Артем Лукьянов
Звездный Патруль. Книга XIII. Смертельный попутчик

Пролог

Мы взрастили целое поколение людей, живущее в комбинезонах и контейнерах. Они быстры и стремительны в своих делах и суждениях. Их не волнует качество пищи, красота одежды, богатый внутренний мир. Вместе с тем они умны, инициативны и целеустремлены, хотя ум этот во многом лишь в том, чтоб спросить у ИИ нейро-обруча о чем-то и быстро получить ответ. Все свои нужды и потребности они удовлетворяют по возможности сразу же по мере поступления и на ходу. Это поколение живет завтрашним днем в надежде в один прекрасный момент обрести свою «Эдэмию» и обосноваться там. Проблема в том, что они даже не представляют, что потом с этим счастьем будут делать. Им практически незнакомо чувство прекрасного, чувство внутренней красоты и гармонии с окружающим миром. Даже оказавшись в настоящем Раю, они почти сразу же озаботятся поисками нового.

(Из книги «Бремя космоплавателя», Зареслав Вуч, 2550`)

Одним из самых популярных видов мошенничества в 26-м веке стали рейсы колонистов. Людской ресурс для развития и заселения ново-разведанных и терра-формированных миров оказался ценен как никогда. Обширные владения Преторианского Альянса, разбросанные на протяжении всего Рукава Персея, требовали колонизации. Договор, заключённый с Конвентом, обязывал Преторию обеспечивать должную скорость освоения и заселения новых планет, в противном случае Альянс ждали санкции и штрафы, вплоть до отторжения от ее территории целых областей и созвездий. Оказавшись самым богатым межзвездным-государством в освоенной Галактике Преторианский Альянс не жалел кредов на различные программы по освоению планет. Оседлали почти неограниченные финансовые потоки и мошенники. Они создавали компании от имени Альянса и под его очередную финансовую программу. Затем обещали райскую жизнь на какой-нибудь из отдаленных слабо-освоенных или мало-изученных планет, выдавая ее за перспективную. В качестве дополнительного заработка корабль вот таких вот горе-колонистов мог быть запросто перепродан тому, кто предложит еще денег. Современные технологии и коррумпированность служащих на местах популярных маршрутов в том числе и из Патруля позволяли многим обогащаться на трагедиях целых семей, а иногда и общин. Алдабра с населением более 100 миллионов жителей являлась одним из лакомых кусков подобного «бизнеса».

Попутчица

Полеты между освоенными планетами и станциями-колониями Сектора Ориона стали такой же обыденностью, как и полеты внутри Солнечной системы лет 200 или как полеты между земными континентами лет 500 тому назад. Хотя за всеми этими достижениями стоит предшествующий технологический рывок, затем отшлифовка, закрепление инноваций и превращение их в нечто само собой разумеющееся.

(Из книги «Первопроходец», Зареслав Вуч, 2525`)

По пути домой

– Почему ты считаешь, что это не «Улей»?

Этот вопрос от Истэллы прозвучал настолько ожидаемо, что Таре даже показалось, что она снова на приеме в ОВБ, и ее снова допрашивает лично «правая рука» главного инспектора Сектора Ориона Кирилл Викенз. Она вздохнула и отвела взгляд. На выдвижном столике появились освежающие напитки и песочные брикеты. Они трое размещались в весьма компактной каюте-купе на 4 персоны с минимально необходимыми базовыми удобствами пассажирских шаттлов класса «Экспресс». Прямо над головами грузно нависали серо-серебристые цилиндры, расположенные поперек направлению движения. Их так же было 4. Внутри каждого оборудовалось одно компактное, но весьма удобное спальное место. Таким образом любое путешествие можно было скоротать во сне. Даже система подачи усыпительного газа-замедлителя присутствовала. Так что бессонница путешественнику не грозила. Но и для «неспящего» пассажира имелись все необходимые модули для релаксации. У выхода в общий «тамбур» справа и слева от двери стояли вертикально еще два цилиндра-кабины для парового душа и гигиены. Пассажирский маршрут между Аламахом и Алдаброй пользовался популярностью. «Экспрессы» почти всегда были заполнены, а уж тем более в предстоящий уикенд по галактическому времени.

– Иста, не наседай на нее – возмутился Боря, предлагая всем выпить и расслабиться. – Мы ее считай из того света достали… Никто больше не выжил.

– Нет, Боря, вот мне интересно… Мы у себя в отделе логистов тоже много дискутировали по поводу этого инцидента, и пришли к однозначному выводу, что это «Улей» … Да, потому что там больше некому! – не унималась Истэлла.

Тара молчала и думала, периодически сдвигая пряди волос, которые время от времени залезали на глаза. За нее снова ответил Боря, у которого видимо язык чесался поговорить.

– Мы видели запись с регистратора «Ласточки». Там была сигнатура неизвестного корабля… Я ничего не утверждаю, но Тару можно понять… На глазах погиб весь экипаж.

– Что за запись? – тут же ухватилась за слова Истэлла.

Она смотрела своими темными глазами прямо в лицо Таре. Та в ответ тоже посмотрела на нее. «Ну, и взгляд. Жуть». Тара никогда не понимала «неспящих». Эти их темные круги под глазами производили на нее жуткое впечатление. Не выдержав долго она ответила сама:

– Да… Там высветилась сигнатура какого-то судна. И это не «Улей», потому что крейсер Терра-Новы распознался бы слету – четко но спокойно ответила Тара.

– Ну, и почему мы всего этого не знаем, а? Почему ты летишь на Алдабру, а не выступаешь сейчас на трибуне, не организовываешь конференцию хронографам? Ведь то, что ты сейчас сказала, в корне меняет дело! – возмутилась Истэлла.

Боря отпил из стакана, поцокал недовольно и возразил:

– Да ничего это не меняет. Спец-отдел забрал «Ласточку» на экспертизу… Там от космолета по сути один остов. Работал ли сканер на нем корректно или нет – пусть спецы выясняют.

Тара гневно посмотрела на Борю и не удержалась:

– Как же так! Ты совсем недавно поддерживал меня, а сейчас такое говоришь, а!?

Боря посмотрел на Тару как бы из подо лба. Вздохнул, допил напиток и поставил стакан на столик. Даже Иста пристально посмотрела на Борю.

– Что вы так уставились? … Меня в спецуру вызывали и показали кое-что… Они ж нашли регистратор «Горизонта» … Там конечно все нечетко и неоднозначно, но…

Он осекся и даже чуть приподнял руки в жесте не перебивать его.

– Ну, да… Спецы так говорят… Это «Улей», потому что больше некому.

Он договорил и потупил взор. Зато отчего-то обрадовалась Тара:

– Вот! … Удобная версия и потому что «больше некому» … Спец-отдел что-то нам всем не договаривает!

