Дмитрий Большаков
Трон верховного бога. Часть первая

Периоды истории Миров

Эпоха изначальных богов – период правления богов изначальных миров, война с Бездной.

Эпоха Создателя – бегство богов из изначальных миров, период правления Создателя Мирами.

Война за Миры – свержение Создателя, война между старшими и проклятыми богами (Зелумом, Шараминтидивианни и Ксероном).

Эпоха новых богов – период правления Зелума, Шараминтидивианни, Ксерона.

Эпоха карателей – продолжение эпохи новых богов, появление духов.

Эпоха совета богов – создание новыми богами совета, учреждение верховного бога.

Разделение Миров на мир богов и мир демонов.

Катаклизм – бой с вырвавшимся из заточения Создателем.

Новое время – период после Катаклизма до наших дней.

Наши дни – текущий период.

Пролог

Наши дни

Залив небо бордово-красным цветом, солнце заходило за горизонт. Широко раскинувшийся город медленно погружался в темноту, то тут то там в окнах загорался свет. Теплый бриз приятно ласкал спешивших по своим делам жителей. Темно-синие воды озера накатывали на каменную пристань, яростно сталкиваясь с ней. Брызги огромными каплями, переливаясь всеми цветами радуги, взлетали вверх. С противоположной от озера стороны виднелись скалы, полумесяцем опоясывающие небольшую живописную долину. Свет, отражаясь от вершин, играл разноцветными красками на крыше дворца, расположенного в долине. Широкая дорога, тянущаяся параллельно озеру, вела к порталу – крошечному пятну на горизонте. Портал – огромный круг, поблескивающий переливающимися звездами в обрамлении каменной кладки, слегка потрескавшейся от времени – стоял на небольшом холме. Вереница обозов тонкой нитью тянулась в обе стороны от него. В некоторых мирах было по два, а то и больше порталов, кому как повезет, но в этом мире, расположенном на окраине владений богов, был только один.

Солнце зашло за горизонт, темнота стремительно опустилась на город, засиявший огнями. Кто-то готовился ко сну, кто-то только проснулся и готовился к ночному времяпрепровождению. Город жил своей обычной жизнью. Ничто не напоминало, что еще несколько лет назад это был умирающий мир, бьющийся в агонии.

Последняя война богов и демонов была разрушительна и, несмотря на то что в этом мире не велось боевых действий, волна силы от сражения, названного впоследствии Катаклизмом, пронеслась по Мирам, какие-то из них были полностью уничтожены, какие-то стали почти непригодными к жизни. Редкие растения могли прижиться на почве, пропитанной ядовитой магией. Кто мог, а если быть точнее, кто успел – сбежал в другие миры, кто остался – влачил жалкое существование. В долине каньона поселилось нечто темное, могущественное, вечно голодное. Его сила простиралась до озера, а за ним, на равнинах, рыскали пожиратели – а это было еще страшнее. Единственным местом, куда пожиратели не приближались, был каньон. Как хищники, поделившие свои охотничьи угодья. Многие погибли в то время.

Среди выживших после Катаклизма даже появились культы, поклоняющиеся темной твари как богу и скармливающие ему послушников. Часто оно не удовлетворялось подношениями и брало само. Это всегда происходило неожиданно. Жители обреченного города молчаливыми взглядами провожали того, на кого пал выбор темного существа. С пустыми глазами избранный покорно шел в каньон. Каждый понимал, что в любой момент может стать следующим. По иронии судьбы этот мир назывался Темный мир. Изначально название произошло из-за отсутствия ночного светила, однако теперь он в полной мере оправдывал свое название. Никто уже не помнил голубого неба, красные тучи изо дня в день висели над обреченными.

В день, когда пришла королева, небо окрасилось в цвет крови, воздух задрожал от эманаций злобы и ужаса. Не выдерживая, люди падали на колени и молились своим богам – кто каких знал. Внезапно поднялся сильнейший ветер, гигантская воронка образовалась над каньоном, разряд гигантской молнии осветил все вокруг и громовой раскат покатился по равнине. За первой молнией ударила вторая. Они стали бить непрерывно, освещая все мертвым ярким светом. Земля тряслась, постройки ходили ходуном, грозясь похоронить жителей под обломками. Огненный шар ударил в каньон. Звук взрыва перекрыл даже грохотание молний. С дикой яростью, грозясь выплеснуться через вершины скал, взметнулись языки пламени. Рычание разъярённых чудовищ, сцепившихся в смертельной схватке, перекрыло гул огня и громовые раскаты.

Конечно, это все не вызывало оптимизма. Несчастные люди застыли. Кто упал на колени, кто еще стоял. Гримасы ужаса, застывшие на лицах, освещались светом молний. Никто не бежал прочь. Покорившись судьбе, они смотрели на разгорающуюся перед ними битву. Никто не мог сказать, как долго все это продолжалось. В какой-то момент все стихло. После грохота битвы наступила тишина. В темноте ночи осталось светить только угасающее пламя.

А дальше приятным женским голосом было громогласно объявлено, что, типа, я ваша королева, прошу любить и жаловать, кто не согласен, сделайте шагов десять вперед, дабы она не разнесла заодно и остальных верных подданных. Дураков не нашлось. Голосование прошло единогласно. Первая и единственная мысль, возникшая в головах обитателей Темного мира, была о том, что сейчас новая королева слопает их за милую душу и дело с концом. Но время шло, а есть их никто не собирался.

Снова взвыл ветер, небо, и так черное, стало еще черней, в воздухе запахло грозовым дождем. Разразился настоящий ливень; к слову, дождей не было с момента войны. Дождь очистил воздух – убрал следы ядовитой магии. В довершение всего в каньоне из пустоты соткался дворец королевы. Как говорится – куда ж без дворца?

С того дня прошло несколько лет. Королева в основном сидела во дворце… Или еще где-то, кто ее знает. По ее словам, она предавалась медитации для познания гармонии миров. Когда у подданных отлегло от сердца, пошли новые страхи – что боги так просто не оставят самопровозглашение королевы и разнесут Темный мир на составные камни. Время шло, а никто так и не пришел их крушить. Очевидно, шум боя и последующее буйство были услышаны, и связываться никто особо не захотел.

В итоге боги сделали вид, что ничего не произошло. Демоны также все проигнорировали. Ну сидит кто-то где-то далеко на троне – и ладно, нападений на миры со стороны королевы не было, и как будто все осталось, как было. Потихоньку из других миров под защиту королевы стали пробираться переселенцы, и город начал разрастаться. Теперь уже трудно представить, что это был умирающий мир.

Часть 1. Королева

Глава 1

Наши дни

С балкона дворца открывался вид на город, лежащий вдали. Молодой мужчина стоял в одиночестве, облокотившись на перила, и задумчиво смотрел вдаль. Он был хорошо сложен, высок и строен, в нем чувствовалась сила, черты лица тонкие, но мужественные. Белый, расшитый золотом сюртук сидел идеально. Высокий воротник подчеркивал горделивую посадку головы. Поверх сюртука висел знак советника королевы. Весьма почетная должность. Он часто приходил намного раньше срока, назначенного ему, и подолгу смотрел с балкона. За мыслями час до аудиенции пролетел незаметно, советник прошел в тронный зал, где его ожидала королева. Назвать свое имя она не удосужилась, все называли ее просто королева.

 Тронный зал был слегка затемнен, хотя незаметно, чтобы на окнах висели занавески. В конце зала мягким красноватым пламенем сиял трон, на нем вольготно расположилась молодая женщина, на взгляд советника, в весьма откровенном шелковом платье глубокого синего цвета. Наряд сильно облегал фигуру в талии, разрез от бедра демонстрировал точеную ножку в туфле на высокой шпильке, лиф держался на внушительной груди без какой-либо поддержки. Длинные волосы собраны в высокую прическу, бокал вина в руке довершал образ правительницы.

«Прям по последней моде. Интересно, кто просветил?» – слегка ехидно подумал советник, приблизившись к трону на безопасное расстояние.

Языки пламени нежно касались королевы, не причиняя ей никакого вреда.

«С таким креслом можно не опасаться, что кто-нибудь решит подсидеть, смахнул пепел – и правь себе дальше, – усмехнулся про себя советник. – И не пригорает же ничего», – снова промелькнула мысль.

Шаловливый язычок пламени поднялся от подножья трона и, отделившись, прыгнул на обнаженную ногу, быстро пробежал до бедра и скрылся под платьем, через мгновение он появился между грудей королевы, перепрыгнул на обнаженное плечо и скрылся за спинкой трона.

«Что за дурацкая ткань!? Совсем не просвечивает!» – возмутился советник, наблюдая за путешествием огненного шалуна.

Воображение тут же нарисовало соблазнительную картину, дополнив недостающие детали. По лицу девушки пробежала многообещающая улыбка. Воображение нарисовало еще одну картину: что-то с неприятным звуком отрывается. О дальнейшем советник решил не думать, быстро усмирив фантазию. Сделав серьезное непроницаемое лицо, он приготовился внимать словам правительницы Темного мира.

– У меня просто нет слов от этой несправедливости, – неожиданно для советника возмутилась королева, подкрепляя слова взмахом руки. – Прошло уже много лет, а другие миры так и продолжают нас игнорировать. Ни послов, ни подарков ко дню рождения и праздникам, можно подумать, что мы не существуем.

«Да уж, вот это выдала, как будто она говорила, когда у неё день рождения, – ядовито парировал советник, естественно, про себя. – Может, алкоголь подействовал?» – мелькнула тревожная мысль.

Он окинул королеву внимательным взглядом, пытаясь определить, какой это по счету бокал за сегодня.

– Ваше величество, – решил воззвать к голосу разума советник. – Почему вам не нравится, что нас игнорируют? Живем спокойно, ни пожиратели, ни высшие боги, ни демоны к нам не суются, а мелкие так совсем дорогу забыли. А…

– Что говорят о нас в других мирах? – задала вопрос королева, прервав рассуждения собеседника.

– Ну-у-у… Говорят многое, в основном слухи и домыслы, – начал он издалека. – Фантазия у народа работает хорошо.

Советник имел хорошую сеть осведомителей из других миров: кого подкупили, кого припугнули, информация поступала регулярно.

Окинув стоящего мужчину суровым взглядом, королева строго потребовала:

– Давай, выкладывай, что там насобирали.

«Вроде я не говорил ей, неужто сама догадалась?» – в его глазах промелькнуло уважение.

– Казначей доложил о большой дыре в бюджете дворца, и причина всему – расходы на шпионов, платим которым немерено, – снизошла до объяснения королева.

«А-а-а… Вот оно что. Весь сыр-бор из-за того, что казначей зарубил закупку алкоголя», – понял советник причину переполоха.

Несмотря на свой вроде бы юный возраст, пила королева очень-очень много. Совет дворца даже хотел попросить ее уменьшить потребление или пить что-то менее дорогое. Но благоразумие взяло верх, и просьба была благополучно похоронена.

«Интересно, что ей мешает наколдовать себе пару бочек, идеологические соображения или просто лень?» – возмутился он про себя.

– Какой аспект жизни Миров вас интересует, ваше величество? – вместо этого поинтересовался советник вслух.

– Ну, для начала, что говорят обо мне, – хлопнув пару раз ресницами, правительница с искренним любопытством уставилась на собеседника.

«Лучше спросила бы, что в Мирах творится!» – в очередной раз про себя возмутился советник.

– Слухи о вас делятся на две категории, и я боюсь, что они могут вас обидеть, – деликатно начал он, быстро собравшись с мыслями.

– Как-нибудь переживу, – выдала королева, поудобней устраиваясь на своем троне.

Отпив из бокала, она взглядом показала, что ждет продолжения доклада.

– Как вам будет угодно, – слегка поклонившись, сказал советник и сделал глубокий вдох-выдох, как будто собирался нырнуть в ледяную воду. – Первая категория: вы – старая сморщенная ведьма с неровными, а точнее, кривыми почерневшими зубами и большим горбом на спине. Похожа на ту злую бабку, которой детей пугают, – он на секунду задумался. – Вспомнил! Вы любите молодых красивых мальчиков, мы собираем их по всему нашему миру. Далее – в зависимости от уровня пошлости рассказчика. Но самые смелые произведения достойны публикаций в порножурналах для специфических любителей… – он на секунду задумался, вспоминая термин, но так и не вспомнил. – Когда она совсем в возрасте, а он юн. Если пожелаете, могу принести вам почитать некоторые из них.

– Спасибо, я не настолько поклонница подобного вида, – поморщившись, отказалась королева. – А вторая категория?

– Вторая категория намного интересней, – воодушевленно начал советник. – Вы – прекрасная женщина, перед вашей красотой никто не в состоянии устоять. А кроме этого, вы настолько искусны в постели, что боги толпами, естественно, инкогнито, валят в наш мир, и тут начинается самое интересное – масштабные оргии….

– Достаточно об этой категории, – холодно прервала своего советника королева. – А что-нибудь поприличней есть?

Советник задумался, вспоминая.

