Мария Волкова
Послевкусие любви

© Мария Волкова, текст

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

Глава 1
Послание

Я навалилась на огромные массивные дубовые двери, и они тут же распахнулись. Передо мной открылся вид на просторную террасу. Свежий ветерок скользнул по моим волосам, и я сделала уверенный шаг вперед. Мне казалось, что это был первый осознанный шаг в моей жизни в светлое и прекрасное будущее. Затем я огляделась по сторонам. Скромные отштукатуренные белые стены террасы и обычный каменный пол были спасением для моих глаз. С прискорбием должна заметить, что сил созерцать умопомрачительные фрески, служившие украшением почти каждого зала, у меня уже не оставалось. Я была рада покинуть душные помещения дворца, которые с каждой минутой наполнялись новыми туристами, и наконец-то оказаться на открытом воздухе.

А здесь ничего лишнего, все выполнено в стиле «средневекового минимализма» – по крайне мере так мне показалось в самом начале: старинная деревянная лавка напротив мощных дубовых дверей, простые серые колонны, расставленные по периметру террасы и соединенные между собой невысоким каменным ограждением. Я не сразу оценила красоту данного помещения, лишь когда обратила внимание на богато расписанный потолок, на котором в золоченых рамах были изображены сюжеты из античной мифологии. А затем мой взгляд устремился за пределы террасы. Я подошла к самому краю. Отсюда открывался неописуемый вид на черепичные крыши домов, зеленые холмы и высоченные тосканские кипарисы. Мир не изменился, он все так же прекрасен, а вот я стала совсем другой. Да, перед вами новая Полина Андреева, пережившая многое в своей жизни, сделавшая из этого правильные выводы и перевоплотившаяся в новую, мудрую и почти гиперответственную девушку! В общем, мне до этого состояния осталось самая малость! Уж поверьте, я никогда не обманываю, лишь иногда приукрашиваю.

* * *

Итак, ровно в четыре часа дня, как и договаривались, я была на этой террасе в ожидании некоего посланника от Антонио, который должен был передать мне письмо с дальнейшими инструкциями. Звучит интригующе и очень волнительно, прямо как в голливудских фильмах: она в дорогом белом костюме и огромной шляпе, пикантно закрывающей половину лица, стоит в полном одиночестве в красивом и совершенно безлюдном месте, а затем появляется он – высокий, статный – и передает ей послание от тайного воздыхателя. В нем ее воздыхатель назначает ей встречу в шикарном месте, во время которой признается, что приходится внебрачным сыном какому-нибудь маркизу или барону… Мне бы оба варианта подошли, я не придирчивая. Ох, если бы это было именно так!

У меня не было с собой белого костюма, но было романтичное воздушное синее платье в мелкий цветочек и нежные розовые лодочки на каблучке. Что ж, эти каблучки и воздушное платье мне дорого обошлись, когда я шагала по старинной брусчатке Флоренции и в особенности, когда решила в этом прекрасном образе отправиться на смотровую башню главного флорентийского собора – Санта-Мария-дель-Фьоре. О чем я думала? Конечно же, о прекрасных фотографиях! Но если бы я на этих каблучках доползла до самого последнего яруса собора, то, боюсь, обратно бы меня унесли только на носилках. А мое романтичное платье вело себя и вовсе по-предательски! Малейшее дуновение ветерка заставляло его быть где угодно, но только не на мне – это я почувствовала сразу же, как только оказалась на башне собора. К счастью, я была такая не одна. Но, зато какие фотографии! Нужно лишь удалить все те, на которых моя юбка рвет и мечет под воздействием флорентийских ветров, а я усиленно пытаюсь скрыть свою неловкость, принимая позы Мэрилин Монро из фильма «Зуд седьмого года».

Несмотря на все эти преграды, ровно в четыре часа дня я стояла на этой прекрасной террасе во дворце Палаццо Веккио и ждала послание от загадочного незнакомца. На телефон наконец-то пришла эсэмэска от Антонио:

«Внимательно прочти мое послание и следуй всем указаниям. Он почти на месте, ты его ни с кем не спутаешь!»

Как интригующе! Интересно, а с чего вдруг он решил, что я ни с кем его не спутаю? В этот момент старинные деревянные двери, ведущие на террасу, скрипнули, и стали медленно открываться. Я быстро взбила волосы руками и несколько раз ущипнула себя за щеки. Мое сердце замерло. «Это наверное он, таинственный посланник, ведь здесь больше нет никого!» – подумала я, и мои глаза жадно впились в эти двери. В начале послышался жуткий гул, а потом появились они! Всего за несколько секунд вся терраса быстро заполнилась неимоверно шумной группой туристов из Израиля, ведь именно они носят кипу, если я не ошибаюсь?

«С чего ты вдруг решил, что я ни с кем его не спутаю?» – спросила я, быстро настрочив Антонио ответную эсэмэску.

«Полина, он итальянский еврей, зовут Мойша. Поверь, ты ни с кем его не спутаешь!»

Я издала жалобный писк. Лучше и не придумаешь! Ну и кто из вас, мальчики, тот самый Мойша, от которого зависит, появится ли в этом году у моих родителей зять или нет? Только не подумайте, что если вас здесь много, то я с вами не справлюсь – и не с таким дело имела! Я эмоционально сжала ладони в кулаки, оценивая фронт работы, а затем снова схватилась за свой телефон.

«Может, да ну ее, эту загадочность? Ты ведь можешь мне отправить еще одну эсэмэску и сказать, где и во сколько будешь меня ждать?»

Быстро набросав текст следующего послания, я в очередной раз огляделась по сторонам. Может, все не так ужасно и этот «еврейский итальянец» все же даст о себе знать: помашет мне ручкой или еще что-нибудь сделает.

«Полина, не надо портить всю атмосферу романтики, ты же ее любишь! Мойша написал, что в Палаццо людно, но он обязательно найдет тебя и подаст знак», – и смайлик в конце ответного сообщения.

Людно – слабо сказано, здесь целое столпотворение! На этой террасе как минимум двадцать евреев: половина из них слушает гида, вторая озирается по сторонам и мило улыбается. Я же не могу у каждого спросить, является ли он Мойшей, или могу? С другой стороны, кто мне помешает это сделать? Вон те двое только что мне подмигнули – может, один из них и есть тот самый? Хотя вряд ли, они явно из этой группы туристов. Количество людей на террасе увеличивалось, а я никак не могла отыскать одного нужного мне еврея!

Осторожно пройдя вглубь и пристально рассматривая каждого из них (что вызывало явное волнение у нескольких мужчин, которые тут же отошли от меня в сторону), я замерла возле одного, на вид добродушного, озирающегося по сторонам.

– Вы, случайно, не Мойша? – шепотом спросила я у него. Ответная реакция была жуткой: он тут же отвернулся от меня и отскочил как ошпаренный минимум на метр. Ладно, минус один, задачка чуть упростилась.

– А вы тоже не Мойша? – обратилась я ко второму, но тот лишь испуганно покачал головой, и я печально вздохнула. Правда, до конца так и не осознавая, что именно меня печалило – то, что я не могла найти Мойшу или тот факт, что они так испуганно от меня шарахались. Ох уж эти мужчины, век живи – век учись, все равно не поймешь, что у них в головах творится! В этот момент двери на террасу снова распахнулись, и внутрь ввалились еще несколько туристов. Они прошли в самый центр, окружив своего гида, и принялись внимательно ее слушать.

– Ну что ж, дорогие мои, сейчас мы с вами находимся в прекраснейшем месте этого Палаццо: на террасе Сатурна, – произнесла на английском гид в небольшой микрофон, и все туристы в радиусе десяти метров тут же уставились на нее. – Кто из вас в курсе того, кем был Сатурн?

«Это то, что мне нужно!» – тут же промелькнуло в моей голове, и я, не раздумывая, подошла к гиду. В конце концов, у меня куда более сложная задача, чем разгадка того, кем был этот Сатурн! Тем более его уже давным-давно нет, а мой безответственный Мойша все еще где-то слоняется по этому дворцу.

– Извините, что перебиваю вас, но я ищу одного человека, мы договорились встретиться на этой террасе, но боюсь, что при таком потоке туристов у нас вряд ли получится это сделать без вашей помощи. Могу ли я воспользоваться вашим микрофоном и сделать короткое объявление? – и я широко ей улыбнулась. Нехотя, она все же передала мне микрофон.

Как бы теперь обратиться к нему так, чтобы он понял, что это я? Так, соберись, Полька, и максимально четко сформулируй свои ясные мысли.

– Незнакомец, который ждет меня на террасе, я тут! – произнесла я радостно в микрофон, и половина туристов мужского пола тут же уставилась в мою сторону. Черт! Не этого эффекта я ожидала добиться, хотя тоже вполне неплохо.

– Вы что, даже его имени не знаете? – удивленно спросила гид.

– Знаю, конечно же знаю! – и я одобрительно закивала головой.

– Мойша, если ты здесь, подними правую руку! – снова произнесла я.

Около десяти черноволосых мужчин в кипах подняли правые руки и начали весело что-то обсуждать. Ну что ж, в моем деле намечается явный прогресс: круг из Мойш наконец-то сузился.

– Чувствуется, что Моисей их сорок лет по пустыне водил: у людей за это время полностью отбило фантазию, сплошные Мойши! – весело заметила я, обернувшись к гиду.

– Милочка, Мойша – одно из самых распространенных еврейских имен! – недовольно ответила она, и уже порывалась забрать у меня микрофон, но я, вовремя это осознав, взяла ситуацию под контроль, и тут же выкрикнула:

– Итальянский Мойша от Антонио, черт тебя побери, где тебя носит, Иуда? Я уже двадцать минут тебя здесь ожидаю!

Гид озлобленно выдернула у меня из рук микрофон, но моя попытка оказалась удачной. Я прокричала это так громко, что аж стекла на витражах зазвенели! Зато теперь как минимум половина дворца в курсе того, что я ищу некоего Мойшу, но из местных. Что касается женского счастья, то я свое не упущу, а если понадобится, то я это послание на всю Флоренцию проору, да еще и с башни главного собора. Дверь на террасу тут же распахнулась, и ко мне подбежал невысокого роста пухляш.

– Синьорина, синьорина, это я! – запыхавшись, произнес он. – Mille scuse! Я засмотрелся на фрески в соседнем зале, тысячу лет здесь не был, так красиво! Это вам! – и он протянул мне многострадальный конверт с посланием.

Какие к черту фрески, когда я стою здесь на каблуках и изнываю от усталости и любопытства, а единственная лавочка на этой террасе занята другими псевдо-Мойшами? Я тут же выдернула конверт из его рук и жадно принялась вчитываться в каждое слово.

– Значит, Антонио ожидает меня в винном баре, который расположен на крыше здания по адресу: Виа ди Медичи, так?

– Именно, синьорина! – радостно закивал мой посланник. – Оттуда открывается такой вид на Санта-Мария-дель-Фьоре, такой вид! – затараторил он. – Вы не пожалеете!

– Ну что ж, тогда не буду заставлять его долго ждать! – радостно ответила я и, поблагодарив Мойшу, отправилась к выходу.

* * *

Проходя мимо одного милого магазинчика нижнего белья, я резко остановилась, всматриваясь в витрины. Мне ведь в очередной раз придется лезть на какую-то крышу, с которой открывается еще один восхитительный вид на Флоренцию и ее главный собор. А вдруг там снова будет ветрено? Хотя в этом баре я все же буду сидеть, а не стоять, поэтому ничего страшного не произойдет. Я сделала несколько шагов вперед и снова остановилась. А если там заиграет живая музыка и Антонио пригласит меня на танец? Получится не очень красиво, ведь моя пятая точка начнет в очередной раз на радость окружающим выглядывать из-под моей юбки. Хотя в таком случае у Антонио явно вырастет конкуренция, что, конечно, могло бы упростить и ускорить решение многих вопросов, НО! Я все же вернулась к магазину и вошла внутрь.

– Синьорина, чем я могу вам помочь? – тут же вежливо обратилась ко мне молодая симпатичная девушка с черными волосами и густыми бровями. – У вас есть особые предпочтения?

– Да, – неуверенно ответила я и подумала, глядя на ее брови, что она, наверное, незаконнорожденная правнучка Брежнева. – Может, у вас имеются в ассортименте утяжелители для платьев? А то, знаете, как только дует ветер, юбка тут же куда-то улетает, – усмехнувшись, ответила я. – А ваши флорентийские улочки еще те проказницы, – и я в шутку потрясла указательным пальцем. – Все время пытаются стащить её с меня!

– Скузи, к сожалению, такого нет! – подняв бровки домиком, произнесла девушка.

Эти широкие брови играли особую роль в мимике ее лица, оживляя его и придавая некий шарм и драматизм одновременно.

– Но у нас есть прекрасные комбинации из атласной микрофибры под платье! – продолжила она. Ее брови стали радостно подергиваться, и на моем лице проскользнула легкая улыбка. Юбка будет к ней немного, как бы это сказать, – и девушка замолчала, а ее брови тем временем, словно принимая участие в этом сложном мыслительном процессе, скакали то вверх, то вниз, помогая выискивать нужные слова. Глядя на них, я и думать-то перестала, зачем вообще зашла в этот магазин, а еще мне жутко захотелось достать щипчики, чтобы придать им форму.

– Точно! – наконец-то сообразила она, когда мои пальцы уже нащупали в сумочке косметичку. – Ваше платье будет прилипать к комбинации и, возможно, этим вечером оно все же останется на вас, если вы так сильно этого хотите!

«Ну, не то что бы очень сильно хотела, – подумала я про себя. – Но до определенного момента оно точно должно соблюдать все возможные приличия».

– Прекрасно! – еле сдерживаясь со смеху, ответила я, поглядывая на ее брови. – Где ваша комбинация?

У меня сложилось такое впечатление, что основные продажи в этом магазине делала не она, а ее брови, обладающие каким-то гипнотическим эффектом. Глядя на них, я готова была купить все что угодно, и в итоге купила атласную комбинацию почти такого же синего цвета, как и мое платье. Она, кстати, сама смахивала на платье, немного коротковата, конечно, но для ночного бара вполне подошла бы. Я так и не поняла, сдерживала ли эта комбинация мое платье во время очередных порывов ветра или нет, но мне явно было с ней комфортнее. Дойдя до нужного дома, я остановилась возле входа. Никаких намеков на винный бар здесь не было. Это же отель! Может я ошиблась? Я стала снова перечитывать письмо. Адрес верный, где же бар? Или это было лишь предлогом? Я осмотрела здание со всех сторон, но, не заметив ни одного указателя, все же решилась войти внутрь.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я с девушкой на ресепшене. – Я ищу винный бар, адрес указан ваш.

– Да, он на последнем этаже, нажимайте самую верхнюю кнопку лифта – не ошибетесь!

