Николай Шлюк
Наша любовь

© Николай Шлюк, 2023

© Издательство BookBox, 2023

Поэзия

Единственной посвящаю

Давай не грусти, ты печальна, как роза, —
охота раскрыться, пора, но никак:
бутон завязали на нить мироздания,
и в муках душевных ты смотришь на мир.
А мир – он ведь проще, чем мы представляем:
все наши ошибки, чтоб нас воспитать!
В сиянии света сидят сверху боги,
а люди внизу суетятся, бегут, хотят все успеть,
но не надо спешить нам,
мы люди – не зайцы, не надо бежать.
Постой и замри, и увидишь гармонию —
гармонию мира в себе и везде!
И видишь – есть Солнце, его на всех хватит,
и больше не надо грустить!
И рядом есть я, я тебя понимаю!
Скажу тебе просто: вот Солнце встает.
И дух твой как Солнце, пускай его хватит,
чтоб ты осветила свой путь!

Грусть моя

Грусть моя.
В этом городе грустно мне, думаю:
«Когда ж снова увижу тебя?»
Я боюсь, долго ждать этой встречи мне,
И тоска уничтожит меня.
Вспоминаю, как раньше встречались мы,
От любви как горели сердца!
Не забуду я очи зеленые, голос тихий,
                                                              тепло твоих рук.
И тогда я хочу к тебе ехать, или ты приезжай
                                                                          поскорей!

Сочи

Мы гуляем вдоль моря, кругом солнце и пляж.
Так легко мне на сердце!
Крики чаек, прибой.
Ты веселый со мною, мы гуляем весь день.
Ночью в клубе танцуем, и под утро опять
Мы гуляем вдоль моря, кругом солнце и пляж.
Так легко мне на сердце!
Крики чаек, прибой!
В Сочи жизнь беззаботна, мы танцуем вдвоем.
Мы гуляем вдоль моря:
Крики чаек, прибой!

Песенка девушки «Влюбилась»

Как-то вдруг невзначай я влюбилась в тебя.
И не знаю теперь, как тебе рассказать.
Ты ведь старше меня, и на танцах с другой,
Танцевал только с ней, только с ней танцевал.
На меня не смотрел, а она так себе
И не любит тебя, но гуляет с тобой.
Ну а я погрущу, помечтаю о том,
Что заметишь меня – танцевать пригласишь.
Что такое любовь, я не знала еще,
Но влюбилась я в этот наглый твой взгляд:
Смотришь ты свысока на меня и на всех,
Но гуляешь с другой.
И не любишь ее, но целуешь ее!
Я не знаю, как быть: как-то вдруг невзначай
Я влюбилась в тебя.
И не знаю теперь, как тебе рассказать.
И не знаю, как быть, как тебе рассказать?

Тебе одной

О тебе я одной лишь вздыхаю,
тебя видеть хочу и мечтаю
вместе быть и гулять по ночам!
Любоваться закатом, рассветом,
целоваться, смеяться, шутить.
Ты прекрасная стройная дева —
хочу розы тебе я дарить,
на руках тебя буду носить,
хочу жизнь тебе посвятить!

Любовь на два города

Ты ведь знаешь, тебя вспоминаю,
Ты живешь далеко от меня,
Но я помню, как долго гуляли,
Как приехал к тебе я тогда.
Не хотели вот так мы расставаться,
Но мне выпало в Питере жить.
Ну а ты… Не скучай там, подруга,
Вспоминай наши дни и весну.
Ты красивая, умная дама,
Ты стройна, ростом выше меня,
Но, когда мы с тобой целовались,
Наклонялася ты до меня,
А когда мы с тобою прощались,
Обещала приехать ко мне…
Прошло время – ко мне ты не едешь,
Закрутилася ты вся в делах.
И я снова к тебе сам приеду и
Букетик цветов подарю…
Отношения наши – при встречах,
Как приеду, и так мы живем.
В городах разных жить нам так плохо,
В твоем городе жить не могу,
Ну а ты ко мне ехать не хочешь,
Но по скайпу мне любишь звонить…
И опять я к тебе собираюсь,
Значит, скоро увидимся мы!

