Око Элиона
Приключения Братислава
Леонид Григорьевич Богданович

© Леонид Григорьевич Богданович, 2024

ISBN 978-5-0060-9699-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ОПАСНЫЕ ЗНАКОМСТВА

Темница. Темно, правда, на то она и темница. А ещё вонь немытых тел, гнусные рожи вокруг, да холодные, сырые стены и пол. Моё тело вряд ли пахло розами, а вот про своё лицо ничего сказать не могу. Никаких отражающих поверхностей в темнице нет, и как я выгляжу, я не видел. Да и не больно то и хотелось. Стражники поймали меня, обвиняя в убийстве, и отделали так, что вот уже три дня лицо оставалось распухшим. Кроме того, долгое нахождение среди скопления разнообразных отбросов общества не лучшим образом сказалось на моём здоровье. Болезни быстро передавались от одного заключённого к другому, и ратники почти каждый день наведывались к нам для того, чтобы вынести очередного усопшего. Как выдержал организм и не дал мне погибнуть оставалось загадкой. Лёжа на каменном полу тюрьмы, я вспоминал те события, из-за которых оказался в столь незавидном положении.

В тот злосчастный вечер я возвращался из лесу, близь окрестностей Медыня, направляясь в таверну, которую очень хорошо знал. Ведя праздный образ жизни, я избегал службы и работы. Был повесой, бродяжничавшим по лесам, изредка нанимаясь на сдельную работу только для того, чтобы прокутить заработанные далеоны в пивных. Не утруждая себя ни приобретением знаний, ни стабильностью, я просто наслаждался жизнью, не имея никаких целей и планов. Конечно, кое-какие знания я получил. Всё что касалось съедобных трав, кореньев, грибов и целебных растений было мне известно, да и то потому, что вечно ошивался в лесах. Охотиться я не умел, предпочитая охоте готовую дичь в кабаках. Вот и тогда я собирался присоединиться к развесёлой компании своих друзей, имевших обыкновение коротать время за кружкой пива. Подходя к корчме, я поразился необыкновенной тишине и отсутствию света в окнах. Думая, что мои товарищи решили разыграть очередное представление, я без страха ступил внутрь с зажжённым факелом. Картина, представшая взгляду, ошеломляла. Внутри был жуткий беспорядок, а все люди мертвы. Позади раздался смешок, свист рассекаемого воздуха, и моё сознание померкло. Очнулся за столом, сжимая в руке окровавленный тесак. В ту же минуту помещение заполнилось ратниками. Без лишних слов и разбирательств они избили меня, связали и потащили в Медынь. Спустя месяц заключения состоялся суд, который происходил на площади города. Для экономии времени меня вывели на эшафот, и судья огласил приговор о смертной казни через повешение, за убийство пятнадцати человек. Палач со знанием дела накинул верёвку на шею.

– Вы хотите казнить меня, – закричал я, – даже не сделав предположения, что я не мог совершить такого преступления! Люди, неужели вы не видите, что я не способен на это?!

– Да что тут предполагать? – возмущенно удивился судья, – Ты убийца. Свидетелей полно.

– Казнить его. – обратился он к палачу.

– Подожди! – раздался вдруг властный голос, – Я хочу послушать, что он может сказать в своё оправдание.

Все обернулись посмотреть на говорящего. Ратники споро раздвигали толпу, и к судье величественно подошёл царь Руцкар.

– Говори! – взвизгнул судья в мою сторону, поражённый этим событием не меньше моего.

– Я… я не способен убить человека! – с безумной надеждой обратился я к царю, – Это были мои друзья. Меня оглушили, когда я зашёл в таверну, а ратники не стали разбираться. Меня подставили!

Глаза царя сверкнули. Он внимательно оглядел меня, и я прочёл в его взгляде разочарование.

– Похоже на правду. – молвил он, – На убийство ты не способен. Слишком хил и слаб. А на что ты способен? Чем ты добываешь средства к существованию? Ты вступил в войска?

В голосе царя сквозило нетерпение.

– Я не состою на службе. – испуганно ответил я, – Иногда я работаю и…

– Значит бродяга и вор. Казнить тебя было бы несправедливостью по отношению к людям, которые кровью и потом добывают себе на хлеб, защищают нашу землю, в которой, к великому стыду, есть такие как ты!

Я молчал. Во мне закипала ярость. К своему удивлению я заметил признаки одобрения моей реакции на лице царя.

– Пожизненные каторжные работы отныне твой удел. – продолжил он, и сказав несколько слов на ухо судье, которых невозможно было расслышать, удалился.

Толпа загудела, недовольно обсуждая приказ царя, отменившего кровавое развлечение. Испытав целый каскад чувств от паники до надежды, из-за внезапного помилования, и от злости до отчаяния, из-за несправедливого приговора, я потрясенно смотрел на площадь, поверх людских голов, когда внезапно почувствовал боль в груди. Обратив взор на собравшихся людей я заметил фигуру человека, лицо которого почти полностью было скрыто под капюшоном. Но даже через плотную ткань в том месте, где должны были располагаться глаза, сверкнули и погасли огоньки, которые обожгли снова. Ратники грубо стащили меня с помоста и отвели в темницу. Дверь захлопнулась и надежда на освобождение испарилась. Гораздо позже я узнал, что в тот день всем приговоренным к смерти заменили наказание на пожизненные каторжные работы. Это была милость, но тогда никто из заключённых, включая и меня, не был способен оценить её по достоинству.

– Странно как-то всё. – донеслись до меня слова одного из ратников, – Что это царю вздумалось снизойти до этих бродяг? А впрочем неважно, они всё одно сдохнут на рудниках.

– Да уж. Царь не в себе с тех пор, как из-за придворного гласа пропала его дочь, Стелла. – ответил второй.

– Как пропала?

– Просто пропала вместе с целой комнатой. Неужели не слыхал? Поговаривают, что царский глас Мира баловался с запретными силами, и что даже стал гласом Смерти. Видать что-то напутал. Теперь на месте покоев царевны скальная глыба.

– А что случилось с этим гласом?

– Был с позором изгнан до тех пор, пока не вернёт царевну. Но он очень осерчал и сейчас является самым страшным врагом царя. За него объявили награду неимоверную за живого, или мёртвого, но охотников осталось мало. Уж очень много бойцов полегло, пытаясь добраться до него. Поговаривают ещё, что они с царём братья кровные, а ведь вражда какая! Да только гибнут в ней простые, вот как мы с тобой, а им и дела нет.

– Вот так дела! – присвистнул тюремщик, – Царь, получается, сильного врага себе нажил, но в живых оставил?

– Получается так. Неосмотрительно конечно. Я бы…

Голоса постепенно удалялись, и понять что-либо ещё из их разговора стало невозможно.

Обведя камеру глазами и осознав, что снова нахожусь в компании преступников, я хмуро ухмыльнулся.

– Что ты ухмыляешься, Братислав? – спросил меня Лейн, отодвинув от себя тарелку с жутким месивом из непонятно чего, но явно подгнившего – типичная наши харчи. Его, как и всех ждала участь до скончания жизни гнуть спину в рудниках в обмен на еду, – Неужели тебе не страшно?

– Страшно? – переспросил я, – Меня должны были казнить, а вот поди ж! Чего бояться то? Работай себе, получай удовольствие.

– Удовольствие сомнительное. – ответил Лейн, – Ты как хочешь, а я постараюсь сбежать, когда нас будут конвоировать.

На этом наш едва начавшийся разговор внезапно завершился. Заскрипели ржавые петли и решётка начала открываться.

– Эй, крысы! – услышали мы грубый голос стража, – На выход! Шевелись! У вас появился шанс сделать хоть что-то полезное. И благодарите царя, за возможность жить, трудясь на благо Тэксиса.

Сердце моё наполнилось жгучей благодарностью, особенно после того, как стражи стали поднимать нас с помощью дубинок. Я и сам старался быстрее покинуть смрадную камеру и выйти на свежий воздух, но всё же отхватил пару чувствительных ударов.

Уже во второй раз мы прошли через красивый город в окружении злых стражников, но я старался не замечать моих конвоиров и хмурые лица горожан, недовольных тем фактом, что нас временно разместили в их таком уютном городе. Нет, я шёл, мечтая о том, что когда-нибудь смогу также, как и все эти напыщенные снобы, вальяжно гулять по мощёным улицам, благоухающего цветами Медыня.

Солнце пекло, но небольшой ветер делал ситуацию сносной. Нас построили в колонну по два, связав руки и ноги верёвкой, позволявшей передвигать ноги. Выйдя из города нас направили вверх по дороге, ведущей к рудникам в горах. Путь предстоял долгий и, собрав остатки сил, наша жалкая колонна с каждым шагом приближала момент своего обречения на вечную каторгу. Дорога была пыльная, заключённые много кашляли, то и дело замедляя шаг. Стражи без стеснения пускали в ход кулаки и избивали провинившихся. В один из таких моментов, когда стражи отвлеклись, Лейн, с помощью неизвестно откуда взявшегося у него ножа, перерезал верёвки и задал стрекоча.

– Смотрите все! – почти торжественно вскричал сотник стражей, примостив к плечу арбалет, – Эта крыса выбрала свою судьбу!

Лейн отлично понимал последствия своего поступка, поскольку, не поворачиваясь и не сбавляя темпа бега, вдруг начал бежать, петляя, как заяц. Ещё двое стражей прицелилось. Шансы Лейна уменьшались, но он развил приличную скорость, и его фигура становилась всё меньше и меньше. Просвистел первый болт – мимо. Второй лишь оцарапал плечо. Уже все заключённые, включая меня, орали подбадривающие слова беглецу. Казалось, что у него получиться скрыться. Но болт, выпущенный сотником на опережение, пробил убегающему спину. Он сделал пару конвульсивных шагов, а затем, раскинув руки, упал лицом на камни. Среди заключённых воцарилась тишина.

– Что ж, мне понравилось! – засмеялся сотник, – Кто-нибудь ещё хочет побегать?

Он обвёл взглядом всех нас. Желающих, естественно, не оказалось.

– Тогда вперёд, рвань! – заорал он.

Так я лишился единственного знакомого в нашей разношёрстной компании. Это был хороший человек, с кем мне изредка было охота поговорить. Он конечно и строил из себя бандита и отъявленного головореза, но я точно знал, что посадили его за бродяжничество.

Наш путь пролегал по живописной местности, и я старался отвлечь себя прекрасными видами на зелёные поля, где трудились крестьяне, весёлым шумом быстрой реки, катившей свои воды нам навстречу, и отдалённым гулом водопада. Но скалы медленно надвигались, а вместе с этим мрачные мысли заполняли голову. Я знал, что как только мы пройдём ущелье и достигнем рудников, мне уже больше никогда не увидеть света дня. Едва мы зашли в ущелье, стражники достали оружие. Это показалось очень зловещим. В ущелье воцарилась тишина, прерываемая лишь нашими шагами и позвякиванием металлических доспехов стражи.

– Смотреть в оба! – произнёс сотник стражникам, – Все на чеку!

– На что смотреть? – полюбопытствовал один из заключённых, и тут же получив по зубам умолк, прикрывая окровавленный рот ладонью. Внезапно в ногу вцепилось что-то и повалило меня. Началась паника. Заключённые и стражи валились на землю, с криком пытаясь отцепиться от того, что удерживало их на земле. Я посмотрел на свои ноги и мне стало плохо. Кости, некогда составлявшие основу руки человека, крепко держали за ступню. Стражи остервенело рубили эти кошмарные руки, но это было не самое страшное. С вершины скалы к нам по воздуху летел то ли человек, то ли жуткое существо в образе человека. Сотник был готов к этому. Пара гласов Мира, сопровождавших его, по команде достали странного вида камни, и направив их в приближающегося противника, атаковали потоком сверкающей энергии. Нападавшего это только позабавило, поскольку он разразился издевательским хохотом. Выставив свою руку вперёд, парящее существо что-то произнесло сквозь зубы. Рядом со мной раздался страшный взрыв. Заключённые, гласы и часть стражи погибли в одночасье. Мощной волной меня отшвырнуло на камни, приложив всем телом о скалу. Застонав от боли я повернул голову, как раз вовремя, чтобы увидеть как пришлый, сверкнув глазами, заставил сотника воспламениться, и, через несколько секунд, от несчастного остался лишь обгоревший труп. Ужасный человек приближался, шагая мимо поверженных, изуродованных тел. От него волнами, на многие метры вперёд, в пространство, изливалось могущество, которого мне в жизни не доводилось ощущать. Я закрыл глаза и притворился мёртвым.

– Встать!

Это относилось ко мне. Я с усилием поднял голову. В глазах вспыхивали кровавые пятна, но через них я сумел рассмотреть высокого, пожилого человека в замысловатой броне. Голову его уже тронула седина, но взгляд из-под густых серебряных бровей оставался пронзителен и остр. Физически он не выглядел дряхлым стариком, и хотя его тело было скрыто под одеждами странного покроя, в плечах он был широк, а мышцы живота крепки и подтянуты. Лицо избороздило множеством морщин. Высокий лоб выдавал в нём ум, а массивная челюсть была подстать воину, но не колдуну. Сейчас, когда он отошёл от битвы, а волны энергии стихли и больше не пытались снести всё на своём пути, я понимал что передо мною всё-таки человек. Но смотреть ему в лицо было невыносимо страшно – тьма клубилась где-то далеко в его глазах и ждала малейшей возможности вырваться наружу. Я поднялся и пошатываясь предстал перед ним во всей своей красе.

– Живой, значит везучий. – утвердительно произнёс он, полным и сильным голосом, – Меня зовут Казимир, я глас Смерти.

Он оглядел меня с ног до головы и остановился на моём лице.

– Братислав… – прохрипел я.

– Разве я разрешал тебе говорить? – прервал он меня, – Твоя задача слушать. Я подарил тебе жизнь и свободу в обмен на задание, которое ты выполнишь.

– Спасибо, Казимир. Конечно, я сделаю всё, что ты попросишь. – поблагодарил я его, – Но почему ты решил спасти именно меня?

– Тебе далеко до того, чтобы понимать все хитросплетения мира. – ответил он, – Ты есть звено в игре сил и это всё, что тебе следует знать.

Воспоминания о недавних событиях обрушились на меня. Вспомнилась несостоявшаяся казнь, странный человек толпы, прожигающий взглядом, и разговор стражей о вражде царя с его братом. Возможно передо мной сейчас стоял тот самый глас Смерти, за поимку которого была объявлена великая награда. Теперь было кристально ясно почему осталось мало охотников до его поимки, но зачем ему понадобилась моя скромная фигура оставалось для меня загадкой.

– Что должен сделать я для великого гласа Смерти? – как можно угодливее спросил я, низко поклонившись.

Казимир презрительно посмотрел на меня, но ответил:

– Ты должен будешь поработать посыльным. Твой путь лежит до ближайшей крепости, в которой обосновались гласы Мира. Ступай за мной.

Резонно посчитав, что полезнее для здоровья будет выполнить приказ гласа Смерти, я бросил опасливый взгляд на останки стражников и послушно последовал за новым знакомым. Мы недолго поднимались по тропинке вверх, а миновав заставу на перевале, где вместо охраны остались чёрные, выгоревшие круги на земле, с устойчивым запахом палённого мяса, тропинка нырнула вниз. Передо мной открылась долина, густо покрытая растительностью и кишевшая всякой живностью. На песочном берегу реки, почёсываясь на солнышке и поедая какую-то траву, грелись шувуи. Эти опасные речные существа густо населяли берега всех рек Тэксиса. Опасность заключалась в их длинных и острых когтях на перепончатых лапах и в их невероятной агрессивности. Хотя их челюсти были больше приспособлены для поедания мягкой пищи, известны они были тем что, при помощи своих когтей, превращали незадачливых охотников в хладные трупы и затаскивали в реку под корягу. Затем, подождав когда тела разложатся, поедали их. Рядом со шувуйями на песке грелись гигантские вараны, от которых тоже ничего хорошего ждать не приходилось. Ближе к опушке леса, там где зелёная трава образовывала живописные лужайки, в несметном количестве паслись дроморнисы. Так назывались птицы – переростки, с массивным острым клювом, лишённые крыльев. Недостаток этот покрывался мощными лапами, с помощью которых птицы развивали высокую скорость при беге.

Гигантские шершни, занятые своими делами, кружили вдоль берега реки, а совсем вдалеке я рассмотрел какое-то животное, от которого холодок пробежал по спине. Какие ещё опасности могли подстерегать в тени лесов, оставалось только догадываться. На фоне всего этого природного великолепия, своим видом резко выделялся бурый замок, окружённый различными постройками, которые в свою очередь охранялись массивным частоколом.

Мы спускались всё ниже и ниже, минуя множество интересных трав и грибов, и Казимир наконец заговорил, нарушив тягостное молчание:

– Когда проникнешь в крепость, смотрителем которой поставлен весьма неприятный тип, по имени Бойдан, постарайся не попадаться охране на глаза. Слухи о том, что рабы для рудников уничтожены вместе с охраной, ещё не скоро дойдут до царя, но к этому времени тебе нужно будет сделать всё для того, чтобы тебя не признали беглым каторжником. Добейся встречи с Бойданом, а когда он тебя примет отдашь ему этот амулет, защищающий от влияния сил, в качестве подарка.

Казимир протянул мне плоский металлический амулет, выполненный в форме снежинки.

– И это всё?

– Нет. – покачал головой Казимир, – Сразу после этого ты отправишься на болота. Мне нужно знать, как далеко зашла в своих исследованиях группа людей, именующая себя Прозревшими.

– Прозревшие, – повторил я, – а что они исследуют?

Глаза Казимира вспыхнули. Казалось, он настолько был разозлён моим преждевременным вопросом, что готов был испепелить меня на месте. Но спустя секунды раздумий медленно произнёс:

– Они поклоняются некоему идолу, черпают силы от него. Поначалу я решил, что это очередной безумный бред. Прозревшие употребляют курительные смеси имеющие специфическое воздействие на сознание человека. Но оказалось, что их божество на самом деле обладает силой, поскольку приближенные Дариона, не говоря о нём самом, обрели могущество, которое продолжает расти. Медленно, но численность этих идолопоклонников растёт, а вместе с тем растёт и их сила. Твоя задача узнать, что является источником их силы.

– А как я смогу это узнать?

– Идолопоклонники активно вербуют всех, поскольку им постоянно не хватает людей.

– А ты знаешь, куда люди деются? – уточнил я, предательски дрогнувшим голосом, – Почему им постоянно не хватает людей?

– Вот это ты и выяснишь. – холодно ответил Казимир.

Тем временем, мы спустились в долину и шли по дороге между редких деревьев. Сквозь их листву уже проступали очертания крепости. Казимир остановился и развёл руки в сторону. Пространство вокруг него исказилось волнами, словно в страшную жару. От испуга я шарахнулся в сторону, а глас, сведя руки над головой, бесшумно растворился среди леса.

Протерев глаза и убедившись что всё это мне не почудилось, я в нерешительности остановился размышляя над тем, что делать дальше. Впрочем размышлял недолго, поскольку назад в Медынь вернуться я не мог, а увильнуть от выполнения поручения гласа Смерти, который играючи расправился с двумя десятками вооружённых людей и умел перемещаться в пространстве, было равносильно самоубийству. Усталость и голод принялись за своё скверное дело, но огромный частокол из массивных пород дерева, являвшийся наружным кольцом защиты каменной крепости, с каждым шагом становился всё ближе, и я надеялся, что добрые люди в крепости не дадут мне умереть с голоду.

Тяжёлые ворота были широко открыты, но находились под охраной двух стражей. Сделав отстранённое выражение лица, я попытался миновать их, надеясь, что на меня не обратят внимания.

– Стой! – проорал страж, не оправдав моих надежд, – Куда это ты собрался?

– Внутрь. – как можно скромнее ответил я, – Я очень устал и голоден.

– А почему ты думаешь, что я пропущу тебя просто так?

– Но что тебе может быть нужно от меня? – удивился я.

– Может при тебе есть далеоны? – предположил он, – Скажем, пара далеонов для меня и пара для моего друга.

– Где я тебе их возьму?! – взорвался я, понимая что меня ожидает перспектива остаться голодным на сутки, а то может и больше, – Включи свою тупую башку и попроси что-нибудь попроще!

Не успел я осознать всю глупость мною сказанного, как острая боль ожгла бедро. В добавок стражник так саданул меня в грудь сапогом, что я отлетел метра на два, растянувшись на земле. Поскольку разговор как то сразу не задался, я пополз прочь от стражей к реке, стараясь побыстрее увеличить разделяющую нас дистанцию. У реки я осмотрел ногу и обнаружил ужасно выглядевшую рваную рану от меча. Кровавый след тянулся по песку за мной от самых ворот. Я понял, что если быстро не остановлю кровотечение, то потеряю сознание, а поскольку никто не спешил мне на помощь, за потерей сознания последует смерть. Мой взгляд упал на травы, что буйно росли у воды, и я разглядел тростник, останавливающий кровотечение. Я сорвал широкий лист, и сковырнув ногтями верхний слой так, чтобы на поверхности листа выступила прозрачная жидкость, приложил его к ране. Проделав эту операцию столько раз, сколько это было необходимо, чтобы закрыть всю длину пореза, почувствовал жжение. Чтобы не стонать от боли, я сорвал ствол тростника и разжевал его, поглощая сладковатую жидкость. Процесс заживления начался споро. Кровь перестала бежать, как только я приложил целебные листья, а рана потихоньку начала затягиваться тёмной корочкой. Из-за необдуманных, в сердцах сказанных резких слов, моя нога навсегда получила безобразное украшение в виде шрама, с лёгкой подачи клинка стража, но хотя бы рёбра остались целы.

Валяясь у реки в опасной близости от летавших здесь шершней, я стал понимать всю важность предостережений Казимира. Решив впредь держать язык за зубами, я аккуратно стал перемещать своё многострадальное тело к тени деревьев, росших чуть западнее входа в крепость. Доковыляв до них, увидел, что не одному мне по нраву эта тень. Там находилось трое парней. При каждом была кирка и мотыга. Не нужно было быть семи пядей во лбу, для того, чтобы догадаться кто это. Рудокопы сидели вокруг костра, на котором весело булькала какая-то похлёбка.

– Можно составить вам компанию? – спросил я, подойдя поближе.

В ответ я услышал долгое молчание, а затем один из них, что выглядел старше, сказал:

– Это стражник так тебя отделал?

Я кивнул, присаживаясь у дерева и опираясь на него спиной.

– А что ты через южные ворота сунулся? Давно же все знают, что лучше через северные.

– Ну, видимо, я к этим знающим не отношусь. – постарался улыбнуться я, – А если вы в крепость идёте, с вами можно?

– Выглядишь ты так, что у меня у самого руки чешутся тебе оплеуху отвесить. – недовольно произнёс рудокоп.

– А что не так? – устало спросил я.

– Грязный, тощий, заросший, в рванине! – начал перечислять все мои недостатки он, – Очень подозрительно выглядишь. Уж не сбежавший ли ты каторжник?

– Нет. – отмахнулся я как можно беспечнее, – В лесу много времени провёл. Бродяжничал, заблудился, ну знаешь как бывает?

– Ага. – неопределённо ответил рудокоп.

– А где тут можно одежду взять? – спросил я, – Может, ты одолжишь?

– Чего? – возмутился он, – Никто тебе ничего одалживать не будет. Одежду можно купить в крепости, у Челка. Для этого конечно поработать надо, чтобы далеоны водились. Но тебя всё одно не пустят.

– Выручи, а? Очень мне внутрь надо!

– Да всем очень надо! – фыркнул он, – Много вас тут таких объявляется, да только мрёте вы как мухи, имени не запомнить. Можешь даже не представляться, вдруг скоро представишься?!

– Как же мне тогда быть? – понурив голову, печально произнёс я, – Хоть совет какой дай.

– Ну, наперво, – ответил он очень довольный тем, что к его словам прислушиваются, – вот тебе бритва. Сходи, побрейся. Во-вторых, сними с себя всю рвань. Потом возвращайся, скажу дальше что делать.

Поблагодарив рудокопа за неожиданное участие, я отправился назад к реке. Солнце скатывалось к горизонту, окрасив её воды в красный цвет. Чтобы видеть своё отражение света пока хватало. Я начисто сбрил густую бороду с усами и бакенбардами, убрал свисающую чёлку, и как можно короче срезал волосы, придав им некое подобие порядка. Затем я снял с себя остатки рубашки и укоротил рваные штаны, превратив их в шорты. Обувь снимать не пришлось, поскольку её давно на мне не было. Из реки на меня смотрел зеленоглазый молодой человек среднего роста, с нагловатой улыбкой, ширококостный, но настолько худой и измученный, что казалось прожил дюжину веков.

Песок быстро отдавал тепло, предавая день и полностью принимая сторону ночи. Я стал мёрзнуть. Поспешив обратно к весёлому костру хмурых рудокопов, я присел поближе к оживляющему теплу, и вернул бритву её хозяину.

– Это другое дело! – похвалил мою работу рудокоп, – Завтра мы пойдём в крепость, через северные ворота. Там на смену Лихой заходит, десятник. Он не требует платить сразу, но не обольщайся слишком. Потом он заставит всё отработать, но это будет меньше, чем возьмут на южном входе. Я дам тебе мотыгу, так ты будешь на рудокопа похож. С нами ты не пойдёшь. Не хочу, чтобы из-за тебя у нас проблемы возникли. Смотри, увяжешься за нами, получишь киркой промеж глаз!

– Спасибо, дружище! – ещё раз искренне поблагодарил я, – Только не пойму, что ты ко мне столь щедр?

– Долг платежом красен. – ответил он, – Попадёшь внутрь, там и поговорим.

– А скажи мне, – полюбопытствовал я, – почему вы так спокойно сидите здесь? Разве рудокопам разрешено свободное перемещение?

– Вот ты тёмный человек. – вплеснул он руками. – Разве ты видишь калёные метки на наших телах? Мы рудокопы, но свободные!

– Точно. – хлопнул я себя по лбу, – Я ведь того, пока по лесам шлялся немного не в себе стал. Много забываю что.

– Понятно. – отрезал рудокоп неприятным тоном и отвернувшись от меня продолжил трапезу.

Несмотря на то, что котёл был больших размеров, никто из рудокопов и не подумал поделиться со мной пищей. Запив голод речной водой, я примостился у костра и, впервые за долгое время, заснул здоровым сном.

Спалось не долго. Ближе к рассвету костёр, оставленный всеми без присмотра, погас, и я проснулся от дикого, как мне показалось, мороза, пробирающегося по моим костям прямо к сердцу. Рудокопы, согретые одеждой, сладко спали, а я, чтобы не околеть, начал пританцовывать на холодном песке. Осознав, что это бесполезное занятие, отправился к реке в поисках сухого валежника. У реки небольшой прохладный ветерок ввёл меня в такое отчаяние, что я чуть не убежал снимать одежду с рудокопов, но, пересилив себя, продолжил поиски. Минут через десять, поиски увенчались полным успехом. Огромный ствол сваленного ураганом дерева наполовину лежал в воде, собирая на себя все ветви и сор, сплавлявшиеся вниз по течению. К рудокопам я вернулся с целой охапкой горючего материала. Работа была проделана немалая, и я согрелся. Бросив всё это в потухший костёр, и старательно раздувая краснеющие угли, чем разбудил спящих, я только сейчас понял, что тело освободилось от малейших признаков боли, или стеснения в движениях. Аккуратно убрав с ноги прилипшие листья лечебной травы, ожидаемо увидел свежий шрам, но рана больше не кровоточила. Я не мог не радоваться этому факту и настроение портило лишь чувство нечеловеческого голода. Даже в темнице нас кормили, пусть и весьма поганой едой, а здесь я оказался предоставлен сам себе и никто не заботился о том, чтобы мой желудок был сыт. Огонь запылал, охотно делясь теплом, но я уже не мог заснуть, и сидел перед ним, временами плотоядно посматривая на троих рудокопов. Затуманенный разум рисовал картину того, какие отличные щи из них могли бы получиться. Я старательно гнал эти химеры прочь, ужасаясь самому факту их наличия, и испытывал серьёзные опасения по поводу здоровья своего рассудка.

Быстрокрылые птахи отпели свои песни, приветствуя новый день, заодно отогнав преследующие меня жуткие образы. Солнце встало так высоко, что его лучи начали обжигать, когда мои лежебоки стали собираться в крепость. Песок по своему обычаю тут же переметнулся на сторону дня, полностью отрицая свою причастность к деяниям ночи, и стоять на нём голыми пятками опять стало невыносимо. Мы проделали довольно большой путь, обходя крепость, и я смог оценить её размеры. Я шёл далеко позади рудокопов, чтобы не нервировать их, и потому был избавлен от необходимости участвовать в бою с дроморнисом, на которого они нечаянно наткнулись. Исход битвы оказался не в пользу птицы, и спустя небольшую заминку, мой авангард достиг северных ворот. Я же отстал от них, поскольку не мог себе позволить ни секунды больше ходить голодным. Кое-как разорвав мотыгой большую ляжку дроморниса, словно дикий зверь я впился в неё зубами, отрывая куски и проглатывая не прожёвывая. Остановился только тогда, когда мозг подал сигнал, что понимает какую пищу он получает. Умывшись в реке, огибающей крепость, я подошёл к северным вратам. Здесь стражников тоже было двое, но один из них выделялся массивной фигурой, мощными доспехами, с большим количеством металла, и боевым арбалетом за плечами. По всей видимости, это и был десятник Лихой.

– Так-так-так! – приветствовал он меня, – Это кто же к нам пожаловал?

– Свободный рудокоп. – ответил я, вперев взгляд в землю.

Десятник молча рассматривал меня и я тоже молчал, боясь добавить хоть слово, или пошевелиться.

– Да ты не бойся, малыш! – успокаивающим тоном произнёс он, – Никто тебя обижать не собирается! За вход положено платить далеонами, но если их нет у тебя сейчас, то ты можешь отдать мне позже.

– Это правда? – обрадовался я, – Сколько стоит вход?

– Всего то один далеон! – весело сказал он, – Это не много, ведь верно же?

– Да, наверное… – засомневался я, – Ну я пошёл?

– Да-да! Иди! Только не забудь, завтра ты должен будешь отдать мне пять далеонов.

Холодный озноб прошиб меня. Я повернулся к Лихому, который насмешливо смотрел на меня.

– Что это значит? Ты же сказал один далеон? – сглатывая ком в горле, спросил я.

– Да ты успокойся! Всё верно! – начал объяснять он, – За тебя один. За то, что я жду день один. И три за твоих друзей, что прошли здесь чуть раньше тебя бесплатно. Это же были твои друзья, так? Они сказали, что ты платишь за них. Но если это не так, то я верну их сюда и мы всё на месте исправим! Что скажешь?

Что-то в его вкрадчиво успокаивающем тоне не внушало доверия, и я решил не прибегать к его столь радушно предложенным услугам.

– Нет, всё правильно. Плачу я. Я только не понял на счёт пяти…

– Ну… – протянул он, – Ты ведь должен признать, что это я иду тебе навстречу. Я ведь несу, по сути, потери. Беру лишь половину обычной платы за вход через южные ворота, к тому же жду целый день. А ведь мог бы потребовать дополнительную плату за каждого вошедшего, за которого ты поручился, понимаешь? Теперь до тебя дошло?!

Мне ничего не оставалось кроме как согласиться с железной логикой Лихого, и не менее железным бердышом, пристёгнутым к его поясу. Так я оказался должен пять далеонов, при том, что понятии не имел где их взять. Легко было догадаться, что за несдержанное обещание здесь могут сильно покалечить, тем не менее, цели своей достиг. Я был внутри и мог встретиться с Бойданом, у которого решил потребовать награду далеонами за доставленный амулет. Настроение улучшилось, и я поспешил разыскивать вход в каменную крепость.

Внутри было тесно от грубых, деревянных, наскоро построенных хибар. Практически в каждой находился человек. Это я отметил сразу, поскольку заранее продумывал вариант предстоящего ночлега. Свернув от входа налево, я выбежал к рынку, на котором шёл нешуточный торг. Здесь далеоны обменивались жителями на всевозможные вещи, еду и, конечно же, оружие. Понаблюдав с минуту за людьми, я сразу же выделил несколько человек, у которых доспехи были не такие как у стражей. Это могло означать только то, что они принадлежат к какой-то определённой классовой группе. Про стражников говорить не приходилось. Их было видно издалека, и я старательно прятал свою персону от их случайного внимания. На ком-то были тяжёлые, более надёжные доспехи, а на других попроще, но тоже достаточно хорошие. Большая часть остальных людей носила штаны и куртку из грубого, серого материала.

В самом центре рынка я увидел человека, чей внешний вид выделял его из толпы. Одет он был абсолютно иначе, чем все остальные: широкая свободная одежда зелено-желтых цветов, имела железные нашивки, закрывающие правую сторону тела от возможного удара. Лысая голова была испещрена татуировками, так же как и руки, на запястьях красовались боевые браслеты с зажимами для оружия. Всё в нём выдавало поединщика. Он только что освободился от груза двух мешков, забрав у торговца какую-то мелкую вещь, и раскурил папиросу. Очень скоро приятный, одурманивающий аромат горящей травы разлился над всем рынком. Боец преисполнился блаженства. Я уже собрался было подойти к нему полюбопытствовать, что за табак он курит, как вдруг моё внимание упало на знакомого рудокопа, что так милостиво одолжил мне свою бритву.

– Здорово, добродел! – зло сказал я, развернув его за плечо к себе лицом.

– Здоровее видали. – ответил он, сбив мою руку со своего плеча, – Что, мотыгу принёс?

– Сейчас я этой мотыгой тебе все зубы выбью!

– Легче щенок! Будет тебе известно, что если вздумаешь доставить мне хлопот, стражи вывесят твою пустую голову сушиться на этом частоколе! – он показал на стену, с висящими на ней страшными украшениями. Я тут же сбавил обороты.

– Дошло? – издевался он, – Мы не зря платим стражам за защиту. А теперь говори, что бесишься?

– Так ты мне сказал, что через северные ворота дешевле выйдет, а Лихой потребовал с меня за вход пять далеонов!

– Неужели? – опешил он.

– Вот так! Так и сказал, мол я должен заплатить за трёх своих друзей, что раньше прошли, за себя и за день ожидания!

– Мда… – протянул рудокоп, – Я сказал ему, что ты за меня платишь. Это было честно, ведь так?! Я не знал, что и остальные за твой счёт прошли. Что сказать? Я перед тобой чист, а с Лихим ты в плохую переделку попал. Верно, он решил новичка жизни поучить.

– И что мне делать теперь?

