Ты будешь моей
Мила Дрим

© Мила Дрим, 2023

ISBN 978-5-0060-9561-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ты будешь моей

Пролог

– Не смейте! – я попятилась назад и врезалась спиной в стену, рядом с окном.

Сердце сжалось от страха и осознания того, что сбежать не получится. Как бы я не хотела этого…

Загорелое лицо исказилось в улыбке.

Самодовольной и пугающей.

Темная тень двинулась на меня, и мне не оставалось ничего другого, как шагнуть в открытое окно…

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Так, девочки, отдыхаем! – Макс, наш фотограф, уселся в кресло из ротанга и поправил на своей голове соломенную шляпу.

Весь его вид – покрасневшее лицо, недовольная гримаса – заявляли о том, как сильно он устал.

Помощницы – Маша и Даша – поспешили к нему с прохладительными напитками.

Мы же – я и моя закадычная подруга, Жанна, скрылись в спасительной прохладе, в палатке. Хоть тут тоже было душно, все лучше, чем быть под палящими лучами.

Сорок минут работы под полуденным солнцем утомят даже самого крепкого мужчину, а тут были мы – восемнадцатилетние девушки.

Я работала фотомоделью.

Сегодня было ровно три месяца, как я заключила контракт с московским агентством, и это событие как раз совпало с нашей рабочей поездкой в ОАЭ.

На повестке дня стояла реклама купальников.

Крошечные трусики и лифы всех оттенков радуги сменяли друг друга, а мы, модели, позировали, четко выполняя команды нашего фотографа, Макса.

Педантичный и высокомерный, он вызывал у меня изжогу. Но в своем деле Макс был лучший, да и альтернативы ему не было. Вот и приходилось терпеть.

Деньги мне были нужны, а здесь платили куда больше, чем на заводе, где я успела проработать летом.

– Вот бы покупаться, – я бросила тоскливый взгляд в сторону моря.

Его зелено-голубые волны призывно облизывали золотистый песок.

– Оль! Не трави душу! – Жанна открыла колу.

Разумеется, диетическую. Лишние калории нам были ни к чему.

Подруга сделала пару глотков и добавила:

– Нам еще два часа тут жариться. Чувствую себя жареной рыбой, ей-Богу!

Я хихикнула. Взяла холодную бутылку апельсиновой газировки и приложила к своему лбу.

– По-моему, я нашла неплохой метод охладиться, – улыбнулась я.

– Ну, нее, – протянула Жанна, – макияж так испортится.

– Главное, чтобы я не испортилась, – бутылку, все же, я убрала.

Открыла и отпила из неё. Газы обожгли мне горло, и я закашлялась.

– Кстати, про испортилась, – Жанна подошла ко мне поближе, – Демид тебе уже предложил?

– Что именно? – уточнила я, хотя уже догадывалась что имела в виду Жанна.

– Ну, это, – она захлопала длинными, густыми ресницам, – перепихнуться. Короче, помочь тебе избавиться от девственности.

Я покраснела.

Несмотря на то, что мы с 7 класса были подругами, такие вещи мы не обсуждали. Точнее дело было так – Жанна рассказывала об очередном ухажере, а я слушала её.

И вот ухажер появился и у меня.

Да не какой-нибудь простой парень, а Демид Волков – сын нашего директора модельного агентства. Высокий, темноволосый, с обаятельной улыбкой, он, по непонятной причине, заприметил именно меня.

Неделя подкатов, а потом я согласилась стать его девушкой.

Несмотря на род моей работы, я придерживалась того, чтобы сохранить свою невинность до свадьбы, и Демид понял это.

Правда, попыток соблазнить меня не оставлял.

Я уже догадывалась, что он полетел вместе с нами в ОАЭ с той же целью. Море, пустыня, романтика…

Но я не собиралась соглашаться, как бы сильно не была влюблена в него.

– Он знает, что у меня есть правила, – ответила я.

Жанна закатила глаза.

– Оля! Правила нужны для того, чтобы их нарушать! – она тряхнула головой, и темные волосы рассыпались по её загорелым плечам.

Я была полной противоположностью Оли.

Блондинка, с молочно-белой кожей, которая, кажется, уже познала все прелести палящего солнца. Только сейчас поняла, что кожа на плечах и спине стала неприятно покалывать.

Неужели обгорела? Даже хваленый защитный спрей не помог, или я неправильно использовала его?

– О, а вот и Демид, – зеленые глаза Жанны блеснули.

Она подхватила с кресла парео, своей расцветкой напоминавший хвост павлина, накинула его на плечи и сказала:

– Общайтесь, голубки, а я пойду Макса подастаю.

Подруга ушла, а я, замерев от волнения, обратила взор на Демида.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Привет, – улыбнулся он и подошел ко мне.

Теплые губы прижались к моим. Демид обхватил меня за талию, а потом – сжал ягодицы.

– Эй! – протестующее выдохнула я.

– Спокойно! – он поднял ладони так, будто сдавался. – Прости, не смог удержаться. Ты такая аппетитная.

Я еще гуще покраснела.

С одной стороны, мне было приятно осознавать, что я являлась привлекательной для Демида, а с другой – я понимала, что так неправильно.

– Не делай так, пожалуйста, – я наклонилась и взяла с кресла свой цветастый, шифоновый халатик.

Ощущая на себе жадный взгляд Демида, я надела халат и запахнула его.

Голубые глаза Демида наполнились весельем. Не сдержавшись, я улыбнулась в ответ.

Он был таким привлекательным! Высокий брюнет с голубыми глазами, лицо которого было достойно того, чтобы его увековечили на полотне.

Настоящий красавец, который из всех девушек выбрал меня. Мы встречались уже полтора месяца, а я по-прежнему испытывала трепет от его улыбки.

– Оль, я тут подумал, – начал Демид, и от его тона у меня взволнованно сжалось сердце.

– О чем? – шагнула к нему и снова замерла.

– Ты права. Так неправильно, хотел тебе вечером сказать, но раз так, – он порылся в кармане и достал какую-то коробочку, – выходи за меня.

С последним словом он открыл коробочку, и я увидела на бархатном ложе золотое кольцо с прозрачным камнем посередине.

Сердце, как сумасшедшее, подпрыгнуло до самого горла.

