Перекати поле пустоши
Карина Степанюк

Иллюстратор Карина Степанюк

Дизайнер обложки Ольга Третьякова

© Карина Степанюк, 2023

© Карина Степанюк, иллюстрации, 2023

© Ольга Третьякова, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0060-9488-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения с действительностью являются случайностью. Все права на бренды и марки, упомянутые в книге, принадлежат владельцам этих брендов и марок. Книга не является документальным жанром. Описанное в романе – это художественное произведение, которое никоим образом не должно влиять на духовное мировоззрение и не должно изменять прежние знания, полученные из Библии и прочих духовных трудов.

Посвящается маме,

которая позволила мне

стать той, кто я есть и

кем хотела быть в детстве.

Благодарю тебя!

Часть 1 – Список дел, не входящий в изначальный план

Глава 1. Она снова открыла глаза

«Теперь, я смогу забыться», – подумала Артемида.

Она расставила руки в стороны и почувствовала, как каждая её мысль, которая, наверняка, существует не один миллион лет, расщепляется на незначительные фрагменты, а затем полностью теряет связь с образами. Артемида все эти годы была тайным оружием в своих собственных рука, но всегда делала вид, что лишь крохотный механизм, из жизни в жизнь перерождаясь в большого человека с маленьким предназначением. И даже в последнем перерождении после второго всемирного потопа, когда страны и государства сменились утопиями и антиутопиями, а люди открыли капсулы знаний предыдущей цивилизации людей и узнали только то, что знали люди до них или ещё меньше, когда Артемиде удалось стать бессмертной, она постоянно меняла внешность и имена, «перерождаясь» по привычке.

Этим неоднократно воспользовались покровители благочестивых земель, великие духи, которых привычнее всего называть архангелами. Они никого не направляют, лишь опустошают в надежде, что человек образумится и наставит себя сам. Но постоянная скупость ума, которая возвращала людей в прежнее тёмное русло, заставила архангелов передать обязанности очищения таким же физическим существам. Они-то уж точно не зададутся вопросом, почему избранные архангелами ангелы повторяют одно и то же из раза в раз. Теперь с появлением стражей с крыльями небесных существ из писаний постоянные всплески одержимостей тёмными энергиями казались обязательной рутиной. Так было до определённого момента, пока самый пытливый страж, чью накидку создал сал сам Гавриил, не начал копаться в таинствах и запретах и не поддался влиянию демонических сил.

Тут в игру вклинилась Артемида, которая на тот момент носила имя Артемиды. Она придумала план, как заставить утопию, которую выбрала своим последним прибежищем, победить соседнюю антиутопию, откуда на мирное поселение надвигались демонические силы. И хоть Арти не раз спрашивала архангелов, что именно ей нужно сделать, чтобы забыться и раствориться в пространстве навсегда, пришла она к верному решению однозначно сама. Нужна была жертва не ради кого-то или тем более себя, а ради всех, кто должен был страдать. Эта роль была предназначена сыну главы утопии, роль некоего Иисуса, который стал путеводной звездой для прошлой цивилизации. Этот же мир, заново созданный, но искусственно ускоренный в своей эволюции, подобного пока что не переживал. И события должны были после случившегося, пусть и не обнародованного, застыть на многие века.

Однако всё не так просто. Быстрое развития ускорило время. Прошёл всего год после жертвы Артемиды. Но ей придётся вернуться, потому что нет больше никого по силе сравнимого с той, кто жила и помнила не одну тысячу лет. Спасительница пока что считала себя свободной. Она и не помышляла, что вновь окажется у той кафедры священника, где год назад последний раз говорила с ангелами, которые, храня образ крыльев в своих разноцветных накидках, неохотно снимали их с плеч и возвращали архангелам вместе со всеми сверхъестественными силами, освободившими достаточно душ, чтобы считаться отработанными сполна. Теперь, попрощавшись даже с самой собой, а не только с теми, кто стоял в битве рядом, Артемида ликовала. В безграничном пространстве, которое некоторые называют Богом, другие Абсолютом, её тело сейчас напоминало распятие. Вот оно, безмерное счастье Рая. Пусть и всего на мгновение, но она его почувствовала. А сейчас утонула в нём и провалилась в пустоту.

– Открой глаза, Артемида, – услышала та знакомый голос Михаила.

Она приоткрыла один глаз и сквозь маленькую щёлочку увидела сверкающий свод церкви. Тогда она приоткрыла второй глаз – не ошиблась, действительно церковь. Артемида, чьи глаза имели странное строение радужки, в полтора большего размера, чем у обычного человека, опустила руки вдоль тела и похлопала веками, приоткрыв рот от удивления.

– Почему я не исчезла? – спросила она.

Архангел Гавриил вздохнул. Его белоснежные дорогие одежды сверкнули подобно своду, над которым зазвонил колокол.

– С момента твоей жертвы прошло двенадцать месяцев, – сказал он. – И у нас появился повод тебя вернуть.

Артемида фыркнула и скрестила руки на груди.

– Не стоит злиться. Мы получили разрешение на твой возврат у высших чинов, – покрутил между пальцев фиолетовую пыльцу архангел Задкиил.

Обезьянья манера двигаться и фиолетовые одежды придавали ему шаловливый и интересный вид. Иллюзия Задкиила закружилась перед глазами Артемиды. С помощью яркой фантазии и сочных красок архангел показал ей сюжет из соседней антиутопии под названием Антипус. Люди сходили с ума, совершали самоубийства, жили правилами диких зверей – охотились друг на друга, «пожирали» судьбы и топтали чувства, всё больше утопая в разврате и алчности.

– А я тут при чём? – подняла плечи Артемида. – Это Антипус, где всё так и должно быть, поскольку там обосновались демоны. В Торипусе же всё прекрасно?

Архангел Михаил махнул рукой и откинул щироким движением длинный голубой рукав.

– Открой глаза и узри истину! – крикнул он, отчего в церкви пронеслось громкое эхо.

Артемида улыбнулась.

– Хотите, чтобы я снова принесла себя в жертву, но уже в Антипусе? Или я должна снова найти вам достойных стражей для ваших накидок? А может быть, легче вернуть силы бывшим стражам и отправить их в Антипус?

Все семь архангелов, несмотря на грозный вид, оставались равнодушными. «Как обычно, неприступны и загадочны», – подумала Арти и продолжила говорить, потому что те ей это позволяли:

– Нина достойна, Мия тоже, Веня. Итан, будь он неладен. Айо, Зоя. Кого-то забыла? Ах да, душка Амон. Я опять-то при чём?

– Много говоришь! – грубо прервал Артемиду Уриил, тяжело таща чёрный подол одеяния, подобный всем собранным людским тайнам в одном клочке ткани. – Мы хотим дать тебе крылья и отправить в Антипус, чтобы ты уничтожила накидки демонов и ослабила их. Тогда мы свершим своё правосудие над ними.

– А Бог знает о ваших намерениях? – серьёзно и весьма обескураживающе спросила Арти.

Архангелы переглянулись. Ярче всех засиял зелёным Рафаил. Он подтянул сложенные в замок руки к груди и слегка кивнул.

– По его воле мы так поступаем, чтобы уберечь земли Торипуса от нового вторжения тёмных сил.

Арти отвела глаза и посмотрела на иконы. Образы на них были смиренны. Они будто намекали, что и она должна быть такой, когда говорит с высшими силами.

– Я была греховна, – призналась Артемида. – До вознесения пила много алкоголя, ругалась, осуждала, мнила себя вершителем судеб. Клеветала, лгала, обманывала, даже убивала. Все заповеди Господа нарушила. Но отработала роль Иисуса. Спасла утопию. Тогда-то мне и была дарована свобода. Что же сейчас делаете вы? Сами нарушаете обещание, не давая выбора.

Михаил улыбнулся. Его синие волосы сейчас блестели ярче звёзд. Будто он был светом, а всё остальное надуманные стереотипы. Тут он сжался до размера маленького шара и завис в воздухе. Рядом стоящие тоже стали сжиматься.

– Вот ты и покаялась, – сказал Уриил и превратился в дымку.

«А ведь раньше я видела их только так, в первозданной форме. Отчего же поспешно надумала различные внешности, подобно обычному люду», – пронеслось в голове Артемиды, которая сейчас в церкви видела только семь сфер, наполненных светом.

Тут замигал Чамуил розовыми нотками, послышался его голос:

– Демоны Антипуса отбирают души, которые изначально были отданы Богу. Мы должны пресечь их грязные трюки и вернуть людскую волю, искусно подавленную темнотой.

– Я отказываюсь! – заявила Артемида.

Её резкий взмах руки будто рассёк пространство и режущим потоком воздуха прошёлся по пустому залу прихода. Вихрем закружился у входа и осел никчёмной пылью. Тут глаза её наполнились болью. Она зарычала, потом застонала. Склонилась на колени, зажимая ладонями лицо, а глазные яблоки дулись и съёживались. Когда раскалённые иглы перестали терзать Артемиду, она упёрлась ладонями в пол и оставила на нём сажевые следы.

– Что вы сделали со мной? – с надрывом спросила она.

Облачко, которое было дальше всего от неё, замигало жёлтым, из него послышался льющийся ликующий голос:

– Отняли единственную твою отраду…

– Нет! – воскликнула та, чтобы оборвать дурное сказание.

– Отняли видение. Ты больше не пророк, – продолжал ликующий Джофиил. – Ты ничего в этом мире не сможешь получить, кроме наших накидок, которые всё тебе вернут.

– Твой отказ, – заговорил Михаил. – означает беспомощность, бессилие перед устоями, установленными уже не нами, а демонами, которые сыграют с тобой злую шутку, а ты даже не сможешь им противиться.

– Таково теперь твоё жизненное бремя, – закончил Чамуил, сверкая розовым, подобно рассвету.

И действительно, двери церкви открылись и в них сейчас сияло поднимающееся из-за горизонта солнце. Священник, который принял обед молчания и лишь однажды его нарушил, чтобы передать послание архангелов Артемиде, не узнал её, однако спешно подошёл, протягивая руки и помогая встать.

– Не нужно, – гневно вырвалась та и направилась к выходу.

Ступив на неожиданно острые камни насыпной дорожки и повреждая о них ступни, Арти заметила, что босая и в одной лишь ночной сорочке. На дворе же стояло тридцатое октября. Холод и ветер. Скука и отчаяние. Но бывшая и, наверняка, забытая спасительница собрала волю в кулак и вытерла влажные чёрные следы под глазами. Нет. Это была не смола или сажа, а слёзы, чертившие на лице Арти прямые полосы, лишь у подбородка сгибающиеся по его контуру и капающие на грудь. Совсем скоро они стали прозрачные, вымыв чёрный вместе с обидой. Только сорочка была испачкана. Артемида не имела документов, была без денег, без необходимой для осенней погоды одежды. Ощущала холод и голод, ничего не чувствовала сверх людских возможностей. Была как все. Архангелы лишили её того, что она копила семь жизней. Теперь наступила пора её истязаний. Вот он ад, о котором говорят так, будто он принадлежит другому миру или пространству.

Дорога до её бывшего дома была долгой. О ней Арти даже не думала. Она нашла на помойке картонку и взяла на вокзале уголь, умыла лицо в ближайшем пруду в парке. Потом начертила на картонке о своей нужде и за целый день не собрала ни копейки. С пустыми карманами она пошла в приют для бездомных. По дороге её забрали в полицию. Артемида слишком старое воплощение, чтобы существовать в базе батиметрических данных. И в рассказы о краже документов, иностранном происхождении никто не верил.

Архангелы загнали Артемиду в угол, а точнее в клетку.

– Пройдёмте до выяснений обстоятельств, – показал ей на камеру с задержанными полицейский.

Арти устало уединилась в углу и обхватила урчащий от голода живот.

– Значит, таким будет ваше издевательство надо мной? – тихо прошептала она.

Её тут же окружили едва заметные облачка пара, стало теплее. После заговорил архангел, Михаил:

– Не будет, если примешь накидки, – в голосе его слышалась невероятная мощь.

– Я выплатила перед вами все долги. Почему вы снова хотите обязать меня? – устало потирая разбитые ноги, спросила Арти. – Таких как я в этом мире много.

– Мы искали. Ты единственная в целом мире, имея абсолютную память всех прожитых жизней, обладаешь несравненной силой, – продолжил Михаил.

Артемида измученно улыбнулась.

– Вы забрали её, уже не обладаю.

– Мы не забрали, а заглушили, – признался Уриил. – Мы вернём её, когда ты согласишься помочь нам. А потом накинем на плечи все семь накидок, давая небывалую прежде власть ангела Спасителя.

Арти протяжно выдохнула и огляделась. Темнота и беспомощность. «Наверное, именно это чувствуют сломленные люди, которые поддались искушению», – подумала она и упёрлась затылком в стену, закрывая красные и масляные глаза.

– Я согласна, но с одним условием. – Архангелы молчали, не прерывали и ничего не спрашивали. – Вы объясните мне все секреты мастерства владения накидками. Только под вашим руководством я согласна их носить.

– Мы дадим тебе книгу… – начал говорить белоснежный Гавриил, но Арти его перебила:

– Нет, – сказала она, как отрезала. – Вы покажите мне. Обычная книга мне объяснит, как калечить души, вырывая с корнем черноту, и оставлять эту пустоту для другой черноты. Подобный опыт был с прошлыми стражами. Мне же нужна технология наставления на путь истинный. Вы наделите меня знанием, чтобы, не читая книгу, я могла владеть силами накидок.

Архангелы снова замолчали, они видели картину целиком, никогда не обозначали пути решения и не разбивали их на отрезки. Каждое дело было начальным и сразу конечным.

– Демоны, – продолжила говорить Артемида. – умеют распознавать слабости людей, потом искушать их, а затем уничтожать жизни. Минимум три этапа, но последовательно. Каждый из многочисленных демонов вносит свою историю в жизнь и, следовательно, душу человека. Её мы вырываем, ничего не оставляя взамен.

Неожиданно камера наполнилась тусклым светом, исходившим от свечей закрытой на ночь церкви. Арти снова стояла одетая в привычную майку и джинсы, обутая в кеды, волосы её снова стали чистыми, а радужки увеличились, будто расползлись по белоснежным яблокам, обрамлённым в ровное лицо с некоторыми острыми чертами. Архангелы закружились вокруг неё хороводом огоньков, разжигая восковые свечи сильнее и в мгновение ока плавя их до основания.

– Мы позволяем человеку чувствовать пустоту и даём выбор, чем её заполнить, – сказали они в один мощный голос.

– Тогда дайте мне свободу действовать самостоятельно, – сказала Артемида, глядя на иконы на стене, а не укачивающее кольцо, в центре которого она стояла. – Обещайте, что создадите завет для себя, не мешать мне решать, каким именно образом очищать людские души. А я создам завет для себя и оглашу его сейчас же. Обещаю оставаться в ясном уме и игнорировать проказы демонов, которые будут искушать меня сойти с пути. Обещаю довести дело до конца и собрать все накидки архидемонов. Я сожгу их в ангельском огне и обесточу архидемонов, которые их создали. А демонических ангелов, что их носили, очищу и выслушаю их покаяние.

– Да будет так, – снова окатили архангелы звуковой волной Артиемиду и встали за её спиной, превращаясь в людские образы с раскидистыми крыльями.

Арти ничего не видела, но чувствовала каждого из них всеми клеточками тела.

Михаил сложил одну пару крыльев из общего множества и растворил их, превращая в ткань синего цвета. На ней блестела вышивка медведя, означающего невероятную силу. Накидка легла на плечи Арти, которая была готова её принять. Следом вышел Гавриил, явивший белоснежную накидку с совершенством природы, дельфином, купающимся в разводах платинового оттенка и проявлявшим все недостатки и достоинства. И её Артемида приняла стойко. Зелёная накидка с зеброй от Рафаила, окутывающая забвенным течением времени и погружавшая в гармонию, была принята сложнее, но спасительница лишь слегка покачнулась. Задкиил одновременно с Джофиилом создали из крыльев накидки – фиолетовую с фантазёркой обезьяной и жёлтую с пляшущей собакой, купающейся в радости. Артемида согнулась под доверенной ей тяжестью. И упала на колени, когда Уриил и Чамуил положили ей на спину оставшиеся две накидки: с чёрным хамелеоном, который знает толк в тайнах людских жизней, и розовой черепахой, знающей жизни, в которых люди эти тайны сеют.

– Отныне, ты, Артемида, ангел Спаситель. Яви же людям свою истину и направь их, дабы мир этот стал лучше и чище. Не поддайся же искушению и исполни волю Высших Сил.

– Отныне, – поднялась с колен Арти. – Я сама решу, что мне делать с людьми и демонами. Архангелы смогут направлять, но не прерывать мои стремления.

– Таковы наши заветы, – сказали архангелы вместе с новым ангелом Спасителем, который, вероятно, был ошибочным выбором, но единственным возможным в столь суровом для добра и правды мире.

Глава 2. И только безумные ворошат эти пыльные угли

Артемида вышла из церкви и потрясла плечами. Накидки исчезли, а глаза, чтобы не привлекать внимание, вернули себе неприметный человеческий размер радужки. Уже прошло то время, когда она специально напускала своему образу необычный антураж для привлечение большего количества клиентов. Сейчас Арти следовало затаиться, спрятать себя и своё предназначение где-нибудь на высоком месте, как можно дальше от шума земли. Однако её тело постоянно хотело прогнуться под тяжестью непривычного количества сил и распластаться на холодном асфальте. Арти гордо подняла подбородок и достала из кармана свои документы, в которых значилось, что она существует. Но есть ли при ней деньги, чтобы жить в достатке столько времени, сколько займёт работа с демонами.

Около дверей церкви на скамейку сел мужчина в кожаной белой куртке, седой, но молодо выглядящий.

– Торипус закрыл все мои счета в банке на имя Даниэлы, так? – тихо пробормотала Арти, повернувшись к архангелу, держащему кожаную сумку подле себя. – Мне нужны деньги на квартиру, не буду же я жить на помойке, когда обоснуюсь в Антипусе.

Он достал телефон из кармана и с головой утонул в работе с ним. Затем протянул Арти и улыбнулся.

– У стражей были специальные сим-карты для связи с нами через засекреченное приложение. Также зарплата, выдаваемая правительством. Тебе я отдам ключи и пороли от счёта человека, в чьём виде я сейчас к тебе явился.

– Ты позаимствовал у него лишь образ или передо мной его тело, в которое ты вселился? – спросила Арти, ощущая физическую составляющую.

Гавриил, вручив телефон со всем необходимым, прислонился к спинке и закинул щиколотку на колено, скрещивая руки.

– Мы не вселяемся в тела, как и архидемоны. Лишь энергетические сгустки, не имеющие формы и материальной визуализации могут это делать. Мы и архидемоны, сферичны и в то же время безграничны, можем при взаимодействии с человеком вызывать у него привычный для него образ представления таких существ, как мы. Остальные наши производные, духи, например, бесформенны и не обладают сильным воздействием на восприятие человека, поэтому им легче подселяться. Ведь они вызывают образы только у ясновидящих или людей со слабой психикой. Архидемоны, однако, способны чревовещать. Архангелам такое не подвластно.

– Я не первый век существую, но спасибо за полное разъяснение. Дай ещё один ответ, – просмотрела приложения на телефоне Арти и заметила иконку лучшего банка Торипуса. – Кем работает этот человек и не будет ли для него сюрпризом, если я потрачу огромную сумму с его счёта.

– Он работает бизнесменом и уже знает, что в скором времени все его миллиарды будут постепенно превращаться в миллионы…

– Ну, не такая уж я и транжира, – посмеялась Артемида. – Что ты ему обещал, раз он так смиренно воспринимает всё происходящее?