– У-у-у-у, подруга, куда тебя понесло – выдала протяжно Истэлла, отставляя и свой напиток в сторону.

– Меня никуда не понесло! Я была там и все сама видела! … Это не «Улей»!

Тара вскочила с места и молча вышла из-за стола и выдвинув лесенку полезла в капсулу для отдыха.

– А теперь я, пожалуй, откланяюсь… А вы, если хотите, и дальше придумывайте себе версии… Я все сказала… Хорошего отдыха! – слегка запинаясь эмоционально протараторила она и исчезла внутри спального цилиндра.

Заснуть Тара сама не смогла. Ее переполняли эмоции. Да, и эта их попутчица из логистов слишком уж какая-то говорливая и дотошная оказалась. Тара не верила ей. «Ага офицер логистики! Как же! Расспросы и допросы прям как в спец-отделе!». Звуки снаружи не проникали в капсулу, как и отсюда туда, так что обсуждают ли они с Борей ее поступок или нет, понять было сложно. Да Таре и не хотелось. Ей нужно было поспать. Она активировала воздушную смесь для сна и немного расслабилась. Глаза незаметно сами закрылись. Однако Тара все еще была настолько возбуждена разговором, что никак не могла успокоиться. Ее ум в поисках выхода переключился на Алдабру. «Как давно я уже не была дома? Полгода? Год?». Воспоминания о доме тоже не были у Тары особо радужными. Она не любила Алдабру. Хотя планета тут была и не причем. Она не любила свою семью. Это внезапная мысль, как стройное дерево проросло где-то из глубины сознания и вырвалось к свету. Тара летела на побывку, потому что так было надо. Кому надо и зачем, она и сама не знала. Зато ясно понимала, что она за что-то не любит там никого. Или, все же, это было не так. «Шенон». Тара вспомнила местного вундеркинда из семейки Липски. Тот был лет на 10 младше ее. Уже обучаясь в Аламахской академии она прилетала на Алдабру и не однократно. В те времена ее еще тянуло домой как минимум раз в недельный цикл. В свои 11 лет ее оставили погулять с мелким 2-летним Шеноном, потому что взрослые собирали совет против О-Хара. Она отчетливо все видела и помнила, будто это происходило прямо здесь и сейчас. «За что они этих?». Тогда в 11 лет, как и сейчас в 31, Тара знала за что, но ее ум отказывался признаваться в этом самой себе. Тогда ее родители, родители Липски, Хольштейны, Альвахо и другие пошли к О-Хара, чтоб просить тех покинуть район Альба-Сити, где они издавна компактно проживали. На то были причины. Каждая из общин привезла с собой собственные религиозные верования и традиции, но политическое руководство планеты, как идеальной колонии, решило избавиться от всех «древних предрассудков» банальным подкупом, просто простимулировав финансово рождаемость по новой ускоренной программе УРП и строительство комфортного и инновационного жилья в обмен на отказ от привезенных с собой традиций и устоев. Звездный Патруль тогда вкладывал ресурсы в развитие Алдабры. На кону были репутация и технологии передовой галактической организации с достаточно спорной репутацией «червивого коллаборанта». Развитие целой людской колонии позволило тогда сильно изменить общественное мнение. В качестве благодарности мать Тары, как и многие другие женщины после зачатия, вступила в эмбриональную программу Патруля. Первая девочка у Локов родилась по программе ускоренного созревания плода и с червем-симбионтом внутри. Все тогда соблазнились финансовыми стимуляциями и отреклись от своего прошлого, смело шагнув в будущее. О-Хара сохранили свой «религиозный культ», традиции, и стали отщепенцами, ретроградами и мракобесами в одном лице. Отказались они и от УРП, а стали своих детей вынашивать и рожать сами. Тара одно время дружила с Грименом О-Хара, когда была еще маленькой. Уже тогда отношения с ними были натянутые, хотя у тех в гостях Таре было хорошо и радостно. Уже тогда у Грима были старшие сестра и братья. И ссоры у них были и драки. Все, как и у всех. Удивляло Тару то, как они быстро находили нужные слова, чтоб успокоить и помирить. Семья самой Тары на этом фоне выглядела куда как более спокойной и тихой. «Как мертвой». Тара поймала себя на этой такой очевидной мысли, и уцепилась за нее «железной» хваткой. «Семья мертвецов. Ничего у них нет за душой, как только новости и сплетни». Поступок О-Хара по началу старались не замечать, мол, не захотели отказаться от прошлого да еще и за деньги, их право. Однако со временем все эти финансовые вливания были проедены, а легкие деньги расслабили семейство Локов. О-Хара же трудились. Они первые на районе наладили автоматизированную ферму по выращиванию сельхоз культур. Ремонтный цех О-Хара вообще оказался на то время лучшим в районе. Там чинили все, что не дышало, но могло двигаться. Их община разрослась и без привлечения кредитов. Тогда лет 20 назад все разговоры и сплетни ее родителей и были лишь об О-Хара. Тогда будучи подростком ее тошнило от этого. Взрослые же, что Локи, что Липски, что Хольштейны, натягивали на себя лицемерные маски цивилизованности. Сами же всегда старались при случае навредить О-Хара. «За что?». Этот вопрос повис в уме Тары. Все начало усугубляться уже после посещения Альба-Сити для обмена опытом именитого и высокородного губернатора Марса и его совсем молодой, но такой странной супруги еще лет за 5 или 6, до событий. Августейшая чета в их районе навестила только семью О-Хара и провела у них почти все свободное время. Поговаривали, что визит тот окончился внушительным финансовым вливанием в и без того весьма успешных «мракобесов». Тогда в сердцах ее родителей, да и не только их, поселилась зависть. Она, как сорняк, росла, пока не выросла до такой степени, что скрывать ее уже не было никаких сил. Тогда 20 лет назад все и случилось. Мирэн О-Хара, старшая дочь Пирса, была поймана подростками одной из местных банд района, которые задумали ее изнасиловать и убить. Девушка была бойкая и весьма симпатичная, чем и вызывала необузданное желание навредить особенно после идеологической накачки со стороны взрослых. Тогда Мирэн спасли старшие братья Тэод и Сэмми. Однако в стычке первый погиб. История эта наделала много шума. О-Хара продали все, что у них было, купили разбитый межзвездный корабль, восстановили его, собрали вокруг себя всех тех, кто так же не реализовался на Алдабре из других анклавов, и отправились искать себе новый дом. Тара тогда уже была молодым курсантом академии Патруля, и не видела себя жителем Алдабры, поэтому и не особо переживала за О-Хара и других. Родители ее с тех пор успокоились и даже посмирнели. То ли зависть иссохла из-за отсутствия «раздражителя», то ли время вылечило раны. Тара переписывалась с ними, но делала это так редко, что можно сказать, что и не делала вовсе. Там на Родине у нее подрастали братья и сестра. Возможно именно ради того, чтоб повидать их Тара летела домой в увольнительную в этот раз. Ответив наконец самой себе на вопрос, зачем она летит на Алдабру, Тара незаметно для себя заснула. Очнулась она от сигнала о скором прибытии, полученного на нейро-обруч от ИИ шаттла.