Любовь

Зачем дана любовь мужчине?
Чтоб из-за женщины страдать.
Зачем дана любовь дивчине?
Чтобы вкусить любовь мужчин!
Так почему любовь проходит?
В непостоянстве ее суть…
И даже верные друг другу
Супруги смогут разлюбить.
Но что они взамен получат?
Воспоминание о любви
И, может быть, детей хороших,
Что смогут их продолжить род.
Тогда зачем все это надо?
Чтобы прожить не одному.
«Но это же эгоистично!» —
Воскликнет юная душа.
«Зато, однако, так практично», —
Ответит старая душа.
Вот и живут все по инстинктам,
А кто придумал так всем жить?

Наша любовь

Вот наша любовь – будто пламя свечи,
То ярко горит, то тухнет в ночи.
На пламя свечи сильный ветер подул,
Подул – не задул, и снова горит,
Колышется пламя на ветре.
Свечу я поджег, влюбившись в тебя,
Не тухнет свеча, горит на всю жизнь.
И ты поняла, что пламя горит,
Союз двух сердец – решен неспроста,
Его подбирали на Небе.
Прекрасная ты, загадочный я,
Но только вот мы совсем не семья.
Ты любишь свободу, но вместе.
Не каждый поймет, но пусть не поймет.
Не все же живут по стандартам!

Сердце

Она прошлася мне по сердцу
И затоптала его в кровь.
Она ни капли не любила,
Не понимала мою боль.
Она была красоткой томной
И не любила никого…
Меня небрежно так ласкала,
Чувств не имея, как змея…
И далее идет, смеяся, не понимая ничего.
Когда б она любить умела,
Была бы счастлива сама.
Но есть порода дам холодных —
Имеют страсть, а сердца нет!
Для них нет чувств – есть только цели,
Они живут лишь для себя,
Они имеют только тело —
Красивое – и гордый нрав!

Обжигай меня!

Заболтаешь ты меня – слишком много слов,
И обнимаешь – обожжешь, словно кипяток!
Твои руки и язык доведут меня.
Я сожму тебя в руках, бестия моя!
Буду страстно целовать и чулки порву,
Пламя страсти бушевать будет до зари!
Ты простая, и я прост – любишь, так люби,
Ну а если надоест – сядь да покури.
А потом опять пойдет этот танец тел,
Ненасытная душа знает свой удел!
Подарю звезду тебе – с неба украду,
Пусть сияет блеск в глазах у тебя всегда,
Чтобы ты меня ждала, и приеду вновь,
Одиноко одному в Питере мне жить.

Роза

В зимнем саду замерзла роза.
Она боялася мороза.
Вчера еще она цвела,
Но выпал снег, и ей хана.
Она засыпана снежком,
Ее не срезали – забыли…
Вот так меняется судьба —
Не сделать вовремя нельзя.
Потом уж делать бесполезно,
Учтем же, как нам жить полезно!

Самая горячая!

Яркая, горячая, ты сожгла меня.
Умная, красивая, юная моя!
Я в твоих объятиях – словно весь
В огне. Жаль, что редко видимся,
В остальном все в кайф!
Ты меня пьянишь собой, словно ты вино
Молодое-кислое с родины твоей,
Где сейчас так солнечно,
А у нас тут дождь…
Рожденная под солнцем ты,
Южных ты кровей,
Ну а я весь питерский,
От мозга до костей.
Я тебя обрадую питерским стихом,
Ты меня побалуешь каберне-вином!
И обнимешь крепко ты, чтоб вскипела кровь,
Будем веселиться мы – пить и танцевать,
И ночами лунными будем мы не спать!

Эта дама

Эта дама приходит, уходит, оставаясь в душе навсегда.
Для нее я игрушка – забавно ей смотреть,
                                                                        как страдает душа.
Она думает, я пострадаю, разлюблю и пойду танцевать
или новых найду себе пассий, но как сильно ошиблась она!
Я ее лишь одну обожаю, ей одной лишь дарю я цветы,
а она так капризно вздыхает и не хочет меня, дурака.
Она, в общем, конечно, согреет, и уступит на миг, и уйдет,
ну а я, свою жизнь изживая, буду грезить о ней,
                                                                                     лишь о ней!
Идет время, она несерьезна, я серьезно ее лишь люблю.
И вот тут происходит чудное, я у Бога ее попрошу,
и она тогда вздрогнет, проснется и поймет,
                                                                           что она для меня,
потому что нельзя других мучить,
                                                          не отдавшись им навсегда!