– Я ничего ему не обещал, но заключил сделку с одним из его предков. Сказал, что в обмен на материальные, а именно финансовые, ресурсы буду решать его духовные проблемы. Тот согласился. А этот парень просто продолжает дело рода.

– А ты уточнил, что за это заберёшь душу? – ухмыльнулась Арти.

– Тогда бы он посчитал меня демоном и отказался. Да и нет смысла. Такой человек не собьётся с пути и всё равно примкнёт к светлой части мира. Кстати, об этом и о тебе, в частности, сейчас главное не раздавать обещания, а заставить одержимых из Антипуса перестать в них верить, особенно если обещанное слаще мёда и так и обволакивает тьмой их душу.

Гавриил исчез, оставив сумку на скамье. Артемида подошла и открыла её, расстегнув два ремешка. Там лежала книга с данными обо всех накидках и их силах. Артемида выдохнула, села на место архангела и открыла первую страницу, где находилось оглавление с перечислением заголовков. «Об этом я почитаю, когда буду в Антипусе, – подумала она. – Сейчас же мне нужно получить от архангелов необходимые знания, которые они обещали. Наведаюсь-ка я в свой старый домик, чтобы попрактиковаться в умениях. Позднее такой роскоши не представится».

Она накинула капюшоны и раскрыла семь пар неприметных чёрных крыльев, которые отнесли её в Восточный район утопии, где в лесу, далеко от шума города стоял одинокий домик. Когда Арти приземлилась и сняла капюшон, то удивилась сохранности гаражного строения. Навес был перекрыт новым материалом, а стены недавно покрашены. Внутри горел свет. Арти не нужно было применять способности ангела, чтобы узнать, кто находился внутри её бывшего дома, потому что чувствовала энергию лучше кого бы то ни было.

«Что здесь делает Веня Хайдо?» – подумала она и спряталась за деревом.

Давний друг, который раньше носил зелёную накидку и называл себя мистером Гармония, сейчас писал новую книгу, набираясь вдохновения в излюбленном месте. Тут со стороны тропы, ведущей в город, послышался рёв мотора мотоцикла. Шикарная, как всегда, подъехала Нина Рисон, бывшая мисс Идеал, носившая белую накидку и успевшая натворить кучу дел, которые потом пришлось разгребать Артемиде, Вене и её мужу Амону, бывшему мистеру Тайне.

Нина достала из сумки папку и собиралась постучать в дверь, но Веня уже открыл её, услышав прежде звуки транспорта снаружи.

– Привет, – заулыбалась Рисон и сразу же всучила папку. – Топографические карты для твоего нового романа. Старалась подойти к оформлению, как иллюстратор, но получилось всё равно слишком чопорно.

Веня довольно хихикнул и достал содержимое, разглядывая черты в свете уличного фонаря.

– Отличная работа, – похвалил он. – Спасибо. Пройдёшь на чай, я покажу тебе географические описания…

– Давай в другой день, – расстроенно отказалась та. – Мия просила меня послушать её новые песни. Хочет повысить популярность перед музыкальным конкурсом.

– Ах, да! МузЮнити же отложили на год из-за военного положения. Ну, ладно, иди. Передавай привет Амону и захвати его тогда завтра. Его психоанализ персонажей мне тоже нужен. Какая-то героиня получается… дура-дурой. Не пойму, где напортачил.

Нина широко улыбнулась и надела шлем на голову, после чего завела двигатель, сказала:

– Тогда до завтра, – и уехала, резко развернув мотоцикл.

«Они до сих пор дружны, хотя мне казалось, что каждый разбредётся по своим мирам после того, как исчезнет единственное объединяющее их дело, – подумала Арти и направилась в гору к обрыву, откуда виднелся почти весь Торипус. – Хотя… Веня, посвятивший всего себя писательству, может обращаться к Зое за медицинскими объяснениями, к Айо – за оформлением его писательских встреч, к Нине – за географическими и картографическими правками. Мия, являясь сестрой Нины, и Амон, муж Нины, тоже неразрывно связаны. Один Итан, будучи отъявленным говнюком и при этом некогда нося самую сильную накидку Михаила, наверняка, выбивается из этой прочной компании». За этими размышлениями или даже предсказаниями Арти не заметила, как пришла на нужное место. Вдали виднелись яркие огни утопии.

– Я скучала по этому виду, – расправив руки, крикнула Арти, а потом опустила их и положила на грудь. – Захотелось игристого…

«Остановись!» – пронеслось в голове.

Архангелы действительно наблюдали за каждым шагом Артемиды, все силы свои сконцентрировав на одном единственном человеке вместо хотя бы сотни обычных людей, нуждающихся в наставлениях.

– Да не буду я, – буркнула Арти. – Хотя сам Иисус пил вино.

Дальнейших ответов не последовало, поэтому Артемида надела капюшон и села в позу лотоса. Первым делом она решила прочувствовать каждой клеточкой мощь накидок, а уже потом экспериментировать с их применением. Закрыв глаза, она погрузилась в свою излюбленную сомати-медитацию. Сначала Арти полностью остановила мыслительный поток, потом дыхание, затем сердцебиение. Таким образом спасительница застыла подобно камню, но в таком состоянии она могла пребывать только до рассвета. У неё было максимум шесть часов. Если Арти задержится дольше, то впадет в более глубокую медитацию, а для неё потребуются специальные условия окружающего пространства, которые может предоставить только холодная и тёмная пещера.

«Я не знаю, какие накидки носят демоны, какими силами они обладают. Однако я знаю, что за мощь дарована мне», – подумала Арти, пребывая в расплывчатости и не зная, что сейчас происходит в реальности. Под действием невероятной энергии весь город содрогнулся и завыл. Окна заскрипели, а деревья согнулись. Руки спасительницы, облачённые в чёрные перчатки, сложились у груди в молитвенный знак.

«Силу чувствую!» – подумала Артемида и снова сложила руки, хлопнув в ладоши.

Вокруг кружилась земля и пыль, а камни вылетали из-под спасительницы, облачённой в чёрный хлопковый наряд, как сама того пожелала. Лицо её не закрывала маска, при этом черт видно не было. В таком обличие она напоминала сияющее создание, нежели те привычные образы стражей, какими их запомнил Торипус.

Вторая волна пронеслась по утопии, но уже восстанавливая даже мельчайшие трещины в коре деревьев или отделки зданий, а также в людях, которые прежде этой волны почувствовали прилив невероятных сил.

«Совершенство чувствую!» – обозначила Арти.

Всего было семь энергетических волн, которые восстанавливали гармонию, лечили недуги, разрешали эмоциональные недоразумения, помогали вспомнить давно забвенное, давали вдохновение. И когда люди проснутся этим утром, они начнут свой долгожданный новый лист, где разрисуют жизнь всеми красками. Торипус получил этой ночью столько мощи, что ближайший год никто не сможет причинить ему вреда, даже если на то будут веские обстоятельства, сопровождаемые отличным планом действий.

– Все семь накидок чувствую, – шепнула Арти и открыла глаза.

Солнце поднималось с востока и освещало пока что сонные улицы Торипуса.

«Зачем ты тратишь столько сил на утопию, которой ничего не угрожает?» – спросили архангелы.

– Из этой утопии в скором времени уйдёт та же сила, которая сейчас была ею получена, – ответила Артемида, пребывая в растерянности, ведь она совсем ничего не чувствовала, хотя сейчас полностью состояла из большинства человеческих чувств. Она продолжила: – Чтобы Торипус был равнодушен к демоническому вмешательству, он должен стать сильнее или остаться неизменным. Пока я здесь, он сильнее, когда уйду в Антипус, останется прежним.

«Благодарим тебя за верные мысли», – ответили архангелы, скрываясь в лучах солнца и бликах.

Когда Артемида решилась встать, то наткнулась на спящего Веню Хайдо, который сжимал в руке фонарик, прислонившись к валуну. Он провёл не один час, наблюдая за новым стражем. Даже обессилел и уснул, хотя был самым первым из тех, кто получил заряд энергии на долгое время. Арти бесшумно встала и медленно подошла к бывшему другу. Проведя рукой по лбу Вени и вместе с тем забрав все воспоминания об этой ночи, она отнесла его в дом у подножия. Там была привычная пустота, но в то же время теплота от трепетного отношения к памяти некогда произошедшего. Артемида положила друга на диван, напротив которого стоял шкаф, привлёкший её внимание.

– Не нужен мне аэропорт, чтобы попасть в Антипус, – сказала она и открыла дверки.

Когда Арти ещё жила здесь и гадала людям, предсказывая будущее и советуя всякое, то обнаружила воронку в другой мир, принадлежавший духам умерших. Подобные межпространственные провалы открываются под действием большого желания сбежать в другой мир, но только достаточно сильных людей или потусторонних существ. С другой стороны искрящейся воронки духов был тот же Торипус со своим привычным течением жизни. И на первый взгляд, всё было идентичным. Но тех, кто пожил там хотя бы месяц, ждал сюрприз. Артемида же перед позволением быть уничтоженной просуществовала там целый год.

Утонувшие в реальном для людей мире, превращались в русалок, а убитые – в оборотней, которые меняют свой облик не в полнолуние, а в день своего убийства по лунному календарю. Умершие своей смертью остаются людьми, а убившие кого-то или себя – жуткими ненасытными кровососами, которые потеряв источник энергии в мире людей, в мире духов продолжают его искать, но уже иначе. Таков тот мир, который на первый взгляд кажется весьма схожим.

– Надо же… – недовольно протянула Арти. – У кого-то пропало желание доставать этот дом своими появлениями? Некто уже успел закрыть свою воронку.

В стене шкафа проход в другой мир отсутствовал. Арти улыбнулась и положила ладонь на слегка поцарапанное дерево.

– Откройся, – скомандовала она и почувствовала под пальцами лёгкое покалывание.

Распахивая вход в другой мир, воронка сначала выдула спираль воздуха оттолкнув Артемиду, а затем снова подтянула её к себе, заманивая в сети пространств. Та сделала шаг вперёд и оказалась под навесом на улице. Оглянувшись и покрутив рукой в воздухе, Арти захлопнула спираль молний, превратив их в потухшую в одночасье искорку.

Лес вокруг, купаясь в лучах солнца, отозвался приветственным гулом, ожив от вливания новой весьма мощной энергии. Арти не скинула капюшон и направилась в город, который стала осматривать с высоты птичьего полёта. Спасительница была живой и, несмотря на расправленные крылья за спиной, принадлежавшие по специфике своей скорее к этому миру, оставалась невидима, как призраки для обычных людей, не обладающих особым взглядом. Артемида приземлилась у своего любимого места в этом мире, у заброшенного маленького сарая на периферии Торипуса, где процветало сельское хозяйство. Там она когда-то спрятала четыре ящика вместимостью сто коробков спичек, сделанных по особому рецепту её бабушки. Они лучше любых других могли искать энергию людей, переносить в пограничное пространство, называемое астралом, долго не гасли и ярко горели. Без особой надобности Арти никогда к ним не прикасалась, а сейчас взяла целых одиннадцать коробков, именно столько влезло в её карманы, надуманные ею в костюме стража. После этого она снова расправила крылья, которые в пару взмахов отнесли её к границе с Антипусом. Слившись в конечном итоге с толпой на самой оживлённой улице где-то в центре антиутопии, Арти стала искать самые глухие переулки. Вот один, грязный и бесполезный, судя по отсутствию даже бака для мусора.

Сняв капюшон и открыв проход в реальный мир, Артемида прошла сквозь него и закрыла с другой стороны. После стремительного перемещения волосы были растрёпаны, а вид измотан, тогда она поправила заколотые на затылке пряди волос и прогладила нежелательные складки майки иссохшими ладонями. Стоило только окинуть взглядом улицу впереди, как демоны внутри людских душ заметались чёрным дымом. Каждый, кто проходил мимо переулка, был одержим и торопился, торопился по своим делам, думая, что это его инициатива. Это было веление тех, кому выгодно плодить нечисть в мыслях и душах, пока те не поддадутся и не будут проданы за гроши ради сущего пустяка для демонов, но великого блага, как это зачастую представляется, для людей.

– Мерзенько, – исковеркала слово Артемида, чтобы придать ему пустяковое значение, а не возвеличить кропотливое дело демонов, уже сейчас чувствующих присутствие какой-то невероятной силы в антиутопии, но не могущих её отследить, потому что та рассеялась по домам и улицам, оставив источник неизвестным.

Глава 3. Глубоки те корни, которые пускают в нужном месте

Артемида резко вышла поперёк толпы и прошла к светофору. Многие обратили внимание на лёгкую оскомину, оставленную после пересечения путей, но совсем скоро забыли. Арти же продолжила использовать силы накидок, чтобы просмотреть окружающее пространство Антипуса и выявить процентное соотношение между совокупностью различных энергий. В итоге, всё вокруг представилось серо-чёрным, лишённым всякого просвета. Если сравнивать с Торипусом, который исключал смоляные энергетические провалы, антиутопия являлась помойкой, где люди пытались найти уже выброшенную, но ещё пригодную для использования вещь.

– Энергетические бомжи и тут, и там в поиске объедков, – не удержалась Артемида от комментария.

На светофоре загорелся зелёный для пешеходов, но машины не спешили останавливаться, потом всё же затормозили и позволили людям пройти к другой стороне дороги. Зайдя в ближайший ларёк с газетами, Арти купила карту города и села на скамью у начала сквера. Кругом валялась листва, по ней, шурша, ступали люди, не обращая внимания на творящийся вокруг серый хаос. Глубоко и весьма разочарованно вздохнув, Арти достала телефон, чтобы включить роуминг, но обнаружила, что симка уже была с антипским номером.

– Как всё продумано, – пробормотала она и ввела в навигатор путь до ближайшей риэлторской компании, но текст оставался непонятным, как она ни старалась скопировать его из переводчика и обозначить конечной точкой. – Может быть, я и антипский язык уже знаю?

Тут мимо прошла женщина, говорившая по телефону, которую Арти поняла без лишнего усердия. Мужчина, продававший мороженное очень чётко кричал: «Продаю, продаю пломбир. Такого вы нигде не пробовали. Антипский пломбир лучший в мире».

– Очаровательно, – ухмыльнулась Артемида, произнося это на языке антиутопии. – А теперь вернусь к риэлторской фирме.

Но карте вначале высветилась самая дальняя точка следования, но потом устройство переключилось на ближайшие конторы. Руководствуясь возможными подсказками, Арти вновь обозначила промелькнувший на секунду пункт. Компания, куда она направилась, называлась «Антипские Небоскрёбы», а ей как раз нужна самая высокая точка, которая позволила бы осуществлять поиск в дебрях города с помощью взгляда сверху и при этом не вынуждая выходить из квартиры. Работники «Небоскрёба» хмурились, глядя в новейшие компьютеры и что-то набирая на клавиатуре. На прибытие Артемиды они, однако, отреагировали живо, подскочив со своих мест и уже при первых начинаниях общения пытаясь угодить потенциальной клиентке, которую посчитали обеспеченной особой из-за её манеры держаться прямо.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – сказал мужчина средних лет.

Арти уже поняла, что её хотят обмануть, всучив через чёрное риэлторство не продаваемое жильё. Ей же сейчас нужна была недвижимость, удовлетворяющая хотя бы трём пунктам: высота, легальность, практичность.

– Меня интересует самое высокое здание, где были бы апартаменты с панорамными окнами, – сказала Артемида и подалась вперёд, чтобы взять предложенную чашку с чаем.

Но, остановив руку, так и не дотронулась до ручки, внутренняя полость стакана была обработана крепким седативным, чтобы заставить человека впасть в забытье и подписать необходимые конторе документы, получая призрака вместо дома. Арти вернулась в изначальную уверенную позу.

– Не любите чай? – спросил мужчина, уже листавший каталог на компьютере, чтобы распечатать варианты. – Сделать кофе?

– Не чай не люблю, а порошок, который вы туда подмешали, – сказала Арти, тем самым выбивая риэлтора из колеи.

Это ей и нужно было, чтобы успешнее применить навыки жёлтой накидки радости и веселья от Джофиила, который наделил кусок ткани возможностями влияния на настроение человека. Она могла в совокупности с другими накидками расположить человека к осознанию своих грехов, а потом помочь ему избавиться от внутреннего демона поэтапно. Риэлтор неожиданно почувствовал угрызение совести и забрал чашку, вставая и относя её как можно дальше к неприметной раковине в углу кабинета. Он вылил напиток и сделал новый.

– Простите, – упрекнул он сам себя извинением. – Просто бизнес идёт не в руку, приходится мухлевать по-крупному. Вот, думаю, может быть, уехать из этой чёртовой дыры?! Выпейте вот этот чай, он абсолютно чистый.

Короткое, но искреннее откровение было воспринято равнодушно, тогда риэлтор решил уже показать идеальный и самый нужный для Артемиды вариант.

– Посмотрите. Девяносто шестой этаж, выше только крыша. Самое высокое здание в Антипусе, больше четырёхсот метров. Называется Смотровая Башня. На этаже всего две квартиры, одна продана, другая продаётся. Комиссия риэлторов составляет всего пять процентов от стоимости, что для Антипуса сущие копейки, но сумма всё ракно получается кругленькая.

– Сколько? – спросила Арти, открывая личный кабинет банка на телефоне, чтобы проверить счёт того бизнесмена, о котором говорил Гавриил.

Риэлтор протянул листок с описанием и цифрами, в переводе на торипский денежный знак выходила смехотворное для содержания счёта число.

– Хочу посмотреть, – улыбнулась Арти и спрятала телефон в кожаную сумку, которую не снимала с плеча, даже когда сидела.

– Это в центре, я отвезу вас, – воодушевился риэлтор, надеясь сбагрить за настоящую цену этот слиток золота, который никому никак не мог «втюхать».

Через час по пробкам Арти, сидя на переднем сидение дешёвенькой и маленькой машинки, въехала вместе с агентом по недвижимости в многоуровневую парковку, построенную рядом с небоскрёбом. Почти все места были заняты, но на десятом этаже удалось найти парочку свободных стоянок. Больше четырёх минут они ждали лифта и столько же поднимались до последнего этажа. Риэлтора немного укачало из-за быстрой смены давления, отчего он качался, когда с ключ-картой шёл открывать квартиру. Внутри было пыльно, мебель отсутствовала, но в остальном полностью совпадало с представлением, которое Арти себе придумала, а может и не придумала.

За исключением общих недостатков, которые материально присутствуют во многих продаваемых квартирах, здесь был ещё один… Из помещения выталкивало невероятной силой. Даже риэлтор, которому сейчас жизненно необходимо показать комнаты и вид из окон, боролся с собой, чтобы сделать лишний шаг. Стены пылали, заполняя энергетическим дымом всё пространство, травя и обжигая. Очень сильные и сведущие в подобных тёмных ремёслах люди не хотят, чтобы эта квартира ушла из их рук. Поэтому она и не продавалась так долго.

– Покупаю, – сразу сказала Артемида, отчего агент по недвижимости подпрыгнул на месте от испуга.

– Тогда я позвоню застройщику и, возможно, сегодня оформим сделку.

Арти оглянулась на соседнюю дверь, чувствуя, что за ней через глазок кто-то наблюдает. Мужчина, молодой, но уже остепенившийся. Риэлтор вылетел из квартиры, словно пробка из шампанского… «Хочу игристого, – мельком пронеслось в голове Арти и сразу же растворилось, после чего она улыбнулась. – Небывалая череда удачных событий. Демон за соседней дверью».