Ну что ж, и с этим винным квестом наконец-то справилась. Когда я поднялась на крышу отеля, то увидела Антонио, скучающего за столом. Уткнувшись в свой телефон, он отправлял какие-то деловые послания своим коллегам и периодически посматривал на часы. Я внимательно оглядела его со стороны еще раз: статный черноволосый брюнет со слегка вьющимися волосами, его кожа оливкового цвета отсвечивала золотистым отливом в лучах заходящего флорентийского солнца. Что ж, если с О-Брионом мне не повезло, то, может быть, с итальянским Брунелло все сложится гораздо лучше. Я села напротив него, и он тут же отложил в сторону свой смартфон.

– Полина! Ты все же нашла этот бар, – и он просиял от радости, продемонстрировав мне свою белоснежную улыбку. – Если ты не возражаешь, то я уже решил, с чего мы начнем нашу дегустацию! Кстати, ты обратила внимание на восхитительный вид, который открывается с этого места на собор?

– Да, несомненно, – вяло ответила я.

Вид и впрямь был великолепный, но за этот день я уже столько всего успела повидать, что сил восхищаться местными красотами больше не было. Мои ноги отваливались, и я мечтала снять с себя каблуки и прилечь хоть где-нибудь.

– Мы начнем с тосканского Шардоне, выдержанного в дубе: оно жутко разогревает аппетит, – с энтузиазмом продолжил Антонио. – Затем к главному блюду возьмем вино Нобиле и, конечно же, Брунелло, а закончим сладеньким – Москаделло ди Монтальчино! Как тебе мой план на сегодняшний вечер?

– Просто шикарен! – и я постаралась изобразить на своем лице радость.

Если бы я была с Адрианом, то он сам предложил бы мне сделать выбор – хотя зачем я вспоминаю его? С ним покончено! Надо идти дальше: нас ничего не связывает и у меня новая жизнь. Нам принесли первое вино, и я, немного взболтав его в бокале, сделала маленький глоток. Шардоне оказалось чересчур дубовым. Привкус дерева въелся в напиток столь сильно и так отчетливо, что у меня возникло ощущение, будто я жую мокрые опилки. С зубов соскребать можно, где же утонченные древесные нюансы, оттенки ванили и бриоши, которые легким шлейфом ощущаются, как в винах Мерсо[1]? Здесь их явно не было. Далее последовало Вино Нобиле ди Монтепульчано к флорентийскому стейку. Оно оказалось гораздо лучше, чем Шардоне, но я пробовала и более удачные варианты. Что касается Брунелло, то, к моему большому огорчению, оно было с пробкой! Мы тут же почувствовали ужасный запах, напоминающий аромат мокрого картона, и отодвинули от себя бокалы. Нам, безусловно, заменили данный образец, который по факту весьма достойно раскрылся, но первое впечатление было неумолимо испорчено. Жизнь все же стала потихоньку налаживаться и обретать краски, а в моих глазах снова появился блеск, когда нам принесли на редкость удачное Москаделло ди Монтальчино.

Я долго болтала с Антонио. С ним было очень легко и интересно – все же он один из крутейших виноделов Тосканы! Да, что там Тосканы – всей Италии! Сколько же он всего знает! Не зря я отправилась в эту поездку, и как великолепно все сложилось, когда по дороге в прибрежный городок маркизов и баронов, именуемый Болгери, у моей машины спустило колесо. Я бы долго с ним возилась, если бы не мой принц – Антонио, который проезжал мимо и великодушно решил мне помочь, а затем на следующий день пригласил посетить его прекрасную винодельню. Какие виды на виноградники и чарующие Тосканские холмы открывались с территории этой усадьбы! Что же может быть восхитительнее? Сама жизнь нас свела, такие встречи предначертаны судьбой. Я это знаю, я чувствую всеми фибрами своей души! Не зря я столько мучилась с другими мужиками. Стану итальянкой, займусь виноградниками. Точно! Я же в детстве одни макароны лопала, какая я, оказывается, прозорливая была, сердцем чуяла, что мне нужно в Италию.

– Полина, ты прекрасный собеседник! – произнес Антонио, вернув меня мысленно обратно в бар. – Ты так внимательно меня слушаешь!

– Просто всё, что ты рассказываешь, мне безумно интересно!

– Да? Это замечательно, – и он взял меня за руку. – Мне кажется, что наша встреча не была случайной, это все звезды! – а затем залепетал что-то по-итальянски.

– Ты читаешь мои мысли, Антонио! – и я тут же закивала головой. – Я именно об этом думала сейчас!

– Вот уже целую неделю мы разъезжаем с тобой по тосканским виноградникам, и знаешь, я словно заново для себя открываю все эти места, хотя живу здесь с семи лет! Это все благодаря тебе!

– Как приятно это слышать от одного из самых крутых виноделов Италии! – и я мило захлопала глазками. – А где ты родился? Где жил до того, как приехал сюда?

– Так ведь я южанин из Абруццо! Странно, что я еще не рассказывал тебе об этом. Вся моя семья живет там, ведь у нас в этом регионе огромное палаццо и виноградники. Я же потомственный князь Бортезе!

Я тут же расплылась в улыбке! Это мой джек-пот, пам-парам-пам-пам! Кажись, в моей жизни все наконец-то схлопнется самым наилучшим образом. Еще пару дней, и он сделает мне предложение! Я это чувствую, а почему бы и нет? Отец моей подруги сделал ее маме предложение на второй день знакомства! Да, и такое случается в этой жизни, а мы уже целую неделю общаемся. Это же сколько раз у него была такая великолепная возможность, которую он до сих пор почему-то не реализовал. Моя свекровь будет княгиней! Скажи кому – ведь не поверят! Интересно, а если мы начнем с ней ссориться, то по какой причине? Явно не из-за недоваренных макарошек, скорее всего, из-за какой-нибудь княжеской тиары, которая не подходит к выбранному платью, потому что с ним носят только диадему. По правде говоря, я даже не знаю, в чем разница между диадемой и тиарой, какой ужас! Сколько нюансов мне предстоит выучить, а это я еще про столовые приборы молчу. У них наверняка во время ужина на столе лежат минимум по пять вилок и ложек разных размеров – и с каких начинать? Я посмотрела на приборы, которые мне подали к флорентийскому стейку, и стала перечитывать зубчики на вилке.

– Полина? Что ты делаешь? – изумленно посмотрел на меня Антонио.

– Пересчитываю зубчики! Говорят, это как-то связано с тем, какое блюдо тебе подают!

– Интересно! – и он ухмыльнулся. – Никогда ранее не заморачивался на эту тему!

– Правда? А сколько вилок у тебя дома обычно используют во время ужина?

– Одну!

Я радостно выдохнула и отодвинула приборы в сторону. Одной головной болью меньше, хотя с тиарами и диадемами мне еще предстоит разобраться!

– Я, кстати, остановился в этом отеле, – вдруг загадочно произнес Антонио, и на его лице промелькнула лукавая улыбка, – И привез с собой пару бутылочек супертосканы 70-х годов!

А это куда интереснее, чем зубчики на вилке пересчитывать.

– Пожалуй, ты сейчас произнес самые сексуальные слова, когда-либо сказанные мне! – тут же ответила я, почувствовав, как сильно заколотилось мое сердце. – Супертоскана 70-х годов! Где ж мне еще доведется такое попробовать!

– Только в моем номере! – ответил Антонио, и мы вышли из-за стола.

* * *

Не могу назвать этот номер самым красивым из тех, в которых мне доводилось останавливаться, но он был довольно просторным. Посреди комнаты стояла огромная дубовая кровать. Окна выходили во внутренний дворик. Я вышла на маленький балкончик. В глаза тут же бросилась пожарная лестница, на которую можно было выйти из ванной комнаты, и я сразу же вспомнила свою первую встречу с Адрианом. Тогда мне пришлось воспользоваться этим нехитрым приспособлением, чтобы прокрасться на чужую свадьбу – именно в тот самый момент мы и познакомились.

На мой взгляд, потомственный князь мог бы выбрать для себя что-нибудь и получше! Может, он из разорившегося, но благородного рода? Что ж, это не страшно, ведь я со своей смекалкой обязательно смогу подправить ситуацию! Сделаю нас звездами соцсетей, заведу мегапопулярную страничку под кодовым названием «счастливая княжуля» и буду снимать разные видео из нашего палаццо в Абруццо.

– А вот и первый образец! Это Тиньянелло! – воодушевленно сообщил Антонио, вернув меня в номер отеля. – Ты ведь в курсе, что прежде вино с этого виноградника выходило в продажу как Кьянти Классико. Это было до того, как винный дом Антинори перевел его в разряд супертосканы.

– Оно восхитительно! – прошептала я, закрыв глаза от блаженства и вслушиваясь в букет. – Какие нюансы, табачные нотки, лакрица, оттенки кожи, чувствую лакокраску… – и я тут же сделала глоток. – Танины мягкие, очень тонкие, а вот кислотность! – и я замерла, открыв глаза.

– Что с ней не так? – поинтересовался Антонио, уже целуя меня в шею.

– Она слишком ярко выражена, – печально ответила я и снова подумала, что Шато О-Брион было моему сердцу гораздо милее.

– У меня есть бутылка шампанского! – произнес Антонио. – И еще кое-что интересненькое и нестандартное, думаю, тебе понравится!

С другой стороны, какая разница, какая там кислотность, ведь мне сейчас явно будет не до нее! Я расстегнула платье, продемонстрировав свою новую обворожительную комбинацию.

– А где шампанское? – вдруг зачем-то спросила я, глядя на обнаженный торс Антонио.

– Возле кровати на тумбочке! – заманчиво сообщил он, и я подошла к огромной старинной кровати, рядом с ней и впрямь стояла знакомая бутылочка. Я взяла ее в руки, и мое лицо тут же помрачнело – шампанский дом Этьена! Что ж это такое – словно прошлое преследует меня по пятам!

– Все в порядке? – удивленно спросил Антонио. – Тебе не нравится этот бренд?

– У меня с ним связаны кое-какие воспоминания, – завуалированно ответила я.

– Ну, тогда кинь ее под кровать, пусть там валяется. Ведь то, что сейчас будет происходить, не для ее ушей! – и в глазах Антонио появился какой-то нездоровый блеск.

– И что же такого может произойти?! – немного испуганно спросила я, подумав о том, что под кровать я ее уже однажды отправляла и ничем хорошим это тогда не кончилось.

Антонио подошел к шкафу и, резко дернув за ручки, распахнул настежь. Мои глаза тут же увеличились от удивления в несколько раз.

– Да это же «50 оттенков серого» в миниатюре! – проблеяла я. И тут же вспомнила, что сидя в ресторане, размышляла над тем, что в моей жизни «все наконец-то схлопнется», но не думала, что эти слова будут восприняты столь буквально. Неужели для этого сперва потребуется похлопать по мне какой-нибудь кожаной плеткой, чтобы в результате получить желанное предложение руки и сердца? От одной этой мысли я чуть было не прослезилась, мне стало безумно жалко себя.

– Люблю эксперименты! – произнес мой «мистер Грей» – Такой девушке, как ты, это обязательно понравится!

Я нервно засмеялась и принялась обратно застегивать свое платье.

– Не думаю! Вообще-то в этих вопросах я довольно консервативна, как регион Шампань. Уже 300 лет производят свои игристые вина одним и тем же классическим способом, вот и я приверженка классики.

– Полина, перестань! Всё в этой жизни надо попробовать, ну иди же ко мне!

Антонио начал медленно приближаться, в то время как я пятилась от него в противоположную сторону. Затем он сделал резкий шаг вперед, что спровоцировало меня бросить в него бутылку шампанского, которую он ловко поймал, но, судя по его лицу, не на шутку испугался за ее целостность. Бежать мне было особо некуда: либо на балкон, либо в ванную. Схватив свою сумочку, я ринулась в уборную. Антонио кинулся ко мне через кровать, успев вцепиться в подол моего платья. Тут же послышался звук рвущейся ткани, я быстро скинула с себя обрывки платья и заперлась в туалете.

– Полина, вылезай оттуда! Если не хочешь, то не будем играть в эти игры! Ну же!

Я сидела на крышке унитаза в обнимку со своей сумкой и с ужасом смотрела на дергающуюся ручку дверцы. Прекрасные образы «счастливой княжули» тут же разбились вдребезги. Максимум, что мои многомиллионные подписчики смогли бы увидеть на моей страничке, лишь этот бачок далеко не самого дорого унитаза.

– Полина, прекращай! Мы же взрослые люди!

Конечно, взрослые, а я, видимо, не только взрослая, но еще и полная дура! Из открытого окна на меня подул свежий вечерний ветерок, и я тут же подскочила. Пожарная лестница, ну конечно же! Моя любимая пожарная лестница. У меня ведь вся семья работает в пожарной бригаде, даже бабушка! Кажется, я именно так врала Адриану в первый день нашего знакомства, только тогда я спускалась навстречу своему будущему О-Бриону, а сейчас бегу от этого прокисшего Брунелло. Я настежь распахнула окно – лазать по пожарным лестницам мне не впервой, опыт уже имеется – приобретенный на свадьбе Люка и Камиллы! Какие же грандиозные навыки я умудрилась нажить к своим двадцати шести годам – Джеймс Бонд и Маугли отдыхают. Они, в отличие от меня, не убегали от извращенца в одном нижнем белье, хотя, что касается Маугли, то он мой внешний вид воспринял бы вполне адекватно! Возможно, даже одобрил бы. Сам примерно в таком же везде появлялся.

Я быстро стала спускаться по ржавым ступенькам. Пальцы скрючились от страха, так что не сразу разогнулись даже после того, как я наконец-то оказалась на земле. Сообразив, где выход, я тут же направилась в сторону главной улицы Виа Медичи, обогнув несколько помоек на заднем дворе отеля. Видимо, по этой улице когда-то торжественно проходили Тосканские герцоги и банкиры из династии Медичи – этим она и прославилась, а теперь ее прославлю еще и я, прогуливающаяся по ней в неглиже и в не столь торжественной обстановке! «Так, Полька, главное: веди себя совершенно естественно. Сейчас вечер и на тебе вечернее платье! Все нормально, это мода такая дурацкая – платье в виде комбинации, и вообще я готовлюсь к Хэллоуину, на мне костюм Спящей красавицы, которая проснулась не в самое удачное время», – повторяла я себе, но свисты, доносившиеся со всех сторон, и ругательства итальянских бабулек, не внушали мне уверенности в моих действиях. «У них трансвеститы по улицам спокойно разгуливают, и никто не обращает на них внимания, чем же их так сильно озадачил мой внешний вид? С другой стороны я отделалась от этого извращенца – ну разве я не молодец? И пусть у них у всех свистульки пообломаются, а я гордо дойду до своего отеля!» Как только я смирилась со своим положением, мне сразу же стало хорошо и весело. На лице наконец-то заиграла улыбка, и я, гордо расправив плечи, послала несколько воздушных поцелуев седовласым итальянским дедулькам, уставившимся на меня с раскрытыми ртами. Что ж, их бабули еще скажут мне «спасибо» за эту ночь – пусть аппетит нагуляют. Стоило мне подумать об этом, как возле меня остановилась машина. Вначале, я испугалась, решив, что это полиция – не хватало мне еще и с ними сегодня познакомиться. Но успокоилась, когда заприметила старый маленький фиат, за рулем которого сидела молодая особа.