– Есть более-менее приличное, – наконец прервал он молчание. – Вы – любовница одного из мелких богов, который ради вас захватил этот мир. Тут, правда, все разделяется на подкатегории, по полу рассказчика. В мужском варианте – все то же самое, что и в предыдущем случае, но без оргии, кстати, вы ему еще и изменяете, он, кстати, тоже, но ему можно. – Советник прервался, давая королеве время переварить услышанное. – В женском случае – это конченная сука, которая своими чарами разрушает семью и заставляет мучиться бедного бога. По правде говоря, очень проникновенные рассказы, мне самому было искренне жаль несчастного бога.

– А в твоих слухах случайно не попадается информации, что одинокая красивая девушка томится в этом мире? – окинув советника злым взглядом, почти как змея, прошипела королева.

– Прошу прощения, ваше величество, но таких не было, – честно ответил советник, на всякий случай поклонившись, чтобы скрыть промелькнувшую веселую улыбку.

Пару минут королева недовольно пыхтела, обиженно надувая губы.

– Да уж, – с уже нескрываемым раздражением в голосе наконец произнесла она. – Я тут могу сидеть до скончания времен, пока не состарюсь, и ни один принц не прискачет. Не говоря обо всем остальном.

Засмотревшись на надутые губы королевы и включив воображение на полную, советник поначалу не понял смысла сказанной фразы и уже собирался согласно кивнуть, но тут до него дошло. Это было посильнее удара по голове тупым предметом. Как только он немного оправился от шока, первая мысль, которая пришла ему в голову, была о том, чтобы приказать хорошенько выпороть служанок за сказки о принцах на белом чем-то там.

«Во всех мирах постоянно ходят подобные истории, и есть же дуры, которые в них верят, королева, похоже, не исключение», – он обреченно вздохнул.

За годы его работы она периодически выкидывала что-нибудь этакое. И первое время он думал, что она издевается над ним, но позже все-таки пришел к выводу, что она реально несколько… а говоря простым языком – полная дура. Единственное, что он не мог понять, как такая сила может сочетаться с таким отсутствием интеллекта. Тренированная память тут же услужливо воспроизвела данные одного исследования: при огромной силе воздействия на мир откат дает сильные флуктуации, и если мозги не натренированы, то может происходить их разрушение.

«Зря мы тех ученых пожирателям скормили тогда, сейчас они бы мне пригодились».

Все эти мысли мигом пронеслись у него в голове. Он с опаской посмотрел на королеву – вдруг реально мысли читает? Но, похоже, чтение мыслей ей было недоступно.

– Ваше величество, – решился советник, – может, вам подыскать парочку-другую, можно и десяток, красивых мальчиков для разбавления нашего интерьера? Только скажите, какие пожелания – из любого мира доставим.

– Интересно, за кого ты меня принимаешь? – улыбаясь, произнесла правительница. Несмотря на ее ласковый и, можно сказать, нежный тон, воздух начал густеть, и в зале слегка потемнело. – Я приличная девушка, и, так как по статусу королева, то иметь романтические отношения могу только с принцем ну или неженатым королем.

«Да уж, точно полный привет. Какая романтика может быть в королевских семьях?» – потирая лоб, подумал советник.

– Ваше величество, может, тогда какого-нибудь средне-знатного – в мешок, да сюда по-быстрому доставим? – предложил он. – С королем или принцем тут вряд ли получится, сильно заметно.

– Я уже думала об этом, – тяжело вздохнув, произнесла молодая женщина. Ее глаза блеснули. – Как думаешь? Может, нам просто завоевать какое-нибудь королевство вместе с королем?

Советник, конечно, был не сильным экспертом в истории, но подобная причина войны вряд ли возникала за все времена существования Миров.

Королева тем временем снова тяжело вздохнула и, сделав хороший глоток из бокала, продолжила:

– Сомневаюсь, что наш статус сохранится после такого нападения или похищения. Короли побегут к мелким, те – к крупным, а там еще и до верховного бога дойдет. И если все навалятся, то сдержать их, мы, конечно, не сможем, так что лучше не рисковать.

Приподняв глаза к небу, мужчина мысленно выдохнул.

– Умная мысль появилась, удивительно! – чуть слышно пробормотал он.

Глаза королевы снова блеснули.

«Ну что еще пришло в ее голову?» – возмутился советник.

– Поручи шпионам собрать информацию о королевских семьях, и портреты не забудь, а также предпочтения в сексуальном плане, не хотелось бы попасть на какого-нибудь извращенца, – приказала королева, взмахом руки показывая, что аудиенция закончена.

– Слушаюсь, ваше величество, – пробормотал советник и, поклонившись, пошел на выход из тронного зала.

– И проверь их финансовое положение, нахлебники нам не нужны! – вслед крикнула королева.

После выхода из зала мужчина пару минут постоял, приводя в порядок мысли, и решил, что надо бы зайти к казначею – сообщить, что если статья по алкоголю вдруг не может быть исполнена, он готов затянуть пояса своего ведомства.

Сбор информации занял более продолжительное время, чем планировал главный советник королевы. Все-таки законы разные, и за портреты королевской семьи могли запросто и казнить. А миров множество. Наконец все было готово.

Четыре портрета с изображениями потенциальных избранников в полный рост висели в десяти сантиметрах от пола. Королева с важным видом медленно переходила от одного к другому, тщательно рассматривая.

Остальных кандидатов она быстро забраковала. То взгляд безмозглый, то вид неэстетичный. Отвергнутые портреты кучей валялись в углу тронного зала. Советник молча стоял рядом. С его позиции открывался отличный вид на декольте королевы и то, что ниже. Мельком глянув на потенциальных избранников, он продолжил рассматривать прелести стоящей возле него девушки.

«Что вообще в них могло ей понравиться? – возмутился он, не прерывая созерцания. – Да и как она собирается посадить этого избранника рядом с собой? Разок присядет на трон, и ему никакая жена не понадобится, будет всю жизнь кверху задом лежать, если, конечно, сразу не зажарится, – советник весело усмехнулся. – А может, на расстоянии от трона, на табуретке сидеть будет? Цирк, да и только. Эх, не повезло мужику… – промелькнула сочувственная мысль. – О фаворитках лучше сразу забудь, да и словарный запас комплиментов подучи, – ехидно про себя посоветовал советник будущему избраннику. С трудом оторвав взгляд от демонстрируемого зрелища, он перевел его на портреты. – И к кому ж сегодня судьба задом повернется? Зря говорили, что кармы не существует, вот сейчас она себя и проявит», – с веселым злорадством подумал советник.

– Какой мужественный красивый мужчина, – торжественно прошептала девушка, уставившись на висящий перед ней портрет восхищенным взглядом.

– Твою ж! – только и смог чуть слышно пробормотать советник, переведя взгляд на портрет.

Что-что, а «мужественный» было не просто с большой натяжкой. Про красоту тоже можно было поспорить, а про мужчину и подавно.

«Самый обыкновенный задрот», – резюмировал он.

– Король мира Креон, – кивнув на портрет, доложил советник. – В этом году по их летоисчислению вступил на престол, предыдущий король отбросил копыта от чрезмерного употребления алкоголя и не могу сказать, каких развлечений, дабы не напрягать слух приличной девушки, – с небольшой порцией яда добавил он. – Сердечко не выдержало, наверное, эмоции переполняли, – предположил советник. – Финансовое положение не фонтан вследствие глупости королевской семьи и чрезмерных трат на развлечения, хотя их мир богат на ресурсы. Сам принц, теперь уже король, унаследовал все наиболее характерные семейные черты, думаю, у него они проявились в большой степени. Это средний дебилизм, страсть к развлечениям, трусость и садизм, – продолжил он свой доклад абсолютно спокойным, лишенным каких-либо эмоций голосом. – Так как дать в морду королевскому отпрыску никому в голову не приходило, то это переросло в фатальные недостатки. Еще не женат, – закончил доклад советник.

Королева молчала, любуясь портретом. Советник тяжело вздохнул, решив не мешать правительнице пялиться на своего избранника. Прошло немало времени, пока ее величество вдоволь налюбовалась и обратила внимание на стоящего рядом советника.

– Он не примет ваше приглашение, уж больно трусливый экземпляр, – он решил спустить с небес на землю влюбленную девушку. – А похитить – будет большой дипломатический скандал.

– В этом нет необходимости, – быстро проговорила королева, зачем-то поправляя прическу. – Говоришь, они часто развлекаются? Что они делают? – спросила она.

– Ну-у-у… устраивают балы и так далее… Как еще развлекаются короли?

– Балы, как в сказке про Золушку? – на ее лице появилась сильная заинтересованность.

«Приехали. И эта туда же», – обреченно решил советник.

Во всех мирах были сказки про Золушку – бедная девушка пришла на бал, в нее влюбился принц, и она стала невестой принца – бред, да и только, но попадаются экземпляры, которые в это верят, и королева, похоже, не исключение.

Получив утвердительный ответ, королева тут же решилась.

– Я поеду на бал и посмотрю, что там и как, заодно немного развеюсь и отдохну.

«Подумать только! Она устала!!! – снова про себя возмутился советник. – Выходи, глупая, из этого мира, давно уже пора. Тебя уже заждались».

– Как прикажете, ваше величество! Думаю, стоит известить соседей, что у вас мирные намерения и мы не начинаем с ними военные действия, – отметил советник.

Королева снисходительно посмотрела на него, как на маленького ребенка.

– Я отправлюсь инкогнито. Сила будет запечатана в этом мире. Я буду на уровне простой смертной с небольшими магическими способностями. Кстати, я неплохо владею мечом, – озвучила свой план королева. – Заклинание инкапсуляции, оно…

– Я знаю, что такое инкапсуляция, – перебил ее советник, от волнения на мгновение забыв о субординации. – Ваше величество, без сил вы будете беззащитны, вас могут поймать и убить, – быстро добавил советник в ответ на ее удивленный взгляд.

– Я рада, что ты переживаешь обо мне, но твое беспокойство излишне, – в подтверждение своих слов она махнула рукой.

Жест получился несколько резковатым, запустив грудь королевы в свободные колебания. Наблюдая за ними, советник понял, что подзабыл аргументы.

– Объяви всем, что я погружаюсь в медитацию на некоторое время, и сделай мне документы, что я какая-нибудь знатная дама, просто путешествую.

– Какое имя написать в документах? – сдался советник.

– Имя? – переспросила королева, похоже, про имя она не подумала.

– Королева, конечно, звучит хорошо, но вряд ли с таким именем вы сможете далеко уйти, – предупредил он ее.

– Пусть решит случай, – сказала она и, раздобыв откуда-то справочник имен, открыла на первой попавшейся странице и, не глядя, ткнула пальцем.

– Джиноания, сокращение Джини или Джинни, – прочитала она. – Звучит неплохо, даже романтично.

«Ага, а если бы какая-нибудь Дунька попалась, тоже бы взяла?» – со злой усмешкой подумал советник.

Аргументы иссякли. Глубоко вздохнув, главный советник принялся исполнять поручение.

Официальное объявление о впадении королевы в медитацию никого не удивило, это случалось с завидной регулярностью (в народе уже давно прозвали королеву спящей красавицей).

Жизнь мира текла своим чередом. Караваны из других миров приходили и уходили, торговля велась довольно успешно. Один из таких караванов уже прошел таможню и готовился пройти через портал. Возле повозок, ожидая своей очереди, стояла молодая девушка в мужском костюме с мечом на спине. Это не было чем-то из ряда вон выходящим. Сейчас многие девушки носили мужские костюмы и обзаводились боевым оружием. Ожидающие и таможенники мельком бросали на нее любопытные взгляды. На ее шее висел знак мага, и меч за спиной говорил явно не о том, что она занимается предсказанием погоды. Лицо было скрыто капюшоном.

На ее шее, кроме медальона, висел еще один, судя по всему, магический предмет – красивый черный камень, изрезанный странными незнакомыми символами. Его ей достал советник. Так как она отказалась брать хоть какую-либо охрану, то этот артефакт мог подать сигнал о помощи, где бы она ни была. Очень ценная и редкая вещь.

Недолгие формальности были закончены, и королева подошла к порталу. Ей предстояло пройти несколько миров, до того как она доберется до Креона. Советник снабдил ее подробной картой и описанием, как обойти неприятности. Но на пути их было слишком много, так что вряд ли удастся избежать всех. Она уходила тайно, никто во дворце, и даже ее главный советник, не знал, что она покинула дворец.

«Что не сделаешь ради любви», – усмехнулась девушка и шагнула в портал.

Глава 2

Наши дни

Резиденция верховного бога, зал собрания и зал совета находились в междумирье, на пересечении потоков энергии, гигантскими светящимися реками пронизывающими междумирье. После Катаклизма совет состоял всего из двух оставшихся высших и самого верховного бога. Почти все боги собрания стремились попасть в совет, но пока что не могли преодолеть критерии отбора, установленные его основателями. Огромный тронный зал был пуст. На возвышении стоял величественный трон. На троне сидел молодой мужчина, по смертным меркам лет тридцати-сорока. Впечатление от правильных красивых черт лица портил холодный пронзительный взгляд, который, казалось, выворачивает душу наизнанку. Чуть подавшись вперед, верховный бог слушал доклад высшего бога Амуна. Еще один член совета – он не имел имени, все знали его как короля пожирателей, могучий мускулистый мужчина – стоял перед троном, повернувшись к докладчику. Несмотря на серьезность обстановки вокруг, на лицах слушателей было написано некоторое непонимание, а проще говоря, они были в ступоре.