Слежка

Темная почти черная фигурка наблюдала за копошением дронов, занимавшихся разгрузкой прибывшего совсем недавно в космопорт космического гиганта класса «Ковчег». Чаще всего подобные исполины наравне со «Странниками» несли в себе целые сообщества первых колонистов, включая необходимое оборудование, строительные материалы, запасы воздуха и пищи. Иногда же, как и в этом случае, 5-километровая громадина использовалась для грузоперевозок. На огромной сколько хватало глаз площадке орудовали сотни дронов-погрузчиков, которые затаскивали крупные контейнеры, упакованные лесом и различными пародами камней, на большие погрузочные платформы. Далее автоматика судна подхватывала ящики, сложенные на огромные 600-метровые платформы шлюзовых секций и, подобно некой карусели, затягивала их внутрь, освобождая место для следующей партии. Идиллию процесса нарушали двое, парень и девушка, стоявшие у ограды в погрузочный док. Они о чем-то спорили и ругались.

Столь странное место для рандеву вызвало подозрение у наблюдавшей за всем этим темной фигуры. Она вытянула вперед ладонь, и из разжатого кулака выпорхнул небольшой круглый дрон. Его скорлупка завибрировала вдоль матовой темной поверхности, испуская едва слышный шелестящий звук. Дрон направился в сторону парочки, чтоб фигурка в темном получила чуть больше информации, чем могла себе позволить с этого темного и отдаленного места, где она скрывалась.

– Это классная идея, Тофф! … Эдэмия – это ж так круто!

Девушка в светло-лиловом комбинезоне с гравировками местного колледжа мечтательно посмотрела в небо. Парень в похожем, но темно-коричневом по цвету костюме, стоял чуть в сторонке, соблюдая некую дистанцию, и робко жался в нерешительности воспользоваться моментом и приобнять девушку. Он этого очень хотел. Ему стоило больших трудов убедить Нару, как ее звали, встретиться с ним вечером тут тет-а-тет. Теперь же, восхитив спутницу своим весьма романтическим предложением, он жался как мальчишка в нерешительности. Она, слегка успокоившись и выдохнув от нахлынувших эмоций, сама схватила его за плечи.

– Тофф! Мы должны взять остальных! – радостно выпалила она, глядя ему в лицо.

Девушка лет 18-и была хороша собой. Ее светло-карие глаза блестели на фоне радостного лица. Светлые пепельные волосы вьющимися локонами ниспадали на плечи. Формы губ и то, как она с эмоциональным придыханием роняла через них свои слова, особенно волновали Тоффена. Обычные прикосновения Нары сводили его с ума и лишали на время дара речи. Нара была не просто красива, а фантастически прекрасна в его влюбленных глазах.

– Нужно обязательно рассказать Герману! Ему идея точно понравиться! … Как здорово, Тофф, что ты придумал такое! Это же гениально! Это просто сказочно!

Тот наконец пришел в себя. Хотя ладони девушки все еще лежали у него на плечах. Ее глаза все так же с блеском и огоньком смотрели на него.

– Нет… Мы только… Мы вдвоем… С тобой – попытался он запинаясь взять себя в руки и объясниться.

Нара резко отпустила его плечи и отступила. Улыбка сошла с ее лица.

– Тофф, мы друзья, только друзья и не более. Я тебя не люблю пойми… Да, ты хороший парень, но я люблю другого… Я без Германа не полечу.

Она совсем расстроилась и последнюю фразу проговорила с очень сильной досадой.

– Но Нара… Это ж Эдэмия… Ты меня полюбишь… Обязательно… Потом… Остальных брать – это риск. Большой риск.

– Нет, Тофф. Или мы все или ты один.

Она махнула ему рукой и отправилась в сторону парковки, где стояли магнитоскаты. Нара на ходу повернулась и еще раз глянула на Тоффена. На этот раз ее лицо выражало грусть и разочарование им. Сам Тофф побледнел и будто осунулся. Он стоял нерушимо, как статуя, и лишь расстроенно и печально смотрел ей вдогонку. На нем не было лица. Если бы можно было вообразить самого несчастного человека на планете, то он сейчас вполне подошел бы под его описание. Девушка совсем скрылась из виду, и лишь легкое жужжание ее магнитоската дало понять, что она уехала. Он же все еще стоял не живой и не мертвый, будто прямо сейчас окончилась его жизнь, и делать что-то далее не имело никакого смысла.

– Она глупо поступила. Потом пожалеет, но будет поздно… В итоге сделает несчастным и тебя и себя.

Ровный чуть низковатый, но уверенный в себе женский голос раздался откуда-то со стороны парковки.

– Кто здесь!? – резко крикнул Тоффен, весьма испугавшись.

– Не бойся… Я только час, как прилетела на Алдабру… Еще даже космопорт не покинула, как стала невольным свидетелем вашей сцены.

– Пассажирские гейты в паре километров отсюда! – не веря словам незнакомой женщины снова крикнул Тоффен.

Из тьмы прямо на свет дронов-светлячков, которые курсировали вдоль ограды, ведущей к транспортному доку, где прямо сейчас загружался «Ковчег», вышла невысокого роста женщина в костюме Патруля. Тоффен, заметив вполне четкие гравировки офицера, сразу успокоился и выдохнул. Звездный Патруль был на высоком счету среди жителей Алдабры. На них смотрели, как на героев. Многие родители хотели бы, чтоб их дети попали в Патруль, но не все могли пройти жесткий отбор. Старший брат Тоффена смог, потому что был гением. Самому Тоффену не повезло. Одно время он даже жалел, что родители не вступили в эмбриональную программу, как это сделали например родители Нары Лок со своим первенцем. Тоффен успокоился и даже облокотился на сплошную металлическую ограду.

– Ты прав… Тоффен, да? – начала было женщина.

Он же разглядывал ее серебристый костюм в свете. Заметил так же и ее выразительные глаза обрамленные темными кругами, которые ни разу не портили вид, но как бы даже придавали ей некий шарм и загадочность. Когда женщина подошла ближе, Тофф заметил, что она не полностью лысая, как он решил сначала, а имеет ровно заплетенную косу сзади.

– А вам-то что за дело? – спросил он уже спокойно и даже немного расслабленно.