Не веря своим глазам, я наблюдала за тем, как Демид взял меня за руку и одел на мой безымянный палец кольцо.

Золотой обруч неплотно скользнул по суставу и едва не слетел с пальца, когда я от волнения дернула рукой.

– Прости, – я покраснела.

– Кажется, великовато, – недовольно поджал губы Демид, и я почувствовала себя виноватой, что мои пальцы оказались такими тонкими.

– Не страшно. Заменим на другое. Самое главное – твой ответ. Ты согласна стать моей женой?

Стать женой самого красивого, успешного, молодого мужчины?

Человека, который учился в европейском университете, происходившего из состоятельной, знаменитой – в своих кругах – семьи?

И все же, мне показалось этого мало для того, чтобы сказать: «да».

– Демид, а ты любишь меня?

Его темные брови поползли вверх:

– Олька, ты такая смешная! Если бы не любил, разве позвал тебя замуж? Так ты согласна?

Его голубые глаза наполнились волнением.

Неужели Демид переживал, что я откажу ему?

– Согласна!

Демид заулыбался и обнял меня.

– Как же хорошо, что ты согласилась, – прошептал он, целуя меня в шею, – моя Олька, красавица моя.

– Что у вас тут происходит? – веселый голосок Жанны заставил меня обернуться.

Подруга, с улыбкой смотрела на меня. Надо сказать, что у Жанны была очень красивая улыбка – и всему виной были её крупные губы, казавшиеся яркими даже без помады.

– Можно сказать? – я вопрошающе посмотрела на Демида.

Лицо его расплылось в благосклонной улыбке:

– Конечно.

– Жанна, Демид сделал мне предложение, и я согласилась, – на одном духу выпалила я.

– Ааа! – Жанна открыла и закрыла рот, лицо её просияло от улыбки.

Подруга ринулась ко мне и стиснула меня в своих объятиях. Обняла так, что у меня что-то хрустнуло.

– Поздравляю, подруга!!! – Жанна расцеловала меня в щеки.

В ушах зазвенело от громкого чмокания. Оторвавшись от меня, подруга выразительно посмотрела на Демида:

– Вот молодец, Демид! Правильно, чего тянуть! А то уведут красавицу твою. Праздновать-то будем?

– Конечно, – улыбка Демида теперь стала похожа на улыбку довольного кота. – Я билеты купил. Для всех. В ресторан Аль-Иша.

– Да ты гонишь! – Жанна аж подпрыгнула на месте. – Туда же нереально достать билеты.

– Но не для меня. Кстати, думаю, вам стоит прикупить одежду для этого вечера, – с этими словами Демид открыл бумажник и протянул мне золотую карту, – Оля, выбери себе самый яркий наряд. И про подругу не забудь, пусть тоже порадуется. Гулять так гулять!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Ты счастлива? – мамин голос в телефоне звучал беспокойно.

Я сильнее сжала трубку. Прислушалась к себе.

Сразу после того, как мы вернулись в отель, я решила поделиться с мамой радостной новостью.

– Наверное, – ответила я.

– Ты уверена?

– Почему мне не быть счастливой? – я натянуто улыбнулась своему отражения. С поверхности зеркала на меня глядела утомленная блондинка со взлохмаченными волосами.

– Демид – красивый, богатый, заботливый. Молодой, – продолжила я.

– И ты считаешь – этого достаточно для счастья?

– А что еще нужно? Вот у вас с дядей Мишей так? Он заботлив к тебе.

Дядя Миша – мой отчим. Мама вышла за него пять лет назад, после того как выгнала папу из дома.

Почему выгнала? Он изменил ей с подругой. Прямо у нас дома. Мама застала их, когда вернулась вместе со мной с деревни.

Я тоже видела это…

– Да, не только заботлив. Добр, он понимает меня. Ты же знаешь, как он помог мне после развода.

Об этом, кажется, знали все наши родственники.

Дядя Миша маму любил еще с молодости, и после развода вовремя вернулся в её жизнь. Он, правда, хороший.

Но я чувствовала себя теперь лишней в семье, хотя, впрочем, мой родной отец любовью своей меня тоже не баловал.

– Да, мам, – согласилась я.

– Дочка, вот мой совет. Ты слушай свое сердце. Это самое главное. Ты у меня такая умничка, знай это. Целую, зайка.

Слезы обожгли мне глаза. Мамина поддержка – это бесценно.

Я тосковала по ней, но это не меняло моего желания жить самостоятельно. Не хотела ей мешать.

– Целую, – я убрала телефон в сторону.

Чувство заторможенности, что охватило меня во время разговора, никак не отпускало.

К счастью, появившаяся в дверях Жанна, отвлекла меня.

– Ты готова поехать в магазин? – наигранно грудным голосом, словно она была оперной певицей, пропела она.

– Конечно!

Я заставила себя подняться. Прихватила все необходимые вещи – сумочку, телефон, кошелек.

Про очки и соломенную шляпу тоже не забыла.

Спустя полчаса машина доставила нас прямиком к блестящим дверям. Огромное здание, словно шпиль, устремлялось ввысь. Последние этажи его растворялись в облаках.

– Ехууу! – Жанна, вцепившись в мою ладонь, потащила меня за собой.

Наверное, мы выглядели странно. Две взрослые девушки, охваченные детским волнением, но я старалась не замечать косящихся в нашу сторону взглядов.

Понадобилось полтора часа, чтобы отыскать то самое, яркое, как и просил Демид, платье.

Кроваво-красное, длинное, оно идеально подошло мне.

– Вау, – протянула Жанна, когда я вышла из примерочной.

– Ты такая красивая, Олька! Как роза! Демид будет у твоих ног! – добавила она, с жадностью разглядывая меня.

– Правда нравится? – я с сомнением посмотрела в зеркало. Глубокий вырез подчеркивал мою грудь. Я попыталась подтянуть ткань повыше, но Жанна перехватила мою руку и сказала:

– Вот что ты делаешь? Зачем прятать красоту? Ты забыла главную истину?

– Какую? – я непонимающе посмотрела на подругу.

– Мужчины любят глазами! – улыбнулась она.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

– Я самый счастливый мужчина в мире, – восхищенно протянул Демид, когда я предстала перед ним во всей красе.

