, – почему-то виновато ответила Ольга.

– Потому что у вас денежек нет. Мама говорит, что вы – семейка бомжиков, – злорадно проговорила Анжелика.

– ЧО ТЫ СКАЗАЛА?! – Оля сжала кулаки.

– Не кричи. В том, что ты бедная, ты не виновата. Родилась такой. Некоторые вообще крысами рождаются, и ничего. Твой папа во всем виноват – зачем заводить семью, когда работаешь в шиномонтажке? Маму твою только жалко, нашла бы себе мужика богатого. А так с вами мучается.

Ольга встала. Она хотела ударить Анжелику. Но выбежала из комнаты. Забежала в кухню, умыла лицо холодной водой из-под крана. У нее появилась идея.

Она вернулась в детскую:

– Анжелика, какие у тебя волосы красивые и длинные!

– Ох, это да. Мама говорит, что самые красивые в классе.

– Какая красота! Почти до низа спины! У меня таких никогда не будет.

– Нужны специальные шампуни. Вы их позволить себе не можете. Грустно.

Ольга сделала глубокий вдох и выдох.

– Жаль, конечно, что в Москве ты будешь немодной.

– Почему?!

– Я по телику смотрела, там свой, московский стайл.

– Какой?!

– Как у тебя. Только чуть-чуть покороче. Вы когда летите?

– Завтра!

– Эх, жаль. Парикмахерские все уже закрыты.

– Мама мне ничего про московский стайл не говорила.

– Когда ей. Она деньги зарабатывает. Это же отслеживать надо. Только бездельники типа нас…

– Блин, и как быть.

– Не переживай, в шапке походишь. Вот возьми Васькину шапку. Там пятно, правда…

– Нет! Надо срочно найти маму!

– Она только в десять освободится.

– Не-е-ет! – У девочки на глазах появились слезы.

– Анжелика, ну хочешь, я помогу?

– Как?!

– Я немного умею…

– Стричь?! Ты в своем уме?!

– Я брата постоянно стригу!

– Ты его стрижешь, потому что у вас…

– Денег нет! Да, нет! Но я в итоге стала хорошим парикмахером. Что я тебя уговариваю? Бери шапку!

– Хорошо. Давай чуть-чуть. Кончики, говоришь…

Прошло десять минут. В центре детской на стуле сидела Анжелика, завернутая в простыню. Ольга ножницами обрезала волосы до плеч.

– Готово! Выглядишь, как настоящая москвичка!

– Ты сказала чуть-чуть!

– Это и есть на языке парикмахеров «кончики подровнять».

– Красиво?

– Очень красиво!

– Никогда не думала, что можно в таком бомжатнике подстричься. Спасибо.

– В бомжатнике, говоришь… Последний штрих!

Ольга обрезала волосы Анжелики еще на десять сантиметров.

– Готово!

– А вы в этой комнате с братом вдвоем живете?

– Да!

– А родители в зале на диване?

– Ага.

– Да уж, сомнительное удовольствие. Может, вам пособие какое-то попросить у государства?

– Слушай, а хочешь в Москве всех сразить наповал?

– Да!

– Но это очень смело. Суперфэшн!

– Как?!

– Давай я тебя подровняю под парижанку?!

– Это как?!

– Под каре.

– Это модно?

– Очень!

– Давай.

* * *

Вечером на Ольгу кричали две женщины. Одна из них обещала куда-то написать заявление. Перед сном в детскую зашел папа. Присел на кровать и сказал:

– Мама рассказала сегодня… Про твою парикмахерскую.

– Хорошо хоть не под жителя Магадана подстригла! – донеслось с другой кровати.

– Вася, спи! Олюшка, надеюсь, у тебя были веские основания так поступить?

– Пап, очень веские. Мою семью нельзя трогать!

– Спокойной ночи!

– Па-а-ап, ты можешь поговорить с мамой, чтобы она не обижалась на меня?

– Поговорить-то могу. Но ты же знаешь ее.

– Упертая!

– Твоя мама самый добрый человек в мире! Знаешь, как она вас любит!?

– Знаю, – тихо сказала девочка и стала засыпать.

– Она простит, милая, но ей надо немного времени.

Ремарка автора «Отпуск и Доминик»

Воскресенье. Сижу за обеденным столом у родителей. Доминик радостно виляет хвостом и бегает по квартире. Мама и папа внимательно слушают «доклад о проделанной работе в отпуске».

Мы вернулись из отпуска в Таиланде. Доминика оставляли на две недели в отеле ультра ол инклюзив – у моих родителей.

Папа подливает чай, мама смотрит пляжные фотографии с моего телефона.

Я поинтересовался:

– Как Доминик себя вел?

– Очень хорошо! – сразу ответила мама. Папа же загадочно молчал.

– Как гуляли? – спросил я.

– Как Лика сказала – три раза в день ходили! Все четко! – Папа многозначительно посмотрел на маму.

– Во сколько поднимал?

– Ой, ты знаешь, по-разному. Иногда… – начала мама.

– Сегодня в шесть двадцать две! – четко и немного грустно ответил папа.