– Хочешь, ищи остальных ребят, чтобы спросить с них, а лучше ищи далеоны. Иной день бывает короток, знаешь ли. – философски ответил он, и неприятно усмехнувшись отправился дальше по своим делам. Удерживать его смысла не было.

Все остальные мысли у меня из головы, словно ветром выдуло. Я и не ожидал приветливого отношения, но нарваться в первый же день на неприятности с весьма опасным человеком в мои планы тоже не входило.

Миновав множество жилищ, я наконец подошёл ко входу в замок. Массивная фигура огромного человека закрывала проём каменной арки. Он возвышался на две головы над стражами, находившимися по соседству с ним, равнодушно оглядывая пространство карими глазами. Коротко остриженную голову украшало три выбритые сбоку полоски, а в левом ухе болталась крупная серьга. На лице его застыло угрожающее выражение. Иногда он сжимал и разжимал мощную, выдающуюся вперёд челюсть, поигрывая желваками, да и всё его тело периодически двигалось из стороны в сторону, будто повторяя заученные движения боя. Его нагрудный доспех изображал льва с оскаленной пастью, а вооружён он был длинным двуручным мечом, рукоять которого торчала над его головой. Я остановился перед ним.

– Чего тебе? – раздался сильный густой голос, и его карие глаза без всякого интереса пробежались по мне.

– Мне надо войти. – мой голос дрогнул, сорвавшись на хрип. Стражи за его спиной издевательски заржали.

– Тебе нельзя. – так же равнодушно произнёс он.

– Мне надо к Бойдану. – вспомнил я, стараясь сохранять спокойствие, тогда как сердце стучало в бешеном ритме.

– Вот как? – несколько заинтересовался он, – А ты собрал согласия ходоков?

– Н.н.нет.. – ответил я, понимая что опять плохо разбираюсь в ситуации.

– Тогда чего ты мне мозги паришь? – спросил он меня спокойно, но я почувствовал, как внутри него закипает гнев.

– Я впервые здесь. – на свой страх и риск продолжил я, – Кто такие ходоки?

– Не лезь ко мне с дурацкими расспросами. – ответил страж и добавил, – Напротив, видишь, стоит хижина? Это лачуга Далибора. Обычно он любит возиться с желторотыми. Всё, ступай.

Почувствовав, что продолжать расспрос будет опасно, я развернулся и отправился к указанной хижине.

Далибор, сухощавый, жилистый человек, в светло коричневых доспехах с красными полосами, сидел на скамье перед хижиной. Чёрные волосы на его голове были собраны в косичку, а острое скуластое лицо с пронзительными голубыми глазами, увенчивала клиновидная бородка. В руках, увитых мощными жилами, он держал меч и чистил его. Рядом с ним, прислонившись к стене, стоял отличного вида лук и колчан полный стрел.

– Привет, Далибор! – поздоровался я, – Меня зовут Братислав.

– Здорово! – ответил он, не прекращая работу, – Судя по тому что ты идёшь ко мне от сотника, ты ищешь наставника?

– Да. Ты будешь наставлять меня? – с надеждой спросил я.

– Буду. – он улыбнулся, показав ровные белые зубы, – Только не думай, что я собираюсь делиться опытом бесплатно. Плата высока – половина от всего, что тебе удастся заработать. Так как? Всё ещё хочешь ко мне в ученики?

Ни секунды не раздумывая я кивнул, считая большой удачей найти человека, который желал бы поделиться опытом, всего то за далеоны.

– Вкалывать придётся много. – предупредил он, испытующе глядя мне в глаза, – Возможно, некоторые задания будут даже связаны с риском для жизни, но я научу как свести риск к минимуму и, на первых порах, буду активно помогать тебе решать твои проблемы.

– Это именно то, что мне нужно! – обрадовался я тому, что выход из моих проблем оказался совсем рядом.

– Замечательно. – потёр руки он, – Мне как раз нужен помощник.

Далибор отставил меч в сторону и деловито разложил стрелы на лавке, проверяя наконечники и оперение.

– Ты в крепости уже верно давно. В какие неприятности успел попасть?

Я смущённо рассказал ему про случай с Лихим, думая, что после этого Далибор не захочет больше со мной разговаривать, но изумлённо услышал:

– Ай, молодец!

– Почему? Меня же развели, как простофилю!

– Не ты первый, не ты последний. А молодец, потому, что не стал Лихого привлекать к решению твоих проблем. Сейчас тебя бы уже все презирали. Поверь, Лихой может такое вытворить. Например, с помощью тех же рудокопов выставив твоё дело так, что ты сначала пообещал заплатить, а потом отказался от собственных слов. Или как-то наказал бы рудокопов, и они начали бы мстить тебе. Мог быть и любой другой вариант. В любом случае тебе бы пришлось искать защиты, и никто кроме Лихого тебе бы уже не помог. А за свои услуги он очень дорого берёт. Всё что у тебя есть.

Я слушал потрясённый тем, что так легко отделался. Теперь долг, который мне надо было вернуть завтра, не казался таким уж большим.

– Но долг мне надо вернуть всё равно. – напряжённо произнёс я.

– Надо. – согласился Далибор, – Мы, ходоки, не ссоримся с десятниками. Хотя мне часто охота набить им их наглые рожи.

– И?

– Что и? Я займу тебе далеоны, но вернёшь мне в два раза больше. Только отсрочка у тебя будет в месяц. А если сможешь раньше, то я буду только рад. – рассмеялся он.

Я облегчённо выдохнул.

– Теперь, что касается тебя. – продолжал он, – Уж больно ты слабоват, как я погляжу. Тут хиляки не выживают. С завтрашнего дня я займусь твоей физической подготовкой. Навыки у тебя какие-нибудь есть? Что-то полезное умеешь?

– Я немного разбираюсь в лекарственных травах. – ответил я, лихорадочно вспоминая другие свои сильные стороны.

– Хорошо. С этого можно начать. – одобрил наставник, – Целебную траву можно хоть и не дорого, но продать. Что ещё умеешь?

– Пожалуй, это всё.

– Хм. – нахмурился он, – Не густо. Да как ты вообще выживал раньше? Ну, ничего. Походишь, поучишься, глядишь, да станешь человеком. Вопросы?

– Есть. – кивнул я, – Что это за система у вас такая, со входом в замок?

– Да ничего особенного. – пояснил он, – Бойдану нужны стражи, а из кого их набирать? Они тоже гибнут. Вот он, так сказать, и позволил части влиятельных людей, из тех, кто уже себя проявил и больше не желает бездумно махать мечем, жить почти независимо, с привилегиями, отбирая для него подходящих кандидатов. Один из этих влиятельных людей, кстати, прямо перед тобой.

– Это я уже понял. – кивнул я, – А почему вы называетесь ходоками?

– Потому что ходить много приходится, – недовольно пояснил Далибор, – по поручениям разным от бояр.

– Ага. Понял. Извини.

– Так вот, мы отбираем новичков, тех, кто подаёт надежды, подготавливаем их и отдаём на съедение Бойдану.

– И меня на съедение? – притворно испугался я.

– Люди сами решают, что им делать, после того, как попадают в замок. Там роскошно, должен я тебе сказать, но лично мне роскошь не отбивает мозги. В основном же это воспринимается всеми как повышение.

– А в действительности? – полюбопытствовал я.

Он пожал плечами и ответил:

– Кто знает? Может так и есть.

– Отлично! Я обещаю выполнять все твои поручения. Даю слово! Что надо делать?

– Что надо делать? – передразнил он меня, – Тебе нужно будет узнать как можно больше влиятельных людей в этой долине, зарекомендовать себя. Тогда врата замка откроются и для тебя.

– Хорошо. – бодро ответил я.

– Первое задание получишь от меня. – ехидно добавил он.

– Спасибо Далибор. Скажи честно, почему ты помогаешь мне?

– Из корыстных соображений! – ответил он, – Я перспективных людей вижу. Думаю разбогатеть за твой счёт. Что тебе ещё рассказать?

– Общаясь с одним рудокопом, я выяснил, что их защищают стражи, от возможных неприятностей.

– И?

– А если мне просто необходимо некоторым из них доставить небольшие неприятности?

Далибор задумался. Верно прикидывал, как бы не вляпаться со мной в плохую историю, но затем, махнул рукой и сказал:

– Какого Шакса! Моё имя имеет не меньшую, а может даже и большую защиту для тебя. Так что действуй смело, но не перегибай палку. Убийства тебе никто не простит. Но для тебя же лучше лишний раз не ссориться со стражами. По крайней мере до тех пор, пока ты сам не станешь стражем.

– Ты считаешь, что мне под силу стать стражем? – потрясенно произнёс я.

– С моим опытом и твоим желанием. – ухмыльнулся он, – А теперь, по негласному обычаю у меня для тебя подарок.

Он ушёл в дом и через минуту вышел оттуда с одеждой, из серого грубого материала, кинжалом, сапогами и небольшим кожаным мешочком.

– Что это? – спросил я недоверчиво.

– Здесь пять далеонов. – ответил он, – Заплатишь Лихому. Но сначала переоденься. А то выглядишь совсем как беглый каторжник.

Окрылённый невероятной удачей и тем, что все мои проблемы с долгами получили отсрочку, я уверенно шагал в новой одежде к северным воротам, где на посту находился Лихой.

– Посмотрите, кто к нам спешит! С чем пожаловал, малыш? – обманчиво тепло улыбаясь, приветствовал меня десятник.

– Я принёс тебе плату. – заявил я, – Поскольку тебе не пришлось ждать, то я должен тебе четыре далеона. Справедливо?

– Всё верно. – прорычал Лихой, забирая далеоны, – Пошёл вон отсюда!

Нисколько на него не обидевшись я поспешил назад к Далибору, который теперь мастерил стрелы то ли на продажу, то ли для охоты.

– Что ты весь сияешь? – буркнул он, видя моё восторженное выражение лица.

– Вот. – протянул я ему далеон, – Лихой не ждал суток, так что должен я ему был четыре далеона. Теперь и мой долг перед тобой меньше.

– Честный парень? – восхитился он, – Далеко пойдёшь! Надо тебе сказать, мало кто удержался бы от соблазна прихватить себе далеон.

– Так это же глупо. – ошарашенно произнёс я. – Возвращать то всё равно придётся в два раза больше.

– Это была проверка, и ты её прошёл. – кивнул он, – Надо же мне знать, с кем я имею дело, не так ли? Сейчас я приглашаю тебя разделить со мной обед, но для начала возьми топор и наруби дров.

Пока я рубил дрова и аккуратно складывал их у дома про запас, стражи смеялись надо мной, показывали пальцами, отпускали шутки по поводу нового раба Далибора, но я не обращал на них ни малейшего внимания. Впервые в моей жизни появился человек, который поверил в меня, заявил, что я смогу, пусть с его помощью, стать кем пожелаю. Это было настолько необычно, что даже в мерзких ухмылках стражников я видел улыбку фортуны, что повернулась ко мне лицом.

Я перерубил целую гору чурок, и уже падал от усталости, когда Далибор позвал на обед. Усталость и мозоли я окупил с лихвой, набросившись на еду. Пища была проста, но настолько хорошо приготовлена, что я не оставил ни крошки на столе.

– Ну ты и жрать. – ухмыльнулся Далибор, – В следующий раз будешь покупать еду себе сам.

– Так я и поработал неплохо!

– Да где ж? Дрова только у меня нарублены. А у остальных, погляди! Как есть, ничего не успел сделать. – и он обвёл рукой все дома, количество которых я и сосчитать боялся.

– Прискорбно – прискорбно. – покачал он головой, – Ладно, этим завтра займёшься. Пока можешь обустраиваться в моём доме, кровать свободная имеется.

– Огромное спасибо, Далибор! – воскликнул я, пожимая наставнику руку, поскольку его слова означали что, во-первых, у меня появилось немного свободного времени, а во-вторых, что мне не придётся ночевать на улице, – Могу ли я прогуляться немного, развеяться? Заодно посмотрю, как здесь быт устроен.

– Это смотри сам, как пожелаешь. – нахмурившись, ответил он, – Разве что к арене близко не подходи. Там вечно торчит Сбыня, который ценит только силу и ловкость. А ты далеко не та силён и ловок, как следовало бы.

Как бы это ни звучало унизительно, и ни задевало самолюбие, возразить я не посмел. Пообещав, что с завтрашнего дня буду как можно больше и усерднее тренироваться и не давать себе спуску, я оставил своего наставника и, наконец-то, остался с собой один на один. Устало бредя по тропинке, я с интересом рассматривал местных жителей. Наступала вечерняя пора и люди стягивались к местам своего отдыха. Многие жарили мясо у костра, собравшись в небольшие группы. Стражники стояли на воротах, но большинство их предпочитало находиться во внутреннем дворе замка. Они свободно проходили на территорию замка мимо Торчина, и я с завистью глядел им вслед. Иногда попадались стражники, патрулирующие внутренний периметр крепости, но делали они это с такой неохотой и невнимательностью, что я легко избегал нежелательной встречи, сворачивая в сторону, или отступая и прячась за какое-нибудь неказистое строение. Из-за того, что мне приходилось резко менять маршрут, я в какой-то момент, абсолютно внезапно для себя, обнаружил, что подошёл ко входу в странное полукруглое строение. Это было пространство, огороженное забором, внутри которого, полукольцом, были установлены высокие скамьи для зрителей. В центре находилась неглубокая яма, для проведения поединков. Здесь не было никого кроме массивного лысого человека, который угрюмо сидел на лавочке у входа в арену. Запоздало вспомнив слова Далибора, о том, что мне не следует пересекаться со Сбыней, я хотел тихонько ретироваться, но тот уже заметил моё появление и мне стало стыдно показаться трусом самому себе.

– Бои пока не проводятся, – сказал Сбыня как бы невзначай, внимательно оглядывая меня, – но ставки делать можно.

– А какого размера ставка? – заинтересовался я, – И какой может быть выигрыш?

– Ставка от одного далеона. – хмыкнул Сбыня, – А выигрыш, по разному бывает. Неделю назад один счастливчик сорвал куш один к сорока!

– Здорово! – у меня загорелись глаза и я уже пожалел, что вернул своему наставнику далеон, – Прямо сейчас у меня нет нечего, что я бы мог поставить, но я заработаю, или займу. Когда будет бой? Кто дерётся? Я успею сделать ставку, скажем завтра?

– Ты, я смотрю, любишь делать ставки на бои? – приободрился Сбыня, и покровительственно положил мне руку на плечо.

– У меня долг перед Далибором, – поделился я, – вот я и подумал что смогу его вернуть быстро здесь.

– А! Так ты новый человек Далибора! – оживился Сбыня, – Слушай, тут такое дело. Давно не было боев, а всем нужно зарабатывать, понимаешь? Для организации боя мне не хватает одного человека. Деловое предложение к тебе. Послезавтра ты выходишь биться на арену, и в случае победы получишь двадцать далеонов.

– А что я получу, если вдруг удача окажется не на моей стороне? – уточнил я с сомнением.

– Разве доказать всем, что ты храбрый малый – это мало? – надвинулся на меня Сбыня, – Ты будешь в любом случае в выигрыше, поскольку получишь мою рекомендацию. Я человек влиятельный, моё одобрение тебе очень пригодиться.

Жадность и жажда лёгкой наживы сыграла свою злую шутку. Естественно я уже видел себя победителем боя. В сладких мечтах я был окружён вниманием, уважением, осыпан далеонами, и даже в мыслях не допускал поражения и последствий, которые могут ему сопутствовать.

– Ну, если противники не слишком сильны. – сделал я последнюю попытку перестраховаться, – Опыта боёв у меня не слишком много.

– Сильны? – пренебрежительно фыркнул Сбыня, – Нет, можешь не переживать за это. Я устраиваю только честные бои. Возьмём Збигнева, например. Он недавно стал стражником, но никто не видел чтобы он хоть раз с кем-нибудь подрался. А Синах? Вечно обкуренный бездельник! И, наверное, ещё Захар, человек Тверда. Хоть сам Тверд крут, но его люди, скажу я тебе, слабоваты будут. Да! Для начала, ты сразишься со Сбигневым. Не побоишься устроить трёпку этим хвастунам?

– Устрою. – согласился я, словно в тумане, хотя где-то в глубине души понимал, что совершаю несусветную глупость.

– Вот и договорились! – Сбыня схватил мою ладонь в свою лапищу и больно сжав, несколько раз её потряс, – Бой будет на мечах.

– Постой! – опешил я, – Я думал, что бой будет на кулаках.

– Кулаки, ножи, мечи… – хмыкнул Сбыня, – Да какая разница? Можешь использовать вообще всё, что под руку подвернётся. Или ты струсил?

– Но у меня, кроме кинжала, нет оружия!

– А вот это плохо. – безжалостно заявил Сбыня и ухмыльнулся, – Для тебя же будет лучше, если ты подыщешь себе что-нибудь приличнее, чем кинжал. Поверь, щадить тебя никто не станет, даже если ты выйдешь на арену с голыми руками. Ну всё! Бывай! Увидимся здесь послезавтра вечером!

Разведывать дальше окрестности разом пропало желание. Я глубоко вздохнул и, поникший, направился назад, ругая себя за то, что не прислушался к совету Далибора и в результате оказался по уши увязший в очередной неприятности.

Далибор занимался изготовлением стрел, но увидав моё лицо, отложил своё занятие.

– Что произошло? – подозрительно поинтересовался он.

Смущённо вздохнув, я рассказал всё как есть своему наставнику, и принялся ожидать бури, которая незамедлительно обрушилась на меня.

– Ты глупец! – орал Далибор, – Ты хотя бы понимаешь, что попал в серьёзную переделку? Я таких ослов в жизни не встречал! Неужели ты не мог выполнить всё в точности так, как я тебе сказал?! Зачем ты стал разговаривать со Сбыней?!

Эта вспышка агрессии пробудила во мне задремавшую было злость.

– Далибор! – твердо сказал я, – Что сделано, то сделано. Я признаю, что подвёл тебя, но сейчас мне нужна помощь. Научи меня сражаться, и я покажу, что меня не так-то просто одолеть. Я буду драться до последней капли крови!

– Да ты уже или труп, или калека! – ответил Далибор, в сердцах сломав стрелу, которую держал в руках, – У тебя ни опыта, ни навыков, ни терпения, ни расчёта! К тому же у тебя нет клинка!

И тут что-то вспомнив, Далибор резко оборвал свою проповедь.

– Так, ты сейчас же пойдёшь на торговую площадь, отыщешь там Челка. Он торговец оружием и он должен мне, за одно дело. Выберешь у него лучший клинок и скажешь, что если он отдаст тебе его бесплатно, то мы с ним квиты. Поторопись, скоро уже все разойдутся.

Пробегая по узким улицам к рыночной площади, я больше не старался скрываться от взглядов стражников, и несколько раз случайно сбил местных жителей, которые неспешно прогуливались, наслаждаясь вечерней прохладой. На их возмущённые окрики я не обращал внимания, полностью поглощённый своей целью. Найти нужного мне торговца оказалось легко. Его ассортимент состоял из разного вида оружия, которое он перегружал на склад, находившийся сразу за прилавком.

– Челк, постой! – обратился я к торговцу, едва переводя дух.

– Ты ещё кто такой? – проговорил торговец, не настроенный на дружелюбное общение со мной. При первом же взгляде Челк вызывал неприязнь, своим выражением высокомерия на лице, а при дальнейшем общении это ощущение только усиливалось. Как такой человек мог вести дела, было загадкой.

– Меня зовут Братислав. Я…

– Не утруждайся. – перебил меня Челк, – По тебе сразу видно что ты нищий бродяга, неизвестно каким чудом раздобывший одежду. Не удивлюсь если ты её украл, а то и того хуже – убил за неё какого-нибудь бедолагу. Ты тратишь моё драгоценное время. Поверь, я вовсе не горю желанием вести с тобой беседы. Разве что у тебя есть при себе далеоны? Очень сомневаюсь.

– Далибор сказал, что если ты отдашь мне клинок бесплатно, то вы с ним в расчёте. – выпалил я, покраснев от оскорблений.

– Далибор так сказал? – изогнул он бровь, и его неприятное лицо стало ещё более неприятным. Он смотрел на меня как на что-то мелкое, мерзкое и дурно пахнущее.

– Да, он мой наставник. – торопился объяснить я, чтобы быстрее завершить наше знакомство, – У меня послезавтра бой. Нужно оружие.

– Что ж, – вытащил и связки клинок Челк и протянул его мне, – Далибор уважаемый человек и его слово стоит дорого. Бери и исчезни.

– Постой, – возразил я глядя на на другой клинок изящной работы, в полтора раза длиннее того, что мне предложил Челк, – Слово Далибора, как ты сам сказал, стоит дорого. Поэтому я хочу тот меч, с навершием в виде розы.

– Да ты знаешь сколько он стоит?! – озлился Челк.

– Верно не больше твоего долга Далибору, и не дороже его слова? – парировал я.

– Ты наглый щенок. – сквозь зубы процедил Челк, – Я запомню тебя.

– А я постараюсь скорее тебя забыть. – ухмыльнулся я в лицо онемевшего от злости Челка.

Сам удивляясь своей наглости я, не спрашивая разрешения, взял клинок великолепной работы и сделал пару широких взмахов. Клинок хорошо лёг в руку и управлять им было легко и приятно. Я мог бы ещё долго рубить воздух, воображая себя невесть кем, но вспомнив, что мне следует готовиться к бою, поспешил обратно. Обрадованный отличным приобретением, я опрометчиво выбрал путь по широкой дороге, проходящей мимо множества домиков, и неприятности не заставили себя долго ждать.

– Вот он, Крив! – услышал я чей-то голос, а стражник вырос передо мною, появившись из-за угла ближайшего дома. На лице его была гадкая ухмылочка. Он дерзко и вызывающе смотрел мне в глаза.

– Привет, новичок! – сказал он неприятным голосом, полным издёвки, – Что-то ты не потрудился познакомиться со всеми порядочными стражниками, после того как проник в крепость. Избегаешь нас?

Я молчал, с досадой глядя на возникшую передо мной очередную проблему.

– Говорят, что ты очень скуп, и не уважил парней на северных воротах, как следовало бы. – продолжил Крив, – Да и к обычным людям относишься неуважительно. Носишься как угорелый тут, с ног всех сбиваешь.

– Что тебе надо? – раздражённо бросил я.

– Ох, как грубо! – рассмеялся он глядя на меня в упор и плотоядно облизывая губы, – Я ищу твоей дружбы! Ведь всем нужны друзья! А дружить с десятником, знаешь ли, очень выгодно. Никто тебя не обидит. Разве это не здорово?

– Я в состоянии постоять за себя.

– Как бы тебе не пришлось пожалеть об этом. – ответил десятник, зло сверкнув глазами.

Обогнув Крива и продолжив путь, я постарался скорее отмахнуться от его слов, но на проверку это оказалось не так просто. Его угроза была вполне определённа, и теперь я мог ждать нападения с любой стороны в любую минуту. Все чувства били тревогу. Я озирался по сторонам на каждый шорох. Быстро минуя убогие хибары и подозрительно поглядывающих на меня людей, я практически вышел к открытому пространству площади перед входом в замок. Видя Далибора, уже поздравлял себя с прибытием, как сзади послышался громкий свист, а из крайней лачуги, навстречу мне, вышел весьма озлобленный парень. Его волосы были всклочены на голове, глаза налились кровью. В руках он сжимал дубину, а к его поясу был пристёгнут нож.

– Так это ты, скотина, отказался платить Криву? – обратился он ко мне. Парень тяжело дышал и говорил сквозь еле сдерживаемую злобу. Вид у него, правда, был битый. Во рту не хватало нескольких зубов, уши неестественно торчали после неоднократных переломов, а нос был искривлён недавней травмой и здорово опух.

– Что ты растявкался, пёс? – поинтересовался я, направив меч ему в грудь, – Желаешь преждевременно покинуть мир?

Вид острого клинка быстро остудил пыл парня. Он остановился не решаясь приблизиться.

– Ты не захотел платить! – снова выкрикнул он, – Стражи обложили нас дополнительными выплатами. Всё из-за тебя! Рекомендую не спать по ночам, иначе не проснёшься утром.

– Ах ты… – воскликнул я, но остановился. Вокруг нас собралось много людей, в предвкушении драки. Стражников тоже было предостаточно, и я не знал, чем этот бой может закончиться для меня. По возгласам толпы я понял, что большинство полностью поддерживает моего противника. Я был совсем один. Далибор наблюдал за происходящим со стороны и не спешил вмешиваться. Тогда, призвав на помощь спокойствие и здравомыслие, я произнёс:

– Ты глупец! Я пару минут назад общался с Кривом, и всего минуту назад отказался платить. Подумай сам, как Крив мог знать заранее, что я откажу ему? Удивительно, что стражники успели всех заранее обложить дополнительными выплатами, не имея на то никаких мотивов! Они что, предсказатели? Молчишь? А я тебе отвечу. Они просто захотели сорвать с вас больше! Моё согласие, или несогласие платить, здесь абсолютно не причём. Любой, у кого есть хоть капля мозгов, поймёт это.

Моя речь, кажется, возымела действие. Люди поворачивались друг к другу, обсуждая наглость стражей, но следующее заявление беззубого, как я про себя его обозвал, испортило всю картину.

– Да какая разница! – заявил он, – Теперь Крив точно не передумает, а вот если бы ты согласился платить, то он послушал бы нас и вернул всё назад, как было. К тому же откуда нам знать, что ты не лжёшь? Кто может знать наверняка, что ты не общался с ним раньше?

– Всё! С меня довольно! – рявкнул я, обращаясь уже ко всем, – Ели вы не понимаете очевидных вещей, то продолжайте в том же духе! Увидите, как скоро будете платить в три раза больше, чем сейчас!

Я разглядывал толпу состоящую из веселившихся ходоков, злых стражников и хмурых рудокопов с простолюдинами. Стражникам очень не понравились мои слова, которые многим запали в душу. Это делало ситуацию ещё более опасной и я поспешил закончить представление.

– Давай дерись, или пошёл прочь! – обратился я к беззубому.

Тот, осыпая меня сквозь зубы проклятьями, всё же решил ретироваться. Другие не стали меня останавливать и я беспрепятственно подошёл к улыбающемуся Далибору, который весело подмигнул мне.

– Поздравляю! Не прошло и суток, как ты успел настроить против себя почти всех в крепости. Ты считаешь конфликт лучшим способом налаживать контакты?

– Если влиятельные люди будут на моей стороне, то наверное не важно с кем я конфликтую? – стал оправдываться я, – К тому же, инцидент произошёл из-за десятника Крива. А если я буду уступать стражникам, которых ты тоже не очень то и жалуешь, то как я сам смогу стать им?

Далибор постучал костяшками пальцев по столу и пригласил меня присесть.

– Ты очень правильно сделал, что не вступил сразу в бой. Стражники убили бы тебя. Ты поступил весьма предусмотрительно и это говорит в твою пользу. Думаю, что проблемный ты и своевольный человек, но мозги у тебя есть и значит не всё потеряно.

– Что значит этот разговор? – насторожился я.

– Я подумывал отказаться от тебя… – откровенно поведал мне Далибор.

– Как?! – с нескрываемым ужасом воскликнул я, – Я же отработаю все далеоны, которые должен тебе! Я сделаю всё что ты велишь, чтобы добиться уважения здесь. Поверь, это очень важно для меня!

– Успокойся! – рассмеялся он, – Спокойней, дружище! Я не оставлю тебя теперь. Нравишься ты мне. Напоминаешь меня самого в молодости.

– Фу! – с чувством неподдельного облегчения выдохнул я, – Тогда помоги мне с тренировкой. Дай урок владения клинком.

– Прямо сейчас? – приподнял бровь Далибор, – Нет. Давай дуй в дом и постарайся выспаться. Завтра с утра будешь тренироваться весь день.

Рано по утру, Далибор разбудил меня. Умывшись и приготовив нехитрый завтрак мы уселись за стол, подкрепить свои силы перед предстоящим днём.

– Как будем действовать? – поинтересовался я, уплетая вяленое мясо в прикуску с хлебом.

– Кто будет драться против тебя на арене? – вопросом на вопрос ответил Далибор.

– Збигнев мой противник. – ответил я, – А кроме нас в поединке сойдутся Захар и Синах.

– Так-так. – привычно постучал Далибор костяшками пальцев по столу, – Бойцы все посредственные, и Збигнев самый слабый из них. Но даже до него тебе далеко.

– Как мы поступим?

– Тебе нужно будет проиграть бой и при этом не получить травм, не говоря уже о том, чтобы остаться в живых.

– Проиграть бой?! – округлил глаза я, – Но как?

– Покажу, но после того, как ты пообещаешь мне беспрекословно выполнить то, о чём я тебя прошу. Если выйдешь в финал, тебя просто убьют. Призовой фонд от Бойдана составляет сто далеонов, а за такие суммы бояре захотят увидеть кровь.

– Обещаю. – кивнул я.

Далибор пытливо всмотрелся в мои глаза, и видимо, оставшись доволен, продолжил:

– Тебе следует понимать, что Збигнев владеет мечем лучше тебя, он сильнее тебя и к тому же защищён доспехом. Тебе нужно полагаться только на скорость и ловкость. Маловато времени для практики, но что поделать? Следуй за мной.

Далибор поднялся из-за стола и вышел из дому. Я последовал за ним. Миновав охрану ворот крепостного кольца, мы вышли на живописное место перед рекой. Пара массивных деревьев на поляне давали некоторую тень, а сама поляна густо поросла травой. Недалеко стояла давно покинутая хибара без крыши, сиротливо глядя на проходящих мимо путников пустыми глазницами окон. Далибор свернул с протоптанной тропинки вправо и остановился.

– Не будем терять времени. Здесь подойдёт. – сказал он, – Доставай своё оружие.

Сначала он показал мне, как правильно держать клинок и наносить удары, не теряя равновесия. Затем показал, как выполнять блоки.

– Не старайся блокировать удары жёстко. – говорил Далибор, – У тебя для этого недостаточно сил. Заставляй противника промахиваться. Каждая пустая атака забирает гораздо больше сил, чем та, которая встречает блок. Если вынужден принять удар на клинок, не стой как истукан. Пусть клинок примет атаку, но ты сам смещайся. Используй инерцию движения.

Говоря, Далибор всё это сразу показывал на примере, легко уходя от моих ударов, заставляя промахиваться, терять равновесие, а зачастую и вытаскивать меч из земли. С меня градом лил пот, я задыхался, и казалось, что тренировке не будет конца.

– Ты слишком зажат. – комментировал он, – Расслабь плечи. Меч должен стать продолжением твоей руки.

По наказу Далибора я целый день отрабатывал лишь пассивную защиту. Всё остальное мой учитель отбросил, как лишённое смысла, и я раз за разом делал одно и то же – уходил, а вернее пытался уходить от его ударов.

Солнце медленно снижалось, предвещая наступление вечера, но Далибор всё муштровал меня пока я не прочувствовал, о чём он говорит. Только тогда он остановил тренировку.

– Достаточно. За раз большего тебе не освоить. Продолжать смысла нет. Надо отдохнуть.

– Но Далибор, – возразил я, – ведь ты просто играл со мной. Я не нанёс ни единого удара который бы тебя напугал, или хотя бы заставил стать немного серьёзнее.

– Сколько ты провёл поединков? – улыбнувшись, ответил Далибор.

Я промолчал.

– Вот то-то и оно. – похлопал он меня по плечу, – А у меня очень большой опыт. Но не унывай. Кое-что у тебя очень неплохо получается, и думаю, что ты сможешь удивить Збигнева.

Мы медленно шли назад. Свободные рудокопы тоже устало возвращались в крепость после тяжёлого рабочего дня. Слышалась ругань, так контрастирующая с вечерним пением птиц и стрекотанием кузнечиков. Отдалённые удары молота о наковальню постепенно прекратились. Из леса стало доносится завывание волков, заставившее моего учителя улыбнуться. На землю опускалась приятная прохлада. Окружающий мир, его действо, нахлынуло на меня всей полнотой, стало как будто объёмнее, чётче фиксировалось в сознании, о чём я и поведал Далибору.

– Пока мы тренировались, – проговорил я, – мне казалось, что ничего кроме тебя и клинков не существует. А стоит расслабиться, столько всего кругом!

– Концентрация – это хорошо. – одобрил Далибор, – В бою ты должен быть сконцентрирован на противнике. Никакие второстепенные помехи не должны отвлекать. На арене будет много шума, народа, суеты, но только два главных действующих лица. Тем не менее, ты должен чувствовать себя и окружающее пространство. Любой камень, который ты не заметил, может привести к твоему падению, а падение к смерти.

– Как бы я хотел быть таким же мастером клинка, как ты!

– Мой конёк, вообще то, лук. – улыбнувшись, ответил мой наставник.

Мы беспрепятственно прошли мимо ухмыляющихся стражников, которые наблюдали за обучением. Но, несмотря на наглые ухмылки, никто из них не посмел потребовать плату за вход. Едва мы немного удалились, как один из стражников стал пародировать мои неловкие удары мечем, а остальные начали смеяться над его представлением. Я покраснел от стыда и злости.

– Не обращай внимания на этих клоунов. – успокоил меня Далибор, – Однажды они будут прятаться от страха даже при появлении твоей тени.

– Ты так считаешь? – спросил я, внутренне благодаря Далибора за поддержку.

– Конечно! – бодро заявил он, – Взгляни на Лихого и сам все поймёшь.

Я последовал совету Далибора и оглянувшись увидел, что Лихой сверлит меня взглядом. На губах его застыла улыбка, но взгляд выражал лишь злобу.

– Почему он так злиться на меня? Я же честно расплатился с ним.

– Злиться, потому что видит конкурента в тебе. – уверенно ответил Далибор, – Что ни говори, а для новичка ты начал совсем не плохо.

– Можешь ещё что-нибудь посоветовать мне, что было бы полезным в предстоящем бою? – снова озадачил я своего наставника, когда мы дошли до дома Далибора, и я с наслаждением вытянул ноги на любезно предоставленной мне хозяином кровати.

– Когда речь идёт о жизни, – немного подумав, ответил он, – не стоит гнушаться любой возможностью сохранить её. Упал, бей противника по ногам. Можешь бросить песок в глаза, чтобы ослепить. Натрави зверя на врага, себе на подмогу. Сцепились в клинч? Бей в пах, в шею, по глазам, ломай мелкие суставы. Даже солнечный свет может помочь тебе, если ты займёшь позицию спиной к солнцу.

– Ого! Парочку советов, возможно, и получиться применить.

– Да, но не забывай, что ты должен проиграть, и было бы просто отлично, если бы ты сломал меч Збигнева.

– Сломал?!