Неприступная

Я сжигаю себя, как в камине, мое сердце – там море огня.
Люцифер не жжет души так сильно,
                                                              как сжигаю себя я, живя.
Я люблю эту гордую даму, она смотрит, смеясь, на меня.
Она думает, я сумасшедший, в ее сердце холодный расчет,
она хочет, чтоб я ей был другом, потому что,
мол, я не такой, как она там когда-то мечтала,
когда строила образ себе.
Безгранично мое обожание,
                                                 как же мне ей любовь доказать?
Я уехал, и на расстоянии я могу лишь о ней помечтать.
Представляю ее дивный образ, возгораюсь огнем и хочу!
Пред собой я ее четко вижу, и хватаюсь я за пустоту,
и она, мне в ответ улыбаясь,
                                                 страстно смотрит и хочет меня!
Нет, конечно, я не сумасшедший, просто я могу видеть ее:
видеть эти прекрасные ноги, видеть руки и видеть глаза —
в них сейчас было много печали,
                                                        значит, нынче грустила она.
Только с ней я забылся и счастлив: наконец-то она поняла,
что мы созданы, как одно Солнце,
                                                    и теперь будем вместе гореть!

Любимой

Блаженна, ласкова, прекрасна, была в объятьях ты моих,
Ты возбудила силу чувства, которое во мне кипит!
Теплы, жарки, взаимны ласки, я от тебя был без ума,
Ты – дочь огня, и не напрасно себя тебе я вмиг отдал.
Теперь с тобой хочу жить вечно под светом
                                                                              Солнца и Луны.
Ты – бездна откровений женщин,
                                                      в тебе от каждой есть из них!
Меня огонь твой разогреет на много долгих дивных лет,
Когда в любовном танце будем крутиться,
                                                                            словно карусель.
Я страсть свою солью с твоею, и мы откроем в рай врата.
Я утону в твоем блаженстве —
Мы будем счастливы всегда!
В России много дивных женщин, но ты затмила их собой.
В тебе нашел я силу духа и море неги и любви.
Так оставайся же такою – звезда на небе навсегда!

В пылу любви

В пылу любви сгореть однажды можно,
ласкай меня, и ты поймешь, возможно,
что счастье есть – и не в огне, а в чувствах,
которые нам подарил Амур.
Те чувства не дают нам спать ночами,
пускай огонь горит,
как само Солнце,
которое не может не светить.

Одно мгновение

Года сменяют поколения, жизнь улетает круто вверх,
Я так хочу остановить одно мгновение —
                                                            прикосновение губ твоих.
Живешь сейчас с другим ты где-то,
Я для тебя теперь никто,
Но то, что с нами так случилось, —
                                                        самой судьбой предрешено!

Татьяна

Татьяна, милая Татьяна,
Поверь, мне больно – я один,
Хожу по комнате, страдаю и о тебе одной мечтаю.
Зачем не хочешь меня знать?
Зачем меня ты хочешь гнать?
Ну не гони меня, Татьяна,
Позволь хоть видеть мне тебя,
Ну хочешь, я твоим слугою стану,
Рабом иль рыцарем твоим?
Не отвергай меня, Татьяна, —
Могу с тоски я умереть!

В разлуке

Он и она – они в разлуке.
В разлуке можно умереть со скуки.
Не лучше ли им вместе быть,
О ссорах мелких позабыть
И заново Судьбу творить!

Два изумруда глаз зеленых

Два изумруда глаз зеленых меня сразили наповал.
Очарование улыбки, как будто вход в любви врата.
Все это ты – моя шалунья, я очарован лишь тобой.
Лишь от тебя хочу блаженства, ты – тихий ангел с алтаря.
Душа твоя тонка, изящна, поймет томленья Nicola.
Хочу с тобою целоваться, в порыве страсти сжать тебя!
Пусть наши души содрогнутся —
                                                         и горы рухнут пусть в поля.

Одиночество

Мне одиноко, я мечтаю.
Мечты безумны у меня.
Мне кажется, что я летаю
До звезд и выше – в никуда.
Мне грезится, что ты со мною,
Что вместе мы с тобой летим.
Земля уж в шарик превратилась…
Я счастлив, я ведь не один.
Но, вдруг очнувшись от мечтаний,
Я вспоминаю – я один…
Еще сто грамм я наливаю,
Чтобы забыть, что я один.