– Судя по всему, комбинация вам так сильно приглянулась, что вы решили ходить в ней одной, без платья! – произнесла девушка через открытое окно автомобиля и ее широкие брови радостно запрыгали.

– Девушка из магазина нижнего белья! – узнав ее, я тут же остановилась.

– Именно! Мой рабочий день закончился, так что могу подбросить вас до какого-нибудь ночного клуба или еще куда?

– Лучше «еще куда»! – ответила я, и почувствовала жуткое облегчение, оказавшись в ее машине. Роль «виагры» для флорентийских мачо, конечно, почетная, но жутко изнурительная и, самое главное, неоплачиваемая. – В мой отель на улицу Виа Пизана! Сегодня мне хватило приключений!

– Я уж вижу, – засмеялась девушка, – Платье, судя по всему, все же вырвалось на волю!

– Да, но ваша комбинация спасла меня в прямом смысле слова!

Был один приятный момент во всей этой истории. В моем отеле меня сравнили с Джулией Робертс из фильма «Красотка», когда я в неподобающем виде появилась в холле и гордо прошла к лифту. Печалил лишь тот факт, что такого кавалера, как Ричард Гир, со мной все еще не было.

Глава 2
Наставления

«Очередной левый принц!» – подумала я, просматривая фотографии со своей итальянской поездки, сидя перед компьютером. С итальянскими мужчинами мне явно не везет. Единственное, что останется в моей памяти на всю жизнь – так это прогулка по центру Флоренции в одной комбинации. Девушка с широкими бровями из магазина нижнего белья сделала на телефон несколько снимков, когда я гордо вышагивала по Виа ди Медичи, и я тут же закачала их в свой ноут, чтобы получше рассмотреть все нюансы. На одной из них на заднем плане видны две колоритные итальянские старушенции, широко раскрывшие свои рты от удивления – одна из них даже начала трясти своей тростью, а вон те двое парней очень даже приятной наружности с интересом меня рассматривали. Если я отправлю эти фотки месье Х в Бордо, то уверена, что он и их радостно использует в создании этикеток для своих новосветских вин. Тем более, он недавно мне звонил, интересовался не влипала ли я еще куда-нибудь? Видишь ли, ему и его американским партнерам нужно вдохновение, они запускают новую линейку игристых. Может, порадовать его и отправить несколько снимков? Такие даже на профессиональной фотосессии специально не сделают.

– Фотографии просто огонь! – произнесла я, показывая их маме. – Угораздило же меня в одном нижнем белье прогуляться вечером по Флоренции.

Мама довольно спокойно отреагировала на них.

– Ну, так ты делаешь это уже не в первый раз!

– Ты о чем?

– А разве ты забыла, как во время одной из первых заграничных поездок – кстати, тоже по Италии – я купила тебе красивую белую ночнушку в цветочек?

– Да, была у меня, вроде бы, такая, и что?

– А то, что она так сильно тебе понравилась, что по центру Рима ты разгуливала только в ней одной и в розовой кепке с надписью «Я люблю Прагу»! В таком виде ты даже успела несколько раз прошмыгнуть через Святые Ворота Ватикана, прежде чем их закрыли на двадцать пять лет!

Я озадачено посмотрела на нее.

– Надеюсь, их закрыли не из-за меня?

– Нет, конечно! У нас даже сохранились фотографии, как ты в одной ночнушке и розовой кепке стоишь возле римских развалин и Колизея, словно тебя в тот день вместе с этими развалинами и откопали. Кстати, бабушка тогда купила себе точно такую же, хорошо, что вы обе не нацепили их в один день!

– Это в тот год Папа Римский отрекся от своего престола? – слегка побледнев, озадачено спросил я.

– Нет, это произошло в другой год, так что не переживай! Видимо, тебя одной им было не достаточно для этого, – быстро сообразив, к чему я клоню, ответила мама – Вот если бы тогда еще и бабуля присоединилась к твоей затее, то кто знает, чем могла бы закончиться вся эта авантюра, да и судьба всего Ватикана!

Мы тут же рассмеялись.

– Значит, в неглиже я уже успела пройтись по Риму, Ватикану и Флоренции?

Мама одобрительно кивнула головой.

– С определенной периодичностью ты любишь это делать, но почему-то только в Италии!

– Я стабильна, и это тоже неплохо! Кстати, а посылок от Адриана никаких больше не было? – как бы ненароком поинтересовалась я.

С момента моего возвращения из Бордо, он периодически пытался наладить со мной контакт, посылал подарки, а еще сладости. Черт возьми, если цветы я еще могла бы выкинуть (правда, не делала этого, а пересылала втихаря своей племяннице, чтобы поднять ее самооценку), то отказаться от сладостей у меня не поднималась рука. Точнее, она поднималась, но только чтобы запихнуть их себе в рот. За десять дней пребывания в Италии я умудрилась похудеть, да, похудеть в самой «гастрономически-развратной» стране мира, потому что никто не отправлял мне туда никаких сладостей! Но я знала, что они ждут меня здесь, в Москве. Хотя, может быть, не добившись взаимности, он просто так мстил? Жестокая и сладостная месть? Или у него поменялись вкусы, и теперь он предпочитает девушек в теле, поэтому старается, чтобы я набрала несколько лишних килограммов?

– Так, что там с подарками? – в очередной раз поинтересовалась я. Судя по всему, у меня развилась десертозависимоть! В моей семье все боялись другого: что у меня появится винозависимость, но оторвать меня от вина как нечего делать. Мне интересен букет, его нюансы, как оно раскрывается, оттенки во вкусе, а дальше все… можете допивать хоть всю оставшуюся бутылку, но вот отказаться от десерта я не могла, и Адриан знал о моих маленьких слабостях!

– Больше не присылал, – коротко ответила мама, и я тут же бросила на нее удивленный взгляд.

– Что совсем?

– Именно! Видимо, он наконец-то плюнул на тебя!

А эти слова больно вонзились мне в сердце. Плюнул на меня? И это учитывая тот факт, что я целый год выискивала его во Франции, а он даже и девяти месяцев не продержался! Слабак! Как можно было на меня плюнуть? Да он, по правде говоря, и не старался. Мог бы включить свою французскую сообразительность. От моих грустных мыслей меня оторвал неожиданный звонок по скайпу. На мониторе появилась радостная фотография Камиллы. Как давно мы не общались!

– Камилла, привет! – я громко завопила в микрофон, широко разведя руками по сторонам. – Рада тебя лицезреть! Шикарно выглядишь!

– Спасибо, Полина! Смотрю, ты тоже цветешь. Звонила тебе на той неделе, но твоя мама сообщила, что ты отправилась в Италию. Как поездка прошла?

– Плодотворно! – коротко ответила я. – Как видишь, уже вернулась, – мне не особо хотелось вдаваться в подробности этого путешествия, тем более, что я до сих пор так и не решила, отправлять ли свои развратные фотографии месье Х, чтобы раскочегарить его вдохновение, или нет. – Как Люка? Маленький Поль? Я так соскучилась по вам!

– О, они превосходно! – радостно закивала Камилла. – Хорошо, что соскучилась, ведь у тебя будет повод навестить нас в самое ближайшее время!

– Да, я давно уже собираюсь, обязательно, как-нибудь…

– Никаких «как-нибудь»! – меня перебил знакомый звонкий голос, и в мониторе замелькала пышная кучерявая голова бабули Ниннет. Слегка отодвинувшись в сторону, Камилла пропустила ее к компьютеру. – Полина, ты меня слышишь? Никаких «как-нибудь»! – громко повторила она.

– Здравствуйте, бабуля Ниннет! Вы прекрасно выглядите!

– Ой! – произнесла она, недовольно поморщившись, и усиленно замахала рукой перед своим носом, словно почувствовав какой-то неприятный запах – Как я не люблю эту фразу! Хорошо, что не произнесла – «вы так хорошо держитесь», тогда мои руки точно дотянулись бы до тебя, несмотря на столь дальнее расстояние! Я всегда великолепно выгляжу, на все свои сорок с хвостиком… – и она сделала небольшую паузу, улыбнувшись собственной шутке – В общем, Полина, ты должна нас обязательно навестить, ведь я скоро выхожу замуж!

– Опять? – и я с изумлением застыла на месте с растянутой на лице улыбкой.

– Полина, что значит опять! – с негодованием произнесла бабуля Ниннет. – Я наконец-то нашла любовь всей своей жизни, а ты: «опять»! Тем более, последние пять лет я ни за кого замуж не выходила.

– Она крутая! – прошептала Камилла и, игриво подергивая своими бровями, показала мне большой палец вверх.

– И какой по счету это будет для вас брак, бабуля Ниннет?

– Я что, их считаю? – проворчала она. – То ли шестой, то ли седьмой – какая разница! В общем, через месяц я выхожу замуж, Робер сделал мне предложение, – и она продемонстрировала мне элегантное кольцо с ярким рубином на своем безымянном пальце. – Поэтому ты должна обязательно приехать. Возражения не принимаются!

* * *

Весь оставшийся день в моей голове крутилась последняя фраза бабули Ниннет, а точнее несколько ее фраз. Во-первых, она даже не помнит, какая это у нее по счету свадьба: то ли шестая, то ли седьмая, в то время как у меня разводов было много, а свадьбы еще ни одной. А во-вторых, тот факт, что «возражения не принимаются». Как так? У меня теперь свой бизнес, свой проект, который почти не отпускает меня, так как сейчас, в начале его становления, все мои силы уходят на его раскачку. Я не могу позволить себе два отпуска подряд! И тут меня охватила жуткая паника. А ведь Адриан тоже будет на этой свадьбе и приедет туда наверняка не один! Если он и впрямь плюнул на меня, то явится на торжество в сопровождении своей новой пассии. Какое унижение, ведь на меня все будут смотреть, как на побитую кошку! Неужели я и впрямь больше не интересна ему? Шестая свадьба? Несчастные взгляды Камиллы и всей ее семьи – мне же ведь не с кем туда отправиться! Я лихорадочно искала причины, которые могли бы меня освободить от этой поездки в Аркашон. Ведь я же могу приехать в любое другое время и поздравить ее после этого грандиозного мероприятия!? У меня же и впрямь очень много работы – повод не приезжать более чем уважительный! Я просто не могу там появиться!!!

Усевшись на широкий подоконник в своей комнате, я устремила взор вдаль, погрузившись в раздумья. Если бы я вышла замуж за своего первого ухажера, то как бы сейчас сложилась моя жизнь? Ведь Арсений был очень хорошим, добрым, вот только все время играл в компьютерные игры. Тогда меня это жутко бесило, а сейчас кажется – идеальный мужчина!? Ведь я столько времени провожу на работе, а он не требует к себе никакого внимания. Удобно! Уходишь на работу – он сидит за приставкой, приходишь – он снова сидит за ней же, ему только на кухне надо было бы еду оставлять и чипсы с пивасиком иногда покупать! Фу… какая гадость.

А с другой стороны, никто не претендовал бы на мои дорогие бутылочки. Да, приготовить ему еды, убрать потом за ним эту еду, постирать одежду… все как за маленьким ребёнком, подгузников только не хватает. Хотя годам так к восьмидесяти у меня добавилась бы еще и эта важная функция: проверять, не описался ли он, сидя за своей приставкой! Да, наверное поэтому мы и расстались. Быть нянькой-домохозяйкой для взрослого мужика – это явно не моя мечта.

Если сравнивать его с вином, то мой первый молодой человек был, как Божоле Нуво! Такое сочное, ягодное, молодое, но очень быстро портящееся и простое, а это познается в сравнении, в особенности, если тебе повезло, и ты вкусила нечто более достойное и интересное. Артур был, конечно же, гораздо лучше, в винах разбирался, но ведь всегда всё забывал! Однажды забыл о нашей годовщине, а я целый час прождала его в ресторане одна. Сказал, что подарок потерял и бегал в поисках нового, а по факту – банально забыл! Годам к восьмидесяти, когда он вообще ничего не будет помнить, ситуация, конечно же, выровняется, и его забывчивость будет оправдана сама собой! Но ведь если и с ним дело до подгузников дойдет, то он и о них забудет, и мне снова придется все проверять, как за Арсением. Итог одинаковый! И вот, я опять остаюсь с бокалом Божоле, только на этот раз более высокой категории, с выдержкой и даже с неким потенциалом, так скажем: с Божоле-Вилляж – эта категория уже явно круче, чем простое, банальное «Нуво». Ну, а что с Антоном? Он ведь так ухаживал: какие были подарки, цветы, ночи… и такой загадочный. В данном случае, он хоть и Божоле, но премиальное. Я бы сказала, с отдельного крутого виноградника Крю де Божоле (к примеру, с Бруйи). Вино, которое обладает еще более сложными нюансами, богатыми оттенками и большим потенциалом к выдержке – да, терпения ему было не занимать. У него был только один огромный минус: он постоянно мне врал! Врал, что вино любит, а сам пиво глушил, а еще он со страху все время бегал в туалет. Так что если бы мне и с ним посчастливилось дожить лет до восьмидесяти, то и здесь пришлось бы все проверять, как за Арсением или Артуром. Возможно, было бы и того хуже, ведь с возрастом люди становятся пугливее.

Мне наконец-то пресытилось представлять всех своих бывших в подгузниках, и я, дабы скрасить свой одинокий вечер, вытянула наугад одну из бутылочек, мирно стоящих под окном. Ею оказалась Божоле! Из всей коллекции я вытянула именно ее! Что ж, если всё и впрямь так плохо, то придется снова брать инициативу в свои руки. Ибо, как сказал великий советский ученый Мичурин: «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее – наша задача!»

* * *

Надо было решить проблему номер один, поэтому я перерыла всю квартиру, изучила все шкафы, ящики, посмотрела даже в туалетном бачке, хотя понимала: это исключено. Ни одной новой подарочной коробочки мне так и не удалось найти, ни одной новой вкусняшки, а ведь еще месяц назад он присылал по несколько разных коробок. Маме и тете это, правда, жутко не нравилось, поэтому они периодически съедали их сами или отправляли моей племяннице для поднятия ее самооценки. Может, и сейчас они поступили точно также? А если Адриан и впрямь мне больше ничего не отправлял? Я готова была уже кинуться на улицу, чтобы перерыть там все общественные мусорки, но в этот момент раздался звонок в дверь: на пороге стоял курьер с подарочным набором! Я облегченно выдохнула.