– У меча есть слабое место. Оно у самой рукояти. Его клинок вряд ли делался настолько старательно, насколько следовало бы. Поэтому, если тебе удастся провести достаточно мощный удар в нужную часть, меч Збигнева сломается.

– Он окажется безоружным. – в слух стал размышлять я, – И как мне тогда проиграть ему?

– Во-первых, – ответил Далибор, – не факт что этот трюк у тебя получиться. Запросто может случиться и так, что тебя вынесут с арены с тяжёлыми ранениями. Ну а во-вторых, если обезоружишь Збигнева, то сможешь поглумиться над ним, немного погоняв по рингу, и вызвать его на кулачный бой.

– В котором пропустив удар я могу притвориться, что потерял сознание. – догадался я.

– Верно. И в этом случае, возможно, толпа не даст добить тебя.

– Возможно? – иронично спросил я.

– Все будет зависеть от того, как ты будешь вести поединок. – пожал плечами Далибор.

Следующий день начался как и предыдущий – с тренировки и повторения уже пройденного. Единственная разница заключалась в том, что сегодня я нервничал гораздо больше. Далибор заметил это и неожиданно остановил тренировку, перейдя, как мне тогда показалось, к бессмысленным нравоучениям о том, что разум должен оставаться спокоен. Он заставлял меня смотреть на мирно катящую свои воды реку, слушать шелест леса, вычленяя отдельные звуки и концентрироваться на них. Но благодаря этому я смог остановить хаос в мыслях и убрать внутреннюю суету. Видя мои успехи, Далибор довольно пофыркивал и уже к обеду принял решение о том, что пора возвращаться в крепость, наказав мне никуда не отлучаться из его дома до вечера и постараться дать телу максимальный отдых. Сам же он удалился на охоту, которую, судя по всему, очень любил. Но как только я остался наедине с собой, плохие мысли снова полезли в голову. Чтобы чем-то отвлечься, я пренебрёг советом товарища и прогулочным шагом отправился в сторону торговой площади, стараясь в деталях запомнить расположение местных улочек.

Был полдень. Большинство людей покинуло торговую площадь, а оставшиеся скрывались от палящего солнца в своих хижинах. Прилавок Челка пустовал, а дверь показалась мне не запертой. Влекомый любопытством я подошёл ближе и убедился в том, что торговец действительно забыл повесить на дверь замок. Вспомнив его мерзкое лицо и обидные слова я захотел чем-нибудь насолить ему. Решение пришло как бы само собой. Я подумал, что раз сегодня меня могут убить, то и я могу позволить себе чуть больше, чем это возможно при обычных обстоятельствах. Осмотревшись кругом и не заметив ни единой души, я проник внутрь, прикрыв дверь за собой.

Чего только не было у торговца. Сундуки манили закрытыми на замок крышками, оружие и доспехи были разложены по полкам. Понимая что времени не много, я схватил внушительных размеров рог какого-то животного, сунул его за пазуху, приоткрыл дверь и, убедившись что нет посторонних глаз, поспешил назад спрятать свою добычу. Но вдруг, чья-то сильная рука схватила меня и затащила внутрь развалившейся хибары.

– Так-так! – насмешливо произнёс сухопарый мужчина в доспехах ходока с красными полосками, – Воруем у торговцев?

Я вырвался из его хватки и вытащив кинжал с вызовом смотрел на него, не зная как поступить. Мужчина отступил и обнажив меч с угрозой произнёс:

– Лучше спрячь оружие и давай поговорим.

Секунду я колебался, но потом убрал кинжал и ответил:

– Давай поговорим. Что тебя интересует?

– Меня зовут Кажен. – ответил он, самодовольно улыбнувшись, – Я торговец курительными смесями, особыми эликсирами и мясом. Ну и кроме всего прочего, важное лицо, с которым ты не захочешь ссориться.

Он прицепил меч к поясу и продолжил:

– Ты обчистил Челка. Мне особого дела до этого нет, но твои таланты могут пригодиться мне.

Я размышлял. С одной стороны я уже попался и он мог сдать меня стражам, а с другой стороны рисковал попасть в ещё более щекотливую ситуацию, связав себя излишними обещаниями.

– Если ты влиятельный человек в этой крепости, – ответил я, – я попробую помочь тебе, но взамен хотелось бы получить твоё одобрение моей кандидатуры в ходоки, перед Бойданом.

– А ты наглый парень! – засмеялся Кажен, – Не думаешь что, отказавшись выполнить то, о чем я тебя попрошу, тебя казнят стражники за воровство?

Я отрицательно покачал головой и ответил:

– Если бы ты действительно хотел этого, то уже звал бы стражу. А если они казнят меня, тебе придётся долго ждать новичка в этих краях.

– Соображаешь быстро. – с притворной злостью ответил Кажен, – Договорились. Теперь слушай, что нужно сделать.

– Слушаю.

– На болоте есть поселение Прозревших. У меня с ними деловые взаимоотношения. Я поставляю курительную траву высокопоставленным лицам, и всем остальным желающим в округе, а также продаю здесь их эликсиры. Траву и эликсиры готовит и продаёт мне Оргал – один из высших членов круга Прозревших. А недавно я был у него в гостях и видел рецепты приготовления эликсиров и курительной травы. Оргал, естественно, делиться рецептами не желает, но он не носит их с собой и оставляет в сундуке своего дома.

– И я должен принести тебе эти рецепты? – округлив глаза, поразился я такой удаче.

– А когда ты принесёшь их мне, – кивнул Кажен, – считай, что принят в ходоки. У меня очень хорошие отношения с Невзором, а он правая рука Бойдана.

– Это великолепно!

– В том случае, – уточнил Кажен, – если ты справишься с заданием. Более того скажу тебе, что даже если не все здесь поддержат тебя, моё слово будет решающим. Но конечно же, недовольных тобой не должно быть слишком много.

– Где мне искать Оргала? – молниеносно принял я решение.

– Могу указать тебе путь, но поскольку дорога лежит через леса и пустоши, которые кишат зверьём, лучше тебе найти проводника, сильного и ловкого, а также заинтересованного в том, чтобы довести тебя целым.

– И где же мне найти такого? – нахмурился я.

– Поищи на рыночной площади. – хмыкнул Кажен, – Этим обкуренным бродягам вечно нужны новые люди.

– Я берусь за дело, но мне понадобиться некоторое время. – ответил я не решаясь назвать конкретные сроки.

– У тебя времени столько, сколько его потребуется. Я готов ждать, но не забывай, что чем быстрее ты справишься, тем быстрее поменяешь свой статус. Это в твоих интересах.

Сказав это Кажен круто развернулся и оставил меня одного. С шумом выдохнув воздух и немного подождав пока он скроется из виду, я тоже покинул хибару, но за поворотом, как на зло, наткнулся на Сбыню.

– Вижу ты раздобыл себе меч. – окликнул меня Сбыня, – Неплохо.

– Верно, раздобыл.

– Не забудь, сегодня вечером бой. Не подведи меня. Будет много влиятельных людей, которым сможешь показать себя во всей красе.

Радость, от того, что удалось выйти сухим из воды после того, как обчистил склад Челка, куда-то бесследно улетучились, и я поспешил разыскать Далибора, чтобы поделиться с ним своими соображениями. Мне повезло. Я не только застал Далибора дома, но и попал как раз к обеду, когда мой желудок уже взвывал, словно сотня волков. Видя мой голодный взгляд, Далибор со смехом сделал приглашающий жест к столу, и я не стал медлить.

– Где тебя Шакс носит? – спросил он, отрывая жаренную ножку птицы.

– Я очень удачно повстречал Кажена. – ответил я, – Поэтому задержался. Он дал мне задание, которое хочу обсудить с тобой.

– Кажена значит… – протянул Далибор, глядя на то как я, разделавшись со второй ножкой, пододвинул себе всю птицу целиком, – И что же поручил тебе этот скользкий тип? Уж не принести ли ему свитки Оргала?

– Верно. – удивлённо промычал я с набитым ртом, – А что?

Далибор сделал паузу, а затем протянул мне кружку молока, покачав головой с нехорошей улыбкой.

– Час от часу с тобой не легче. Я смотрю, что страх смерти никак не влияет на твой аппетит.

– Со вчерашнего дня ничего не ел. – оправдывался я, – Кроме того, я ведь могу теперь не выходить драться на арену. Кажен сказал, что уладит все вопросы перед Бойданом, если их будет не очень много, потому что в отличных с ним отношениях.

– Так то оно так, да не совсем. – возразил Далибор, – Во-первых, в отличных отношениях с Бойданом может быть только сам Бойдан, да и то не всегда. Во-вторых, мой друг рассказывал, как некто хотел украсть свитки у Оргала, но попался его телохранителю. Может быть Прозревшие терпимо относятся к порокам и проповедуют мир, но их стражи очень суровые парни. Части того бедолаги долго ещё находили по всем дорогам.

– Думаешь, лучше подраться на арене? – поперхнулся я.

– Да, для того, чтобы не прослыть трусом. Но тебе также придётся подёргать смерть за усы, потому что Кажен теперь не выпустит тебя из-под своего внимания. Если ты не станешь делать то, что он говорит, то ни ходоком, ни тем более стражником, тебе никогда не стать.

Я отложил обглоданную кость в тарелку. Аппетит таки пропал. Мне казалось, что всё до сих пор идёт гладко и вот слова, похоже единственного по дружески настроенного ко мне человека, сдёрнули пелену иллюзии и окунули во мрачную перспективу. Я опустил голову, и мой взгляд упал на живот. Под рубахой смутно угадывались очертания украденного предмета. Хлопнув себя по лбу, я сунул руку и, достав рог из-за пазухи, протянул его Далибору:

– Вот обещанное тебе за помощь. Надеюсь, эта штука покроет хотя бы часть твоих усилий.

– Рог клингера! – восхищённо произнёс Далибор, – Да ты представляешь сколько это стоит?

– Думаю, не больше твоего вклада в меня. Я, верно, мастер попадать в неприятные истории?

Далибор с улыбкой покрутил рог в руках, прикидывая в уме барыши с его продажи, и окончательно повеселел.

– Скажу тебе откровенно, этот рог перекрывает твой долг за одежду, меч и за далеоны, что я одолжил тебе. Пока ты с честью выходишь из тех неприятных ситуаций, которые случались до сих пор. Как знать, вдруг удача не изменит тебе и впредь? А раз так, то надо быть полным кретином, чтобы перестать быть твоим наставником.

НА ГРАНИ

Стемнело быстро. Крепость, которую с наступлением ночи обычно накрывала тишина, сейчас гудела как растревоженный улей. Везде горели костры и факела. Люди устремились к арене, забыв об усталости в предвкушении зрелища.

– Пора. – сказал Далибор встав со стула, – Перед смертью не надышишься.

Я тоже поднялся, размял мышцы и оставив все свои вещи, кроме меча, шагнул из уютного тепла в прохладные сумерки. В полном молчании мы достигли арены. Её хорошо осветили факелами, чтобы все зрители могли разглядеть побоище в деталях. Скамьи заполнились почти полностью. Меж них важно прохаживался Сбыня добродушно общаясь с гостями. Он пребывал в отличном расположении духа. Простолюдины сидели на последних рядах, чуть ближе располагались ходоки, стражники расселись на первых рядах, но часть мест оставалась незаполненной. Бояре ещё не подошли.

– Сосредоточься на том, что я тебе говорил, – сказал Далибор, – Я не смогу быть рядом, но думаю, что смогу сделать кое-что для тебя и на расстоянии.

Далибор удалился и вскоре я увидел его среди ходоков. Рядом со мной внезапно возник Сбыня.

– Имя? – бросил он.

– Моё? – уточнил я, не сразу сообразив, что он обращается ко мне, – Братислав.

– Готов, Братислав? – спросил Сбыня, впрочем не ожидая ответа, – Спускайся на арену!

Он показал мне на ступени, которые, круто уходя вниз, вели к месту предстоящего сражения. Как только я вышел в ярко освещённый круг с обнажённым мечем, Сбыня стал рекламировать поединок. Пара парней, по всей вероятности помощники Сбыни, собирали ставки на победу. Я сделал несколько тренировочных взмахов, разминая плечи и вспоминая недавно полученные уроки. Толпа загудела. Четыре человека в богато украшенных доспехах заняли скамью на первом ряду, а на арену вышел мой противник. Как и говорил Далибор, он был защищён доспехами стражей. Збигнев злобно смотрел на меня. Выше среднего роста, широкоплечий, он играл бицепсами на руках, раздувал ноздри и выглядел грозно. Я попытался спокойно смотреть ему в глаза, но колени предательски задрожали. Человек напротив меня был готов пойти на убийство, и это отчётливо читалось в его взгляде.

– Сегодня, – донеслись до меня слова Сбыни, который уже давно что-то выкрикивал, – мы увидим, достоин ли Збигнев быть стражником, а Братислав стать в ходоком! Победитель поединка выходит в финал и будет сражаться за приз в сто далеонов! Для Збигнева сегодняшний бой – это шанс присоединиться к основному отряду стражников и иметь соответствующие привилегии этому статусу! Для новичка – это шанс заявить о себе! Бой обещает быть зрелищным! Делайте ваши ставки!

При этих словах Збигнев сглотнул слюну и нервно потряс руками. Было видно, что я для него лишь досадная помеха, от которой он готов избавиться, чтобы скорее получить обещанную ему награду. Он не принимал меня всерьёз, и я собирался этим воспользоваться. Один из бояр поднял руку к верху и, в наступившей тишине прозвучал грубый и надтреснутый голос:

– Бой!

Збигнев бросился на меня словно бык на красную тряпку. Сопровождая рёвом каждый взмах меча, он обрушил целый град ударов. Я блокировал, с трудом удерживая меч в руках. Вся арена гудела в унисон с лязгом железа. Силы у моего противника было хоть отбавляй. Не покажи мне Далибор, как правильно двигаться, этот парень давно бы уже смял меня. Пока я двигался, с трудом уходя от атак и стараясь предугадать очередной удар, у меня оставался шанс. Но в глазах зрителей я выглядел весьма жалко, ведь о том, чтобы атаковать самому, я даже и не помышлял. Хотя длина моего клинка и давала мне небольшую фору.

Постоянно отступая и убегая, я вызвал массу негативных возгласов со стороны трибун, но и Збигнев устал бегать за мной. Грех было этим не воспользоваться. Когда он в очередной раз промахнулся, я нанёс колющий удар в живот. Острие моего клинка встретил доспех, но зато я заслужил первые симпатии зрителей. Взбешённый стражник собрался разрубить меня напополам, обрушив удар сверху вниз. Я ждал именно этого. Уйдя из-под удара, я заставил Збигнева провалиться а его меч завяз в земле. Доли секунд понадобилось для решения о том, куда обрушить меч, но уйдя от соблазна, я оставил шею Збигнева в безопасности, и нанёс сокрушительный удар в основание меча противника. Как и предсказывал Далибор, меч Збигнева сломался, но и мой клинок настигла та же участь. Арена взорвалась торжествующим рёвом. Держа обломки мечей в руках, мы кружили друг против друга, а затем я, швырнув остатки клинка на землю, сделал приглашающий жест рукой. Збигнев тоже отшвырнул испорченное оружие и налетел на меня с кулаками. В кулачном бою я чувствовал себя гораздо лучше. Сказывался опыт прежних хмельных посиделок. Нырнув под его правую руку, я нанёс мощный апперкот в незащищённую челюсть, и со страхом увидел, как стражник падает на пол арены. Трибуны взревели, приветствуя меня как победителя. Я подошёл к поверженному противнику и убедившись, что он ещё способен подняться на ноги, решил пойти на риск. Отвернувшись от него, я обратился к зрителям, кланяясь и собирая похвалу. Лица бояр выражали крайнее недовольство. Встретив укоризненный взгляд Далибора, я весело помахал ему рукой. Вдруг выражение его лица поменялось.

– Сзади! – закричал он.

Я повернулся и увидел перед собой стражника. Он подобрал обломок меча и собирался зарезать меня, нанеся постыдный удар исподтишка. Я успел выставить руку для защиты. Металл прошёл меж лучевых костей и пробив руку насквозь, порезал бок. Збигнев рванул обломок назад, и на серую землю арены брызнула кровь. Перехватив руку с клинком здоровой рукой, я удивлённо посмотрел на вероломного врага. Стражник потянул на себя, заставив меня наклониться вперёд, а затем резко сместился в сторону, задней подножкой выбив опору у меня из-под ног. Страшный удар сотряс голову, и сознание на мгновенье померкло. Придя в себя я увидел, что всё ещё лежу на твёрдой земле арены. Стражник навалился на меня, удерживая обломок меча у моей шеи. Трибуны ревели требуя то пролить кровь, то оставить жизнь. Збигнев посмотрел в сторону, где сидели бояре. Снова наступила тишина, и я понял, что сейчас решится моя судьба.

– Пусть этот боец будет…. – произнёс все тот же надтреснутый и сиплый голос, – …жив!

Сказал он это с явной неохотой, но что-то заставило его принять такое решение. Возбуждённая арена взорвалась ликованием и проклятиями. Збигнев, недовольный таким решением, отшвырнул сломанный клинок и удалился. Я с трудом поднялся на ноги. В голове помутилось, я покачнулся, но чьи-то сильные руки удержали от падения. Не говоря ни слова, Далибор помог мне добраться до дому, уложил на кровать и обработал раны какой-то красной жидкостью. Сразу после этого порезы закрылись, кровь перестала бежать. Далибор дал мне выпить эликсир, и я почувствовал что силы вновь возвращаются ко мне, а боль ослабла настолько, что можно было не обращать на неё внимание.

– Спасибо! – поблагодарил я своего наставника, который был весь перепачкан в моей крови, – Ты спас мне жизнь!

– В этом ты сам себе здорово помог! – со смехом ответил Далибор, – Большинство влиятельных ходоков за тебя. Я лишь успел замолвить пару слов Кажену, а тот в свою очередь этому кровопийце, поэтому ты и жив остался.

– Кровопийце Бойдану? – уточнил я.

– Нет. Бойдан появляется только на финальных боях. Я говорю про Невзора, которому доставляет товар Кажен. Но не обольщайся. Ты жив лишь потому, что они ждут от тебя рецептов. Только прибыль, которую сулит обладание рецептами, перевесила жажду увидеть твою смерть.

– Ну их всех. – отмахнулся я, – Теперь точно повоюем. А что это за чудодейственное лекарство, которое так быстро привело меня в порядок?

– Как ни странно, – ухмыльнулся мой друг, – это эликсир, рецепт которого открыл Оргал. Спрос в войсках на них просто колоссальный и Бойдан нацелился прибрать их себе.

– Ого!

– Бойдан недоволен тем, – добавил он, – что стражи Прозревших имеют преимущество. Ведь все они носят с собой такой эликсир и в случае ранений, могут моментально заживить раны и сражаться дальше.

– Значит, я снова тебя разорил? – улыбнулся я, – Ведь такой пузырёк должен дорого стоить.

– Пустяки. Ты в долгу не останешься, я знаю. Этот останется тебе в подарок за великолепно выполненное поручение.

– Далибор, ты говоришь, что раны от обработки эликсиром, затягиваются моментально, но моим, например, далеко до заживления.

– Есть три вида эликсира. – пояснил он, – Нам продают малого и среднего действия. Мощный целебный экстракт есть только у стражей Прозревших и у их колдунов.

– Откуда ты это знаешь?

– Ладно, хватит болтать. – не ответил Далибор, – Ночь наступила. Завтра много дел. Тебе надо выспаться.

С этими словами он разбил кочергой горящие бревна и закрыл крышкой отверстие печи. Дом погрузился во мрак. Всю ночь я проспал лёжа на одном боку, а к утру обнаружил, что раны затянулись и зажили. Я с наслаждением лёг на спину и осторожно потянулся. Движения не причиняли боль. О вчерашнем поединке напоминали только бледные шрамы, которые здорово чесались. Далибора в доме уже не было, но на столе дымилась вкусно пахнущая похлёбка, пара кусков жаренного мяса лежало на тарелке, а рядом стояла кружка молока с куском хлеба. Я подивился щедрости наставника и с большим удовольствием расправился с похлёбкой. Как только я покончил с хлебом, запив его молоком, в дом вошёл Далибор.

– Поздравляю! – приветствовал он меня, – Сбыня теперь голосует за тебя. Он сказал, что с твоей ловкостью и скоростью из тебя получится отличный боец. Но тренировки, тренировки и ещё раз тренировки.

– Это замечательная новость! – обрадовался я, пожимая руку Далибору.

– Ну и ещё… – протянул он, – стражники видят твои успехи, а большая часть из них недолюбливает тебя, не говоря о простолюдинах. Они считают тебя выскочкой.

Я с улыбкой пожал плечами и беззаботно махнул рукой.

– На твоём месте, – нахмурился Далибор, – я был бы осторожнее. Думаю, что надо тебе проветриться, сменить обстановку.

– Как скажешь. – согласился я, – А куда посоветуешь пойти?

– Сейчас ты пойдёшь со мной.

Он вручил мне старенький лук, колчан со стрелами и вышел из дому. Я собрал свои немногочисленные вещи в мешок, сунул туда подаренный эликсир, два куска жаренного мяса, что не успел доесть, и поспешил следом.

– Ты будешь учить меня стрельбе из лука? – спросил я его, когда мы очутились вне крепостных стен.

– Хочу кое-что показать. – кивнул Далибор.

Мы свернули направо и долго шли вдоль частокола. Слева от нас возвышались скалы, на вид неприступные, но я все же отметил место обвала камней, по которым теоретически можно было подняться на самую вершину. В паре мест сплошной горный массив был расколот трещинами, а у подножья виднелась пещера. В этом ложбине, между горами и лесом, росли редкие деревья, достигающие впечатляющей высоты. Крона деревьев возвышалась над крепостным частоколом и соперничала с соседней горой за право называться самой высокой в данной местности. Рельеф изобиловал впадинами, провалами и ущельями, довольно жуткими и мрачными, но в то же время это сочетание разных ландшафтов придавали местности дикую красоту. Далибор вёл прямо к могучему дереву, на котором висела большая деревянная мишень. Остановившись перед деревом шагов за пятьдесят, он сделал приглашающий жест рукой. Я достал стрелу из колчана и с волнением прицелился в центр мишени.

– Промажешь и потеряешь стрелу, – произнёс Далибор, удобно устраиваясь на мягкой траве, чтобы наблюдать за мной, – будешь должен за каждую по далеону. Всего в колчане тридцать стрел.

Это заявление заставило меня волноваться ещё сильнее. Первая стрела упала к ногам, а тетива щёлкнула вхолостую, больно ударив по пальцам. Далибор рассмеялся, встал и показал мне как правильно держать лук, прицеливаться и когда отпускать тетиву. С этого момента дела пошли веселее. Мне трижды пришлось опорожнить и заново собрать колчан стрел, прежде чем я начал попадать в мишень, ближе к центру. После каждого выстрела Далибор спрашивал, что я чувствовал при выстреле, что сделал правильно, что не правильно, и что следует сделать в следующий раз, заставляя анализировать и запоминать свои действия. Я очень старался не потерять ни единой стрелы, но к сожалению без потерь не обошлось. К тому моменту, когда Далибор выразил своё удовлетворение моими результатами, я оказался должен ему семь далеонов. Я думал, что на этом тренировка окончена, но мой наставник повёл меня дальше. Когда мы оказались напротив пещеры Далибор указал на неё и спросил:

– Слышишь что-нибудь?

Я прислушался. Из глубины пещеры доносились странные хриплые звуки. Как будто кто-то схватил человека за горло и перекрыл ему дыхание, а несчастный пытается судорожно вздохнуть воздуха.

– Слышу. Что это такое?

– Такие звуки издают цевии. Звери они неуклюжие, но отважные. И когда их много я бы не советовал неопытному охотнику приближаться к ним.

– Мы будим охотиться на них с помощью лука?

– Посмотрим, скольких ты перебьёшь, прежде чем они доберутся до тебя. Но настоящий сюрприз ждёт тебя внутри пещеры.

– Что там такое?

– Справишься, увидишь. А теперь приготовься. Я выманю их на тебя.

Далибор ненадолго скрылся в пещере и вскоре послышались его крики. Он дразнил зверей. Я сглотнул подступивший ком, в ожидании дальнейших событий. Далибор пулей выскочил из пещеры и встал позади меня. Следом за ним, грузно переваливаясь, но всё же довольно быстро, показались невиданные звери. Высотой они были мне по пояс. Странные создания, с лишённой волосяного покрова серой кожей, с короткими лапами при острых когтях, округлым телом, с толстой, почти слившейся с телом шеей, и впечатляюще огромным ртом. Их было шесть. Выглядели они забавными, но при этом намеревались разорвать на части потревоживших их людей. Я оторопел.

– Стреляй же! —крикнул Далибор.

Спешно прицелившись в ближнее животное, я отпустил тетиву. Стрела пропела и ударила в массивный загривок. Зверь взвизгнул, но продолжал бежать на нас. Расстояние было сравнительно небольшое, но я пару раз промахнулся, а те стрелы, которые достигали цели, не приносили животным видимого ущерба. Я с тревогой взглянул на Далибора, но он ничем не выражал своего отношения к происходящему и просто наблюдал. Ближайший цевия походил на гигантского ёжа от моих стрел. Я прицелился особенно тщательно и стрела поразила голову животного. Лапы цевии подогнулись, и он ткнулся мордой в землю, не издав больше не звука. Но остальные звери вот-вот должны были добраться до меня.

– Отступай! – крикнул Далибор, берясь за свой лук, – И приготовься!

Его стрелы били без промаха. Он уложил троих зверей, попав, как и я, им точно в глазницы, но сделал это значительно быстрее. Теперь на каждого охотника приходилось по одной цевии. Далибор отступил назад, предоставив мне возможность попрактиковаться в стрельбе. Мне повезло, и я сумел убить ещё одно животное, а наставник с лёгкостью разделался с последним парой ударов меча.

Далибор обернулся ко мне со словами:

– Вполне себе сойдёт. Две добычи, из шести возможных, ты заработал честно. Я ожидал худших результатов.

– Спасибо. Я и сам не ожидал.

– Какие уроки ты извлёк из этой охоты?

– Что нужно ходить на охоту с опытным охотником? – предположил я и рассмеялся.

– Что ещё? – кивнул он.

– Необходимо бить в уязвимое место?

– Великолепно! – повеселел Далибор, – Ещё?

Я пожал плечами. Больше в голову ничего не приходило.

– Ты должен пользоваться своими преимуществами. В конкретном случае было бы глупо бросаться на противника врукопашную, если ты можешь нанести урон с дистанции. Задействовать оружие ближнего боя всегда успеется. Тем самым ты увеличиваешь шансы на победу и возможность на выход из сражения без потерь.

– Но мой меч сломался на арене.

– Значит, ты должен найти новый и лучший клинок! – возмутился Далибор, – Или любое другое оружие ближнего боя! Почему до сих пор не позаботился об этом?

Я промолчал, сдержав порыв возразить по поводу того, что моё оружие было сломано лишь вчера, а сегодня с утра мы сразу отправились на охоту, и заняться поиском оружия не представилось возможности. Но Далибор, сделав акцент на моём упущении, продолжил:

– Важно учитывать скорость движения цели, её способность к манёврам, учитывать скорость ветра, и рассчитывать траекторию полёта стрелы. Ещё раз! Необходимо иметь хорошее оружие, смертоносное, удобное, лёгкое и надёжное.

– Я всё запомню! – пообещал я, помогая наставнику вытаскивать стрелы из тел и стаскивать туши в единое место, – А ещё я вижу, что необходимо экономить стрелы.

– В яблочко! Меньше потерянных стрел – больше практики, а больше практики – выше шансы выжить.

– Что мы будем делать со всей этой добычей?

– Вырежем все мясистые части, а остальное оставим дроморнисам. Хватай топор и давай свежевать туши.

– А где же мне его взять? – удивился я.

– В пещере. – хмыкнул Далибор, – Где же ещё?

Подгоняемый его взглядом, я направился к пещере, где по утверждению Далибора, меня ожидал сюрприз. Когда я зашёл в пещеру, густой, неприятный запах гниения с такой силой ударил по моему обонянию, что мне едва не стало плохо. Обвыкшись с темнотой, я смог разглядеть неприятную картину: на земле лежало тело человека, обглоданное цевиями. По остаткам разорванного доспеха я определил, что человек когда-то был ходоком. Рядом с телом лежал небольшой топорик на длинной ручке, о котором говорил Далибор. Схватив оружие, я как можно скорее покинул зловонную пещеру, и поспешил показать находку Далибору.

– Поздравляю. – произнёс он, увидев меня с топором в руках, – Вот ты и нашёл сюрприз.

– Такие сюрпризы, наверное, часто встречаются в опасных местах? – поинтересовался я.

– В очень опасных местах, часто. – подтвердил Далибор, – Но хватит болтать. Поднимается такая жара, что наша добыча может протухнуть раньше, чем мы доставим её Кажену. Начинай разделку.

Солнце действительно стало заметно припекать. Мы здорово вспотели за нашей кровавой работой, но в результате получили двенадцать отличных окороков, которые разложили по двум мешкам, которые припас с собой Далибор.

– Ну что ж, – довольно оглядев итоги нашей работы произнёс Далибор, – с остальным возится смысла нет. Дроморнисы завершат работу. Пошли быстрее.

Я удивился спешке, но вопросы отпали, едва я заметил в метрах тридцати от нас спускавшихся с высокого холма гигантских птиц. Они шли за остатками нашей добычи, и то, что люди всё ещё находились недалеко, нисколько не пугало их. Оценив их мощные когтистые ноги, огромный клюв и общий размер, я взвалил мешок на спину и поспешил за Далибором.

– Слушай, – спросил я нагнав своего друга, – а почему мы отступаем? Эти птицы так опасны?

– Одна – две не опасны. – ответил он, – Стая опасна. У них очень твёрдый клюв, которым они могут перебить любую кость.

– Ты их боишься?

– Я с лёгкостью могу справиться с ними, но все же, если есть возможность, предпочитаю обходить стороной этих опасных существ.

– Почему? – не унимался я.

– Природа не терпит бессмысленных убийств. Всё должно находиться в равновесии. Тех, кто это равновесие нарушает, природа наказывает и весьма сурово.

Мы подходили к воротам крепости, а я всё размышлял над словами Далибора. Странно было слышать такие высказывания от человека, имевшего большой опыт битв и наверняка лишившего жизней многих своих противников. Но боясь обидеть моего учителя, я предусмотрительно держал рот на замке.

Стражу миновали легко и привычно, но сегодня, к своему облегчению, я и нигде не заметил ни Лихого, ни Крива. Мы направились прямиком к Кажену, который ждал появления Далибора. Оставив ему мешки, я получил знак заниматься своими делами, чем и не замедлил воспользоваться. Уходя я оглянулся и заметил, что Далибор получил солидный расчёт далеонами за мясо, но справедливо посчитав, что моя доля была с лихвой оплачена уроками стрельбы, а также луком со стрелами, которые остались при мне, расстраиваться не стал.

Мне не терпелось продолжить тренировку, но в этот раз до дерева с мишенью мне дойти было не суждено. На пол пути меня перехватил человек с весьма озабоченным лицом, в доспехах с красными полосками, что, как теперь я уже знал, означало что он один из ходоков. С неудовольствием подумав про себя, что сейчас снова посыпятся сомнительные предложения, я внутренне настроился на вежливый отказ.

– Приветствую, поединщик! – сказал ходок, – Меня зовут Зоран. Я видел бой. Ты хорошо показал себя и поэтому я решил, что могу доверить тебе задание. – Какое именно задание? – настороженно спросил я.

– Требуется отнести письмо Зенке, тиуну в рудной шахты. Главное, чтобы ни одна живая душа не знала, к кому ты направляешься. Сделаешь? Я отдам твой голос за тебя.

– Хорошо. – согласился я, потому что задача не показалась мне сложной, – Далибор как раз рекомендовал мне сменить обстановку.

– Ты наш человек! – хлопнул он меня по плечу и вручив письмо даже просветлел в лице, – Удачи!

Сунув письмо в мешок отправился было дальше, но как только ходок отошёл на пару шагов, я снова был остановлен незнакомцем. Голову его покрывал платок, чёрная густая борода, усы и бакенбарды почти полностью закрывали лицо, а маленькие коричневые глазки бегали из стороны в сторону, глядя колко и злобно. Его внешность мне сразу не понравилась.

– Привет! – сказал он мне, протягивая руку для пожатия, – Меня зовут Юзеф.

– Что тебе нужно? – спросил я, не подав руки.

– Ну ты и не дружелюбный. – слегка обиженно произнёс Юзеф, – Ну ладно, можешь не пожимать моей руки, но я уверен, что скоро ты с радостью сделаешь это.

– Я в этом не уверен. – пожал плечами я, и собрался обойти досадную помеху.

– Подожди! – снова преградил он мне путь, – Я видел как ты дрался на арене со стражником. По моему мнению, ты силён, и поэтому я хочу сделать тебе очень выгодное предложение!

Я снова посмотрел на возбуждённое, вспотевшее лицо Юзефа, и мои сомнения по поводу того, стоит ли иметь дело с этим человеком, только усилились. Но тем не менее я спросил:

– Что за дело там у тебя?

Он обрадовался, и фамильярно положив мне руку на шею, заговорил быстрым шёпотом, увлекая к воротам.

– Ты знаешь, наверное, – шипел он, – что здесь полно воров. Воруют везде и все кому не лень. Но действительно ценную добычу можно вынести только из замка гласов, или бояр. А недавно обворовали самого Бойдана. Он очень зол. Приказал найти вора живым, или мёртвым.

– И что украли?

– Особое кольцо. Оно даёт могущество человеку, который носит его.

– Не понимаю, к чему ты клонишь? – остановился я, когда мы вышли за пределы крепости и подошли к реке.

– Я знаю, где этот человек!

– Да ну? И где же?

– На той стороне реки. – указал он грязным пальцем с обломанным ногтем.

– На той стороне я вижу только густую осоку. – ответил я вглядываясь в тёмную скалу, к которой очень близко подступало русло реки.

– Там есть вход в пещеру. Он наполовину заполнен водой.

– Откуда ты знаешь? – спросил я, потому что смутное подозрение шевельнулось у меня внутри.

– Конечно же потому, что я наблюдал за вором. – гнусно улыбаясь ответил Юзеф, – Этот парень хитёр. Его ищут по всем дорогам, а он спокойно отсиживается у самого носа бояр и ждёт, когда всё утихнет.

– Допустим… но что ты хочешь от меня?

– Помоги мне забрать кольцо. Вдвоём мы легко с ним справимся. Обменяем кольцо на кучу далеонов! Поделим поровну. Ты даже не представляешь, сколько может стоить волшебное кольцо, да ещё и украденное у Бойдана!