Вечером Артемида уже перевела на счёт продавца нужную сумму и получила документы о праве собственности. Риэлтор ликовал и благодарил её за успешную сделку, затем вновь принялся откровенничать:

– Я всё никак не мог продать это место, но вы же не суеверная? – спросил он между прочим и, не дождавшись ответа, продолжил: – Когда строили последние этажи, весь этаж разрисовали граффити. Стирать его не стали, просто заделали штукатуркой. Но по утопии пошёл слух, якобы это какие-то зловещие знаки.

– Не суеверная, – всё же ответила Арти. – В соседней квартире те же знаки?

– Были, но, насколько я знаю, – сказал риэлтор. – Хозяин делал там ремонт и стёр их.

– Это всё, что вы хотели сказать? – пыталась Арти свести к концу беседу и, увидев, как агент по недвижимости пожимает плечами, заключила: – Тогда прощайте.

Как только Артемида зашла в квартиру, ей сразу же поступил звонок от некоего Гаврика.

– Слушаю, – резко ответила та.

– Меня предупредили о тебе, – сказал Гаврик. – Но не предупредили, что со счёта без предупреждения будет уходить настолько большой потенциал. Да ещё и в первый же день…

– Не такой уж и большой, скорее копеечки на пожертвования, – улыбнулась Арти и постучала кулаком по стене, проверяя её полость.

– Сколько ты планируешь тратить в месяц на все свои дела? – не унимался бизнесмен, доверенный Гавриилу под опеку.

Гаврик говорил странными фразами, которые в данном случае можно было бы заменить белее простыми и понятными. «Как он печётся о деньгах», – осудила про себя Артемида, а затем обозначила фронт работы:

– Мне нужно сделать капитальный ремонт в купленной квартире, а потом купить себе некоторые вещи в гардероб, ежемесячно платить коммуналку и приобрести велосипед вместе с картриджным фотоаппаратом, чтобы снимать достопримечательности, ну… и так, по мелочи.

Гаврик шумно выдохнул и сжал губы в разочарованную линию. Затем вдруг расслабился и рассмеялся:

– По мелочи – это ноготки, шугаринг и наращивание волос?

– Подобное мне не к чему, – улыбнулась Артемида и села на пыльный пол. – По мелочи – это еда и вода, а также проезд на такси или автобусе. Это не миллионы, не беспокойся, твой счёт не перестанет быть одиннадцатизначным.

– Уже не мой, но всё равно приятно слышать, – тяжело выдохнул Гаврик. – Тем не менее, предупреждай о покупках. Не злоупотребляй доверенностью распоряжения счётом.

– Я скину тебе список вещей, которые планирую купить по мессенджеру, идёт?

– Не думаю, что именно это нужно, но ладно, до скорого, – закончил тот и положил трубку, явно расстроившись чему-то.

Арти же положила телефон на пол и ссутулилась, опираясь руками на сложенные колени. Нарисованные граффити под штукатуркой несли в себе определённую эмоциональную составляющую, которая при ясновидящем взгляде играла зигзагами и чертила линии до самих окон, откуда просачивалась в недра антиутопии и исчезала в перекрестьях кварталов. Этой ночью Артемида выкрутила все лампочки и осталась у входной двери. Она плохо спала, полусидя, облокотившись спиной о стену туалета. Когда она услышала шорохи то незамедлительно очнулась и вскочила на ноги. Электронный замок стал щёлкать, но код не подходил, потому что Арти успела его поменять.

– Что происходит? – сказал женский голос. – Почему не могу открыть?

– Ты правильно набрала? – спросил мужчина в ответ. – Тогда взламывай.

Арти надела капюшон и подошла к двери, положив на неё ладонь. «Девушка с рыжими волосами, серебряными серёжками, которые снимала лишь однажды, тупым носом и таким же взглядом. Парень с грубым голосом старика, моложе девушки. У него пирсинг. Где? На языке. Они пришли сюда, но закончат путь они не здесь… Где же?» – быстро просканировала их энергии Артемида. Тут дверь прямо напротив открылась и появился другой парень. Нет, тот самый молодой мужчина из соседней квартиры. С ним нет общих стен, но двери смотрят друг на друга.

– Быстро внутрь! – скомандовал он. – Эту квартиру сегодня купили.

Девушка с серёжками ахнула:

– Но как? Мы же специально нарисовали там знаки, чтобы она никому не продалась.

– Я сказал внутрь, живо, – процедил сосед сквозь зубы.

Тут лампочки, сложенные аккуратно в плетённый пакет для строительного мусора, стали трескаться и лопаться, но ни один осколок не вылетел наружу. Арти фыркнула и сняла капюшон. «Вечно эти фанфары с лопающимся или дребезжащим стеклом», – подумала она и уверенная, что больше не будет потревожена сегодня ночью, решила выспаться, но уже в другом мире, где могла найти место поудобнее. Арти открыла воронку в мир духов и оказалась в той же квартире, которая принадлежала избалованному оборотню. На первый взгляд он казался загнанным в угол зверем, но это только обложка, не сегодня он должен был явить свою обозлённую на мир сущность. Его уникальный нос почуял чужака.

– Кто здесь? – принюхался тот и оглядел квартиру, не замечая уставшую от собственных сил Артемиду. – Кто здесь?

Та хмыкнула, издав подавленный смешок, и легла на диван, чтобы выспаться в уюте. Рано утром, когда часы хозяина прозвенели, она вскочила и обнаружила, что окружена свечами. Как их устанавливали Арти не слышала, как и беснования оборотня в человеческой коже, сидящего сейчас в кресле сбоку и сжимающего религиозное перекрестье для защиты. Она сдержала хулиганский смешок, перешагнула через огонь и переместилась в мир людей, чтобы избавить оборотня от своего присутствия.

Арти привела себя в порядок и вышла из квартиры с пустой сумкой. Книгу про стражей она успела перепрятать. Тут замок соседней двери щёлкнул, но сама дверь не открывалась. Судя по монументальному спокойствию, он не мог распознавать энергию, подобно Артемиде. Но та успела за пару мгновений заметить в нём вязкое, почти уплотнившееся скопление демонов, которая словно длинной туникой сползало с плеч.

«А вот и первая очная встреча», – затрепетало в груди у Арти.

Высокий и симпатичный черноволосый парень, которому на вид было двадцать, но тяжесть энергии выдавала его тридцатилетний возраст, выглянул и многозначительно посмотрел на новую соседку. Та почувствовала, как, наконец, обозначившийся демон через глаза пытался говорить с ней, влезть в голову, узнать истинные намерения. Но сможет ли он это сделать, если вступит в силу действие накидка Уриила, наделённая сокрытием тайн и добычей секретов. Способности её весьма интересны – позволяют бродить в закромах сознания человека, стирать или возвращать память, а также просто читать мысли, но, к сожалению, не все и не каждого.

Хранитель демонической накидки прищурился и полностью вышел наружу, переставая прятаться за дверь и пробивая удивительно пытливым взглядом единственную точку на несколько десятков сантиметров выше головы Артемиды.

– Вы что-то хотели? – грубо сказала та и проверила, захлопнула ли дверь, не отрывая при этом взгляда от соседа.

– Вы купили квартиру? – моргнул он, проиграв в гляделки, чему-то, что вероятно видел.

– Очевидно, – продолжала смотреть на него Арти.

– М, – выдавил он из себя и захлопнул дверь.

«Не успела, – подумала Артемида. – Влезть к нему в голову оказалось мне пока не под силу». Но будто ничего не произошло, она прошла к лифту и спустилась в холл. Забыв на время о всех миссиях и предназначениях, Арти отправилась за покупками, чтобы облегчить жизнь во время скитаний и поисков. Первым по списку было приобретение велосипеда. Она выбрала самый быстрый и самый лучший, потом сфотографировала его и отправила Гаврику. Тот ответил гифкой с закатывающимися глазами. Дальше на обновке Арти отправилась за фотоаппаратом и, когда выбрала самый лучший и самый дорогой, снова отправила его изображение бизнесмену, чья дебетовая карта сейчас была в руках Артемиды.

Раздался звонок по видеосвязи.

– Я не хочу жаловаться, – сказал Гаврик, сидя в кабинете президента своей компании. – Но если ты выбираешь самое дорогое и самое лучшее, то представляю, во сколько мне встанет ремонт твоей квартиры.

– Не волнуйся, – посмеялась Арти и сделала первый снимок. Тут же сбоку вылетела фотография фонтана, которую она, положив на время телефон в карман, вынула и подписала, а потом закинула в сумку. Когда она вынула смартфон и посмотрела на заскучавшее лицо Гаврика, то обозначила: – Мне нужно будет поменять лампочки, снять весь отделочный слой стен, а потом его восстановить. Заменю потолок и перестелю пол. Ах да, ещё мебель.

Гаврик молчал, а потом, вздохнув и случайно чмокнув резко разомкнувшимися губами, сказал:

– Транжира и не только денежная.

– Скупердяй, – с той же интонацией отреагировала Арти и положила телефон.

Она потратила целый день, чтобы купить одежду, новые лампочки, заказать у строительной компании капитальный ремонт и сделать ещё с десяток фотографий достопримечательностей. Она уже рассудила, ближайшую неделю будет озадачена благоустройством жилища, продолжая ожидать, когда же её сосед захочет с ней пересечься и уже подозревая, что тот намерен избегать её до тех пор, пока не будет уверен, что выдержит долгую и мучительную для него дуэль в гляделки с тем, что видел на самом деле. К концу дня у Арти кончились силы, хотелось прилечь.

Глава 4. Первый шаг труден долгим обдумыванием

Под слоем штукатурки, вводя в шоковое состояние рабочих, блестели или, лучше сказать, гнили написанные кровью знаки. Строители стали переглядываться и ахать, но Арти скрестила руки на груди и заявила:

– Эта дуристика, – показала она пальцем на вскрытые пентаграммы. – по всей квартире. Снимите стены, полы, потолки, всю верхнюю отделку, после можете быть свободны.

Рабочие неохотно закивали головами и в наикратчайшие сроки, за два часа, выполнили работу. Оставив Арти один на один с рукотворными письменами, несущими определённый посыл и влияющими на верящих в их силу людей, они поспешно удалились. В закутке, предназначенном для кладовки, Арти заранее припрятала белизну, которой принялась оттирать запёкшиеся символы. Воняло на весь этаж, но сосед до сих пор молчал и даже звука в своей собственной квартире не подавал.

Очистив стены от беллетристики демонов, Арти облила всё вокруг раствором медного купороса, чтобы избавиться от любых зачатков плесени. И тут же подумала, что кровь имеет свойство путешествовать между тремя мирами: людей, духов и демонов. Подобно написанное, со стопроцентной вероятностью однажды проявилось под штукатуркой в квартире того замкнутого оборотня и в туманном жилище в мире тёмных сил. Правда быстро визуально исчезло, оставив тем не менее тяжёлый энергетический след. Стало ли легче жить владельцам этих апартаментов из других миров или их существование только усложнилось, Арти не знала. Да и не хотела. Главное, что ей самой теперь проще сконцентрироваться на своём деле.

«Первый демон найден, – подумала спасительница. – Но сколько их всего?» Перед ней лежала открытая книга стражей, в которой значилось семь глав. «Может ли быть столько же накидок у противоположной стороны влияния? – снова погрузилась в раздумья она. – Если это так, если в нашем энергетическом мире всё равнозначно друг другу по количеству, то вернее всего предположить существование семи тёмных накидок. Но не всегда же бывает всё поровну, особенно в мире людей».

В дверь раздался стук. Арти спешно спрятала книгу в сумку и направилась ко входу. На пороге лежал свёрток, внутри которого что-то мёртвое.

– Какая примитивщина, – буркнула Артемида и сходила за случайно оставленным строителями ломом.

Она оттолкнула им свёрток к соседней двери и протёрла свой порог смоченной в белизне тряпкой.

– Будут мне ещё тут грязь разводить. Сами выбрасывайте своих дохлых крыс, – рыкнула Артемида и заметила подтёки от маслянистой воды на двери и косяках снаружи. – Твою ж за шиворот… Себе на голову налей, придурок!

За соседской дверью до этого момента кто-то стоял и наблюдал, а потом скрылся в междустеньях. «Идиот суеверный», – подумала Арти и принялась отчищать подтёки, которые наравне со свёртком не несли никаких угроз, хотя наделялись перед этим определённым помыслом.

– Мог бы что-то серьёзное сделать, а то погремушками балуется, грибок разводит, – ворчала Арти, заканчивая уборку.

Вернувшись к своему прежнему занятию и снова игнорируя происходящее за дверью, но не прекращая анализировать энергетическую обстановку, Арти продолжила размышлять. Книга ничего ей не сказала нового, только то, что она почувствовала, медитируя у обрыва с видом на Торипус. Заклинательные слова для изгнания демонов Арти тоже знала, как и другие трюки. Единственное, что она не могла, так это нормально драться. Если придётся вступить в рукопашную схватку с хранителем тёмной накидки, Артемиде придётся бежать и бить издалека ментальными навыками или получать оплеуху за оплеухой.

– Так, стоп, – выпрямилась она и выставила открытую ладонь вперёд. – Мне нужно пройти курсы по самообороне. Ой, ой…

Артемида упёрлась локтем в подвёрнутое под себя колено и обхватила подбородок. «А где же мне их найти?» – подумала она и потянулась к телефону. На сайте объявлений ничего подходящего не обнаружилось, только профессиональные секции с протеже в сборную. Кружки, где барахтаются у груши, словно детки в лягушатнике, подростки. Какие-то клубы с потными мужиками. Тогда Арти отложила телефон, сейчас бесполезный, и выпрямилась, напрягая внутреннее зрение.

– Где мне найти того, кто сможет быстро научить? – но никаких картинок увидеть внутренним глазом не удалось.

Её способности молчали. В этой жизни они достались от бабушки, слывшей в племени, откуда Артемида родом, верховной шаманкой. За столько сотен лет бессмертного существования в различных личностях, талантливая спасительница приучила полученный дар к визуальным ассоциациям для моментального поиска по картам. Для этого и нужны были фотографии, ради съёмки которых Гаврик, беднеющий на глазах бизнесмен, отдал приличное количество денег. Но на данный момент у Арти было всего двенадцать снимков, которые не имели ничего общего с ниточкой информационной составляющей верного пути.

Тогда Артемида достала коробок спичек бабушки и вынула оттуда спичку. Это был второй способ поиска через пространство астрала, который подобно сети интернета перемещал её разум с места на место. Иногда даже тело, находясь в трансе, следовало за ментальностью, пребывая в нужный пункт. Но Арти так и не зажгла её, пораскинув мозгами: «Если бы я была в Торипусе или в подобном безопасном месте, то не задумываясь доверила себя течению повседневности. Но здесь я рискую затеряться в пограничном мире и реальности, становясь прекрасной тушкой на растерзание демонам». Затем вслух произнесла:

– Первый пункт: сделать максимум снимков Антипуса. Второй пункт: найти того, кто меня за короткие сроки натренирует.

«Хотя, – тут же подумала Арти. – Выберу первого попавшегося тренера на сайте объявлений. Зачем надумывать себе всяких там проблем. Я понимаю, если это нужная квартира, которая сразу позволила мне найти первого хранителя тёмной накидки. Я также понимаю, если это определённое место пребывания, где могут отыскаться люди, на которых влияют демонические ангелы. Но не тренер же по борьбе. Да и нужны ли мне эти тренировки? Неужели не смогу справиться без рукопашных поединков?»

Тут позвонил Гаврик. По видеосвязи, без всяких стеснений. Его белые волосы торчали затянутыми резинкой ананасными перьями, а под глазами блестели гиалуроновые патчи.

– И про транжирство мне говорит человек, который наверняка потратил не одну тысячу на этих слизняков под глазами, – без приветствия сказала Артемида.

Гаврик улыбнулся, и патчи отклеились из-за собравшихся вокруг глаз морщинок.

– Ой, – попытался их поймать тот, но не успел, так ещё и к тому же разлил кофе, который держал в этот момент в руке. – Всё из-за тебя!

– Ох-ох, – покривлялась Арти. – Зачем звонишь?

Тот, чтобы вытереть кофе и подобрать использованные патчи, поместил телефон в подставку на столик, уютно устроившийся на балконе, позволив на пару секунд увидеть прекрасный пейзаж вечернего Торипуса. Артемида даже не думала, что может скучать по какому-то из мест настолько сильно. Но Гаврик не позволил ей углубиться в свои чувства и, сев на стул, поправил подол белого халата и направил камеру на своё лицо.

– Сегодня денежных трат совсем не было, хотел удостовериться, что ты не задумала купить ещё одну квартиру или виллу на периферии. Или на что-то ещё планируешь тратить драгоценные силы?

– Я сегодня оттирала стены от мистической чепухи, мне было не до просмотров каталогов недвижимости, – выдохнула Арти и посмотрела на улицу.

– А-а-а, – начал Гаврик, а затем сказал ещё что-то, но та будто лишилась слуха и заворожённо смотрела в окно, от пола до потолка тянувшегося вдоль всех стен основного зала апартаментов.

Где-то вдалеке бушевала демоническая вечеринка. На краю северо-восточного сектора центрального круга антиутопии чёрными клубами поднимался дым, но не от пожара, а от астрального злодейства. Точное местоположение Артемида не знала, но разве не там расположена дом главы Антипуса?

– Настолько просто? – выкрикнула она и растеряно поднялась на ноги.

– Да, – всплеснул руками Гаврик. – И тут я стою у Икрисса, сына главы Торипуса, на ковре и говорю…

– Помолчи немного, – прервала его Артемида и направилась к стеклу. – На ковре стоят и говорят… О чём?

– Я там один был, ну так вот…

– Помолчи, пожалуйста, – сбросила вызов Арти и закрыла глаза.

Рука потянулась за спичкой, но держала её до последнего незажжённой. «Нет, – остановилась она. – Вдруг я выдам себя. Но если не попробую сейчас, то не узнаю, что там происходит».

– Архангелы безразличны, поэтому могущественны, – сказала спасительница, словно читая молитву. – И я должна быть такой, чтобы выдержать груз накидок.

Головка спички зажглась, и Арти оказалась в пространстве, чей запах, вкус и цвет уже успела забыть. Вязкое окружение подтолкнуло её к главному дому, выкинув астральное тело на площадь. Вокруг главного здания Антипуса кружилась тёмная аура, поднимающаяся и опускающаяся, рисующая причудливые петли. Вдруг один из дымчатых отростков открепился и направился в соседний проулок. Артемида последовала за облаком грешных намерений. Он вёл её до больницы, а потом накрыл её территорию тугим куполом.

– Роддом, – прочитала Артемида на указателе перед въездом на территорию антиутопского учреждения.

Завоёванная территория окружалась невероятно прочным слоем, схожим с плавательным пузырём рыбы. Если Арти пройдёт сквозь него, то вторгнется в чужое, наверняка, контролируемое пространство. И она сделала это – открыла себя для врага, находясь в уязвимом состоянии. Но тот ничего не заметил. Оттого ли, что не тело с накидками, а разум с мыслями смешался с наполнением пузыря, но демонический покой и контроль в его пределах остался неизменным.

В одном из кабинетов отделения диагностики и лечения сидела женщина. Было поздно, но она не шла домой. На столе перед ней лежали медицинские карты, внутри которых аккуратно подкреплялись подписанные отказы от ответственности перед проведением процедуры аборта. В поликлинике эта женщина, которую звали Наяна Пимов, архивировала в папки законченные на сегодня дела. Она глупо улыбалась, слушая смеющиеся слова гогочущего от удовольствия ангела Смерти, именно так назвала Артемида хранителей демонических накидок, потому что те убивали святость человеческой души.

– Твой ребёнок, – говорил доверенный архидемона. – Он заслужил, чтобы родиться мёртвым? Почему они могут иметь детей, а ты нет?