Мои светлые волосы были разглажены утюжком, и теперь, словно шелк, рассыпались по спине. На лице – утонченный макияж. Три месяца работы моделью кое-чему меня научили.

Изящные стрелки получились идеально! Пудра, немного румян и, пожалуй, самое важное – алая помада, сделали из меня чуть ли не роковую женщину.

И, конечно же, платье и туфли на высоком каблуке – впервые я так нарядилась не для фотосессии!

Я чувствовала себя голливудской звездой, а на самом деле была простой девчонкой, но сегодня об этом необязательно было кому-либо знать.

– Спасибо, Демид, – я чмокнула его в гладко выбритую щеку, – спасибо, что купил мне платье.

– Оно было создано для тебя, – рука его скользнула ко мне на поясницу, – моя дорогая Олька, пошли.

Мы вышли из номера, и к нам присоединилась наша команда. Жанна, Даша и Маша, Макс и еще пять моделей, с которыми я не особо общалась.

Микроавтобус, в который с удобством поместилась вся компания, домчал нас до Аль-Иша за час. Дорога в столь поздний час оказалась перегруженной. Жители эмиратов, до вечера, когда спадала жара, отсиживались по домам. Теперь же, когда посвежело, все устремились развлекаться.

Благо, увеселительных мест здесь имелось в избытке.

Мы ехали в самое роскошное.

Стоило мне только увидеть огромное, высеченное из тонированного стекла, здание, как ощущение собственной незначительности, против воли, охватило меня.

Я казалась себе такой маленькой.

Лилипутом у подножия черного айсберга, где золотыми буквами было написано: «Аль-Иша».

– Пойдем, Олька, а то затопчут, – приглушенно произнес Демид, и оцепенение, наконец, спало с меня.

Я сдвинулась с места, пошла под руку с Демидом. Позади нас шли остальные. Веселое хихиканье Жанны то и дело доносилось до меня. Кажется, в отличие от меня, она чувствовала себя уверенно.

Не в силах погасить любопытство, я начала вертеть головой.

Заметила роскошные машины – Бентли, Бугатти, и еще, неизвестные мне, из которых выходили мужчины в своих традиционных одеждах.

– Ой, мамочки, – запищала позади Жанна, – это же самые настоящие шейхи! Вот это красавцы! Наверное, у них очень толстый… Кошелек. Возьмите меня к себе в гарем! Дашка и Машка, не хотите вместе со мной попытать счастье?

– Надеюсь, ты шутишь, – я бросила взгляд через плечо на Жанну.

В отличие от меня, она выбрала платье кипельно-белого цвета. Оно шикарно контрастировало с её загорелой кожей. Черные волосы подруга собрала в высокий хвост, тем самым давая всем увидеть бриллиантовые серьги в ушах.

Откуда они у неё? Первый раз увидела столь дорогие украшения у Жанны.

– Какие могут быть шутки? – Жанна притворилась серьезной. – Олька, бросай этого Демида! Он не такой богатый, как эти шейхи!

– Самое главное – не богатство, – отшутилась я, – а – любовь и доверие.

– Правильно, Олька, говоришь, – поддержал Демид, и я едва сдержалась, чтобы не расцеловать его, – а ты, Жанна, зачем мою невесту сбиваешь с пути? Если тебе так хочется – вперед, попытай счастье.

– Может, и попытаю, – Жанна сверкнула зелеными глазами и многозначительно улыбнулась.

Я уже, собралось было, дать ей совет, что это – не лучшая идея, но Демид утянул меня внутрь Аль-Иша, и я позабыла об этом.

Грохот музыки, тяжелый, восточный аромат, висевший в воздухе, и полутьма, разрезанная пульсацией света, окутали моё сознание.

Демид повел меня лабиринтами стеклянных коридоров.

Я удивилась его уверенному шагу, а потом заметила, что нас вел сотрудник Аль-Иша.

Восторженные голоса Жанны и остальных тонули в грохоте музыки. Взгляд мой то и дело цеплялся за красивых женщин и не менее красивых мужчин, за богатые залы, украшенные золотом и шелком. Кальяны, алкоголь, танцы и песни – все смешалось в моей голове, но я и не думала повернуть обратно.

Казалось, что я очутилась в сказке «Тысяча и одной ночи», только на новой, современный лад.

– Нам сюда, – Демид завернул налево, и мы оказались в просторном зале, разделенном на на три секции. Наверху виднелся еще один этаж с затонированными стёклами и балкончиком, нависающим над поющим фонтаном, что был тут, посередине.

– Вот так, удобно? – Демид, как принцессу, усадил меня на диван, подложил под спину подушку.

Я рассмеялась:

– Кажется, ты начинаешь играть в заботливого папочку?

– А? – Демид вскинул голову. Его голубые глаза светились лаской.

– Я представила, что уже замужем и жду ребенка, а ты заботишься обо мне, – улыбаясь, пояснила я.

Улыбка Демида стала шире, и он, словно болонку, потрепал меня по щеке. Взор его голубых глаз остановился на моем лице, и я почувствовала себя невероятно счастливой и желанной.

– Молодые люди, можно мы тут тоже сядем, – голос Жанны напомнил, что мы не одни.

– Конечно, Жанна, – Демид, проявляя галантность, подвинулся.

Жанна плюхнулась рядом со мной, остальные расселись сбоку – благо, просторный диван позволял это.

– Пойду позову официанта, – предупредил Демид. – Я скоро. Только без меня, Олька, никуда не уходи.

– А танцевать ей можно? – с вызовом поинтересовалась Жанна.

– Можно, – улыбнулся Демид.

Я проводила его взглядом. И не я одна. Видела, как другие наши спутницы, модели, пялились на Демида.

Но он выбрал меня!

– Вижу, вижу, как смотрят на твоего Демида, – сообщила Жанна мне на ухо. – Ну и пусть! Не обращай внимания. Пошли потанцуем, покажем этим курицам, кто здесь – королева!

Показывая свою решимость, Жанна поднялась и потянула меня за собой и вывела в центр зала, неподалеку от фонтана.

Вода в нем запульсировала в такт новой песне. Жанна, вскинув руки вверх, крикнула мне:

– Покажем этим сучкам!

И, всем своим примером показывая, как надо это делать, Жанна задвигала бедрами.