– Так что ей там захотелось? – этот вопрос был задан уже в шестой раз.

«Трудно, что ли, слово запомнить или, может, им записать?» – возмутился про себя Амун.

Но вместо этого просто ответил:

– Романтики ей захотелось, цветов и подарков ко дню рождения и праздникам.

Про цветы речи не было, но почему б не приукрасить? Верховный бог и король смотрели на него как-то подозрительно, наверное, думали, что пора крикнуть санитаров и подержать бога немного в психушке для поправки, а то тесное общение с королевой в роли ее главного советника, видимо, не добавляло психического здоровья.

– И она, закапсулировав свою силу в Темном мире, став простой смертной, отправилась искать принца? – снова переспросил верховный, это, очевидно, не очень хорошо укладывалось в его голове.

– Именно так, – подтвердил Амун.

Боги были, мягко сказать, ошарашены докладом. Смотря на верховного бога, Амун ехидно усмехнулся.

«Что, старичок, думал, молодая тетка появилась, закинешь в свой гарем и создашь новую династию богов? А вдруг дети в мать пойдут, что делать-то будешь?»

Признаться, он сам подумывал о такой перспективе, но, узнав королеву поближе, решил, что лучше не рисковать, гены все-таки – страшная сила.

– А что ты ей за портреты показывал? – поинтересовался король.

– Обычные портреты, которые королевские художники рисуют, – уже не скрывая раздражения, ответил Амун.

– В тех портретах никакой информативности, сплошное вранье, – безапелляционно заявил король. – Вообще-то, мог и спуститься в миры, построил бы королей и сделал для девчонки правдивую сессию: спереди, сзади, голый, одетый. Мог бы и меня попросить, я б тоже попозировал, – обиженно добавил он.

«Еще один герой-любовник выявился, похоже, мысль о детях до него не долетела», – с печальным вздохом подумал Амун.

– Ты не в ее вкусе, – отрезал он.

– И кого она выбрала? – снова переспросил король.

«Да они издеваются! – Амун уже был готов взорваться. – Интересно, у них что-нибудь после романтики в голове осело или все мимо пролетело?»

– Короля Креона, – мрачно повторил он в очередной раз, уже, наверное, в шестой если не больше.

– Этого!? Мать ее, там же даже на портрете все видно! А ты с портретами ничего не напутал? – уставившись на Амуна подозрительным взглядом, поинтересовался король.

– В итоге она потерялась среди смертных, – прервал их спор верховный. – Ты выяснил природу ее силы?

– По природе можно точно сказать, только если ее препарировать, – покачав головой, ответил докладчик. – А так, полагаю, что это из тех редких случаев, когда сила умирающего могла передаться, правда кого, определить нереально.

– Однако сейчас, когда она простая смертная, выяснить это невозможно, – подвел итог доклада верховный бог. – Ладно, посмотрим, что будет, если, конечно, ее не убьют разбойники или еще кто-нибудь. Пока ничего не делайте, просто понаблюдаем, – верховный бог откинулся на спинку трона и легким взмахом руки показал, что они могут быть свободны.

Поклонившись, боги вышли из зала.

– Твоя подопечная превзошла всех, – заявил король, как только они вышли. – Она хоть экстерьером ничего? А то слышал я разные слухи, мне тебя так жаль было.

– Экстерьер не подкачал, – ответил Амун, вспомнив королеву.

– Слава нам, я уж беспокоиться начал. Как думаешь, может, послать парочку пожирателей, пусть ее погоняют по болотам да дурь немного повыбивают? – предложил он.

– Твои пожиратели могут только пожирать и уж точно немного дури не выбьют. Не слышал, что верховный сказал, или мимо пролетело? – раздраженно огрызнулся бог.

Рассмеявшись, король пожирателей отпустил еще одну остроту:

– Однако, повеселил! А ее гениальность случайно не заразна? А то ты долго с ней рядом был. Как самочувствие?

– Очень смешно, тебе и эта девчонка не нужна, и так гений, – парировал Амун.

Небрежно махнув рукой, король со смехом исчез, оставив бога одного. Усмехнувшись над его подтруниванием, Амун отправился в свое поместье, а точнее, мгновенно переместился.

***

Наши дни

Резиденция высшего бога была так же скрыта между мирами, как и дворец верховного, и находилась неподалеку. По обыкновению, Амун переместился к воротам, хотя мог без проблем переместиться в любую точку дворца. Слуги, выстроившись перед входом, на коленях приветствовали господина. Бог был весьма строг и не прощал неуважение к своей персоне. Единственное исключение делалось для управляющего, которого он знал очень давно. Не задерживаясь, Амун прошел в коллекционный зал, являющийся предметом его гордости и страсти. Глаза сразу выхватили пустующее место. Раньше там лежал уникальный черный камень. Но сейчас оно пустовало. Его мысли снова вернулись к королеве. Он дал ей камень, чтобы ее можно было найти в любом мире, где б она ни находилась. В докладе, естественно, об этом не было ни слова. Она была так счастлива подарку! Даже слетела со своего трона и поцеловала его, как доброго дядюшку. Вряд ли девчонка поняла, что это просто очень красивый камень.

«Однако, до чего же дурам везет!» – с удивлением подумал Амун.

Высунулась бы она из своего мира – и они сразу бы атаковали, толпы пожирателей были направлены в ближайшие миры, ожидая ее выхода. Конечно, от этих миров уже ничего не осталось. Об этом советник королеве не сообщал. А тут принц, простая смертная – и толку нападать? Проникать в мир, где закапсулирована сила, себе дороже. А захватывать эту дуру нет смысла – пользы ноль, информации никакой и силой не поживишься.

«Можно, конечно, отыграться на ней за все ее причуды, – мстительно подумал Амун, с удовольствием представив, что он бы с ней сделал. – Ну что ж, подождем и понаблюдаем, как сказал верховный».

Амун перевел взгляд на еще один предмет своей бесценной коллекции. Это был чудесно исполненный и украшенный драгоценными камнями бюст женщины. Особо примечательны были глаза, их невозможно было отличить от настоящих.

– Член совета, высшая богиня Шантала, – продекламировал Амун, обращаясь к бюсту. – Ты была очень хороша собой. Даже чересчур, – зло добавил он. Достав бутылку, Амун наполнил себе полный бокал, снова посмотрел на бюст и насмешливо отсалютовал. – Могущественная ты была стерва, но теперь – всего лишь воспоминание… – медленно сообщил он бюсту, смотря в эти удивительные глаза. – Поверь, не этого я хотел, уверен, тебе бы понравилось, – насмешливо сказал Амун, усаживаясь в кресло.

Отпив из бокала, он глубоко задумался.

***

Катаклизм

Торжественные мероприятия по случаю учреждения совета богов завершились, присутствующие разбились по интересам, кто-то танцевал, некоторые увлеченно что-то обсуждали. Член совета Амун отошел на балкон, нависающий над залом. Медленно потягивая вино, прислонившись к стене, он наблюдал за высшей богиней Шанталой, стоявшей в зале в кругу богинь. Они что-то весело обсуждали. Белое платье сидело на ней идеально.

– Амун, – окликнул его кто-то.

Увлекшись наблюдением, Амун не сразу сообразил, что стоит не один.

– Верховный бог! – поприветствовал он.

Выглядевший так же молодо, как и Амун, верховный бог знаком остановил поклон.

– Не надо формальностей, официальная часть уже окончилась, – верховный встал рядом, в его руке был наполненный бокал. Окинув зал внимательным взором, он сделал небольшой глоток. – За столько лет, я бы даже сказал, веков совместного пребывания в совете мы не так часто встречались. Хотя при твоих умениях ты вполне мог бы претендовать на место второго или даже верховного бога.

– Вы мне льстите, – вежливо ответил Амун, быстро справившись с удивлением.

Его собеседник улыбнулся и снова отпил из бокала.

– Признаюсь, я считал тебя своим соперником, такой головокружительный взлет от никому не известного бога до члена совета! – верховный внимательно следил за эмоциями Амуна.

Несмотря на то что Амун хорошо владел собой, губы поджались, глаза недобро сверкнули. Тень застарелой обиды мимолетно омрачила его лицо. Это продолжалось всего лишь мгновение. Амун равнодушно пожал плечами.

– Она прекрасна, – сменил тему верховный, кивнув на зал. Он не уточнил, о ком говорит, но Амуну и так было ясно. – Божественно прекрасна, – восхищенно уточнил верховный бог.

– Хорошо выглядит, – холодно подтвердил Амун.

– И могущественна, – глядя в глаза Амуну, продолжил верховный. – Намного могущественней членов совета. – Амун промолчал, не совсем понимая, к чему он клонит. – Она к тебе очень хорошо относится, – наклонившись к Амуну, прошептал верховный. – И доверяет, насколько это возможно в ее случае. – Верховный отодвинулся от Амуна и, отсалютовав бокалом, отпил еще глоток.

– Никогда бы не подумал, что верховный бог склонен к излишним фантазиям, – с нескрываемыми нотками раздражения в голосе произнес Амун.

– Прости дружище, я не для того повертел нож в твой ране, чтобы посмотреть на твои мучения, – миролюбиво произнес собеседник Амуна. – Я хочу, чтобы ты убедил нашу красавицу в безобидности одного проекта.

– Сомневаюсь, что это безобидный проект.

– Он не безобидный, – признался верховный. – Но ведь ты можешь быть очень убедительным, – усмехнувшись, добавил он. – Цель оправдывает средства. Конечно, это не единственная просьба.

– Риск должен быть оправдан убеждениями или наградой, а лучше и тем и другим, – все тем же холодным тоном произнес Амун.

– Или желаньем, жгущим изнутри, – верховный перевел взгляд на Шанталу и приблизился совсем близко к Амуну. – Стерва, гордая, надменная, презрительно смотрящая с высоты своего величия на всех нас, копошащихся у ее ног. По глазам вижу, ты был ее пешкой, мимолетным развлечением.

Амун, до этого смотревший на Шанталу, перевел пылающий взгляд на верховного, кулаки непроизвольно сжались.

Верховный, казалось, не замечал настроения собеседника.

Он приблизил лицо к лицу Амуна и зашептал:

– Сброшенная со своей высоты, раздавленная, сломленная, ползающая в ногах, умоляющая, в ее прекрасных глазах – страх перед своим господином – вторым богом совета, Амуном. – Он отодвинулся от Амуна, посмотрел своими, ставшими черными, зрачками в глаза Амуна. – Первый пункт выполним, а что касается остального, зависит от тебя – как воспитаешь эту стерву, так и будет. Правда, может оказаться, что при выполнении первого пункта она умрет, – верховный усмехнулся. – Но, думаю, этот вариант тебя тоже устроит. – Верховный отхлебнул из бокала и снова посмотрел на Амуна теперь уже нормальными, темно-серыми глазами. – Я покажу проект, убедись сам. С ответом не тороплю.

Верховный бог снова отсалютовал бокалом, теперь это был знак прощания, и, повернувшись, не спеша спустился по лестнице в зал.

«Так это возможно!» – Амун чувствовал невероятное возбуждение.

Воображение захватило его с головой, он посмотрел на высшую богиню, она наблюдала за ним. Подошедший к богиням верховный бог галантно пригласил Шанталу на танец.

«Надо поосторожней, а то еще заметит», – отругал сам себя Амун.

Он не стал задерживаться на приеме, как можно скорее покинул его. Требовалось осмыслить услышанное и привести эмоции в порядок. Он уже был согласен.

***

Катаклизм

Ничем не примечательный мир. Сплошные камни разного размера, нет никакой жизни, палящее светило выжигало все, что могло зародиться. В глубине, скрытая всевозможными заклинаниями, располагалась лаборатория. Множество широких тоннелей, заканчивающихся огромными пещерами, отходило от нее. Крики ужаса и боли доносились из пещер.

– Мы приступили ко второй фазе, – доложил верховному богу лысый тощий мужчина со странно вытаращенными глазами.

– Наш главный специалист, – представил верховный бог лысого Амуну.

Лысый поклонился, в его глазах с завидной регулярностью вспыхивал садистский огонь, на губах появлялась такая же усмешка.

«Где они взяли этого психа?» – раздраженно подумал Амун, рассматривая стоящего перед ним специалиста.

– Много слышал о вас, – осклабился лысый. – Как проклятая, все так же хороша? – ехидно спросил он.

– Проклятая? – удивленно переспросил Амун.

– Шара… Шантала, – быстро поправился лысый.

– Материала хватит? – прервал его верховный.

– Все пещеры забиты, запаслись с избытком. Смертные, – добавил лысый, видя непонимающий взгляд Амуна. – Прошу за мной, – пригласил он, направившись в туннель.

Через короткое время они вышли в огромный зал. В центре висел сгусток темной субстанции, издалека напоминающий клинок. Черный клубящийся дым тянулся из туннелей и всасывался в сгусток. Лысый довольно потер ладони.

– Что это? – с любопытством спросил Амун, рассматривая сгусток.

– Темный меч, артефакт. Его сила огромна, правда немного непостоянна, – с сожалением добавил верховный. – Над этим как раз и работаем. Как ты понимаешь, обладатель этого меча будет иметь неоспоримое преимущество, – он кинул выразительный взгляд на лысого.