* * *

Миндальные круассаны – это самое вкусное лакомство на свете, если не считать марципаны, а еще шоколадные трюфели, безе и, конечно же, вот эти французские макароны, которые я получила вчера вечером! Я снова взяла в руки маленькую розовую коробочку с шелковой ленточкой и обнюхала ее со всех сторон. В ней еще сохранялся этот божественный аромат свежих «макарошек», и он так манил и притягивал, что я готова была съесть еще и эту коробочку. Пребывая в полном блаженстве и размышляя, с каким вином могли бы быть съедены эти лакомства, я уже открыла рот, но в этот момент вдруг раздался до боли знакомый голос, и я выплюнула коробку.

– Что творится с твоей дочерью? Все гораздо хуже, чем я представляла!

В дверях появилась моя мама и ее сестра – тетя Вера, которая, скрестив руки, недовольно поглядывала на пустые коробки из-под сладостей. На самом деле звали ее совсем иначе, но за сильную веру во всех женатых и неженатых, работающих и безработных, старых и молодых, а еще «козла» старшего бухгалтера с ее предыдущей работы и прочих представителей далеко не самого сильного пола, она окрестила себя Верой.

– Он снова присылает ей конфеты?

Тетя окинула меня своим пронизывающим холодным взглядом, и мне тут же стало стыдно, не знаю почему – словно мне снова десять и я, видимо, нашкодила, сама того не заметив.

– Да, никак не угомонится! – пояснила мама. – Он пытается загладить свою вину всеми возможными способами, присылает ей дорогие вина, которые она складирует под столом, и коробки со сладостями!

– Судя по всему, ты все же простила его, если продолжаешь принимать все эти дары? – удивленно спросила тетя, но я предпочла промолчать и лишь гордо отодвинула от себя очередную коробку с венгерскими марципанами. Понятия не имею, откуда он их достает, но они просто божественны. И, сделав вид, что меня совершенно не волнует этот разговор, я принялась пересчитывать бутылки под столом.

– Нет, – ответила за меня мама. – Хотя вчера вечером на нее нашла хандра, и она вспоминала всех своих бывших, представляя их почему-то исключительно в подгузниках.

Я бросила на нее обиженный взгляд, ведь подслушивать – это некрасиво. Поджав губки сильнее, я с еще большим усердием взялась за подсчет бутылок.

– Видимо, у нее были на них большие планы, – пояснила тетя.

– Не уверена. Она окрестила их фразой «Божоле в подгузниках», поэтому не думаю, – добавила мама. – Не знаю, вошел ли Адриан в эту уничижительную детсадовскую группу, но она сжирает все, что доставляет ей курьер! Причем выработав довольно интересную тактику: первая порция сладостей уходит примерно с 10.00–12.00, а оставшиеся, доедает поздно ночью, и обычно под одеялом, дабы ее в этом никто не уличил!

Я открыла рот, но в этот раз уже не для того, чтобы в него что-то запихнуть, а от переполняющего меня негодования.

– Ей почему-то невдомек, что по утрам она просыпается вся в шоколаде, и догадаться несложно, чем именно она занималась всю ночь! А еще она уже два раза втихаря перешивала пуговицу на своих джинсах! – закончила мама, и в эту секунду я почувствовала, что это был полный нокдаун.

– Они сели после стирки! – оправдываясь, выкрикнула я. – Да, такое иногда случается с хлопковыми вещами!

– Кого ты пытаешь обмануть, деточка, родную мать?

Да, переплюнуть ее еще никому не удавалась, максимум моей тете, и то далеко не всегда. Я не буду вдаваться в глубокие описания своей мамы, дам лишь одну характеристику, которая расставит все точки над «и». Когда молодые люди уступают ей место в общественном транспорте, она гордо усаживает их обратно со словами, что она не в положении.

– Знаешь, если так пойдет дальше, то ты попадешь в передачу «Семья весом в тонну»! – угрожающе произнесла тетя.

– Мне далеко до этого, – тут же отмахнулась я. – Так что этими речами вы меня не запугаете!

Тетя на минутку о чем-то призадумалась. По ней всегда было видно, когда в ее голове начинали роиться какие-то подозрительные мыслишки. В эти моменты она слегка хмурила свой лоб, приподнимала левую бровь, а ее взгляд становился совершенно отстраненным.

– Точно! – вдруг радостно произнесла она – Я возьму тебя с собой в Баден! В скором времени я отправляюсь с подругами в Баден-Баден, термальные воды пойдут тебе на пользу!

– А мне? – поинтересовалась мама.

– И тебе тоже!

Я тут же раскашлялась, почувствовав, что эта был спазм, вызванный моим внутренним негодованием:

– Какой к черту Баден! Я никуда не поеду, я останусь здесь!

– Тогда… – произнесла тетя, поджав губы, и резко замолчала. – Тогда я сама сниму про тебя сюжет и отправлю в передачу «Семья весом в тону»!

– Ха! Не дождетесь, у меня метаболизм хороший!

– Прошу заметить, сестра, – спокойно произнесла моя мама, – что к нашему возвращению из Бадена пуговица – и она достала те самые позорные джинсы из моего шкафа – будет передвинута еще на несколько миллиметров!

– Надевай! – скомандовала тетя, кинув джинсы на мою кровать.

– Не буду!

– Надевай! – рявкнула она. – Хочу оценить твой внешний вид! Может, этому Адриану все же надоест присылать тебе сладости после того, как он увидит твой зад?

– У меня самый прекрасный на свете зад! А присылать точно не перестанет! – тут же ответила я, нехотя натягивая джинсы. – Я год за ним гонялась в этом Бордо, а конфеты мне доставляют всего второй месяц!

– О! Тогда участие в этой унизительной передаче тебе точно обеспечено!

– А вот и нет! – ответила я, прекрасно вписавшись в джинсы, пусть и со втянутым животом, но все же вписавшись. – Я великолепна! – гордо заявила я, красуясь перед тетей. – И у меня самый лучший зад на свете!

Стоило мне повернуться к ней пятой точкой, чтобы продемонстрировать великолепие своей стройной фигуры, как вдруг совершенно неожиданно раздался ужасающий треск на моей попе. Джинсы предательски лопнули в самом невыгодном месте и в самый неподходящий момент. Затем в объектив моего растерянного взгляда попала довольная ухмылка тети, и я услышала щелчок камеры. На ее телефоне появился жуткий компромат на меня и мою попу.

– Если не хочешь в Баден на терминальные воды, то оправишься прямиком в фитнес-клуб, чтобы привести себя и свои мысли в порядок, а иначе эту фотографию я отправлю не только Адриану, но и всем твоим бывшим ухажерам в подгузниках! – громогласно заявила она и вышла вместе с мамой из комнаты, а через пару минут в качестве устрашающего напоминания мне на телефон прилетела моя постыдная фотка.

* * *

Я сидела на диване и смотрела передачу «Семья весом в тонну», думая о том, что до такого состояния мне даже при всем желании не удастся докатиться. В одной руке я держала красивую коробочку с французскими макарошками, а в другой – венгерские марципаны, размышляя, что затея моей тети обречена на провал. Затем я вдруг услышала чьи-то тяжелые, медленные шаги, и через минуту в дверном проеме появилась довольная, но опухшая голова Адриана. При этом его челюсти активно работали, пытаясь что-то разжевать. Вначале в комнату ввалилась первая половина его туловища, которую он пытался пропихнуть полу боком, а затем и вторая. Мои глаза тут же расширились от удивления. Как он докатился до такого шарообразного состояния? Он ведь теперь и сам может стать героем этой программы! Словно прочтя мои мысли и заметив ужас на моем лице, он недовольно покачал головой.

– Во всем виновата твоя тетя! – произнес он хрипловатым голосом, все еще продолжая активно что-то разжевывать. Видимо, это было единственное, что он мог делать «активно» в таком состоянии. – Когда она прислала мне фотографию с огромной дырой на твоей красивой розовой попе и подписью «две большие макарошки рвутся на волю», я понял, что был не прав, высылая тебе столько сладостей, и, не жалея себя, тоже принялся их есть, чтобы ты не чувствовала себя одинокой и брошеной!

– Какой ты милый! – чуть не прослезившись, произнесла я, положив в рот марципан.

– Да, но проблема в том, что и ты не хотела останавливаться на достигнутом, и мы оба начали потреблять эти сладости в неимоверном количестве. Судя по всему, ты сейчас доедаешь последнюю в этой стране!

– Что за вздор ты несешь?! – усмехнувшись, произнесла я.

– А ты посмотри на себя со стороны! – ответил он, слегка приподняв руку в попытке указать мне на мои же ноги, но рука, под тяжестью собственного веса, высоко так и не поднялась. Лишь его указательный палец-сарделька, еле подергиваясь, не сдавался, пытаясь сохранить вектор направления руки, но и его надолго не хватило. Адриан тут же опустил руку, и я услышала его тяжелую одышку, словно он пробежал километр.

Мой взгляд вдруг упал на мой живот, и я с ужасом поняла, что он мешает мне разглядеть мои бедра. Выключив телевизор, я с опасением взглянула в черный экран и там в отражении… Это была трехсот килограммовая я, занимающая все пространство дивана, а то что было сбоку от меня оказалось не новомодными диванными подлокотниками, а как раз моими бедрами, растекшимися по всему сидению! Я испуганно посмотрела на Адриана, но он лишь поднес ко рту пустую, но уже обгрызенную коробочку из-под макарошек и запихнул остатки себе в рот со словами, что я – жадина, съела последнюю сладульку.

В эту секунду я завопила, нет, я истошно заорала – вот только собственного крика так и не услышала. Вместо этого послышалось слабое блеяние, от которого-то я и проснулась. Крик души вылился в жалобный стон. Какое счастье, что это был всего лишь ночной кошмар. Но на следующее утро я выставила курьера за дверь и, созвонившись с тетей, пообещала, что в самое ближайшее время запишусь в фитнесс-клуб и сделаю все что угодно, лишь бы эта фотография никогда не оказалась в руках Адриана!

Глава 3
Уроки

Моя кузина Юля, которой я все это время отправляла букеты и сладости от вымышленного тайного воздыхателя, стала что-то подозревать, в особенности после того, как в одной из коробок с венгерскими марципанами, она обнаружила записку со словами «От твоего О-Бриона, который так просто не отступит».

Если честно, то эти слова меня порадовали, а мама думала, что он сдался. Нет! Он крепкий орешек. «Все складывается гораздо лучше, чем я себе представляла» – подумала я, стянув один марципан из коробочки.

– Все складывается гораздо хуже, чем я себе представляла, – неожиданно выдала моя кузина, перечитав в очередной раз послание от Адриана. – Я умудрилась где-то подцепить назойливого дедульку, – и она с ужасом обхватила свою голову обеими руками.

От этих слов я чуть было не поперхнулась. Что значит «подцепить»? Глупая девчонка, ты попробуй сначала такого мужчину в действительности «подцепить», а потом уже переживай по этому поводу. Мне жутко хотелось ей так ответить, но я сформулировала свою мысль иначе:

– Дорогая, с чего ты взяла, что этот галантный и, судя по всему, очень целеустремленный молодой человек – назойливый дедулька?

– Полина, ты разве не видишь, что он мне прислал? – и она стала активно тыкать своим указательным пальцем в записку. – Он называет себя каким-то «О-Брионом»! Что это вообще такое? Откуда он выдумал этого персонажа? Из какой эпохи?

– Я думаю, что «О-Брион» звучит очень красиво и загадочно, и этот персонаж, безусловно, из современности!

– Из современности? – удивленно переспросила Юля. – Из современности кого? Диккенса? Современность – она другая: Натан, Слим, Мот, Джиган, Моргенштерн!..

– Ты сейчас это только что по-русски произнесла? – и я нахмурила лоб, впервые почувствовав себя не в своей тарелке из-за разницы в возрасте.

– Конечно, по-русски. И О-Бриона в этом списке нет, это, вообще, звучит, как на старославянском!

– Ты просто не знаешь старославянский, на старославянском это прозвучало бы «О-Бриошка». – спокойно произнесла я и мы тут же рассмеялись.

Юля была на восемь лет меня младше, и это было заметно. Если внешне разница в возрасте не так уж сильно бросалась в глаза, ибо ее косметика делала все необходимое, чтобы состарить свою хозяйку как минимум лет на пять, то вот по поведению и образу мышления с легкостью можно было догадаться, кто из нас старше. Вообще, Юля всегда была спокойной и скромной девушкой без особых запросов. Многие мои детские игрушки, а также любимые кофточки, юбочки и платьица, которые я бережно носила, в дальнейшим переходили ей. К счастью фигуры у нас похожие, так что с этим проблем не было. Правда, сейчас она выросла и, судя по всему, далеко не все, что я могла ей передать, теперь устраивало ее.

– Ну, а если отбросить все эти странные имена из мира научной фантастики, то, как у тебя обстоят дела на личном фронте? – я решила перейти к сути разговора, ради которого моя тетя, кстати, и попросила меня с ней встретиться.

– Не так радужно, как хотелось бы, – печально выдохнула Юля, и я наконец-то гордо расправила плечи.

– Тогда ты обратилась по адресу, ибо твоя старшая сестренка в этом профи! Я мастер, нет, я профи виртуозного соблазнения! – и я со знанием дела уверено качнула головой. – Поверь, я в таких местах умудрялась цеплять парней, что тебе и не снилось!

– Если ты про знакомство на похоронах, то бабуля мне уже поведала, как ты на поминках хороводилась с каким-то очкариком!

Я тут же скривила недовольную мину:

– Что я там делала?

– Хороводилась, – повторила Юля, но моя мина на лице осталась прежней. – Якшалась! – добавила она.

– Дорогая, из твоих уст эпоха Диккенса звучала, словно глоток свежего воздуха! – и я с грустью посмотрела на кузину.

– Ты это о чем?

– А о том, что тебе вредно столько времени проводить с бабушкой. Она хоть у нас и не «Бурановская», но тебя начинает кидать из современности с Моргенштернами в годы крещения Руси. Это нехорошо для молодой особы вроде тебя!

Юля печально поджала губки.

– И, между прочим, тот молодой человек, с которым я познакомилась на поминках, был не каким-нибудь там очкариком, а очень даже перспективной, хоть и недолговечной, партией! Он, кстати, оказался младшим братом самого Марка Цукерберга!

– У Цукерберга нет братьев! – спокойно заявила Юля.

– Да, поэтому я и уточнила, что «недолговечной», но это не меняет сути! В отличие от тебя я умею знакомиться где угодно и когда угодно! Поверь, иногда это бывает очень занятно!

– Мне бы твой талант, – и она тяжко вздохнула.

– Талант здесь ни причем! Этому можно научиться, вполне легко и быстро. Вот скажи, что является самым главным оружием любой женщины? – спросила я, и лукаво улыбнулась своей юной ученице.

– Бабушка говорит, что осанка, – ответила Юля.

– Если ты стоишь, то, может быть, и осанка, – немного нервно произнесла я. – А если сидишь, то что тогда? Что в первую очередь может зацепить любого незнакомого мужчину?

Она сделала удивленное лицо и еле заметно покачала головой.

– Глаза! – тут же выпалила я. – Как раз то, что ты сейчас прячешь от меня и от всех окружающих!