Поддавшись безумному азарту, я тоже начала танцевать.

Сегодня – мой день! Я не только впервые участвовала в заграничной фотосессии, но и получила гораздо большее – предложение руки и сердца от самого желанного мужчины!

Зажмурившись, я закружилась на месте, а потом, почувствовала пристальный взгляд на себе и распахнула глаза…

ГЛАВА ПЯТАЯ

На меня смотрели несколько шейхов, стоящих на балконе.

Их белоснежные одежды резали мне глаза, а взгляды – обжигали кожу – даже ту, что была под платьем.

Словно короли мира, шейхи возвышались над нами, простыми смертными, надменно наблюдая за происходящим весельем.

– Давай вернемся за столик, – крикнула я Жанне.

Желание танцевать у меня отбило напрочь.

Захотелось спрятаться подальше от чужих взглядов.

Чувствовала себя шлюхой – не меньше.

– Ты чего? – пальцы Жанны, царапая ногтями, сомкнулись на моей ладони.

– Ничего, – я нахмурилась, – не хочу, чтобы на меня пялились.

– Какая ты смешная, – звонко рассмеялась подруга, – Олька, ты забыла, кем работаешь? Фотомоделью! На тебя и так все пялятся! И наверняка найдутся пару мужиков, которые глядя на тебя в крошечном бикини, займутся самоудовлетворением!

Щеки мои вспыхнули от стыда.

– Фотомоделью, а не шлюхой! Не хочу, чтобы эти, – я метнула взор на балкон, – разглядывали меня.

– Ну, как знаешь. А я, пожалуй, повеселюсь. Я-то, в отличие от тебя, совсем не против внимания какого-нибудь шейха, – Жанна отпустила мою руку и отвернулась.

Она снова забилась в своем откровенном танце. Серьги, двигаясь в такт, словно звезды, засверкали в её ушах.

Отчаянная!

Но мы всегда с Жанной отличались друг от друга. Наверное, будь мы похожи, мы не смогли бы ужиться вместе.

А так наша дружба существовала уже 7 лет!

– О, Олька, – голос Демида отвлек меня от размышлений.

Я подняла на него взгляд. Его красивые голубые глаза лучились восхищением.

– Ты так красиво танцевала, – заметил он, беря меня за ладонь.

Его теплые пальцы сдавили мне запястье.

– Ты – секси, Олька, – Демид поцеловал меня в ямочку рядом с ключицей. – Вот скажи мне, как теперь удержаться? Может, раз теперь ты моя невеста, я загляну к тебе этой ночью?

– Нет, – я постаралась смягчить отказ улыбкой, – ты же знаешь.

– О, Боже, дай мне сил, – запрокинув голову, пропел Демид.

Я рассмеялась, и мой жених добавил:

– Решено! Свадьбу сыграем через месяц!

Я удивленно посмотрела на него.

– Так быстро?

– Не могу столько ждать, Олька, – он остановился и заглянул мне в глаза. – Хочу, чтобы ты стала моей. Хочу тебя, понимаешь?

В груди как-то странно сдавило.

Наверное, дело было в том, что еще никто так откровенно не говорил со мной о своих желаниях.

Каким-то чудом, несмотря на мою внешность, меня обходило мужское вожделение, а тут Демид – в который раз – открыто заявил о желании.

Но ведь Демид – теперь не чужой человек. Почти муж, и, значит, все было нормально…

А я – просто стесняшка, девственница, пока не знавшая, что такое близость.

– Понимаю, – для пущей убедительности, я кивнула. – Хорошо, пусть будет через месяц!

– Олька, моя Олька! – Демид стиснул меня в объятиях, и у меня перехватило дыхание.

Правда, следом, полегчало – как только он убрал руки.

– Садись, давай, сейчас принесут выпивку, – Демид усадил меня в центр дивана, и сам плюхнулся рядом.

Модели – Рита и Олеся с завистью посмотрели в нашу сторону.

Они буквально пожирали нас!

Пусть смотрят! Демид – мой жених!

Я послала им довольную улыбку, и у Риты потемнело лицо от зависти.

Что поделать, признавать счастье другой женщины – великое искусство, которое дано не каждому!

– Я заказал для тебя особый коктейль, – целуя меня в плечо, сообщил Демид.

Я, скользнув взглядом по Жанне, которая, задрав голову, смотрела прямо наверх, где стояли шейхи, отстраненно спросила:

– Какой?

– «Невеста», – Демид взял с принесенного подноса фужер и протянул мне.

С трудом оторвав взор от подруги, я посмотрела на напиток.

Все содержимое фужера было белым, и сверх присыпано белой стружкой кокоса. Выглядело довольно аппетитно, но прежде чем сделать глоток, я уточнила:

– Надеюсь, безалкогольный?

– Ну что ты, как маленькая, Олька, – Демид по-доброму улыбнулся. – Там совсем децл алкоголя. Почти детский напиток. Как же ты на свадьбе нашей будешь пить шампанское? Немного надо свой организм потренировать.

Если я еще сомневалась, но последние фразы подтолкнули меня к тому, чтобы отступить от своих правил.

Не нужно было думать, что я никогда не пробовала напитки с градусом. Пробовала, но по чуть-чуть. Однако мне достаточно было одного раза увидеть, как напились мои коллеги по работе, чтобы сделать свои выводы.

Но сейчас я была не одна, а со своим женихом.

К тому же, он был прав. Какая свадьба без шампанского?

– Ладно, – я улыбнулась и поднесла к губам напиток.

Мм… Кокосовый аромат, легкая горчинка и вкус пломбира… Невероятное сочетание!

– Вкусно! – выдохнула я, ставя на стол на половину опустошенный фужер. Кивнула на напиток:

– Не хочешь попробовать, Демид?

– Не, – он улыбнулся. – Это для девушек, я что-то побрутальней выбрал.

Демид взял с подноса кроваво-красный напиток и залпом осушил фужер. Глаза его блеснули.

– Продирает не по-детски. Хочешь попробовать?

– Нет, спасибо, – я, вспомнив о Жанне, перевела на неё взор.

О, Боже мой!

Вот отчаянная! Она, махнув шейхам, уже двигалась в сторону лестницы.