Поняв без слов, лысый нырнул в тоннель и буквально через мгновение внес поднос с лежащими на нем двумя камнями, состоящими из самой тьмы.

– Прототипы, – сказал верховный, кивнув на камни. Он протянул руку к одному из них, камень превратился в туман и материализовался кинжалом в его руке. – Если такой кинжал всадить ей в грудь, она ослабнет. И ты сможешь сделать с ней то, что захочешь. – Верховный взял кинжал за лезвие и протянул Амуну. – Он твой. Возьми второй на всякий случай. – Камень и кинжал перекочевали к Амуну.

– Не пытайся сделать сам, найди кого-нибудь рядом с ней, – дал совет верховный бог.

Амун кивнул:

– Будет исполнено.

Верховный довольно улыбнулся.

– Проводи его, – приказал он лысому, выразительно посмотрев.

 Лысый немного стушевался.

– Прошу сюда, – поклонившись Амуну, лысый рукой показал в сторону туннеля, через который они пришли сюда.

– Почему проклятая? – поинтересовался Амун у лысого провожатого, как только они вошли в туннель.

– Слышал я о ней. Вредная баба! Разве такая красавица может быть такой стервой? Точно проклятая, – быстро ответил он. – Вот и пришли. Всего наилучшего! – лысый снова поклонился в знак прощания.

Верховный бог стоял в одиночестве, наблюдая за темными потоками, вливающимися в темную субстанцию. На его щеке появился быстро увеличивающийся шрам, слабый темный туман просочился наружу.

– Что б тебе, сука, пусто было! – выругался верховный, дотронувшись до щеки, поток отделился от создаваемого меча и начал вливаться в его тело. По прошествии пяти минут шрам исчез. – Вырвать бы твой болтливый язык, – процедил он, как только лысый специалист появился в зале.

– Прости, Сатор, само вылетело. Думаешь он справится? – лысый попытался побыстрее перевести тему подальше от своего языка.

– Справится. А ты поторопись, времени и так в обрез. Того и глядишь, Зелум что-нибудь придумает, тогда весь наш план накроется.

– Кстати, рука плохо себя ведет, – заискивающе произнес лысый. – Не нравится ей происходящее.

– Она мертвая, как ей может что-то нравиться? – раздраженно поинтересовался Сатор.

Отодвинулся кусок скалы, на постаменте, закрытая стеклом, лежала рука, от локтя до пальцев тыльную сторону руки закрывала перчатка, у локтя – кровавое месиво. Молнии пробегали от перчатки и далее по руке.

– Конфликтует, похоже, вот же мерзавка, даже мертвая буйствует! – удивленно возмутился Сатор. – Придется переправить в другое место. – Он на секунду задумался. – Что стоишь? За работу! – прикрикнул верховный бог на лысого.

Лысый засуетился, потоки ускорились. Крики боли и ужаса заполнили подземелье.

***

Катаклизм

Поздний вечер заканчивался, наступала ночь. Дворец высшей богини погрузился в темноту.

– Как она о себе заботится, режим соблюдает! – проворчал Амун, стоя перед воротами в ожидании, пока кто-нибудь соизволит впустить его.

Наконец ворота приоткрылись, и из-за створки появилась сонная голова дворецкого. Окинув взглядом посетителя, он открыл ворота пошире и поклонился Амуну.

– Прошу прощения, высшая богиня не любит, когда ее беспокоят во время отдыха, – доложил дворецкий.

– Доложи, – холодно приказал Амун.

Дворецкий окинул его взглядом и с тяжелым вздохом отправился выполнять поручение, пригласить Амуна внутрь он не удосужился.

Прошло минут десять, Амун уже устал мерить шагами площадку перед воротами. Прошло еще минут десять. В воротах появился дворецкий.

«Надо же, и часа не прошло!» – съязвил про себя Амун.

– Высшая богиня вас примет, прошу за мной, – с поклоном доложил он.

Следуя за дворецким, Амун прошел в кабинет. Миловидная девушка принесла чай, стрельнув глазами, налила его в чашку и поставила на небольшой столик. Еще раз благосклонно посмотрев, удалилась.

«Она там что, марафет наводит?» – возмутился про себя Амун отсутствием Шанталы.

– Так что случилось, что ты поднял меня среди ночи? – проворчала Шантала, появляясь позади Амуна.

Он обернулся. Растрепанная, в халате, как тут же заметил Амун, надетом на голое тело, богиня сонным взглядом уставилась на Амуна.

– Простите, высшая богиня, заработался, забыл о времени, – извинился ночной посетитель, откровенно рассматривая Шанталу.

Не приходя в сознание, она дошла до кресла и плюхнулась в него. Закинув ногу на ногу, знаком указала ему на другое кресло, сладко зевнула.

Амун, не спеша объяснять цель визита, не стесняясь – все равно спит – разглядывал собеседницу. Было на что посмотреть. Разрез халата сместился, обнажив ногу до середины бедра. Ткань натянулась как вторая кожа, не скрывая ни одной детали ее безупречного тела.

– Налюбовался? – насмешливо поинтересовалась Шантала, не меняя позы.

Амун поднял взгляд, в ее глазах не было и тени сна.

– Ты это специально, – выдохнул он.

Шантала окинула себя мимолетным взглядом.

– Не понимаю, о чем ты, – надменно произнесла она. – Может, все-таки скажешь, чему я обязана ночному визиту?

– Верховный бог пытается создать артефакт силы, что-то вроде меча, – доложил Амун.

– Ты его видел? В какой он стадии?

– В начальной, пока не получается стабилизировать поток и зафиксировать хотя бы какую-нибудь форму.

– Какие заклинания используются?

– Обычные, ничего темного, если ты это имеешь в виду, – ответил Амун, посмотрев в глаза Шантале. – Верховный попросил помочь со стабилизацией, вряд ли он бы это сделал, будь там что-то сильно запрещенное. Если сомневаешься, могу организовать экскурсию.

– В этом нет необходимости, – отказалась Шантала. – Твоего мнения достаточно, – она замолчала, что-то обдумывая. – Ты не замечал ничего странного в нашем верховном?

– Нет, все как обычно, а что смущает? – полюбопытствовал Амун.

– Просто показалось, что он изменился.

– Не заметил, – Амун окинул взором задумавшуюся богиню. – А вот кое-кто вызывает беспокойство, – добавил он.

Шантала взглядом показала, что ждет объяснений.

– Зелум. Куда он пропал и чем занимается?

– Спроси его, когда появится, – предложила Шантала.

– Мы сейчас воюем с демоническими мирами, – немного ядовито уточнил Амун, вдруг она забыла. – Что, если король демонов воспользуется его отсутствием?

– Если король воспользуется, то и Зелум появится, – отрезала Шантала.

– Ты ему так доверяешь, – ехидно констатировал Амун.

– Это вопрос или утверждение? – недовольно поинтересовалась она.

– Утверждение. Вопрос в другом – он такой же, как ты, или очередная марионетка, соблазненная тобой?

Глаза Шанталы недобро блеснули.

– Это ты к чему? – ледяным тоном спросила она.

– Да так, ни к чему, – распалился Амун, встав с кресла, он возвышался над сидящей богиней. – Я ведь тоже твоя марионетка. Стал интересен масштаб этого процесса.

– Убирайся, – яростно прошипела Шантала.

– Убьешь меня? – зло поинтересовался он. Его рука незаметно скользнула под сюртук, холод темного камня обжег руку. – Ты когда-нибудь испытывала боль, разочарование, страх? Или ты всегда была такой надменной суко…

Он не смог договорить – схватив его рукой за горло, Шантала стала подниматься вместе с ним вверх. В ее глазах пылал страшный огонь, воздух за ее спиной загорелся. Амун чувствовал жар, исходящий от нее, скованный ее силой, он не мог пошевелиться, камень, как будто испугавшись, не отзывался. Одежда задымилась.

– Что ты знаешь о боли и страхе? – надменно усмехнувшись, спросила Шантала.

Она швырнула его вниз в направлении выхода из кабинета. Оглушенный ударом об пол, Амун попытался подняться, тело не слушалось, он беспомощно барахтался у ног стоящей перед ним богини.

– Еще одна такая выходка – и одно место в совете станет вакантным, – произнесла она, наблюдая за его попытками встать.

Вбежал дворецкий.

– Наш гость уходит, помоги ему, – приказала Шантала.

С трудом встав, Амун, держась за дворецкого, поплелся из дворца.

«Прав был верховный – сильная, стерва, так просто ее не взять», – отметил Амун.

Ноги не слушались, ему пришлось почти висеть на сопровождающем. Переместившись в свой коллекционный зал, он с трудом забрался в кресло, тело так и не хотело подчиняться. Откинув голову на спинку кресла, он закрыл глаза, пытаясь прийти в себя.

***

Катаклизм

– Идиот! – зло высказалась Шантала, как только дворецкий с висящим на нем Амуном покинули кабинет. – Вот же скотина неблагодарная! Ну, я тебе устрою! – она зло осмотрела кабинет, взгляд остановился на кресле, где она сидела. Обивка пропиталась кровью. – Достало! – От удара ногой тяжелое кресло отлетело в стену.

– Высшая богиня, что-то случилась? – обеспокоенно спросила появившаяся в дверях молодая девушка, привлеченная шумом.

– Ничего не случилось, – уже спокойным голосом ответила Шантала. – Алина, иди спать.

Алина, приносившая Амуну чай, замерла, веселые веснушки на ее лице побледнели. Не моргая, она смотрела, как тяжелая капля крови отделилась от полы халата и, ударившись о пол, разлетелась красными брызгами, за ней другая.

– Ступай! – приказала Шантала тоном, не терпящим возражений.

– Вот же твари! – возмутилась богиня, оставшись одна.

Распахнув халат, она уставилась на шрамы, усеивающие ее живот и грудь, ногам тоже досталось, многие уже почти исчезли, особо глубокие, как будто нанесенные огромными когтями, кровоточили. Она сосредоточилась, шрамы стали затягиваться, кровотечение прекратилось. Иллюзия снова скрыла ее раны, пропитанный кровью халат прилип к телу. Шантала устало опустилась в кресло, стоящее возле стола, взяла бутылку и отхлебнула сразу из горлышка.

Колебания силы донесли незаметные для остальных сотрясения Миров. Напряжение последних месяцев давало о себе знать. Она забыла, когда последний раз спала. Из запечатанных миров прорывался Создатель – его безумная ярость уже ощущалась в Мирах. Безумные братья, заточенные на нижних уровнях ада, в ужасе от возвращения отца взбунтовались, некоторые вырвались и наводили ужас в попавшихся им мирах, уничтожая все, до чего смогли дотянуться. За некоторыми пришлось гоняться по всему аду.

«Король демонов воспользуется, – усмехнулась она, вспомнив слова Амуна. – Его вообще-то Ксерон зовут».

Ксерон отправился ловить вырвавшихся безумцев, а ей пришлось разбираться с ними в аду, загоняя обратно. Колебания усилились, через некоторое время стихли и стали почти неощутимыми. Стянув на себя потоки силы Миров, Зелум ставил барьеры на пути Создателя, убирая бреши, пробитые в заклинании печати.

«Борьба на истощение», – грустно подумала Шантала.

И пока они побеждают, Зелуму удалось оттеснить Создателя обратно и восстановить поврежденные участки, хотя еще ничего не кончено. Если отец прорвется – кто знает, кто победит в открытом столкновении.

Шантала снова приложилась к бутылке. Ее глаза закрылись, но через пару минут она снова открыла их, шрамы почти затянулись.

«Сон для слабаков», – насмешливо подбодрила она себя, вставая.

Доспехи соткались на ней прямо из воздуха.

«Что ты знаешь о боли и ужасе, Амун…» – зло процедила Шантала.

Предстояло еще разобраться с какой-то жуткой тварью в пограничном мире, а потом вернуться в ад и проконтролировать, чтобы никто из безумцев не сломал удерживающие их барьеры.

Она переместилась прямо из своего кабинета.

***

Катаклизм

– Алина, ты молодец, – восхищенно произнес Амун, нежно лаская рукой небольшую девичью грудь.

Алина лежала рядом, положив голову ему на плечо.

«При таких веснушках она должна быть рыжей, под Шанталу косит», – усмехнулся Амун, бросив взгляд на темно-каштановые волосы.

– Ты уже ее помощница и вроде даже на уровне подруги, замечательно, – продолжил Амун.

Алина высвободилась из его объятий, повернувшись, она заглянула в глаза Амуну.

– Я тут голая лежу, а ты только об этой шлюхе и вспоминаешь, – процедила она.

Ее глаза зло сузились.

Амун весело рассмеялся.

– Ревнуешь? – приподняв ее над собой, он усадил ее сверху.

Пригнув ее голову к своей, припал к губам с поцелуем. Руки легли ей на грудь, массируя со все нарастающей страстью. Стон возбуждения вырвался из губ Алины. В глазах загорелась страсть.

– Извинения приняты? – спросил Амун, когда все закончилось.

Встал с кровати и наполнил бокалы, один протянул лежащей девушке.

– Приняты. Ты умеешь извиняться, – томно добавила она, принимая бокал.

«А глаза у них похожи», – отметил Амун про себя.

– Ты была осторожна?

– Она почти не появляется, иногда переместится на час-два и снова исчезает, так что вряд ли что-то заподозрит.