Женщина подошла к нему совсем близко, и он внезапно поймал себя на мысли, что она совсем мелкая ростом наверное не больше, чем его собственная младшая 15-летняя сестра Умма. Теперь общее впечатление от нее навевало некоторой несерьезностью и даже детскостью.

– Не смотри, что мелкая – сказала она и чуть заметно улыбнулась. – Я могу тебе помочь.

Тоффен тоже заметно повеселел, но скорее от общего такого будто невзрослого и потому несерьезного впечатления от офицера Патруля.

– Хм… Интересно как?

– Видишь ли, Тоффен… Этот «Ковчег», что ты присмотрел для своего… хм… путешествия… Я тут отвечаю за его безопасность… Если честно, я даже хотела просто сдать все твои планы куда надо, чтоб тебя арестовали, но… Твоя история меня восхитила. Это история большой любви… Это и моя история с далекой молодости, если хочешь… Я знаю, как тебе помочь, и все.

– И как?

– Для начала тебе нужны креды, много кредов… Ты ж понимаешь, что прилетев на космопорт Фомальгаутов зайцем, ты не попадешь сразу на Эдэмию, но на КСП… Там без кредов, ты не сможешь улететь на Эдэмию, но так и останешься бродить по станции, пока не попадешься охране.

Тоффен молчал. Такая важная деталь совсем не попалась ему на глаза. «А ведь точно. На Эдэмии космопорт не принимает большегрузы… И чем я думал!».

– Что вы предлагаете?

– Для начала собери всех, кто хочет полететь с тобой… Если твоя девушка решит взять другого, пусть берет – серьезно предложила незнакомка.

– Нет! … Этот другой – это Герман. Они встречаются… Из-за него Нара меня не замечает.

– Послушай Тофф. Если ты хочешь добиться успеха, нужно пойти на уступки.

– Вы не понимаете… Это конец мне… Она будет с ним на Эдэмии, а не со мной!

– Ты ж не дослушал меня.

– Извините.

– Первая часть твоего нового плана – это собрать коллектив. Это важно… Потом поймешь почему… Если твоя Нара хочет Германа, пусть берет… Вторая часть – это креды. Согласен?

Тоффен утвердительно кивнул головой и уже не перебивал, но внимательно слушал.

– Для начала я закрою глаза на то, что вы проникните на «Ковчег» … Я даже не спрашиваю, как вы это сделаете, потому что не хочу знать, иначе вынуждена буду вмешаться по долгу службы. Понимаешь?

– Да.

Во время разговора нейро-обруч Тоффена завибрировал на получение нового контакта. Эта была незнакомка из Патруля. Не успел он авторизовать, как уже получал ее мысли:

– «С тобой свяжется тот, кто может решить вопрос с кредами. Я ж к сожалению не обладаю хоть сколько-нибудь подходящей суммой, чтоб помочь тебе. Однако я знаю того, кто может».

Тофф выслушал в уме небольшую речь незнакомки и кивнул головой.

– И еще… Тебе нужно постараться и продумать, как вы попадете на «Ковчег» незамеченными, потому что система охраны полностью автоматизированная, и в случае провала, я не смогу вас прикрыть.

Да, не волнуйтесь. У меня есть все необходимое, чтоб проникнуть незаметно.

– Я на это надеюсь… И так – собери всех, кого сможешь, и приготовься… С тобой свяжется тот, кто решит вопрос с кредами.

– Он тоже с Патруля? – поинтересовался Тоффен.

– Нет – улыбнулась незнакомка. – Он надежный человек из компании по организации колонистов… У них сейчас сильный недобор на ближайший рейс… Ты поможешь ему, а он поможет тебе… Идет?

– Ну… В общем, да.

Когда площадка у стены в погрузочный док совсем опустела, где-то во тьме парковки снова блеснул серебристый костюм. На этот раз фигура оставалась одна, и вокруг не было ни души.

– «Паранойя» «Полету». Держи контакт – произнесла она в уме прислонившись к единственному на парковке транспорту.

– Это тот, кто нам нужен? – послышался мужской весьма мягкий и располагающий к себе голос у нее в уме.

– Нет… Это дополнительный заработок… Бонус, если хочешь.

– Хм… Уверена, что оно нам надо?

– Тебе креды не нужны? Тогда сделай это для меня просто так.

В ответ послышался ехидный смешок.

– Я слушаю.

– На «Ковчеге», что сейчас в 13-м доке загружается, помимо груза на Эдэмию полетит еще компашка молодчиков. Им нужны креды… Поговори с их организатором и убеди его сдать свою группу… Ему они все равно не нужны… Он их потянет ради девчонки.

– Ого! … И откуда такие сведения?

– Откуда надо… Держи контакт и прошу, сделай все, как ты умеешь. Не спугни парня, а то он уж слишком дёрганный какой-то.

– Хм… Ну, ладно… Половина мне.

– Не борзей, «Полет» … Твои 10%… Дело плёвое, и никакого риска.

– Меньше, чем на 25% я не подпишусь.

– Хм… Ладно.

«Паранойя» вздохнула, привстала и неспешно оседлала магнито-байк, взятый на прокат, активировала мотор и неспешно тронулась на нем с места.

– Так, а что с основной целью? – снова побеспокоил ее мужской голос в уме.

– В процессе… Конец связи.