– Почему? – спросила Наяна.

– Ответа нет, потому что они такие же, как ты. Сами виноваты, что отказываются от детей.

– Они не заслужили больше иметь детей, – процедила сквозь зубы гинеколог Наяна Пимов.

– Они не заслужили, поэтому ты должна делать так, чтобы они никогда больше не имели, – снова загоготал блуждающий голос.

Демон бродил по коридорам и шептал ей на ухо, где бы не находился, шептал прямо в ухо. Говорил о её правоте, о высшем предназначении, внушал глупые мысли, заставляя творить зло. Тут Арти почувствовала, что руку припекает. Спичка заканчивается, пора возвращаться или зажечь новую. «Я хочу проследить за ним до конца», – подумала она и щёлкнула новой искрой. Демон оглянулся. Он услышал треск намазки и принюхался. Пахло кислой, палёной древесиной, а также ангельским ладаном.

– Чёрт! – зашипел он и махнул подолом чёрной накидки, под капюшоном которой прятался, подобно самой Артемиде, когда она принимала облик стража ангельского спасения.

Ана за ангелом Смерти не последовала и вернулась в кабинет гинеколога. Пузырь моментально схлопнулся, обтянув всё тело женщины липкой плёнкой. Женщина ничего не замечала, поскольку это происходило в том месте, которое её глаза рассмотреть не могли. Наяна невозмутимо проглядывала каждое заявление на аборт и мечтала, что завтра примет ещё больше, а уж демоны в этом ей помогут, внушив некогда благочестивым мамочкам, что их дети, которые были зачаты с определённым намерением, им вовсе не нужны. Тут комнату наполнил звон, который Наяна тоже не услышала, но чётко распознала, пользующаяся в данный момент шаманизмом, Артемида. Спасительница быстро погасила спичку и открыла глаза в квартире, где разрывался её телефон. Звонил Гаврик.

– Я уж думал, ты не ответишь, – жуя яблоко, сказал он. – Так я расскажу тебе про Икрисса? Там ты фигурируешь. За этим, в принципе, тебе и звонил.

Арти проглотила подступивший от увиденного в роддоме ком к горлу и кивнула.

– Икрисс мне такой говорит: «С твоего счёта было отправлено несколько десятков миллионов в Антипус. Мы пробили пути следования платежа и обнаружили, что произошла покупка квартиры на имя Артемиды. Кто она?»

Та дослушала, слабо улыбнулась и рухнула в обморок, будто её шнур питания выдернули из розетки. Сейчас вернувшаяся неожиданно к своему первоначальному набору навыков шаманка наиболее уязвима перед демонами, поскольку отвыкла к подобным перемещениям. Но тёмные стражи ещё не успели разбрестись по домам после собрания в главном доме Антипуса, где продумывали план порабощения с помощью одного человека душ сотен других людей. Они не могли услышать, как Гаврик несколько раз назвал имя одной небольшой, как подумали демоны, проблемы.

– Кто она? – спросил глава Антипуса, Кин Иак. – Ты сможешь найти её?

Ангел Смерти, стоявший у входа и докладывающий о случившемся в больнице, покачал головой. Сидевшие в кругу на коленях хранители тёмных накидок устремили свой взгляд на коллегу. Внешний вид ангелы Смерти позаимствовали у стражей архангелов, которые сами придумали себе супергеройский антураж из костюма и маски. На момент создания группы ангелов Спасения в Торипусе демоны ещё не подозревали, что могут также сложить одну пару своих драконьих крыльев и превратить в кусок ткани, передавая способности самому достойному из грешников. Первым такое свершить попробовал демон Аввадон, который нашёл кандидата в Торипусе, но не смог совладать с той же Артемидой, разгромившей в пух и прах все начинания тёмных сил. Теперь же, по прошествии года, в Антипусе появились такие же чудаки, посвящающие большую часть своей личной жизни посиделкам в кругу главы антиутопии и вмешательствам в судьбы людей. И если ангелы Спасения, не зная основ становления души, пытались очистить заплутавших от их заблуждений, то ангелы Смерти ведут заблуждающихся к тщеславному определению своей уникальности, всё больше подавляя волю и поглощая душу. Финалом в хитроумном плане ангелов Смерти, разработанном Кином Иаком, было поднабраться силёнок и взять реванш у торипских светлых сил, которые в данный момент покрывали плечи той самой Артемиды, пребывающей в беспамятстве в квартире «Смотровой Башни», расположенной прямо под их носом в самом центре Антипуса.

Часть 2 – Чистка мест, где всегда грязно

Глава 1. Следы, которые видит только острый глаз

Тёмные стражи, продолжая сидеть в кругу и замыкая силы каждого присутствующего от вмешательства, не спешили упускать тему случившегося при работе в больнице ангела Смерти, который не мог успокоиться из-за неожиданного появления угрозы, слишком бесшумно подобравшейся сзади.

– Она использовала спички, которые сопровождались церковным запахом, – начал вспоминать тёмный страж. – Я предполагаю, что кто-то обратился к монахине, поэтому стоял ужасный запах ладана.

– Ладанку посмела зажечь на нашей территории? – рассвирепел другой страж, который сидел горделивее всех.

– Вина, – обратился Кин Иак к стражу, вызывающему в душах людей желание поддаться искушению или искусить кого-то, а потом корить себя или ближнего за содеянное. – Ты сказал, что напротив тебя поселился мужчина, который разбирается в магии, можешь мне его описать?

Страж призадумался, а потом рассказал про высокого, размером со шкаф здоровяка, который ругается забористее сапожника и топает громче слона.

– Это не может быть он, – обозначил своё мнение тёмный страж, промышлявший этой ночью в больнице, вызывая злобу у врача. – Я чувствовал женщину, пахнущую ладаном. Она сильный медиум, легко передвигающийся в астральном мире, в пределе которого я работал сегодня, и уж точно энергетически не смахивает на огромного мужика, который из-за тяжести вывалился бы оттуда, как ломоть мяса из порвавшегося пакета.

Кин Иак, сидя в кресле, откинулся и сложил пирамидой пальцы.

– Кажется, мы имеем дело с человеком, которому заказали очистить Наяну Пимов от нашего воздействия, – сказал глава Антипуса, обращаясь к ангелу зла.

– Предлагаю просмотреть её родственников, – сказал страж, сидевший ближе всех к Кину. – Слежка за ними позволит узнать, куда те могли обратиться за помощью. Заодно привлечём к игре и их души.

– Отлично, – хлопнул в ладоши глава антиутопии.

Сегодня ночью, узнав о появлении соперника, Кин Иак, будучи побритым налысо, обзавёлся гусиной кожей на затылке. Это свидетельствовало о тревоге и страхе, ведь раньше всё было так легко и вызывало веселье. Сейчас же неизвестность соперника или даже врага угнетала. Хотя теперь есть кому разукрасить приевшиеся собрания, повествующие об успешности того дела, этого. Длинные паучьи пальцы Кина перебирали складки на штанине, а глаза с опушенными со стороны скул веками загорелись бесцветным с лёгкой голубизной оттенком.

– А теперь разбрелись по норам и приступили к слежке за семьёй Пимов, – скомандовал глава антиутопии и отмахнулся от стражей, как от надоевших мух.

Те покинули главный дом Антипуса и скинули капюшоны, когда оказались в своих квартирах. Этой ночью тёмный страж по имени Вина на удивление спал спокойно, ни разу не проснувшись из-за кошмара об огромном соседе, держащем его горло толстыми пальцами.

Наступило утро, телефон Артемиды зазвонил, на экране высветилась аватарка Гаврика. Шаманка приоткрыла глаза и сразу сощурилась от яркого солнца. Голова наполнилась шумами, а руки и ноги превратились в ватные цилиндры. Телефон продолжал названивать, разнося скучную мелодию по пустой квартире. Арти заставила себя сесть и протёрла рукавом слипшиеся глаза. От неё пахло тиной и тухлой водой, отчего затошнило. В кладовке стояла коробка с вещами, которые Арти ещё ни разу не надевала, поэтому она сразу же направилась к ним, и, не выбирая схватила первое, что попалось под руку. Она разделась в ванной, сложив вонючее тряпьё в мусорный пакет, и приняла душ. Голые бетонные стены потемнели от влаги, а вокруг лампочки закрутились облака пара. Зеркала не было, но это пока и не нужно, все вокруг не могли видеть истинное обличие Арти, которое она примерила с помощью навыков накидки Уриила, способной изменять мысли людей. Пользовалась этими силами она, однако, редко, когда выходила в люди, чтобы не тратить энергетические ресурсы понапрасну.

После окончательного пробуждения сознание, спустя два часа, Арти покинула «Смотровую Башню» для перекуса и договора уже с другой строительной компанией об отделке квартиры, потому что предыдущая настолько впечатлилась увиденным, что не захотела заново отправлять рабочих в «то злополучное место». Гаврик не переставал звонить, но Арти сознательно сбрасывала его вызовы, тогда он написал сообщение: «Если ты в порядке, пришли любой стикер». Тогда она отправила ему жёлтого цыплёнка с рожками и коварной ухмылкой. Гаврик тут же ответил: «Твой юмор начинает меня пугать».

– Пустая трата времени, – пробормотала Арти и поставила телефон на беззвучное.

Наполнив желудок и дождавшись выезда работников, она снова вернулась в квартиру. Там успело накопиться много тепла из-за доступности солнца, пришлось открывать окна во время подготовки к ремонту. Видели ли работники её большим мужиком, способным один раз ударить и пришибить сразу троих? Конечно. Она получит преимущество только в том случае, если поселит вокруг нежелание связываться с ней из-за возможной непредсказуемой ответной реакции. Но в её случае это сработает при условии очевидности. То есть страшным верзилой её должны видеть все без исключения. Демоны ещё те проныры, любой промах равен провалу.

– Мужчина, – позвал строитель, – не помню вашего имени. Нам всё в белый выкрашивать?

– Всё, – ответила Арти, свысока разглядывающая крыши других высотных зданий. – Кладовку тоже не забудьте. Плитка для ванной в самой ванной.

– Понял, начальник, – махнул тот и раздал указание десятерым ладным парням в синих джинсовых комбинезонах.

– За три дня управитесь? – спросила Арти.

– А как же! – встрепенулся главный рабочий. – Мы по-другому не работаем. Уже послезавтра всё будет сверкать. Новёханькие стены, полы, потолки. Сделаем лучше, чем любая другая строительная компания.

Он расхваливал и расхваливал, а к вечеру его команда полностью положила плитку в ванной, совмещённой с туалетом, заштукатурила стены и убрала за собой мусор, в качестве бонуса за приличные чаевые. На следующий день они зашпаклевали всё, что можно было, сделали натяжные потолки и вкрутили купленные Арти лампочки, а также повесили механические карнизы с автоматическими шторами, через которые даже едва заметный лучик протиснуться не смел. На третий день пол квартиры украсили матовым ламинатом, на поверхности которого не будет заметна грязь, и покрасили стены. В помещении очень сильно пахло краской, и Арти пришлось открыть форточки окон настежь и покинуть квартиру, чтобы не отравиться. Она планировала вернуться на ночь, но не раньше, чем через четыре-пять часов.

В лифте, сам того не желая, шаманке встретился сосед. Она бы и не устроила этот ремонт с огромным количеством неудобств в первую очередь для себя, но эти самые неудобства донимали и соседа, периодически выгоняя его из укрытия. Много людей, шума, едкие запахи на весь этаж, от которых не спасает даже тяжёлая дверь, а то и две. Кажется, Арти добилась своего и снова столкнулась лицом к лицу с тем, кто так стремительно избегает встречи. Тёмный страж вышел в общий коридор, Арти прошла мимо в кабину лифта. Имея в воображении соседа образ больших габаритов, она столкнулась с ним плечами, хотя на самом деле находилась намного дальше для соприкосновения. Но сосед покачнулся, одураченный своим же сознанием.

– Осторожнее, стервец, – рыкнула она и зыркнула на плюгавенького мальчика, который смотрел намного выше, чем лицо Арти, будто бы в недосягаемые небеса.

– Но вы сами… – чувствуя невероятный испуг перед угрозой, кое-как сказал тот.

– И ещё раз перед моей дверью появится вонючий пакет с дохлятиной или стены и двери будут в непонятной херне, я приду к тебе и устрою геморройную жизнь, понял?

Психологическая атака удалась и многократно усилилась способностями управления эмоций. Сосед побледнел и сглотнул, а потом очень быстро скрылся в квартире – Артемида не успела дождаться, когда двери лифта закроются, как уже захлопнулась дверь напуганного демона.

«Носит накидку, а такой трусишка, – подумала она. – Как же мне вызвать его на конфликт, чтобы он обратился в стража, и я стянула с него мантию порочности, пока та будет материальной?»

Солнце зашло, забрав с собой и так уходящее от приближающейся зимы тепло. Уже кончалась первая неделя пребывание потомственной шаманки Артемида в Антипусе, а она так и не придумала ничего лучше, чем вывести соседа на конфликт с целью уничтожения накидки. «Нет, – пронеслось у неё в голове, когда она сидела в парке и потягивала лимонад через трубочку, запивая сухой бургер. – Здесь нужно другое. То, что поразит демонов в момент, когда они не смогут сопротивляться».

Насытив свой желудок безобидным фастфудом, она направлялась в соседний торговый центр, чтобы отдохнуть и расслабится. Когда она жила в Торипусе и помогала стражам советом, то часто наведывалась в алкогольный магазин, чтобы притуплять свои быстрорастущие силы. Сейчас же весь потенциал занят накидками, а выше расти он не собирается. Значит, Арти придётся отказаться от расслабляющего психоэмоциональные силы способа, а именно времяпрепровождения за кружечкой-другой янтарного виски или прозрачного джина. К тому же шаманке следовало бы освоить и попрактиковать и другие силы накидок, а не только радости и тайн. Прогресса и так не наблюдалось, а она ещё и об алкоголе думала, упрекала себя Арти за каждую неловкую мысль. Но вопрос о приобретении и закреплении навыков оставался открытым.

«Если я начну активно очищать население от демонического влияния, то просто привлеку к себе внимание, к тому же это не помогает, а только способствует распространению тёмной скверны. Тогда, нужно искать другой способ, – подумала Артемида и зашла в мужской туалет, где заперлась в кабинке и сменила вид огромного мужика на образ элегантного подростка. Затем продолжила размышления: – После того, как ангел Смерти, работающий над врачом, меня обнаружил и, уверена, описал другим стражам, мне будет сложно перемещаться недалеко от них в пограничном пространстве. Тогда как мне выслеживать их?»

Артемида бродила по этажам и уже исследовала пятый, когда наткнулась на небольшой книжный. На полках стояли яркие обложки, а названия пестрили оригинальностью. Томимая интересом, она подошла к первой из них и взяла в руки. На вид этот томик был увесистым, но по факту незаметно поместился в руке. Страницы оказались толстыми и лёгкими, а шрифт большим. Каждая книга местных авторов была короткая, не больше двухсот страниц. Иноутопские же авторы были переведены, а потом сокращены до тех же двухсот страниц. Таким образом человек получал вместо знаний обрывки сути, а потом спорил с теми, кто читал оригинал, о надуманности лишнего и совсем неуместного. Якобы автор имел ввиду совсем другое, а вы мне тут пытаетесь голову запудрить. «Но кто и кому её пудрит? – пронеслось в голове Арти. – Может быть, те, кому выгодно зомбирование тех, кто думает, что всё делает и знает лучше? Ведь многие смыслы специально изменены под видом сокращения. В этом весь Антипус».

Шаманка вышла из магазина, оставшись разочарованной. Она медленно шагала и думала, почему людям не приходит в голову менять то место, где они живут, а не бежать в другие условия, чтобы подобным бездействием портить и их. «Неужели не хочется развития и новых эмоций? – подумала шаманка и заключила: – Очевидно, что привычнее топить всех в своей ненависти и злобе, к слову о ней».

– Почему я так хорошо тебя чувствую? – пробормотала Артемида и оглянулась.

В соседний магазин нижнего белья зашла Наяна Пимов для приобретения нового комплекта. Она стояла напротив дорогого кружевного белья и прозрачной туники, всё ещё окутанная тем вонючим пузырём. Артемида хотела было зайти за ней следом, но подумала, что в образе парня это сделать проблемно. «Хотя попытка – не пытка», – решилась она и целенаправленно двинулась к консультанту.

– Девушка, мне нужен спальный комплект, пижама, атласная, для повседневного использования, – быстро, словно нервничала, сказала Арти мужским голосом, а потом вспомнила, что ещё подросток лет семнадцати.

Консультант посмотрела с головы до ног и обратно, а потом уточнила:

– Для девушки?

– Для сестры на день рождения, она недавно родила, и пожаловалась, что прежние пижамы ей малы… поэтому решил сделать такой подарок, – ответила Арти, сочиняя на ходу.

На словах «родила» Наяну прошибло током. Лицо её перекосило, а волосы на затылке зашевелились. Следуя за консультантом в поисках нужной пижамы, шаманка краем глаза наблюдала за происходящим с доктором Пимов. Тут снова донеслись гогочущие нотки искусителя. В этот раз состав энергетического влияния сменился на более сильный, способный переломить пополам. «С ней работает уже другой демон, – подумала Арти, просматривая рисунок пижам. – Как часто они сменяют друг друга? И сколько их ещё будет?»

Наяна всё-таки выбрала тот кружевной комплект и прошла на кассу.

– Моя сестра молодая, – сказала Арти консультанту, – Молодым девушкам, которые уже повзрослели, родив ребёнка, нравятся серьёзные вещи или напоминающие детство?

Консультантка заправила прядь за ухо и показала на красивый огуречный принт, сказав, что, если бы была на месте сестры такого элегантного и внимательного молодого человека, то остановилась бы на этой пижаме.

– Беру, – сказала шаманка и успела-таки стать свидетелем внутренней истерики жертвы тёмных испытаний, из-за которой стенки пузыря оплавились и потрескались.

За Наяной замаячило тёмное облако. Подобная энергия приходила в Торипус и пыталась сбить с пути целую утопию. Перед ней предстал хранитель накидки первого из демонов, кто решился создать копию накидок стражей из тёмной энергии и людских грехов. Вспоминая образ этого эксперимента и пустые глаза разрушений, шаманка нафантазировала себе бездну. Этого ангела Смерти она так и назвала. А стенки пузыря постепенно сползали к полу, однако более глубокого и сильного влияния Арти оказать по-прежнему не могла – не в этом облике, не в этом состоянии. Если бы шаманка находилась сейчас в пограничном пространстве, то без труда бы рассмотрела всё в деталях. Но выдавать сейчас себя, когда только-только набираешься нужной информации, глупо. Пока что она смотрела со стороны, совершая простые действия и манипуляции. Техника тёмных стражей не была идеальной, они просто знали шаги, которым их научили, а поддерживать работоспособность при внешнем вмешательстве пока не научились. Хотя этот страж, по имени Бездна, оказался талантливым и погасил воздействие Артемиды, уведя из магазина Наяну, которая, скорее всего, сейчас не понимала, что с ней происходит.

– Благодарим за покупку! – сказал кассир и протянул пакет, а на телефон Арти уже пришло сообщение от Гаврика, который снова получил уведомление о трате.

Артемида не желала привлекать к себе внимание присосавшегося к Наяне хранителя накидки, поэтому остановилась посередине торгового центра и достала телефон, чтобы посмотреть сообщение, разумно теряя пойманный след. «Что такого можно было купить в магазине женских трусов, что со счёта в итоге списали тридцать две тысячи торипских у.е.? Мои трусы стоят сто пятьдесят!» – написал Гаврик в сообщении, что позабавило Артемиду.