Юзеф хрипло рассмеялся.

– А кому мы сможем продать кольцо? – заинтересовался я, – Ведь могут подумать что это мы воры.

– Здесь можешь положиться на меня. – ответил Юзеф, – Я знаю нужных людей. Ты забираешь кольцо, я его меняю на далеоны и мы богаты. Ну, так что?

Я размышлял над предложением. Забрать кольцо у вора и быстро обогатиться казалось заманчивым. С другой стороны продавать было рискованно. Оставить себе, или за вознаграждение вернуть Бойдану было более приемлемо. Озвучивать свои размышления вслух я не стал и ответил:

– Пошли. Показывай дорогу.

Мы приблизились к реке. Юзеф уверенно вошёл в воду, видимо зная путь вброд, поскольку вода долгое время не подымалась выше груди. Внезапно мы услышали жужжащий звук и увидели трёх огромных шершней, размером с собаку, которые летели вдоль реки в нашем направлении. Пока я удивлённо таращил глаза, Юзеф нырнул на дно, уходя от опасности. Я успел последовать его примеру. Опасные насекомые немного покружили в поисках нас, но быстро потеряв интерес, полетели дальше. Всё это время я лежал под водой, уцепившись за большой валун на дне реки. Вынырнув, долго не мог отдышаться. Юзеф бросил на меня быстрый взгляд и продолжил движение. Середину реки миновали вплавь. Течение было быстрое и нас сильно снесло вниз, но как только ноги нащупали почву под собой, мы таки сумели перебраться на другую сторону. Из сил выбились здорово, но Юзеф не стал отдыхать и побрёл в сторону пещеры. Я успел заметить, что в отличии от Далибора, он не переживал за мою персону, и сделал вывод, что положиться на него нельзя. Заметив глубокую расселину в скале, я засунул туда свой мешок вместе с немногими своими ценностями, оставив при себе лишь оружие, чтобы ничто не мешало в случае драки. Подельник ничего не заметил, но когда повернулся и увидел, что я отстал, закричал:

– Давай быстрее!

Я недовольно скривил лицо, жестами показав ему, что надо сохранять тишину, но Юзеф был настолько уверен в успехе предстоящего дела, что считал все предосторожности излишними. Мы подошли к плотным зарослям осоки по грудь в воде, и раздвинув кусты, действительно увидели полузатопленную пещеру в скале. Теперь Юзеф предложил мне пройти вперёд. Входя в пещеру, я подумал, как бы нам не пришлось плыть в полной темноте непонятно куда, но чем дальше мы продвигались, тем круче путь поднимался вверх и количество воды уменьшалось. Ход забирал по дуге влево и вскоре мы топали по относительно сухой тропе, а впереди заплясали отблески света от костра. Вор был внутри, иначе, кому бы могло понадобиться разжигать тут огонь? Юзеф шагал мне вслед, подбадривая взглядом. Я отстегнул топорик и быстро выйдя к костру, обнаружил сразу двух человек в небольшой пещерке. В их глазах не было ни удивления, ни испуга и я понял, что моего появления здесь ждали.

– Вот тебе привет от Крива! – заявил стоящий позади меня Юзеф.

Страшный удар обрушился на голову, и оружие выпало из рук. Тут же удары посыпались один за другим. Трое злодеев не жалея сил обхаживали меня дубинками. Я пытался закрыть тело, но не мог. Они сбили меня с ног и долго, как мне казалось, били на полу. Получив особенно сильный удар, я, наконец-то, потерял сознание. Мне казалось, что я с огромной скоростью погружаюсь в тьму и надо мной маленькой светлой точкой колышется и всё удаляется пещера, с горящим в ней костром и уродливыми тенями по стенам. Жгучее желание жизни проснулось во мне и я потянулся вперёд, стараясь выбраться к свету костра.

– Кажется готов. – услышал я, и заставил себя лежать неподвижно, несмотря на чудовищную боль и искушение застонать.

– Ты уверен? – услышал я другой голос, – Может топором его на всякий?

Долгая пауза воцарилась в пещере. Слышно было только сиплое дыхание да потрескивание костра.

– Что-то не очень много у него с собой. – проворчал один из разбойников.

– Топорик неплох! – возразил Юзеф, – Покажу Криву как доказательство того, что мы выполнили свою работу.

– И себе небось оставишь? – завистливо спросил другой.

– А ты против? – сурово спросил Юзеф.

– Не против. – пробурчал он, – Этого то добивать будем?

– Зачем? Он сдох. – ответил Юзеф, – Давайте, выкиньте его в реку и дело с концом. Ниже по течению им займутся шувуи, а остатками закусят тибоары.

Я ужаснулся такой перспективе, но заставил себя лежать неподвижно, понимая, что если хоть чем-то выдам себя, смерти будет не избежать. Они схватили меня за ноги и не церемонясь потащили по полу, изрезав всю спину об острые скальные выступы и пребольно ударяя головой о камни. По счастью это продолжалось недолго и спина, наконец, почувствовала холодную воду.

– Сколько крови с него. – недовольно произнёс один из моих палачей, – Ещё привлечёт в наше убежище шувуй. Давай, бери его под руки. Вынесем подальше в реку, так безопаснее будет.

Они пыхтя вытащили меня из пещеры и швырнули в реку. Я успел задержать дыхание и плыл некоторое время поверху, а затем, развернувшись, выпустил немного воздуха из лёгких и погрузился под воду. Судорожно дёргая руками, я уцепился за ближайшую прибрежную траву и с её помощью вытянул себя к берегу. Оказалось, что один мой глаз распух и закрылся, а второй видит только наполовину. С головы текла кровь, капая в речную воду и растворяясь в ней. Нос мне сломали. Тело слушалось с великим трудом. Голова кружилась при попытке устоять на ногах и я решил присесть на песок. Солнце ещё ярко сияло на небосводе и вдалеке я различил три фигуры, приближавшиеся к воротам крепости. Юзеф и его напарники уверились в моей гибели и направлялись доложить об этом заказчику убийства. Злость закипела во мне с такой силой, что в единственно видящем глазе потемнело. Я был избит и обезоружен по собственно глупости, но жив. С печальной улыбкой я вспомнил о своих вещах, спрятанных в скалах. Хоть здесь не оплошал и не позволил душегубам разжиться за мой счёт. Помимо письма к тиуну шахты, в мешке лежал пузырёк с целебным эликсиром, подаренным мне Далибором после сражения на арене. Сейчас он оказался как нельзя кстати. С неимоверным усилием я дотащил себя до расселины и с облегчением обнаружил свои мешок никем не тронутый. Прежде всего эликсир снял боль и я, приметив что могу удобно скрыться в сухих скалах от постороннего взгляда, влез в расселину целиком. Возвращаться в крепость теперь было рискованно. Наверняка стражники на входе завершили бы начинания разбойничьей братии. По итогам размышлений мне показалось хорошей идеей повременить с возвращением в крепость и попытаться примкнуть к поселению Прозревших. Загвоздка состояла лишь в том, что я понятия не имел как к ним добраться. Я подкрепил свои силы запасённым жаренным мясом и осторожно улёгся на тёплые скалы, чтобы восстановить силы.

Время тянулось долго, а рассматривание однообразной гранитной породы навевало скуку. Я прокручивал в голове недавние события и придумывал способы мести своим обидчикам до тех пор, пока ослабевший организм не погрузил сознание в сон. Проснулся от сильного холода. В расселине было так темно, что если бы не узкая полоска света на выходе из укрытия, то казалось, что настала ночь. Чувствовал я себя на удивление бодро, и хотя тело всё ещё болело, передвигаться можно было без затруднений. Для этого результата пришлось потратить эликсир полностью, но оно того стоило. Выбравшись к реке, я осмотрелся. Солнце закатывалось за горы и тучи вечернего неба отражали последние прощальные лучи дня. По моим расчётам люди уже должны были собраться в крепости, и шанс встретить кого-нибудь был минимальный. Я с трудом перебрался вплавь на другую сторону, поскольку не запомнил где брод, и меня здорово снесло ниже по течению. Река выступила мне помощником и союзником. Я не представлял, как смогу пройти незамеченным мимо главного входа, а так всё получилось само собой. Я хорошо помнил эту местность, где Далибор обучал меня искусству сражения на мечах, и знал, что смогу использовать высокую траву, холмы и скальную гряду, для скрытного передвижения. Обогнув по большой дуге крепость, я вышел на протоптанную дорогу, вне досягаемости взгляда стражников.

Чтобы согреться, перешёл на лёгкую трусцу, но заслышав завывания волков в лесу, припустил с такой скоростью, что не только согрелся, но и вспотел. Наконец крепость Бойдана осталась позади, но я не мог продолжить свой путь, потому что стоял на краю обрыва. Высота была не большая, но всё же достаточная для того, чтобы сломать ногу, а то и шею, при неудачном приземлении. Я прошёл вдоль обрыва влево и вскоре нашёл безопасный спуск вниз. Поздравив себя с удачей, взял наизготовку лук, и начал спускаться, стараясь не сбиться с проторённого пути. Спустя некоторое время дорога разделилась на два направления. Я остановился, подумал, и прошёл несколько шагов направо. Затем остановился снова, подумал ещё раз, развернулся и пошёл налево. Внезапно треск кузнечиков оборвался, и в воздухе повисла угрожающая тишина. Я наступил на что-то твёрдое и, приглядевшись, понял, что это обглоданные человеческие кости. Кляня себя за то, что не послушал свою интуицию, я стал очень осторожно отступать назад, стараясь не шуметь, и напряжённо вглядывался в темноту. Гнетущее напряжение отпустило только тогда, когда я вернулся к перекрёстку. Здесь снова пели цикады и летали светлячки. Вздохнув полной грудью, я немного расслабился. Сомнений, по какой дороге идти дальше, не оставалось, но я не выпускал лук. Когда путь начал подниматься вверх, послышалось странное кваканье. Оно доносилось с вершины холма, на который взбиралась дорога. Едва я поднялся на холм, кваканье переросло в угрожающее рычание.

Пелену туч на миг разорвал ветер, и молодая луна осветила округу своим бледным сиянием. В семи шагах от меня стояло существо, которое я сначала принял за карликового человека. В руках оно удерживало настоящий, пусть и изъеденный ржавчиной меч. Судя по приоткрытой пасти, из которой торчали острые, как у хищника зубы, это существо могло представлять для меня угрозу. В ступоре я глядел на его голое, местами ороговевшее тело, пока существо не бросилось на меня, намереваясь зарубить. Я быстро выстрелил, но промахнулся. Жуткое рычание неслось со всех сторон. Нападающий был не один. Не разбирая дороги, я бросился бежать сломя голову. Навстречу мне приближалась чёрная громада скал, и я с отчаяньем понял, что в тупике. Что-то, со свистом рассекая воздух, пролетело мимо меня, едва не задев. Это повторилось несколько раз и преследование прекратилось. Кто-то выручил меня, убив мерзких тварей. Я закинул лук за плечо и поднял руки вверх, показывая, что в них ничего нет.

– Благодарю тебя, кто бы ты ни был! – прокричал я, пытаясь разглядеть меж деревьев своего спасителя. Увидеть его мне не удалось, но зато я разглядел бревенчатый домик, примостившийся почти у самой скалы.

– Я заблудился! – продолжил я вещать в темноту, – Прошу тебя, покажись.

От тёмного ствола дерева отделилась человеческая фигура.

– Какого Шакса ты шляешься ночью по дорогам? – спросил незнакомец, держа меня на прицеле.

Зябко поёжившись, я ответил:

– На меня напали и избили люди Крива, десятника в крепости Бойдана. Я едва выжил. Возвращаться в крепость опасно для меня, и я направился на поиски поселения Прозревших, но сбился с пути. Спасибо тебе, что не дал этим тварям убить меня.

– Избили, наверное, за дело? – проигнорировал мои благодарности незнакомец, – Обворовал, или ограбил кого?

– Нет. Я несколько раз отказывался платить стражам за ненужную защиту и они решили со мной покончить, чтобы не подавал пример остальным.

– Вот как! Тогда ты храбрый парень. Это меняет дело. Хм…

Он аккуратно спустил тетиву и убрал лук.

– Ты можешь подсказать мне дорогу?

– С пути ты сбился здорово. Вообще не в ту сторону пошёл. Эта дорога, что проходит рядом с моим яблоневым садом, ведёт к крепости Тверда. Но зачем бродить одному по ночам? Заходи ко мне в дом. Отдохнёшь, а с рассветом направишься дальше.

– С большим удовольствием! Если только не буду в тягость.

– Да мне приятно будет пообщаться с новым лицом. – улыбнулся незнакомец, – Меня, кстати, зовут Градислав.

– Благодарю тебя, Градислав! – пожал я ему руку, – Моё имя, Братислав. И я обязательно отблагодарю тебя чем-нибудь существеннее, чем слова.

– Да брось. – отмахнулся Градислав, показывая путь средь яблонь к дому, – Этих пятерых дрекаваков я давно мечтал прикончить. Мало того, что они устраивали засаду на дороге и убивали горе – путников, так они ещё и яблоки мои воровали. Как будто мне насекомых мало, которые тоже любят поесть даром.

– Пять дрекаваков! – поразился я, – Но я видел только двух.

– Утром посмотришь на остальных. Их нужно будет закопать в землю, а то ещё дроморнисы набегут. Их здесь пруд пруди.

– Ты первоклассный стрелок! – заметил я, когда мы вошли в дом и Градислав развёл огонь в очаге.

– Один из лучших в долине! – с гордостью подтвердил он.

Градислав развёл огонь больше ради приличия, чем ради тепла. Благодаря свету от очага я смог разглядеть лицо своего спасителя, а он в свою очередь, мог хорошо разглядеть меня. Мы уселись за стол.

– Рассказывай, что за дела ногам твоим покоя не дают? – спросил он.

– Вкратце, я по поручению одного могущественного гласа, должен был встретиться с другим достойным человеком, но не смог, и сейчас не знаю что и делать.

– Эко? – улыбнулся он, – А кто ж тот достойный человек?

– Бойдан.

– Бойдан?! Ох, рассмешил! Кому рассказать, со смеху помрут! Витаешь ты в облаках, парень. Как ты ещё умудрился, идя сюда, на перекрёстке налево не свернуть?

– А что там такого? – вспомнил я свой страх на дороге.

– Целая стая дейнонихов. Пожирают всех, кто свернёт не туда.

– Дейнонихи… – повторил я, – Хм…

– Не знаешь, кто такие? – прищурился Градислав, глядя на моё озадаченное лицо, – Да ты счастливчик! Этих тварей лучше не знать.

– Расскажи, пожалуйста, что это за звери? Чтобы потом не спутать с кем-нибудь другим. Полезно будет знать на будущее.

– Это хищные ящерицы, – ответил Градислав, – но ходят и бегают на задних лапах, причём очень быстро. От них никому не удавалось убежать. Атакуют в прыжке, нанося страшный удар задними лапами, вооружёнными огромным когтем.

– Большой коготь?

– Как кинжал. – кивнул он, – Брюхо вспорет в одно мгновенье, если нет добротных доспехов. Да и укус их смертелен.

– Они что, ядовитые?

– Нет, яд им не нужен. Их челюсти в состоянии одним сжатием отгрызть руку. Хотя, чтобы ты знал, укус всех ящериц опасен. Когда их слюна попадает в раны, место повреждения воспаляется. Человек может сильно заболеть. Так что если вдруг тебя покусает ящер и ты останешься жив, нужно будет срочно промыть раны водой и приложить лечебные травы.

– Да… – присвистнул я, понимая какой опасности мне повезло избежать, – Много в колонии таких ящеров?

– Хватает. – зевнул Градислав, – Они не самые опасные. Поговаривают, что в пустошах водятся их старшие сородичи – карнозавры. Последних я никогда не встречал, но слышал что обитают в заброшенных землях. Они крупнее дейнонихов, сильнее, быстрее, умнее, а следовательно опаснее.

– А что за заброшенные земли, Градислав?

– Э! Да ты ничего не знаешь о пустоши! – покачал он головой, – Там обитают чудовища, и поговаривают что там и нежить водится!

При этих словах я похолодел. О нежити я был наслышан, но всегда считал их просто выдумкой.

– К счастью для нас всех, – сказал Градислав встав из-за стола и устроившись на кровати, – у тех дорог, по которым можно попасть на пустоши, выставлены посты наблюдения.

Мой радушный хозяин не предложил мне кровати за неимением таковой, и я лёг спать у камина, согреваемый его теплом.

Проснувшись на рассвете, мы отправились через цветущий яблоневый сад к месту, где Градислав расправился с дрекаваками. Вдыхая сладкий аромат цветения, я почувствовал голод, но Градислав речь о завтраке не заводил. Вместо этого он вручил мне лопату и показал где рыть яму. Я с тоской взглянул на пять трупов дрекаваков понимая, что яму нужно будет копать внушительную, но отказаться было бы неуважительно. К тому же оказалось, что один из дрекаваков был вооружён деревянной булавой с шестигранным металлическим навершием. Поскольку Градислав не претендовал на неё, я с удовольствием присвоил трофей себе в качестве награды за тяжёлый труд. Когда я закончил, ноги подгибались от усталости. Градислав помог перенести тела в яму и забросать землёй.

– Ну вот! – довольно крякнул он, – пора и перекусить. Присоединишься?

Я радостно кивнул и в приподнятом настроении зашагал вслед за Градиславом, неся непомерно тяжёлые от налипшей земли лопаты.

Градислав выбрал для своего жилья удачное место, а благодаря своему трудолюбию, превратил его в очень красивый уголок. Его сад располагался в ущелье и был с трёх сторон окружен высокими скалами, защищавшими этот цветущий дом от ветра и нападения врага. Находившаяся рядом дорога, связывающая поселения между собой, позволяла Градиславу торговать, получать информацию и все необходимые вещи. Градислав прошёл мимо своего домика, прихватив со стены потухший факел, и мне оставалось лишь молча последовать за ним не задавая вопросов. Он целенаправленно шёл к скале. У самого подножья, где слева лежала груда камней, взору, как по волшебству, вдруг открылась пещерка. Со стороны дороги её увидеть было невозможно. Впрочем до самого последнего момента, пока мы не обогнули нападавшие со скалы камни, я и не подозревал о таком укрытии.

– Пойдём. – пригласил Градислав, зажигая факел, – Кое-что тебе покажу.

Внутри пещера была просторна. Из трещины в скале текла вода. Она попадала в естественную выемку в полу, образуя небольшое озерцо, а избытки уходили куда-то вниз по подземному каналу.

– Чудеса! – восхитился я.

– Я воскликнул то же самое, когда впервые обнаружил здесь родник. – с улыбкой ответил Градислав, – Вода чистая. Пить можно, но холодная. Аж зубы ломит! Поэтому никто не лезет сюда купаться. Разве что с целью закалки, или когда освежиться нужно.

– А что у тебя там, за этой массивной дверью? – спросил я, увидев двери установленные в кирпичную кладку, которая отсекала часть пещеры в том месте, где свод опускался ниже.

– Там мои припасы еды. – ответил Градислав, – За ними мы и пришли. Ты постой здесь. Я скоро.

Он вытащил ключ, открыл замок и вошёл внутрь. Меня разобрало любопытство, но я не хотел, чтобы Градислав посчитал меня наглым, и поэтому не рискнул смотреть в открытую. Я тихо подошёл к двери и через щель, образовавшуюся между дверными петлями и стенкой, различил очертания множества сундуков. Я также заметил клинки и луки. Не только еду хранил здесь Градислав, и становилось понятным его нежелание демонстрировать содержимое своего хранилища. Градислав вышел с небольшим мешком, и закрыл дверь. Волна вкуснейших запахов обрушилась на меня и я мгновенно потерял интерес к пещере, желая поскорее добраться до стола. Градислав набрал бурдюк воды из родника и мы направились в дом. Стол получился скромным: два куска солёного мяса, две головки сыра, буханка хлеба, яблоки и вода.

– Это мой прошлогодний урожай! – с гордостью показал он на яблоки, – Остатки, но скоро поспеют новые.

– Ты живёшь здесь здорово! – ответил я прожевав кусок мяса с хлебом.

– Это правда. – рассмеялся он, – Иногда даже думаю, что я сам себе царь.

Некоторое время он задумчиво жевал яблоко, а затем произнёс:

– Так куда сейчас собираешься направиться дальше?

– Сам не знаю. – пожал плечами я, – Надо бы вернуться в крепость Бойдана, дело закончить, но наверное надо выждать немного, пока обо мне позабудут. Поэтому подумывал к Прозревшим примкнуть.

– Не советовал бы. – покачал головой Градислав, – К тому же ты так просто к ним не доберёшься. Сожрут волки, или ещё что похуже. Никаких других идей нет?

– Мне надо доставить сообщение тиуну рудной шахты. – вспомнил я про поручение Зорана.

– Это гораздо ближе. – прокомментировал мой гостеприимный хозяин, – Люди часто ходят туда и оттуда, так что зверья не так много на пути можно встретить. Если поможешь мне выкорчевать старую засохшую яблоню, я подробно расскажу тебе, как туда добраться.

Большая часть дня была потрачена на то, чтобы подкопать массивный ствол, подрубить корни, и выкорчевать старое дерево, которое действительно портило общий вид прекрасного яблоневого сада. Затем мы вдвоём с Градиславом распилили ствол на чурки, порубили на поленья и перенесли в его кладовую. После тяжёлых трудов, я был вознаграждён сытным обедом и стал собираться в путь, не желая больше злоупотреблять гостеприимством.

– Вот ещё что, – озабоченно давал наставления Градислав, – до шахты путь лежит через лес, но не углубляйся, иди по самой кромке. Как только его пройдёшь, выйдешь к горам, и там уже будешь искать шахту. Подумай. Скоро ночь, а ночью в лесу опаснее, чем днём.

– Я же вооружён. – отмахнулся я, – Не маленький, смогу себя защитить.

– У тебя не лук, а просто смех. – возразил он, – Давай так, я дам тебе отличный лук, а ты отнесёшь тиуну в дар мой сидр. Если получиться, занеси его также в крепость Бойдана и людям Дариона. Сидр получился отличного качества и когда ребята его распробуют, то я уверен, что у меня не будет отбоя от покупателей.

– Конечно. – удивился я. – Ты не подумай плохого, я с радостью сделаю это для тебя, но что тебе мешает самому налаживать торговые отношения?

– Как ты себе это представляешь? – воскликнул Градислав, – Уйти и надолго оставить производство? Пока я здесь никто сюда нос не сунет. Но стоит отлучиться на пару дней, как тут же обнаруживаешь у себя невесть откуда взявшееся ворьё. А ты я вижу честный парень и смышлёный, и тебе я могу доверить свою драгоценность. Хорошее оружие тебе нужно, чтобы тебя не ограбили по дороге, или не растерзали звери. Так что считай это моим вкладом не в тебя, а в моё дело.

Сказав это, он удалился на склад, но вскоре вернулся с тремя бутылками сидра собственного производства и красавцем луком из тёмного полированного дерева. С благодарностью я принял подарок и попробовал натянуть тетиву, что мне удалось, хотя и с большим усилием.

– Как далеко полетит стрела, выпущенная из него, Градислав? – удивлённо спросил я, – Натянуть на нём тетиву почти на пределе моих сил.

– Далеко и смертоносно. Пока ты не станешь сильнее, да впрочем, и долгое время после, этот лук будет тебе верным помощником.

– А разве есть лук ещё мощнее? – поразился я.

– Есть. Но пока они тебе без надобности. С этим ты можешь охотиться даже на волков. Одного меткого выстрела достаточно, чтобы уложить матерого волка, потому я дал ему имя «Волкодав».

– С таким оружием, – погладил я свой новый лук, – идти через лес действительно не страшно. К тому же я надеюсь добраться до рудников до захода солнца.

Попрощавшись с Градиславом, я перешёл на бег. При свете дня передвигался куда увереннее, чем ночью, да и спешил сильно. Солнце уже почти коснулось своим диском гор. Закатится, и сразу станет темно. Я остановился лишь тогда, когда вбежал в крону леса. В этот миг солнце спряталось за гору, напоследок прощально осветив зелёные листья деревьев, и я оказался в темноте. Животный страх мгновенно добрался до самого сердца. Я помнил, что нужно пересечь лес наискось, стараясь не углубляться в его чащу, и тогда я выйду в горы, в которых где-то находится шахта. За каждым деревом чуялась опасность. Я с трудом заставлял ноги нести меня вперёд. Стрела лежала наизготовку, да я и сам был как натянутая тетива. Пробираясь по самому краю лесного массива, где расстояние между деревьями было больше, услышал заунывный вой, который поддержало с полдюжины глоток. Стая волков вышла на охоту!

Я похолодел от ужаса. Рванулся вперёд, не разбирая дороги, не глядя под ноги, мчался, едва не врезаясь в деревья. Воображение рисовало картину как меня настигают хищники, валят на землю, и их клыки сжимаются на моей шее. Дважды спотыкался то ли о коряги, то ли о камни, разбил лицо при падении, но тут же вскакивал, гонимый ужасом, и бежал дальше. Попытавшись перепрыгнуть валун, выросший из темноты, едва снова не растянулся на земле, потому что ноги приземлились на что-то живое, что злобно хрюкнуло и успело разорвать кусок голенища сапога вместе с кожей. Я почувствовал, как по ноге побежала кровь, но это лишь заставило меня нестись ещё быстрее, хотя по ощущениям я был уже на последнем издыхании. Деревья внезапно расступились, и я оказался в поле. Впереди темнел горный массив. Вой волков остался позади, а вот злобное хрюканье всё ещё было слышно. Неведомый зверь, чей покой я нарушил так грубо, с пыхтеньем и сопением преследовал меня. Сил бежать дальше не осталось. Я наложил стрелу на лук и стараясь успокоить дыхание повернулся лицом к опасности. Во тьме ночи ко мне скачками приближалась неуклюжая тень. Натянув тетиву, я прицелился и пустил стрелу, надеясь, что не промахнусь. Животное дёрнулось, раздался визг, и мой преследователь завалился на бок, заверещав сильнее. Я подошёл ближе и увидел, что за мной гналась цевия, а я вообразил себе невесть что. Выпустив вторую стрелу я прервал мучения животного и уже собрался вырезать кусок мяса, как снова послышался вой. Волосы на голове поднялись дыбом. Я поспешно зашагал прочь от страшного леса к скалам, на открытую местность.

Скалы выглядели одинаково и разглядеть рудник не получалось. Я в отчаянии стал озираться по сторонам, как вдруг небо озарилось белыми всполохами и послышался мощный гул. Я поднял голову вверх. Приближалась гроза. Всполохи были то короткими, то длинными, переходящими один в другой. Теперь света хватало, чтобы не только ориентироваться на местности, но и вовремя замечать туши спящих на полях дроморнисов. Я передёрнул плечами, представив, что мог наткнуться в темноте на этих агрессивных созданий, и огляделся ещё раз. На окраине леса стая волков пожирала убитую мною цевию. Вздохнув и пожелав им приятного аппетита, я зашагал к деревянному частоколу со сторожевой башней, который прижался к горному хребту. Других строений в этой местности не было, и, по всему выходило, что это и есть вход в искомый мною рудник. Поднялся ветер, закапал мелкий дождик, заметно похолодало.

Небольшая площадка перед входом в шахту вся была завалена досками, ящиками и прочим хламом, который так любит оставлять после себя человек. Вступив в тёмную пещеру и прошагав два извилистых поворота, внезапно оказался в освещённом факелами проёме, и испуганно замер, поскольку арбалет в руках стражника был направлен в мою сторону. Его тёмные глаза оглядывали меня с подозрением.

– Кто таков? – проговорил он наконец, убрав арбалет.

– Посыльный. – ответил я, – Я ищу Зенку, чтобы передать письмо и подарок от Градислава.

– Зенка внизу. – ответил стражник и потерял ко мне всякий интерес.

Вокруг работали люди. Стук шёл как будто отовсюду. Изредка доносился звук капающей воды. Рудокопы кирками вгрызались в рудный массив, тяжелейшими усилиями добывая ценную руду, чтобы Бойдан мог купаться в роскоши, а царь вести войну.

Вниз вели деревянные помосты, каким-то чудесным образом закреплённые на стенах глубокого провала. Ограждения отсутствовали. Закружится голова, задрожат ноги, совершая неловкое движение, и несчастный полетит вниз, в зияющий чернотой зев шахты. Мне стало жутко, но с другой стороны люди как-то передвигались по ним, и не срывались. По крайней мере, я хотел надеяться на это. Осторожно ступив на помост, пересекающий провал, я перебрался на противоположную сторону. Здесь находился массивный подъёмник, но сейчас он не работал. Рядом с ним сиротливо лежала небольшая кучка руды. Охраны нигде не было видно. Соблазн прихватить пару кусков был велик, но памятуя о том, что именно такие поступки служат причиной появления неприятностей, я прошёл мимо.

На следующий уровень шахты также вёл широкий помост из струганных досок. Сбиты они были плотно друг к другу, что радовало, да и наклон у них был относительно небольшой. Материалов на создание этого пути было потрачено много, но зато поверх можно было сравнительно легко тащить тяжело гружёные тачки с рудой, или провизией.

Аккуратно и не торопясь спустившись по большой дуге вниз, а затем воспользовавшись широкой приставной лестницей, которая была крепко приколочена к настилу, я подумал было, что уже достиг дна шахты, но вдалеке, благодаря мерцающему свету факелов, разглядел дорожку настила, что спускалась ещё ниже, и понял что нахожусь на большом и ровном скальном выступе. На этом выступе расположился домик, склад, большой вертел и установленные перед ним лавочки, на которых сидели двое стражей. За высоким столом стоял худощавый человек. Он был бледный, вероятно потому, что давно не покидал мрачных стен шахты, лишённой дневного света. По его позе и выражению лица я понял, что он чем-то крепко огорчён.

– Тебя зовут Зенка? – спросил я подойдя к нему и поймав на себе подозрительный взгляд его водянистых глаз.

– Меня так зовут. – подтвердил он, – Какое тебе дело ко мне?

– Я посыльный. – ответил я, достав из мешка бутылку сидра, – Градислав просил передать тебе на пробу.

Зенка не мешкая откупорил бутылку и припал к горлышку.

– Очень хорошо! – восхитился он, почмокав губами, – Пожалуй, я закажу у Градислава несколько ящиков сидра. Это всё?

– Здесь ещё письмо для тебя от Бойдана.

Зенка моментально выдернул письмо из моих рук, снова впав в раздражённое состояние. Прочитав письмо он хмуро произнёс:

– Так и думал что это от Бойдана, будь он неладен. Ты принёс плохие вести, посыльный. А ты знаешь что ждёт того, кто приносит дурные вести?

– Погоди, – быстро произнёс я сообразив, почему Зоран не захотел доставлять письмо лично, – прежде расскажи что случилось? Возможно я смогу решить твою проблему.

– Очень сомневаюсь. – медленно ответил Зенка, и недолго подумав пояснил, – У меня сломалась дробилка. Бойдан уже в гневе из-за того, что поставки задерживаются, но он пока не представляет как долго это продлиться. Моей голове недолго осталось держаться на шее, как и твоей. Правда вместе веселее, а?

– Но разве её нельзя починить? – лихорадочно соображал я, про себя костеря на все лады Зорана, который так просто подставил меня, – Не могла же дробилка развалиться на части?

– Сломана шестерня. – вздохнул Зенка, – Я дал задание кузнецу, чтобы её сделали и привезли, но сколько времени пройдёт, пока её отольют, неизвестно.

– А запасных нет?

Зенка хмуро посмотрел на меня. Потом поднял бесцветные глаза вверх, вспоминая что-то, и произнёс:

– Шахта рушилась однажды. Вернее не сама шахта, а некоторые её ответвления. Завалило много людей и старую камнедробилку. Если её отыскать и снять от туда самую большую шестерню, то она бы подошла.

– Я поищу, если ты разрешишь мне. – предложил я, понимая что это единственный шанс сохранить свою жизнь, а в случае удачи – наладить хорошие отношения с тиуном.

– Довольно опасно в порушенной шахте лазать. – счёл нужным предупредить меня Зенка, – Там могут быть морталисы. Хотя мне то что? Ищи.

Я повернулся, чтобы идти, но Зенка окликнул меня:

– Держи табличку, чтобы тебя не задерживали. Вернёшь на обратном пути.

Получив разрешение на свободное перемещение, я почти без надежды на то, что сумею отыскать заброшенную камнедробилку, направился вниз. По пути разглядывал табличку из свинца размером с пол ладони, на которой было выдавлено лишь три слова: «Передвижение разрешено. Зенка». Таких табличек в ящике, что стоял рядом с Зенкой, было множество, и если я не смогу вернуть ему табличку, погибнув под завалами, потеря будет невелика.

В глубинные недра шахты вёл довольно крутой и продолжительный спуск. Факелов по пути почти не было, рудной породы тоже не заметил. Скорее всего, поэтому эта часть шахты была темна и пуста. Мне пришлось возвращаться, чтобы захватить с собой факел, ведь я совсем не горел желанием упасть в пропасть. Чем ниже я опускался, тем больше меня охватывало ощущение, будто я спускаюсь в желудок огромного, бездушного монстра, который проглотит и переварит всё, что попадёт внутрь. Представлял себе обречённость и подавленность узников, которые попали в это жуткое место. Такая каторга могла сломить кого угодно и я благодарил судьбу за то, что имею возможность видеть солнце и свободно передвигаться.

Достигнув очередного скального уступа, который был настолько узок, что идущим навстречу друг – другу людям с тележками сложно было бы разминуться, я подошёл к его краю и посмотрел вниз. Помост, делал два поворота, уходя под плиту, на которой я стоял. Хорошо были слышны удары множества кирок, и это означало что каторжане трудятся на самом дне шахты. Проходя мимо пяти боковых рукавов, я внимательно осматривал каждый из них. Все они были выработаны и заброшены, а один и вовсе оказался завален камнями. Я осмотрел завал, попробовав сдвинуть каждый валун, и с радостью обнаружил, что большой и с виду неподъёмный обломок, край которого был плотно прижат к стене пещеры, слегка качнулся под нажимом. Сдвинуть его стоило больших трудов, но когда глыба отвалилась наружу, я увидел проход внутрь. Согнувшись, или ползком, по нему можно было пройти дальше.