– А причем тут они?

– Глазами, моя дорогая, можно столько всего рассказать о себе и передать мужчине такие импульсы! А самое главное – для этого не нужна ни мини юбка, ни декольте! Взгляд может быть совершенно холодным и индифферентным, такой посыл говорит о том, что мне сейчас нафиг никто не нужен, – и я попыталась изобразить полное равнодушие ко всему происходящему вокруг меня. – А может быть холодным, но гордым и уверенным! И это будет означать уже совсем другое!

– Что? – с любопытством поинтересовалась Юля.

– Что я по зубам только крепким орешкам! Всяким там увальням точно не по адресу, – Я максимально выпрямила спину – бабушкин совет тут пригодился – и расправила плечи. Гордо обвела своим холодным взглядом весь зал, приподняв одну левую бровь, и надменно отвернулась от двух зевак, закатив глаза.

– Ух ты! – не сдержав эмоции, выдала Юля. – А еще какие бывают взгляды?

– Ну, к примеру, взгляд тигрицы, вышедшей на охоту! – ответила я, и продемонстрировала ей свой коронный номер: не отрывая глаз от одного молодого человека, я пикантно стянула языком со шпажки одну вишенку и, хитро улыбнувшись, подмигнула ему. Парень тут же занервничал и покраснел.

– Да, здесь главное не переборщить! – пояснила я, выплюнув косточку. – Мужики нынче пугливые пошли, поэтому жертву соблазнения нужно прощупывать внимательнее.

Юля тихо похлопала мне в ладоши.

– Если бабушка увидит этот «взгляд тигрицы», она такое со мной сделает, что я потом еще целый год ни с кем хороводиться не захочу!

Я недоверчиво посмотрела на нее.

– Если бы наша бабушка давным-давно не сымитировала взгляд тигрицы, то не только дедуля с ней не хороводился бы, но и нас с тобой на этом свете не было бы! Ладно, хватит болтать. Теперь твой черед зажигать, надо присмотреть для этого какого-нибудь симпатичного и внешне адекватного парня, чтобы ты потренировалась на нем.

Юля сразу же занервничала и отрицательно покачала головой.

– Мне кажется, что пока рановато! Может, ты еще кого-нибудь пособлазняешь, пока мы тут кофе пьем, а я понаблюдаю?

– Юля, не глупи! Если что-то пойдет не так, мы просто встанем и уйдем. Ты больше ни с кем из присутствующих здесь никогда не пересечешься.

В тот момент, когда я начала подбирать подходящего кандидата, в кафе зашло двое ребят, примерно ровесников Юли. Один был среднего роста, немного пухловат, но на вид весьма добродушный, второй – высокий брюнет с голубыми глазами.

– Мне кажется, что я нашла нужного кандидата, – прошептала я Юльке, еле заметно кивнув в сторону парней. – Как тебе брюнет?

– Ничего, – кротко ответила она, прикусив нижнюю губу. – Я не уверена, что смогу с таким справиться.

– Справишься! Если что, то я помогу!

Хоть Юля и согласилась выйти на охоту, но за все то время, что парни находились в кафе, лишь пару раз мельком посмотрела в их сторону.

– Я так не могу! – вдруг выдала она. – Когда ты рядом, у меня не получается расслабиться, ты все время следишь за мной!

– Хорошо, я на время отойду в уборную, но прежде дам тебе еще один маленький совет: представь, что это не ты его кадришь, а Шерон Стоун из фильма «Основной инстинкт», я раньше всегда так делала!

– Думаешь, поможет? – испуганно спросила она.

– Мне помогало! – и я, подмигнув Юле, вышла из зала.

Правда, в те годы в придачу к Шерон Стоун шла рюмка текилы, которая служила мне волшебной палочкой, по велению которой происходило моментальное перевоплощение из застенчивой Полины в пылкую голливудскую актрису. Немного повзрослев, я перешла на более элитные и благородные напитки: на вино, и научилась справляться уже самостоятельно, без участия Шерон Стоун.

Я сделала вид, что ушла в дамскую комнату, а сама, притаившись, стала подглядывать за кузиной из-за угла. Вначале она сидела совершенно спокойно, а затем, залпом допив свой латте, вальяжно расположилась в кресле, закинув ногу на ногу. Во взгляде появилась несвойственная ей ранее легкость и игривый настрой. Я одобрительно качнула головой – кажись, мои уроки не прошли даром. Юля мастерски встряхнула своими длинными волосами и обвела глазами весь зал, а затем что-то пошло не так. Она вцепилась взглядом в брюнета и, недолго думая, принялась очень быстро перекидывать ногу на ногу, постоянно меняя расположение своих длинных конечностей. В результате во время совершения такого странного ритуала в очередной раз, она случайно задела рядом стоявший стул, который с грохотом упал на пол. Сильно перепугавшись, Юля тут же вышла из образа неугомонной Шерон Стоун и весь свой нераскрывшийся женский потенциал снова запихнула куда подальше. Я тем временем решила понаблюдать за кузиной еще пару минут, хотя мне не терпелось выйти к ней на помощь. Немного успокоившись, она наконец-то набралась смелости и просто уставилась на брюнета, словно пытаясь загипнотизировать его. «Что ж ты творишь! Я же велела тебе смотреть на него, как тигрица, вышедшая на охоту, а не как удав на кролика!» Не выдержав Юлиного дебюта, я все же вернулась в зал и села рядом с ней.

– Походу, у меня ничего не получается, – с грустью заметила она. – Они не обращают на меня внимания!

– Ну, я бы так не сказала: когда ты выполняла трюк с ногами, то полресторана за тобой очень внимательно следило!

– А ты это видела? – покраснев, спросила Юля.

– Как твой учитель, я должна была оценить ситуацию со стороны, поэтому да, видела.

Я открыла меню и выбрала необходимый инвентарь для соблазнения: коктейль с трубочкой. Это всегда выглядит так мило и наивно, когда девушки сидят с такими коктейлями. Мне принесли стакан с густой розовой смесью, богато украшенной сверху взбитыми сливками и кокосовой стружкой. Прекрасно! Я приняла любимую позу, откинувшись на спинку кресла и осторожно, поддевая трубочкой небольшие порции сливок, стала подносить их ко рту и аккуратно слизывать кончиком языка. Не отводя глаз от нашей с Юлькой цели, я лишь изредка томно вздыхала. Юля тем временем продолжала гипнотизировать своим серьезным взглядом брюнета. Все же через несколько минут нашего совместного упорного труда он наконец-то обратил на нас внимание, а еще через пять решил подойти к нашему столику.

– Он идет! – нервно прошептала Юля и снова принялась быстро перекидывать ноги, пока я крепко не схватила под столом один из ее «инструментов» соблазнения.

– Извините, что обращаюсь к вам, дамы, – вежливо произнес он, – но, может быть, вам нужна помощь?

Не этот вопрос я ожидала услышать, поэтому еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. Видимо, у меня давно не было практики, но, уж коль он сам подошел, не отпускать же его!

– Помощь? Нам? Вы что… – раскрасневшись, начала Юля, но я тут же ее перебила.

– Безусловно, нужна! – и я мило улыбнулась. – Моей кузине совершенно не с кем пойти сегодня вечером в кинотеатр. У нее билеты пропадают, а я, к моему огромному сожалению, не могу составить ей компанию, приболела, – и я сымитировала легкие приступы кашля.

Парень тут же рассмеялся и на его лице появился легкий румянец.

– И на какой же сеанс вы должны были пойти сегодня вечером в кинотеатр?

– Да на любой! – быстро ответила я. – На данный момент наши билеты пока еще пропадают в кинотеатре, но вечером будут пропадать уже у нас!

– Что ж, тогда поступим следующим образом! – немного серьезнее произнес он, хотя улыбка все еще не сходила с его лица. – Мы с другом покупаем билеты, чтобы они попусту не пропадали в кинотеатре, а вы обе составите нам компанию. Возражения не принимаются!

Мы с Юлькой переглянулись.

– Ну ладно! Думаю, что мой кашель не столь серьезен.

* * *

У меня есть один очень странный инстинкт. Я засыпаю почти всегда, как только в помещении гаснет свет, и неважно, где я нахожусь – в планетарии, кинотеатре или на спектакле, сон накатывает мгновенно.

Сидя в удобном мягком кресле кинотеатра, я усиленно боролась со сном, безусловно, интрига, которая сохранялась на протяжении всего фильма, помогала мне в этом, но периодически мне приходилось пощипывать себя и менять позы ног.

– Я сразу понял, что вы сестры! – прошептал брюнет, расположившийся рядом со мной. – У вас даже движения одинаковые, ты постоянно перекидываешь ногу на ногу, как и твоя сестра.

Я тихо хихикнула, подумав о том, что эту привычку мы позаимствовали у нашей бабушки «Шерон Стоун».

– Да, только причины перекидывания разные. – произнесла я вслух.

– И какие же? – улыбнувшись, спросил он.

Если честно, то мне не хотелось говорить ему, что я банально засыпаю в этом кресле – решит еще, что я жуткая зануда, но и врать тоже не собиралась! Будучи еще в Бордо, я пообещала себе, что отныне стану говорить правду и только правду, поэтому, поразмыслив, ответила:

– Разминаю их таким образом, у меня стоячая работа! Я почти все время на ногах!

И это, кстати, была чистая правда, так как мастер-классы я проводила все время стоя. Мне казалось, что таким образом я гораздо лучше доношу до своих слушателей информацию.

– И кем же ты работаешь? – поинтересовался брюнет, но, стоило мне открыть рот, как он тут же перебил меня. – Подожди, не говори! Я сейчас сам угадаю: ты, наверное, модель.

Я смущенно засмеялась: так мне еще не льстили. С учетом съеденного количества марципанов и порванных джинс на пятой точке… Что ж, видимо, у него имеются серьезные планы на мой счет, раз он так хитроумно флиртует.

– Нет, не модель, любовь к круассанам не предоставила мне такой возможности.

– Может тогда стюардесса? – и он лукаво прищурил глаза.

Я вспомнила, как прикидывалась пару лет назад стюардессой на одном из своих свиданий.

– В прошлом были такие моменты в моей жизни, – завуалировано ответила я – Но, играла я стюардессу всего лишь в течение одного часа.

– Точно! – чуть не подпрыгнув, победоносно выкрикнул брюнет, вызвав негодование у рядом сидящих, а затем схватился за голову, – Как же я сам не догадался! Ты актриса! – довольный собой, он вальяжно откинулся на спинку кресла.

«В принципе, а почему бы и нет?» – подумала я и кивнула головой. В конце-концов моя работа подразумевает владение актерским ремеслом, так что в данном случае, я почти сказала правду! Ведь мои мастер-классы длятся целых два часа, и я порой действительно ощущаю себя настоящей актрисой, которая рассказывает, показывает, учит, да еще и развлекает своих слушателей.

– Театральная или киношная? – продолжил он.

Я на минутку задумалась.

– Театральная!

По театрам он вряд ли расхаживает, поэтому могу нести все, что моей душеньке угодно, а вот если бы сказала, что киноактриса, то начались бы допросы, в каких именно фильмах я снималась.

Парень гордо закивал головой.

– Круто, настоящая актриса! И кого именно ты играешь? В каком амплуа выступаешь?

– В комедийном, – не раздумывая, произнесла я. – Оно у меня получается наилучшим образом.

– Здорово! Мне вот всегда было любопытно: это призвание с детства или осознанное решение, которое ты приняла в более взрослом возрасте?

Я перевела на него задумчивый взгляд, стараясь сообразить, какое именно из решений, принятых мною недавно, можно было бы назвать осознанным.

– Это призвание с детства, – немного поразмыслив, ответил я. – С того самого момента, как я сыграла на утреннике непобежденную репку, которую так никто и не смог вытянуть, и пол детсадовской группы ревело, я поняла, что могу достучаться до каждого и вытрясти из него всю душу!

– Надо же! Оказывается, всего лишь один случай может столь сильно изменить жизнь человека, потрясающе!

– Да, в тот день изменилась жизнь многих, кто был со мной не утреннике.

– Круто, – протянул парень, – И в каких театрах ты играешь?

– В самых разных, – неразборчиво ответила я. Надо будет еще досконально продумать данную версию. – Пусть пока это останется маленькой интригой! Могу лишь сказать с уверенностью, что роль репки мне с тех пор больше никто не давал! – и мы оба тут же рассмеялись.

* * *

Должна заметить, что брюнет оказался вполне приятным и общительным молодым человеком, правда, моложе меня на несколько лет. Юля сфокусировала все свое внимание на его друге, которому она явно приглянулась, и после кинотеатра наши дороги разошлись. Я с брюнетом отправилась гулять по набережной, а кузина с новым ухажером решила засесть в кафешке. Надеюсь, что радикальные методы соблазнения от Шерон Стоун она отрабатывать больше не будет! Кстати, брюнет представился Олегом, и я радостно выдохнула, осознав, что ничего серьезного у меня с ним точно не может быть, и дело здесь не в возрасте. Ведь имена всех мужчин, с которыми я когда-либо встречалась, начинались на букву «А», так что Олег был не в счет. Я понимала, что с таким именем ему ничего не светит, поэтому с легкостью согласилась встретиться с ним еще раз на неделе.

– Ты первая девушка, которая не обратила внимания на мое имя, – вдруг произнес он, словно читая мои мысли.

– Поверь, это было первым, на что я, как раз-таки, обратила внимание! – уверено заявила я.

– Да? Просто, ты так спокойно на него отреагировала. Не думаю, что ты часто встречала мужчин с таким именем.

– Что-то я не пойму, – и я перевела на него удивленный взгляд. – Что с ним не так?

– Обычно все привыкли слышать «Олег», а мое начинается на букву «А» – «Алег», и имеет скандинавское происхождение. Когда я родился, мама решила, что я похож на викинга и дала мне такое нестандартное имя.

Я моментально замерла на месте, озадачено разглядывая Алега с ног до головы, словно повстречав его впервые.

– Вот! Именно такое поведение бывает у людей, когда они узнают о том, как меня зовут, – радостно заметил он, оценив мою реакцию.

Да уж, только викинга мне не хватало по жизни! Ох уж эти причудливые знаки судьбы: иногда пытаешься убежать от нее, а она все равно придумывает, как напомнить о себе. Я тут же вспомнила Адриана: когда я только познакомилась с ним, его имя мне также показалось странным. И почему я постоянно думаю о нем? Может, мне стоит первой позвонить ему?

Глава 4
Фитнес

Тетя сказала, чтобы я не благодарила ее за это. Если честно, то и не собиралась! Она подарила мне абонемент в фитнес, который расположен так далеко от моей работы, а она ведь знает, что я провожу в школе сомелье все свое свободное и несвободное время! Еще сообщила, что это – алаверды за Юльку, и что все ее крутые подружки занимаются в этом клубе. И как мне поможет данная информация? Мне ведь на самом деле глубоко все равно, где педали крутить, здесь или в каком-то другом месте, но если тете что-то взбрело в голову, то она так просто не отстанет! Ладно, в конце концов, после макарошек и марципанов я маленько поправилась, и мне не мешало бы сбросить лишний вес, а еще привести свои мысли в порядок!