– Они что-то замышляют, верховный бог тоже обеспокоен, – задумчиво сказал Амун. – Будь предельно осторожна, если Шантала тебя в чем-то заподозрит, она убьет тебя.

Алина поджала губы, Амун не смог произнести имя высшей богини с полным безразличием.

«Бесит», – раздраженно подумал Амун, заметив ее реакцию.

– Верховный бог полагает, что она связана с карателями.

Алина испуганно посмотрела на него.

– Они ведь мертвы? – с паническими нотками в голосе произнесла Алина.

– Мы так думали, но… – Амун выдержал драматическую паузу. – Это секретная информация, не все члены совета в курсе, – предупредил он Алину. Она кивнула. – Контроль высшей богини ослабевает, она может потерять власть над советом. Верховный бог больше не собирается плясать под ее дудку, – Амун усмехнулся. – Единственный, кто ее поддержит – это Зелум, – ядовито добавил он.

– Зелум вроде очень сильный, – сказала Алина.

– Поверь, слухи о его силе сильно преувеличены, – улыбнулся Амун. – Думаю, он давно уже был под ее каблуком. Единственный шанс удержать власть – это призвать карателя.

Дикий ужас промелькнул в глазах Алины.

– Но это же… – она понизила голос до шепота и, оглядываясь, будто своими словами могла призвать древних богов, произнесла: – Каратели!

– Мы нашли одно свидетельство древности. Шантала старше, чем пытается показать, она занималась своими играми и при карателях. Конечно, эти данные не сохранились, но, думаю, она ответственна за некоторые из уничтоженных миров.

Алина была в ступоре. Амун забрал из ее руки бокал и наполнил до краев.

– Выпей, станет легче.

Повинуясь, она одним глотком осушила бокал.

– Думаешь, она одна из них? – спросила она, ее голос предательски дрогнул.

– Это вряд ли. Скорей всего, она активно пользовалась своей красотой, – ядовито предположил Амун.

– Шлюха, – с неприкрытой ненавистью в голосе сказала Алина.

– Не бойся, мы принимаем контрмеры, – успокаивающе произнес Амун. – Верховный бог и члены совета, естественно, кроме Зелума. Мы создали артефакт, он заточит силу карателя в себя, и их никогда не получится возродить.

Алина смотрела на него, как на спасителя Миров. Амун мысленно похвалил себя.

– Если мы правы в отношении Шанталы, она постарается помешать нам.

Алина продолжала смотреть на него широко распахнутыми глазами, не говоря ни слова.

– Об этом мы тоже позаботились, – грустно улыбнувшись, сказал Амун.

Выйдя из спальни, он через минуту вернулся. В его руке лежали два темных камня.

– Этим? – недоверчиво спросила Алина, наконец-то обретя дар речи.

Амун протянул руку к камню, он поплыл и материализовался кинжалом в его руке.

– Этим, – подтвердил Амун. – Если она нападет, я вонжу это ей в грудь. Кинжал лишит ее силы, и мы сможем завершить начатое.

– Она убьет тебя! – в ужасе проговорила Алина.

– Может быть, но это единственный шанс. Я буду рад отдать жизнь, лишь бы остановить ее.

– Почему именно ты? – слезы навернулись на ее глаза.

– Я один из лучших в совете, – он нежно посмотрел на Алину. – У меня получится, – он попытался сказать это уверенно, но голос дрогнул.

– Она убьет тебя и призовет карателя, – со злой уверенностью произнесла Алина. – Это второй нож? – спросила она, указывая глазами на второй камень.

– Да их два. Второй – если первая попытка не удастся. Но желающих нет, – презрительно добавил он.

Она протянула руку ко второму камню, он также материализовался кинжалом.

– Если ты умрешь, она не призовет никого, – с мрачной уверенностью произнесла Алина, ее глаза засветились решимостью идти до конца.

«Всего лишь месяц», – довольно подумал Амун.

Он ничего не ответил, нагнулся к ней и страстно поцеловал.

– Давай насладимся тем временем, что у нас осталось, – нежно произнес он, забрав кинжал из ее руки.

***

Катаклизм

Зал собрания был поглощен яростно бурлящим темным огнем, над ним образовалась огромная воронка. Темное пламя, как перевернутое торнадо, сузившейся частью уперлось в воронку, широкая часть закрутилась на земле. Сверкали гигантские молнии, раскаты грома перекрыли все звуки. Амун стоял в отдалении, наблюдая за процессом высвобождения силы темного меча. К его удивлению, верховный бог лично осуществлял финальную фазу и сейчас был где-то там, в эпицентре темного апокалипсиса.

Амун ни одно мгновение не сомневался, что Шантала появится. Письмо с извинениями, где он сообщал, что ошибся в верховном боге, должно было попасть к ней. Где-то неподалеку должна была находиться Алина. Облаченная в доспехи охрана из преданных верховному богов находилась на границе темного пламени.

Шантала появилась внезапно, она также была доспехах, в руке холодным пламенем светился меч. Мгновение – и вот она уже стоит перед темным огнем. Со своего места Амуну было хорошо видно все происходящее. Охрана бросилась к появившейся богине.

«Мечом она тоже хорошо владеет! – восхитился Амун. – Даже магию не применила».

Шантала быстро уничтожила нападавших и успела швырнуть созданное тут же огненное лезвие к вершине торнадо, пытаясь отсечь его от воронки. Отрезанная верхушка рассеялась, оставшаяся часть, завертевшись еще сильнее, снова соединилась с воронкой.

– Да чтоб тебя! – зло выругалась Шантала.

Языки ярко светящегося белого пламени врезались во тьму. Вращение замедлилось. Не мешкая, она вошла внутрь. Стена белого огня прорезала торнадо и ударила в эпицентр.

«А верховный непрост…» – усмехнулся Амун.

Языки белого пламени снова прорезали торнадо. Вращение остановилось, темнота стала густой, как будто замерла в ожидании. Вспышки молний, огня и внезапно появляющихся темных смерчей указывали Амуну местоположение высшей богини.

– Мощная баба! – восхищенно проговорил он. – Даже не знаю, на кого поставить в этой схватке.

Бой сместился, Шантала резко уходила в сторону от эпицентра.

«Похоже, Алина вступила в игру, – отметил Амун. Он не собирался вмешиваться. – Интересно, а что тебе верховный пообещал – мое место или место рядом с собой? Жаль, сейчас вряд ли это узнаешь».

Торнадо закрутилось еще яростней, чем в самом начале. Сила резко нарастала. Широкая часть торнадо приподнималось, открывая происходящее. Шантала стояла на коленях, черный клинок погружался в ее грудь, хвост смерча соединялся с клинком и, бешено вращаясь, пропадал в основной тьме. Сорвавшись со своего места, черный смерч ударил в воронку. Потоки тьмы с огромной скоростью устремились куда-то вдаль.

– Твоя цель была не она… – пораженно выдохнул Амун.

Крик ярости перерыл грохот происходящего, несмотря на смерч, бьющий в грудь, Шантала поднималась. Пламя взметнулось вокруг нее, над ее головой сформировалось огромное огненное лезвие, с невероятной скорость полетевшее в эпицентр темного смерча. Тьма разорвалась, темные всполохи быстро рассеивались. Воронка пропала. Верховный стоял на одном колене в центре зала, где раньше стоял трон. Темный меч, выбитый из его рук, валялся неподалеку. Его лицо залило кровью. Несмотря на это, он довольно рассмеялся и неторопливо поднялся.

– Вы проиграли, – сказал он, обращаясь к Шантале. – Печати разрушены.

Заклинание ударило в богиню. Амун видел, что она попыталась отбить его, но все равно ее сбило с ног. Несмотря на льющуюся изо рта кровь и то, что клинок уже полностью погрузился в ее грудь, Шантала снова поднялась. Рычание вперемешку с хлюпаньем вырвалось из ее горла. В разрушенный зал собрания вбежал вооруженный отряд богов.

«А верховный подготовился на совесть», – довольно отметил Амун, не двигаясь с места.

– Охренеть! – вырвалось у него.

Выпучив глаза, он наблюдал, как взбесившаяся красавица, бешено орудуя мечом, отправляла на тот свет нападавших одного за другим, а то и одновременно. Резкий приступ тошноты чуть не заставил его согнуться пополам. Всегда возвышенная и утонченная высшая богиня, воспользовавшись перегруппировкой, вонзила меч в одного слегка замешкавшегося воина, схватив его, зубами разорвала горло и выпила его силу вместе с кровью.

– Праведница, – с трудом выговорил Амун, закрывая рот рукой, приступы тошноты накатывали один за другим.

Сея смерть мечом, богиня выхватывала очередного оставшегося в живых после ее атаки, откатывалась по площади вместе с ним и, мгновенно разорвав горло, пила силу. Амун бросил взгляд на верховного – тот стоял и с интересом, Амуну даже показалось, с сильным удивлением наблюдал за происходящим. Второй отряд, подоспевший к сильно поредевшему первому, уже не пытался захватить богиню, сразу начали магическую атаку. Она отбивалась, отклонялась. Уже ничего не было видно. Боги били сокрушительными заклятиями по всей площади.

– Хватит уже! Прекратить! – громко раздался на удивление спокойный голос верховного бога.

Дым рассеялся, посреди развороченный площади лежало тело, изуродованное заклинаниями.

– Проверь – жива или нет, – приказал верховный первому попавшемуся на глаза воину.

– Еще жива, без сознания, – крикнул он, на всякий случай быстро отойдя подальше от тела.

Верховный бог не спеша подошел, поискал взглядом Амуна.

– Как и обещал – она твоя, – сказал он, как только Амун приблизился. – Но хочешь совет? Не связывайся с этой чокнутой. Видел, какая зубастая? Вмиг отгрызет. Будешь потом всю жизнь мучаться, – с сочувствующим вздохом добавил он.

После всего увиденного Амун был полностью согласен с верховным.

– Она королю демонов нравилась, пусть лучше ему отгрызает, – решил Амун. Он с опаской наклонился к телу. Через мгновение поднялся. – Мне и этого хватит.

В его руке были ее глаза.

– Мудрое решение, – равнодушно прокомментировал верховный. – Выбросьте ее где-нибудь, чтобы демоны подобрали, – приказал он в никуда, взмахом руки создавая портал.

Трое отделились от толпы и, взяв за руки и за ноги, потащили изуродованное тело в портал.

– Подготовьтесь к приходу Зелума, – приказал верховный бог.

Окинув удовлетворенным взглядом начавшуюся суету, он переместился в свой дворец.

Бросив темный меч на стол, верховный бог взял кубок и разом осушил половину. В зал, поклонившись, вошел лысый исследователь.

– Сатор! – поприветствовал он.

– Нет, ты это видел!? – воскликнул Сатор вместо приветствия, возмущение переполняло его. – Мерзавка мелкая! Больная на всю голову! Что устроила!

Лысый удивленно уставился на Сатора, на его лице ясно читалось, что он не понимает причины возмущений.

– Ну… после таких ударов вряд ли она восстановится, – осторожно произнес лысый. – А жаль, шикарная была, – грустный вздох подкрепил его слова. – А почему ее выбросили? В проекте использовать не будем? – Сатор не ответил. – Можно было бы как щит использовать, – предложил лысый.

– Свинтила она, – соблаговолил наконец ответить Сатор, покачав головой, как будто до конца не верил в увиденное. – Силу насосала и смылась. И тело подкинула, – уточнил он, заметив непонимающий взгляд лысого.

Лысый соображал очень быстро.

– Думаю, она не первый раз такими делами промышляет, судя по скорости, с какой она это делала, – мгновенно выдал он.

– Вот же мелкая дрянь, – снова прорвало верховного бога. – А Создатель куда смотрел? Пороть ее надо было каждый день, пока вся дурь не выбилась бы! – зло добавил он.

– Возвращаемся к первоначальному плану? – спросил лысый.

Сатор поднял кубок и допил содержимое.

– Да, – мрачно ответил. – Больная стерва, такую идею испортила! – еще раз возмутился он. – Отправь руку обратно, пусть продолжат работу.

– Как прикажете, – лысый поклонился, оставив верховного бога одного.

***

Катаклизм

Стройными рядами, сияя доспехами, армия богов выстроилась перед дворцом верховного бога, готовая встретить теперь уже бывшего члена совета Зелума, объявленного падшим. Верховный бог в малом тронном зале принимал доклады. Все были облачены в доспехи. Амун не исключение.

Он посмотрел в окно – из открывшегося портала выходили отряды, по приказу верховного переброшенные из районов боевых действий. На лицах в зале отражалось беспокойство. Падший уже уничтожил один из миров, не пощадив ни находящихся там богов, ни демонов. Взгляд Амуна переместился вверх – сверкая разрядами, над дворцом, залами совета и собрания стягивался защитный купол. Осталось совсем немного. Падшему придется пробиваться через защиту под массированной магической атакой. Все перемещения будут заблокированы, как только купол закроется. Сверкнув молниями, купол закрылся.

Верховный бог встал.

– Уверен, он появится в ближайшее время. У него нет другого выбора, – усмехнувшись, сказал он.

Никто не решился спросить, откуда ему это известно. Бросая настороженные взгляды на темный меч, из которого вырывались темные всполохи, боги совета согласно закивали.