Она подняла голову и огляделась. Впереди светилась оформленная серым вывеска магазина мужского нижнего белья. Арти хитро улыбнулась и проследовала внутрь, где купила не самые, но достаточно дорогие мужские трусы за четыре тысячи, прислав Гаврику фотографию и подписав её: «Вот так выглядит роскошь. Это тебе не тряпьё с рынка по сотне». Тот просмотрел и сразу же ответил: «Прекрасно! Осталось купить ещё один комплект, да повульгарнее. Но не больше, ведь Бог любит Троицу. Господи, прости за упоминание всуе». Арти растерянно улыбнулась, глаза забегали. Тут в её голове произошёл щелчок. Гаврик каждый раз загадывает ей ребусы. Одни сложнее, другие такие же лёгкие, как последний. Артемида не могла припомнить первых, он говорил в основном о деньгах. Но и не важно, загадает ещё раз. Главное, что сейчас он чётко обозначил – демонов будет всего трое.

«Я купила дважды, значит, видела сегодня действительно второго тёмного стража, работающего с Наяной. Осталось купить третий вульгарный комплект», – размышляла про себя Артемида, а потом шепнула:

– Порочная Троица.

В голове ангела Спасения сразу же всё упорядочилось. Теперь ей осталось быть более внимательной к советам Гаврика. Тогда Арти отправила следующее сообщение, когда выходила с покупками из торгового центра: «Я придумала кое-что, но подробностей пока не расскажу. Совсем скоро станет очевиден результат моих стараний».

Гаврик в данный момент сидел над телефоном, нервно потирая ладони и ожидая просветления в головушке Артемиды. Получив сомнительное сообщение, он протянул телефон Гавриилу.

– Она всё поняла, – прочитав текст и забрав смартфон, сказал архангел, который имел возможность следить за Артемидой только через звонки и сообщения Гаврика, поскольку та находилась в недосягаемом царстве тьмы, где теряется в информационном пространстве абсолютно любая энергия.

– А про деньги тоже поняла или опять разыгрывать скупого? – уточнил Гаврик.

Дело в том, что счёт с деньгами был не личный расходный, как, возможно, посчитала Артемида, а действительно созданный для благотворительных пожертвований на несколько последующих десятков лет. На него Гаврик скидывал одну десятую от своих доходов, одну вторую тратил на бизнес, а остальное перечислял на личный расходный счёт. После передачи доверенности на пользование благотворительно счёта Артемиде, архангелы освободили Гаврика от ежегодных отчислений. Однако он снова получил прибыль от мусорных заводов и продажи одного торгового центра и по привычке, пока архангел пытался проследить за Арти, на компьютере набирал код для осуществления транзакции. Бизнесмену было абсолютно всё равно, какие списания там проходят и будут происходить, его прадед так делал, дед и отец. Этот счёт существует с тех времён, когда семья Гаврика решилась предоставить Гавриилу физический выход в мир и взаимодействие с ним.

Архангел увидел уведомление о зачислении и вернул телефон Гаврику.

– Про деньги она даже не удосужилась поразмыслить, – сказал Гавриил.

– Что мне сказать при следующем звонке, чтобы она точно поняла, что тратит много сил и может не справиться в ответственный момент?

– Так и скажи, что она слишком много тратит, ей возможно в скором времени не хватит, – ответил архангел, чья внешность хоть и копировала черты Гаврика, но была окутана антуражем древности. – Твою ложь во благо, связанную с Икриссом она распознала успешно и хорошо, что забыла из-за предобморочного состояния. И в данный час про Порочную Троицу усвоила. Теперь ей нужно понять, что её энергетические ресурсы небезграничны. Придумай что-то.

– Почему я не могу сказать ей об этом прямо? – спросил Гаврик.

– Она загордится и будет убеждать себя, что на всё хватит сил, а потом не сможет совладать с собой и своей гордыней. А если она сама придёт к выводу, то осознанно решит, что важнее для неё сейчас, отбросив горделивые суждения.

Гаврик выключил компьютер и достал из ящика стола записную книжку, где помечал все наставления Гавриила, который сейчас пребывал в задумчивости.

– Артемида была выгодным выбором, – продолжил он. – Её душа стара, а способности развиты. Но доведёт ли она до конца то, что сейчас готовится придумать? Я вижу одно, но она способна в мгновение переменить уготованное. Благодаря её непредсказуемости, я узрел уже три финала этой битвы. Весьма неутешительные. Не допусти, Бог, чтобы дела пришли к одному из них.

– Она старается, – заступился за шаманку Гаврик. – Я вижу это при каждом диалоге с ней. Позвольте Артемиде хотя бы попытаться справиться самостоятельно, или передайте ей знание, которое всё же оставили при себе.

– Многие вещи, Гаврик, смертным и даже бессмертным знать не положено, – заключил Гавриил. – Они либо сойдут с ума, либо возомнят себя высшими силами.

После этого архангел исчез, а бизнесмен, закусив губу и сведя брови, вычеркнул предыдущие наставления покровителя о местонахождении истоков зла с пометкой «Икрисс вызвал на ковёр», а также пункт, где значилась Троица. Теперь нужно придумать, как намекнуть Артемиде не транжирить её способности и не идти на риски, ведь враг, который сейчас снова прятался в корне паразитической опухоли Антипуса, только и ждёт её возможной ошибки.

Тёмные стражи снова сидели в кругу со сложенными ногами. Им было привычно опасаться добрых сил, но за этот год они забыли, что значит иметь достойного соперника. Многие низшие их слуги, вроде людей с чёрной душонкой, которые так и назывались слугами, но людьми причислялись тоже к демонам, выкорчевали любую добрую энергию, остальную пытались поглотить или преобразовать. Но особенно сегодня хранители и их хозяева насторожились.

– И он просто взял и треснул? – скептично уточнил Кин. – Бездна, ты столько работал с людьми, их эмоциями, судьбами, а твой пузырь просто взял и треснул?

Страж, сидевший ближе всех к главе антиутопии, опустил лавового цвета глаза и промолчал.

– А что-то необычное происходило? – спросил Зло, который первым принялся за жертву.

– Она просто дважды услышала слово «родила» и сразу сломалась, – пробормотал тот.

– То есть, сейчас, – гневно стукнул кулаком о подлокотник кресла Кин. – именно сейчас, когда приблизился последний этап поглощения, нужно менять стратегию? – Все молчали, тогда Кин Иак сжал кулаки и продолжил: – Мы планировали завершить всё Болью, который бы вытянул из людей не только эмбрионы, но и их эмоциональные потроха, а теперь должны отказаться от плана, потому что в мозгах этой дуры произошёл сбой от всего лишь дважды сказанного слова?

Тут поднял руку один из стражей и предложил:

– Пусть мы не заберём достаточно душ её пациентов, но можем обрести большой энергетический потенциал, если я буду завершающим звеном её одержимости.

– Вина? – задумчиво протянул Кин и снова сложил пальцы домиком. – Растопчешь её и заставишь молить о пощаде перед её же грехами?

Тот слегка привстал и кивнул.

– А затем заставлю совершить самоубийство, высвобождая предельно допустимые для её психики эмоциональные ресурсы.

– Отличная новость, господа, – заулыбался глава антиутопии и развёл руками. – У нас есть превосходный план, который оказался даже лучше изначального. Вы отлично поработали за эти дни, осталось завершить это дело успехом.

Бездна ёрзал всё это время на месте и даже не слушал, что говорили вокруг. Он знал, что в пределах торгового центра рассеялась та энергия, которую почувствовали тёмные стражи около недели назад в пределах антиутопии. Эту же энергию описывал Зло, когда рассказывал про монашку с ладаном. Но Бездна не упомянул об этом, потому что его могли поднять на смех из-за ограниченности способностей, воспрепятствующих обнаружению источника положительных сил. И когда он вышел на крышу, чтобы улететь домой, то подумал: «Я однозначно чувствовал её аромат, но она будто заняла собой весь торговый центр, не имея точки сгущения. Кто она, раз вынуждает других плясать под её дудку?»

Артемида улыбнулась и погасила спичку.

– Я, наконец, прочитала их мысли, – сказала она, пребывая сейчас в квартире, где до сих пор стоял далёкий, но чёткий запах краски.

Шаманка не смогла переступить порог главного дома, только встретиться на секунду с Бездной и услышать несколько его случайно высочивших дум. Среди них была та, которая знаменовала феерическое завершение миссии с ненавидящим своих пациентов гинекологом.

– От Бездны я узнала несколько ваших заговорщицких тайн. Попались, мальчики.

Голос на последнем слове сделал лёгкий надрыв, а из носа неожиданно потекла кровь.

– Ай, – схватилась за грудь Арти и опустилась на пол.

Справившись с грудной болью, она пошла по стеночке в ванную, чтобы умыться. Недавно установленное зеркало позволило увидеть её лицо, красное и припухшее, глаза, затянутые алой пеленой. Ужасное отражение расплылось – зрение портилось. Голова снова наполнилась шумом. Подобные путешествия могут стать опасными для ангела Спасения, потому что отнимают очень много сил. Их едва сегодня хватило, чтобы рассеять энергию по торговому центру, а тут ещё это путешествие.

«Я справлюсь, – убеждала она себя, облокотившись о раковину, куда из носа падали крупные капли крови. – У меня достаточно сил, чтобы бороться. Я всегда побеждала! И этот раз не исключение».

Когда она вышла из ванной и легла на расстеленное на полу одеяло, то провалилась в глубокий сон, из которого обычно не выходят сутками.

Глава 2. Зрение ограниченных безгранично испорчено

Бездна поздним утром гулял по торговому центру, где прошлым вечером столкнулся с невероятными способностями, в одночасье разрушившими его, как ему казалось, невероятное мастерство. Его впервые напугали события с тех пор, как однажды окончательно сломали. «Где же ты пряталась? – спрашивал он, подмечая в окружающих предметах и людях силу связи. – Ты не могла полностью рассеяться, я знаю».

Молодой человек был высоким и мускулистым, на вид лет тридцати двух. Голубые глаза и естественный блонд волос, прямой и острый нос, ровный череп и выразительная челюсть. Лицо казалось искусственно симметричным, будто был где-то подвох. Но не в идеальных пропорциях скрывался обман, а в хитрой улыбке и лукавом взгляде. Девушки всегда крутились вокруг, их манила привлекательная внешность. А потом рушили свои жизни, упоминая Лора Стами в одном перечислении с дьяволом.

– О, нет, крошка, – говорил тот очередной потрёпанной девице. – Я всего лишь тот, кому он доверил часть своего сущего. Но могу с ним познакомить, хочешь?

Отчего-то девушки за этими словами слышали крутую фальшь, придающую образу Лора мужскую непокорность перед женской властностью. А плохой парень в друзьях, который может поставить на колени даже влиятельных персон, был всегда востребован, особенно если с его стороны оказываются знаки внимания. Но всё сказанное якобы в шутку, являлось чистой правдой, которой демоны, такие как он, охотно играли.

«Где же ты, стерва?» – не унимался Лор, бродя по этажам. Он уже терял терпение, когда, наконец, наткнулся на мужской туалет, где почувствовал много энергетических связей положительной направленности.

– Я нашёл тебя, тварь, – оскалился он и ворвался в пустую комнату гигиены.

Кругом были прозрачные водянистой структуры сгустки, которые всё же поддавались закону притяжения и тянулись в определённую сторону, к тому человеку, который их оставил. Довольный Лор напряг глаза, видящие такие сгустки и провёл по ним рукой. Те миновали прикосновение с ним, оставляя существенный зазор между его ладонью и медлительными языками. «Ты зашла сюда, а потом рассеялась, – ухмыльнулся Бездна и снова вышел из туалета. – И куда же ты отправила своё сознание, пока сидела на толчке в мужском туалете?» Но снаружи энергетические языки искусственно отрезались, чтобы прервать путь перемещения. Лор ещё раз проверил взаимосвязь, понимая, что обширности его способностей не хватает на поиск, хотя из всех тёмных стражей он самый сильный. Бездна не выдержал и стукнул кулаком о стену, разбив костяшки и пальцы о плитку.

– А! Зараза! – ругнулся он, почувствовав, как оставленные энергетические связи ударили его, моментально впитавшись в стены и ответив на агрессию.

По руке Лора словно прошлись тёркой, кровь не останавливалась, он достал фляжку с водкой, которую носил в кармане куртки, и облил открытые раны.

– Вот тварь, – рычал он, склонившись над раковиной. – Вонючая монашка! Я все монастыри разрушу, уничтожу каждую церковь. Найду тебя и заставлю жрать землю.

Угроза далёким криком прозвучала вдали от Арти, и та недовольно застонала во сне. Она поёжилась и резко выдохнула, словно гавкнула, слетая с места в сторону входной двери вместе с одеялом, на котором лежала. Спросонья она, перекатившись, подскочила и надела накидку. Но не нашла ни одного намёка на угрозу. «Что это было?» – спросила она себя, превращаясь в человека и щупая живот в поисках повреждений. Что-то очень сильно ударило её в область солнечного сплетения, но это была не прямая атака.

– Он напал на след? – спросила Арти себя, будто уже знала, кто искал и где это делал.

Однако она лишь предполагала, что это Бездна, который отправился в торговый центр. «Как же он достал до меня? – подумала шаманка. – Только очень большой импульс мог дотянуться до меня, даже если был выпущен на первом этаже „Смотровой Башки“. Может быть, я ошиблась, и это сосед проводит обряды?»

Артемида оглянулась и посмотрела на дверь. Такой потенциал мог вызвать только эмоциональный срыв. В соседней квартире же царил мир и покой в рамках допустимого для демонического создания показателя.

– Это не ты, – выдохнула Арти и села на корточки, положив подмышки на коленки.

Шаманка пробыла в опустошённом состоянии несколько минут, а потом собралась и вышла из квартиры, кинув напоследок недовольный взгляд на дверь ангела Вины. На улице стали собираться тучи, подступали всё ближе дни непрерывного дождя. Люди бродили с зонтиками, ожидая, что небо прольётся. Если верить тому, что Артемида узнала вчера, то в ближайшее время Наяну Пимов настигнет третий демон, который заберёт её душу.

Сейчас Наяна находилась в больнице и до вечера, до момента пока она не останется совсем одна, демоны трогать её не будут. А стоит солнцу зайти за горизонт, Арти наведается в гости и попробует перенаправить жертву собственного эмоционального яда, породившего интерес тех, кто разбрызгивает отравляющие чувства то тут, то там, а потом ожидает очередного человека, который в них испачкается и станет лелеять внутри себя.

– Так-так, – огляделась Артемида. – Мебельный. Мне нужна мебель.

Выбрав ближайший магазин и посидев почти на всех диванах, кроватях, потрогав каждую столешницу и тумбу, попробовав на вес столовые принадлежности и подушки, она отправила в доставку полную комплектацию минималистичного жилья.

– Ну же, Гаврик, – улыбалась Арти после оплаты и смотрела на чёрный экран телефона. – Почему не реагируешь? Мне снова нужен ребус.

Ничего не происходило. Стало тоскливо, будто её снова обесточили. Но тут пришло новое сообщение: «Как жаль, что не могу подойти к тебе и отобрать дебетовую карту и телефон с доступом к банку в придачу. Хотя могу заблокировать её виртуально. Но что толку, если ты откроешь новую через приложение и будешь пользоваться ею, сканируя штрихкоды. Транжира!»

«Как же просто искать, если знаешь где, – округлила глаза шаманка и сжала телефон до белизны пальцев. – Как точно описана моя проблема и её решение. Каждый раз Гаврик имел ввиду, что я трачу силы и время не на то, что действительно важно. Он не имел ввиду финансы. Если я пойду через пограничный мир к демону, то проиграю ему из-за различий энергетического потенциала. Тогда мне нужно найти его физическое тело. Подойти и отобрать накидку. Нет смысла делать это через просторы их демонической обители, нужно заманить их в свою».

Доставку мебели назначили на следующий день. Услышав радостную весть, что остаток дня она свобода, Артемида отправилась на поиски того места, где могла бы подумать, а заодно и сделать множество фотографий. На модном спортивном велосипеде она объездила окрестности района «Смотровой Башни». «Мало! У меня мало визуальных зацепок», – паниковала шаманка, разогнавшись на велосипеде до скорости машины, которая ехала параллельно с ней. Вернувшись в квартиру спустя четыре часа, как зашло солнце, потратив все десять пластин, в которые вмещалось по двадцать снимков, и расстелив на полу купленную в первый день карту, Артемида принялась отмечать цифрами места, где осуществлялась фотосъёмка.

Антипус состоял из внутреннего диска центрального района и двух, среднего и крайнего, колец, огибающих его. По линиям направлений сторон света были неровно проведены границы, разделяя диск и кольца на четыре региона каждый: Центральные северо-западный, северо-восточный, юго-восточный и юго-западный, Средние и Крайние с такими же обозначениями. У каждого района был свой индекс. Для Центральных первой ставилась буква «ц», для Средних – «с», для Крайних – «к», а потом подписывалось окончание с обозначением сторон света: сз, св, юв, юз.

Сегодня Артемида смогла обследовать только центральные куски цсз-цсв-цюв-цюз, потратив семь часов. Сколько же времени ей потребуется, чтобы добраться до окраин, считать шаманке не хотелось, чтобы не поддаваться ещё большей тревоге.

– Пусть мне повезёт, и демон окажется там, где я была прежде, – сглотнула Арти и закрыла глаза, чтобы осуществить энергетический поиск демона Вины и удостовериться сегодня ли он подготовил для Наяны жестокую расправу.

Темнота век сменилась рябью испорченного телевизора. Пахло виски, очень сильно воняло алкоголем. Где-то рядом был магазин с выпивкой или бар. Также стала смердеть помойка, которую освобождали ежедневно, но накапливалась она спустя час, фото сделано не так далеко от главного здания Антипуса. Альбом демона Вины, перестал пополняться изображениями, зафиксировав картинку места собрания тёмных стражей на некоторое длительное время.

– Только бы не внутри, я не смогу его там достать, – стиснула зубы Арти и снова напрягла внутреннее зрение, надеясь на фортуну.

Снятые фотографии мысленно перелистались, из них выпала одна единственная со «Смотровой Башней», а потом погрязла в черном мазуте. Артемида открыла глаза с растянувшейся до краёв радужкой зелёного цвета. Время остановилось или позволило Арти думать со скоростью света. Ангел Спасения оглянулся и преодолел все зримые преграды. Артемида в единое мгновение, когда часы ещё не успели перебить тишину между треском механизмов, оказалась там – в месте, где сейчас вершил тёмные дела демон. Она стояла за его спиной в его квартире. Он же бродил по закуткам пограничного мира, где прятался от глаз жертвы, направляя её по неверному пути. То, чего боялась Артемида в первые дни пребывания в Антипусе, сейчас должно было пугать тёмного стража. Оставленное наяву тело было беззащитным, потому что сознание не могло контролировать его.

– Я пришла, – расправила крылья Артемида в образе стража, чьи глаза из зелёного плавно становились синими. – Чувствуешь запах моря?

Четырнадцать крыльев заполнили всю комнату, которая оказалась такой же большой, как в квартире Артемиды. Стены в ней не были закрашены, а рисунки пентаграмм сейчас смердели и покрывались чернотой. Демон сидел с закрытыми глазами с неподвижной накидкой, которая припекала тянущееся к ней руки могущественного ангела Спасения.