– Я новости читал, морозы были.

– Да, было до минуса сорока! Но мы ходили… – заявила мама.

– Я ХОДИЛ! – поправил ее папа.

– Ты, ты… Я к морозу не очень. Вечно на себя одеяло тянет! – сказала мама.

– Доминик как? Не мерз?

– Конечно замерз! Я ему надела старую куртку Таи, шапку-шлем и носки. Смешной такой был.

– И он пошел? – спросил я.

– Почти, – сказала мама.

– Я его носил! – выдал папа.

– Как?

– От точки до точки!

– Чего?

– Ему тяжело ходить было. Я его выносил из подъезда в ключевые места.

– Я на них в окно кухни смотрела и ухохатывалась, как он его от дерева к дереву носил! – улыбнулась мама.

– Забавная картина! – сказал я.

– Ничего забавного. Я вот одного не понимаю, Наташа, почему, когда морозы прошли, я все равно с ним один ходил гулять?

– Ну вы же с ним так сдружились, – пояснила мама.

– Сдружились? Мне казалось, что я постоянно нахожусь на улице!

– Зато на свежем воздухе! – отрезала мама.

Папа серьезно посмотрел на нее и ничего не ответил. Но все всё поняли.

Я надел на Доминика шлейку, и мы пошли домой. На пороге Доминик остановился и посмотрел на папу. Папа смотрел на него.

«Действительно, сдружились», – подумал я.

Письмо номер девять

Привет, Мама!

Вспомнила истории про брата. Он был очень добрый человек! Вася…

Первый класс. Первое сентября. Ты дала маленькому Васе большой красивый букет для учительницы. Через три часа Вася приходит домой. В руках этот же букет!

Ты спрашиваешь, что случилось. Он говорит, что сказал учительнице: «Вам столько букетов подарили, а моей маме никто не дарит. Можно я его ей подарю?» Учительница, конечно же, согласилась: «Выбирай любой!» Вася решил: «Нет. Мне любой не нужен. Мне нужен мой!»

Он же занимался спортом. Лет десять ему было. Ехал с тренировки троллейбусом. Купил билет. Счастливый. Съел. Тут контролер. «Где билет?» Высадил его на остановке. Ты денег ему давала только на две поездки. Жили скромно…

С ним вышли все ребятишки, кто ехал. Скинулись, купили хлеба и кетчуп. Шли пешком. Домой Вася пришел сытый и счастливый. Билетик подействовал.

А в двенадцать его не стало. Видимо, действие билетика закончилось. Как вы мне потом объяснили, «он ушел на радугу».

Я и сейчас знаю, что он там… с папой и Джеком. Так же смотрят старый телевизор. По кабельному показывают фильм с Чаком Норрисом. Вася пытается повторить приемы «учителя», папа ему дает «дельные советы» и сам показывает, как «правильно» надо! А мы с тобой ржем…

Мама, я в больнице. На днях должна родить. Очень волнуюсь… А знаешь что – иди ты к черту! У тебя нет сердца!

Глава «Ближе к звездам»

Девушка неторопливым шагом зашла в подъезд обшарпанной панельки. Она много раз задавалась вопросом: «Зачем я здесь живу, почему не перееду…» Но дел было столько, что некогда думать о ерунде. Она снимала квартиру на пятом этаже.

«Ближе к звездам», – шутил бывший, который говорил ей: «Я хотел бы остаться с тобой, но высокая в небе звезда зовет меня в путь». На первом этаже жила «рентген-установка», опять же, как называл ее бывший. Милая бабушка, которая была старшей по подъезду. Старушка была очень ответственным человеком, поэтому через свой дверной глазок контролировала жизнь в подъезде.

Иногда это было уместно, но иногда… Пару раз, как бывший ушел, девушка, после задушевного разговора с подружкой и трех бутылок легкого рислинга, поднималась к себе, чуть-чуть пошатываясь.

Однажды бабушка с первого этажа молниеносно открыла дверь, и завязался диалог:

– Здравствуй, Даша!

– Добрый вечер, Наталья Николаевна!

– Какая чудная ночь! Уже час ночи!

– Да?! А я не заметила… Спокойной ночи!

– А цирроз печени ты тоже не заметишь?

– Наталья Николаевна, это не ваше дело… День рождения у подруги был.

– Хм… Даша, вот у меня тетрадка за последний месяц. Из тридцати вечеров двадцать пять ты возвращалась с дней рождений? У тебя все друзья родились в августе? Ты смотри, сколько львов…

– Наталья Николаевна, я не намерена с вами обсуждать мою личную жизнь! Вы мне – никто! И не надо за мной шпионить! У меня все будет хорошо! Павел – он сволочь! Он – урод моральный! – Девушка начала реветь. Она сползла по стене и села на ступеньку подъезда. – Наталья Николаевна, я хочу его вернуть! Я – ХОРОШАЯ!!!

Наталья Николаевна подошла к девушке, присела рядом с ней на ступеньку и тихо сказала:

– Конечно, милая, ты хорошая. Мы все хорошие. Мужчины – народ ненадежный. Меня тоже в какой-то степени обманули. Жили вместе. Жили хорошо…

– Вас тоже бросили? К другой ушел?