В первый день тренировок я записалась на пилатес, ибо это было самым понятным из всех перечисленных занятий на сайте клуба. Я смастерила на макушке полурастрепанный пучок, нанесла минимум макияжа и отправилась в зал. Глубокая растяжка, расслабление, плавные движение в такт приятной и успокаивающей музыке – кажется, упражнения начинают действовать. Я погрузилась в состояние мира с собственными мыслями. Может, тетя была права, мне просто нужно было найти гармонию с самой собой, и я ее наконец-то обрела. Вот оно, то самое уникальное состояние «дзен», к которому стремятся миллионы людей долго и упорно! Мое лицо тут же расплылось в блаженной улыбке. Я продолжала выполнять все указания инструктора, как вдруг меня охватила жуткая паника и кровь прилила к щекам. Лежа на животе на мягком коврике, я заметила через стеклянную стену, отделявшую наш зал от тренажерного, силуэт мужчины, напоминающего мне Адриана. Что за бред? Какого черта он здесь делает? Это точно он? Мужчина направился к какому-то силовому тренажеру и принялся усердно качать бицепсы, а я тем временем продолжала машинально выполнять упражнения, повторяя за тренером. Через минуту к нему подошла какая-то длинноногая цапля, и стала с ним мило о чем-то ворковать. По его довольной физиономии было ясно, что это общение ему в радость. Значит, пока я воспитываю свою силу воли и пожираю его макарошки с марципанами, он зря времени не теряет, на два фронта работает!

– А теперь расслабимся в позе эмбриона! – произнесла инструктор, и мы уселись на наши пятые точки, вытянув руки вперед. Да, из такой позы наблюдать за ними гораздо удобнее, хотя, если бы я была чуть ближе, то смогла бы с точностью понять Адриан ли это, и заодно разглядеть эту особу, с которой он так энергично щебечет.

– Сейчас переходим к следующим упражнениям на животе, – сообщила инструктор, и я полностью опустилась на коврик, но из этого положения мне ничего не было видно, кроме нижней части тела впереди лежащей грузной дамы, которая заслоняла весь обзор своими полосатыми трениками!

– Новенькая, голову, пожалуйста, опустите на коврик! – крикнула мне инструктор, и я нехотя устремила свой взгляд в пол. Нет! Такая перспектива меня явно не устраивает! Я же вся изведусь, если досконально во всем не разберусь. Недолго думая, я вытянула вперед руки, которые аж вспотели от волнения, и, вжавшись ладонями в пол, плавно подтянула к ним остальную часть туловища вместе с ковриком. Так-то гораздо лучше. Со стороны, наверное, напоминало передвижение большой гусеницы, но это совершенно неважно, также как и неважен недовольный вид грузной дамы, лежавшей до этого передо мной. Ничего, потеснится! Она все равно почти ничего не выполняет, через каждые две минуты делает паузу для отдыха. Инструктор, заметив мою дислокацию, сердито наморщила лоб, но промолчала. Еще бы, у меня куда более серьезная задачка, чем выполнение упражнение «лодочка» на животе, которое я с детства терпеть не могла. Хотя сейчас я раскачивалась с особым усердием, дабы лучше разглядеть эту парочку. По правде говоря, я и не догадывалась, что могу так здорово раскачиваться вверх-вниз, лежа на животе! Вот что значит настоящая мотивация. Грузная дама, глядя на меня, попыталась подхватить мой темп, но через несколько секунд такой работы плюхнулась на пол.

– Не стоит выполнять это упражнение с такой интенсивностью, – подойдя ко мне, заботливо произнесла инструктор. – Такие сильные и резкие толчки могут быть травматичными для спины!

Мне пришлось послушаться ее и сбавить темп. К сожалению, все мои усилия оказались почти напрасными, так как мужчина, похожий на Адриана, и цапля снова перешли к другому тренажеру. А тут еще грузная соседка сбоку решила активизироваться и постоянно норовила задеть меня какой-нибудь частью своего тела. Как же все не вовремя!

– А теперь выполняем упражнение «плавание», – сообщила тренер. – Вытягиваем руки, ноги и быстро-быстро пульсируем!

Парочка, за которой я следила, в очередной раз поменяла дислокацию, полностью скрывшись из моего поля зрения. Не выдержав, я вытянула вперед руки и вновь проделала ползок гусеницы, только повторила это уже трижды и гораздо быстрее, что позволило мне оказаться возле стеклянной двери, откуда перспектива открывалась наилучшим образом.

– Что вы делаете? – с тревогой спросила тренер.

– Плыву! – тут же ответила я. – Так быстрее!

Еще она будет меня своими глупостями донимать – я же никому не мешаю, очень даже усердно все выполняю, насколько могу. Мужчина повернул голову в сторону нашего зала, и я наконец-то смогла разглядеть его лицо. Да, это был Адриан собственной персоной! Теперь понятно, почему тетя так усердно пыталась спровадить меня в этот фитнес. Он слегка прищурил глаза, всматриваясь сквозь стеклянную стену, и я моментально перешла в позу эмбриона, опустившись на пятую точку и, спрятав, голову между руками.

– Мы все еще плывем! – строго произнесла тренер, глядя на меня.

– Я уже доплыла, – спокойно ответила я и осторожно посмотрела в сторону Адриана, который взял цаплю за руку, и они куда-то проследовали.

Не вытерпев, я быстро поднялась на ноги и покинула занятие. Осторожно проследовав вглубь тренажерного зала, я аккуратно спряталась за какой-то высокой и мягкой конструкцией, которая с виду выглядела вполне безобидно, но в ту же секунду получила в голову от этой мягкой конструкции, да еще и с такой силой, что меня откинуло на пол. Перед глазами все поплыло. С плаванием я сегодня явно переусердствовала.

* * *

– Что эта идиотка делала возле боксерского мешка? Я уже десять минут здесь тренируюсь, как можно было его не заметить?!

До меня доносились обрывки чьей-то речи.

– Бедняжка, не повезло так не повезло!

– Кто-нибудь, принесите лед!

– Ее должен осмотреть доктор, он сейчас на месте?

– Я знаю эту девушку, я уже встречал ее…

– Меня знают, как приятно, – проблеяла я, лежа на полу. Голова жутко ныла, но я потихоньку начинала осознавать происходящее вокруг себя.

– Полина, ты как? Сколько пальцев видишь перед собой! – произнес знакомый мужской голос.

– Адриан, это ты? – простонала я – У тебя с пальцами все в порядке, все десять штук на месте, это я помню!

– Видимо, она бредит, – произнес все тот же мужской голос.

Видимо, я поторопилась с выводами и не начала лучше осознавать происходящее вокруг себя. Я протерла глаза руками, затем резко зажмурилась на несколько секунд и снова явила свои ясные очи этому прекрасному миру, оценивая обстановку вокруг себя. Надо мной нависли головы нескольких тренеров и посетителей фитнес клуба, одного из них я точно знала. Это был брюнет из кинотеатра со странным именем Алег, которое начиналось с буквы «А». Интересно, что он тут делает? Хотя, какая разница, уж если я даже его вспомнила и его странное имя, то это означает лишь одно – со мной все в полном порядке.

– Как ты себя чувствуешь, Полина? – серьезно спросил он.

– Вроде бы хорошо, – неуверенно ответила я.

– Ты ведь меня узнаешь? Это я, Алег?

Я ничего не ответила. Мне хотелось побыстрее убраться с пола, и я стала осторожно приподниматься. В этот момент в зале снова появился Адриан со своей цаплей, и у меня тотчас же подкосились ноги, но Алег удержал меня. Как хорошо, что даже в такой ситуации есть на кого опереться.

– Полина? – удивленно произнес Адриан, – Что ты здесь делаешь?

Ужас! Как же стыдно, я же не скажу ему, что это затея тети отправить меня в этот чертов фитнес клуб, а сейчас я, наверное, еще и выгляжу жутким образом. Будет глупо, если я начну оправдываться.

– Вы знакомы? – поинтересовался Алег, переведя взгляд на Адриана.

– И очень даже хорошо! – ответил он, скрестив руки на груди.

– Понимаете ли, Полину случайно задели боксерским мешком, и она, судя по всему, очень сильно ударилась головой, когда упала на пол, поэтому, наверное, не узнает вас сейчас.

Адриан с испугом посмотрел на меня. Я судорожно сглотнула слюну, но внешне продолжала сохранять полное спокойствие и молчаливо смотреть на него. В голову вообще ничего путного не приходило, словно из нее все мысли выбили! В любой другой ситуации у меня уже давно возник бы миллион вариантов, как ему ответить, но не сейчас.

– Она даже меня не узнает, – неожиданно добавил Алег.

Адриан тотчас же усмехнулся.

– А должна была?

– Ну, вообще-то, да! – спокойно ответил брюнет – Извините, мне необходимо отвести ее к врачу! – и, продолжая поддерживать меня за талию, вывел из зала. Я чувствовала на себе удивленный взгляд Адриана, он продолжал следить за нами.

Временная потеря памяти? Возможно, это далеко не самое плохое решение, чтобы начать все заново! Креативная, креативная Полька!

* * *

Пока Алег ожидал меня в коридоре, я сидела на стуле в кабинете врача. Это был пожилой статный мужчина в круглых очках и с аккуратно подстриженной седой бородкой. Настоящий доктор Айболит, именно таким я всегда его и представляла. Он внимательно осмотрел меня, заглянул в зрачки, померил пульс, давление и сделал очень серьезное выражение лица, затем тяжко вздохнул несколько раз и наконец-то вынес свой вердикт:

– Пульс у вас учащенный!

Я облегчено выдохнула. Еще бы, он так смотрел на меня все это время. Я даже удивлена, что у меня всего лишь пульс учащенный.

– Как общее самочувствие? Не мутит? Голова больше не кружится?

– Все хорошо, – спокойно ответила я.

– Давайте-ка еще раз померим вам давление на всякий случай! – и он снова обхватил мою руку манжетой от тонометра. Внезапно я услышала за дверью голоса Адриана и Алега, они о чем-то бурно спорили. Только этого не хватало. Я тут же почувствовала, как у меня заколотило сердце. Пульс и давление моментально поползли вверх, дверь резко распахнулась, и в кабинет ввались сразу оба.

– Все плохо! – покачивая, головой недовольно произнес врач. – С таким давлением только скорую вызывать!

– Так значит, ушиб был и впрямь столь сильным? – изумился Адриан. – Она действительно ничего не помнит?

– А вы как думаете, когда у человека давление 150 на 90! Такое давление у женщин может быть только во время вынашивания ребенка или сильного ушиба, вы, случайно, не беременны?

Я тотчас же окинула его недоумевающим взглядом. Ты что несешь, старый! Сейчас всех женихов мне распугаешь! И какое из двух зол я должна теперь выбирать: либо беременная, либо долбанутая?

– Я никого не вынашиваю, – процедила я сквозь зубы.

– Вы в этом уверены? Вы помните этих мужчин?

Сволочь! Если я скажу, что не помню, он будет настаивать, что я беременна или вызовет мне скорую, а если скажу, что помню и приперлась сюда, чтобы согнать лишние макарошки и марципаны, то афера с амнезией моментально закончится, не успев начаться.

– Если бы я была беременна, то в фитнес точно не пришла бы! – спокойно ответила я. – Может, я и не помню, кто эти молодые люди, – и я украдкой посмотрела в сторону Адриана и Алега, – но логика в действиях у меня все же сохранилась! – кажись, я нашла неплохой выход из положения.

– Я вспомнил! – вдруг вмешался Алег. – На прошлой неделе мы выпили пару бокалов красного вина за обедом. Полина сказала, что ей это помогает расслабиться перед спектаклем – в легком опьянении гораздо легче выходить на сцену! Значит, она точно не беременна! – и он тут же засиял.

– Ах! Так значит молодая особа актриса!? – удивленно приподняв брови, спросил доктор. – И в каких театрах вы играете?

Я пожала плечами, у меня же амнезия.

– В больших и малых! – ответил за меня Алег. Врач приспустил очки на кончик носа и странно уставился на него. – Она сама так рассказывала! – оправдываясь, произнес он.

– Значит, вы ничего не помните! – спохватился врач, снова обратив на меня свое пристальное внимание, и я с невинным взглядом быстро закивала головой – как выгодно порой ничего не помнить. – Вам надо выписать направление на МРТ!

Адриан, с ужасом следивший за этим разговором, наконец-то вымолвил:

– Если она актриса, то в этом случае ей уже давно пора выписать направление на МРТ!

– Но ведь она действительно актриса! – настаивал Алег, не понимая, почему ему никто не верит – В свое время роль репки перевернула всю ее жизнь и она поняла свое истинное призвание!

– И какое же? Быть репкой? – озадаченно спросил доктор, обхватив уже свою собственную руку манжетой от тонометра, и активно работая грушей.

От этих слов у меня снова участилось сердцебиение. Спокойствие и только спокойствие! Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Мысли в голове наконец-то засуетились. Давай, Поля, соображай, ты же это можешь, когда очень захочешь.

– Это из моего раннего творчества, – уточнила я, стараясь успокоить Айболита – Репка осталась в далеком прошлом, сейчас у меня роли посерьезнее, и в самых что ни на есть серьезных местах, только не помню в каких!

– Да ты что! – тут же вмешался Адриан. – Ну, и что же сейчас играют во МХАТе? – продолжил он с притворной озадаченностью. – Думаю, что Полину с ее актерским талантом должны были взять только туда! Я ее очень хорошо знаю, – и он важно закивал головой, словно поддакивая самому себе, – на другую сцену она даже не посмотрела бы, да и что может быть серьезнее МХАТа!

Как лестно он обо мне отзывается – это, конечно, приятно, но жутко невовремя!

– Во МХАТе сейчас поставили новую пьесу «Пушкин», – ответил врач – по нему было видно, что эта педантично-эстетствующая натура должна была разбираться в таких вопросах! – Вам это, случайно, ни о чем не говорит?

И все трое тотчас же уставились на меня. Я гордо встряхнула головой: в любой ситуации самое главное – всегда оставаться уверенной, тем более, что с Пушкиным я на «ты».

– Пушкин? Ну, конечно же, Александр Сергеевич! – медленно, но вальяжно произнесла я, откинувшись на спинку стула. Начало вполне сносное, главное – успеть войти в роль. – Конечно же, мне это говорит о многом! Это же Пушкин, великий русский поэт! «Выпьем, няня, где же кружка?» Какие стихи, какое творчество! – и я продолжила вытаскивать из своей памяти всю школьную программу с пятого по девятый класс.

– «Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа».

Великий! Великий был поэт, гений!.. Или вот еще одно!

«У лукоморья дуб зелёный;
Златая цепь на дубе том:
И днём, и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом!»