С опаской я полез в это отверстие, освещая путь факелом. Со всех сторон меня окружал камень. Он давил, грозил обрушиться, оставить навсегда лишённым света, ожидая длительной и мучительной смерти. Наконец я миновал место обвала и оказался в более просторном месте, где можно было выпрямиться в полный рост. Гнетущее ощущение, вопреки ожиданиям, не исчезло. Теперь к нему добавился страх оказаться замурованным в заброшенной части рудника. Пройдя вперёд шагов десять, я наткнулся на лестницу, которая вела вниз. Тут же послышалось угрожающее шипение, сухой стук и цоканье когтей по камню. Нечто, потревоженное светом факела, выражало недовольство моим появлением.

Подойдя к лестнице, я протянул руку как можно дальше вперёд, чтобы осветить максимально возможную область. То, что я увидел, едва не заставило меня бежать назад. Огромные, больше человеческого роста, насекомоподобные существа, с мощными челюстями – жвалами, как у жуков, ожидали меня у нижних ступеней лестницы. Их жуткие, не мигающие, чёрные глаза на сплющенном черепе, в которых, как на поверхности озера в безветренную погоду, отражался дрожащий свет факела, были обращены на меня. Морталисов было трое. Они ждали внизу, изредка делая попытки вскарабкаться по гладкой, отвесной стене. Их тонкие передние ноги больше походили на копья. Остальные четыре лапы были усажены множеством крючковатых наростов, позволявших морталисам зацепиться за любую неровную поверхность и взобраться по ней. На моё счастье ни трещин, ни выступов на стене не оказалось, а лестница была обломана почти у самого верха. Я заставил себя спокойно оглядеть пещеру, не обращая внимания на её жутких охранников, и разглядел камнедробительную машину, которую и искал.

Чтобы добраться до цели, нужно было как-то отвлечь, или убить морталисов, которые терпеливо ждали моего спуска к ним. Я придирчиво оглядел этих жутких тварей. Их тело защищал крепкий на вид покров. Конечно не везде. Можно было разить в сочленения. Поразмыслив, я убрал булаву и достал «Волкодава». С такого близкого расстояния промахнуться было немыслимо. Первая же стрела пробила броню и застряла в туловище морталиса. Из раны потекла жёлтая жидкость, но морталис лишь яростно скрёб когтями по стене, пытаясь добраться до обидчика. Сделав около двадцати выстрелов, я бросил затею попасть в голову: стрела шла под углом и просто соскакивала от мощного панциря, опоясывающего этот жизненно важный орган. Когда морталисы поняли, что по стене не влезть, они задвигались, оббегая всю пещеру в диком возбуждении, ища любую возможность забраться наверх. Раненый мною морталис тоже двигался так ловко, что даже один был способен порвать меня на части. Решение было очевидно и я направился назад. С облегчением выдохнув, едва оказался с другой стороны завала, я бодро побежал наверх и нашёл Зенку на том же месте, в такой же хмурой задумчивости.

– Эй, Зенка! – сияя предстал я перед ним, – Я нашёл старую шахту, где стоит камнедробилка. Давай достанем с неё шестерёнку.

– Ага. – скептически произнёс он, – Достанем из-под завала?

– Есть проход. – пояснил я, – Он достаточно широк для того, чтобы вытащить оттуда шестерню, но одному мне не справиться. Да и к тому же там морталисы. Если дашь в сопровождающие двух стражей, будет тебе шестерёнка.

– Вы его слышали? – оживился Зенка, обратившись к стражам, что недовольно косились в мою сторону, – Давайте вперёд, за ним!

Стражники стали нехотя подниматься. Я их понимал – одно дело сидеть у костра и жарить мясо на вертеле, бахвалясь своими подвигами, и совсем другое идти во тьму пещер, сражаться, получать ранения, а то и гибнуть. Судя по их хмурым взглядам меня ждали большие неприятности, поэтому я поспешно добавил:

– Морталисов всего трое и они не могут подняться наверх. Меня достать не смогли и поэтому я сейчас здесь. Я ранил одного из лука, но нужны арбалеты, чтобы их убить. Только и дела, что расстрелять сверху.

– Эх ты, трус! – заметно оживился один из стражей, – Морталисов испугался? Да мы их сотнями бивали. Покажи где, а потом отойди в сторону!

– Да-да! – поддержал второй, – Я этих тварей так ненавижу, что готов перебить всех до единой!

– Я иду с вами. – заявил Зенка, – Всё, что находится в этой шахте, принадлежит Бойдану и я, как его правая рука, должен проследить, чтобы ничего не пропало. Кроме того, надо оценить невыработанные запасы руды в той местности.

Стражи сразу приуныли, в то время как Зенка значительно повеселел. Я пошёл вперёд, показывая путь, и остановился перед завалом, в котором чернел проход, открытый мной. Сопровождавшие переглянулись.

– Жду вас здесь. – быстро передумал Зенка, – Ступайте. Принесите шестерёнку и всё ценное, что там найдёте.

Я постарался скрыть улыбку и едва удержался от того, чтобы не напомнить Зенке про его намерение разведать запасы руды. На моё счастье мне удалось сдержать язык за зубами. Я залез в проход и ободряюще помахал стражникам рукой. Стражники колебались, но Зенка стал прикрикивать на них, и тогда они с большой неохотой последовали за мной. Я слышал звук вынимаемых из ножен мечей, и лёгкий холодок прошёл у меня по спине. Прибавив в скорости, я выбрался из завала и, едва стражники появились, сказал:

– Мечи ни к чему, нужны арбалеты. Они внизу. Видите?

Стражники опасливо приблизились к лестнице, ведущей вниз, но мечи не убрали. Они кинули один факел вниз. Морталисы отпрянули, издав злобное шипение, но быстро сообразив, что большой угрозы от огня нет, снова возобновили попытки добраться до дерзких людей. Разобравшись, наконец, в ситуации, стражники расслабились и достали арбалеты. Взводя их методично, и прицельно стреляя, они оставили от морталисов лишь слегка подрагивающие тушки. Арбалетные болты легко пробивали броню морталисов под любым углом, и я подумал, что неплохо было бы обзавестись приличным арбалетом. Хотя в скорости он значительно уступал луку, но мощь была неоспорима. Возможно существовали луки со схожей мощью, но воспользоваться ими, в отличии от арбалета, я не смог бы. Стражники спустились вниз и добили морталисов ударами мечей, отсекая головы от туловища.

– Это необходимо? – поинтересовался я.

– Эти твари живучие. Лучше перестраховаться. – пояснил стражник.

Первым делом они стали обыскивать пещеру на предмет ценностей, а уже потом стали помогать мне разбирать огромный механизм, чтобы вытащить из неё большую шестерню. Она была настолько тяжела, что я не представлял каким образом мы сможем доставить её наверх. Но, как оказалось, стражи и не думали поднимать её. Они ограничились тем, что подкатили шестерню к обломанной лестнице, и использовав шестерёнку как ступень, взобрались наверх. Дожидаться меня не стали и я поспешил за ними.

– Ну что? – нетерпеливо спросил Зенка, едва мы выбрались из отверстия в главную шахту.

– Были морталисы, верно. – сообщил стражник, – Но мы их всех уничтожили.

– Да что мне твои морталисы?!

– Никаких ценностей не нашли. – быстро сообщил второй.

– Вы что, совсем идиоты?! – заорал взбешённый тиун.

– Шестерня внизу. – вклинился в разговор я, – Но нам её не поднять, слишком тяжёлая.

Зенка посмотрел на стражей. Те кивнули, подтверждая мои слова, и добавили:

– Нужно человек десять, блоки и верёвки.

– Тогда займитесь этим немедленно. – приказал он стражам, – Снимите с работы сколько нужно рабов и выдайте им всё необходимое. Шестерёнка должна быть установлена уже сегодня.

Настроение тиуна улучшалось на глазах, я же напротив стушевался и, не зная что делать дальше, потерянно стоял перед ним.

– Ждёшь награды, да? – наконец обратил он на меня своё внимание, и внезапно рассмеявшись, добавил, – Ты отличный парень и теперь я понимаю, почему послали тебя. Махать киркой может каждый дурень, а вот на большее способны немногие. Пошли, поднимемся наверх.

Зенка вручил мне ответное письмо для Бойдана и проводил почти до самого выхода, расхваливая моё везение и уверяя, что отныне он мой должник, и я могу обращаться к нему с любыми просьбами в любое время. Тогда я и решил воспользоваться его предложением, не откладывая в долгий ящик.

– У меня есть к тебе одна просьба.

– Что ж, – недовольно сжав губы и снова став раздражительным, ответил тиун, – какая?

– Я повздорил с Кривом, одним из стражников Бойдана. – поделился я своей неприятностью, – Он уже нанимал людей, чтобы убить меня. Ему это не удалось, как видишь, но если я вернусь в крепость, он не оставит своих попыток. Возможно, попытается убить лично. Ты можешь сделать так, чтобы стражник оставил меня в покое?

– Но ты обязан вернуться туда немедленно! – воскликнул Зенка, проигнорировав просьбу и подозрительно уставившись на меня, – Не вздумай удрать с письмом, слышишь?! Пожалуй, отправлю с тобой рудокопа, чтобы присмотрел.

– Я и не собирался. – досадливо ответил я, понимая что Зенка оказался пустобрёх, помощи от него мне не дождаться, и я снова нажил себе лишних хлопот, – Просто не хочу, чтобы меня убили.

– Никто тебя не убьёт, – раздражённо заявил Зенка, – по крайней мере сразу. Всё что тебе нужно, это отнести письмо Бойдану и рассказать ему о Криве. Ты помог мне наладить работу в шахте, и я уверен что, узнав об этом, Бойдан обеспечит тебя протекцией.

Перед тем как мне разрешили покинуть шахту, ко мне приставили наблюдателя, а один из стражников провёл тщательный досмотр. Убедившись, что я ничего не украл, он разрешил идти. Вот когда я обрадовался тому, что удержался от желания стянуть то, что плохо лежит, ведь вор здесь мог бы получить наказание в виде всё тех же каторжных работ, а этого я вынести бы не смог.

Не доходя из выхода из шахты, мы были ослеплены ярким светом солнца. Было раннее утро, но мой измученный организм, не спавший в эту ночь, бодрости не чувствовал. Уставший и сонный, я отправился в путь, надеясь, что по пути мне не встретятся опасные животные, потому что был не в состоянии отбиться даже от комара. Приставленный ко мне рудокоп словоохотливостью не отличался и держался чуть поодаль, что меня вполне устраивало. Выпытывать какое поручение дал ему Зенка нужды не было, всё было и без того ясно.

Под строгим присмотром, и сомнительной защитой, я был сопровождён до главных ворот крепости, которые мне удалось миновать без вопросов, но косые взгляды стражников ясно дали понять, что обо мне здесь не забыли. Какой-то тип при моём появлении поспешно скрылся. Возможно, это был Юзеф, я не успел рассмотреть. Далибора нигде не было видно и я, опасаясь появления Крива, поспешил на торговую площадь в поисках Зорана, поскольку не был уверен в том, что стражники не решаться убить меня на виду у всех. Мне сейчас требовалась любая поддержка со стороны ходоков. Зорана, к счастью, я заприметил у лавки Челка. Он уже закончил свои дела с торговцем оружием и шагал прочь, когда я нагнал его.

– Эй, Зоран! – окликнул я, – Я вернулся.

Зоран остановился, развернулся, посмотрел на меня будто в первый раз видит, а вспомнив, недовольно проворчал:

– Тебя только за смертью посылать. Невзор уже собрался шкуру с меня снимать.

– Возникли проблемы с тиуном, – ухмыльнулся я, еле сдержавшись от того, чтобы не высказать ходоку всё, что я о нём думаю, – пришлось решать, как голову не потерять.

– Вижу что смог. – утвердительно произнёс Зоран, – Вести то, хорошие?

– Вполне. – ответил я, – Я решил проблему с задержкой в поставке руды и Зенка дал письмо. Тебе отдать, или ты попросишь меня отнести?

Я достал из мешка письмо, запечатанное Зенкой и издевательски покрутил им перед носом Зорана.

– Давай сюда! – выхватил письмо Зоран, – Много возомнил о себе!

– Но я же могу рассчитывать на то, что ты порекомендуешь меня Бойдану? – с нажимом в голосе спросил я.

Зоран ничего не ответил, как-то странно посмотрел на меня и ушёл. Моя паранойя усилилась. Я почувствовал, что мне необходимо бежать от сюда, но считал, что сначала надо обсудить сложившуюся ситуацию со стражниками с Далибором. Возможно в его силах было помочь мне снова. Дойдя до хижины Далибора я, чтобы не привлекать внимание, не стал останавливаться на пороге и сразу зашёл внутрь. Ждать пришлось довольно долго. От нечего делать я облазил все углы и нашёл припрятанную под столом, а может и забытую там, тарелку, на которой лежал малость надкусанный, холодный кусок мяса. Хотя оно и было заветренно я съел его с большим аппетитом и уже подумывал завалиться на кровать, как заметил через окошко наставника, который входил через главные ворота, неся на плечах тушу какого то животного. Я широко улыбнулся, предчувствуя пиршество. Далибор, похоже, сильно устал, потому что первое время упорно отказывался замечать, что в его доме кто-то есть. Он положил тушу молодого оленя на разделочный стол и наконец зашёл в хижину за топором, который я услужливо протянул ему.

– Ах ты прохвост! – приветствовал он меня, – Где пропадал так долго? Впрочем, расскажешь за работой, а то протягивает он мне тут…

Несмотря на недовольный тон, я понял, что Далибор рад видеть меня.

– Ходили слухи, что тебя убили. – сказал он, присаживаясь на скамейку и наблюдая за тем, как я разделываю тушу.

Я подробно пересказал ему свои приключения, стараясь не пропустить ни одной важной детали и к тому моменту, как закончил с разделкой, Далибор узнал всё в подробностях.

– Что ж, неплохо. – прокомментировал он, – Стычки интересов здесь в порядке вещей. Ты ведь не сверкающий далеон, чтобы всем нравиться. Зато ты обзавёлся новым оружием, заводишь нужные знакомства и не даёшь вытирать о себя ноги.

– Надеюсь не будет наглостью претендовать на участие в роскошном ужине, который ты тут устраиваешь? – хитро сощурившись спросил я.

– Конечно нет. – похлопал он меня по плечу, – Только готовишь ты.

Далибор скрылся в хижине и вернулся от туда с хлебом, приправами и двумя чёрными бутылками в руках.

– Мне нужен твой совет. – принимая, приправы для мяса, перешёл я наконец к вопросу, тревожившему меня.

– Нет ничего дешевле совета, – кивнул мне Далибор, – но ничто и не обходится дороже, чем совет некомпетентного человека. Рассказывай и будем надеяться, что моего жизненного опыта хватит на то, чтобы дать тебе дельный совет.

– Я обещал одному могущественному человеку передать амулет лично Бойдану. Если я не выполню эту задачу меня ждёт смерть. Время идёт, а я не слишком продвинулся к тому, чтобы стать ходоком, как ты. Может быть есть иной способ попасть к Бойдану?

– Быть может. – философски ответил Далибор, – Всё может быть. Но что это за могущественный человек?

Я рассказал Далибору про то, как меня подставили, про вмешательство самого Руцкаря, про подслушанный разговор ратников, и про освобождение меня Казимиром. Далибор слушал не перебивая, и его правая бровь изгибалась всё удивлённее и удивлённее.

– Тебя втянули в какую-то очень не простую игру. – произнёс он, с сожалением посмотрев на меня когда я закончил, – На твоём месте я бы больше никому не распространялся о твоих сомнительных могущественных знакомствах, а также не тешил бы себя иллюзиями, что сможешь использовать эти связи в своих интересах. Ты должен, во что бы то ни стало, выполнить поручение гласа Смерти, чтобы сохранить себе жизнь, и как можно скорее постараться выйти из этой игры.

– Настолько все серьёзно? – ужаснулся я.

– Думаю, ты даже представить себе этого не можешь. – кивнул мой наставник, – Это очень большие люди. Они наступят на тебя, раздавят и вытрут подошву, точно так, как если бы ты случайно наступил на таракана. А ведь таракан тоже может думать, что его отправили куда-то по очень важному делу.

– Хорошо. – приуныл я, невольно сравнив себя с тараканом, – Но что же мне делать?

– Люди Дариона свободно перемещаются везде. – улыбнулся мне Далибор, – Станешь одним из них, получишь свободу перемещения, и сможешь попасть на приём к Бойдану, без всяких дурацких заданий. Любогост, мой друг в тамошнем поселении, поможет тебе адаптироваться. К тому же, по твоим словам, глас Смерти тоже хотел, чтобы ты присоединился к Прозревшим.

– Верно. Это отличное решение! – обрадовался я, – Но почему Прозревшим позволяют свободно перемещаться?

– Дарион очень мудрый человек. – ответил Далибор, – Он нашёл то, что интересно всем, и открыл своё поселение всем желающим. Его и его людей считают чудаковатыми, ведь за все время своего правления Дарион ни разу не выказал желания завладеть рудниками, или какими-либо другими богатствами. Ни разу не проводил агрессивную политику. Он преследует свои цели, находящиеся вне привычного понимания. Фактически занимая изначально зависимое положение от бояр, Дарион добился того, что сам стал уважаемым человеком с не меньшей, а то и с большей властью. Его люди процветают, а его жрецы, выходцы из простого народа, получили мощь сил, не уступающую силам гласов Мира и Жизни.

– И всё же, – спросил я, нарезая прутики для обжарки мяса, – наверное есть что-то ещё?

– Ты проницателен. – рассмеялся Далибор, – Помимо ранее сказанного, я обещал передать приправы Любогосту, но у меня никак не находиться свободного времени. Постоянные заказы на шкуры.

– А.а.а… – разочарованно протянул я.

– Шучу. – Далибор вдруг стал серьёзным, – Всё дело в том, что наш кровопийца Бойдан хочет получить контроль над поставками курительной смеси, а заодно и прибрать к рукам силы жрецов Прозревших, полностью уничтожив их, а остальных их людей отправить на свои рудники. Он хочет править всеми землями. Крепость Тверда падёт, если люди Бойдана обретут способности жрецов, поскольку гласы Мира, скорее всего, постараются держать нейтралитет. Бойдан тоже хочет знать сильные и слабые стороны Прозревших, и он поручил это задание мне вчера.

– Не может быть! – воскликнул я.

– Может. – хмуро ответил Далибор, – Как видишь, у Бойдана и у твоего тёмного знакомого схожие запросы. Я не знаю точно в чём дело, но чувствую, что Казимир тоже нацелился прибрать к рукам источник силы Дариона.

– Да зачем ему ещё силы? – удивился я, – Ты его не видел, а я видел. Пожалуй сильнее его никого и нет.

– Как же плохо ты знаешь людей! – рассмеялся Далибор, – Что может быть лучше власти? Власть абсолютная! Тот, кто её хоть раз ощутил, будет делать всё для того, чтобы стать ещё могущественнее.

– Допустим. – не стал спорить я, – Но разве ты не можешь узнать у Любогоста про их этот источник силы?

– Любогост всего мне не расскажет. – хмыкнул Далибор откупоривая бутылки, – Прозревшие свои секреты хранят надёжно, а если пробыл там долго…

Далибор пригубил бутылку и снова расплылся в довольной улыбке:

– Великолепное вино!

– То есть ты хочешь, чтобы я помог тебе с поручением? Ты хочешь помочь Бойдану захватить секреты Прозревших и сделать из них рабов? – уточнил я, расставляя насаженные на прутья куски мяса над огнём и добавляя специи, – Я что-то не понимаю. Ты же вроде не жалуешь Бойдана?

– Конечно же я не хочу быть причастным к массовым убийствам. – вздохнул Далибор, – Прося тебя об этом я поступаю низко, но что-то мне подсказывает, что именно ты сможешь найти правильное решение там, где все остальные оступятся. И хотя с просьбой пришёл ко мне ты, сейчас я прошу тебя спасти мою шкуру. Бойдан не терпит отказов. Если ты узнаешь их тайну, или хотя бы сможешь украсть рецепт эликсиров у Оргала, что потребовал от тебя Кажен, то у меня появится шанс выйти сухим из воды. Я понимаю, что это предельно опасно, и если ты не хочешь…

– Я сделаю. – пообещал я, – Ты ведь единственный мой друг. Но и ты пообещай, что сделаешь всё для того, чтобы Бойдан не устроил кровавую резню.

– Ты юн и неопытен. – улыбнулся Далибор, – А я знаю что могу обещать только то, на что могу повлиять лично. Поэтому я обещаю не передавать Бойдану информацию в таком ключе, которая могла бы дать ему преимущество.

– Этого вполне достаточно. – улыбнулся я, – А разве ты сам не хотел бы проникнуть в тайны Прозревших?

– Конечно нет. – хлопнул себя по колену Далибор, – Меня там каждая собака знает. Что я смогу сделать? Но мне тоже, не скрою, до смерти интересно, каким образом ещё вчера обычные люди, в кротчайшие сроки овладевают силами! Обычно гласам требуются долгие годы, чтобы добиться хоть каких-то результатов, и лишь после осознания, как мне сказали, мощь будет усиливаться более интенсивно.

– Вот оно что! А Любогост вообще ничего не рассказывал тебе об этом?

– Любогост хороший воин и охранник. Вернее наставник новичкам, прям как я здесь для тебя. В познании сил он не добился почти ничего.

Мясо над угольями стало заметно подрумяниваться. От него потекли одуряющие ароматы. Я уже трижды сглотнул слюну. Многие стражники, ведомые запахами, появлялись перед нами, но ловя суровый взгляд Далибора, ретировались. Наконец показался Крив. Он вразвалочку подошёл к нам, небрежно кивнул Далибору, и вызывающе уставился на меня.

– Что, цыплёнок вернулся под крылышко? – обратился ко мне десятник, – Идём. Нам нужно кое о чём потолковать с тобой наедине.

Я дёрнулся было в его сторону, но Далибор положил мне руку на плечо.

– Никуда он с тобой не пойдёт. – произнёс мой наставник, – Хочешь общаться, говори здесь.

– Ну конечно, конечно! – стал издеваться Крив, – Папочка защищает своего птенчика. К сожалению тебя, Далибор, это не касается.

– Так ты идёшь, трус?! – бросил он мне.

– Слушай ты, паршивая крыса! – опередил мой ответ Далибор, – Или ты немедленно убираешься с глаз, или, клянусь, я буду биться с тобой, и успокою тебя навечно!

Я даже не успел заметить, как в руках Далибора оказался обнаженный клинок, который недвусмысленно угрожал здоровью Крива. Десятник счёл за лучшее убраться восвояси, но уходя, снова обратился ко мне:

– Не думай, что легко отделался, сосунок. Я понял, что ты не мужчина, раз избегаешь прямого вызова. Когда в тебе появиться хоть капля мужества, приходи ко мне. Разговор наш не завершён.

Боя не случилось, но Крив здорово испортил мне настроение. Кроме того я переживал, что Далибор тоже может подумать, что я струсил.

– Далибор, – обратился я к нему, – я благодарю тебя за то, что ты заступился за меня, но я думаю, что и сам могу поставить Крива на место.

– Да о чём ты вообще думаешь?! – возмутился Далибор, – Ещё раз говорю тебе, забудь о конфликте с Кривом. Сколько ты ещё встретишь таких псов, что тявкают что ни попадя? Со всеми будешь лаяться?

– Но…

– Ты не готов биться с Кривом и точка. У тебя нет ни доспехов, ни опыта. Будешь действовать, когда я тебе это разрешу. Ты мне нужен живой, что мне пользы от покойника?

– Но ты подготовишь меня и разрешишь действовать? – не унимался я.

– Уже этим занимаюсь. – буркнул Далибор. – Сегодня отдых. Завтра, с раннего утра, найдёшь поединщика от Прозревших, Синаха. Он лысый и весь в татуировках.

– Да, видел его. – подтвердил я.

– Попросишь его отвести тебя к ним в поселение. Он выиграл бой у Захара, сейчас в хорошем настроении, и потому отказать тебе не должен.

– Но почему я сам не могу отправиться к ним?

– Дойти до болот для тебя будет тем ещё испытанием. Никогда не отказывайся от помощи, от дельного совета и не перечь знающим.

Мясо дожарилось как раз вовремя. Свет быстро терял свою силу, и на небе начали проступать звёзды. В потёмках я готовить не любил – не видно хорошо ли прожариваются куски, да и подгореть могло, не заметишь. Дневной шум затихал, уступая место далёкому стрекоту сверчков. Я сел на лавку рядом с моим учителем, подал прут с мясом, а взамен получил бутыль с вином. Ели молча, каждый погружённый в свои думы. Я мысленно перебирал все события, приключившиеся со мной с того момента, как я посетил злополучную таверну. Из головы не шёл смех, издёвка кого-то, кто убил моих друзей и подставил меня. Я мучительно и безуспешно искал ответ на вопрос, почему всё это случилось со мной? После обсуждения ситуации с Далибором, я укрепился в мысли, что глас Смерти Казимир может дать ответы на все вопросы, но сначала следовало выполнить его задания. И пусть сейчас я делал всё по наитию, балансируя на грани провала, но благодаря Далибору и людям подобным ему, я набирался сил, опыта, умения, и вера в то, что я смогу добиться успеха, росла с каждым днём.

РАСКРЫТИЕ СИЛ

Далибор поднял меня ни свет ни заря, и всё бы ничего, если бы я не видел, что он собирается после моего ухода лечь спать дальше. Меня пробирала такая зависть, что я чуть не заскулил от досады. Мне совсем не хотелось перетаскивать куда-либо свои кости, ещё недавно находившиеся в таком блаженном покое. Утешил себя тем, что позавтракал холодной, но от этого не менее вкусной олениной, и запил завтрак водой. Сделав короткую и нехитрую зарядку, позволившую мне приободриться, я собрал свои вещи и вышел из дома в прохладное утро. Походный мешок приятно отягощал спину запасами провизии, которой я набрал в путь без всякого стеснения. Поразмыслив с минуту над тем, где я могу найти Синаха, я решил начать с арены, и уже во втором доме, справа от входа на арену нашёл поединщика. Именно его я видел раскуривающего дурман на торговой площади, в первый день моего появления во внутреннем кольце крепости.

– Доброе утро! – приветствовал я, увидев, что он сидит на коленях и медитирует перед грубо вырезанной деревянной фигурой, – Что, не спится?

Синах медленно кивнул, и выходя из транса ответил:

– Ты нарушаешь моё общение с Данталом. Обратись ко мне позже.

– Так выглядит Дантал? – стало интересно мне, и я бесцеремонно взял небольшую фигурку в руки, чтобы рассмотреть получше. Фигурка показалась мне подозрительной. Вроде бы вполне себе человек, с красивыми, точёными чертами лица, идеальной, атлетической фигурой, но за спиной явно вырисовывались крылья, а пальцы рук выглядели удлинённо из-за длинных ногтей, больше похожих на когти, чем на ногти обычного человека.

– Он выглядит очень странно. – заметил я, проигнорировав неприязненный взгляд Синаха, – О чём ты просишь его?

– Я молю Дантала, чтобы он помог мне во исполнение воли Дариона, и я смог бы найти новых Прозревших.

– Тогда Дантал тебе помог. – улыбнулся я, – Я хочу присоединиться к вашему поселению.

– А почему ты этого хочешь? – недоверчиво спросил меня Синах, забирая свою драгоценную фигурку и бережно укладывая её в кусок ткани.

– Здесь меня хотят убить, потому что я не разделяю взгляды стражников. Кроме того, я хочу знаний и приложу все усилия, чтобы их получить.

– Человек с целью… это так необычно для здешних мест. Истинно! – просиял он, – Сила Дантала велика! Теперь я верю, что Дантал направил тебя ко мне, ведь наши жрецы тоже говорят о свободе, которую мы скоро приобретём через Дантала! Не будем терять времени, брат. Идём скорее!

Стражники, охранявшие главный вход, вертели рычаги, поднимая огромные ворота, которые всегда закрывались на ночь.

– Куда это вы собрались? – зевая во весь рот спросил стражник, когда мы подошли к нему.

– На охоту. Куда же ещё? – бросил я ему не останавливаясь.

Стражник хотел спать, и не сумев задать второй вопрос снова зазевал. Он лишь махнул нам вслед рукой, поленившись расспрашивать. Его смена запаздывала, а после ночного бдения ему было не до того, чтобы рьяно нести свои обязанности. Я мысленно поздравил себя с удачей и посчитал это хорошим предзнаменованием.

Между тем, Синах, желая быстрее привести меня в своё родное болото, ускорял и ускорял шаг, пока не перешёл на бег. Не имея ничего против, я пристроился чуть позади и с удовольствием стал обозревать окрестности на бегу.

Мы миновали деревянный мост через реку и я уже было с ужасом подумал, что мой проводник поведёт нас в глухую чащу леса, которая сплошной стеной встала перед нами, но Синах повернул направо и побежал вдоль берега, где всё хорошо просматривалось наперёд. Внезапно из лесу вылетел огромный шершень, и стал кружить по берегу реки, преграждая нам путь. Мой спутник, не сбавляя темп, достал топорик и направился к опасному насекомому. Я предусмотрительно остановился поодаль. Синах подбежал к шершню, пока тот не успел обратить на него внимания, быстро нанёс два удара и отбежал в сторону. Удары были не сильные и я подумал, что он только зря разозлил крылатое насекомое, но с удивлением заметил что шершень, который собрался атаковать наглеца, вдруг забился в конвульсиях и рухнул на землю, где Синах без спешки отсек ему голову.

– Как ты это сделал? – удивился я, и подошёл к проводнику, который распорол шершню брюхо, и осторожно отделял два пузыря с какой-то прозрачной жидкостью внутри. Синах, недовольный моим вопросом, сначала хотел отмолчаться, что было видно по его лицу, но мгновение спустя передумал и ответил:

– Это мой секрет, да ведь ты всё равно будешь допытываться?

– Верно. – улыбнулся я, – Буду допытываться, ещё как!

– Хорошо. – сжал он губы, – Возможно, если я поделюсь с тобой тайной, Дантал простит мне мои прегрешения. Употреби это знание на пользу, но не болтай лишнего, потому что даже Прозревшие не знают об этом.

– Обещаю использовать полученные знания только во благо Прозревших! – торжественно поклялся я, – И ни с кем не делиться тайной.

– Обнаружил я это случайно, – стал рассказывать Синах, – когда, впервые вышел на охоту за шершнями и, с большим трудом победив одного, сидел и разделывал его. Было интересно посмотреть, что у этой твари внутри. Но действовал тогда это очень неумело, и надавив сильнее, чем следовало, случайно распорол пузырь. Яд весь вытек, но также вытекла ещё какая-то чёрная, липкая жидкость, что замарала мне топор. Внезапно я подвергся атаке ещё двух шершней. Защищаясь, я нанёс им пустяковые ранения, от которых эти твари мгновенно погибли.

Синах пихнул останки насекомого ногой.

– У меня в голове сразу же мелькнула догадка, и я не замедлил её проверить. Результат получился превосходный. С тех пор я лучший истребитель шершней во всей округе.

– То есть, – уточнил я, – яд шершня почти мгновенно убивает самого шершня?

– Это не совсем яд. – Синах поморщился, – Тот яд, который опасен для людей, он прозрачный, но для шершня абсолютно безвреден. А это какая-то другая субстанция. Вот смотри.

Отделив пузыри с ядом, он показал мне две узенькие тёмные полоски под ними. Вернее плоскими они только казались. Внутри полосок находилось малое количество чёрной жидкости, смертельной для своих хозяев.

– Возьми себе одну полоску. – предложил Синах, – На болоте полно шершней, а тебя наверняка направят туда на работы. С имеющимся теперь у тебя знанием, ты сможешь принести большую пользу Прозревшим.

– Очень щедро с твоей стороны, – поблагодарил я поединщика, – но всё-таки, в чём кроется истинная причина того, что ты решил поделиться этим со мной?

– С некоторых пор, – печально улыбнулся Синах, – вход к Прозревшим мне заказан. Я оступился и стремлюсь исправить свою вину, но нет уверенности в том, что Оргал меня простит. Браться на болотах сильно страдают от налётов этих опасных насекомых, а здесь мои навыки не востребованы. Пусть меня не будет рядом с ними, но через тебя, я смогу продолжить быть полезным братству.

Мы продолжили наш путь. Чем ближе бежали к реке, тем меньше становилось травы под ногами, её вытеснил прибрежный песок. Солнце поднялось высоко, рассеяв утреннюю свежесть, и из реки на берег полезли греться вараны.

– Давай не будем связываться с этими тварями. – предложил проводник, свернув назад к лесу, – Пусть получиться чуть длиннее, но хлопот меньше.

– Как скажешь. – согласился я, – Только если у леса на нас не нападут волки.

– Они в эту часть не забредают. Здесь водятся клингеры. – успокоил меня Синах. – Волки их бояться, а вот если вглубь леса зайдёшь…

– А ты что, клингеров не боишься? – удивился я.

– Нужно знать повадки зверей, и тогда бояться надо будет меньше. – объяснил он, – Например, сейчас клингеры ложатся спать, после ночной охоты. Для этого они выискивают укромные места. Так что если не лезть на рожон, человек может спокойно пройти по их территории, чего звери, чующие отметки, ни за что не сделают.

Кусты и деревья приблизились, и обступили со всех сторон. Впрочем, далеко от реки мы не удалялись, держа её в зоне видимости. Приятно пахло лесной сыростью. Яркие, спелые ягоды притягивали взор, приглашая полакомиться. Тут и там росли грибы. Солнечные лучи до самой земли проникали в эту часть леса, придавая ему живописный и умиротворённый вид. Опавшие листья, травы, мох пружинили наш шаг, и только редкий треск сучьев под ногами, да наше глубокое дыхание нарушали здешний покой.

– Так! – вдруг зашипел Синах, резко затормозив, будто наткнувшись на что-то, – Давай обратно к реке.

Я едва успел рассмотреть остатки недавно загрызенного животного, и что есть сил припустить за своим провожатым.

– Думаешь, это сделал клингер? – спросил я, только у самой реки догнав Синаха.

– Точно знаю, что он. – ответил проводник, замедлив бег и настороженно осматривая нагромождения скальных обломков, за которые крепился подвесной мост через реку.

– Что, здесь тоже опасно? – шёпотом спросил я, схватившись за рукоять булавы.

– Видишь пещеру на той стороне реки? – указал мне Синах на густые кусты, – В ней поселились дрекаваки. Они часто нападают на путников здесь, выбирая для засады эти валуны.

– И что, до сих пор никому дела нет до того, что дрекаваки перекрыли путь сообщения между поселениями? – удивился я.