– Жаннка, дурочка, стой! – крикнула я и поспешила за ней.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Уж не знаю, откуда во мне взялось столько прыти, но даже Демид не поспел за мной.

А я, взвинченная от переживаний за любимую подругу, уже поднималась за ней по лестнице.

Каждый мой шаг сопровождался призывом, чтобы Жанна остановилась.

Но то ли голос мой тонул в грохочущей музыке, то ли подруга намеренно игнорировала меня, но докричаться до её разума мне не удалось.

Отчаяние захлестнуло меня липкой волной, когда Жанна повернула направо и скрылась за стеной.

Как же быть?

С одной стороны, у меня не было никакого желания встретиться лицом к лицу с этими шейхами. Кожа моя до сих пор зудела от их взглядов! Не покидало стойкое желание смыть их с себя горячим душем…

С другой стороны, совесть не позволяла мне бросить мою единственную, пусть и немного чокнутую подругу.

Решительно вздохнув, я поспешила за Жанной.

Каблуки мои, привлекая внимания и выдавая мой настрой, зацокали по гладкой поверхности. Не грохнуться бы тут!

Я хоть и была моделью, но фото, а не подиумной.

Навыков устойчивого хождения на каблуках по не самой надежной поверхности у меня было по минимуму…

И все же, я справилась.

Преодолев последнюю ступень, я смело шагнула в зал и остановилась.

Глаза зарезало от обилия золота, стекла и сверкающей посуды. Интересно, кто создавал этот интерьер? Кажется, у этого дизайнера были проблемы с чувством гармонии.

Всё тут было в избытке – шелка, толстый ковер, в ворс которого воткнулись шпильки моих туфель…

А еще стол, буквально заваленной едой…

Мясо, фрукты, орехи, какие-то пирожные и роллы…

Зачем так много жрать? Или это – лишь для того, чтобы было красиво?

Взор мой скользнул по хрустальной люстре и остановился на шейхах. Все пять мужчин с интересом поглядывали на меня. Кто-то улыбался.

Кто-то изучал меня всю…

Кожа покрылась пленкой мерзости от столь пристального внимания. Бррр…

Кое-как поборов неприятные чувства, я окинула мужчин самым строгим взглядом, на который была способна.

Теперь, видя шейхов столь близко, я могла дать приблизительную оценку их возрасту – от 25 до 45.

С самым молодым, с козьей бородой, сидела Жанна. Судя по её довольному лицу, ей очень нравилась новая компания.

А вот мне, напротив, не только не нравилась, но и настораживала эта компания шейхов!

– Прошу прощения, – начала я на английском.

Говорила я, разумеется, еще с тем акцентом, но это не волновало меня сейчас. Анна Сергеевна, мой педагог по инглишу, влепила бы мне, наверное, трояк, услышав мою речь…

– Моя подруга ошиблась, – продолжила я, – Жанна, идем, дорогая. Наши друзья ждут тебя.

Лгунья.

Людей, ожидающих внизу, никак нельзя было назвать друзьями. Демид – не в счет. Он мой жених. А остальные… Вряд ли кто-то вступится за нас, если что.

Сомневаюсь, что Макс умел драться. Единственное, на что он был способен – делать красивое фото и критиковать.

– Да ладно тебе, Олька, – Жанна вызывающе улыбнулась. – Хорошо мне тут, а ты иди, к нашим друзьям. Я уже большая девочка, знаешь ли.

Она выразительно посмотрела на одного из шейхов и улыбнулась ему.

Да что с Жанной-то?!

Подруга и раньше была еще той вертихвосткой, просто теперь все близилось к тому, что она могла перейти опасную грань.

Кто знает, что в голове у этих шейхов?

– Жанна, – я посмотрела ей прямо в зеленые глаза, – пожалуйста, выйди на пару минут. Мне нужно сказать тебе кое-что важное.

Жанна хихикнула в ответ:

– Оль, заканчивай. Я поняла, куда ты клонишь. Не пойду я. Повторюсь – мне тут ХО-РО-ШО!

Что же делать? Не бросать эту дурочку тут?

Беспокойство за её судьбу пересилило страх.

Я подошла к Жанне и быстрое схватила её за руку.

Потянула со словами:

– Жанна! Пошли уже!

А потом случилось то, что я не предусмотрела. Один из шейхов схватил меня за руку и рывком усадил на диван, сбоку от него.

– Что вы себе позволяете?! – я попыталась, было, встать, но шейх оказался против.

Он удержал меня за руку. Я с ужасом посмотрела на его смуглое лицо, в котором читалась похоть.

– Пустите! Вы не имеете права! – взор мой метнулся к дверям.

Там застыл Демид. Лицо его мне почему-то было трудно разглядеть. Но я не сомневалась – он был недоволен увиденным.

– Это мой жених, – я потянула руку к Демиду, – Демид, пожалуйста, помоги мне.

Как в тумане, я наблюдала за тем, как мой жених идет ко мне.

Почему-то мой разум воспринял это, как замедленное действие. Демид вроде бы шел, но как бы совсем не торопился…

Что со мной?

Я посмотрела на свою ладонь.

Она показалась мне размытой. Словно я глядела на неё сквозь затуманенное стекло. В ушах почему-то загудело. Сначала несильно, но спустя секунды гул стал таким громким, что мне показалось, что нахожусь рядом с летящими мимо поездами…

– Демид, – не узнавая свой голос, позвала я его, – помоги мне.

Я попыталась протянуть к нему руки, но они не слушались меня. Паника, что что-то случилось, накрыла меня, сердце стукнуло мне в грудь, а потом черная волна поглотила меня.

Последнее, что я слышала, был голос Жанны, доносившийся откуда-то издалека:

– Кажется, она потеряла сознание…

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Тупая, пульсирующая боль в голове бесцеремонно вытянула меня из темной бездны.

Я попыталась открыть глаза, но веки, налитые свинцовой тяжестью, отказывались слушаться меня. Стоило им чуть приподняться, глаза обжигало от света, и следом веки тянулись вниз.

И так – раз за разом.

Впервые в жизни я столкнулась с таким ощущением.

Впервые я познала, что, казалось бы, столь простое действие, способно было отнимать столько сил.

Но, несмотря на трудности, я по-прежнему не оставляла попыток открыть глаза. Даже несмотря на пульсирующую боль в голове, которая каждый раз усиливалась, стоило мне только приоткрыть веки.