Ну он там долго еще бродить будет, то налево пойдет, то направо…, всё пересказывать в деталях не буду! Мы эту пьесу в школьном спектакле играли.

– Вы, видимо, были котом, раз так хорошо помните, куда он там ходил, – добавил врач.

– О нет! Я была кощеем, который над златом чах! – мигом ответила я со знанием дела. – Мне всегда это было ближе по духу, да и потом, я в детстве была выше многих сверстников, поэтому мне частенько доставались мужские роли! Кажись, ко мне потихоньку память возвращается! – радостно заметила я.

– Просто невероятно! – растерянно закивал головой врач.

– Да, кстати, было еще что-то, связанное с Татьяной из «Евгения Онегина» в моей жизни! – и я, замолчав, задумчиво устремила свой взгляд в потолок.

– Да вы что? – удивленно произнес врач, – Еще и Татьяна была?

– Точно, Татьяну я где-то играла. Не уверена, что во МХАТе, но играла, несомненно! Уж слишком хорошо врезались мне в память эти строки. Сейчас, минуточку! Я должна в образ войти! Вы же понимаете: нужно обладать большим мастерством, чтобы вот так быстро перестроиться с кота на Татьяну, – и я, с томным видом глядя на врача, произнесла:

«Я к вам пишу – чего же боле?
Что я могу еще сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня презреньем наказать.
Но вы, к моей несчастной доле
Хоть каплю жалости храня,
Вы не оставите меня.»

И для большей правдивости вцепилась в его рукав, что вызвало у бедняги полное оцепенение и желание измерить себе давление в третий раз.

– Голубушка, да как же мы вас оставим! – немного задергавшись, наконец-то вымолвил врач, высвободив свою руку. – Мы вас не оставим, а направление на МРТ я вам все же выпишу!

* * *

Не считая боксерского мешка, день я провела вполне плодотворно и весело. Под вечер я почувствовала, как у меня стали ныть мышцы спины – видимо, подействовало упражнение «лодочка». Что ж, и это прекрасно. Значит, лишние килограммы мне удастся согнать гораздо быстрее, чем я предполагала. А еще я была в приподнятом настроении, потому что Алег пригласил меня на очередное свидание. Произошло это в присутствии Адриана, сразу же, как только я покинула кабинет врача. Видели бы вы его недовольное лицо! Будет знать, как за двумя сразу увиливать, так что пускай ревнует и представляет, как я зажигательно провожу время с Алегом – а это делать я умею. Гениально, все складывается как нельзя лучше! Идеальное состояние души и тела, один ухажер на несколько лет моложе, другой на несколько лет старше, и самое главное, что есть выбор! Стоило мне зайти к себе в комнату и плюхнуться на кровать, как вдруг раздался звонок по скайпу. На экране высветилась фотография Камиллы.

– Только не это, – проскрипела я. – Сейчас снова будет мне рассказывать про свадьбу бабули Ниннет! Как же я не хочу там появляться сейчас, хотя, может быть, если Алег согласится отправиться со мной в Аркашон, то почему бы и не появиться? – и я тут же нажала на кнопку «принять звонок». На экране появилась подавленная Камилла, что было ей крайне несвойственно.

– Привет! Все хорошо? – неуверенно спросила я, разглядывая ее зареванное лицо. Камилла отрицательно покачала головой, слега поджав трясущиеся губки.

– Камилла, не пугай меня! Что стряслось? Что-то произошло с Люка? С Полем?

Но Камилла снова ничего не ответила и в очередной раз отрицательно покачала головой, а потом промокнула глаза белым платочком.

– Свадьба бабули Ниннет отменилась? Все сорвалось?

– Бабули Ниннет больше нет, – еле шевеля губами, пробормотала Камилла, и в эту секунду я почувствовала, как внутри меня что-то оборвалось. Оборвалась моя вера в вечное счастье, в счастливое будущее даже на старости лет, вера в жизнерадостную бабулю Ниннет, с которой никогда ничего не могло произойти просто потому, что это бабуля Ниннет. И теперь внутри меня образовалась огромная черная дыра, которую уже ничем не заделать, никак не залатать. Вот так в одну секунду в действительности может измениться вся жизнь человека, и ты начинаешь переоценивать все то, что с тобой происходило до этого момента и смотреть на происходящее уже под другим углом.

Глава 5
Возвращение

Как странно было возвращаться снова в Аркашон. Я, безусловно, любила этот город и всегда была рада вновь очутиться в прекрасном доме мадам и месье Бонне, но он ассоциировался у меня лишь с радостью и весельем, а не с горем и утратой. По дороге из аэропорта Бордо до Аркашона я целый час прокручивала в своей голове, как буду себя вести после того, как мадам Бонне откроет мне дверь. Что уместно сказать в такой ситуации или, зная себя, может быть, лучше подумать о том, как уместнее промолчать? Дать мадам Бонне возможность выплеснуть все накопившиеся эмоции и просто постараться утешить ее, хотя разве можно утешить кого-либо в такое горькое время? В общем, обещаю, что мои уши будут полностью в их распоряжении на ближайшие несколько дней, а я не пророню ни слова, буду нема как рыба. Сдержанность – это мое второе кредо. Прошло столько времени с нашего первого знакомства, я изменилась, поумнела и даже организовала свой собственный бизнес, стала увереннее. Правда, стоя перед дверью их виллы, я жутко волновалась. Затем несколько раз позвонила, с замиранием сердца приготовившись увидеть кого-нибудь из членов семьи, но мне открыла горничная.

Камилла поджидала меня в холле. Я сразу же обратила внимание на ее глаза, красные и опухшие от слез. Она была в элегантном приталенном черном платье, а в руках держала все тот же маленький белый платочек, запачканный тушью. Эмоции тут же захлестнули меня.

– Как же такое могло произойти! – не выдержав, выпалила я и бросилась в объятия подруги, еле сдерживая слезы. – Я ведь с ней буквально на днях общалась, она делилась со мной своими планами, рассказывала про свадебную суматоху! Она ведь была моим кумиром! – ревела я в три ручья. – Утешением служит лишь одно: у нее было целых пять мужей! Она прожила яркую и бурную жизнь, о которой мечтают тысячи!

Я резко замолчала и крепко схватила растерянную Камиллу за плечи.

– Ты должна гордиться своей бабушкой! Тебе от нее достались потрясающие гены!

– Да, – прошептала Камилла, – нам самим не верится, это должна была быть ее шестая свадьба, последняя! Она так готовилась к ней, очень переживала, и ее сердце этого не выдержало.

– Почему последняя? – поинтересовалась я, утирая слезы.

– Она сама говорила, что Робер – это любовь всей ее жизни!

– Разве? Она и про предыдущих примерно такое же говорила, но это уже не столь важно. Бабуля Ниннет была единственным человеком, которому я завидовала в этой жизни: пять раз замужем! – простонала я, сильно зажмурив глаза, из которых в очередной раз ручьем покатились слезы.

– Что говорить – она была удивительной, это безусловно, – сдержано подытожила Камилла.

От печальных мыслей о несложившейся свадьбе бабули Ниннет меня отвлек странный, щекочущий запашок. Я тут же стала принюхиваться, пустив в ход свой чувствительный нос профессионального дегустатора. В комнате было много цветов, и этот приторно-сладкий аромат витал по всему дому, но между тем просачивался какой-то едкий и отталкивающий оттенок. Я несколько раз активно пошмыгала носом, а потом принялась обнюхивать Камиллу.

– Полина, что ты делаешь? – она удивленно посмотрела на меня.

– Такой странный запах, лук напоминает! Ты что-то готовила?

– Я готовила луковый суп для Люка – национальное французское блюдо! Ну и нос у тебя! – ответила она и тут же отошла в сторону, а затем, решив сменить тему разговора, любезно добавила: – Давай я помогу тебе отнести твои чемоданы в комнату!

– Не стоит, у меня одна небольшая сумка, которую я брала как ручную кладь.

Камилла сделала изумленное лицо.

– Раньше ты взяла бы с собой минимум два чемодана, куда же ты платья положила?

– Платья? Я приехала на несколько дней, чтобы поддержать тебя и твою семью! Зачем мне платья, это же похороны, а не свадьба!

– Действительно, – Камилла в нерешительности подошла к дивану и села на краешек, нервно покусывая нижнюю губу и теребя свой несчастный платок.

– Кстати, а на какой день назначены похороны?

– А они уже состоялись. – тут же ответила она – В ее доме на Лазурном берегу. Родители еще там, утешают жениха. Бедный Робер, он так ждал этой свадьбы, они ведь с бабулей Ниннет были знакомы много лет и только сейчас решили расписаться.

Я в замешательстве оперлась о дверной косяк, с удивлением поглядывая на Камиллу.

– Так, значит, все уже прошло? Почему ты не сообщила мне об этом?

– Забыла в суматохе, – прослезившись, ответила она и протянула мне свою руку. – Но я жутко рада, что ты здесь! Ты мне сейчас так нужна! – и из ее глаз хлынули слезы.

– Ох, Камилла! – и я принялась утешать подругу. – Как я могла не приехать – ты и Люка столько сделали для меня. Кстати, где он? Как маленький Поль?

– Скоро подойдут, он взял сына на прогулку. Я плохая мать, – продолжила она, и ее лицо снова исказилось от боли. – Я даже с сыном не могу прогуляться, у меня просто нет сил! Все время реву!

– Ты самая прекрасная мама на свете. Если необходимо с ним погулять или еще что-нибудь сделать, то обращайся! Я с удовольствием выручу тебя! Мне кажется, тебе надо отдохнуть. Пойдем, я провожу тебя в спальню.

Уложив Камиллу, я снова спустилась в гостиную и вышла на открытую террасу. Перед глазами сразу же возникли воспоминания нашего веселого совместного времяпрепровождения, и я тут же всхлипнула несколько раз. Кто бы мог подумать, что такое произойдет так скоро и со столь жизнерадостным человеком, как бабуля Ниннет, которая готовилась к своей шестой свадьбе! Черт! Я даже сейчас продолжаю ей завидовать – и когда она только все успевала? В такие моменты во всех фильмах главные герои обычно достают сигарету, чтобы снять напряжение, а я не курю, я пью, точнее дегустирую. Вспомнив об этом, я направилась на кухню, где в холодильнике обнаружила открытую бутылку белого Шато Смит О-Лафит и решила не отказывать себе в таком шикарном антидепрессанте. Какое же оно насыщенное и маслянистое. В нем переплетаются оттенки цитрусовых со сладкими цветочными и фруктовыми тонами, оно соблазняет и отталкивает одновременно. На меня тотчас же нахлынули очередные воспоминания, как во время своей учебы я попала в Шато Смит О-Лафит на день открытых дверей и, радостно перепробовав всю гамму вин, предложила одному из сотрудников Шато сыграть со мной в бутылочку. Он притащил сразу же целый ящик бутылок на выбор! Видимо, до него так и не дошел смысл моих слов «сыграть в бутылочку»!

– Полина, ты уже приехала! – мои мысли были прерваны знакомым задорным голосом, – Рад тебя видеть!

В столовой появился Люка. Вид у него был бодрый и сияющий. В кенгурятнике в модном голубом комбинезончике сидел довольный малыш.

– Люка! – я живо встала из-за стола и, подойдя к ним, аккуратно приобняла их. – Это Поль? – поинтересовалась я, разглядывая малыша. – Он так подрос! У него твой нос и глаза!

– Да, мне все так говорят, – улыбаясь, закивал Люка. – Когда ты видела его в последний раз?

Я напряглась, зависнув в подсчетах.

– Это было прошлым летом, так что почти восемь месяцев назад.

– Как быстро бежит время! – протянул он. – Камилла сообщила, что ты открыла школу сомелье в Москве. Тебе, наверное, было непросто выбраться к нам сейчас, ведь сезон в самом разгаре?

– Нестрашно, – я тут же отмахнулась, – Если Камилле мое присутствие придаст бодрости и поможет пережить этот ужас… И потом, в школе есть кому меня подменить.

– Замечательно, а где, кстати, Камилла? Она помогла тебе разместиться?

– Камилла была в таком жутком состоянии, когда встретила меня. Она постоянно ревела, поэтому я отвела ее в комнату. Ей явно надо отдохнуть.

– В ужасном состоянии? – на лице Люка проскользнуло легкое удивление. – Постоянно ревела?

– Да! А что в этом такого странного? – изумилась я. – Конечно, ревела, в конце концов, речь идет о ее бабушке, тебе стоило бы вести себя посдержаннее, сияешь, словно тебя на свадьбу пригласили, а ведь твоей жене сейчас так тяжко справляться со своими эмоциями!

Люка сразу же насупился и принялся трясти Поля, который продолжал мило мне улыбаться. Неожиданно у меня в голове закралась странная мысль – в этом доме явно происходит что-то странное, но я быстро отбросила ее в сторону.

* * *

Вечером, оказавшись в отведенной мне комнате на втором этаже виллы, я вдруг осознала, как мы все одиноки по жизни. Одни приходим в этот мир и одни уходим. В полумраке я сидела на кровати, думая о вечном и о Шато Д’Армайяк, на дегустацию которого я планировала записаться, дабы скрасить эти грустные дни. Через шторы просачивались слабые лучи от фонарных столбов. Я мысленно разрывалась между двумя важными делами: записаться на посещение Шато Д’Армайяк или пойти извиниться перед Люка. Мне не стоило сегодня днем разговаривать с ним в таком тоне – видимо, это все из-за нервов. Надеюсь, он не обиделся, ведь мы все по-разному справляемся с горем. «В конце-то концов, что для меня важнее в этой жизни!» – прошептала я, глядя на зависший интернет с сайтом винодельческого хозяйства и, оторвав свою пятую точку от кровати, вышла из комнаты.

Я спустилась вниз, но ни в гостиной, ни в кабинете никого уже не было. Должно быть, все легли спать. Ладно, поговорю с ним завтра с утра. Я собиралась вернуться к себе, но в холле первого этажа рядом с лестницей мелькнула чья-то тень. Я тут же зажгла светильник, но там никого не оказалось. Состояние у меня было близкое к нервозному, поэтому и мерещились чьи-то тени. Этот день оказался слишком тяжелым и эмоционально насыщенным. Вернувшись в спальню, я проверила электронную почту и написала несколько писем, а затем отложила компьютер в сторону и подумывала уже лечь спать, но на тумбочке возле кровати мне вдруг бросилась в глаза чья-то тетрадь в черном кожаном переплете. Странно, я почему-то не замечала ее здесь ранее. Тетрадь была не моей, но любопытство, как обычно, взяло вверх, поэтому я тотчас же открыла ее. В моих руках находилась уникальная вещь – дневник бабули Ниннет, в котором она рассказывала о своей жизни. Я с жадностью принялась его читать. Не знаю, сколько прошло времени с того момент, как я открыла первую страницу, но эта история полностью поглотила меня. Она поистине была уникальной и сильной женщиной, а еще я узнала о ее первой, настоящей и единственной любви. Оказывается, что всю свою жизнь она любила только одного мужчину – Робера, с которым встретилась в далеком 1970-м году. Ну надо же, бабуля Ниннет раскрылась для меня совсем с другой стороны! Главное дело, расстались они из-за какой-то глупости: он обиделся на нее, а она в свою очередь на него, как оно обычно и случается, поэтому и перестали общаться.