– Главы поселений в курсе, – пояснил Синах, – но им выгодно, чтобы обычные люди не передвигались свободно между поселений. Ты наверняка знаешь, что Дарион не доверяет Бойдану, а Бойдан не терпит, когда его люди переходят в наше братство. Это и привело к тому, что дрекаваки чувствуют себя здесь в безопасности и обнаглели настолько, что сами начали нападать на людей. Поняли, что добыть человека на еду гораздо легче, чем любое дикое животное. Только достаточно опытные бойцы могут миновать этих тварей без потерь. Дрекаваки очень проворные, и их там уже больше сотни.

– Ого! – ужаснулся я, – Так много?

– Гляди сам! – пихнул меня локтем Синах.

Кусты закрывавшие вход в пещеру на той стороне зашевелились, раздвинулись, и из них появилось пятнадцать дрекаваков. Они вышли на мост и, издавая скрипящие звуки, двинулись в нашу сторону. Среди скал вдруг тоже обнаружилось движение. Пятеро дрекаваков выскочили из укрытия и побежали навстречу своей смене.

– Пора! – шепнул мне Синах, и рванулся вперёд. Я тоже старался бежать со всей доступной мне скоростью, чтобы не стать добычей каннибалов.

Дрекаваки нас заметили. Издавая жуткие вопли они бросились за нами в погоню, едва не сбросив в реку тех, что бежали им навстречу. Эта заминка позволила нам оторваться, а начавшийся покатый спуск, придал ногам дополнительное ускорение. Синах всё бежал и бежал, но я начал задыхаться.

– Стой! – прохрипел я ему в спину, – Никто не преследует. Дай отдышаться.

Мой проводник остановился, недоверчиво и внимательно осматривая местность за моей спиной. Я завалился на землю, и с открытым ртом глотал воздух, очень влажный в этой местности. Высоченные деревья росли здесь, давая густую тень. Впереди возвышались просто гигантские экземпляры. Коры на этих деревьях не было, и они бесстыдно открывали свои гладкие, словно полированные стволы с затейливым пятнистым узором, взгляду любого путника.

– Тебе надо поработать над своей выносливостью. – насмешливо произнёс Синах, удостоверившись, что мы в безопасности, – Совсем немного пробежали, а ты уже при последнем издыхании.

Он сказал это просто, подмечая факт, но я от досады прикусил губу, и стал медленно подниматься на ноги.

– Почти пришли. – показал Синах на утоптанную тропинку меж деревьев с установленными справа и слева от неё указателями, – Дальше безопасно.

Здесь отчётливо слышался лягушачий хор, но самих болот пока видно не было. Я даже поёжился, представив себе количество и размеры лягушек.

– До поселения от сюда не больше километра. – продолжал Синах, – Если наткнёшься на какого дикого зверя, что маловероятно, беги ко входу. Его всегда охраняет стража. Они помогут. Я же вернусь в крепость. Вдруг Дантал настолько милостив, что позволит отыскать ещё брата?

– Берегись дрекаваков. – ответил я, прощаясь с Синахом, – Я видел, как минимум, с десяток тварей, преследовавших нас. Может быть они всё ещё в лесу.

– И то верно. – нахмурился Синах, – Раньше они никогда не отходили далеко от скал. Возможно обнаглели настолько, что стали посылать передовые отряды. Ну да что-нибудь придумаю. Разыщи Оргала и скажи, что это я привёл тебя, хорошо?

– Сделаю. – пообещал я, и уже один медленно пошёл по тропинке ведущей к поселению Прозревших.

Эта часть леса действительно оказалась почти без живности. Вероятно охотники истребили здесь всю дичь и животные перестали приближаться к поселению. Обогнув очередное толстое дерево, я увидел обширное болото. К удивлению, поселение большей частью располагалось на гигантских деревьях. Я разглядел множество переходов с одного дерева на другое, иногда на головокружительной высоте. Кое-где эти сообщения были построены из досок, а где-то использовались широкие пересекающие ответвления деревьев. По таким веткам легко могли ходить вряд по трое. Нижняя часть селения располагалась на холмах, у оснований деревьев, и настилах, построенных местными жителями. Слева виднелась огромная скала, с прилегающим к ней участком суши, на котором были установлены каменные колонны и пьедесталы. Эти каменные сооружения, на первый взгляд, не несли никакой практической пользы, и их назначение сразу стало загадкой для меня. Я предположил, что с этим местом связана какая-то тайна. В самой скале, высоко над землёй, виднелся вход, к которому вела высеченная в камне широкая лестница.

Лягушачий хор не смолкал ни на минуту, но и через него прорывалось весёлое щебетание птиц, в бесчисленном множестве заселивших кроны деревьев великанов по соседству с людьми, которые, как и птицы, построили себе домики прямо на деревьях. Место мне понравилось, ведь я ожидал гораздо худшего от болота. Чтобы войти в поселение не замочив ноги, нужно было пройти по широкому деревянному настилу, мимо стражей. Их суровые лица выражали настороженность, а острые взгляды будто впивались, отыскивая любой намёк на опасность. Как и все стражники, которых я когда-либо видел, они были физически развиты, и подготовлены к схватке в любую секунду.

– Кто таков? – последовал ожидаемый вопрос.

– Я хочу примкнуть к Прозревшим, – ответил я, – стать верным служителем Дантала.

– Новичок? – понимающе кивнул страж, и немного расслабился. Впрочем, его напарник всё также был готов одним ударом снести мне голову.

– А где твой провожатый?

– Синах… – начал я.

– Можешь не продолжать. – остановил меня страж, – Этот пройдоха и не мог прийти с тобой. Ты можешь пройти, но ориентироваться здесь тебе придётся самому.

– Он в чём то провинился? – стало любопытно мне.

– Он обманул сборщиков, предложив им помощь в доставке груза, предназначавшегося для важных исследований, а сам, продал его людям Бойдана. Я стоял на страже, когда он выносил груз, и мне здорово влетело за то, что я не придал тогда этому значения. Синах пытается загладить вину. Возможно, ему это удастся, если он приведёт пятерых новичков. Но уж я то ему не прощу, да и сборщики, которые сейчас до сих пор на болоте, тоже.

– Понятно. А я первый, кого он привёл?

Страж кивнул и, казалось, забыл про меня. Никем больше не задерживаемый, я ступил на территорию Прозревших.

На первом же островке, удобно расположившимся на корнях дерева гиганта, сидели люди, что-то неспешно обсуждая. Лица и руки их были сплошь покрыты татуировками, а головы начисто выбриты. Одежда обоих была сделана из грубой, плотной материи, но у одного лысого, у которого татуировки покрывали даже череп, одеяние было ярко раскрашено изображением животных. Судя по горделивой осанке он, скорее всего, являлся местным гласом. У второго одежда была украшена цветными геометрическими узорами. Крепкие, жилистые руки и пристёгнутый к поясу боевой молот, с весом которого вряд ли было легко управиться, выдавали в нём воина. К тому же его руки были защищены браслетами, а плечи закрывали пластины, на которые, при необходимости, можно было принять удар, чтобы защитить голову. Впрочем, у обоих был крайне дружелюбный вид, но я решил обратиться сначала к воину, который был мне больше понятен.

– Приветствую тебя, воин! – сказал я подходя ближе, – Можешь ли ты помочь мне? Я новичок здесь.

– Я лишь мирный служитель, незнакомец. – ответил он мягким голосом, – Моей задачей является помощь новоприбывшим. Я помогаю ориентироваться в нашем поселении и рассказываю о наших законах. Тебя верно ввёл в заблуждение мой молот? Не обращай внимания. К сожалению, в нашем уютном месте не всегда бывает безопасно, поэтому оружие здесь необходимость, хотя и дикая, варварская.

– Угу. – кивнул я, улыбаясь. Этот человек сразу мне понравился. – Обманулся, да. Особенно глядя на размах плечей, боевые браслеты и крепость натренированных мышц. Впрочем, если все мирные служители тут таковы, то вам особо бояться нечего.

Он улыбнулся в ответ и обратился к своему гордому собеседнику, который с момента моего появления не обронил ни слова и вообще делал вид, что меня нет:

– Великий глас Тонгат, позволь мне приступить к своим обязанностям, и принять гостя.

Глас величаво поднялся с корня, слегка кивнул головой, даруя своё согласие, и не спеша удалился. Служитель повёл меня вокруг ствола, и обогнув корень, вздыбившийся из-под земли выше человеческого роста, мы оказались у входа в пещеру, как мне сначала показалось. Лишь потом я сообразил, что это дупло в дереве, образовавшееся у самого основания.

– Это моё жилище. Зайдём! Ты наверняка устал и хочешь пить с дороги.

В жилище я зразу заметил маленький алтарь, с тем же загадочным божеством, которого я уже видел у Синаха, койку, стол, два стула, и идеальную чистоту. Я присел на стул, а хозяин дома налил мне воды, вытащив заглушку из внутренней стороны дерева.

– Это сытная вода. Так мы её зовём. – пояснил он, – Сок самого дерева. Он не только освежает, но и придаёт сил.

Я с сомнением посмотрел на протянутую мне кружку, но отказываться было как-то неудобно. Служитель понимающе улыбнулся, и налил себе вторую кружку, которую тут же осушил. Я последовал его примеру. Вода оказалась слегка вязкая, но холодная и сладковатая. Я почувствовал, что жажда утолена, а мышцы действительно вновь наполняются силой.

– Здорово вы это здесь придумали! Никуда за водой ходить не надо. Всё рядом.

– Мудрость Дариона велика. – согласился служитель, вознеся взгляд к своду дупла.

– Слушай, – ответил я, – раздели тогда и ты со мной еду. У меня есть отличная оленина с великолепной приправой.

– С удовольствием.

Я выложил куски мяса на деревянные тарелки.

– Ты хорошо сделал, что не стал обращаться напрямую к гласу. – принявшись за мясо, поддержал беседу служитель, – Они разговаривают только с теми, кто добился их уважения. Всем другим разговаривать с ними запрещено. Кроме того, они просто не ответят.

– Вот как. – задумался я, – Но с тобой же разговаривать можно?

– Меня зовут Любогост. – улыбнулся он, протягивая мне руку, которую я с удовольствием пожал, – Со мной ты можешь общаться в любое время.

– Любогост! Отлично! А меня, Братислав! – воскликнул я, и полез в мешок, – Вот удача! Думал придётся тебя разыскивать.

Достав из мешка приправу, я протянул её ему со словами:

– Это подарок от Далибора. Он просил передать тебе.

– Далибор, старый дружище! – обрадовался Любогост, принимая посылку, – А я голову ломаю, кто же ещё мог так удачно подобрать специи?

– А это подарок для великих гласов. – протянул я ему сидр Градислава, прикинув что таким образом мог себя считать свободным от долгов за великолепный лук, которым тот меня наградил, – Если понравится, то вы всегда сможете сидр у Градислава, что растит свой яблоневый сад у дороги меж крепостей Тверда и Бойдана.

– С благодарностью принимаю дар. – ответил Любогост. – Я передам его Дариону и возможно он примет решение о закупке этого напитка для всего поселения. Но ты же явился к нам не просто как посыльный? Какова твоя цель?

– Хочу овладеть силами Дантала. – с волнением проговорил я, сам подивившись тому, что сказал именно то, о чём подумал.

– Так ты для этого здесь? Чтобы овладеть силами?

– Было бы неплохо. – честно ответил я.

Любогост внимательно посмотрел на меня, а вернее будто сквозь меня, рядом со мной, и ответил:

– Действительно, ты жаждешь знаний и ищешь путь, хотя намерения твои туманны. Дарион говорит нам, что Дантал дарует знания всем, кто ищет к ним путь. Но самое поразительное то, что у тебя явные способности, а это дано не всем. Присоединившись к нам, ты достигнешь могущества.

– У меня явные способности к изучению сил? – улыбнулся не поверив я.

– Да. – уверенно подтвердил Любогост, – Я вижу твою ауру. Такая бывает только у гласов.

– То есть силам нужно не только учиться, но и иметь предрасположенность к ним. – подытожил я, – А в чём сложность то?

– У каждого есть возможность приоткрыть завес тайны, – стал пояснять Любогост, – и овладеть силами. Но для этого простому человеку нужно не только прилежно учиться, но и соблюдать очень много аскез. Иначе все труды будут бесполезны. У каждого аскеза разная и, как правило, именно та, что даётся сложнее всего. Мне, например, не под силу соблюдать аскезу отказа от мяса, поэтому я так и остался на пороге. Но у тех, кому дарована способность управления силами с рождения, всё происходит будто само собой. Им нипочём нарушения всех запретов. Я всегда по-хорошему завидовал таким как ты.

– Что-то я сильно сомневаюсь, что ты правильно увидел. – покачал я головой. – Сколько времени прошло с моего рождения. Уж наверное я бы заметил что-нибудь необычное.

– В твоём появлении здесь я вижу волю Дантала. Мы посылаем наших людей повсюду за поиском одарённых, но за последнее время лишь Людим, с подобным могуществом, присоединился к нам, а было это давно. – слегка холодно ответил Любогосот, которого задело моё сомнение в его способностях, – Он в короткое время приобрёл высокое положение. Если не устрашишься испытаний, тебя здесь ждёт почёт, слава и сила.

– А что делают остальные? – полюбопытствовал я, скептически отнесясь к его словам, – Те кто не слишком предрасположен? Или совсем не расположен?

– Работы полно. – пожал плечами Любогост, – Всегда найдётся чем занять. Кроме того, множество последователей создаёт эгрегор дополнительной силы.

– Ясно. Конечно полной картины не представляю, но в целом понятно. Получается, что ты будешь обучать меня силам?

– Как слепой может научить видеть? – рассмеялся он, – Ты слушал невнимательно. Тебе нужно просить об этом самих гласов.

– Но ведь они не будут говорить со мной? – возразил я.

– Стань полезным для Прозревших, и они заговорят. Они всё видят и слышат. Каждый твой поступок будет замечен и оценён. В зависимости от того, каков именно будет этот поступок, ты получишь уважение и рост, или порицание.

– Хм. – смутился я, – Синах попросил меня разыскать Оргала и сообщить ему, что это он привёл меня к вам. Но выслушает ли он меня?

– Если вопрос действительно важен, Оргал будет говорить с тобой. – стал размышлять Любогост, – В твоём случае речь о восстановлении репутации человека, а это достаточное обоснование.

Получив разъяснения, как найти Оргала, я встал, и сердечно поблагодарив Любогоста за помощь, направился на поиски. Жилище гласа располагалось над землёй. Выйдя из дома Любогоста, я по мосту перебрался через болото на следующий островок суши, обогнул дерево справа, приветливо кивая всем встречным, и увидел ветвь, которая под своей тяжестью опускалась до самой земли. С неё начинался подъём на второй поверх, а дальше деревья соединяли друг с другом деревянные настилы. В тех местах, где расстояние между деревьями было очень большое, протянулись канатные мосты, а на перекрестиях стволов, болотные жители соорудили широкие деревянные площадки.

На одной из них шла тренировка стражей, которые упражнялись бою на мечах. До дома Оргала вела удобная широкая дорожка из плотно сколоченных досок. Вероятно, служителям было дано специальное указание по строительству дороги к таким важным персонам, и она вышла без канатных переходов. Я миновал три простеньких домика, обогнул два дерева и вышел к площадке, на которой располагался нужный мне дом. Он был втрое больше чем все остальные строения.

С площадки открывался широкий обзор на каменную площадь, да и на большую часть поселения в целом. Внизу находилась кузница, в которой кипела работа. Я ещё раз оглядел колоссальный труд по организации мостов и настилов, которые очень органично смотрелись в зелени листвы, и восхищённо покачал головой. К каждой площадке были прикреплены деревянные лестницы. Это позволяло взобраться наверх практически в любой точке поселения.

Перед входом в дом гласа стоял страж, внушающий уважение своим видом. Этому способствовал и двуручный меч, на который он опирался как на палку.

– Могу я видеть Оргала? – осторожно спросил я, приближаясь к стражнику.

– Он внутри. – кивнул стражник, – Будь почтителен к нему, если хочешь избежать неприятностей.

– Надо полагать. – ответил я, – Будь спокоен. У меня нет желания ссориться с тобой.

– Если разозлишь Оргала, – серьёзно ответил стражник, – моя помощь ему не понадобиться.

Просторное помещение, следующее за коридором, было уставлено столами, на которых располагались всевозможные ёмкости для хранения. Здесь находились большие охапки диковинных трав и цветов, грибов, части каких-то животных. В большом чане готовилось булькающее месиво, издающее слабый кисловатый запах. Над всем этим хаосом властвовал Оргал. Как и глас Тонгат он был одет в яркие одежды и сплошь покрыт татуировками. Ниже среднего роста, щуплый субъект на первый взгляд он не выглядел опасным. Колдуя над своими склянками, он совсем не обращал на меня внимания, и я решил внимательно осмотреть помещение. Обнаружил два сундука в тёмном углу комнаты и решил, что если где и мог хранить колдун свои секреты, так это в них. Затем я более внимательно оглядел хозяина сундуков. Лицо его было жёсткое, и даже жестокое. Какое-то хищное выражение как молния проявлялось на нем в тот момент, когда его что-то не устраивало в ходе эксперимента. Но атлетом он явно не был, и я подумал, что если чем-то вдруг не угожу ему, успею свернуть ему его тощую шею до того, как он применит силы.

– Величайший! – обратился я к Оргалу, – Позволь обратиться к тебе.

Ответа не последовало. Я подошёл к нему вплотную и похлопал по плечу. Оргал повернулся со смесью удивления и возмущения на лице. Я ждал ответ, но глас молчал, всё больше наливаясь злостью, пока до меня не дошло, что надо обозначить цель своего визита.

– Меня прислал Синах. – быстро проговорил я, – Я хочу присоединиться к Прозревшим и он сказал, что я должен сообщить тебе об этом.

– Синах!? Этот проклятый вор?! – наконец прорвало Оргала и казалось возмущению его нет предела, – Он ограбил меня! Ты это понимаешь? Из-за него я вынужден отложить очень важное исследование!

Он орал мне в лицо брызгая слюной так, словно это я его обокрал. Я даже в какой-то момент испугался, потому что руки гласа объяло синее пламя, которое он был готов направить куда угодно.

– Я хочу помочь. – быстро произнёс я, – Я действительно могу быть полезен.

– Полезен говоришь! – взвизгнул Оргал, но тут же взял себя в руки, – Посмотрим… Раз тебя прислал Синах, ты возместишь мне всё, что он украл. Отправляйся на болото к сборщикам. Помоги им собрать тысячу стеблей болотника. Придумай что хочешь, но заставь их работать быстрее. Они возятся уже третий день, а я так ничего и не получил.

– Хорошо. – кивнул я, – А что по поводу Синаха?

– Я уже дал задание стражам скормить его болотным червям, если появится здесь. – кровожадно оскалившись ответил он, – Жаль, что мне некогда лично заняться этим. Уж я бы расправился с ним в назидание тем, кто думает, что обворовать Оргала можно безнаказанно.

По моей спине пробежал холодок.

– Уж не прочёл ли он мои мысли? – подумал я с ужасом. Теперь сомнительная договорённость с Каженом, которую вынужденно одобрил Далибор, казалась мне весьма поспешной.

– Ступай! – вывел меня из размышлений голос колдуна, – Ты отвлекаешь меня от важных исследований!

Я поспешил удалиться и только когда спустился вниз вспомнил, что не спросил где именно искать этих сборщиков. Поразмыслив, направился в глубь болот туда, где земля скрывалась под ряской и тиной, и виднелись обманчиво надёжные кочки. С этой стороны по всему периметру поселения и на таком расстоянии, чтобы можно было видеть друг друга, стояли стражи. К одному из них я и подошёл, надеясь выведать информацию.

– По заданию Оргала я должен помочь сборщикам принести болотную траву. – возвестил я стражнику, с интересом разглядывая его арбалет, – Помоги мне сориентироваться.

– Иди по крайней левой тропе. – посоветовал он, – Дальше пойдут кочки. Они все вытоптаны, не ошибёшься. После них будет насыпь, а далее заболоченная долина. В ней ты и встретишь отряд сборщиков. Но опасайся шершней и тибоаров.

– Кто такие тибоары? – нахмурился я, припоминая, что слышал это слово от подельников Юзефа, избивших меня.

– Огромные черви. – ответил страж, – У них мощные зубастые челюсти, и хотя они питаются болотными растениями и всякой мелочью, но никогда не погнушаются напасть на человека, чтобы сожрать что-то крупное.

– Такие опасные?

– У тебя шансов нет. – придирчиво оглядев меня, сообщил страж, – Если увидишь их, беги без остановки.

– Я вооружён. – возразил я.

– Атакуя, тибоар поднимает часть туловища вверх и становится выше человека вдвое. Кожа у него толстая, да и сам червь силён. Оружие у тебя неплохое, но им только раззадоришь. Хотя, поступай как знаешь.

– А есть ещё что то, чего мне следует опасаться в болоте?

– Вроде нет. Анцыбалов, некогда встречавшихся здесь, мы всех извели, но сколько народу полегло, пока не сообразили, что нужно раздробить кровавый камень в его голове! Та ещё работёнка была! Ну а сейчас, разве что в трясину угораздит тебя попасть.

Поблагодарив стража, я по настилам направился к самой крайней тропинке. Не пройдя по сухому и тридцати метров, пришлось перейти на прыжки с кочки на кочку. Они были хорошо утоптаны неоднократными походами сборщиков, и я легко перескакивал с одной кочки на другую, минуя тёмную воду. Постепенно расстояния между кочками становились всё больше и вскоре пришлось слезть в болото. Деревья исполины стояли и здесь, образуя целые острова суши, но находились они на приличном расстоянии друг от друга. Тем не менее это не мешало их кронам почти полностью закрывать собою небо, позволяя лишь редким лучам касаться болотной жижи.

Здесь меня ждала напасть о которой страж не предупредил, и это были кровососущие насекомые. Их тучи одолели меня и я не мог найти спасения. Бредя по пояс в гниющей жидкости я готов был погрузиться в неё целиком, лишь бы жужжащие кровопийцы отстали. Но вид снующих в воде червей, жуков и ещё невесть чего, удерживал меня от этого шага. Отмахиваясь механически, я старался отвлечь внимание видом огромных кувшинок, на которых устроились толстые жабы. Они смотрели на меня немигающим взглядом, похоже завидуя обилию еды гудящей вокруг меня. Вот одна жаба раскрыла пасть, из которой с быстротой молнии вылетел язык и увлёк зазевавшееся насекомое. Я подумал что было бы неплохо договориться с этими жабами и посадить парочку на себя, чтобы они поедали, или отгоняли гнус. Но при моём приближении жабы прыгали в воду, подныривали и выплывали в другом месте, всё так же с интересом разглядывая меня. Я решил ускорить шаг в надежде, что этот жуткий рой отстанет. Поднимая со дна кучу ила и пузырей, ринулся вперёд. Чуть левее заметил кочки и островки, стоявшие близко друг от друга. В надежде на то, что мне удастся бежать по ним, я свернул с пути и взобравшись на первый островок, припустил что есть сил, большими прыжками преодолевая участки воды. Часть гнуса действительно отстала. Обрадованный этим фактом, я сбавил темп и начал озираться по сторонам, пытаясь сориентироваться на местности, но сделав неосторожный шаг поскользнулся, и рухнул в болотную тину. Под воду ушёл с головой, прежде чем ноги коснулись дна. Здесь начиналась глубина и о переходе болота вброд можно было забыть. Ругаясь на чём свет стоит, я выполз на ближайший островок, основательно измазавшись в вонючей грязи. Всё ещё продолжая ругать болото и насекомых, снимал ряску с ушей, и вдруг позади услышал звонкий смех. Выхватив булаву я повернулся и увидел молодую девушку. Она стояла по пояс в воде и заливалась смехом, глядя на меня. Стройная, с правильными, будто выточенными чертами лица, с чёрными как смоль, длинными волосами, кудрявящимся водопадом ниспадающим на её плечи, изящной фигурой и тонкими, открытыми до плеч руками, она была очень красива. Её зелёные глаза искрились загадочным блеском, которому вторил блеск беленьких зубок.

Одета она была в простую накидку, которая помимо рук оставляла незащищённой большую часть тела, но девушка похоже совсем не страдала от нападения насекомых. Я в растерянности убрал булаву.

– А я гадала, что за огромная жаба завелась у нас в болоте? – сказала она звонким голосом, – Ты новенький, да?

– Я то новенький. – досадливо ответил я понимая, что девушка смеётся над моей неловкостью и внешним видом, – А ты кто? И что делаешь здесь?

– Меня зовут Кара. – ответила она, – Мы собираем болотник для Оргала.

– Но я не вижу других сборщиков. – огляделся я, – Ты от них отбилась?

– Да. Я искала новые участки с болотником и ушла дальше, чем нужно.

– А я иду помогать вам. Давай составлю тебе компанию?

– С удовольствием. – очаровательно улыбнулась она и подошла к моему островку. Протянув ко мне руки она произнесла:

– Помоги мне подняться. Не хочу замараться в грязи.

Я взял её ладонь и потянул к себе. В это же время хрупкая девичья рука стиснула мою руку с такой силой, что я вскрикнул от боли, а последовавший вслед за этим рывок едва не опрокинул меня в воду. Я потянул на себя изо всех сил, глубоко вогнав пятки во влажную землю. Девушка смеялась и продолжала тянуть в воду.

– Кара, что ты делаешь? – процедил я краснея от натуги.

– Хочу чтобы ты составил мне компанию. – ответила она, уперев в меня взгляд. Я похолодел. Взгляд её был полон злобы. Цвет лица поменялся на синий, проступили трупные пятна. Я понял что держу в руках утопленницу. Ошалев от страха, я рванул на себя, повернувшись вокруг оси и подсаживаясь вниз так, чтобы принять вес её тела на свою спину. Продолжая тащить вперёд, поддел поясницей вверх. Утопленница описала в воздухе полукруг и шлёпнулась на землю передо мной. Как только она оказалась на суше силы покинули её и пальцы разжались, выпуская мои руки. Кара, а вернее то, что от неё осталось, не двигалась, а я не решался воспользоваться булавой, чтобы добить. Вдруг рука её дрогнула и выпрямилась, а пальцы собрались в кулак из которого медленно разжался указательный палец, который будто указывал мне направление. Послышался стон, переходящий в бульканье, и воцарилась мёртвая тишина. Я посмотрел в ту сторону, куда указывал палец, и разглядел едва заметную жёлтую полоску, похожую на песок. Вспомнив про насыпь, о которой говорил охранник, я подумал что Кара так хочет отблагодарить меня за избавление от страшной участи существования утопленницей с единой лишь задачей – множить число себе подобных.

Оставив тело девушки непогребенным, я проследовал по указанному направлению и снова был вынужден спуститься в холодную болотную воду. Вода почти достигла шеи, но, по мере продвижения, кочки стали появляться чаще, а уровень воды убывать. Пока я шёл через глубину меня не покидало ощущение, что кто-то преследует, хочет схватить за ноги и утащить на дно, забив под корягу. Вскоре я достиг насыпи и вскарабкался на неё, переводя дух.

Как оказалось, на насыпи решил отдохнуть не только я. Четверо человек тоже расположились на ней и хмуро взирали на заболоченную долину по другую сторону насыпи. Рядом с ними лежала увесистая охапка травы. Заметив меня они повскакивали с мест и достали кто топоры, кто копья. Я поднял руки вверх, показывая что не имею дурных намерений, и медленно пошёл к ним.

– Привет! – сказал я, – Меня прислал к вам Оргал. Я должен доставить ему тысячу стеблей болотника.

– Да-да… – ответил загоревший до черноты долговязый парень, – Мы это уже слышали однажды. Теперь торчим тут безвылазно.

– Вас обманули, понимаю. – возразил я, – Но я действительно послан сюда Оргалом и не собираюсь обворовывать вас. Можешь сходить и спросить у него сам.

– Так может ответить каждый. – ухмыльнулся он, – У меня есть идея лучше, как проверить тебя.

– Какая же?

– Видишь в долине шершней? Там где они летают, болотника очень много. Мы могли бы выполнить три, или четыре нормы по сбору за раз, но соседство этих тварей смертельно опасно. Эти летающие бестии нападают на всякого, кто спустится в долину.

– Я должен убить их? – догадался я.

– Ага. – кивнул он, – Этим ты докажешь, что действуешь в интересах Прозревших.

– А сколько вы уже собрали? – притворно вздохнув, спросил я.

– Чуть больше пятисот стеблей.

– Тогда приготовьтесь вновь браться за работу.

Я отошёл в сторону, чтобы Прозревшие не могли видеть моих приготовлений. Вынув из мешка драгоценный яд, я нанёс его на все грани моей булавы и бесстрашно спустился в долину. Вода выше колен не поднималась и это было на руку, поскольку я сохранял возможность двигаться быстро. Заболоченная долина простиралась до самого горизонта. Дюжина шершней, вероятно привлечённых сюда запахом цветущего болотника, кружили над ним. Едва я сделал пару шагов по цветущей воде, как ближайший ко мне шершень бросился в атаку. Я отскочил в сторону и накрыл его ударом булавы, заставив сбавить темп. Шершень сделал попытку облететь меня по кругу, но тут же забился в конвульсиях и упал в воду. С одним было покончено, но остальные находились слишком близко друг к другу и я выжидал когда кто-нибудь отделится и полетит в мою сторону. Тут мне в голову пришла замечательная мысль. Я мог воспользоваться луком и доставить яд по назначению без особого риска для себя. Обмакнув стрелы в секрете, я достал свой «Волкодав» и послал смертоносных гонцов. Разъярённые насекомые даже со стрелой в теле пытались лететь ко мне, но ни один шершень не смог преодолеть разделяющее нас расстояние до того, как яд начал действовать. Покончив со всеми и собрав стрелы я вернулся к наблюдающим за мной людям.

– Никогда не видел, – произнёс долговязый, – чтобы кто-нибудь сумел так быстро справиться с шершнями. В чем твой секрет?

– Если скажу, – усмехнулся я, – то это уже не будет секретом. Я свою работу выполнил. Впору и вам выполнить обещанное.

Служители принялись за сбор трав, а я удобно устроился на насыпи и с удовольствием наблюдал за тем, как другие работают. Болотника в долине действительно оказалось много. Спустя каких то два часа рядом со мной выросла вторая охапка травы. Труженики обливаясь потом вернулись на насыпь и стали готовить нехитрую снедь.

– Мне нужен помощник. – обратился я к долговязому, – Одному мне не унести столько.

– Я пойду с тобой. – ответил он, – Заодно удостоверюсь, что ты все отнёс Оргалу.

Назад, благодаря проводнику, я добрался без приключений. Мой помощник любезно донёс связку до самого дома гласа, и передал мне её в присутствии стражника.

– Не хочу отнимать даже часть твоей заслуги. – пояснил долговязый, – Без тебя мы не собрали бы больше ни стебелька.

– Спасибо! – сердечно поблагодарил я его и добавил:

– Когда я к вам добирался, я отклонился от пути. Не могу сказать точно, гнус ел сильно. Но там я повстречал девушку, Кару.

– Кару! – воскликнул долговязый, – Этого не может быть! Она пропала на болоте месяц назад!

– Ну… – замялся я, – Она только казалась живой. Пыталась утопить меня, а когда я вытащил её на сушу…

– Ясно. – печально сказал он, – Кару все любили. Хотя она и принадлежала Дариону, он позволял ей находиться среди нас.

– Но как получилось что в неё вселилось зло и она стала вести охоту на людей?

– Это проклятие болотников. Они топят людей, пленяют их души и заставляют служить им. Только когда утопленник оказывается на суше, чары спадают и душа освобождается. Когда Кара пропала, Дарион послал всех стражей на болото. Они истребили болотников, убили кучу тибоаров и даже анцибалов перебили до единого, но её не смогли найти.

– Значит теперь всё в порядке?

– Да. Хотя ты и рисковал, встретившись с ней, но ты сделал доброе дело. Мы отыщем её тело и похороним, как полагается. Я сообщу эту печальную новость братству.

Расставшись со сборщиком, я затащил обе связки трав Оргалу. Он приказал положить груз рядом с заветными сундуками, что я и сделал.

– Могу я теперь присоединиться к Прозревшим?

– Я подумаю. – сухо ответил он, – Ступай.

Обескураженный, я вышел из его лаборатории. Проверив хорошо ли прикреплена лестница к платформе, слез по ней вниз, решив наведаться в кузницу. Едва я спустился на землю, меня окрикнул парень, стоящий за прилавком с разными травами.

– Эй, новенький! Иди сюда! У меня есть для тебя подарок.

– И всем ты так даришь подарки? – с опаской спросил я.

– Почти. – рассмеялся он, – Меня зовут Наджих. Я продаю травы, в том числе и очень редкие. Меняю на нужные вещи и не очень. Слышал, что ты помог сборщикам, да ещё и нашёл Кару? Это ведь ты был?

– Да, – кивнул я, – это правда.

– Мы здесь поддерживаем хороших парней. У меня есть три косяка курительной смеси, по особенному рецепту Оргала. Она помогает раздвинуть границы разума, овладеть силами!

– Ого! Интересно!

– Держи. – протянул он мне скрученные в папиросу стебли травы, – Их надо курить от светлого к тёмному, иначе эффекта не будет.

– И много их у тебя?

– Их у меня вообще нет. Они появляются, когда кто-то из новичков проявляет себя, но такое случается не часто. Один из гласов сделал исключение для тебя.

– Понятно. – удивился я и уточнил: – А курить их безопасно?

– Вполне. Но лучше сначала найти место, где тебе ничего бы не угрожало. Реакция организма у всех разная, но в основном люди перестают контролировать своё тело.

– Ценная информация. И главное вовремя.

– Обращайся. – подмигнул он мне, – Если тебе понадобятся особые травы, или грибы, знай, что у меня есть почти всё. Готов обменять на что-нибудь ценное.

– Запомнил, Наджих.

Мне не терпелось поскорей испытать действие травы и я бродил по поселению в поисках укромного местечка. Кузня для такого дела не подходила. На двух настилах гласы о чём то вещали своим ученикам, которые сидя на коленях внимательно слушали их речь. Я не решился присесть с ними рядом побоявшись, что могут посчитать это за неуважение. Так я вышел к краю болота. Около дерева гиганта, на участке суши, работали поселенцы. Шесть человек толкли в ступе какое-то месиво. С ними тоже был глас. Он стоял спиной к своей пастве и что-то чертил на доске. Всё выглядело мирно и спокойно.