– Отправляйтесь к войскам, – приказал верховный бог.

Поклонившись, все направились к выходу. Уже возводились заклятия, блокирующие перемещения. Пришлось идти пешком.

«Что-то никто не спешит озвучить перестановки в совете», – недовольно отметил Амун.

Его отряд поставили ближе всего к краю купола, напротив специально оставленной площадки. Боги решили, что Зелум переместится на это единственно возможное для перемещения место.

«А я, получается, на передовой», – продолжил размышлять Амун.

На его удивление, третий член совета с отрядом стоял сразу за ним.

«И тебя списали», – усмехнулся Амун.

Он кинул взгляд на дворец. Ему не нужно было видеть, и так знал – остальные сосредоточились поближе к верховному и темному мечу.

Небо в считанное мгновение покраснело. Кровавые капли упали на купол, тут же испаряясь.

Кто-то в ужасе прокричал:

– Каратели!!!

Стройные ряды дрогнули.

«Вырвать бы тебе язык! Кто же кричит такое?!» – зло подумал Амун.

Незаметное на красном фоне, гигантское лезвие врезалось в купол, за ним другое, третье. Внезапно появившийся огненный шар на огромной скорости пробил купол и ударился о мостовую перед дворцом. Обжигающее синее пламя огненным смерчем завертелось вокруг падшего, стоящего на месте, где упал шар. Огненные крылья сияли за его спиной. Взмах мечом – и отделившееся от него алое лезвие пронеслось в направлении верховного. Тьма, отделившись от темного меча, приняла на себя удар лезвия. Гигантские молнии ударили по защитникам. Огненные смерчи упали с неба. Кто-то замер, упав на колени, кто-то кричал «каратели!!!», пытаясь прорваться к площадке и переместиться прочь.

Амун оглянулся на дворец. Синее пламя яростно вращалась вокруг него. Темные всполохи прорывались сквозь пламя. В него кто-то врезался.

– Уходим, – третий член совета схватил его за руку и потащил в направлении площадки.

Амун согласно кивнул – в этом хаосе им делать нечего, разве что умереть.

В эпицентре огненного безумия Зелум и Сатор схватились в смертельной схватке. Лезвия тьмы и огня отделялись от мечей, ударяясь в тут же поставленную защиту. Они кружили друг напротив друга, нанося и отбивая удары.

– Ты расслабился, закостенел, ум уже не такой острый, – насмешливо произнес верховный бог. – Не пробовал головоломки решать? Говорят, помогают.

– Тебя забыл спросить, – зло ответил Зелум. – И давно ты в теле этого идиота?

– Достаточно. Как там красавица? Справился с клинком, может, помощь нужна? – продолжал ехидничать верховный бог.

– Обойдусь.

Они не переставали обмениваться ударами, несмотря на словесную перепалку. Внезапно Зелум провел мечом над своей рукой. Вены на руке разорвались, кровь, вместо того чтобы потечь вниз, крупными каплями всосалась в меч, сделав его кроваво-красным. Тут же переместившись, он нанес удар по верховному богу. Темный меч поднялся, отражая удар. Мечи столкнулись. Кровавый меч засветился, раздался взрыв, и темный меч раскололся. Продолжая движение, Зелум вонзил свой клинок в грудь верховного. Рука Зелума засветилась, поток света, прокатившись по мечу, ударил в противника. Верховный завопил от боли, засветился и рухнул как подкошенный, темный туман быстро испарялся из него.

– Жалко, что это тебя не убьет, но приятных ощущений добавит с лихвой, – зло прокомментировал Зелум.

Далекий удар сотряс Миры. Зелум шагнул к обломкам меча. Взмах рукой – и они исчезли. Со следующим шагом Зелум исчез.

***

Наши дни

Амун сидел в кресле, захваченный воспоминаниями. Налив еще бокал, пристально заглянул в глаз бюста.

– Красивые у тебя были глаза, Шантала, надеюсь, тебе нравится их обрамление.

Как потом выяснилось, падший рванул в миры демонов. Что конкретно дальше было, неизвестно. Эхо тамошней битвы прокатилось по Мирам, выжигая некоторые из них или превращая в такой же мир, какой облюбовала себе королева. По слухам, дошедшим позднее, в битве пали и король демонов, и падший. Шантала также ушла в мир иной. Тел, конечно же, не нашли, но это и неудивительно, все было сметено начисто.

– Так и живем с тех времен. Третий стал верховным, я вторым, а король пожирателей, которого мы добавили в совет, стал третьим, – не отрывая глаз от бюста, Амун холодно улыбнулся. – Вот и все. Жаль, ты не можешь сказать, каково тебе было, когда ты лишилась всего, и жизни тоже. – Его мысли снова вернулись к королеве. – Что не говори, а дурам действительно везет, – второй раз за вечер повторил Амун избитую фразу.

С самого появления королевы он не мог понять, почему повелительница ада никак не отреагировала, когда девчонка напала на одну из ее тварей. Амун не сомневался – если бы боги или демоны выкинули подобное, реакция адской стервы была бы незамедлительной, а тут – будто так и надо.

«Приличных слов нет! – возмутился он про себя. – Вот же не к добру вспомнилась эта ведьма», – слегка поежившись, подумал он, окидывая внимательным взглядом темные углы коллекционного зала.

Ад… Создан в незапамятные времена древними богами. Про него ходили только легенды. Место, где заточены самые ужасные существа, когда-либо появлявшиеся в Мирах.

Сказать по правде, Амун особо не верил во все эти суеверия до недавнего времени. Пока примерно сорок, может, пятьдесят лет назад из глубин этого жуткого места не вылезла могущественная темная тварь, объявившая себя повелительницей ада. За короткое время она умудрилась нагнать такой жути, что по ужасу, охватывающему Миры от одного ее упоминания, стала уступать только карателям.

Конечно, невозможно сказать, где была правда, а где нет.

«Но вообще-то дыма без огня не бывает», – мстительно вспомнил Амун старую пословицу.

Повелительница позиционировалась как антагонист Бога-отца – древнего бога, очень древнего. По официальной информации, он давно отошел от дел, оставил себе один мир и безвылазно находился там.

Амун усмехнулся.

«По официальной информации… а по неофициальной Бог-отец очень любил советовать, что делать и как править Мирами. Естественно, его советы были обязательны к исполнению. Ссориться с ним никто не хотел», – Амун отпил из бокала.

Повелительницу ада в Мирах также прозвали дьяволом. Или дьяволицей. Она отличалась своеобразным чувством юмора и оказалось весьма обидчивой персоной. Что-что, а это Амун прочувствовал на собственной шкуре.

Он сделал большой глоток. Даже сейчас, после стольких лет, вспоминать о ее шутке весьма неприятно.

Скептически относясь к сообщениям о могуществе дьяволицы, Амун выступил на собрании богов, где подверг резкой критике деятельность так называемой повелительницы ада. Вернувшись после заседания, Амун обнаружил, что его дворец осажден толпой живых мертвецов в разной степени разложения, поднятых с кладбищ ближайших миров. Мертвяки, не замолкая ни на минуту, громогласно скандировали неприятные для любого политика лозунги, тряся плакатами и транспарантами с обидными надписями и изображениями.

А в своей спальне он обнаружил приколотое к подушке розовым бантиком послание от повелительницы, выполненное в форме сердечка и источающее приятный аромат. В послании было приглашение посетить ад, а также дьяволица обещала ему незабываемую романтическую программу. Далее шел список мероприятий с его предполагаемым участием, при одном взгляде на который у любого нормального бога, да и не только, волосы встанут дыбом. Можно и не говорить, что Амун вежливо отказался.

Мертвецы с месяц повопили вокруг дворца и вернулись на свои кладбища.

«Значит, как мне, так мероприятия всякие, а девчонке все с рук сходит. Как-то несправедливо», – возмутился Амун.

Поначалу он даже думал, что королева как-то связана с повелительницей, но впоследствии пришел к выводу, что королева действует самостоятельно.

– Что ж, подождем, понаблюдаем, как сказал верховный, – задумчиво проведя ухоженным ногтем по щеке бюста, проговорил Амун и вышел из зала.

Глава 3

Наши дни

На пути к своей любви королева (по документам – Джиноания, или просто Джинни) преодолела уже пару миров. Сейчас ничего не выдавало в ней королеву – обычная девушка, идущая на городскую ярмарку или возвращающаяся в деревню. Таких полно: в простом платье, корзина в одной руке и палка, обмотанная тряпкой, в другой, соломенная шляпа спасала от палящего солнца и скрывала лицо. Еще один мир – и она достигнет первой цели своего путешествия. А потом отправится в Креон.

– Пошевеливайся, – орал какой-то смертный, сопровождающий богато украшенный экипаж.

Возницы торопливо сдвигали обоз на край тракта, чтобы освободить дорогу.

– Вот сделали бы пошире, и проблем бы не было, – равнодушно пробормотала Джинни.

Она слезла с обоза и вместе со всеми ждала, пока пропустят какую-то важную персону. Решив скрасить время ожидания, Джинни достала из своей корзины приличного размера пирог и с удовольствием принялась уплетать за обе щеки. Колесо телеги попало в яму и никак не хотело из нее вылезать, несмотря на попытки подтолкнуть обоз.

– Что такое? – Дверь экипажа распахнулась, и оттуда показался хорошо одетый молодой мужчина.

Сопровождающий, оставив перепалку, быстро подбежал объяснить ситуацию. Джинни, успевшая прикончить за это время один пирог, достала следующий.

«Что стоишь? Впрягайся, хлюпик», – насмешливо предложила она, естественно, про себя.

Хлюпик впрягаться не собирался, что-то возмущенно бубнил себе под нос.

– Ну все, застряли, – чуть слышно мрачно пробурчала Джинни, видя, что возницы собрались снимать грузы с телеги. – И все из-за этого козла. – Она заглянула в корзинку, пирогов больше не осталось. – И что теперь, с голоду помирать? – продолжила возмущаться Джинни, не спеша подходя к застрявшей телеге. – А ну посторонись! – громко приказала она.

С некоторым сомнением доверив подержать свою корзинку хлюпику, Джинни примерилась к телеге. Легкое движение бедра – и колесо вылетело из ямы. Хлюпик сунул корзину ей обратно в руки и не мешкая скрылся в экипаже.

– Вот же гад! – с трудом сдерживая злость, проворчала Джинни. – Ни спасибо, ни предложения подкинуть до города.

Захотелось двинуть каким-нибудь мощным заклятием по удаляющемуся экипажу, но она усмирила свой праведный гнев. Обоз вскоре двинулся дальше. Джинни сидела на одной из телег, задумчиво болтая ногой.

«Что миры демонов, что богов – все одинаково: не умеешь перемещаться, меси грязь ногами, – глубокомысленно заметила она. – Да уж, занесло тебя, Джинирашуриана, – подумала Джинни, обратившись к себе по своему полному имени. – Но поворачивать уже поздно».

Ее глаза упрямо заблестели. Она улыбнулась, вспомнив, как все это началось.

Джинирашуриана. Сорок лет назад

Дворец наместника короля демонов утопал в зелени. Само здание было небольшим, да и располагалось не в небесах, в отличие от дворца короля. После смерти короля демонов демоническими мирами правили наместник Дион и совет кланов.

В окно кабинета было видно, как в открытых воротах появилась молодая демоница лет семнадцати. Совсем еще юная даже по смертным меркам, не говоря уж о демонических. Кивнув охране ворот, она попыталась незаметно просочиться во дворец, но ее остановили и передали поручение наместника. С тяжелым вздохом демоница поплелась в кабинет наместника.

Наместник – внешне молодой мужчина атлетического телосложения – с веселой улыбкой наблюдал за понуро идущей к нему в кабинет молодой девушкой в мужском костюме. Демоница с длинным именем Джинирашуриана была его воспитанницей и дальней родственницей. Ее родители погибли в войне между богами и демонами. Она росла во дворце Диона как его племянница. Сила юной демоницы проявилась довольно рано, она была очень способной. Периодически, конечно, возникали проблемы, когда, хорошенько разозлившись, она двигала какого-нибудь юного знатного демона, пытающегося сказать ей, что племянница наместника недостаточно знатна или еще что-нибудь обидное. Бедняга долго отлеживался, а наместнику приходилось улаживать дело с семьей пострадавшего. Но в целом она вела себя как обычный ребенок, согласно возрасту.

Шли годы. Джинирашуриана выросла. Теперь наместнику приходилось отбиваться от знатных семей по другому вопросу – а именно по вопросу брака с его племянницей. Несмотря на всех учителей, пытавшихся сделать из этой особы приличную хранительницу семейного очага, это вряд ли получилось. Джинирашуриана была, если так можно выразиться, истинным демоном – хитрой, амбициозной, быстрой, отличалась неподражаемым актерским талантом, а также сильными боевыми навыками. Наместник втайне даже сочувствовал ее будущему избраннику. А она сама вопрос брака даже не рассматривала, чем несколько огорчала наместника.

«И в кого она такая?» – периодически удивлялся он, когда ему докладывали о ее выходках.