«Я была молода и глупа! Не смогла простить ему то, что он задел мою гордость! К черту эту гордость. Никто из нас не осмеливался сделать первый шаг, и лишь спустя 50 лет судьба снова свела нас вместе. И вот, наконец-то, мы решили воссоединиться. Как же я рада, я так долго этого ждала, всю свою сознательную жизнь. Это будет моя последняя свадьба, даю себе честное слово. На этот раз точно последняя, и с мужчиной всей моей жизни. Скоро мы обвенчаемся!».

На этом запись в дневнике обрывается.

– Не может быть! – пробормотала я вслух. – Так значит, это и впрямь должно было стать ее последней свадьбой! Как же так, бабуля Ниннет? Почем вы не помирились с ним тогда, в 70-м? О какой гордости и обиде вообще может идти речь, если это любовь всей твоей жизни? Я вдруг призадумалась, по телу пробежала дрожь и меня передернуло. Эта ситуация мне что-то напоминала из моей личной жизни. Я положила голову на подушку и полностью залезла под одеяло, по щекам снова катились слезы.

* * *

Мне снился кошмар. Передо мной стояли две огромные 30-ти литровые бутылки: такой объем называется «Мельхиседек». По правую руку от меня было Шато О-Брион, а по левую – Шато Марго, и обе бутылки требовали, чтобы я выбрала только одну из них и тут же выпила, а я не знала, какую выбрать! Они ведь обе хороши, да и пить я совсем не собиралась. Вместо этого моя голова лихорадочно пыталась просчитать стоимость каждой из них. Зачем пить, если на этом можно заработать? Количество нулей не вмещалось в моем сознании. Я проснулась в холодном поту, было два часа ночи. Впервые в жизни винные бутылки мне снятся в кошмарах, какой ужас!

Встав с кровати, я распахнула окно в своей комнате и, выйдя на французский балкончик, принялась с жадностью вдыхать свежий воздух. Прохладный ветерок приятно обдувал мои волосы, скользил по ночной рубашке и успокаивал нервы. На улице стоял сладкий аромат свежей травы. Когда мое сердцебиение наконец-то нормализовалось и мне снова стало хорошо, я огляделась по сторонам. Странно, но с другого крыла дома доносился тусклый свет. Если мне не изменяет память, то там располагалась спальня месье и мадам Бонне – они уже вернулись? Поздно ночью? Но их машины перед домом нигде не было. Недолго раздумывая, я вышла в коридор и медленно направилась к их комнате. Мне почему-то было тревожно. В каком они находятся сейчас состоянии? Черт! Я даже забыла надеть тапочки и накинуть на себя халат. Немного съежившись и обхватив себя за талию, я осторожно переступала по холодному полу.

К моему удивлению, дверь в их спальню была приоткрыта. Значит, они все же вернулись, а я даже не услышала, как они это сделали. Затем украдкой заглянула в комнату – там было темно, но я почему-то все равно решила войти внутрь. Кровать была аккуратно застелена, окна плотно зашторены, ни единого намека на приезд Мадам и Месье Бонне. Откуда же тогда доносился свет? И вдруг моему взору предстало нечто невероятное. Возле огромного старинного зеркала, висевшего в самом углу спальни, стояло странное существо небольшого расточка и, держа в руках подсвечник с одной догорающей свечкой, внимательно себя изучало. Оно было одето в длинное белое платье, голову прикрывала тонкая фата. У меня тотчас же участился пульс и пересохло во рту, а сердце забилось так сильно и громко, что аж в ушах стало отдавать. Я мгновенно похолодела от ужаса. Существо неожиданно обернулось ко мне и, подняв фату, удивленно вперилось в меня взглядом, а я, в свою очередь, в него! Черные накрашенные глаза, мертвецки-бледная кожа и красные как кровь губы. Да это же бабуля Ниннет!

– Полина!? Ты не спишь? – произнесло существо. – А мне вот портниха платье перешила! Нравится?

В этот момент я должна была бы закричать, завопить от ужаса, но вместо этого лишь молча, как рыба хватала ртом воздух, а затем, закатив глаза, отключилась.

* * *

Когда я очнулась, то обнаружила себя лежащей на диване в гостиной. Расплывчатые образы стали принимать четкие очертания. Возле меня стояли Камилла, Люка и бабуля Ниннет все в том же платье, с красными губами, криво подведенными стрелками на глазах и бледным напудренным лицом. В этот раз я решила себя не сдерживать и тут же завопила, затем ловко перепрыгнула через диван, все еще продолжая верещать. Что ж, диафрагма у меня хорошо работает, это радует!

– Вы видите это? Или ее вижу только я? Предупреждаю, я ходила в детстве на карате – меня даже тренер побаивался, и еще я умею кусаться, больно! – и я перевела бешеный взгляд на Камиллу.

– Полина, пожалуйста, успокойся! – глубоко вздохнув, произнесла она, – Мы тоже ее видим. Это бабуля Ниннет! – и она бросила на нее укоризненный взгляд. – Что ты делала в спальне родителей? Мы же договорились, что ты будешь тихонечко сидеть на чердаке и дожидаться моей команды!

– Портниха перешила мое любимое свадебное платье, десять лет назад я была немного плотнее! – оправдывалась бабуля Ниннет. – Самое обидное, что за это время у меня еще и грудь сдулась, – и она с грустью покачала головой. – Я же должна была его примерить, а на чердаке нет зеркала! Откуда мне было знать, что у Полины бессонница!

– Так значит, вы живы? – проблеяла я. – И были живы все это время?

– А что, есть сомнения? – удивленно спросила бабуля Ниннет как ни в чем не бывало и продолжила ощупывать свою грудь через платье.

– То есть, – я сделала резкую паузу, прокручивая в своей голове информацию, полученную за последнюю минуту, – совсем-совсем не умирали? Ни капельки?

– Ну, если не считать смерть, которая постигла мою женскую гордость – мой бюст, – то нет! – всхлипнула она. – Какой ужас, надо будет подложить туда подплечники от платья! – и бабуля Ниннет закатила глаза от негодования.

– И зачем тогда весь этот маскарад? – расправив плечи, решительно спросила я.

Все трое переглянулись между собой, но никто не решался дать мне внятный ответ.

– Ну, мы хотели таким образом помирить тебя и Адриана, – потупив глаза, наконец-то вымолвила Камилла.

– Помирить? Сообщив мне, что бабуля Ниннет сыграла в ящик? Это так вы собирались нас помирить? – и я издала несвойственный мне истеричный смешок.

– Но ведь иначе ты не хотела приезжать! Я понимаю, у тебя в Москве очень много работы, но и про личную жизнь не стоит забывать! Вот у нас и появился хитроумный план напомнить тебе о скоротечности этой жизни. Завтра, кстати, должен приехать и сам Адриан. Вы быстренько помирились бы, и мы обязательно сообщили бы тебе, что с бабулей все в порядке!

– Но ведь это плохой знак – притворяться мертвой! – сказала я, обратившись к ней.

– А я не суеверная! – тут же ответила бабуля Ниннет, махнув рукой.

– Даже я так никогда не врала за всю свою жизнь! Как вы могли так поступить со мной?!

– Нам было, у кого поучиться, – неуклюже улыбнувшись, ответила Камилла, – Полина, да ладно тебе! Ты и не такое вытворяла!

– Дорогая, ты делаешь ошибки моей молодости, отвергая Адриана, и я хотела лишь показать тебе, к чему это может привести, – пояснила бабуля Ниннет. – Ты всегда восхищалась тем количеством браков, которые были у меня, но имеет ли это значение, когда осознаешь, что рядом все это время оказывались совсем не те мужчины! Наша цель была благородной: помирить вас, во чтобы то ни стало, но план, к сожалению, провалился!

В негодовании я вышла из своего укрытия и направилась к лестнице, бурча себе что-то под нос.

– Я-то уж думала, что у меня крыша поехала, когда увидела вас в спальне, а она, оказывается, поехала не у меня, а у вас! Причем у всех одновременно! Я завтра же возвращаюсь в Москву!

– Как, завтра? – встрепенулась Камилла и побежала следом за мной. – Ты что, даже не останешься на свадьбу?

– Ах да, совсем запамятовала! Похороны ведь прошли, теперь у вас ожидается свадьба! – выпалила я.

– Конечно, ожидается, мои родители и жених бабули, – Камилла перевела на нее взгляд, – Месье Робер, они приезжают завтра!

– Великолепно! – и я всплеснула руками. – Совет вам да любовь! А вот я, скорее всего, завтра буду уже у себя дома, ведь меня ждет огромное количество дел! Ничего страшного, пропущу очередную вашу свадьбу! Вы ведь постоянно женитесь. В начале твоя свадьба, потому твоих родителей, теперь бабуля Ниннет, которая в шестой раз решилась и, судя по ее бодрому состоянию, скорее всего, далеко не в последний! – и я, издав злобный рык, поднялась наверх.

– Полина, не обижайся на нас, пожалуйста! – из холла до меня доносились слова Камиллы. – Мы же хотели как лучше!

Как говорится, «Благими намерениями вымощена дорога в ад», а, может, все-таки не только в ад, может, она приведет еще куда-нибудь? Если на свадьбу я могла и не приехать, то на похороны должна была явиться, ведь Камилла так сильно нуждалась во мне. Я не могла не помочь ей, не поддержать в столь тяжелый момент. Ну надо же, неужели они и впрямь научились от меня хоть чему-то приличному и полезному в этой жизни?! Круто же они обвели меня вокруг пальца!

Глава 6
Представление

Лежа в кровати, я разглядывала дощатый потолок. Обычно, когда я не могу заснуть, то начинаю вспоминать все свои любимые платья, которые у меня были в гардеробе с 18 лет, и на тридцатом стабильно отключаюсь, но сейчас я мучилась не от бессонницы, а от предстоящего выбора.

Поменять билет на завтрашний вечерний рейс до Москвы или задержаться? С одной стороны, я так сильно переживала за их семью (а они просто играли моими чувствами), что готова была вызвать такси прямо сейчас, но, с другой стороны, они пошли на такой отважный шаг ради меня! А ведь если бы этой ночью мне не приснился кошмар, то их хитроумный план мог бы и осуществиться. Этот дневник бабули Ниннет задел меня до глубины души, в нем было столько любви, искренности и переживаний. Надо отдать должное Камилле – она потрудилась на славу! Конечно, ее план нуждался в кое-каких доработках. К примеру, она могла учесть, что мой профессиональный нос почувствует лук и тот факт, что бабуля Ниннет – великая модница и захочет полюбоваться собой, поэтому чердак нужно было обустроить получше… Необходимо ее еще кое-чему научить, дать несколько бесплатных мастер-классов, я же в этом профи! В итоге мысленно договорившись сама с собой, и придя к окончательному решению, я все же заснула.

* * *

Утром я встретилась с Камиллой на кухне. Она скромно вошла, потупив глаза.

– Ты все еще злишься на нас?

– Еще злюсь! – ответила я, запихивая в рот круассан. – Бритонское масло есть в наличии?

– Конечно-конечно! – и она отрыла целый нетронутый кусок, завалявшийся на нижней полке холодильника. – Я помню, ты его очень любишь, поэтому специально попросила маму купить для тебя, – сияя, ответила Камилла.

Я не подала и виду, хотя мне было очень приятно, и с усердием, которое я выражал, высунув кончик языка, принялась намазывать масло на теплый тост.

– Родители, кстати, приехали, когда ты еще спала, – продолжила Камилла, но я и на эту реплику лишь мило улыбнулась в ответ. – Извини, мы правда хотели, как лучше, но… – Камилла не успела договорить, так как я резко оборвала ее.

– Все никак понять не могу: я же целый год жила в Бордо, столько всего успела здесь натворить и провернуть! Даже простого полицейского, Жерома, повысили с должности младшего лейтенанта до капитана благодаря моим выходкам, а вы на такой мелочи погорели: забыли установить на чердаке зеркало для бабули Ниннет, зная ее слабости!

Камилла тут же заулыбалась.

– Ну, у меня пока еще нет твоего опыта, я только учусь! Да и потом, бабуля Ниннет, хоть и поддержала эту идею, такой райдер нам выкатила – Мадонна отдыхает! – и Камилла тяжко вздохнула. – Мы установили ей 65-дюймовую плазму, холодильник с 12 бутылками бельгийского пива с невысоким содержанием алкоголя, одну бутылку односолодового шотландского виски и три бутылки Шато Калон-Сегюр! Это я еще про чипсы молчу, и диски с фильмами с участием Ален Делона с 1962 по 1983 год…

– Она собиралась все это истребить за пару дней? – изумленно поинтересовалась я. – Мне казалось, что бабуля Ниннет, как истинный гурман, пьет только вино?!

– Она сказала, что Робер разбудил в ней новые желания и пора открыть для себя другой мир!

– Коим, судя по всему, оказалось бельгийское пиво, – протянула я, пребывая в шоке от столь скандальных и кардинальных изменений со стороны бабули Ниннет. – Должна признаться, что в целом ваша затея получилась очень правдоподобной! Вы разыграли мастера, а это дорогого стоит. И потом, ты так переживала, так плакала! – и я тут же поаплодировала Камилле. – Я так плакать по заказу не умею!

– Это все лук, – отмахнувшись, ответила она, – который ты, кстати, сразу же почувствовала. А еще разговоры о Поле! Как только я начинаю думать о нем, мне становится так жаль моего маленького мальчика, что слезы сами собой появляются на глазах!

– Камилла, да в тебе живет нереализовавшаяся актриса, – с гордостью подметила я, запихивая последний кусок бутерброда себе в рот. – Ведь ваша задумка почти удалась! Тебе явно не хватает в этой жизни сцены!

– А какой совет ты дала бы мне? Ну, чтобы все получилось, как мы и планировали изначально, – поинтересовалась она, и я в задумчивости застыла на месте, позабыв даже о теплом тосте с бретонским маслом. – Я имею в виду, если бы ты была на моем месте и продумывала хитроумный план «Как помирить подругу с ее возлюбленным»?

Хороший вопрос! Я принялась прокручивать в своей голове разные варианты, уставившись в окно, выходившее в сад, где тем временем бабуля Ниннет в обтягивающем розовом трико выполняла замысловатые плавные движения, напоминающие комплекс упражнений из цигуна.

– У меня был бы запасной план! – резко ответила я. – Да, учти Камилла, если врешь, то продумывать надо все до мелочей и иметь запасной план. Экспромт в столь важном деле не уместен, в особенности, если ты новичок!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мерсо – бургундское вино (Франция)

Вернуться