Внутреннее чутье подсказывало – я должна видеть, чтобы понимать, что со мной происходит.

Наконец, спустя мучительно долгие минуты борьбы, я сумела поднять веки.

«Лучше бы я продолжила спать», – эта мысль обожгла мне разум, как только я увидела, где нахожусь.

Кругом были светлые стены. Ни окон, ни намека на то место, где я в последний раз была. На потолке, ослепляя холодным светом, висела длинная, прямоугольная лампа… При виде неё, в памяти всколыхнулись воспоминания о больнице.

Неужели я в больнице?

Секундное облегчение, что все обошлось, что Демид вызвал скорую помощь, и меня доставили в медучреждение, сменилось горьким разочарованием, как только я опустила взор вниз.

В больнице не лежат на полу. В больнице с меня бы сняли это роскошное платье…

Но оно, хоть и изрядно помятое, по-прежнему было на мне.

А вот туфли предусмотрительно сняли. Еще бы! Ведь будь они на мне, я бы попыталась нанести удары каблуками по каждому, кто зашел бы сюда.

Понимая, что продолжая лежать, я остаюсь в уязвимом положении, я попыталась встать.

Ладони мои заскользили по полу, и я, наверное, была похожа на корову на льду… Разум мой, словно издеваясь надо мной, посылал мне такие насмешливые сравнения.

Ситуация с тем, чтобы я сумела подняться, отчетливо напоминала мне ту, что случилась минутами ранее, с веками.

Я вновь начала борьбу. Пот стекал тонкой струйкой меж лопаток, руки предательски дрожали, а голова, не унимаясь, пульсировала от боли.

Но я не сдавалась.

Минут пять было потрачено на попытки встать.

Пыхтя и потея, я, все-таки, встала, но тотчас пожалела об этом.

Голова так сильно закружилась, что я, испугавшись, что упаду, прислонилась к стене. Отчаянно ища за чтобы зацепиться, я водила пальцами по стене.

Но ничего, кроме холода кафельных плиток, не обнаружила.

Слава Господу, мой организм начал справляться. Медленно, но головокружение покидало меня. Теперь у меня выдалась возможность хорошенько разглядеть место, в котором я оказалась.

Это была прямоугольная, довольно узкая комната. Тут было чисто и пахло свежестью.

Как я заметила прежде, в комнате не было окон.

Не было и мебели. Я словно оказалась внутри какой-то коробки.

И это выглядело довольно жутко.

В голове беспощадно разворачивались сюжеты фильмов ужаса. Я не была любителем такого жанра, но за компанию смотрела с Жанной. Она такое каждую субботу смотрела.

Жанна…

Сердце сжалось от страха за неё. Что, если с ней случилось подобное? Что, если она где-то поблизости, и тоже испытывает ужас?

Я бы не хотела, чтобы ей было страшно… С другой стороны, я со стыдом признавалась себе, что знай, что моя подруга рядом, мне не было столь страшно, как сейчас.

В голову пришла догадка, что если бы меня хотели убить, то, наверное, сделали бы это раньше. Значит, я была нужна для чего-то другого.

В памяти всплыло похотливое выражение лица того шейха.

Ужасная догадка обожгла мне душу, и я обреченно сомкнула веки.

Ну конечно… Меня продадут в какой-нибудь бордель.

Я слышала о таком, вот только никогда не думала, что подобное случится со мной…

А как же Демид? О, Господи, как я могла забыть о нем?

Что, если его убили?

Одна только мысль, и глаза наполнились слезами. Нет! Нет! Он должен был жить! Потому что такой, как Демид, он – один во всем свете…

Надежда, что мой жених уцелел и теперь ищет меня, робким огоньком вспыхнула и погасла в сердце.

Я понимала – даже если Демид жив, он никогда не сможет найти меня.

Да, он был богат, имел связи, но по сравнению с теми людьми, что похитили меня (а я уже не сомневалось, что это было именно похищение), его возможности стремились к нулю…

А потом, я, вдруг, вспомнила о маме…

Стыдно было, что я подумала о ней последней.

Как же она без меня? Как она переживет эту весть, что я пропала?

– Мамочка, мамочка моя, – ощущая себя маленькой девочкой, всхлипнула я.

В памяти всплыло её красивое, подернутой морщинками, лицо. Её мудрый, всё понимающий взгляд…

Ах, мама, знала бы так, как я хотела бы оказаться сейчас рядом с тобой! Чтобы всего этого не было…

Слезы, не спрашивая разрешения, побежали по моим щекам и закапали на мое платье. Я задрожала, и, пытаясь успокоиться, обняла себя за плечи.

Что мне делать? Как быть?

Неизвестность пугала и лишала сил.

Губы мои зашептали беззвучную молитву.

Господи! Дай мне спастись! Дай мне вернуться домой, как к маме!

Как заведенная, я повторяла эту мольбу.

Не знаю, сколько я так простояла, когда услышала за дверью отдаленный шум. Сердце замерло от ужаса. Я прислушалась, и поняла, что это – чьи-то шаги.

С каждым новым вздохом шаги становились всё отчетливее. Теперь я не сомневалась – идут про мою душу.

Через секунду дверной замок провернулся, и кто-то потянул дверь на себя…

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

В помещение прошли двое мужчин.

Оба загорелые, темноволосые, в костюмах. Один из них был старше.

Взгляды обоих мужчин остановились на мне.

Тот, что помоложе, ухмыльнулся и выразительно посмотрел на своего спутника. Он, смерив меня взглядом, кивнул и вышел.

– Иди сюда, – на английском протянул незнакомец и двинулся в мою сторону.

– Не приближайтесь! – я сжала кулаки, словно желая нанести ими удар. Разумеется, такой практики у меня еще не было.

– Успокойся, – мужчина улыбнулся, но от этой улыбке меня затошнило, столь мерзкой она оказалась.

Незнакомец продолжал приближаться ко мне.

Я обвела комнату быстрым взглядом. Она, вдруг, стала такая маленькая! Стены давили со всех сторон, и негде было скрыться от чужих рук…

– Оставьте меня в покое! – крикнула я, но мужчина сделал наоборот.