В итоге попытки загнать юную особу под венец не увенчались успехом. Сначала были резкие отказы со стороны самой девушки, а потом предложения резко пропали. Кто-то пустил слух, что племянница наместника – самая обычная безродная особа, найденная им в одном из селений. Слухи быстро пресекли, но осадок остался, и больше всего они задели саму Джинирашуриану, вдолбившую себе в голову, что нужно выяснить всю правду.

Шансы на то, что король все-таки выжил в битве, таяли с каждым годом, и борьба за власть между кланами обострилась. Причины появления слуха были видны невооруженным взглядом: не допустить заключение альянса посредством брака племянницы.

– Джинирашуриана, – наместник назвал ее полным именем. Он это делал, когда хотел, чтобы она его услышала, а не пропустила мимо ушей со словами «Ага, дядя». – Ну что за костюм и меч? Ты – знатная девушка, можно сказать, первая невеста демонических миров. Тебе бы в вечернем платье на балах развлекаться, а не лазить по мрачным местам. Одежда вся грязная, и что это за пятна крови?

Джинирашуриана окинула мимолетным взглядом свое одеяние.

– Ну да, немного запачкалась. Дядя, что за бардак творится, куда вообще эти наместники смотрят? У них не дороги, а жуть! Пройти невозможно – то грязь, то какие-то невежливые отморозки. Я правда держалась до последнего, но просто сил не хватило от возмущения – порубила их на хрен!

– Джинни, – укоризненно сказал дядя.

Ей так долго преподавали этикет, а вот же любит ввернуть что-нибудь этакое…

– Да ладно, дядя, мы ж не на приеме, давай без этикета, – с хитрой улыбкой предложила она.

– Скоро бал в честь покойного короля демонов. Будут все знатные семьи, и ты тоже, – он строго посмотрел на нее.

Джинни весело рассмеялась.

– Дядя, ты ж меня знаешь. Обещаю вести себя прилично, ни одного нецензурного высказывания.

– Хорошо! – Один беспокоивший его вопрос он решил. – Все так же видишь сны? – спросил наместник, подразумевая один конкретный сон.

– Вижу! – Джинни ответила немного раздраженно. – Не могу понять, кто она. Я даже все библиотеки перерыла, нет таких упоминаний. Кроме совсем сказок про борьбу света и тьмы, вот же бред!

– Лица нет? – в очередной раз поинтересовался дядя.

– Нету, скрыто капюшоном, но такая сила – прям мурашки по коже, и меч из огня. Никогда не слышала подобного.

Наместник кивнул, сон повторялся с завидной регулярностью и начался, как только она немного повзрослела. Всегда одно и то же: Джинни видела кого-то необычайной силы и мощи, и оно смотрело на нее.

– Во всяком случае было бы хуже, если б это была какая-нибудь грымза, а тут хоть есть на что посмотреть, фигура прям как у меня, сочная бабенка, ничего не скажешь, – с улыбкой проговорила она, делая жест руками, как будто мнет грудь женщине из сновидения.

Наместник от ее слов и жестов снова поднял глаза к небу.

– Джинни, Джинни… И в кого ты только такая, не пойму, – вздохнул он.

Джинни ответила не сразу, было видно, что она хочет что-то спросить, но не осмеливается. Наконец, решившись, она в один миг стала серьезной и посмотрела в глаза дяде.

– Дядя, прости, но есть еще один вопрос… Пообещай, что не обидишься, – попросила она.

– Говори, не обижусь, – заверил он, прикидывая, что она может спросить.

– Помнишь тот слух, что я не твоя родственница?

Дион мрачно кивнул, начало не предвещало ничего хорошего.

– В мире, где погибли родители, в заброшенном архиве есть одна запись, – Джинни не мигая уставилась на наместника. – Ребенок умер при рождении. Дядя, скажи правду. Кто я на самом деле? – грустно попросила она.

«Вот же неугомонная! Как она могла добраться туда? Не иначе как кто-то помог с записью. Особенно если учесть, что все было уничтожено при мне, – мысли быстро пронеслись в голове. – Она упрямая, и кто знает, до чего может докопаться или какую информацию ей подкинут. Лучше рассказать самому», – решился наместник, вздохнув.

Заклинание тишины окутало их.

– Это правда – ты не моя родственница, – подтвердил он после минутного молчания. Налив два бокала, Дион протянул один Джинни. – Думаю, тебе пора узнать правду.

Он задумался, собираясь с мыслями, его темно-серые глаза стали почти черными. Племянница сидела, затаив дыхание, ловя каждое слово.

– Что ты знаешь о Катаклизме? – наконец спросил наместник.

– Возник из-за боя между высшим богом Зелумом и королем демонов, – быстро ответила Джинни, в ее глазах промелькнуло искреннее удивление.

Дядя кивнул, окинул племянницу внимательным взглядом и не торопясь начал рассказывать события давно минувших дней, участником которых был он сам.

***

Катаклизм

Дворец раскинулся в облаках столицы, из окон открывался прекрасный вид на пронизывающие небо потоки и лежащий внизу город. В этот раз потоки искривлялись и сталкивались друг с другом, как будто им тоже передалось беспокойство, царившее в тронном зале.

Ксерон – король демонов – сидел на троне, сюртук был расстегнут. Он только что вернулся из мира, подвергшегося странным флуктуациям и теперь подлежащего эвакуации. Ксерон хорошо владел собой, трудно было прочесть что-либо на его лице с благородными чертами, казалось бы, открытом. Дион стоял рядом с троном по правую руку от короля. Наместник хорошо знал сидящего на троне мужчину и мог с уверенностью сказать – король сильно обеспокоен. Внизу возле трона столпились главы кланов, весь ужас текущей ситуации был написан на их лицах. Да и сам Дион был не на шутку встревожен новостями: Зелум стал падшим – уничтожил целый мир неизвестным заклинанием, не пощадив ни богов, ни демонов. Также пришли новости о случившимся в мире богов.

Все стоящие в огромном тронном зале понимали: война между богами и демонами переросла в катастрофическую фазу, когда сильнейшие готовы вцепиться друг в друга.

Резкая вспышка на мгновение ослепила всех. В зале возникла мертвая тишина. Перемещение прямо в тронный зал было неслыханной дерзостью. Да и заклинания, блокирующее перемещения, не позволяли этого. Переместившийся, похоже, не рассчитал – от удара мраморный пол треснул, а сам он опустился на одно колено. Его лицо скрывал капюшон, доспехи были залиты засохшей кровью. На руках неожиданного визитера без сознания лежала молодая женщина. Она также была в доспехах. Ксерон вскочил. Охрана бросилась на перехват, но, повинуясь знаку короля, остановилась на месте. Наместник заметил, как король и посетитель обменялись взглядами, после этого неожиданный посетитель, положив девушку на пол, исчез так же, как и появился.

– Высшая богиня, – пораженно произнес кто-то из толпы.

Глава одного из кланов – демоница Адрианна – быстро подскочила к лежащей без сознания.

– Она жива, – сообщила Адрианна после мимолетного осмотра.

Ксерон молча подошел к лежащей богине, взял ее на руки и, не проронив ни слова, исчез вместе с ней.

Дальнейшие события развивались стремительно. Появившийся через час король был мрачнее тучи. Он объявил о немедленной эвакуации всех пограничных миров. Совет попытался высказать мнение, что удерживать высшую богиню весьма опасно, но Ксерон отмахнулся, как от чего-то несущественного.

Приказав никому не беспокоить его и высшую богиню в мире, название которого уже никто не помнил, он отпустил совет. Наместник попытался отговорить его, но Ксерон не стал слушать, поручив заняться более приоритетными вещами, а именно эвакуацией.

Стоя на одном из балконов дворца, Дион обеспокоенно смотрел вдаль, теребя пуговицу на своем сюртуке, на душе было неспокойно. Эхо далекого сражения донеслось до них. Колебания были вроде незначительные, но ощутимые. Стремительно темнело, ночь была готова вступить в свои права. Внезапно все осветилось ярким светом. Высоко в небе появилась сияющая фигура, огненные крылья ярко пылали за ее спиной. Потоки искривились под действием неведомой силы и соединились с пылающими крыльями.

– Зелум! – в ужасе произнес наместник.

Они не разу не встречались, но он сразу понял, кто пришел в миры демонов.

Сияние стало настолько ярким, что, казалось, наступил день, а потом Зелум исчез, и все погрузилось в темноту ночи. Мир тряхнуло, снова и снова. Потоки сил лучами пронзили небо, оставив за собой яркий след. Отголоски боя, происходящего в пограничном мире, все нарастали. Столицу демонических миров трясло непрерывно, один из потоков ярким лучом попал в дом, град камней ударил по ближайшим зданиям.

По приказу наместника жители столицы спешно сооружали защитный купол над миром. Никто не роптал, все понимали – будь они чуть ближе, их мир был бы полностью уничтожен. Снова тряска. Кто не был задействован в постройке купола, накладывали заклинания на здания, чтобы они не развалились. Последнюю волну, прокатившуюся по мирам, купол не выдержал, и небо засияло яркими, быстро сгорающими хлопьями остатков купола. К счастью, буйство сил начало стихать.

Оставив Адрианну руководить спасательными работами, Дион отправился в пограничный мир, где произошли все события. От мира не осталось ничего, кроме расплавленной бурлящей породы. Яркий световой столб вырывался из его центра, осколки миров, которым не посчастливилось оказаться рядом, сталкивались друг с другом, разлетаясь на еще более мелкие.

Окутав себя защитными заклинаниями, наместник переместился к световому столбу. Сверху было видно, что свет ограничивает какое-то пространство. Скрестив пальцы, он переместился вниз. Небольшой островок земли посреди бушующего моря огня. Богиня лежала на боку, прикрывая что-то своим телом. Она была без сознания. Кровь залила весь участок суши, вскипая и испаряясь при приближении к краям светового барьера. Дион подошел вплотную и замер от удивления. Одной рукой богиня прижимала к груди ребенка, второй образовала щит, защищающий от происходящего снаружи. В мертвом мире прозвучал детский плач. Наместник осторожно взял ребенка на руки, Шантала так и пребывала без сознания, в ее груди зияла страшная рана. Мир резко начал остывать, предвещая визит еще кого-то могущественного.

– Не я один решил проверить, что тут. Судя по силе, это Бог-отец, – проворчал Дион.

Секунду он колебался – забрать ребенка или оставить. Но резонно расценил, что чем дальше ребенок от таких сил, тем лучше, к тому же при хорошем раскладе ребенка всегда можно вернуть, а если совсем плохо, то лучше о нем никому не знать. Тем более если это ребенок Шанталы и короля. Быстро завернув ребенка в сюртук, наместник поскорее смылся, не дожидаясь прибытия бога.

Время шло; о Ксероне, Зелуме и Шантале ничего не было слышно, сгинули и все. Дион объявил, что ребенок – дочь его дальних родственников, погибших во время Катаклизма, и будет воспитываться в его доме как его племянница.

***

Джинни внимательно слушала рассказ, не перебивая.

– Ты считаешь, высшая богиня Шантала – это моя мать? – спросила она, когда наместник замолчал, смотря на него огромными от удивления глазами.

– По твоей красоте точно, а вот по характеру не уверен. Богиня была образцом праведности. Хотя боги и обвинили ее в нехороших взаимодействиях с демоническим миром, могу точно сказать – этого не было, – он посмотрел на племянницу и улыбнулся. – Конечно, есть вероятность, что в мертвом расплавленном мире, в буре стихий кто-то потерял младенца, которого подобрала богиня…

Джинни какое-то время молча смотрела в пол, не отреагировав на шутку дяди.

– Они убили и пытали ее, а потом кинули сюда, как какой-то мусор, – подняв пылающие яростным огнем глаза, мрачно сказала Джинни. – И эти два идиота схватились над ее телом, вместо того чтобы помочь. – Огонь уже не просто пылал, он вырывался из ее глаз, грозясь спалить все вокруг.

– Джинни, что там произошло, достоверно неизвестно. Это предположение. Что касается богов, то падший их там помочил немереное количество, перед тем как прийти сюда, – попытался успокоить ее Дион.

– Отец, понятно, неизвестен, и мать точно не спросишь, – вздохнув, резюмировала Джинни.

– Ты все равно остаешься моей племянницей, что бы там ни было, – нежно сказал наместник.

– Конечно, дядя, – Джинни обняла его.

После этого разговора Джинни взялась за ум. Она больше не обращала внимания на слухи о ее происхождении. Сосредоточилась на учебе и даже устроилась к наместнику учиться управлению. На мероприятиях знати присутствовала без отговорок. Джинирашуриана блистала своей красотой, манерами, очаровывала всех, кого только могла, особенно мамаш демонов.

Прошло много лет, из молодой упрямой девушки Джинни превратилась в помощницу наместника, и уже никто не заикался о ее происхождении. Она легко разбиралась с амбициями кланов.

В один из вечеров она неожиданно заявилась к наместнику. Заклинание тишины установилось легким движением руки.

– Присядь, дядя, – предложила она, сунув ему в руку бокал коньяка.

– Многообещающие начало, – пошутил наместник, усаживаясь в кресло. – Неужто замуж собралась?

– Нет, все гораздо прозаичней, – мило улыбнулась Джинни. – Мнимые наследники и тайные союзы становятся все опасней, думаю, настало время решить вопрос кардинально, – она внимательно посмотрела на наместника и пальцем ткнула туда, где, по ее предположению, находился дворец короля. – Я сяду на трон как королева демонических миров. Надоело смотреть, как эти выскочки пытаются примазаться к королевскому происхождению, и, кстати, рано или поздно они добьются своего.