Стоило шаманке коснутся края упругой маслянистой ткани, как ангел Вины оглянулся. Его глаза расширились от удивления, когда лицо обдало жаром сияния подкравшейся сзади фигуры. Повеяло морским бризом, но Вина успел нарисовать себе образ монашки с кадильницей. Он был убеждён, что это именно она, и оттого бесстрашно схватился за руки Артемиды, чьё лицо сияло уже не так ярко, хоть и скрывало по-прежнему за тусклым свечением свои черты. Крылья захлопнулись, заперев участников противостояния двух противоположных сторон мироздания под непроглядным куполом из чёрных архангельских перьев, шипящих от бьющихся о них прожигающих демонических сил. Вопреки желанию затянуть в свои пределы Артемида оказалась в пограничном мире, подвластном этому демону, в обновлённой квартире ангела Смерти. Он растянул её руки цепями в разные стороны и снял со стены одно из четырёх длинных копей.

– Так это ты воняла ладаном? – посмеялся сосед. – Так и подумал, что пришла именно ты. И всего-то?

Он кинул копьё, которое пронзило недвижимое тело Артемиды, не издавшей ни единого звука после удара.

– Ты переоценила себя, девочка, – азартно оскалился он, почувствовав, что сможет насладиться издевательством сполна, мучая крепкую жертву, которая всё равно в конце концов сломается и наполнит удовольствием его жаждущую чужих страданий душу. – Ты ничтожество, которое всего-то имеет пару лишних крыльев.

Второе копьё вонзилось в тело ангела Спасения, но словно воткнулось в мешок, качавшийся на цепях. Вина недовольно махнул рукой, и звенья натянулись, превращаясь в тугие прутья колючей проволоки. Режущие пруты поползли по рукам Арти и обвили прочные крылья, которые были способны выдержать даже разящие наповал пули.

– Не отрицай, что давно поняла: ты нам не ровня, а лишь маленькая блоха, которая ничего не добилась и сейчас вместе со щелчком лопнет и разорвётся на куски, – продолжал, но уже с опаской Вина.

Он запустил в Арти ещё два копья, и рыкнул, что они опять не принесли ничего кроме скрипа железа. Тут лицо ангела Спасения стало гаснуть, как и способности противостояния хранителю тёмной накидки. Её дух перестал метаться внутри тела, отчего то сжалось и только сильнее натянуло колючую проволоку. Ангел Смерти подошёл ближе к висевшему под потолком ангелу Спасения и заглянул под капюшон. Там источали глаза еле заметный серебряный свет, всё остальное обволоклось белой дымкой.

– Что ты за существо такое? – увидев большие распахнутые глаза и отсутствие физической составляющей, спросил Вина.

Тут тело Артемиды стало покрываться пузырями, дымка стала стекать тягучей жижей с цепей, копья звонко упали на пол. Вина попятился, видя, как хрупкое женское тело приобретает огромные габариты верзилы, толкнувшего его у лифта. Когда обращение произошло, ладонь огромного человека размером с лицо ангела Вины припечатала голову демона к стеклу, оставляя под затылком трещины. А потом ещё раз и ещё. Окно покрылось хрупкой сеткой и рассыпалось после очередного столкновения с головой демона – на спящие улицы полетели осколки с высоты девяносто шестого этажа. Вслед за ними безнадёжно закружился и тёмный хранитель. Крылья его отказывались спасать хозяина. Спустя сорок секунд тело демона врезалось в асфальт, протаранив чью-то машину.

Сигнализация резала окружающее пространство, в которое безмятежной тишиной приземлилась и вошла Артемида, сжигая чёрным взглядом остатки изуродованного каркаса автомобиля. Вина кашлял с каждой новой судорогой поломанных конечностей.

– Это ты… виновата, – прохрипел демон, когда та заглянула внутрь пробитой крыши машины и облокотилась на торчащие металлические детали.

Глаза Арти снова изменили цвет на жёлтый, усиливший все его эмоции.

– Ты виновата! – зарыдал ангел Вины, – Я… я всего лишь хотел жить спокойно. Зачем ты появилась в моей жизни? Почему рассказала?

Артемида ждала откровений и получала их с каждой новой фразой Вины. Сейчас он говорил не с ней, а с той, кто, как он считал, виновата во всех его проступках. Последним цветом, который увидел хранитель тёмной накидки, был зелёный, который вернул его в стены своей квартиры. Артемиды держала стража за плечи и, прожигая своим присутствием до самых костей, стянула плотную ткань, принимая всю силу пропитанной грехом материи на уже горящие серым пламенем ладони. Сосед лишился чувств и рухнул на пол, а накидка стала тлеть. Через пару секунд она сгорит и исчезнет, утянув с собой на время силы архидемона, который её сотворил. Как скоро она восстановится можно было судить по некоторым уже ведомым Артемиде фактам из своего многообразного и насыщенного прошлого. Она не успеет сжечь все тёмные накидки разом, как того желали архангелы. Пока ангел Спасения не соберёт все крылья архидемонов, их нужно было сохранить в целости.

– Нельзя допустить сожжения, – шепнула Арти и набросила плащом, покрывшуюся серым цветом накидку с вышитым козлом.

Те же вымышленные цепи и копья пронзили грудь ангела Спасения, делая её беспомощной перед собственной болью. Она выгнулась назад, будто тело поразило током, закатила глаза, отчего засверкало белёсое глазное яблоко, покрытое переплетением набухших капилляров. После упала на лопатки.

– Не позволю, – низким голосом сказала шаманка и перевернулась на грудь.

Кисти и ступни онемели, мешая ползти к выходу. Тело всё ещё содрогалось от редких конвульсий.

– Не позволю! – закричала Арти и превратилась в чёрный с золотым пар, исчезая из видимого мира, а потом снова появляясь в нём из серого дыма.

Цвета смешались. Стальной слился с чёрным, перебивая друг друга и образуя новый грязный оттенок. Сила накидки Уриила и мощь плаща архидемона Вины, которого звали Мастема, неустанно заменяли себя, не в силах найти середину. Артемида больше не чувствовала сил чёрной накидки и серой тоже. Крылья с перьями и перепонками дракона сложились за спиной и сплелись между собой. Артемида проморгалась и снова почувствовала руки. Она быстро заёрзала на груди, пытаясь посмотреть себе за спину, но никак не могла из-за веерами лежащих на ней двенадцати крыльев. Она сняла капюшон, вернула себе человеческий вид и поползла к выходу, чтобы уйти оттуда.

«Ты виноват, что она это сделала», – услышала шаманка, когда бежала по коридору к аварийному выходу на крышу. Тысячи голосов неустанно повторяли обвинение, каждый раз грубее и громче, но будто бы принадлежали одному единственному человеку, самому Вине. По лестнице Артемида карабкалась, как по скале, а потом плечом врезалась в створку. Та оказалась открытой. На улице стеной лил дождь, заглушая грудной крик Арти, которая будто жила в чужом теле. «Почему ты не выслушал её? – упрекнули бывшего хранителя накидки Вины. – Ты виноват, что она не спаслась!»

– Не я, а вы! – крикнула Арти в затянутое мглой небо. – Вы виноваты, что не видели этого. Я каждого из вас заставлю чувствовать то, что чувствовал я, когда вы все предали меня. Когда вы все ушли, я проклял вас, чтобы вы совершали ошибки, а потом страдали из-за них.

«Ты виноват! – снова послышалось многократным эхом, заставляя шаманку закрывать уши ладонями. – Она прошла через это из-за тебя».

– Я уничтожу вас. Да чтобы вы в желчи своей захлебнулись. Вы виноваты, я уничтожу вас! – крикнула Арти и пришла в себя, ощущая, что на одну накидку стало меньше.

Она растерялась и опустила глаза. Способности стражей помогли слой за слоем снять защитные барьеры психических сил тёмного ангела, оголив его изначальные проблемы, откуда начал развитие демон. Поглощённый виной и осуждающий окружающих в своих ошибках человек лишился души, получая награду от мира зла и порока. Накидка архангела усыпила беснующиеся крылья и нейтрализовалась вместе с ними. Теперь чужие тайны были под замком, который Артемида не сможет снять с помощью сил стража.

– Сработало. Я спрятала накидку, – пробормотала шаманка и вернулась в квартиру соседа, которую ранее открыла интуитивным чутьём своей мистической натуры.

Посередине зала, обставленного истрёпанной фурнитурой, в окружении бардака, лежал сосед, его сердце всё ещё билось. Помнит ли он события, ангел Спасения не знала и не способна была узнать, хотя пыталась. Способности накидки тайны уснули вместе с плащом вины. А это означало, что и смену внешности теперь осуществить труднее. Единственный способ – использовать иллюзии Задкиила. Энергии, однако, эта мера не пощадит, взамен работая лучше предыдущего способа маскировки.

– Спи, мой друг, а я пойду, – взглянув на бывшего тёмного стража, сказала Артемида, уверенная, что это последняя их встреча.

Глава 3. Обожжённые ладони зачастую бесполезны

Наяна Пимов сидела за журнальным столиком на полу, прислонившись к торцу дивана. Кругом лежали осколки от битой посуды, а также подготовленная верёвка для крюка, где раньше висели хрустальные плафоны люстры. Ощущая тяжесть от содеянных решений, отнимающих у существа шанс реализовать себя в мире, где, как считала Наяна, полно моральных уродов, но ещё больше возможностей ими стать, она поднялась и пошатнулась от хмеля. Она подошла к табуретке и подвинула её с хирургической точностью под крюк. Взяла верёвку и неуверенно поставила ногу на сидение, затем вторую.

– Покончим с этим, – сказала она, думая, что поступает правильно.

Последнее время Наяна очень много думала, так много, что разочаровалась в жизни, в первую очередь в своей. Она выпрямилась и на мгновение потеряла равновесие от головокружения. Восстановив устойчивое положение, накинула на крюк петлю и подставила подбородок к тугому плетению каната. Наяна уже почти засунула туда голову. Как вдруг её сбило с табуретки мощным ударом, и Наяна, потерявшись в пространстве, врезалась спиной в стену. Перед ней появился ангел Спасения и расправил двенадцать крыльев, ввергая женщину в оцепенение.

– Решила сбежать? – грозно спросила Арти, прячась за белым светом, в котором появились едва заметные червоточинки. – Я спрашиваю, ты решила бросить всё, что творила, и сбежать?

От резкого голоса Наяна начала заикаться, горло её сковало. Она даже подумала, что уже повисла на верёвке и видит предсмертные галлюцинации.

– Раскаиваешься? – спросила Арти и склонилась над врачом.

– Да, – отрывисто сказала Пимов и заплакала, прижимая порезанную об осколки руку к груди.

– Тогда почему ты собиралась уйти из жизни, словно последний трус, а не расплатиться за деяния верной службой?

– Я не могу больше…

– Я предлагаю тебе выбор, – отстранилась Арти. – Возмещаешь то, что отняла у людей в этой жизни, добросовестной работой, пытаясь вылечить бесплодие даже в самых безнадёжных случаях. Или отправляешься в мир, где тебя режут на куски, затем собирают и снова режут. Там это будет продолжаться ровно столько раз, сколько ты лишила новые души возможности появляться на свет.

– Но аборт – это нормально! – всё же выкрикнула Наяна.

Арти ещё сильнее расправила крылья и ссутулилась от злости.

– Ты специально делала ошибки во время операций, чтобы повреждать женщину и лишать её возможности родить в будущем. А также целенаправленно настраивала сомневающихся в пользу аборта. Как ты уже поняла мы обсуждаем твои поступки, а не уместность чужого выбора, – выпрямилась Артемида, чтобы задать главный вопрос. – Ответь мне, ты виновата или невиновна?

Та опустила глаза и, на мгновение задумавшись, неожиданно стала равнодушной.

– Я не чувствую вины. Почему я должна винить себя?! – Истерический смех вырвался из груди Наяны и смутил ангела Спасения. – Я не виновата. Даже если и сделала ошибки, они остались в прошлом и теперь просто часть истории, которая совсем скоро поддастся забвению. И кто ты такой, чтобы винить меня? Или решил, что, пристыдив пару раз, я неожиданно отступлюсь от своих принципов и взглядов?

Наяна твёрдо встала на ноги и сделала шаг в сторону Артемиды, которая казалась уверенной только внешне, внутри ощущая глубокое смятение из-за постепенно настигающей неудачи. Силы накидки, меняющей настроение, работали негативно, словно не могли найти нужных эмоций и возвышали деятельность противоположных чувств.

– Это моя жизнь, – истерически крикнула Пимов и ткнула пальцем себе в грудь. – Я сама решу, как мне её прожить. Кто бы ты ни был, убирайся из моей головы!

Она схватила табуретку и кинула её в Артемиду, сразу же повиснув на подготовленной петле. Глаза её стали краснеть, а вены на лице вздулись. Ангел Спасения щёлкнул пальцами, и верёвка порвалась, роняя Пимов на осколки. В затуманенном взгляде Наяны остался размытый образ небесного создания, который приходил, чтобы её образумить, но вместо этого сильнее убедил в собственной правоте.

Артемида вернулась в квартиру и пнула стоявшую на проходе коробку. Ситуация хорошо складывалась вплоть до приобретения новой накидки, потом же что-то произошло, и осуществить воздействие над Наяной с целью направить её в нужное русло не удалось. Арти была вне себя от ярости, готовая разнести всю квартиру, но крепко державшая себя в руках. Тут телефон, оставленный впопыхах у карты и горы фотографий, завибрировал и осветил закрытую шторами студию. На часах значилась глубокая ночь, а на экране смартфона – иконка Гаврика. Шаманка отдышалась и ответила на видео звонок.

– Привет, Гаврик, – сказала Арти, успокоившись, и села на пол. – Я ничего не тратила сверх меры.

– Сегодня ты потратила больше, чем несколько тысяч, – грозно, совсем не похоже на Гаврика, сказал тот.

– Можешь ли ты перестать говорить со мной загадками? – устало выдохнула Артемида и посмотрела на шторы, чтобы не выдать нервозность. – Как видишь, до меня туго доходит…

– Почему ты позволила себе принять их накидку? – снова перебил Гаврик. – Кто давал тебе на это право?

Тут Артемида поняла, что разговаривает с архангелом Гавриилом. Его повидавшие многомиллиардную жизнь глаза, выдали невероятную опытность, но с тем же выражение лица обозначало свойственное людским эмоциям недоумение и негодование.

– Гавриил, – начала Арти, – Когда демоны добрались до ваших накидок в бою за Торипус, вам потребовалось около месяца, чтобы восстановиться. Я не успела бы уничтожить все накидки демонов за столь короткий срок. Я даже не разобралась, как они работают…

– Ты тратишь время на ремонт, на мебель, на прогулки. Ты не в Торипусе и у тебя нет в запасе лишних пары месяцев. И почему ты сравниваешь архангелов с падшими? – задал тот вопрос и сразу же обозначил другую точку зрения: – Чтобы появиться добру в душе человека, нужно три месяца. Чтобы полностью искоренить оттуда зло, потребуется три года. Так и с накидками: архангелы восстанавливают силы за три месяца, а демоны – за три года.

– Неувязочка выходит, – ухмыльнулась Арти. – Ты говоришь про приобретение и лишение и сразу же проводишь одинаковую аналогию с восстановлением. Сколько нужно, чтобы грех появился в душе человека? Месяца достаточно? Двадцать семь дней! Три недели, чтобы он там появился. Уж я-то знаю, не первый век живу на этом свете, успела изучить. Значит, именно столько дней я могу себе позволить охотиться за накидками, а после всё потребуется начинать сначала. На бесконечную гонку я не подписывалась!

– Закончила? – рыкнул Гавриил. – Мы говорим о двух разнонаправленных потенциалах…

– Тогда и говори, чтобы добро появилось нужно три месяца, чтобы там появилось зло – три недели! Не обманывай и не путай, Гавриил!

– Ох, – стукнул кулаком о стол тот и сдвинул брови. – Накидка демонов тлеет и горит, но исчезает много дольше. Уничтожив все накидки, ты бы вернула нам силы, а мы через три года атаковали бы демонов, чьи накидки наконец истлели.

– Ты что говоришь? – ахнула Арти, забыв о иерархии общения. – Накидка тлела, на глазах исчезая.

– Накидка демонов горит дольше, потому что есть шанс её восстановить. Накидка архангелов испепеляется моментально, потому что зло всегда сильнее. И да, чтобы грех появился в сердце нужно три недели. У нас бы через три года столько и было, чтобы полностью искоренить демонов, одного за другим. Но ты отчего-то решила поступить по-своему, чтобы усложнить архангелам жизнь.

– А где же были ваши объяснения, когда я просила о них? – возмутилась Артемида, не скрывая, насколько разочарована обманом бесчувственных высших сил.

– Мы дали тебе столько, сколько заслужила, – громко и резко ответил Гавриил, а затем не дал перевести тему: – Ты получаешь от Гаврика все ответы, но даже толики желания во всём разобраться не проявляешь. Ты светлое создание, но решила очернить себя демоническими накидками. Неужели подсказок было мало, чтобы догадаться?

– Догадаться? Хорошо, давай, я сейчас и догадаюсь. То есть… – попыталась сформулировать Артемида, но не смогла с первого раза. – Я просто должна была оставить накидку при себе на три года? Чтобы архидемон, создавший её, пришёл за ней и отнял или выкрал. Смешно! Вот они, ваши подсказки. Но только где бы я её хранила?

– А подумать ты не удосужилась, где бы смогла её спрятать? Уж точно не на своих плечах, где достаточно архангельских накидок, – рыкнул Гавриил и протёр глаза пальцами. Когда немного успокоил активную человеческую мимику, сбивавшую его, продолжил: – Сегодня Уриил и Мастема, создавшие накидки, уснули, а вместе с этим высвободился потенциал десятины сдерживаемых в эмоциональном резерве чувств, которые они контролировали. Мораль их сил с каждым днём будет истощаться на одну сотую больше, чем днём ранее.

– Я не понимаю, Гавриил, – застонала шаманка. – Объясни яснее.

– Всё начнётся с одной десятой и вначале архангелы не будут действовать против тебя, а люди не станут раскрывать секреты и забывать, что такое стыд и вина, – продолжил путать Гавриил. – Но на двенадцатый день мы должны будем обратить внимание и сделать тебе предупреждение, поскольку на шестьдесят седьмой день количество высвободившейся морали начнёт неумолимо расти, а вместе с тем начнут выходить из-под контроля действия людей, не сопровождаемые их осознанием и не поддающиеся сокрытию. Люди начнут вредить друг другу и без зазрения совести забывать о сотворённом.

– До какого дня вы оставите меня в покое, чтобы я могла собрать все накидки?

– Ты смеешь спрашивать такое? – рыкнул Гавриил. – После девяносто четвёртого дня, когда ёмкость морали опустошится на четверть, а люди начнут рушить жизни друг друга, мы откроем на тебя охоту и уничтожим. На это у нас уйдёт не так много времени. Ты наверняка не доживёшь до сто двадцать второго дня.

– А если не убьёте? – набралась храбрости та и встала на ноги.

Гавриил играл интонацией, не имея ничего, что бы ей управляло. Сейчас же стал холоден даже голосом.

– Двести тридцать третий день. Но не будь так уверена встретить лишённый секретов и вины мир. Ведь тогда падут все, кто не спрячется.

– Хорошо, теперь я поняла, – сказала Артемида, чувствуя тревогу, потому что уже стала свидетелем своего провала с Наяной Пимов, и ощущая, какой шаткой стала её уверенность. – Но что мне делать с другими накидками?

– Прячь их, но не смей надевать! – настоятельно предупредил тот.

– Иначе? – уточнила Арти.

– Иначе высвободится лишняя десятина, прибавляясь к уже имеющемуся значению, а в последующие дни прибавляться будет уже две сотые от предыдущего дня. Тогда мы уничтожим тебя намного раньше, – ответил Гавриил. – Пока мы следуем правилам, не вздумай считать, что имеешь преимущество перед нами. Мы те, кто тебя вернул и наделили силой. Придумай, как распутать крылья. Ты сама это сделала, поэтому выход найдёшь тоже сама. А если нет, то будешь гнить в этом мире, теряя всё на свете, что будет тебе дорого до скончания мира всех миров!