Дом, милый дом

Тару дома встречали буднично, будто она совсем недавно гостила, и по ней не успели соскучиться. Никого кроме матери не было, а та по жизни была не многословной, пока не усаживалась за общий стол в большой компании. Вот и сейчас сухо поздоровавшись с дочкой, которую не видала полгода или даже больше, она ушла на кухню, что оформить заказ на ужин. Тара расположилась в своей детской комнате, в которой всегда останавливалась, когда прилетала на побывки или увольнительные. Не имея совсем желания о чем либо беседовать со своей матерью, она закрылась в ней и решил разложить вещи. На глаза ей попался паньет, подаренный Таонгой, с записями ее родной Алдабры. Она его на крейсере так ни разу и не активировала. Зато зачем-то захватила сюда. Зачем он тут Тара и сама толком не знала. «Его вроде можно перепрошить». У нее на обруче хранились некоторые приятные воспоминания с прошлого, которые она скорее бы пересмотрела, чем кадры и места родной Алдабры. Извлекая круглый как блин паньет, она вернулась в прошлое и вспомнила Таонгу. Как он за ней увивался, но не потому что нравилась, а потому что была единственной женщиной на борту «Горизонта». Тара не питала иллюзий относительно своей внешности. Пусть она и была не дурна собой, но излишне строгий взгляд, ранние морщины на лбу, занудство и любовь к спорам сделали свое дело. Да и слишком не просто далась ей учеба в академке. Тара не была одаренной и всего добивалась через усилия, старания и труд. Коэффициент симбиоза Паускаре у нее тоже не блистал и едва выбивался за допустимые для штурмовика нормы. Сейчас же, рассматривая паньет, она отчего-то вспомнила Тао, его слегка угловатые ухаживания, приставания в душе. Она улыбнулась. «Лихо я его тогда отвадила, месяц не подходил… Потом отошел и снова полез». Она вздохнула. По факту Тао при всей своей напористости оказался не тем человеком. Была в нем какая-то меркантильность и карьеризм что ли. Он и в экипаж попал потому, что там платили больше, чем в его отряде «Вихрь». Вот только про долгие рейсы он и не подумал. Для многих в Патруле недели а порой и месяцы пребывания в космосе давались с трудом, а то и вовсе с проблемами. Однако Тара все равно вспоминала о Тао и проведенном вместе времени с улыбкой. Это был ее первый женский опыт, хоть и весьма запоздалый наверное. Тогда где-то годичный цикл тому именно Тао ей здорово помог избежать последствий в весьма неприятной истории. Во время внепланового патрулирования системы «Тау Гизмо» ее «Ласточка», вылетев из «Горизонта», сканером прошлась по дипломатическому кораблю би-Молей, который совершал дозарядку в режиме стенд-бай. Там на борту в грузовом ангаре в большом контейнере находились люди взаперти, в то время как основной экипаж располагался в каютах. Глубоко возмущенная увиденным Тара составила рапорт и наложила арест за нарушение Конвенции по недолжному обращению к пассажирам на корабле. Был большой скандал с хозяйкой судна Силицией би-Моль, потому что дипломатические корабли запрещалось подвергать сканированию или обыску без соответствующих ордеров. Таонга тогда прикрыл ее, пользуясь своим авторитетом, и дело замяли. Вспоминая это улыбка сошла с ее лица. Она легла на свою кровать и незаметно для себя задремала.

Ее разбудил ненавязчивый шум из коридора. По звуку Тара сразу догадалась, что пришла сестра. «Вот, кто точно пользуется популярностью у парней!». Она встала, поправила комбинезон и вышла навстречу.

– Тара! Сестрена! – выпалила та, завидев ее.

Они обнялись крепко. В семье Локов только Нара была всегда безумно рада ей.

– А где Зан и Тум? – поинтересовалась Тара.

– А, – отмахнулась та. – Эти еще гуляют. Наверное с Герычем тусят.

– А ты чего?

– У меня были другие планы. Свиданка с Тоффом… Время в пустую – отмахнулась Нара, поправляя свою челку, все еще стоя в прихожей и посматривая на интерактивную зеркальную панель.

Они с ней были очень похожи, но у Нары – чуть больше глаза, чуть чувственнее губы, чуть пышнее и светлее волосы. Все это «чуть» вместе делало ее по сути красавицей местного разлива и звездой тусовки.

Через полчаса явился отец. Он, сухо поздоровавшись с не самой любимой дочкой, ушел в дела по дому и сделал заказ на зерновые брикеты для автоматизированной кухни, чтоб получить за стол кроме всего прочего еще и вкусный пирог. Еще через час с шумом и галдежом ввалились братья-близнецы Тумен и Зандер, которые сколько себя помнила Тара, всегда находили причину поспорить о чем-то. Вся семья наконец-то смогла собраться вместе и расположиться за столом. Семейный ужин не предвещал ничего грандиозного, разве что кроме пирога в конце. Даже, наоборот, для родителей появились новые уши их сплетням. Этот вечер нужно было просто пережить.

За столом после приема пищи отец, откинувшись на кресле, поведал, что буквально час тому на орбиту прибыл частный новейший звездолет класса «Озарио» и собирает будущих колонистов на Парпланд.

– Его шаттлы уже в космопорте… Условия весьма привлекательные… Плугины всей семьей записались.

На последнем высказывании отец с прищуром посмотрел в глаза Наре.

– Твой Герман тоже летит. Ему никак не отвертеться.

Тара заметила как лицо сестры побледнело от услышанного.

– Это не правда, па! … Герыч мне все рассказал бы! – чуть запинаясь, но все еще отказываясь принять набросилась она на него.

Отец активировал проекционный экран в углу зала, где они все ужинали за большим овальным столом. На нем показались живописные кадры прекрасного острова, где в вечернем небе красиво переливались огни летающих змей-гигантов. Тара прекрасно знала откуда эти кадры, что экспедиция, которая все это отсняла, вся погибла. Сейчас она вместе со всей семьёй молча смотрела рекламный стерео-ролик, живописующий о жизни там. Когда ложь перешла все рамки приличия и здравого смысла, Тара громко рассмеялась:

– Я была там во время последней командировки… Этот ролик… Ни слова правды, кроме картинок.

Однако ни отец, ни мать на нее особо даже не среагировали. Тара хорошо знала причину. Была у нее одна неприятная черта влезать всюду со своим мнением и спорить, даже если она была права, как сейчас. Родители знали об этом, поэтому не удивились, но спокойно досмотрели ролик. Зато возмутились братья:

– Серьезно!? Надо срочно предупредить Герыча, чтоб он помог предкам соскочить с темы!

– Не говори глупостей! … Они вписались одними из первых… Лавр даже словом не обмолвился, хотя мы с ним вместе смену отработали! Сейчас уже нету мест!

Тара не сразу поняла, к чему ее отец все это говорил. Мать немного развеяла этот туман:

– О-Хара туда улетели и там разбогатели. Об этом все на Алдабре знают… Альянс такие деньги платит, а ты нам рассказываешь, что там все не так!

– Но там действительно все не так! … Этот красивый остров… Он там есть, но попасть туда просто невозможно… Точно не силами колонистов.

– Ха! … А как же они тогда попали туда и сняли всю эту красоту, а!? – вмешался отец, видимо не в силах больше терпеть пасы старшей дочери-всезнайки.

– Да, но…

– Тот-то же! … А Лавр – хитрец… Договорились же забыть про О-Хара. Вычеркнуть их из памяти… И вот рейс на Парпланд нарисовался, и он уже в него впрыгнул! … Мне ни слова! А еще друг называется!

Тара, будучи перебитой, сдерживала себя, как могла, чтоб более не вмешиваться. Ей было сложно, но в какой-то момент этой длинной тирады отца она вдруг поняла отчего тот так злится. «Ну, конечно! Дядя Лавр предал их уговор, их дружбу! Ну, значит такие у тебя, папа, друзья!». Молодежь в лице Нары и братьев тем временем куда-то заторопилась, оставляя Тару одну на «съедение» финального пирога и родителей. Та отчего-то ощутила некую брошенность. Она больше не была своей для ее сестры, и не могла рассчитывать на их компанию. Ее удел был коротать время в кругу нелюбимых родителей. Тара тяжело вздохнула и проводила грустным взглядом Нару в некой призрачной надежде, которой все равно не суждено было сбыться.