Его влажные пальцы сомкнулись на моем плече, и я почувствовала его сдерживаемое желание причинить мне боль.

– Успокойся, – повторил он, – если будешь вести себя тихо – проблем не будет.

Ложь! Ложь, которую озвучивает каждый насильник своей жертве!

Сколько историй было перечитано-услышано…

И всегда там звучала такая лживая фраза.

«Веди себя тихо». Читай – чтобы мне удобно было делать с тобой страшные вещи…

– Пустите! – я рванула вбок, и мне каким-то чудом удалось вырваться из липких пальцев.

Но то была всего лишь секундная свобода. Через короткий миг меня вновь схватили, да так сильно, что у меня потемнело в глазах от боли в плечах.

– Успокойся! – раздраженно повторил мужчина, и в его карих глазах отразилась злость.

– Вы не имеете права! – я дернулась. – Я – гражданка России!

– Теперь это не имеет значения. Теперь ты просто шлюха, – произнес незнакомец.

Я вспыхнула от его слов, дернулась, и что есть силы, ударила стопой по его голени. Лицо незнакомца перекосилось от боли и злости, но он не отпустил меня.

Лишь пальцы сильнее, как клешни, сжали мои руки, а потом мужчина вскинул ладонь, и я поняла, что он собрался ударить меня.

Волна страха накрыла меня…

Готовясь к удару, я зажмурилась. Может, хоть так не будет очень больно…

Секунда-две. Ничего.

Я нерешительно приоткрыла веки и увидела, как тот, другой мужчина, сжимает запястье незнакомца, собиравшегося меня ударить.

Облегчение, изумление и благодарность заполнили мою грудь. Как на героя, я посмотрела на этого мужчину – того, кто не позволил ударить меня.

Значит, не все так плохо?

Я уже открыла, было, рот, чтобы сказать «спасибо» (ох уж эта вежливость), как мужчина обратился к своему подельнику:

– Ты испортишь товар! Нельзя!

Товар… Так вот что его заботило. Чтобы у меня, товара, был приглядный вид.

Господи, как я докатилась до этого? Почему? За что?

– Веди её к остальным, – раздался приказ.

– Слышала? – пальцы сдавили мне руку. – Пошли.

И я пошла.

Чувствуя себя так, будто меня вели на эшафот, я с трудом передвигала ногами. Они едва слушались меня, и вся я – окутанная обреченностью и ужасом, была ни живой, ни мертвой.

Меня вывели из комнаты, и я оказалась в коридоре.

Широкий и светлый, он напомнил мне больницу. Даже запахи были похожи… Я попыталась разобрать чем пахнет.

Антисептик и бинты.

Или мне показалось?

– Сюда, – мужчина затолкнул меня в просторную комнату, в которой уже были три девушки. Все они сидели на стульях, возле двери.

Я пробежалась по ним взглядом, и не обнаружила среди них Жанны.

Облегчение – что её тут нет – сменилось чувством ужаса. Я была одна, без какой-либо поддержки. Не у кого было спросить совета, некому было подставить мне плечо.

– Садись, – мужчина толкнул меня, и я села на свободный стул.

Незнакомец, что привел меня сюда, встал у двери и начал что-то изучать в своем телефоне.

Взгляд мой прошелся по сестрам по несчастью.

Все три незнакомки тоже были блондинками.

Их цвет волос варьировался от бежевого до платинового блонда. На девушках тоже были вечерние платья – видимо, этой ночью случился рейд по похищению из увеселительных заведений.

Незнакомки тоже разглядывали меня. Как бабочку под лупой.

Их лица не выражали ни сочувствия, ни приветливости.

Я попыталась наладить с ними контакт.

– Привет, я – Оля, – шепотом начала я.

– Молчать! – рявкнул мужчина.

Я подпрыгнула от его крика и испуганно посмотрела на него.

– Вам запрещено общаться! – зло процедил он.

Я вся сжалась от той злобы, что источал этот ублюдок.

В голове завертелись вопросы – один страшнее предыдущего.

Почему нам запретили общаться? Что еще запретят? Что скрывается за той дверью, возле которой мы, как собачки, сидели?

Ответ на последний вопрос пришел спустя несколько минут мучительного ожидания.

– Следующая, – раздалось за дверью.

– Ты, – мужчина показал на меня пальцем, – твоя очередь.

От охватившего страха я не могла пошевелиться.

– Ты не поняла, что ли? – мужчина шагнул в сторону, и я, испугавшись, что он снова схватит меня, встала и юркнула за дверь.

Стоило мне только оказаться внутри, как липкий холод расползся по моей спине.

Это был кабинет гинеколога.

– Проходим, ложимся на кресло, – бездушным голосом произнесла врач.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Меня замутило от услышанного.

Стоматолог и гинеколог – эти два врача вызывали столько негативных эмоций, что я вновь почувствовала себя молоденькой девчонкой, попавшей на школьный медосмотр.

Приятных воспоминаний он не оставил.

– Ты что, глухая? – доктор обращалась ко мне на английском, но её английский нельзя было назвать безупречным. В нем ощущался какой-то акцент…

Грубый и неприятный на слух.

– Я услышала вас, – я попыталась придать голосу уверенности, которой у меня и в помине не было, – но я не поняла зачем мне ложиться на кресло.

– Тебе сколько лет? – из-за ширмы показалась худосочная, среднего возраста, блондинка.

Один взгляд на её лицо с мощной нижней челюстью, дал мне ответ какой нации была эта женщина.

Немка.

Теперь понятно, почему её акцент был таким грубым. Да и сама она лапочкой не выглядела.

– Восемнадцать.

Доктор смерила меня оценивающим взглядом и изрекла:

– Выглядишь на 25, а рассуждаешь на 10. Ложись на кресло, будем проверять все ли у тебя в порядке между ног, – с последним словом она решительно натянула резиновые перчатки и улыбнулась мне.

Мысль о том, что так, наверное, выглядели надзирательницы в концлагерях, обожгла мне душу.

Я прижалась спиной к двери.

– У меня там все в порядке. Я и без вас знаю.

– Все так говорят, потом приходят анализы, а в них чего только нет, – доктор сощурила холодные глаза, – живее. У меня мало времени.

– Я девственница, – выпалила я, и тут случилось невообразимое.