Неприступная моя

Ну зачем мне небосвод без тебя?
Ну зачем мне Солнца лик без тебя?
Ну зачем свобода мне без тебя?
Не нужна свобода мне без тебя!
Не нужна морская даль без тебя,
Заменила б ты мне всё – будь моя!

Муки сердца

Я забыл, что такое спокойствие, —
Мне не спится теперь по ночам.
Я лежу на кровати, измученный,
Вспоминаю, как встретил тебя,
Вспоминаю глаза твои серые,
Что не в силах забыть никогда,
Я не верил, что может случиться так,
Что однажды в мирской суете
Я случайно с тобой повстречаюсь
И вдруг вспомню, что значит любить.
Для тебя я всегда много сделаю,
Все что хочешь, ты только скажи,
Ну а жить без тебя мне не хочется,
Не нужны без тебя даже сны.

Расставание

Без тебя мне тоска, но я должен уйти.
Взяв твой образ с собой,
Я уйду в никуда, не сказав тебе то,
                                                            зачем ехал к тебе.
Если я не в себе иль устал, с пути сбился,
Ожидание встречи согреет меня:
Вспомню губы твои и улыбку —
                                       сразу станет на сердце легко.

Тоска

Я один, я страдаю, я думаю: «Когда ж снова увижу тебя?»
Я боюсь, ты откажешь во встрече мне —
                                                              и тоска уничтожит меня.
Вспоминаю, как раньше встречались мы,
Как испортил я все в один раз,
И теперь я жалею об этом так,
Так жалею, что слезы текут.
Не забуду я очи черные, голос тихий, тепло твоих рук.
Иногда я с досадою думаю, что не встречу тебя никогда!

Где предел любви?

Ты прекрасна и умна,
То добра ты, а то зла.
Ты страстна, и страстен я.
Ты упрямая, как я.
Меня будешь обнимать —
Тебя буду целовать
И от ласок умирать.
От любви твоей я пьян,
Глаз твоих люблю дурман.
Наше счастье – океан,
Полный вод, он так глубок.
У любви есть потолок?
Или, скажем, где предел?
В жизни много разных дел,
Но важнее ты всех дел!

Яна

Яна шла, улыбаясь задумчиво.
Легкий ветер за нею летел.
У нее настроение странное,
Мысли спутались, глазки горят.
Закурила она сигареточку
(Снова начала Яна курить)
И подумала: «Что я тут делаю?
Этот город так скучен и сер…»
Вот бы ей оказаться в Австралии,
Там, где пальмы и плещет волна!

Девушка-звезда

Мне бы быть с тобой навсегда.
Ты прекрасна, как та звезда,
что на Пути Млечном горит.
От любви мое сердце сгорит.
Посмотри теперь на меня —
тоже буду я, как звезда,
для тебя ярким светом гореть,
как бы нам с тобой не сгореть!
Очарованный тобой, буду только я с тобой.
Ты, как горький шоколад,
вмиг растаешь – буду рад я тебя
обнять, ласкать, страстно в губы целовать.
Ты красива и стройна – мне другая не нужна!
Я поверженный тобой —
                                         буду счастлив лишь с тобой!

Единственная моя

Если Пушкину сто дам
И Есенину сто дам
Надо было полюбить,
Чтобы Казановой быть,
То я верен лишь одной.
Дон Кихот – вот мой герой.
Дульсинею он любил
И за ней одной ходил.
Ей, как рыцарь, он служил
И цветы лишь ей дарил.
Всякий подвиг – для нее
(У него было копье,
Мог он биться за нее).
Мог он жить ради нее.
Но вы скажете: старо
Поведенье таково.
Что сейчас, мол, другой век,
Верность – это прошлый век.
Но я вам скажу вот что:
В моей Яне есть ведь все,
Что бывает сразу в ста —
Ум и грация, краса тела и лица,
Весела ее душа, интуицией сильна,
И накрыть ведь может стол,
И поддержит разговор,
Коль захочет – покричит,
А захочет – помолчит,
Огнем страсти обожжет,
Приласкает и поймет,
Ну и с волею она —
Не поспоришь, и умна.
Вот нашел ее одну,
К ней лишь страстию горю!