Я подобрал сухой сук, ткнул его в огонь, горевший на полянке, и присев на корень дерева, раскупил первую папиросу. Приятный травяной запах наполнил воздух. Усталость как рукой сняло. В голове прояснилось. Мир будто открылся с новой, чистой стороны. Ощущение это всё нарастало пропорционально тому, как уменьшалась папироса. Когда она закончилась, я чувствовал себя полон сил. Меня как будто почистило от всей ненужной шелухи и сжало в компактный энергетический комок. Ближайший ко мне работник взглянул на меня с явным неодобрением, но я не обратил на это внимания и раскурил вторую папиросу. Ощущения изменились. Я почувствовал, что начинаю увеличиваться в размерах. Даже оглядел себя на всякий случай. Всё оставалось таким каким и было, но ощущение роста продолжалось. Это было весьма необычно: я заполнил собой сначала всю поляну, затем ближайшие деревья, всё поселение и продолжал увеличиваться. К тому моменту, как погасла вторая папироса, я уже не понимал, где находятся границы моего тела. Стало страшно пошевелиться. Казалось, что неосторожным движением я могу разрушить здесь всё. Но и оставаться безмерно огромным желания не было. Поэтому, с трудом ориентируясь в очертаниях своего физического тела, я сумел разжечь третью папиросу и сделать глубокую затяжку. Последовавшее за этим я и вообразить не мог. Стремительно сжимаясь до прежних размеров, моё новое необыкновенное тело тащило внутрь всё, что попало в его поле: камни, траву, деревья, животных, людей, небо, воду, огонь. Всё это наполняло меня, грозя разорвать изнутри на части. Я испытывал физическую боль такой силы, что даже не мог кричать.

Перед моим замутнённым взглядом появился работник, тот самый, который с таким неодобрением смотрел на моё занятие. Он заставил меня разжевать какой-то горький корень и стал протирать лицо мокрой тряпкой. Скулы свело от горечи, но боль отпустила.

– А ведь я и тебя проглотил. – пробубнил я, усмехаясь.

– Что ты сказал? – не понял он.

Я посмотрел ему в глаза и вдруг ясно осознал, что он очень измотан. Практически на грани находился человек.

– Почему ты так устал? – спросил я, присаживаясь. С каждым вздохом мне становилось легче и я решил, что на собственное непонятное недомогание можно было не обращать внимание. Разве что ощущение какой-то пустоты в груди не покидало меня.

– Заметно? – вздохнул он, – Третьи сутки без смены работаю, а гласы как будто не видят.

– А должна была быть замена?

– Конечно! Просто Шевяк не хочет работать. Он наверняка вообще забыл про меня.

– Так не годиться! – возмутился я, – Ты здорово мне помог сейчас, поэтому я найду твоего сменщика и приведу его сюда.

– Если сможешь, буду благодарен. – без энтузиазма ответил он, – Его хибара стоит у лавки Наджиха.

– Знаю где это. – кивнул я, – Не беспокойся, сейчас организую тебе отдых.

– Ты бы не увлекался смесями. – посоветовал он, – Конечно их здесь многие курят, но после от таких людей мало толку, что в работе, что в бою.

– А разве смеси не расширяют сознание и не способствуют овладеванию силами? – удивился я.

– Так то специальные скрутки, но не каждому позволено вкусить их. Я честно говоря удивлён тому, что ты вообще знаешь о них. Но даже если бы ты получил такие папиросы, то сейчас, скорее всего, был бы мёртв. Я же видел как ты выкурил три подряд.

– Разве они убивают? – выкатил я глаза.

– Нет, но никому не хватило бы сил выкурить три подряд. – пояснил работник, – Ведь каждая несёт в себе определённый опыт, который надо принять и понять. Даже гласы отводят на каждую по целому дню. Так что то, что курил ты, и что курит здесь большинство, лишь разжижает мозг и слабит тело. Думаешь ты просто так свалился на землю?

– Зачем тогда вы их вообще делаете? – потрясенно произнёс я, лихорадочно размышляя над тем, что же произойдёт со мной в результате такого скоротечного эксперимента. Не пошло ли всё наперекосяк из-за моей торопливости, и не обманул, или не обманулся ли сам Наджих, вручив мне не тот товар?

– Изначально задумывалось для того, чтобы люди могли расслабиться после тяжёлых трудов. Но потом мы заметили обратный эффект и стали продавать его людям Бойдана, чтобы ослабить его силы. Они с удовольствием курят эту гадость, а нам спится спокойнее. Да и вообще курительные смеси пользуются спросом, и мы получаем взамен всё, что нам необходимо.

– Умно. – кивнул я, – Спасибо за то, что привёл меня в чувство, а может быть даже за то, что сохранил жизнь.

К лавке Наджиха я вернулся быстро и поинтересовался у него в какой из трёх ближайших хибар живёт Шевяк. Неудобный вопрос про папиросы я решил не задавать, оставив на потом.

– Да вот он, укурок. – пренебрежительно указал Наджих на хижину справа от себя, – Сидит у порога.

Я осмотрел издалека эту личность, которая посмела бросить в трудный момент своего товарища, и сразу же проникся неприязнью. Неопрятный, всклокоченный, с отсутствующим взглядом и лицом без тени интеллекта, этот тип смолил папиросу, время от времени оглашал окрестности громким сморканием.

– Эй, Шевяк! – позвал я его.

– Проваливай! – тут же ответил он мне.

– Тебе нужно сменить твоего товарища. – слегка смутившись, продолжил я, – Он уже падает от усталости.

– А тебе нужно пойти подальше. – грубо ответил Шевяк, – Я уже устал избивать шавок, подобных тебе. Казалось уже всех научил, так нет! Поди ж ты…

– Боюсь, что в этот раз, если ты не пойдёшь на смену, – разозлился я, – тебе придётся собирать свои зубы по болоту!

– Вот как! – взъярился он, довольно резво вскочив на ноги, и потянулся за топором, вбитым в косяк его дверей, – Повтори, что ты сказал?

Но курительная смесь подвела его. Он качнулся и, сделав нелепый замах в воздухе, не сумел схватиться за топор. Я подскочил, и вложив в удар всю силу и вес тела, направил кулак на челюсть Шевяка. Он, как скошенная трава, упал мне под ноги.

– Недурно! – похвалил меня Наджих, который наблюдал за конфликтом со стороны, – Давно пора было наказать этого негодяя, но до сих пор этим никто не озадачился.

– Всё случается впервые. – отозвался я, довольно грубо приводя поверженного в чувства. Сразу мне сделать этого не удалось, но болотная вода, вылитая ему на лицо, с задачей справилась. Как только Шевяк сумел встать на ноги, я схватил его за ворот и потащил к работягам.

– Постой. – окликнул меня Наджих, – Возьми, ка.

Он протянул мне засушенный гриб, выглядевший очень необычно.

– Что это?

– Это подарок от меня. – засмеялся Наджих, – Мне кажется, что ты отличный парень и многое изменится с твоим приходом. Этот гриб поможет восполнить пустоту, которая одолеет тебя после того, как ты выкуришь папиросы.

– О, понимаю! – воскликнул я, отметая сомнения на счёт Наджиха, – Спасибо!

Я увлёк за собой Шевяка, по пути разглядывая странный засушенный гриб. Длинная, белая с полосами ножка, широкая с пятнами и полосами красноватая шапка, переливались на солнце бархатистым цветом. Раньше я никогда не встречал такого экземпляра. Тянущая пустота, про которую говорил Наджих, действительно доставляла значительное неудобство, а потому, не долго думая, я зажевал диковинный гриб и прислушался к ощущениям. Действие можно было сравнить с заполнением сосуда водой. Мягкое, обволакивающее, дающее состояние полноты и силы. Интересно было бы узнать какое действие этот гриб оказал бы на человека, который не стремился открывать в себе никаких способностей? Возможно тогда его употребление в пищу было бы небезопасным, сродни множества ядовитых грибов, растущих повсеместно. Из размышления меня вывел голос Шевяка.

– Куда ты меня тащишь? – прошамкал он придерживая ушибленную, а может и сломанную челюсть рукой.

Говорить ему было тяжело и неудобно, но жалости его состояние у меня не сыскало.

– Веду тебя поработать, хорошенько потрудиться. – объяснил я, – Ведь ты отлыниваешь от работы как минимум третий день, а твой напарник валится с ног от усталости. Говорить тебе сейчас вредно, а поработать наоборот будет полезно. Так что заткнись и шагай вперёд.

Мы вышли на поляну, и я подвёл Шевяка к работнику, что позаботился обо мне когда я был в беде. При виде избитого он побледнел.

– Чем так расстроен? – удивился я, – Я тебе смену привёл, а ты не радуешься.

Вырвав пестик из его рук, я вручил его Шевяку, усадив за работу и напутствовал:

– Жду от тебя долгой самоотверженной работы на благо всех Прозревших! И поверь, услышу что ленился, так отделаю, что сегодняшняя трёпка покажется тебе пустяком.

Я хотел добавить ещё парочку угроз, но в это время работник привлёк моё внимание, похлопав по плечу. Я обернулся узнать что ему нужно. Он ответил выразительным взглядом, рекомендуя обратить внимание на что-то по левую сторону от меня. Глас Прозревших жестом приглашал меня подойти. Я немного напрягся, но подбадривая себя тем, что не сделал ничего плохого, смело приблизился к нему.

– Ты совершил поступок достойный одобрения, незнакомец. – произнёс глас, – Заступился за слабого, восстановил справедливость. Это характеризует тебя с хорошей стороны.

– Спасибо. – ответил я, пожав плечами, – Просто не люблю лентяев. Ты заговорил со мной. Значит ли это, что и я могу говорить с тобой?

– Да, ты можешь. – улыбнулся он, – Меня зовут Нарали.

– Нарали, – спросил я, – как мне присоединиться к Прозревшим? Я знаю, что должен получить одобрение гласов, но не знаю что для этого сделать.

– И тем не менее, ты идёшь по верному пути. – возразил он, – Я вижу, что ты чем-то заслужил одобрение Оргала, а это нелегко.

– Видишь, просто глядя на меня? – поразился я.

– В твоей ауре читается, что ты усилил свои способности, с помощью специальных курительных смесей, получить которые можно только с разрешения Оргала. Ты же не украл их?

– Нет, нет! – быстро ответил я, – Я помог сборщикам.

– Тогда и я могу помочь тебе. – кивнул он, – Моим подарком тебе, за вклад в общее дело Прозревших, будет свиток сна. Радаки занимается наставлением новичков в силах Дантала. Продемонстрируй ему свои способности и ты получишь не только поддержку в его лице, но и наставника в овладевании силами.

С благодарностью приняв подарок и узнав, что Радаки проводит собрания на площадке рядом с кузницей, я с проснувшимся азартом поспешил туда. В отличии от тех гласов, которых я уже встречал, Радаки был очень оживленный человек. Он активно махал руками, настойчиво объяснял своим ученикам какие-то истины и не стесняясь ругался на несообразительных. Я решил немного понаблюдать за происходящим и выждать подходящий момент. Ученики практиковались в мастерстве владения силами. Один встал напротив другого, раскрыл свиток и прочитав вслух написанное на нём, выбросил руки вперёд. Стоявший напротив ученик пошатнулся, сделав пару шагов назад, и рассмеялся. Радаки разразился бранью, присутствующие попрятали глаза.

– Можно я попробую? – спросил я, ступая на помост.

Ученики удивлённо смотрели на меня, а от гласа я естественно ответа не получил. Расценив молчание за согласие, я встал напротив смешливого ученика и повторил все те действия, за которыми наблюдал со стороны. В груди снова разлилась тянущая пустота, свиток слегка вспыхнул и исчез, а нечто невидимое перетекло по руке. У меня закружилась голова от слабости, но у стоящего передо мной ученика стали смежаться веки, и он плавно опал на помост. Уже через секунду раздался характерный присвист, указывающий на то, что человек сладко спит.

– Где ты научился силам Дантала? – подскочил ко мне Радаки.

– Я ещё не учился. – ответил я покачав головой, прогоняя слабость, – Мог самую малость и хочу, чтобы ты показал мне, как пользоваться силами.

– Научиться можно только постоянно практикуясь. – деловито ответил он, – Ты меня впечатлил, хотя похоже что уже практически на нуле. Тебе надо восстановить свои силы.

– Как же мне сделать это, великий? – поинтересовался я.

– Всё просто. Хороший сон и здоровая еда. Более быстрым вариантом были бы особые грибы, но это редкость. Ступай отоспись. Как почувствуешь себя хорошо, приходи. Мне нужны такие ученики как ты.

Я слушал его, но сам был потрясен до глубины души. Вдруг, неожиданно для себя, я стал гласом! Хотя до полноценного гласа было далеко, но слова Любогоста и других жрецов, которые я до сих пор не воспринимал всерьёз, полностью подтвердились! Мне открылось неведомое. Припомнив каким могуществом обладает Казимир, я в потрясении представлял себе, что тоже смогу мановением руки сметать всё со своего пути, и испытал головокружение от нахлынувших на меня перспектив. Мне хотелось как можно скорее овладеть всем и сразу, чтобы показать Далибору, что таракан тоже может кусаться!

– Ты потратил свой свиток, – вернули меня слова Радаки в действительность, – но я возмещу его тебе аналогичным. У меня ты сможешь покупать и другие свитки. Чем больше знаний получишь, тем более мощными овладеешь заклятиями.

Я искренне поблагодарил его за оказанную честь. Всё ещё чувствуя себя обессиленным, я попросил разрешения удалиться и получив одобрение стал раздумывать о предстоящем ночлеге. Самым подходящим местом для сна мне показался дом Любогоста.

– Всё-таки, – подумалось мне, – друг Далибора может быть и моим другом. Ну или хотя бы не врагом.

Вечер уже начался, но Любогоста дома не оказалось. Спрашивать разрешения было не у кого и я с удовольствием растянулся на его кровати. Провалившись в сон почти мгновенно, я замечательно выспался и отдохнул, несмотря на то, что проснулся посреди ночи. Голод терзал словно дикий зверь, а за время моих последних приключений я не удосужился запастись провизией. Любогост так и не появился. Вспомнив о живительных соках деревьев гигантов, я нашёл кружку и налил воды, которая так удивительно насыщала. Выйдя из дома, полной грудью вдыхая вечернюю свежесть, направился бродить по поселению без определённой цели, отмечая для себя, как преобразилось всё кругом при свете луны. Хотя вдоль настилов и горели факела, дымка, поднимающаяся с болота, поглощала и рассеивала их свет, ограничивая пространство видимости. Ровный лягушачий хор добавлял изюминку, как и звук заунывной песни, или молитвы, со стороны каменной площади. В туманной дымке иногда появлялись разрывы, высвечивающие пугающую черноту болота. Как грозные стражи из тумана выплывали чёрные массивы деревьев. Изредка мимо важно пролетали огромные жуки размером с кулак со светящимся брюшком. Жилища людей с распахнутыми ртами – дверьми вопрошающее глядели во тьму. Самих жителей нигде не было видно. До меня не сразу дошло, что все дома опустели, а когда я это понял, по спине побежали мурашки от таинственности происходящего. Прислушавшись, я вновь различил заунывные молитвы, и ритмичный стук барабана. Сомнений быть не могло – это пели люди на каменной площади. Позаимствовав ближайший факел у настила, я поспешил к скале, желая скорее понять что же произошло.

Всё пространство перед скалой было заполнено людьми, располагавшимися в определённом, заранее обозначенном порядке. На невысоких колоннах стояли гласы, и каждый из них был окружен служителями. Все служители, как один, совершали монотонные движения телом и произносили заклинания. Вслед за ними то же самое повторяли гласы, но их движения были направлены к высокому пьедесталу, на котором стоял Оргал и ещё один незнакомый мне человек. Мне показалось, будто к ним волнами приливает энергия молящейся паствы. В этом странном ритуале, или эксперименте, были задействованы почти всё поселение Прозревших. Почти, потому что несколько стража на входе всё же несла свой пост, охраняя поселение. Пусть мне и было крайне любопытно узнать суть ритуала, я решил отложить этот вопрос на потом, разглядев в данной ситуации возможность проникнуть в дом Оргала и порыскать по его сундукам.

Дом обнаружил совершенно пустым. Его охрана тоже участвовала в ритуале. Я поднялся на второй поверх и с замиранием сердца приблизился ко входу. Вокруг не было ни души и я, ступая мягко и бесшумно двинулся вперёд. Внутри лаборатории горел тусклый свет светильников, а в котле загадочно булькало неизвестное варево. Приободрившись, я направился к заветным сундукам. Сундук оказался не запертым. Выбросив из него кучу хлама, на самом дне, я нашёл свиток с описанием приготовления целебного эликсира. Радуясь удаче, решил развить успех. Принявшись открывать второй сундук, я надавил сильнее чем следует, крышка треснула и сломалась. За моей спиной послышался сожалеющий вздох. Я похолодел от ужаса – пойман с поличным! Обернувшись, увидел служителя, лежавшего в охапке трав и до недавнего времени почти скрытого под ней. Сразу его было не разглядеть, но сейчас он ворочался, собираясь проснуться, и уже сонно и непонимающе глядел на меня. Решение пришло мгновенно. Воспользовавшись свитком сна я направил его действие на горе сторожа, которого угораздило не только заснуть и пропустить моё появление, но и выдать себя. Его зрачки расширились и он даже готовился что-то сказать, но заклятие сна плотно обволокло его сознание. Тянущее ощущение в районе солнечного сплетения, хоть и было неприятным, но гораздо слабее, чем в прошлый раз. С дрожащими руками я поспешил покинуть лабораторию.

Дойдя почти до выхода из поселения, я встал в нерешительности. Моя ночная попытка бегства могла вызвать вполне оправданное подозрение у стражей. Пропажа обнаружится к утру и связать с ней моё исчезновение не составит труда. Остаться было дерзко, но как раз поэтому могло сработать. Я поспешил на каменную площадь, чтобы с одной стороны затеряться среди народа, а с другой получить алиби и узнать, чем закончится ночной эксперимент.

Первое, что поразило меня, едва я ступил на площадь и примкнул к людям, это осознание того, что все находятся в глубоком трансе. Тяжёлая, невидимая энергетическая сеть оплетала меня тем сильнее, чем больше я повторял набор непонятных слов за служителями и их движения тела. В какой-то момент я перестал ощущать себя как отдельную личность. Осознание происходящего померкло и всё погрузилось в белую пелену, заполненную звуком. Мысль работала чётко так, словно больше не существовало ничего. Ощущение пустоты в груди пропало. Я понял, что включившись в ритуал, каким-то образом подпитал свои силы. Неизвестно сколько времени продолжался транс, когда внезапно перед глазами показались подземелья и раздался голос:

– Великий Дантал! Где искать тебя? Покажи нам путь!

Подземелья начали обретать очертания, но вдруг поблёкли и стали рассеиваться. Голос из ниоткуда вновь воскликнул:

– О, Дантал! Не хватает сил удерживать связь. Дай решение!

Картинка появилась в виде дыры в скальной породе, из которой выскочило ужасное существо. С его мандибул капала слюна, а в передних лапах был зажат красивый голубой кристалл.

Состояние транса рассеялось внезапно. Я увидел, что служители подают на пол от усталости. Я тоже на всякий случай прилёг, хотя чувствовал себя отлично.

– Что скажешь, Дарион? – раздался голос Оргала.

– Ответ очевиден. – послышался тот же голос, который я слышал находясь в изменённом состоянии сознания, – Твои результаты эксперимента с травами явно не удовлетворительны. Дантал показал с чем нужно работать.

Я поднял голову к верху и увидел Дариона. В его цветастой одежде были различимы атрибуты власти, но не это привлекло моё внимание. Его лицо было спокойным и безмятежным, как море в хорошую погоду. Широко раскрытые глаза излучали доброту и уверенность. Он как будто видел цель недоступную взору других, и эта цель вдохновляла его и делала счастливым.

– Конечно! – воскликнул Оргал, – Слюна морталисов!

Мне показалось, что Оргал злится на себя за то, что не ухватил смысл послания мгновенно. А по взгляду его брошенного на Дариона я догадался, что последнего он недолюбливает.

– Да, слюна. – спокойно ответил Дарион, – Но не менее важный компонент кристалл.

– И ты конечно знаешь, что это за кристалл? – ухмыльнулся Оргал.

– Естественно. Это болеит. – так же ровно ответил глава Прозревших, – Я знаю, где искать его.

– Ранкор! – обратился Дарион к стражу, стоящему справа от него, – Пошли людей за морталисами. Оргал должен иметь возможность в кратчайшие сроки продолжить эксперимент.

– Ясар, – продолжал верховный глас, – найди лучших своих людей и пошли их в земли Бойдана. Они должны будут найти, заполучить и принести сюда болеит. Отправишь ко мне, я их проинструктирую.

– Какие ещё будут распоряжения, великий? – спросил Ранкор.

– Собираем совет. Все гласы поднимаются ко мне. – ответил Дарион. – Все, за исключением Оргала, в наказание за его дерзость.

Услышав такое решение, Оргал побагровел и задрожал от ярости, но перечить не посмел.

– Братья! – обратился великий глас к людям, – Все вы очень хорошо потрудились этой ночью! Идите же теперь в свои дома и отдыхайте! Набирайтесь сил. Предстоит выполнить множество важной работы, но мы уже близки к цели, как никогда ранее!

Люди стали расходиться с площади. Уставшие и измождённые, но их лица выражали радость от услышанного. Я подумал, что это может быть опасно безоговорочно верить гласам, и что пора уносить ноги из этого места. Меня в дрожь бросало от проявления такого ярого фанатизма и мистических сил, не понятных и не ведомых. Второе пугало даже больше.

С удивлением увидев, что Любогост поднимается вместе с другими гласами в покои к Дариону, я справедливо рассудил, что могу воспользоваться его жильём ещё ненадолго.

– Вот тебе и простой служитель. – подумал я, сидя за столом Любогоста в ожидании близкого рассвета, – Как много он может знать и уметь на самом деле?

Когда солнце осветило лучами небосвод, пределы поселения покинуло три человека, каждый из которых был гласом и целый отряд стражников. Проследив за ними, я увидел, что стража долго расспрашивала всех на выходе, и понял, что сейчас покинуть территорию Прозревших так просто не выйдет.

Пол дня я провёл за тем, что бесцельно слонялся по дорожкам, тщетно стараясь придумать хоть какую-нибудь важную причину для того, чтобы выйти из поселения. Искать выход через болота я и не думал. После того, как разок побывал там, понимал, что без провожатых можно быстро окончить свои дни увязнув в трясине. К полудню скандал, который я ждал в связи с исчезновением свитка, так и не разразился. Возможно служитель замёл за мной следы, пытаясь избежать гнева Оргала, который после вчерашнего прилюдного унижения был сильно не в духе. Наверняка положиться на это было нельзя, но тишина немного снизила мою нервозность. Так, слоняясь по кузнице до наступления вечера, я разглядывал оружие, выходящие из рук местных умельцев, когда меня окликнул грубый голос стража:

– Эй ты! Я уже пол дня наблюдаю за тобой. Ты бездельничаешь в то время, как у Асана не хватает людей для вырубки осоки и осушения болот. Я настойчиво рекомендую присоединиться к нему.

Рекомендация конечно была грубая, но искомое решение тут же посетило меня.

– Асан случаем не тот величайший, который отвечает за набор новичков?

– Нет. Этим занимается Ясар.

– Понял. Сейчас же направляюсь к нему.

Сказав это, я быстрым шагом направился к выходу из поселения, не обращая внимание на возгласы стражника по поводу того, что иду не в ту сторону. К моему сожалению уловка не сработала. Стражники выслушали моё объяснение и даже приняли его, но поскольку Дарион запретил ночные перемещения в целях безопасности, мне ничего не оставалось, как дождаться следующего утра. Это была самая долгая ночь ожидания. Я ворочался и не мог уснуть. Всё казалось, что сейчас ко мне ворвутся стражники, обвинят в воровстве и потащат на расправу к Оргалу. Благодаря этим мыслям, которые нагнали ужаса в мой сон, я проснулся на рассвете и тут же помчался к выходу. Люди на посту стояли новые и мне ещё раз пришлось объяснять, что я спешу выполнить задание Ясара. С замиранием сердца я ожидал вопросов или обыска, но ни того ни другого не последовало. Словно скала упала с моих плеч, когда болото осталось шагах в трехстах позади. Было похоже на то, что невероятная наглость и ограбление одного из самых влиятельных членов сообщества Прозревших, не будет иметь для меня никаких негативных последствий.

ОБИТАТЕЛИ ПОДЗЕМЕЛИЙ

В крепость Бойдана я добрался без приключений по дороге. Дрековаков, встреча с которыми так страшила меня, под чистую перебил отряд бойцов Дариона, посланный на охоту за морталисами. Оказавшись в крепости, я первым делом направился навестить Далибора, но к великому разочарованию на месте его не застал. Один из ходоков сообщил, что видел, как Далибор направился на охоту. Немного поколебавшись, я всё же пошёл на рыночную площадь. Подгоняемый со всех сторон злыми взглядами, я миновал лавку Челка, приветствовав его кивком, и остановился у лавки Кажена, собираясь поделиться с ним отличной новостью.

– Вот ты и пожаловал. – вместо приветствия сказал Кажен, не дав мне заговорить, – Тут один человек желает тебя видеть.

Вид у него был извиняющийся, и вскоре я понял почему. Из дома по соседству показался Крив. Он торжествовал. Я оглянулся в надежде сбежать, но путь к отступлению перекрыли четверо стражников. Толпа ненавидевших меня людей, предвкушая потеху, быстро подтягивалась к торговой площади, и мы оказались в плотном кольце зрителей. Крив не спешил. Он наслаждался моим страхом.

– Что, крысёныш? – язвительно бросил он, – Сбежать не удастся, а спасать тебя некому. Сегодня я увижу какого цвета твои кишки.

Толпа вокруг бесновалась. Крив обнажил меч и хищно пошёл по кругу. Среди зрителей вдруг возникло смятение и расталкивая толпу в круг вышел Торчин.

– Меч в ножны, – буркнул он, – оружие убрать. Что здесь происходит Крив?

– Не мешай Торчин. – раздражено ответил Крив, – Дай мне убить этого щенка. Он оскорбил меня!

– Ты осмеливаешься ослушаться приказа?! – взревел Торчин.

И хотя сотник стражников даже не прикоснулся к своему двурушнику, Крив мгновенно вложил меч в ножны, а я поспешно пристегнул к поясу булаву.

– Разошлись все! – громовым голосом объявил сотник.

– Ты делаешь большую ошибку! – уходя выкрикнул Крив, злой как тысяча демонов, но мой внезапный спаситель не слушал его.

– Я припоминаю тебя. – сказал мне Торчин, – Ты тот новенький, что в первый же день, как появился здесь, пытался попасть в крепость, и которого ненавидит множество людей. Скажи ка, чем это ты так сумел расстроить народ?

– Про народ ничего не слышал. – ответил я, – А значимые люди говорят обо мне только положительно. Плохо обо мне высказываются разного рода отбросы.

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Торчин, – Слышал бы тебя Крив. Он хочет содрать с тебя шкуру живьём. Объяснишь почему?

– Личная неприязнь. Он мне тоже сразу не понравился. – ответил я и, почувствовав вдохновение, продолжил:

– За положительным отзывом Торчин, далеко ходить не надо. Вот Кажен, например, отдаст свой голос за меня.

– Откуда такая уверенность? – снисходительно произнёс Кажен.

– Да потому что я принёс тебе свиток Оргала с описанием, как готовить целебные эликсиры. Этого сделать до меня никто не мог.

По лицу Кажена пронеслись одно за другим несколько разных чувств, от радости, до злости, и я уже начал сомневаться в том, что попал своим заявлением в цель. Ответ, объясняющий переживания Кажена, пришёл со стороны Торчина.

– Ай да малец! – прогудел он, – Признаю, слышал что-то о тебе от разных ходоков, но проделать такое способен не каждый!

– Кто бы мог подумать, что он справиться с твоим заданием, а? – обратился сотник к торговцу, – Только тебе не повезло, что я услышал это, Кажен. Ты же вряд ли собирался нести свиток Бойдану, как обещал, а хотел разбогатеть сам?

– Да как же можно, Торчин! – воскликнул Кажен, – Конечно же я бы первым делом отнёс его Бойдану!

– Ну тогда ты не будешь против, если я доставлю его сам и избавлю тебя от лишнего труда.

Торчин развернулся и увлекая меня за собой, направился в замок. Злобный взгляд Кажена, брошенный в мою сторону, сообщил, что в теперь в крепости на одного влиятельного врага у меня стало больше.

– Слушай меня. – произнёс Торчин, когда мы покинули рыночную площадь, – Мне нужны толковые люди. Большинству моих ребят сложные задания доверить нельзя. А проблем много. Люди Тверда совсем обнаглели и грабят обозы средь бела дня. Я хочу, чтобы ты работал в наших рядах, но для этого тебе нужно встретиться с Бойданом. Постарайся, чтобы он не убил тебя. Бойдан понимает важность наличия людей, умеющих мыслить, но он бывает очень вспыльчив. Так что не смей врать ему, мямлить, или грубить. И тогда твоя карьера пойдёт в гору.

Мы прошли через главные ворота крепости, и миновав внутренний двор, полный как тренирующихся, так и праздных стражников, подошли к замку.

– Привет, Торчин! – кивнул ему страж на входе, – С чем пожаловал?

– Вот, новый человек хочет вступить в наши ряды. – указал на меня Торчин, – По мне, так толковый. Сообщи Бойдану. Сможет принять сейчас?

Стражник кивнул напарнику и тот скрылся в недрах замка.

– Дальше сам. – хлопнул меня по плечу Торчин, – Удачи.

Я стоял о ожидании стражника, а вернее ответа Бойдана, и чувствовал как во рту становится сухо. Не был я готов ни к нападению Крива, ни к ненависти Кожана, ни к тому, что так быстро попаду на встречу к Бойдану. События сменялись слишком быстро и мне стоило больших трудов не поддаться панике.

Чтобы не выдать своё волнение, я стал разглядывать внутренний двор замка. Слева стояло величественное строение, похожее на часовню, а напротив находилось здание в три этажа, отданное под казармы. Справа шли склады и тренировочная площадка. Стены крепости были такой толщины, что в них могли располагаться потайные ходы. На самих стенах, по всему их периметру, шла площадка для наблюдения и защиты стен при нападении неприятеля. Не менее интересными мне показались смотровые башни, которых было шесть. Ещё три башни венчали центральный замок. Едва я отвлёкся мыслями о том, что было бы неплохо проникнуть в эти башни и посмотреть чем богаты местные бояре, как из раздумий меня вывел голос стражника:

– Бойдан ждёт тебя в тронном зале. Поспеши. И не вздумай наложить на что-нибудь свои грязные лапы.

Я поглядел на свои руки. Грязь забилась под ногти, но в целом они были вполне себе чистые. Я прошёл внутрь и попал в просторную комнату внутри которой тоже наткнулся на стражника. Он охранял лестницу, ведущую наверх. Вероятно там находились боярские покои. Стражник рукой показал мне на арку слева. Пройдя туда я попал в оружейную. Разнообразное оружие стояло в специальных стойках, висело на стенах, всё с затейливыми рисунками, вставками, украшенное драгоценными камнями. Каждый отдельный экземпляр сам по себе стоил целое состояние. По углам стояли сундуки обитые железом. На золотых и серебряных подсвечниках горели свечи. Картины с изображением охоты на диковинных животных, были развешаны по стенам. Здесь же находились и трофеи в виде шкур, разнообразных рогов, чучел и голов. За всем этим добром тоже приглядывал стражник, поэтому присвоить себе что-нибудь из этого великолепия не вышло бы. Пока я стоял разинув рот, рассматривая невиданное состояние, мимо меня вспорхнули две полуголые женщины в сопровождении богато одетого мужчины. Я разглядывал женщин во все глаза, и тут же нарвался на грозный взгляд сопровождающего.

– Кто пустил сюда этого оборванца? – презрительно указал он на меня стражнику.

– Сам Бойдан дал разрешение ему пройти, светлейший Невзор.

– Чего ты рот открыл?! – заорал на меня Невзор, – Тебе не дозволено пялится на собственность Бойдана! Хочешь зрения лишиться?!

– Я не хочу его лишаться. – сглотнув слюну, ответил я.

– А если хочешь остаться жив, не заставляй Бойдана ждать!

Я поспешил пройти вперёд и попал в тронный зал. Длиннющий стол наполовину был заставлен всевозможными яствами и изысками. Здесь уже было всё, что душа пожелает, а слуги продолжали нести с кухни разнообразные блюда.

На другом конце зала был установлен массивный трон, в котором сидел весьма крупный человек. Даже издали было видно, что он чрезвычайно силён. Он сидел наклонившись вперёд, поставив один локоть на ногу и уперев челюсть в кулак. Справа и слева от него стояли такие же огромные как и он ребята, крепкие и суровые. Бойдан и его ближайшие соратники выглядели очень внушительно. Закованное в броню их одеяние было не только функционально, но и выглядело очень дорого. Красивая шкура какого-то большого хищника в виде накидки ниспадала с широких плеч на спину Бойдана, намекая на то, что этот человек способен навсегда усмирить даже очень опасного и кровожадного зверя. Я медленно, словно кролик загипнотизированный удавом, приближался к трону, и пытался рассчитать опасность. У человека по правую руку Бойдана, лицо было обезображено жутким шрамом, который протянулся наискось, разрезая губы и щеку, и врезался в левый глаз. Второй же выглядел так, словно его долго били лицом о стену, из-за чего оно стало плоским, сплюснутым.

На их фоне Бойдан смотрелся выигрышно, но и в его облике было много звериного. Хотя широко посаженные глаза и высокий открытый лоб свидетельствовали о том, что их хозяин по крайней мере не глуп.

– День добрый, светлейший Бойдан. – обратился я к нему, решив до поры полностью игнорировать его помощников. Их вид смущал меня до мелкой дрожжи, – Разреши преподнести тебе в дар сидр от Градислава, владельца яблочного сада.

– Градислав? – протянул Бойдан, – Неужто он возомнил, что имеет право без моего разрешения заниматься производством и продажей сидра?

В его словах прозвучала такая угроза, что я начал сильно переживать за благополучие Градислава. Бойдан кивнул человеку с обезображенным лицом, тот забрал у меня сидр, неприятно усмехнувшись при этом.

– Я наведаюсь лично в яблоневые сады. Это всё, с чем ты пожаловал ко мне? – уточнил Бойдан.

– Я хотел бы присоединиться к стражникам и работать на тебя.

– Этого многие хотят. – ответил он, пожирая меня взглядом, – Чем ты уже был полезен? Что ты умеешь?

– Рекомендации ходоков… – начал я, но Бойдан перебил:

– Всего лишь слова бездельников! Чем ты можешь быть полезен мне? Почему я должен исполнять твою просьбу?

В его голосе разгоралась ярость, которая грозила хлынуть через край и залить моей кровью стены замка. Я понимал, что если сейчас не отвечу ничего, что может показаться ценным Бойдану, то всё скоро быстро закончится.