– Хм… Ну, в какой-то степени да.

– Все они козлы! – Девушка икнула. Ее язык стал еще больше заплетаться. Она положила свою голову на плечо соседки. – Ваш тоже к Нинке Зябловой ушел? Ох, Нинка… Это все сиськи ее…

– Нет, милая, мой к другой даме ушел. Более коварной. С косой.

– А, поняла! Блин, грустно это. Ик. Давайте выпьем. Помянем.

– Это не выход, Даша, ты убиваешь себя день за днем.

Последнюю фразу девушка уже не слышала. Она спала. Соседка разбудила ее, проводила до квартиры и уложила спать.

* * *

Девушка неторопливым шагом зашла в подъезд обшарпанной панельки. Тут же открылась дверь соседки. Она сказала:

– Даша, добрый вечер!

– Наталья Николаевна, я трезвая! После того вечера… Осмыслила…

– Я знаю, Даша. Наблюдала твою походку. – Обе собеседницы улыбнулись. – У меня дело к тебе есть.

– Какое?

– Дочка в письме попросила какой-то «Вотсап» на телефон поставить. Они в Америке живут, типа фотографии внука будут мне слать. Помоги?

Соседка увлекла Дашу в квартиру, где протянула ей черный телефон «Нокиа-3310».

– Наталья Николаевна, боюсь, на этот телефон никак не поставить. Он старый. Что же делать… Давайте я вам свой старый смартфон отдам?! Сейчас принесу…

– Дашенька, у меня есть какой-то. Они мне с Америки прислали. Вот, не распакованный лежит. Большущий, неудобный!

– Ого, это четырнадцатый промакс айфон! Они у вас миллиардеры? – Даша открыла коробку с телефоном, поставила его на зарядку и начала колдовать. – Вам симку надо поменять. Ща сделаем.

– Они программисты. У меня таких коробочек много. Как выходит новая версия – они мне присылают.

– Ничего себе! Извините, конечно, не мое дело… А почему они вас к себе не заберут?

– Она меня предала! Уехала! Я с ней не общаюсь! Письма шлет вот… – Впервые Даша увидела старшую по подъезду в замешательстве.

– Наталья Николаевна, вам плохо? Вот водички попейте! – Даша налила воду из чайника на кухне.

Наталья Николаевна пришла в себя.

– У нас с дочкой… Мы столько пережили с ней. Жили же хорошо. Зачем уезжать? Мы плохо живем, что ли?

– Ну не знаю. Ютитесь тут в однушке-хрущевке. Вы просто съездите на разведку. Поживете как человек! И решите.

– Даша, вот сразу видна разница между нами. Я живу как человек. Каждую неделю хожу на могилку… Что я там буду делать?! Они в коттедже живут. А здесь жизнь кипит. Я целым подъездом управляю. Тебя вот спасаем…

– Ага, уже спасли! Вот, готово! Ща сходим, симку поменяем.

Ремарка автора «Круговорот»

Старшая дочка уехала на неделю в лагерь. Для подготовки к олимпиаде по биологии. Скажу честно, на второй день заскучал.

Пишу ей вчера утром: «Как дела?»

Молчит.

Ну, думаю, не до меня, а сам до конца вечера проверял телефон. Даже не прочитала…

Утром приходит долгожданное сообщение от нее. Радостно открываю мессенджер, а там: «Пап, привет! Кинь денег на телефон!» Я начинаю забрасывать ее сообщениями «Как там?», «Как устроилась?», «Кормят хорошо?», «Ну расскажи», а в ответ приходят четыре буквы: «НОРМ». Делаю два глубоких вдоха и выдоха, говорю сам себе: «Таков путь». Добавляю: «Отцовства». Ни фига не успокаивает. Звонит телефон. Мой отец.

– Привет, пап!

– Привет, – расстроенный голос у него.

– Пап, что-то случилось? – спрашиваю я.

– Ты почему в воскресенье не пришел? Мама пирогов напекла.

– Блин, я забегался. Дел что-то навалилось на выходные…

(Все мои дела в воскресенье – это сериал.)

– Понятно. Жаль. Мы ждали.

– Мне тоже.

– Пока.

– Пока, пап!

Мне стало стыдно и грустно. Надо маме позвонить.

Письмо номер десять

Привет, Мама!

У нас родился сын! 4200!!! А какой красивый! У него папины глаза! Он родился со мной в один день, 12 апреля! Тоже Овен. Я представляю, как ты говоришь, читая это письмо: «Упертые как бараны». Мам, но ведь и ты – Овен!

12 апреля – День космонавтики. Помню, каждый год в честь моего дня рождения пуляли салют. И никто. Никогда. Мне не сказал. Что это в честь космонавтики. Я и сейчас удивляюсь, почему, когда салют, меня не поздравляют? И не кричат: «Ура!!! Оля родилась!!!» Все-таки какой чудесный и добрый человек – мой папа. А муж – нет. Что ему стоит поддержать легенду?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.