– Давайте только не долго! Время уже позднее! … Попрощайтесь с Германом и назад… Хотя рейс тот уже послезавтра стартует – бросил им отец напоследок.

– Кстати, а Хольштейны… Они тоже туда? – поинтересовалась мать у отца, будто запамятовала.

– Нет… Эти хитро-сделанные – на Эдэмию – совсем подавленно ответил тот.

– Ого! Какие молодцы!

– Ворьё! … Всю жизнь прикидывались своими, а сами посредничали во всех колониальных делах! – снова вскипел отец.

– Не может быть! – подыграла ему мать.

– Еще как может… Лавр, когда про рейс на Парпланд заикнулся, сказал, что через Хольштейнов оформлялся… Там оказывается конкурс 7 семей на одно место… Ну, так он ему креды и перевел, чтоб попасть туда вне отбора… Не он один… Много, кто еще, но я их не знаю… Вот тебе и тихони!

– Погодите… Хольштейны это кто? Это те милые добродушные люди, у которых один сыночек Патисон? – вмешалась в разговор Тара, чтоб отвлечься и избежать спора из-за Парпланда.

– Они самые… Приходили с подарками к нам не раз, чтоб Нару за их сыночка замуж отдать – закатила глаза мать, вспоминая былое.

– Ого! Я этого не знала! – удивилась Тара.

– Дома чаще бывать надо, а то всю жизнь пропустишь на своем Патруле! – тут же осек ее отец. – Даже про Парпланд ничего толком сказать не можешь, а только споришь!

Перепрыгнуть на нейтральную тему не получилось. Теперь Таре оставалось лишь как-то смягчать то, что она хорошо помнила.

– А что там рассказывать… Дыра дырой… Я там побыла несколько циклов от силы… И О-Хара ваши плохое место выбрали для нового дома… Алдабра точно лучше!

Тара искренне попыталась успокоить родителей с этим Парпландом, чтоб уже не возвращаться к этой теме, но сделала только хуже.

– Ох, уж эти О-Хара! Даже через 20 лет покоя от них нету! – произнесла мать все еще посматривая в проекционный экран, на котором застыли записи из дневника одного из династии О-Хара по поводу увиденного мира.

– Мама, отец… Там все не так, как в рекламе… Тот остров, он окружен скалами и океаном. Даже просто добраться до него – проблема. Сама планета унылая и мрачная – попыталась Тара снова закончить спор по-своему.

Оба родителя, будто зомби продолжали пялиться на ролик, у которого оказалось продолжение в виде информации о самой планете, ее богатых залежах парпурита и кристаллида. Отец даже охнул то ли от досады, то ли от грусти.

– Да какая разница, что там с этим островом, если у них такие ресурсы! … Эти О-Хара всегда были самыми хитрыми! Все-то у них не как у всех! – завистливо выдал он.

– Точно! – вторила ему мать. – Эта все та принцесса с Марса со своим принцем! Они ж дали им денег на корабль и указали, куда лететь! … Одним все – другим ничего! Тфу ты!

На последнем «плевке» отец даже повернул голову и с пониманием посмотрел на нее. На его лице отпечаталась выражение лица словно сожаления от упущенной возможности или выгоды.

– Эх! Надо было тогда у них все забрать, как полученное несправедливо!

– Ну, чего уж теперь кулаками махать! Что сделано, то сделано! – тут же притушила его мать.

Тот от досады встал из-за стола и направился к выходу из дома, чтобы «подышать». Тара же внезапно нашла способ сменить тему:

– А что слышно о Липски? Как там Шенон? Давно был в увольнительной?

Мать на нее посмотрела, как на нездоровую.

– А ты разве не знаешь? … Вот те раз! Отец, ты слышал такое!? Не знает ничего про Шена! – крикнула она в ему вдогонку.

Тара даже засмущалась и слегка покраснела. Отец, остановившись где-то в пороге, громко пробасил:

– Шенон Липски у нас герой района! Местная знаменитость! Сейчас где-то в научной экспедиции!

– Да… Точно – подхватила риторику отца мать. – А как он за тобой увивался… Он же постоянно во время побывок интересовался о тебе. Когда прилетишь. На сколько… Все хотел, чтоб с тобой в одно время.

Тара засмущалась и грустно вздохнула:

– Он малой совсем для меня

– Малой-немалой… Зато сейчас бы наши семьи породнились и о нас говорили бы по новостям, как и о Липски.

Тара пожала плечами, не зная, что ей ответить на это. Зато теперь кое-что прояснилось насчет недовольства ее родителей тем, что она не приняла ухаживаний Шенона тогда, когда тот делал для этого некие хоть и жалкие, но все же потуги.

– Ты лучше завтра прям с утра сходи к ним в гости… Там тебе рады всегда, ты ж знаешь… Служба службой, но надо же и личную жизнь строить.

Тара отвела глаза в сторону. Ей было немного не по себе, когда ее родители начинали сводничать. Однако она вспомнила, что у нее есть причина все же заглянуть к Шену. Возможно какая-то из его поделок поможет ей с сигнатурой корабля, что на дата-кристалле с «Ласточки». Отец тем временем, больше ничего не добавив, вышел из дома. Мать тоже засуетилась и встала со своего места.

– Тара, ты все? Еще будешь что? – спросила она дочь, глядя на так и не начатый пирог на ее тарелке.

Та лишь отрицательно покачала головой, понимая, что этот ожидаемо эмоциональный вечер наконец-то скоропостижно закончился. Тара так же встала из-за стола. Плоскость на столе немного выгнулась и опустилась чуть ниже к центру. Тарелки и приборы на ней медленно поехали на середину и исчезли в глубине. Сама плоскость изящно провернулась словно гусеница. Стол заблестел чистой поверхностью, будто и не было тут никакого ужина. Тара вспомнила про Борю, который где-то тут в городе. У нее был маленький шанс угодить в компанию своих таких же Патрулей на побывке или увольнительной и постараться ничего не испортить своим характером.