Наместник потряс головой, приводя мысли в порядок.

– У нас не хватит сил, чтобы противостоять всем кланам. Именно всем, – уточнил наместник, – если ты заявишь права на трон.

– Есть один способ, – улыбнулась она. – Нам нужно что-то уникальное, могущественное, против чего ни у кого не будет никаких аргументов. А если удастся еще и богов потрясти – будет совсем замечательно.

– Хочешь начать войну? – спросил он удивленно. – После прошлой войны еще не отошли, а ты уже новую хочешь?

– Нет, не хочу, – Джинни раздраженно махнула рукой. – Ослабить, внести раздор, заставить их вцепиться друг другу в глотки, – мрачно сказала она.

– У тебя нет таких сил, – тут же спустил с небес на землю воодушевленную племянницу Дион. – Тебя убьют, когда ты туда сунешься. И я не позволю тебе этого сделать, – решительно сказал он.

– Ты слышал о темном мече? – продолжила Джинни, не обращая на его слова никакого внимания.

– Слышал, и что? Он разлетелся в пыль, – наместник не понимал, к чему она клонит.

– Оружие такой силы разлетелось в пыль… Подумай – что было бы с падшим и мирами рядом?

Дион задумался: а ведь если хорошо поразмыслить, там было бы что-то вроде их Катаклизма. А не было практически ничего.

– Но очевидцы… – решил он предоставить последний аргумент.

– Очевидцы драпали со всей дури и уж точно не могли видеть, а всех, кто был ближе, падший отправил на тот свет, – начала объяснять Джинни, от волнения расхаживая по комнате и поправляя волосы, и так лежащие безупречно. – Я думаю, он просто расколол его и закинул подальше, так как сильно спешил. И хотел забрать потом. Никто ж не думал, что они убьют друг друга. Значит, он должен быть где-то в мирах богов. И если мы его получим, то швырнем всех ублюдков на колени.

– А откуда уверенность, что в их мирах, а не в наших? – попытался возразить Дион.

– Наши я проверила, здесь нет. – Она достала из кармана какие-то бумаги. – Посмотри на расчеты, видишь слабые флуктуации в потоках?

– Это больше на погрешность похоже, – с сомнением произнес наместник, бросив взгляд на результат.

– Точнее не определишь, мы не можем рисковать, доверив такое дело кому-нибудь. Все придется делать самим. Ты слишком заметная фигура, остаюсь я. Все готово. Думаешь, я просто так три месяца с влюбленными глазами хожу?

– Я подумал, что ты влюбилась, – подтвердил наместник.

– Нет, – Джинни довольно улыбнулась, отрицательно покачав головой. – Пустим слух, что влюбилась, ты не одобрил, мы поругались, и я ушла в закат со своим избранником. Какое-то время мы выиграем, пока старые суки будут перемывать мне кости.

– Где ты раздобыла эти данные? – решил поинтересоваться Дион.

Он уже начал догадываться, что за приказы хитрая помощница отдавала от его имени.

– Приказала сделать от твоего имени, естественно, тайно. – Джинни наконец села в кресло напротив наместника. – Для дальнейших действий надо быть там. – Она налила бокал и залпом выпила.

– А как ты попадешь к ним? Тебя сразу же определят и убьют, – все-таки попытался отговорить ее дядя, хотя ясно видел, что Джинни уже все решила.

– Есть одно место – Темный мир, там поселилась какая-то тварь, они к ней тоже не суются. Он на границе их миров, – эмоционально начала Джинни. – Мы убьем это чудовище, закроем мир, сделаем его своей базой и понаблюдаем, как они будут себя вести. – Она сделала паузу, давая дяде возможность осмыслить ее идею. – А заодно соберем данные для поисков, если получится, займемся расчетами. Если нет – смоемся. Что они докажут? – усмехнувшись, поинтересовалась племянница. – Ничего!

Наместник не разделял ее энтузиазм. В озвученном плане, кроме того, что он изначально практически невыполним, был еще один серьезный изъян.

– Адская тварь, если быть точнее… – уточнил дядя.

– Ну адская, и что? – не понимая, к чему он клонит, спросила Джинни.

– Ты, кроме своего плана, еще про то, что в Мирах делается, слышала? – на всякий случай поинтересовался он.

– Не особо, – честно призналась Джинни, снова поправляя прическу. – И что такого в этой твари?

– Про повелительницу ада слышала, дьявол которая? – спросил наместник, понизив голос.

– Конечно, слышала, болтали много, – также понизив голос, произнесла Джинни.

Об этой повелительнице много говорили и всегда понижали голос. А то… кто знает…

– Тварь адская, а кто повелительница? – задал Дион наводящий вопрос, внимательно смотря на Джинни. – А если после нападения или во время него она туда явится, не подумала?

Этот вопрос Джинни явно упустила.

– А слухи о ее могуществе случайно не преувеличены? А то только каратели впереди, – недовольно проворчала Джинни, злясь больше на себя, чем на дядю.

Наместник испуганно оглянулся по сторонам. Все-таки ужас перед старыми богами был силен до сих пор.

– Проверять не хотелось бы, сказать по правде, – серьезно сказал он. – Ты не пропустила историю об устройстве мира? Про роль Бога-отца в его сотворении?

У нее обнаруживались явные пробелы в образовании.

– Пропустила, скукотень какая-то. И кому это вообще нужно? – нелестно отозвалась племянница о предмете.

– Бог-отец – самая мощная сила в мирах. И повелительница соперничает с ним. Думаешь, она настолько слаба? – вопрос был чисто риторическим.

Джинирашуриана надула губы. Об этом она не подумала.

Немного обиженно посопела и выдала:

– В любом случае придется рисковать. Если столкнемся с ней – извинимся, скажем «не знали», дадим ей какого-нибудь знатного молодого красавчика… все старые калоши это любят. У меня есть парочка на примете. Пусть поработают ради торжества демонического мира, ну и меня, естественно, – ее опять понесло. – А то сидят и ноют: «вот, раньше мы были великие». Пусть хоть чем-нибудь пошевелят ради этого, – она в возмущении топнула ногой. – Да, еще, дядя, я слышала, есть такой артефакт, вроде огненного кресла или что-то в этом роде.

– Есть такой, с настройкой сложно, но, если повозиться, владелец может на нем сидеть, не опасаясь превратиться в обугленный окорочок, – ответил он, немного подумав.

– Вот-вот. Если пускать пыль в глаза демонстрацией своего могущества – это то что надо. Этот гад Амун ведь сразу прибежит вынюхивать, но я всех этих мерзавцев в лицо знаю, – Джинни уже деловито обсуждала дальнейшие действия, как будто дядя уже согласился.

– Джинни, я еще не дал согласия, – наместник пытался остановить ее, понимая, что это уже бесполезно: Джинирашуриана была упряма, как сотня упрямых демонов.

И еще сунется одна в бой с адской тварью…

– Дядя, мне без твоей помощи никак, сил не хватит, надо действовать скрытно и осторожно, а я не настолько умела, как ты, – Джинни сделала просящую физиономию, подольстив самомнению дяди.

Наместник обреченно вздохнул.

– Хорошо, я тебе помогу, возьму еще нескольких умелых к тайным операциям, есть у меня такие. Но если что – сразу уходим, ясно?

Она показала жестом, что готова беспрекословно подчиняться приказам в этом вопросе. Вопрос о тайной вылазке в миры богов был практически решен.

Глава 4

Наши дни

Первая точка пути была достигнута. Едва появившись в этом ничем не примечательном мире, Джинни сразу ощутила слабые, почти незаметные колебания. Если бы высшие боги потрудились посетить этот мир, они бы тоже почувствовали, но это было ниже их достоинства. Колебания подтверждали, что Джинни на верном пути. До этого мира путешествие проходило относительно благополучно. Но удача – вещь непостоянная.

Караван, а точнее, обоз из шести телег с грузом, прикрученным веревкой и укрытым от дождя просмоленной тканью, неспешно двигался по широкому тракту, проходящему через лес. Вместе с ним двигались и люди – кто в ближайший город, кто еще куда-то. В этих местах стали появляться банды разбойников, вместе было безопасней.

На одной из телег сидела девушка в скромном платье, она не была похожа на крестьянку, но и не из благородных, учитывая, что была без сопровождения. Скорей всего, дочь какого-нибудь купца. Скромное простое платье не могло скрыть высокую полную грудь и аппетитные формы. Явно не из разряда тощих благородных девиц. Скромная, работящая, на стоянках она помогала едущим с ней бабам готовить еду и мыть посуду. На всякие неприличные шутки опускала глаза, румянец заливал ее щеки. На стоянках обоза она не лезла со всеми к общему котлу, а садилась чуть в сторонке, слушая рассказы попутчиков. Особенно ей нравилась сказка о безмерной любви высшего бога Зелума к богине Шантале. Несмотря на имеющуюся официальную версию, в народе ходило много легенд. Эта была о безответной любви, и когда богиня трагически погибла, он распылил свою силу в память о ней, создав невообразимо красивое сияние. Девушка могла слушать эти истории вечно, мечтательно вздыхая.

Попутчики еще в начале пути поинтересовались, кто она такая. Оказалось, что она дочь купца и едет в город, чтобы принять дела, после того как тот преставился. Отец воспитывал ее в строгости, и это ее первое путешествие из дома. Тетки, что постарше, а точнее те, у которых на хозяйстве были великовозрастные оболтусы, тут же взялись ее обрабатывать. Как-никак, скромная, неперечливая и, что немаловажно, при деньгах – это же просто находка!

«Куда тебе хозяйство вести? Для этого мужик нужен – чтобы и хозяйство держать, и жену в строгости, дабы не расслаблялась. А если что, то свекровь присмотрит, чтоб все было как надо».

Кое-кто даже, набрав в ближайшей канаве цветов, дарил ей с предложением более тесного общения. Но, покраснев, скромно потупив взгляд, она сообщила: «Папенька наказал до свадьбы ни-ни».

Так и ехал обоз по дороге. Солнце стояло в зените, хорошо освещая тракт. До города оставалось чуть меньше дня пути, когда напали разбойники. Здоровые мужики, которых можно было в плуг вместо лошади запрягать, с увлечением перетряхивали вещи. Не собираясь мешать, скромная девушка Джинни отодвинулась от телеги, дабы случайно не зашибли, и решила спокойно подождать, когда закончат грабить и можно будет продолжить путь.

– А ты, сука, что тут рот раззявила? – заявил здоровущий мужик – главарь.

Он вырос перед ней, осматривая далеко не скромным взглядом. К ним подтянулось еще несколько разбойников.

– Жду, когда разрешите продолжить путь, милостивый господин, – вежливо ответила Джинни.

Разбойник расхохотался – для нее уж точно путь закончен. Скрасит ожидание следующего обоза в лесу, а потом ее можно будет продать в какой-нибудь бордель. Разбойники довольно заулыбались, они сразу поняли мысль главаря и плотоядно уставились на молодую женщину.

Вожак банды протянул огромную ручищу к верху ее платья, чтоб не мешало просмотру. Дикий крик перекрыл шум грабежа, да и вообще все звуки. Главарь медленно оседал на землю, хватаясь рукой за то, что раньше было плечом.

Джинни стояла перед ним, держа его оторванную руку.

Недолго думая, она треснула этой рукой по самому близко стоящему разбойнику. И пока тот падал, прикончила еще одного, всадив нож, позаимствованный у него же, по самую рукоятку.

Разбойники еще не успели прийти в себя от шока – как бы такое нечасто увидишь, а она уже извлекла откуда-то из-под телеги меч. Меч со свистом разрезал воздух, по пути отделив от тела еще одну тупую башку, и скромняшка приняла боевую стойку. В ее взгляде было нечто такое, что лучше смерти в глаза смотреть, целее будешь. Разбойники бросились бежать, преследовать их не хотелось, поэтому она просто смотрела, как они быстро удаляются. Грабитель, которого она двинула рукой главаря, был мертв.

«До чего же хилый попался», – равнодушно подумала Джинни.

Главарь еще корчился на земле, изрыгая нецензурную брань в ее адрес.

– Достал, вот честное слово, – громко возмутилась скромница.

Подойдя ближе, легким движением меча перерезала ему горло.

Рядом с разбойником валялся мешок. Быстро заглянув в его карманы и просмотрев содержимое мешка, она разочарованно пнула труп. Ни драгоценностей, ни золота, ни ценных артефактов, какая-то мелочь. Бросив мешок своим попутчикам со словами «забирайте себе», еще раз пнула труп, срывая накатившее раздражение.

– Ну что за идиоты! – громко высказала свое мнение Джинни о произошедшем.

Когда все вещи были собраны, обоз продолжил путь. Она сидела на телеге в полном одиночестве, всех ухажеров как ветром сдуло, а бабки, набивавшиеся ей в свекрови, усердно молились, чтоб ей не приглянулся какой-нибудь из их отпрысков.

Глянув на лес, куда скрылись разбойники, Джинни подумала:

«Может, долбануть по нему чем-то вроде инферно да поджарить их всех к некоторой матери?»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.