– Противоречишь сам себе! – рыкнула Арти, поймав на очередном обмане архангела. – То про уничтожение говоришь, то теперь про вечные страдания. Определитесь уже!

– Мы уничтожим, а потом воскресим, как в этот раз, – рыкнул в ответ Гавриил.

– Врёте, как дышите!

– Не дерзи тем, кто дарует свет душе и борется со тьмой. Иначе будешь оставлена ими на растерзание теням и тёмным слугам их, – напоследок сказал Гавриил.

Вызов сбросился, высветился список входящих и исходящих, где Арти потеряла чёткость в глазах и задумалась: «Дышать без накидки стало действительно проще, – подумала она. – Но стоит ли действительно сейчас разъединять крылья? Если меня найдёт верховный демон, я стану целью для него и остальных. Гавриил сказал, что мне есть, где спрятать накидки. Но неизвестно, видят ли накидки демоны в других мирах, даже пробовать не буду их туда перемещать. Но и на плечах их носить не посмею. Нужно просчитать то, о чём мне сказал Гавриил. Не могу представить зависимость цифр этих десятин». Артемида быстро открыла в телефоне приложение с автоматическим расчётом значений в таблице и ввела одну десятую в первую колонку, и во второй выставила команду разделить её на сто. В следующей строке обозначила сумму десятины и её одной сотой, а потом повторила это действие вплоть до двести тридцать третьего дня, когда результат перевалил за единицу. Подобно хвосту кубической параболы, смещённой началом на одну десятину, значение действительно незаметно возрастало, но к шестьдесят седьмому дню разогналось и устремилось вверх.

– Чёрт подери! – ругнулась Артемида и схватилась за горло, словно его пронзила боль от ангины, представляя, что в конечном итоге всё дойдёт до раскрытия государственных тайн и бездумных эмоциональны решений.

Сейчас она могла подумать, забыв обо всём на свете. Но мог ли тот, кто лежал в беспамятстве по соседству? На следующее утро в главном доме на коленях перед Кином Иаком стоял бывший тёмный страж, который потерпел поражение в схватке с причудливым созданием, за спиной которого было столько крыльев, что короткого взгляда не хватило, чтобы их сосчитать.

– Значит, – начал глава антиутопии. – ты подначивал Наяну совершить суицид, но неожиданно был выдернут из пограничного мира кем-то, кто схватился за накидку.

– Да, сэр, – понуро ответил черноволосый моложавый мужчина.

– А когда ты попытался сразиться с ней, то она подавила твои силы и стянула накидку.

– Да, сэр…

Кин Иак достал из кобуры, спрятанной под пиджаком, пистолет и вышиб бывшему хранителю накидки мозги. Тело зависло на секунду, превратившуюся для тёмного стража в вечность, обещанную не ему, а затем рухнул на ковёр, испачкав очередной рисунок. Глава антиутопии вынул платок из кармана и стёр красные густые капли с лица, недовольно морщась.

– Мусор принёс в дом, сам же его и выкинул, – ухмыльнулся он и кинул испачканный платок на обезображенную голову.

Затем вызвал охрану и попросил завернуть тело в испорченный ковёр и закопать там, где никому не придёт в голову искать. Охранник ухмыльнулся, в голове строя маршрут до ближайшего кладбища Кина. Мертвеца быстро свернули в толстую трубочку и вынесли из зала. Кин сел в кресло и заметил, что испачкал дорогостоящий костюм.

– Дьявол! – крикнул он и резко всплеснул руками.

– Всё никак не выучишь, как меня зовут? – появился в углу такой же лысый Кин Иак, только глаза были пустые и стеклянные, будто мертвец с ним говорил.

– А, это ты, Азазель… – выдохнул насторожившийся глава. – Прости, что помянул всуе.

– Я и сам собирался наведаться к тебе. Один из моих подчинённых заснул, – сказал он и поправил пиджак. – Теперь мы не сможем получить накидку Вины обратно и обратить нового слугу в ангела Смерти.

– Что случилось? Почему уснул? – насторожился Кин Иак.

– Вы имеете дело с тем человеком, чья сила превышает мощь всех оставшихся ангелов Смерти. Она скрутила силы, светлые и тёмные, в прочный узел, который архидемоны не в силах развязать. Монахиня, о которой ты говорил, вовсе не человек, а могущественное существо, ниспосланное архангелами. А самое страшное, что собой она заняла почти весь Антипус, путая след лучше демонических интриг

Глава антиутопии подпрыгнул в кресле от услышанного и схватился за подлокотники. Лицо его побледнело, а поясница заныла, как обычно бывало, когда что-то ввергало его в шок.

– Что же нам делать, если она повсюду? – спросил глава.

Азазель, представший перед Кином Иаком его двойником и его устами зачастую отдававший приказы стражам, незаметно ухмыльнулся.

– Пусть все решения принимают стражи, среди них есть один талантливый, который справится лучше любых действий сообща. Остальные же пока затаятся. Дай каждому недельный отпуск и свободу выбора.

После сказанного Кин Иак остался наедине с собой, отчего снова рассвирепел и неудержимо откинулся на спинку кресла, думая про монахиню, пахнущую ладаном, уничтожившую накидку и усыпившую силы архидемона. Оказалось, что шутливость в данной схватке неуместна, но нельзя никому это поведать, чтобы не испортить раж равнозначной битвы. Кин Иак решил поведать тёмным двукрылым слугам о решении Азазеля, не раскрывая имени последнего. Отправив сообщения, он расслабился и, поднявшись на ноги и пройдя к столу с картой, принялся разглядывать территорию, которую в прошлом году так и не смог присвоить Антипусу.

– Ну ничего, – улыбнулся Кин. – Моя дочь ещё сыграет решающую роль в политике. Жалкая Мария, как же тебе удалось уберечь в тот день своего никчёмного сынка?

Над главным домом сгустилась энергия зависти, злобы, алчности, а после взрывом разнеслось по лишённому вины и тайн Антипусу, окатив каждого встречного обжигающей волной негодования.

Стражи уже подозревали, что случилось с ангелом Вины, поэтому невольно нервничали всё утро и последующий день, который начался в Антипусе со сплетен и странных шалостей детей. Один из них прилепил жвачку к лобовому стеклу Лора Стами, оставившего машину недалеко от магазина продуктов по пути на основную работу. Он, выйдя с полным пакетом, сначала не заметил этого, потому что клал продукты на заднее сидение, но, сев за руль, рассвирепел и выпрыгнул на улицу.

– Мерзкие ублюдки! – оглядывался Лор по сторонам, краснея от злости. – Найду каждого и отрежу яйца.

Он достал салфетку и снял мокрый, мягкий комочек, после чего резко раскрыл дверцу и сел на водительское сидение. «Мелкое тварьё, – подумал он и ударил ладонью по рулю. – Ещё не забыли вкус мамкиной сиськи, а уже наживают себе проблем». Агрессия была вызвана не столько выходкой, сколько страхом перед наказанием, которое постигнет их во время вечернего собрания. Вот и выплёскивалась она на любое событие, выбивающееся из наспех составленного плана на день, а может быть на остаток жизни. Бездна открыл чат тёмных стражей, где значилось, что из беседы выбыл мистер Вина. Он потерял накидку, о чём сегодня сообщил Кин через ёмкое сообщение: «Накидка утеряна. Каждого ждёт смерть за поражение». Бездна содрогался каждый раз, когда дело касалось собраний стражей, потому что никто не знал, какая шлея может угодить под хвост главы антиутопии. Но потом пролистнул вниз и нашёл уведомление о недельном отпуске, который освобождал от дурацких собраний. Теперь нужно было найти новый объект для ненависти, не тушить же столь сильный энергетический потенциал.

– Я найду тебя, монашка, – рыкнул Лор и со свистом вывернул на дорогу, оставляя после себя протяжный гудок едва успевшего среагировать старика в машине позади. – Найду и выпотрошу. – Крикнул он и ударил по кнопке воспроизведения на магнитоле.

Заиграл дэд-металл, а машина понеслась на всех парах туда, где недавно произошла первая и далеко не последняя встреча с необъяснимым.

Глава 4. Может ли нос ищейки унюхать свой же запах

Тёмные стражи сегодня крутились в мирской жизни, как пчёлы в ульях, только затворника Вины среди них уже не было. Никто, конечно, и не заметил, потому что видели его только в капюшоне и на собраниях, а настоящего имени не помнили. Однако всё же были двое тёмных стражей, знавших, как он выглядел в реальности, ведь наведывались к нему один раз, когда чуть было не угодили в руки правосудия. Вина, не зная тогда о возможном будущем, впервые в жизни показался им в человеческом облике и пригласил к себе в дом.

Влюбившаяся в тот день в него Лика, служившая ангелом Азарта, даже и не думала, что захочет бросить из-за этого моложавого мужчины мужа по имени Агат, который значился в беседе тёмных стражей как мистер Боль. Девушка сейчас сидела за столиком в кафе, неугомонно поправляя рыжие, длинные, кудрявые волосы. Агат подошёл к ней с двумя чашками кофе и сел напротив. Его пирсинг вылез изо рта вместе с языком. Будучи моложе жены, он вечно дразнился, сжимая зубами серёжку, чтобы обозначить её неотъемлемое присутствие.

– Не боись, – безграмотно сказал Агат и поставил перед Ликой чашку. – С ним всё будет норм.

– Бесишь… – выдавила из себя та и отвернулась к окну.

Несмотря на глупый взгляд, её изворотливость ума и небывалая хитрость не знала границ. Эта женщина была представительницей редкого вида, который мог из паутинки сплести канат, а из него сделать кнут, чтобы оставить на жертвах следы от пыток. Настолько искусными были её интриги, но при взгляде в это, очерченное рыжим облаком, лицо создавалось впечатление, что Лика – обычная простушка, разводимая молоденькими альфонсами, вроде Агата, который, кстати, зарабатывал больше любого дорого выглядящего бизнесмена. Он был профессиональным баристой, а кафе, где сейчас он с женой пил кофе, принадлежало ему.

– Ты можешь не хлюпать?! – рыкнула Лика, косо глядя на мужа.

– Ой-ой, – покривлялся Агат, а сам испытал негодование по поводу её состояния.

Он подозревал, что в тот вечер Лика неспроста так охотно полезла в квартиру мистера Вины. За его спиной она флиртовала и строила глазки тому мужику. «Похотливая стерва, – подумал он и с нездоровой улыбочкой сделал ещё глоток. – Сегодня, милая, этому подонку выпишут справку о смерти».

– Чего ты на меня так пялишься, а? – с надрывом спросила Лика.

– Твои печальные глаза возбуждают, – поиздевался тот, закусывая губу и щурясь.

– Да пошёл ты, – фыркнула жена и, нервно толкнув стакан и разлив кофе, встала и ушла из кафе.

Агат пребывал в эйфорийном состоянии. Он получил желаемое, ничего для этого не делая: убрал соперника и погасил вспыхнувшую к этому мужику страсть женщины, которую любил.

– Очаровательно, – протянул Агат, глядя через витрину кафе на жену, которая уже дёргала дверку припаркованной напротив машины и залазила внутрь. – Будешь знать, как с мужика на мужика прыгать. Помучайся, блудливая.

Лика в этот момент достала телефон и увидела новое уведомление от Кина: «Стражам даётся недельный отпуск и полная свобода действий без отчётности передо мной».

– Это что ещё за фигня? – сказала та вслух и открыла мессенджер. – Неподотчётный отпуск? То есть можно творить всё, что угодно?

До того, как Лика узнала новость об отпуске без обязательств, она планировала спустить заработанные Агатом деньги на шмотки. Но теперь она моментально изменила курс и рванула в сторону «Смотровой Башни», чтобы найти улики и, следовательно, ту, кто отняла у неё объект сексуального интереса, точнее коллегу.

В это время, пользуясь своим положением директора охранного агентства Лор Стами общался со своим другом из охраны «Смотровой Башни», который любезно по старой дружбе разрешил ему покопаться в записях камер внутреннего наблюдения, установленных на каждом этаже.

– Мне нужны данные за эту ночь, – попросил он. – Покажи последний этаж.

На трёх экранах высветились записи, которые ничего интересного не несли. И найти он мог только Вину, идущего от лифта до квартиры.

– Соседи вчера жаловались на твоего друга из этой квартиры, говорили, что было очень много шума. Мы даже отправили туда человека, который бы…

– Включи мне время, когда они начали жаловаться, – заткнул его Лор, экономя время и, возможно, поэтому, что-то упуская.

Его друг неожиданно остановил запись и снова промотал назад.

– Отсутствует запись в лифте, и коридорах с девяти тридцати четырёх до девяти сорока двух, – сказал он и посмотрел на Лора.

– Включи холл, – засуетился тот.

На экране сразу высветилась картинка, но ничего странного не происходило.

– А теперь парковку, – снова попросил Лор.

На парковке и близлежащей подъездной территории запись отсутствовала с девяти двадцати девяти до девяти тридцати четырёх.

– Что ты пытаешься найти? – многозначительно спросил охранник.

Но тот был поглощён просмотром, перемотав записи девяносто шестого этажа на девять сорок два. «А вот и ещё один перебой. Десять девятнадцать. И ещё один – десять двадцать семь. Она никак не могла попасть в квартиру, поэтому столько перебоев?» – подумал Бездна и снова просмотрел запись на стыке с десяти двадцати семи до десяти двадцати девяти. «Точно, – озарился Лор и достал телефон из кармана куртки. – В беседе можно посмотреть точное время, когда пришло уведомление о накидке». Рядом с сообщением значилось десять семнадцать.

– Но зачем ей понадобилось возвращаться спустя несколько минут? – пробормотал Лор. – Что-то должно быть в записи, хоть маленькая зацепочка.

– Смотри, – остановил видео друг охранник и показал пальцем на щель в соседской двери, которая была напротив бывшего тёмного стража. – Эту зацепку имеешь ввиду?

Бездна боялся дышать, не моргал и не двигался. Он нашёл её. Нашёл в квартире напротив, в той самой, которую демоны раньше использовали во время работы в другом мире, как укрытие и самую высокую точку, но после новости о продаже стали оставаться у себя дома, в зале главы антиутопии или прятаться в подвалах и на крышах, потому что отчего-то испытывали тревогу, подходя близко к двери напротив. Вина пытался выгнать угрозу подручными средствами, но потом сказал, что это бесполезно, потому что на огромного мужика не действуют демонические силы и магические уловки. «Мы не были жадными, отдали тебе место, чтобы жить, – подумал Лор и довольно выпрямился. – Но ты сунулась в наш огород, а теперь сожрала часть урожая. Ты даже не представляешь, что мы делаем с такими медведками, как ты».

– Спасибо за помощь, дружище, – хлопнул по плечу знакомого Лор и выскочил из комнаты охраны, направляясь в сторону лифта.

Когда Стами вышел в коридор на последнем этаже, то помчался к квартире Артемиды, предвкушая встречу с ней или тем могучим образом, который она вокруг себя собрала. Кругом были её невидимые обычными людьми следы, отпечатки, оставленные после ночного шоу с переодеванием в квартире Вины. «Сейчас я тебя достану из твоего кокона, куколка!» – подумал Бездна и начал стучать и дёргать ручку, зная, что старый код будет бесполезен.

– Открывай, – крикнул он и снова постучал. – Открывай, зараза!

Тогда он провёл рукой по замку, используя при этом способности стража взламывать любые замки, но его магия не сработала. Бездна понял, что не сможет противостоять энергии врага, отчего разозлился ещё пуще и с силой ударил в область ручки ногой. Затем ещё раз, но так и не смог разболтать прочный замок сейфовой двери.

Вдруг, после очередного удара Лор получил впитавшимися сгустками энергии, разбросанными по коридору, ответный удар в ногу. Внушительную подошву ботинка разодрало в клочья, а ступню слегка, но всё же поцарапало. Лор отлетел назад и врезался спиной в дверь Вины.

– Чёрт бы тебя побрал! – крикнул он и, встал на ноги, снимая при этом ботинки, чтобы не мешали бежать.

Он направился на крышу, где надел капюшон, поджигая и тем самым ломая записывающие происходящее камеры, и, расправив крылья летучей мыши, спланировал вниз.

В воздухе страж изогнулся, рисуя петлю, и живой пулей влетел в прочные стёкла, обернув себя не менее прочными крыльями. Осколки разлетелись по всей студии, а шторы слетели с карнизов и обволокли Бездну. Потребовалось несколько резких рывков, чтобы освободиться от их узлов. Глаза тёмного ангела позволили увидеть сильную защитную оболочку, которая мешала двигаться в пределах квартиры. Её Артемида поставила в первый же день, чтобы никто не мог проникнуть в её убежище. Именно эта бешенная энергия пугала демонов и не позволяла им даже думать о намерении открыть дверь.

– Не на того напала! – заорал Бездна и, сжавшись в комок, а потом резко расправившись, взорвался красными искрами, отчего вылетели остатки окон, а окна соседних квартир содрогнулись.

По его костюму лавовой сеткой протянулись полосы, а глаза засияли. Крылья покрылись мазутом, опаляя тягучий с пломбирным запахом холодный пузырь. Бездну злило, что он не мог избавиться от поймавшей его ловушки, отчего решил сделать шаг назад и выпрыгнуть наружу. Демон отлетел в сторону, давая себе больше расстояния для разгона, и снова врезался в пузырь. Он проник в его пределы, но вяз и застревал. От отсутствия воздуха и поглощения энергетического потенциала органы внутри мистера Бездны сжались и заломили.

– Получи, дрянь! – снова заревел Лор.

Из его ладоней полилась лава в недра защитного пространства и спустя пару мгновений достигли ядра ловушки, разрывая её на те же сдирающие кожу тёркой и дробящие подошву мясорубкой сгустки. Бездна упал на пол, раня щёку об осколок стекла, но, не обращая на это внимания, поднялся и огляделся.

– Меня не напугают эти приёмчики, – дикарём крутя головой, сказал Лор. – На каждую силу найдётся своя сила.

Неожиданно кто-то постучал в дверь. Бездна напряг зрение и увидел сквозь стены шлейф демонической накидки. Когда он открыл, то увидел Лику. Она услышала резкий удар, копаясь в вещах Вины, а потом просканировала пространство вокруг себя и, после уничтожения ловушки, увидела коллегу в соседней квартире, решив после этого наведаться в гости.

– Что ты здесь забыл? – спросила Лика и слегка прищурилась.

– Пытаюсь найти ту, кто украл нашу накидку, – ответил Лор и пропустил её внутрь.

Та прошла и захрустела, подошвой туфель ломая мелкие осколки на крошки.

– Но мы же говорим о девушке, а Вина упоминал сального мужика, – огляделась Лика и надела капюшон Азарта.

Глаза сразу приспособились к новому видению и распознали тлеющие остатки защитной ловушки.

– Уверен, что она заставила Вину поверить, что он видит мужчину, – заключил Лор и вытер раненую щёку, не заживающую, хотя накидки также давали способности быстрой регенерации. – Я еле пробрался сюда, несмотря на то что защитная ловушка ничем не подпитана и уже достаточно истощена.

Лика заглянула в ванную, в кладовку, везде посмотрела, но не нашла признаков того, что в этой квартире кто-то живёт.

– Ни одной вещички, даже волоса, – фыркнула она и скрестила руки.

– Она куда-то это всё перепрятала, – оглядывался Бездна в поисках зацепок. – Даже туалетной бумаги нет. Не может же она быть не человеком.