Комната поклонника

Вышла Тара из дома немного расстроенной и даже подавленной. Ничего за полгода не изменилось. Ее родители все так же были озабочены судьбами других, а на детей, во всяком случае на нее – плевать. Тара отчего-то очень сильно захотелось улететь прямо сейчас, отправиться обратно на службу на Аламах. Однако, как только эта мысль прочно вошла в ее голову, ей тут же на память пришел новый экипаж. От этого ей стало еще тоскливее. Впервые за более чем 5 лет «свободного плаванья» служба оказалась в тягость. Таре не хватало ее родного такого дорогого и близкого ей экипажа «Горизонта». Джомар был тем самым капитаном, который снисходительно терпел ее споры на корабле. Там она была, как своя. На «Экскалибуре» не прошло и двух недель, а она себя чувствовала там, как совершенно чужая. «Я переведусь на КСП… Или может меня в «Вихрь» возьмут… Если нет, то лучше на станции протянуть следующие 10 лет и уйти за штат». Тара гнала свой магнитоскат в сторону дома Липски. Тут было близко, но отчего-то ей очень хотелось ощутить ветер на лице, почувствовать жизнь и свободу, хоть в таких вот маленьких ее проявлениях. Липски всегда были рады ее видеть. Тара знала почему. Их семьи многое объединяло. Липски всегда на всех собраниях и во всех кипишах поддерживали Локов. Их старший сын Шенон выбрал Звездный Патруль, потому что туда отправилась она, Тара. Средний Липски Тоффен был по уши влюблен в ее младшую сестру Нару, но как и в случае с Шеноном и Тарой, там тоже не было взаимности. Липски очень старались угодить Локам даже на уровне своих детей. Тара помнила Шена, когда тот еще был 5-летним ребенком. Во время учебы она частенько наведывалась на Алдабру на побывку. Тогда ее еще что-то тянуло сюда. Возможно это и был Шенон, который мальчиком держал ее за ручку и везде гулял с ней. Хотя сами променады по кварталу были скорее скучным времяпрепровождением для нее. Одна такая прогулка, но еще до рождения Шенона отчего-то пришла на память Таре. Ей самой было лет 5. Подходило время, когда ее должны были забрать в Патруль по эмбриональной программе, однако шаттл с КСП запаздывал из-за очередных проблем на орбитальной станции. Было раннее утро. Она гуляла в парке с детьми О-Хара. Тогда с ними еще дружили, хоть ростки некоего презрения и зависти у взрослых уже проклюнулись. Ее и Гримена О-Хара оставили на его 10-летнюю старшую сестру Мирэн, потому что у взрослых было какое-то собрание. Внезапно в парке появились люди и дроны охраны. Чуть дальше на лавочке Тара заметила молодую супругу марсианского губернатора. Отчего-то ей пришла в голову мысль, что они с ней чем-то похожи. Хотя по факту сходство, если оно и было, то лишь только в цвете волос. Охрана никак не препятствовала детям гулять, да и права такого не имела. Поравнявшись Тара заметила, что принцесса Марса была не одна. С ней на лавочке сидела Ксения О-Хара, бабушка Мирэн и Грима. Они задержались возле нее, играя. Тара отчего-то хорошо запомнила лица всех. Бабуля О-Хара всегда приглашала ее в гости, всегда угощала сладостями. На память даже пришли эти мелодичные напевы их «религиозного культа» за столом. Тара мысленно вернулась к нечаянно подслушанному тогда странному разговору между Кси и той августейшей особой. Ей запомнилась принцесса с Марса наверное из-за цвета волос, и тем, как она на нее смотрела.

– «О чем они тогда спорили? О перелете на другую планету? О собственной колонии?»

Тара, подъезжая к дому Липски, все пыталась вспомнить, что так эмоционально обсуждалось там на лавочке более 25-и лет назад. Перед глазами уже возникла дверь в дом Липски, а она все никак не могла выбросить те воспоминания из головы. Они, как какое-то наваждение, все лезли и лезли ей в голову, будто от них зависела ее жизнь, ну или как минимум результат некоего контрольного теста на экзамене в Патруле. Ее ждали. Тара предварительно сообщила о своем приезде в гости. Детей Липски дома не было. Даже 15-летняя молчаливая «разведчица» и «следопыт» Умма и та отсутствовала.

В доме у Липски было по своему уютно, хотя и те любили поговорить ни о чем. На Тару они смотрели как на желанную гостью. Приди она к ним поздно ночью или рано утром, казалось, что даже тогда они встанут, накроют стол, организуют еду и напитки. Тара это знала. Хотя сейчас желание навестить Липски у нее было не из-за ожидаемого приема. Она прекрасно знала, кем стал Шенон, чего достиг. Ей впору бы было ему завидовать, как многие на районе. К счастью на этот раз это чувство обошло родителей Тары, иначе была бы вражда, как и с О-Хара, или, как теперь с Хольштейнами. А она уже на их примере знала, что зависть ведет к вражде бессмысленной и беспощадной. Шенон отличался феноменальными способностями. Он понимал технику, сложные модульные и интегрированные системы. Тара знала, что тот мог часами с ней разговаривать. Он и в Патруль попал именно по этому. Ей же нужно было найти ответы на свои вопросы. У Тары с Шенон были отношения, если это можно так назвать. Они некоторое время как бы встречались во время побывок, когда пересекались на Алдабре или на Аламахе. Тара догадывалась о чувствах Шенона к себе, но тот был слишком застенчивым, чтоб их озвучить. Зато она знала, что комната Шенона это кладезь всевозможных инженерных поделок и схем.

Отказавшись от угощений она шагнула в «удивительный мир» ребенка-изобретателя. Вся комната Шенона была наполнена какими-то схемами, поделками, остовами незаконченных или же наоборот вполне законченных конструкций, назначение которых не всегда угадывалось по внешнему виду. Она даже не сразу поняла куда можно присесть. Последний раз Тара была тут много лет назад, когда на все эти «игрушки» и намека не было. Тогда она сама подарила ему первого игрового дрона, точнее даже не она, а ее родители, и он увлёкся техникой неудержимо. То, что Шен остался таким даже, когда окончил Академию на Аламахе, она знала. Он ей оставлял сообщения о том о сем, хотя Тара их особо никогда не читала, так, пролистывала. Шенон в них никогда ни разу не признался ей в каких любо чувствах, будто его просто тянуло к ней, как к другу или сестре. Возможно, все так и было, а некие чувства Тара просто сама себе навоображала. Когда у нее закрутилось с Таонгой, она перестала ему отвечать. Теперь ей было немного стыдно за это. Комната Шенона наполнилась мягким светом и откуда-то из потолка донесся голос:

– Добрый вечер, Тара. Шен скучал по тебе.

Это был голос самого Шена, но специально слегка искаженный, чтоб знающий человек не растерялся, но сразу догадался. Тара быстро поняла, что это его ИИ.

– Хм … Я тоже – соврала она ему, чтоб побыстрее перейти к делу. – Как к тебе обращаться?

Раньше Таре никогда еще не доводилось общаться с электронным помощником Шена, вместо его самого. ИИ определенно был натаскан встретить ее достойно даже в отсутствие хозяина. Такая забота умиляла.

– Называй меня «Шени» … Шенона нету дома, и я за него… Ты можешь спросить у меня все, что хочешь, и я отвечу тебе так, как ответил бы он.