Мечта

Я тебя полюбил и страдал,
И о ласках твоих я мечтал.
Грезил я, что мы будем вдвоем,
Что от счастья в экстазе замрем,
Ощущая, как кровь в нас кипит.
И вот – в жизни настал этот миг!
Теперь дальше не хочешь идти,
Обретая иные пути.
Ты в ответ полюбила меня,
И мы слились, как реки-моря.
Я так счастлив, целуя тебя,
Ты раскрыта, лаская меня.

Признание в любви

О ты, прекрасная богиня!
Я уж давно тебя люблю
И без тебя жить не могу.
Я долго думал о тебе,
И ты приснилась мне во сне.
Приснилось, будто полюбила меня душой и телом ты,
Мы были счастливы весной.
Не видел девушки красивей, чем ты, богиня красоты!
Лицо твое луне подобно, глаза – две сказочных звезды.
Белы, как жемчуг, твои зубы, и целовал тебя я в губы.
Идешь ты – словно пух летит, и меркнет все перед тобою!

Он ей сказал, она в ответ сказала

Огонь твоих глаз я не в силах забыть!
Скажи: почему ты не можешь любить?
– Я не люблю тебя,
Ты это знаешь.
Я не люблю себя,
И в облаках ты не витаешь.
И ты не мой, и не твоя я.

Памяти Владимира Высоцкого

Кто на Запад смотал, кто на дно тихо лег,
                                                                     кто режиму служил,
Красный флаг целовал, а кто встал во весь рост
                                                                   и вдруг правду сказал
И ушел в никуда. Он ушел в никуда,
                          но он правду сказал, не сказал – прокричал,
простонал и струну оборвал, на весь мир прокричал,
                                                на весь мир простонал и струну
оборвал, и убили его, чтобы он не мешал,
                                                и не пел, и не спорил с судьбою.
Жизнь как подвиг прожил и ушел в никуда,
                                           но остался он жить в своих песнях.
А когда я уйду, встречусь с ним навсегда,
                                      обниму и скажу: «Друг, мы с тобой же
вдвоем за флажки убежали сюда – в никуда – навсегда…»

* * *

С буквы Е начинался стих его,
                                                продолжаясь сложною рифмою,
что гитарным аккордам подвластна лишь.
Струны рвал он, как вены пред смертию
                                                     (от уколов они все изранены),
напряженье его ахиллесово
                                          разрывало пространства гармонию,
когда он про волков пел надрывно нам,
                                             задыхаясь в поту перед публикой,
на концертах его замирали мы,
                                          так открыто сказал он о жизни нам,
не боялся он смерти непрошеной,
                                         раздавая талант свой пригоршнями,
он шутил и смеялся до слез. Все,
                                              что сделано им, – нам останется,
на века эти песни запомнятся,
                                                его голос, на диски записанный,
нам поет, и мы слушаем заново,
                                               будто с нами Володя, не умер он,
но решил навсегда вопрос Гамлета:
можно быть и не быть, но остаться здесь —
                                                             в своих песнях живет он;
на кладбище только тело его похоронено.
Он при жизни пил водку стаканами
                                             и друзей собирал вокруг толпами,
но прожить мог бы долго, не мучаясь,
                                                         если бы не предал его друг
(«Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг, а так»).
Этот недруг врачом был подосланным,
залечил он его от наркотиков, на которые сам посадил его,
посоветовав их вместо водки, он,
                                                  и затем, выполняя инструкции,
залечил врач Володю на радость им.
Не могли они с ним совладать никак,
                                            был Высоцкий фигурой заметною,
на беседы его вызывали все,
                                                   предлагали не лезть на рожон.
Но не слушал Володя сатрапов тех,
жил, как пел: не боялся ни слов, и ни пули
и в привычные рамки не лез.
И тогда по решению органов
залечил его врач на дому.
Две недели лечил «друг» Высоцкого,
и не клал он его в стационар.
И крутило его, и кричал он,
но врач к стулу его привязал, повторяя:
«Мы дома управимся, надо только еще потерпеть».
А потом, когда вены порвались,
умер бард, прокричав еще раз.
И приехала после милиция, и писали они в протокол,
что убил врач его ненамеренно, и что врач был агент КГБ,
и что скорая поздно приехала
                                                   и ничем уж помочь не смогла…
На суде получил он условный срок,
но пред Богом ответит подлец.
Хоронили Володю народом всем,
                                                    и остался он в наших сердцах.
А душа его поднялась на небо, и оттуда он смотрит на нас.
И поможет поэтам, что вновь придут,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.