Прежняя холодная маска слетела с лица женщины, и я увидела неподдельное удивление.

– Что ж, все равно надо осмотреть, – отворачиваясь, пробормотала она.

Понимая, что мне не удастся избежать унизительной процедуры, я подчинилась.

Пару минут – и я надевала белье. Щеки мои горели от стыда, и стойкое желание – смыть с себя чужие прикосновение, стало почти нестерпимым.

– Тебя отведут сдать кровь.

– Зачем кровь? – я одернула мятый подол своего платья.

Как же жалко оно выглядело теперь!

– Точно, как дурочка, – врач смерила меня высокомерным взглядом. – Ты должна быть чистой. В одном пункте есть жирный плюс. Если и кровь окажется чистой, тебя доставят к важному человеку.

– А если – нет?

– Тогда – в бордель, – делая у себя какие-то заметки, равнодушно ответила доктор.

Отчаяние сдавило мне сердце. Не выдержав, я приглушенно обратилась к женщине:

– Пожалуйста, помогите мне.

Она замерла. А затем, словно змея, начала медленно поднимать голову.

Змеиным был и её взгляд, когда доктор ответила:

– С какой стати я должна помогать тебе?

– Потому что мы обе женщины.

– Не самый веский аргумент, знаешь ли, – доктор положила ручку в стаканчик и выпрямилась.

– Но вы же врач… – лихорадочно искала я, за что можно было зацепиться, – вы наверняка давали клятву помогать людям…

– Я и помогаю, – блондинка бездушно улыбнулась, – только другим людям. Иди. Мое время дорого стоит.

Прежде чем уйти, я окинула доктора взглядом.

– Знаете, – не удержалась я, – когда-нибудь вы ответите за это.

– Охотно жду этого момента, – высокомерно парировала она.

Я отвернулась и с небывалым рвением покинула кабинет. Доктор вышла следом. Махнула тому мужчине, который привел меня. Он подошел, а врач что-то прошептала ему.

Единственное, что я каким-то чудом разобрала, было: «почти идеально».

– Теперь туда, – протянув руку, но так и не дотронувшись до меня, приказал мужчина и кивнул в коридор.

Я бросила прощальный взгляд на сестер по несчастью. В их глазах стояло безразличие… Неужели и я когда-то стану такой же?!

– Живее! – окликнул меня незнакомец. В его взгляде полыхнула ненависть.

Только я не понимала, за что он ненавидел меня… Или же, ненависть в его крови была ко всем женщинам? Если так, то становилось ясно, почему его хватка каждый раз приносила столько боли…

Не желая, чтобы он прикасался ко мне, я поспешила рядом с ним.

Идти долго не пришлось. Через несколько метров меня ожидал процедурный кабинет.

Как я и предполагала, медсестра, работающая тут, почти ничем не отличалась от гинеколога.

Ни человечности, ни намека на тепло. Механический робот, обтянутый кожей…

Бог мой! У меня взяли столько крови, словно готовили к какой-то серьезной операции…

Затем пришел черед узи и экг, ну и вишенка на торте – стоматолог. К некому облегчению, это был всего лишь осмотр.

Это облегчение блекло от понимания того, к чему меня готовили.

Чувствовала себя лабораторной крысой. Впрочем, лучше уж быть ей, чем шлюхой, но кто разве кого-то интересовало мое мнение?

А потом – меня снова отвели в ту «коробку», в которой я проснулась.

– До скорого! – бросил женоненавистник, с грохотом закрывая за собой дверь.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Ожидание, когда приговор приведут в действие, было похоже на маленькую смерть.

Сердце то замирало, то ускорялось.

Я не могла найти покой хотя бы на секунду.

Мне становилось то так душно и мало воздуха, отчего я готова была сорвать с себя платье, то внезапный холод охватывал меня беспощадными тисками, и я принималась биться в дрожи…

Изощренный разум, не проявляя и капли милосердия ко мне, рисовал ужасные картины будущего.

Будущего, которое не входило в мои планы.

Я понимала, для чего меня проверяли.

Я стану чьей-то куклой. Кто будет моим хозяином? В какие игры он играет? Как долго я сумею сохранить ясность разума, или же я сойду с ума уже в первую ночь?

Чем дольше тянулись часы моего заточения, тем сильнее меня охватывало отчаяние.

Мысли о том, чтобы по пути к хозяину, со мной случилось несчастье, и я погибла, казались мне уже не столь странными…

Но все равно, где-то, в самой глубине души, я хотела жить.

Жить, а не влачить жалкое существование…

В коридоре послышались быстрые шаги. Я не сомневалась – шли за мной. Не желая, чтобы меня застали сидящей на полу, я медленно поднялась.

Мышцы мои ныли, голова кружилась, и тошнота, вызванная голодом, давала о себе знать неприятным жжением в горле.

Я сглотнула горький ком, и в этот момент дверь открылась.

На пороге появился уже знакомый мне мужчина, которого за глаза я прозвала «женоненавистник».

– Пошли. За тобой приехали, – приказал он и, для пущей убедительности, дернул головой.

Я подчинилась. Дрожа от страха, обняла себя за холодные плечи, и пошла рядом с мужчиной.

Коридор был наполнен светом, но кругом стояла звенящая тишина. Мне стало жутко. Когда мы проходили мимо того помещения, где я повстречала других девушек, там было темно, как в склепе.

Куда подевались те незнакомки? Увидимся ли мы снова?

Еще одна дверь открылась, и теплый ветерок прошелся по моим обнаженным ступням.

До сегодняшнего дня я не понимала, какое это блаженство – ощущать его на себе.

Всё познается в сравнении…

Глубоко вздохнув, я вышла вслед за женоненавистником, и первое, что увидела – огни ночного города.

Они были так близко, что, наверное, знай я дорогу, то могла бы дойти туда пешком за час!

Как завороженная, я разглядывала сверкающие вывески и окна домов…

Цивилизованный мир, верно, и не догадывался, какое варварство сейчас происходило у его порога.

– В машину, – меня толкнули в сторону внедорожника.

И всё же, толчок был не таким сильным, как прежде. Словно теперь меня боялись поранить.

Прежде чем зайти внутрь машины, я обернулась и посмотрела на место, где провела самые страшные часы в своей жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.