– Я много путешествую. Я открытый человек и вхож в поселение Прозревших. Знаком лично с многими значимыми людьми и всегда полон информации о том, что происходит вокруг.

– С кем ты общался? Кого знаешь?

Бойдан встал с трона. Человек со шрамом протянул ему рукоять гигантского меча, клинок которого Бойдан стал медленно вынимать из ножен. Раздался протяжный, скрежещущий звук, раздирающий душу. Заворожённый, я смотрел на сверкающее лезвие и на гравировку благородного клинка, попавшего в столь недостойные руки.

– Отвечай! – взревел он.

– Я помог Зенке решить проблему с задержкой в поставке руды.

– Что? – недоверчиво переспросил Бойдан, – Зоран утверждает, что это он решил проблему. Я выясню правду, а тому, кто соврал, будет несдобровать. Дальше!

– Благодаря знакомству с Оргалом, мне удалось достать у него рецепт целебного эликсира.

Я протянул свиток Бойдану. Тот, уперев клинок в пол, взял свиток, развернул его и бегло пройдясь по строчкам ответил:

– Это кое что. Так ты значит вхож к Прозревшим? Кого ещё ты знаешь там?

– Любогоста, Нарали, Радаки, Ясара, Ранкора. – стал перечислять я.

– Так, так. – поддержал меня Бойдан, – Кого ещё?

– Это были все те, с кем мне удалось пообщаться. Дариона я видел только издалека.

Наступившая тишина была томительна, и тут я вспомнил о своём козыре. Достав амулет, вручённый мне Казимиром, я протянул его Бойдану со словами:

– Я приготовил ещё один подарок, Бойдан. Этот амулет защищает от любого воздействия сил и возможно пригодиться тебе.

– Давай сюда! – ухмыльнулся Бойдан, – Проверю, так ли это на самом деле.

Подарок привёл Бойдана в более добродушное состояние и он продолжил диалог:

– Похоже, что ты не врёшь. Сказал бы ты мне, что говорил с Дарионом и твоя голова уже украшала бы выгребную яму. А что ты делал на болоте?

– По заданию своего наставника Далибора, я участвовал в их ритуале. – осторожно ответил я, чтобы не выдавать сразу всех козырей.

Бойдан легко покачал клинком и отдал его своему помощнику. Я вздохнул с облегчением.

– Значит Далибор решил тобой прикрыть свою задницу? Теперь я вижу, чем ты можешь быть полезен. – произнёс Бойдан, обнажая на удивление ровные и белые зубы в улыбке, – Твой наставник снял с себя возложенную мною на него задачу. Я этим недоволен, понял! Но теперь это твоя задача разузнать, как именно люди Дариона овладевают силами. Все подробности доложишь мне лично. Даю тебе неделю. Если успешно справишься, приму тебя в стражники. Опоздаешь, в подарок получишь голову Далибора, как украшение.

– Корявый, – обратился он к верзиле, с изуродованным длинным порезом лицом, – выдай этому шнырю доспех ходока.

Человек то ли по имени, то ли по кличке Корявый, которая словно издевалась над ним, направился в оружейную, а Бойдан продолжил общение со мной:

– Есть вопросы или просьбы, шнырь?

Этот человек наводил на меня такой ужас, что я не посмел высказать ничего против неуважительного обращения, но ответил:

– У меня конфликт со стражниками. Меня уже пытались убить, а Крив…

– Стычки случаются. – подавляя зевок перебил Бойдан, – Не хочешь быть убитым, убивай первым. Но пока ты ходок никто не посмеет тронуть тебя. Разве что тот, кому совсем терять нечего, или мозги напрочь отсутствуют.

– То есть, – уточнил я, – я могу теперь чувствовать себя в безопасности?

– Этот доспех позволит тебе не только свободно заходить на территорию замка, но и так же свободно посещать любые другие земли. Он символ моей власти. Кто тронет тебя будет иметь дело со мной, так что все будут терпеть твоё присутствие. Но помни на кого ты работаешь, шнырь!

– Спасибо за доспехи, светлейший Бойдан. – ответил я, и набравшись смелости произнёс: – Но мне не нравится как ты называешь меня. Моё имя Братислав.

– Мне нравится, а это важнее. – прорычал Бойдан, – С этого момента тебя зовут шнырь, усёк?

Я медленно кивнул. Общение с Бойданом оказалось очень неприятным. Он унижал, а ответить я ему не мог, не рискуя лишится жизни. К этому моменту вернулся помощник с изуродованным лицом, гнусно улыбаясь, так как услышал последние слова Бойдана.

– Всё понял, шнырь? – повторил за ним со смехом Корявый, вручая мне доспехи и какое-то письмо, – Отнесёшь послание гласам Мира. Бери и пошёл вон!

Я покинул тронный зал, по пути прихватив со стола окорок, свежего хлеба и бутыль вина, чтобы хоть как-то порадовать себя. В оружейной облачился в доспех ходока и почувствовал себя немного лучше. Стражник презрительно ухмылялся, глядя на меня, но ничего не сказал. На душе было гадко. Я не понимал почему люди Бойдана до сих пор не восстали против него, если даже самых близких своих помощников он называет унизительными кличками. Чтобы избавиться от гнетущего чувства, я решил быстрее разыскать гласов Мира, передать им письмо и, возможно, даже потребовать за него награду.

Во двор замка я вышел вальяжно, старательно копируя походку Далибора. Посреди площади в земле была установлена решётка. Заглянув вниз я увидел колодец, на дне которого, прикованный к стене цепями, лежал человек. Выглядел он крайне плохо. Моя важность мгновенно улетучилась. Это зрелище расстроило ещё сильнее и укрепило в мысли о том, что ни в коем случае нельзя иметь дела с Бойданом, который допускает такие зверства. Выручить беднягу я не мог, но у меня возникли вопросы к гласам Мира. Уверенным шагом я быстро подошёл к часовне на пороге которой стоял молодой глас. Я даже удивился, ведь ожидал увидеть умудрённого старца с сединам на голове. Этот же весело смотрел на меня и на губах его играла улыбка. Только его дорогое одеяние с вышитыми на нём золотыми узорами говорило о том, что этот юноша принадлежит могущественной организации.

– Стой. – мягко, но в то же время уверенно сказал он мне, – Тебе нельзя проходить в покои гласов.

– У меня письмо и мне нужно передать его. Пропусти.

– Ты недавно поступил на службу к Бойдану? – улыбнулся он, – Знай, что сюда могут входить только гласы и бояре. Если ты дашь мне письмо, я передам его Пламёну.

– Да? – протянул я, – а назад вернёшься? Или возьмёшь письмо, получишь награду и поминай как звали?

– Слово гласа Мира нерушимо. – гордо ответил он.

– Тогда держи. – отдал я ему письмо, – За эту вещь я пережил такое, чего ты не видел в самых страшных снах.

Глас наконец убрал с лица улыбку и приказав мне ожидать у входа, прошёл внутрь строения. Его не было довольно долго. На открытой площади спрятаться от палящего солнца было негде. Я попытался пройти внутрь часовни, но какая-то неведомая сила вытолкала меня назад. Обругав неизвестного гласа, поставившего здесь такое хитрое заклятие, я смирился с положением дел, и сев на ступеньки принялся ждать. Наконец я услышал шаги и увидел возвращающегося гласа.

– Удивлён. – прокомментировал я, – Что, и награду принёс?

По его лицу пробежала волна раздражения, но он подавил это чувство и холодно ответил:

– Ты можешь взять кольцо, приманивающее птиц, или амулет делающий нестираемой подошву обуви, ну или десять далеонов.

– Это всё? А что там за бутылка у тебя?

– Это эликсир, расширяющий границы способностей. Он нужен только гласам. Простому человеку он без надобности.

– Беру эликсир.

Глас от неожиданного ответа растерялся и удивлённо воззрился на меня.

– Я же говорю, – сделал попытку пояснить он, – что это только для гласов. Тебе он зачем?

– Много ты понимаешь. – усмехнулся я, и пародируя его покровительственный тон добавил, – Ты наверное недавно стал гласом, иначе смог бы узнать другого гласа.

Мой собеседник внимательно вгляделся в меня и расстроенный допущенной оплошностью, ответил:

– Тогда ты выбрал самую драгоценную награду. Но почему ты позволяешь себе грубить? При всём уважении, наши силы явно не равны. Хотя я, как ты правильно заметил, в гласы посвящён сравнительно недавно, но могу стереть тебя в порошок.

– И это конечно же будет в лучших традициях людей Бойдана. – язвительно парировал я, – Странно, что вы до сих пор не напали и не сожгли другие поселения, а всех людей не наградили рабским клеймом.

– Ты в своём уме?! – наконец разозлился глас, – Как ты смеешь произносить такое? Гласы Мира служат высшему порядку. Мы стоим на страже мира и отвечаем за то, чтобы зло не вторглось в наши пределы.

– Тогда вы видимо смотрите так далеко или высоко, что не видите что творится у вас под носом. – всё не унимался я, – Например, в колодце, что перед тобой, страдает человек, а вам и дела нет.

В глазах гласа разгоралось пламя ярости, но оно всё же погасло.

– Послушай. – примирительным тоном сказал он, – Я понимаю, что твоё возмущение вызвано жестокостью и несправедливостью. Я тоже не разделяю методов Бойдана и его взглядов. Гласы не работают на Бойдана, пойми. А тебе может быть опасно высказываться против его власти первому встречному.

– Так вы боитесь Бойдана? – с нажимом спросил я.

– Пламён приказал не вмешиваться. – пожал плечами глас, – Среди мирян установлены свои порядки. Верховный не желает повторной бойни за власть. Есть признанные лидеры и это хорошо. Мы надеемся управлять Бойданом, корректировать его решения, но не всегда удаётся подавлять его звериные наклонности.

– Управлять Бойданом вы хотите? – рассмеялся я, – Да сразу же видно, что этот парень псих. При этом не дурак и управлять собой не позволит. Хлебнёте вы с ним горя через край.

– Это так. – задумчиво согласился мой собеседник, – Ты озвучил мои опасения, но верховные уверенны в обратном. Знаешь, а ты мне нравишься. Меня зовут Креслав.

– Будем знакомы. – протянул я ему руку. – Братислав.

– Тот парень, который на дне колодца, попал туда как раз за то, что критиковал действия Бойдана. Мне лично стоило большого труда оставить его в живых. Если не хочешь к нему присоединиться, держи свои мысли при себе.

Эта информация заставила меня прикусить язык.

– Извини. – в знак примирения сказал я, – Меня что-то понесло и я сорвался на тебе. Среди гласов Мира, теперь я вижу, есть нормальные люди.

Креслав перевёл разговор на другую тему:

– Рад встретить ровесника, который посвящает себя изучению сил. Это такая редкость! Когда научишься обращаться с рунами, приходи ко мне. С удовольствием обсужу с тобой некоторые моменты.

– А как управлять рунами? – загорелся я, – Может быть ты сможешь научить?

– Продолжай обучение у того, кто пробудил в тебе дар. – отрицательно покачал головой Креслав, – Это будет правильно. Никто из других гласов не станет обучать, до тех пор, пока твой первый учитель не передаст всё что посчитает нужным. Когда ты будешь готов, тебя обязательно обучат.

Сказанное Креславом меня расстроило, хотя виду я не подал. Он же не знал что по моей вине дальнейшее обучение стало под вопросом. Посвящать его в детали я точно не собирался, на том и разошлись. Креслав тоже пришёлся мне по душе, но оставался птицей высокого полёта.

Из крепости я направился к дому Далибора и, в ожидании наставника, присел на скамейке поразмыслить, взвесить все за и против. Амулет был передан Бойдану, и вроде бы я мог поздравить себя с тем, что не подвёл себя и выполнил поручение гласа Смерти. Но теперь Бойдан, угрожая жизни моего друга, гнал меня в поселение Прозревших расследовать странные дела, от которых меня бросало в дрожь. Того же желал и Казимир, правда угрожая моей жизни. Тут ещё Креслав заявил, что только у Прозревших я смогу продолжить своё обучение силам, чего я страстно желал. Всё сходилось в одну точку, но возвращаться я откровенно трусил. Нужен был совет.

Мой наставник, наконец, появился в воротах. Вокруг его пояса болтались тушки птиц, водяных, судя по перепонкам на лапах. Далибор решил внести разнообразия в своё меню.

– Глазам не верю! – радостно приветствовал он меня, – Поздравляю с повышением! Ты потрясающе везуч! Рассказывай, как тебе удалось стать ходоком?

Я пересказал события этого дня и в заключении попросил совета о том, как мне быть дальше.

– Не расслабляйся, Братислав. – заявил Далибор, – Крив точно не успокоится твоим назначением. Этот паршивый пёс будет искать способ добраться до тебя. Выполняй поручение Бойдана, а там время покажет.

– Не хочу ишачить на этого убийцу! – возмутился я, – Но похоже выбор не велик?

– Да, ты ограбил Оргала и тебя там могут убить, – произнёс Далибор передавая мне связку птиц, чтобы я занялся их приготовлением, – но здесь, если ослушаешься приказа, убьют наверняка. Чуешь разницу? Хотя ты конечно можешь вернуться к бродяжничеству.

– Могу, да не совсем. Бойдан сказал, что если я не выполню задание в течении недели, то он отрубит твою голову.

– Плохие вести. – нахмурился Далибор, – Конечно я не позволю этому зазнавшемуся барану лишить меня головы, но и бродяжничать не хочу тоже. Я предлагаю тебе аккуратно выяснить обстановку, и если всё спокойно, продолжить расследование.

– А ты знаешь, что они молятся неизвестному божеству? – возразил я потроша тушки и обмазывая их глиной, – Среди них находится жутко. Может вместе рванём в леса?

– Не забывай, что глас Смерти не позволит тебе отлынивать. – печально усмехнулся Далибор, – За предложение благодарю, но думаю, что ты должен попытаться. Больше вариантов нет.

Я не отвечал, обдумывая его слова и разводя жаркий огонь, в который бросил тушки. Пламя сначала угасло, отступив от сырости, но затем набросилось на добычу став терпеливо её просушивать и накалять. Мы уселись перед костром и наблюдали за пламенем. Странно, но прийдя во враждебное место, рядом с Далибором я чувствовал себя спокойно. Глина высохла и раскалилась до красного цвета. Внутри неё, в собственном соку, готовилась птица. Всё было так же, как и раньше, но никто уже не решался помешать спокойному приёму пищи двум уважаемым ходокам. Вскоре Далибор решил, что птица готова, и с помощью палки выкатил два глиняных куска из костра.

– Угощайся. – сказал он подкатив один кусок мне поближе.

Я хватил по нему рукояткой булавы и шар треснул, открывая на свет чудесное содержимое. Перья прилипли к глине, предоставив свободный доступ к сочному мясу. Я приправил пищу чудесными специями Далибора и жадно набросился на еду, обжигая пальцы и рот. Далибор насыщался неторопливо, смакуя каждый кусочек. Так же неспешно и неумолимо день переходил в вечер.

– Что решил? – нарушил трапезное молчание Далибор.

– Ты, как всегда, прав. – ответил я, – Я попробую продолжить расследование, если окажется что пропажи не хватились, или хотя бы не подозревают в этом меня.

– Хорошо. – кивнул Далибор, – Действуй, но осторожно.

– Кстати, – решил поделиться я новостями с наставником, – твой друг Любогост занимает куда более высокое положение в иерархии, чем это кажется сначала.

– Не удивил. – хмыкнул Далибор, – Он всегда был скрытный.

– А ещё я знаю, как люди Дариона овладевают силами. Даже сам кое-чему научился.

– А вот это новость! – воскликнул мой учитель, – Рассказывай!

– Прозревшие только пугают остальных тем, что у них полно гласов на защите поселения. Пугают и конечно же привлекают возможностями новичков.

– А разве это не так? Ты же сказал, что и сам чему-то научился.

– Всё верно. Но секрет заключается в том, что пробудить силы можно только у того, в ком они есть изначально. Чем больше потенциала в человеке заложено, тем более могущественным он будет гласом, но таких людей немного. Остальным надо выдержать кучу ограничений, что для многих вовсе нереально. Но по какой-то причине обучение предрасположенных к силам Прозревшие проводят в ускоренном порядке.

– А.а.а… – расстроено протянул Далибор, – Ясно. Надеюсь ты не рассказал об этом Бойдану?

– Конечно же нет. Поэтому он и обязал меня узнать, что пробуждает в людях Дариона силы.

– И ты уже это знаешь. – утвердительно сказал Далибор, – А мне скажешь?

– Да. Это особая курительная смесь, которую готовит Оргал в строго ограниченном количестве.

– Вот как!

– Но в сундуках Оргала рецепта курительной смеси не было. Вероятно он держит его в голове.

– Я вот что тебе скажу. – поразмыслив, ответил Далибор, – Пусть этот секрет остаётся у Оргала. Чувствую, что здесь до беды недалеко, если эта информация случайным образом станет доступной каждому. Лично я успокоил своё любопытство и не желаю проверять есть ли у меня способности. А ты воспользуйся открывшимся тебе шансом. И если вдруг тебе удастся заполучить могущество, надеюсь, не забудешь про своих друзей.

– Почему такая уверенность, что у меня получится? – поинтересовался я.

– Тебе сопутствует удача. Это же очевидно. – пожал плечами он, и на его лицо опустилась тень, – Я многое повидал и знаю, что говорю. Любой другой уже давно на чём-нибудь погорел.

– Ты чем-то расстроен, Далибор? – спросил я, заметив перемену в его настроении.

– Предполагаю, что очень скоро всё здесь захлебнётся в крови и жестокости, а когда это случится, лучше быть как можно дальше. Поэтому хорошо, что ты решился.

– А как же ты?

– Буду смотреть, и когда этот надувшийся гнойник лопнет, постараюсь успеть предупредить остальных. Сколько то жизней сумею сохранить.

– Ты можешь предотвратить это?

– Нет.

– Всё настолько плохо?

– Пока Бойдан наслаждается пытками провинившихся и смертями поединщиков на ринге, но это скоро наскучит ему. Он уже давно не казнил сам и не появлялся на смотровой площадке ринга. А Бойдан всегда жаждет большой крови. Может быть его пока сдерживают утехи с женщинами во дворце, но это тоже ненадолго. Думаю, атака на соседние земли вопрос лишь времени, которого с каждым днём всё меньше. Тебе надо отправляться сейчас, чтобы успеть до наступления ночи. Чем раньше явишься, тем меньше подозрений вызовет твоё отсутствие. Конечно опасно прогуливаться вечерами, но у меня есть факела, возьмёшь их с собой в дорогу.

– Наверное ты прав. – подумав, согласился я.

– Опыт и проницательность, – улыбнувшись произнёс мой друг, – качества, которые помогают мне выживать. Кстати, я поразмыслил над твоей ситуацией с гласом Смерти. Он не спроста занялся тобой и, похоже, ты ему нужен больше, чем он старается это показать.

– Почему ты так решил? – удивился я, – Ты же говорил, что я как таракан для него?

– Потому что он тоже человек. – отозвался Далибор, – Его можно сравнить с Бойданом. Тиран и манипулятор, который решает свои проблемы с помощью других. Делает чужими руками то, на что не способен сам. Я могу ошибаться, но сдаётся мне, что у гласа Смерти есть проблема и она чудовищных масштабов, по нашим меркам. А это в очередной раз подтверждает, что я в тебе не ошибся.

Закончив с трапезой, я вытер руки о кусок ткани, висевшей на дверях Далибора, и попрощавшись, отправился в обратный путь. Пользуясь тем, что дикие животные опасаются горящего огня, я зажёг сразу два. В темноте леса я видел светящиеся глаза, которые двигались вслед за мной, и старался держаться берега реки. Я не переживал по поводу встречи с варанами и шершнями, поскольку с приближением темноты они уходили в свои логова, а вот волков и клингеров бояться стоило. Миновав мост и пустующую на другой стороне реки пещеру, я вскоре добрался до тропинки с указателями, где сменил доспех ходока, на своё обычное одеяние прежде чем показаться на глаза Прозревшим. У входа в поселение дежурило трое. Подойдя ближе в одном из охранников я признал Любогоста.

– Наконец-то! – воскликнул он, – Тебя срочно желает видеть Оргал. Я все дома перевернул в поисках тебя.

И не дав ответить, или подумать, он увлёк меня за собой.

– Что случилось? – напряжённо спросил я, едва мы оказались у его жилища, где никто не мог нас услышать, – Почему такая срочность?

– Почём мне знать? Какое-то срочное задание для тебя. Куда ты подевался?

– Навещал Далибора. А что?

– Я надеюсь, что ты не работаешь на Бойдана? – огорошил он вопросом.

– С чего ты взял, что я работаю на Бойдана? – только и ответил я.

– Из твоего мешка торчит доспех ходока, а это значит, что ты отличился чем-то перед Бойданом. – улыбнулся Любогост, но в его взгляде молот уже крушил мои рёбра.

– Во-первых, – парировал я, глубже засовывая вещи в мешок, – я считаю, что Бойдан сумасшедший маньяк. Он мне неприятен, и его взгляды и идеи не близки. Ну а во вторых, на Далиборе тоже доспех ходока. Значит ли это по твоему, что он заодно с Бойданом?

– Нет, конечно нет. – ответил Любогост смущённо, – Далибор мой друг и он доверяет тебе. Я упустил такой вариант из вида. Но прийти сюда в доспехах ходока сверх безрассудно.

– Так что же мне без защиты остаться? – возмутился я, – За пределами поселений через чур опасно для того, чтобы спокойно расхаживать в нижнем белье.

– Это верно, – согласился Любогост, – но давай не будем провоцировать. Прячь доспехи лучше, а за пределами нашего поселения надевай что захочешь.

Конечно же я не без внутреннего волнения поднимался в лабораторию. Хотя по словам Любогоста я потребовался для какого-то задания, на душе оставалось неспокойно. Оргал стоял за столом, заваленным жвалами морталисов. Эти страшные орудия мне уже доводилось встречать, к счастью, не испытав их действия на себе. Стражи отлично справились с заданием, данным Дарионом, но Оргал почему-то очень нервничал и снова был недоволен.

– Где ты шлялся? – встретил он меня, – Думаешь, что тебе разрешено болтаться без дела?

– Я ходил…

– Неважно. – обрубил он, – Тебе даётся шанс стать служителем, присоединиться к нам. Ты быстро справился со сбором, и как мне кажется, способен на большее.

– Что я должен сделать? – удивился я такому повороту событий.

– Видишь эту кучу жвал? Их добыли с целью извлечь слюну морталисов для приготовления концентрата, который бы фокусировал и удерживал энергию для связи с Данталом. Чтобы не повторить неудачную попытку, я в лабораторных условиях провёл эксперимент вызова и выяснил, что действие концентрата из слюны немногим отличается от действия концентрата из травы, а это значит…

– Провал? – осторожно предположил я.

– Верно. – энергично кивнул Оргал, даже не рассердившись, – Но Дантал не может ошибаться. Что-то должно быть связанное либо с шахтой, либо с морталисами, что даст искомое решение. Ты должен направиться в шахту и найти ответ на эту загадку.

– Исследование тёмной шахты, полной морталисов предприятие весьма рискованное. – ответил я, – Может быть ты сможешь хоть как-то снарядить меня?

– В шахте до сих пор находятся наши стражи. Попроси их о помощи. Они не откажут.

– Почему не откажут?

– Дай мне свою руку.

Прежде чем я сумел сообразить, зачем ему понадобилась моя рука, он схватил её и на тыльной стороне ладони чёрной краской начертал какой-то знак. Отдалённо он чем-то напоминал тех грубо вырезанных из дерева идолов, что стояли здесь в каждом доме. По спине пробежал холодок. Странная краска почти моментально впиталась в кожу. Я провёл по знаку пальцем, но линии не размазались и не стёрлись.

– Покажешь этот знак стражам, и они пойдут за тобой, ибо будут знать, что ты выполняешь мой приказ. Но не вздумай с их помощью выгадать что-нибудь для себя лично. Приказ твой они выполнял лишь такой, который принесёт благо всем Прозревшим.

– Понял тебя. – ответил я, поражённый такому проявлению власти обычного знака над людьми, – Ответь, когда ты начертал этот знак, я почувствовал нечто необычное. Как будто сил стало больше. Что это значит?

– Ничего удивительного. – криво усмехнулся Оргал, – У тебя ведь врождённые способности, поэтому ты так чувствителен к проявлению сил. Это знак Дантала. Его носитель попадает под защиту и получает часть сил самого Дантала.

– Защита это хорошо. – вслух сказал я, а про себя подумал: – Главное не попасть под его влияние.

– Этот знак не смыть водой. – продолжал глас, – Он не сотрётся теперь никогда. Можешь считать это моим подарком тебе. Учитывай, что вознаграждение ты получил прежде, чем заслужил его.

Вот теперь я действительно стал переживать. Во-первых, я вовсе не хотел всегда таскать на себе клеймо, а во-вторых, уже по опыту догадывался, что если получил что-то вперёд, то платить придётся цену несоизмеримо большую. Похоже, мне предстояло опасное приключение.

– Чего ты ждёшь? – вывел меня из размышлений голос Оргала, – Дорог каждый час. Отправляйся в шахту и найди ответ, что такого есть у морталисов, что поможет нам войти в длительный контакт с Данталом.

– Отправляться сейчас? – ужаснулся я, – В ночь?

Взгляд Оргала, которым он одарил меня, сказал, что в поход надо направляться немедленно, если мне дорога моя жизнь.

– Но почему вдруг я? – проглотив подступивший к горлу ком решился узнать я.

– Меня ограбили снова. – холодно ответил колдун, – Я не могу доказать что это ты, но мало кто решился бы на такой проступок. А из новичков в нашем поселении только ты один.

– Я ничего не крал. – искренне глядя в глаза Оргалу, ответил я, – Разве я стал бы возвращаться сюда, если бы совершил такое злодеяние?

– Обсудим это после твоего возвращения. – прервал мою попытку оправдаться Оргал, – У тебя есть немного времени для сбора.

Несмотря на опасное задание, ждавшее меня впереди, я вышел от гласа с чувством облегчения. Вместо наказания за воровство я получил шанс проявить себя, да ещё и подарок получил, хотя и весьма сомнительный. Вернувшись к Любогосту я поинтересовался, что он думает по поводу моего путешествия в шахту, и нет ли у него какого-либо совета для меня.

– Тебе не помешает запас света. – ответил он, – Согласно видению, показанного нам Данталом, ответ кроется где-то глубоко в недрах земли.

– У меня есть четыре факела. Но половина сгорит ещё на поверхности, пока я буду добираться до рудника.

– Именно поэтому, – улыбнулся Любогост, – я дам тебе два свитка заклинания света. Их действие куда более длительное. Твоих способностей должно хватить на их активацию.

– Дашь свитки просто так?

– Не просто так. – покачал головой Любогост, – Успешное решение твоей задачи, будет способствовать успешному достижению общей задачи.

Той же ночью, в полной темноте, если не брать в расчёт свет факелов, я покинул поселение Прозревших. На выходе задерживать не стали. Сам Оргал оказал мне честь проводить меня в путь. Пусть он всего лишь взирал на моё отбытие с высоты второго поверха, и только дал знак стражам, но я видел что в глазах обычных служителей, тех немногих, что стали свидетелями этого невероятного события, я поднялся на недосягаемую высоту.

Тучи затянули небосвод, скрыв луну и звезды, и разглядеть что-либо за границей света факела стало очень проблематично. Моросил мелкий дождь. Меня это порадовало, нравилось ощущение свежести. Около реки я облачился в доспехи ходоков, знакомой тропой обогнул крепость слева, миновал огни на заставе, и спустился в яблоневую долину Градислава. Я покричал ему издали опасаясь, что в темноте он может не узнать меня и прошить своими смертоносными стрелами, но мне никто не ответил.

Я осторожно приблизился к его домику и заглянул внутрь. Никого. Хозяин дома отсутствовал. На меня навалилась такая усталость, что я решился переночевать здесь надеясь, что Градислав не обидится на такую наглость. Мои воспоминания о волках в лесу, дроморнисах в поле и других опасностях, рисуемых моим страхом, лишь укрепили меня в этой идее. Я зашёл в дом, нигде не разжигая огня, задвинул за собой засов и улёгся на кровать. Сначала сон не шёл и я таращился в темноту. События дня, не снятое внутреннее напряжение не давали заснуть. Тогда я стал прислушиваться к звукам, доносящимся снаружи. Лёгкий шелест яблонь, стрекот сверчков, отдалённая песня какой-то ночной птицы. Все эти звуки наполнили меня покоем. Мысли и образы закружились в голове, сменяя друг друга в хаотичном порядке. Вскоре границы между явью и вымыслом расплылись, а затем и вовсе стёрлись. Я заснул.

Утро встретило весёлыми переливами певчих птиц, росой на траве и белым великолепием яблоневого цветения, на фоне розового рассвета. Хорошо подтянувшись, вздохнув воздух полной грудью, я сделал небольшую зарядку и почувствовал себя свежим и преисполненным сил. Очень хотелось есть, но при беглом осмотре дома Градислава еды не обнаружилось. Решив, что сумею раздобыть что-нибудь по пути, я выдвинулся к шахте.

На этот раз у входа в шахту находились стражники. Они спасались от утренней прохлады сидя у костра. Я, разогретый быстрым темпом передвижения, холода не чувствовал. При моём появлении стражники было вскочили, но окинув беглым взглядом, снова спокойно уселись.

– Эй! – окликнул я их, – Как идёт служба?

– А я вспомнил тебя. – неожиданно сказал один, – Ты помог разыскать дробильную установку. Зачем появился здесь снова?

– Конечно для того, чтобы помочь опять. – пошутил я.

– Помощь будет не лишней. – проворчал он, – Обозы, которые должны были доставить нам еду, разграблены. Каторжники скоро передохнут с голоду. Конечно до них дела нет, но если все передохнут, Бойдан ещё чего доброго, заставит нас киркой махать.

Спустившись в шахту я обнаружил, что все работы встали. Изнурённые, голодные люди сидели, или лежали на холодном камне. Зенка, обхватив голову руками, удручённо сидел на скамье, но при моём появлении приободрился и в его взгляде затеплилась надежда.

– Привет, Зенка! – сказал я подходя к нему, – Слышал, что в шахте голод. Найдётся повар приготовить для людей еду? А я, тем временем, обязуюсь раздобыть провиант.

– Спаситель мой! – притворно дружелюбно воскликнул тиун, пожимая мне руку, – Давай, действуй! Ты не представляешь насколько вовремя появился здесь! Этих бездельников уже не пронять ни палкой, ни кнутом. У них просто не осталось сил. Даже убивать кого-то в назидание стало бессмысленным.

Зенка и не пытался скрывать того, что ему наплевать на жизни каторжан. Главным для него было не вызвать гнев Бойдана. Я даже начал жалеть о своём предложении, но вовремя вспомнил, что каторжники в том неповинны.

Заручившись поддержкой тиуна, я отобрал в помощь двух стражников, и вышел с ними на поверхность за добычей. На поляне, простиравшейся от подножья гор до реки, нам встретилась стая из шести дроморнисов. Будь я один, вряд ли решился бы напасть на них, но сегодня они все попали к нам на обед. Стреляя из лука, в этот раз превзошёл сам себя. К нам добралась лишь одна раненая и разъярённая птица, которая полегла под ударами мечей стражников. Нам только и оставалось что выпотрошить добычу. Стражники, которые сначала были недовольны моим командованием, считая безрассудной идею напасть на стаю опасных птиц, теперь весело переговаривались, одобряющее кивая в мою сторону и даже предоставили возможность возвращаться налегке.

Радостные возгласы, последовавшие за сообщением стражников об удачной охоте, рассеяли недовольство и пессимизм.

– Распорядись сначала накормить рудокопов. – попросил я Зенку.

– И к чему мне вызывать на себя недовольство стражников? – поинтересовался он.

– Я подозреваю, что стражники нашли чем утолить голод, хотя бы временно, и смогут немного подождать, в отличие от каторжников и рудокопов. Кроме того, пока стражники будут есть, рабы успеют восстановиться и приступить к работе.

– Хм, верно… – ухмыльнулся Зенка и стал раздавать приказы.

Почти умершая было шахта ожила. Стражники быстро развели костёр, установили огромный котёл, куда мелко порубили принесённое мясо. В котёл пошло всё без остатка, и кожа и кости. Со всех удалённых рукавов пещеры, к площадке Зенки, потянулись обеденные телеги, уставленные пустыми мисками. Оценив количество мисок, Зенка расщедрился и приказал достать из складских запасов мешок гречки. Мяса на всех точно не хватило бы.

– У меня будет к тебе просьба. – обратился я к тиуну, когда он прекратил раздавать указы, убедившись в том, что они выполняются в точности, и расслаблено присел на лавку.

– Да всё что хочешь! – добродушно ответил Зенка, но быстро поправился, – Ну, почти всё.

– У тебя в шахте где-то есть логово морталисов. – утвердительно произнёс я.

– Морталисы периодически появляются то тут, то там. – пожал плечами он, – Но где их логово я не знаю. Стражи Прозревших уже третьи сутки ищут его. Мне конечно не понравилось то, что Бойдан позволил им тут лазать и вынюхивать, но по крайней мере они истребили порядочное количество этих тварей. Впрочем, если морталисы истребят стражей Дариона, я тоже останусь вполне доволен, а-ха-ха!

– Но они не ушли. – размышлял я вслух, натянуто улыбнувшись его словам, – Значит не нашли того, что нужно.

– Ты ищешь то же самое, что и они?

– Да.

– И что же такое вы хотите найти в логове морталисов? – полюбопытствовал тиун, – Мучительную смерть?

– Да я и сам не знаю. – честно ответил я, – Видишь ли, у их гласов было видение…

– Понятно… – отмахнулся Зенка, сразу же потеряв интерес, – Они там все психи и того, что они ищут, скорее всего вообще не существует. Но ты, конечно, можешь заняться этим, раз интерес есть. Я даже уверен в том, что именно удастся обнаружить логово, и знаешь что? Возьми моё кольцо, чтобы все понимали, что ты действуешь по моему согласованию, и не чинили препятствий. Когда закончишь поиски, вернёшь.

– Спасибо за столь высокую веру в меня. – поблагодарил я, надевая кольцо с ярким красным камнем, похожим на драгоценный.

– Ты человек Бойдана. – пожал он плечами, – А раз сам Бойдан тебе доверяет, то доверяю и я. Только будь осторожен. В шахте с людьми иногда происходят несчастные случаи, а кольцо дорогое, знаешь ли. Так что постарайся остаться живым и вернуть мне кольцо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.