– А вдруг может? – запаниковала Лика, представляя мифическое существо, призванное Высшими силами уничтожить заигравшихся с душами демонов.

– Ну, ничего. Мы оставим ей послание, – загоготал Бездна, ещё больше заинтересовавшийся в разгадке тайн личности врага.

По щеке из энергетического и оттого незаживающего пореза выскользнула струйка крови и неприятной щекоткой прочертило к шее путь. Лор стёр неприятный зуд вместе с красной чертой. А затем посмотрел на стену перед собой, блестящую, белую. Он ухмыльнулся и дал себе несколько пощёчин, чтобы из пореза вышло как можно больше крови, и написал на стене послание, которое отразилось на стенах во всех трёх мирах. Лика скрестила руки и под маской скрыла довольную улыбку. А Бездна уже представил, как хозяйка возвращается домой, видит разруху и исписанные кровью белые стены. Но для этого Арти не нужно было возвращаться. В призрачном мире в этой же самой квартире хозяин оборотень читал молитвы, проводя ритуал экзорцизма. Он знал, что когда-то существовал в другом мире, но наличие неведомых призрачных сил в доме, заставили его расставить свечи, набрать святой воды в ковшик и забыть, что сам является неким вымышленным персонажем сказок для людского мира.

Оборотень, скрываемый за бледной человеческой кожей, сидел и читал с листочка, когда краем глаза заметил появляющиеся буквы на стене. Его волосы встали дыбом, а в груди перехватило дыхание, сыграв на диафрагме тревожный ритм, как на барабане. Живот скрутило, а желудок сжался. Артемида, сидевшая напротив на диване и отдыхавшая под приятные созвучия слов молитвы, насторожилась, когда услышала тишину и прерывистое дыхание хозяина. Она открыла глаза и посмотрела сначала на оборотня, а затем оглянулась на стену. Буква за буквой там выписывалось красным: «Я нашёл тебя».

– И не жалко ему кровь свою на стены тратить?! – растянула Артемида губы в линию.

Тут хозяин призрачной квартиры подскочил, закричал, заюлил и выбежал из дома.

Когда Арти только обрела накидки, то могла использовать прежние способности предсказания на уровне интуитивного чутья. Когда же она утратила накидку, то смогла увидеть настоящее видение, будучи дома в тишине и относительном покое. Бездна влетел в окно, когда она закрывала шторы. Он метался, не находил себе места, а после оставил кровавое послание, которое в момент видения Арти читала из-за спины тёмного стража, а сейчас провожая оборотня из собственной квартиры с криками о помощи.

– Больше всех достаётся ему, – выдохнула шаманка, краем глаза заметив его сверкнувшие страхом пятки, открыла подготовленный заранее и герметично запечатанный пакетик с бараньей кровью и достала из кожаной сумки кисть.

Рядом с надписью Бездны моментально появилась другая: «Ок».

– А теперь поищи истоки этой кровушки, дубина, – посмеялась Арти и, выйдя из квартиры оборотня улетела к секретному сараю, куда успела перенести все коробки и вещи из антипской квартиры.

Бездна же ухмылялся и даже посмеивался до тех пор, пока рядом с его корявым подчерком не появились идеально выведенные буквы прямо на глазах.

– Что это? – ахнула Лика. – Как она это сделала?

– Не знаю, – обескураженно замер Бездна и не сразу смог сделать шаг назад.

Тут буквы приобрели едва заметную дымку, которая высвободилась полупрозрачным облачком, потянувшимся прочь из квартиры.

– Я вижу энергию этой крови. Она пытается вернуться к хозяину – широко распахнул глаза Бездна и полетел следом в поисках хранителя биоматериала, оставленного на стене.

Он видел где-то вдалеке огонёк, куда стремилось почти рассеявшееся облачко, у которого пространство неумолимо откусывало кусочек за кусочком. Лика направлялась за Бездной, захваченная происходящим. Но всё что их обоих ждало, это захудалая окраина с почти обанкротившейся фермой, где бродили заросшие бараны, насобиравшие кучу репьёв на густую шерсть. На спине одного из них были искусственно сделанные красные пятна. Бездна приземлился рядом с животным и обхватил его, чтобы не убежал. Затем попросил подоспевшую Лику раздвинуть шерсть и позволить обнаружить след от укола.

– Она не дура, – хмыкнула Азарт и отстранилась, отряхивая с омерзением руки.

Бездна был настолько зол, что схватил этого барана и кинул на невысокую ограду загона. Животное врезалось в него и сломало шею. Бездыханное тело заставило Лику почувствовать себя паршиво. Человека бы она убила и глазом не моргнув, чтобы забрать его душу, но животных предпочитала не трогать, ведь они не несли никакой значимой энергетической нагрузки и были полезны только в сектантских жертвоприношениях, чтобы привлечь внимание тёмных сил безжалостным намерением.

– Зря ты так злишься, – недовольно пробормотала Лика, глядя на рассвирепевшего коллегу.

– А тебе что за дело, злюсь я или нет?! – всплеснул руками Бездна, уже приходивший в себя, но ещё не готовый спустить эмоции на тормозах.

– Не стоит кормить накидку своими чувствами, – расправила крылья Азарт и присела. – Иначе истощишься и станешь бесполезным.

Лика подпрыгнула и, оторвавшись от земли, направилась обратно в центральный диск Антипуса. То, что она увидела сегодня в квартире напротив Вины, повергло её в приятный шок. А ответ соперницы на угрозу Бездны был настолько самоуверенным, что внутри демонессы загорелось желание встретиться с ней и просто поболтать, чтобы прощупать все её потенциалы. А потом уже решить, переманить её на свою сторону или убить. Лика тоже почувствовала себя самоуверенной, наравне с неожиданно сильным соперником. И даже выходка с Виной ей уже не казалась такой болезненной, потому что он был самым слабым из всех и вполне естественно, что не смог с ней справиться. А вот Лика, вызывающая у людей непреодолимое желание играть, пить и поддаваться разврату, могла посостязаться с охотницей за накидками в хитрости.

Агат, который заметил необычное состояние жены, вернувшейся в кофейню и заказавшей прежде ненавистный холодный капучино, не спешил задавать ей вопросов. Ожидал нужного момента, когда увидит в болотных глазах Лики наступившее зелёное равнодушие. И вот он заметил пустой блеск и спросил:

– Ты чего такая загадочная?

– Хочу за этот отпуск наделать шума, – расплылась она в улыбке. – На окраине в районе к-зс есть превосходный игорный дом. Мне нужно полное разорение и муки.

Муж пожал плечами и огляделся, не услышал ли кто.

– Боль вряд ли тебе поможет, – шепнул он, случайно клацнув пирсингом о зубы. – Но Нажива…

– Ты будешь завершающим звеном в трёхэтапном плане, – подалась вперёд Лика и тоже зашептала. – Нажива-Азарт-Боль, такая комбинация.

– Хм, – задумался Агат и отстранился, почесав шею. – Думаешь, Кин одобрит самодеятельность?

– Ты не читал беседу? Он не просто дал отпуск, а включил на неделю зелёный свет на любые злодейства, – доставая телефон и показывая переписку мужу, сказала Лика.

Тот кивнул и довольно улыбнулся.

Глава 5. Чтобы замести улики, веник бесполезен

Артемида не спешила возвращаться в мир, где её могут поджидать за любым углом неприятности. Сначала нужно понять, каким образом она может распутать эти дурацкие крылья. «Помнится мне, за тридевять земель отсюда в Митусе, где я прожила достаточно длительное время, жила одна колдушка, – подумала Артемида. – Нужно наведаться туда». Ангел Спасения расправил крылья и взмыл в воздух, в котором, несмотря на ощущаемую свободу, ему было тягостно находиться. Всё в мире не зацикливалось на высотах, некоторым проще и справедливее было оставаться на равнинах, чтобы вспахивать поля или пасти скот. К подобным приземлённым людям относила себя и Арти, которая прежде спешила выполнить все земные наставления и сгинуть в Наднебесном мире. Когда же она вернулась с очередной мирской миссией и получила возможность ещё при жизни ощутить себя жителем высоких пьедесталов, была совсем не рада, что когда-то мечтала о подобной мощи. «Нет, – подумала Артемида, заводя размышления слишком далеко от насущного. – Ведь я же мечтала вознестись и рассеяться, о какой мощи идёт речь?»

Спустя сутки изнурительный в замерзающем слое атмосфере полёт завершился, и Артемида приземлилась на башне с часами. Куранты успели ударить уже три раза, осталось ещё столько же. Шаманка вспорхнула птицей и скрылась на невысокой крыше пятиэтажного здания, знаменующем начало длинной улицы и конец раскидистой площади. Она открыла воронку в мир людей и перешла в него, сразу почувствовав пряный запах выпечки.

В животе Артемиды заурчало, и она невольно сжалась. «Когда ты в мире духов ходишь призраком, не замечаешь ни усталости, ни голода, но можешь восполнить и то и другое, не забыв про старые привычки, – пронеслось в голове шаманки. – Правда ни того, ни другого в том мире лучше не делать, иначе оно только сильнее привяжет тебя к себе».

– Так, – глубоко вздохнула Арти и села в позу лотоса. – Приступаем к поискам…

В животе опять заурчало.

– Нет, – снова встала шаманка. – Вначале я поем.

Сходив за булочками и вернувшись на крышу окольными путями, Артемида принялась довольно жевать мягкое мучное изделие, которое благоухало ванилином и корицей. Запивая молоком в треугольных картонных пирамидках с трубочкой и неустанно глотая, она расслабилась и на секунду забыла, какие проблемы висят на плечах за спиной. Пару минут наслаждения тем, что она действительно хотела, а именно эти булочки и молоко, заставили Артемиду восстановить нервную систему и прояснить разум.

Зазвонил телефон. Шаманка уже знала, что звонить ей может только один человек, который снова увидел чек о тратах, но выписанный в другой утопии.

– Привет, Гаврик, – сказала Арти, когда всё проглотила.

– Не пойму никак, – начал тот. – Ты пропала с радаров на двое суток, а сейчас неожиданно появилась в сети и первым делом купила булки в Митусе.

– Всё верно, – смотрела Арти на площадь и наслаждалась едой и видом.

– Я стесняюсь спросить, – продолжил Гаврик, легонько водя раскрытой лотосом ладонью перед камерой. – Ты сбегаешь или выполняешь план по уничтожению накидок?

– Я не сбегаю, – ответила та и отпила ещё молока, хлюпая воздухом, появившимся на дне коробки. – Просто кое-кто не хочет объяснять мне желаемое. Я умная, но не гений, поэтому мне нужен тот, кто способен свежим взглядом оценить ситуацию и что-то посоветовать.

Гаврик поёрзал на стуле.

– Ты же не к жрецу секты пришла, который способен рассказать про мир демонов?

– Нет, мне нужен человек с духовным знаниями, который расскажет про деятельность архангелов. – Собеседник не ответил Арти, поэтому она дополнила сказанное: – Почему-то высшие существа не объясняют, каким образом я должна что-то сделать. Поэтому совершается так много ошибок. Они видят один из конечных результатов, но не поясняют, как я могу его получить. А когда совершаю ошибку и сбиваюсь с курса, говорят, что теперь финал изменился и он ужасный.

– Арти, я сейчас тебе расскажу то, что мне говорил дед, а потом отец, – тише заговорил Гаврик, ожидая, что после этого Арти станет более внимательной, что и произошло. – Мои предки рассказывали про Деницу Бога, который занимал трон Создателя, когда тот освобождался. Все его любили, вызывая в нём гордыню. Речь идёт о Люцифере, которого низвергли за эгоистичность и самомнение из равнодушного Небесного мира. Все ангелы, которые тоже приобрели эмоции, последовали за Люцифером.

Артемида молчала, не перебивая Гаврика, тот продолжил:

– К чему это я. За мир не борется добро и зло, в этом мире пытаются держать баланс излишняя эмоциональность и полное равнодушие. Архангелы не могут тебе рассказать путей, потому что просто не понимают, какие эмоции ты можешь испытывать или какие тебе придётся испытать, и как они повлияют на тебя.

– Но они могли бы хотя бы намекнуть, что лучше сделать для получения в итоге того, что и мне, и им выгодно, – вставила своё слово Арти.

Гаврик покачал головой.

– Только демоны в этом искусны. Поэтому ты можешь узнать детали плана только у них. На знающих о высших силах или каких-то провидцев не рассчитывай. Будучи ясновидящей, много ты увидела в последние пару недель? А много ли ты сделала и поняла ли то, что делала?

– Звучит как упрёк, – напряглась Артемида, почувствовав укол совести и заметив, что сейчас Гаврик был настоящий и никого из себя не строил.

– Ты не можешь понять силу накидок, потому что испытываешь много ненужных эмоций. А стоило тебе проявить самодовольство, подобно бывшей Денице Бога, ты нарушила принцип морали мира.

– Я поняла, – подтвердила Арти. – Скоро я вернусь в Антипус. Спасибо, что на этот раз рассказал то, что наверняка не должен был.

– Ага, – довольно ответил тот. – Меня сегодня настигла исповедь. До связи, и не трать слишком много.

Артемида не удержалась и выпустила пару смешков после завершения вызова. «Гаврик, конечно, прояснил некоторые детали взаимодействия архангелов и людей, но мне по-прежнему не ясно, что я должна делать с накидками», – подумала Арти и направилась к обычному для улиц этой утопии дому, где на третьем этаже располагалась квартира, наполненная энергетическими кристаллами и заряженными на раскрытие прошлого, обозначения настоящего и распознавание будущего картами таро.

– Долго вспоминала, где живу? Проходи, я ждала тебя, – сказала колдунья ещё перед тем, как Арти постучала в дверь её квартиры.

Звук голоса был приглушён, исходил из глубины квартиры, но был различим даже сквозь дверь. Шаманка сделала шаг за порог и почувствовала мощный поток энергии, вырвавшийся на лестничную клетку и помчавшуюся на верхние и нижние этажи.

– Закрой дверь, сквозняк, – снова сказала колдунья.

Артемида перекрыла поток и повернула ключ в замке, чтобы запереть его окончательно.

– Не боитесь жить с открытой дверью? – сказала шаманка и опасливо прошла по коридору мимо четырёх дверей.

Из каждой из них исходил голос пожилой женщины, будто она была везде.

– В своём мире я дверь запираю, – посмеялась та. – Но ты, имея огромный предсказательный потенциал, почему-то не распознала, что я давно умерла. Неужели третий глаз выкололи?

Артемида неодобрительно пошевелила плечами, распахнула воронку и прошла в мир духов, превращая подобное в привычное дело, будто открывала обычную дверь в другую комнату. Когда шаманка вышла с той стороны, то наткнулась на низенькую старушку, лицо которой было морщинистым и в профиль полукруглым, а в анфас выделявшем скулы и выпуклые глаза. Седые волосы длинной косой спускались поверх платка с цветочками.

– Как вам удалось сохранить за собой это место во всех мирах?

– Никто не может жить здесь ни в одном из них, потому что я их выкуриваю, – сказала колдунья, а затем оглядела пристальным взором плечи и остов Арти. – И как же тебя угораздило натянуть столько проблем себе на плечи, моя девочка?

– Не ваша, Марго, не любезничайте, – отстранилась от неё Арти и выпрямилась. – Или забыли, как сложились наши отношения, когда я была в прошлом своём облике?

– Кто старое помянет, тому глаз вон… – начала колдунья Марго, а затем в один голос с Арти продолжила: – а кто забудет – тому два.

Они обе рассмеялись.

– Я рада, что вы отпустили обиду за смерть вашей сестры, я правда не хотела.

– Я проклинала тебя, Мэру, – не менялась в лице колдунья, продолжая говорить с некогда ненавистной Артемидой, называя одним из прошлых имён. – Но потом поняла, что крики мои просто шум, который слышу только я. Оказывается, они не долетели до тебя, потому что ты вовсе не Мэру, загадочная персона издалека с экзотическим восприятием мира, которая прибыла в нашу простую утопию, где нет таких странных имён. Того человека, которому моя сестра решила помочь в духовных исканиях, а потом сгинула вместо него, больше не существовало. А теперь ты стоишь тут в новом своём образе, да ещё и носишь за собой огромную силу. Кем ты на самом деле являешься?

Шаманка отвела взгляд в сторону. В данный момент она подчинялась архангелам.

– Я слуга архангельских созданий, меня зовут Артемида, – сжала шаманка челюсти.

– Будь я жива, то изгнала бы тебя прямиков в ад, не боясь казни Божьей, – неожиданно выпалила старушка и направилась на кухню, чтобы поставить чаю. – Зачем сейчас ко мне пришла?

Артемида проследовала за колдуньей и села на стул за небольшой столик, где уже стояла сахарница и сухари с изюмом.

– Ты очень много знаешь про Небесные миры. То, что ты назвала проблемой на плечах, – накидки, сотканные из перьев одной пары крыльев архангелов. Их было семь, но из-за неосторожности или изрядной самоуверенности я примерила восьмую накидку, сшитую из коши драконьих крыльев архидемона.

Марго слушала и постоянно бросала взгляд на плечи.

– Последняя накидка срослась с одной из архангельских? – уточнила она, уже зная, что Арти скажет дальше и что нужно будет ей ответить.

– Архангел Уриил и Мастема уснули, высвободив в мир десятину морали их сил, – сказала шаманка и положила локоть на столешницу, чтобы поудобнее сесть полубоком и прямо смотреть на колдунью. – Архангелы обеспокоены. Они не знают, как распутать крылья, поэтому поручили это дело мне.

– А зачем это всё было начато? – неожиданно спросила Марго.

– Чтобы подавить влияние демонов, которые пытаются захватить Торипус, – ответила Арти и нетерпеливо уставилась на старушку.

– Они-то собираются захватить, но ведь это невозможно. И архангелам не под силу полностью очистить Антипус от демонического влияния. Эти два места – нерушимые крепости, пристанища разнонаправленных сил. Зачем эти битвы на самом деле? – спросила Марго.

Колдунья сняла электрический чайник с подставки и налила кипяток в чашки, где уже ожидали пакетики с заваркой. После подала стаканы и села также полубоком на углу столика. Ожидая ответа уже от Арти.

– На самом деле, всё из-за земли между Антипусом и Торипусом. Маленький островок с различными охранными установками Торипуса стоит и бездействует. Антипус хочет его себе присвоить и начать добычу полезных ископаемых. Вероятно, там можно откопать сырьё для разработки оружия массового уничтожения.

Марго покачала головой.

– Артемида, послушай меня внимательно, в будущем тебе это пригодится. Правительство и все люди в мире – это лишь малая часть, которая должна знать то, что угодно высшим существам. Правда в том, что на той территории в небольших скалистых холмах, тянущихся длинной грядой, есть проход в стальные коридоры, ведущие в отсеки, где на цифровых зашифрованных носителях спрятаны древние писания – труды прошлой цивилизации. Ни архангелы, ни архидемоны не могут пробраться внутрь, потому что так заповедовали избранные люди, запечатывающие знания и не позволяющие трогать эти земли до поры до времени. Но каждая сторона пытается отвоевать этот островок со скалами и найти способ сделать желаемое. Архангелы мечтают уничтожить капсулы с трудами, а архидемоны – их обнародовать. Идёт битва за могущество над душами, ведь эти книги могут сотворить с людьми ужасные вещи. Понимаешь, о чём я?

– Я предполагала, что дело не в ископаемых. Но моей задачей является не найти хранилище, не войти в него, даже если это для того, чтобы там прятать крылья. Я не смогу найти его по щелчку, понимаете? Время идёт, и у меня есть цели, для осуществления в кратчайшие сроки: первое, распутать накидки, второе, собрать оставшиеся и отдать архангелам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.