«Это очень хорошо. Даже замечательно». Тара обрадовалась и позволила себе улыбнуться, но вслух или через нейро-линк ничего не ответила. Она отвлеклась на свой нейро-обруч и молчала некоторое время.

– Шени, у меня есть сигнатура некоего корабля… Я тебе сейчас ее сброшу, а ты выдай мне по ней все, что сможешь.

«Шени» словно пропал и так же ничего более не выдавал. Тара активировала большой проекционный дисплей. Одно это уже ее сильно впечатлило. Такие большие 3-мерные интерактивные экраны нельзя было просто так купить в магазине.

– Тара, эта сигнатура не значится в открытой базе.

– Ну, это я и сама знаю… Ты, если можешь, проанализируй частотно-модульный ряд, может что определишь.

– Хорошо.

ИИ снова пропал, и в комнате повисла тишина. Тара, подключившись своим нейро-обручем, перебирала достаточно внушительный каталог различных описаний, схем, презентаций, чтоб найти что-то что ее могла бы привлечь. Незаметно для себя она попала в папку личных записей. Тут она обнаружила стерео-заметки Шенона. Она открыла одну наугад и попала на черновик какого-то очередного послания ей. Тара улыбнулась тому, что увидела. С экрана не нее смотрел Шен уже в серебристом костюме офицера Патруля и пытался хвастануть своими достижениями пред ней. Однако в конце концов это сообщение он так и не послал, оставив его в черновиках. Зато Тара заметила, как он пытался что-то сказать ей, что-то важное изнутри, из сердца, но снова сорвался на хвастовство. Она вздохнула и открыла еще одну заготовку, судя по дате, последнюю. В ней Шенон снова хвастался, что зачислен на крейсер «Откровение» в экипаж, который отправится в экспедицию на Стелла-Нера. Она привел небольшой фрагмент того, что там было обнаружено колонистами из Софокры. Однако, в конце концов, со словами «это все не то», он завершил ролик, так и не отослав его ей. Тара хотела было открыто что из более ранних записей, но ее отвлек ИИ:

– Тара, я закончил разбор сигнатуры и анализ выявленных сегментов… Вот тут двойная частотная модуляция, не характерная для большинства зарегистрированных судов… Я не стал проверять их все, потому что подобное замет слишком много времени.

– Правильно сделал… Все не надо… Только корабли военного назначения. Только те которые теоретически могут нести электромагнитное оружие и рой файтер-дронов.

– Спасибо, это существенно сужает поиск… Ответ: нету ни одного боевого крейсера, близкого по данной сигнатуре.

Ответ Тару сильно опечалил. Она присела не вращающееся кресло-ковш, единственное что тут было у самой стены.

– Хорошо. Тогда собери мне соответствия по каждому сегменту хотя бы на 50%.

– Это займет много времени, Тара.

– Ну, тогда 75%… Остальное что успеешь, сбрось мне на дата-кристалл вот сюда

Тара извлекала дата-кристалл из нейро-обруча и вставила его в гнездо на панели управления. Таким образом она хотя бы могла со своей стороны обеспечить максимальную скорость передачи данных.

– Кстати, сделай себе копию… И займись анализом… Возможно ты сам найдешь что-то, что я упустила… Мне нужно понять какой корабль в Галактике соответствует этому гады больше всего. Понимаешь?

– Да, Тара… Я займусь этим, когда ты уйдешь.

Тара подождал так какое-то время рассматривая папки с многочисленными изобретениями Шена. На глаза попалась одна с названием «Некоторые уязвимости современных систем». Она открыла ее и растерялась. Слово «некоторые» в названии было явно лишним, потому как записей на самом деле тут было не счесть. Тара просто растерялась в столь немалом объеме информации.

– И… Знаешь что еще, Шени?

– Что, Тара.

– Если Шен будет не против, скопируй мне все эти его записи, схемы, проекты устройств… Всё, что есть.

– Что ты, Тара, Шену было бы приятно узнать, что ты наконец проявила интерес к его поделкам.

Голос ИИ прозвучал даже как-то по особенному, более бодро и радостно что ли. Возможно все это Таре лишь просто показалось. Однако ей это льстило, потому что она прекрасно знала, что многие из его, Шена, работ уже легли в основу технических новинок Звездного Патруля. Возможно в скором будущем они все в организации оденут экзо-костюмы имени Шенона или же на вооружение поступит нечто из его свежих «игрушек». Тара смотрела на противоположную стену, где висел щит и меч. Она никогда не увлекалась холодным оружием, потому что ее это никогда и не интересовало, но Шен не был бы самим собой, если б не привнес в эти древние и просты вещи что-то свое. Она встала, подошла к стене и сняла клинок. В нем не было ничего выдающегося, как ей показалось. И вместе с тем он хорошо лег в руку, не отягощал, будто и сделан был не из сплавов, а из легкого полимера. Тара присмотрелась и сразу же заметила контур разогрева. Устройство тут же «обозначилось» у нее в уме через нейро-обруч озвученным списком команд. Контур лезвия засветился сначала тускло, но уже спустя несколько секунд засиял ярко-оранжевым свечением. Воздух вокруг меча буквально задрожал от соприкосновения с контуром. Появился характерный запах чего-то жженого. Тара аккуратно покрутила его в руках и, сама над собой усмехнувшись, деактивировала оружие. Она осмотрела пайку и швы и заметила, что все было сделано добротно и на совесть. «Ох, Шен-Шен, совсем ребенок». Она вздохнула, дождалась, пока контур остынет, и вернула клинок на место. Уже во время вешания его на стену ее внимание привлек странный механизм на рукояти, но она решил не заморачиваться. Зато глаз упал на странного вида щит. Странность было в его чрезвычайной толщине. Она все таки не удержалась и сняла его. Просунув ладонь в пазух рукоятки она охнула. Пальцы левой руки коснулись знакомой до боли рукояти бластера. Электромагнитный контурный щит изнутри оказался с сюрпризом. На руке он сидел так же ровно, и руку не отягощал излишним весом, хотя его 80х50 сантиметров овал выглядел на много тяжелее, чем был на самом деле. Тара не удержалась и активировала его так же с помощью мысли. Легкую но ускоряющуюся вибрацию и едва слышное гудение она почувствовала и услышала сразу же. Указательный палец левой руки внутри ручки щита приятно уперся в нечто сильно напоминающее курок бластера. Тара удивилась и посмотрела внимательно.

– «Хм… Что у него там? Никак бластер… Точно!».

Она снова вздохнула и деактивировала щит. «Куда тебя несет, Тара? Тебе ж не 15 лет». Она вернулась в кресло и немного задумалась. Ее глаза лениво прошлись по комнате и остановились на высыпанной прямо на рабочем столе Шенона какими-то деталями и микросхемами. С учетом общего порядка эта кучка схем в темном углу стола не сразу попалась ей. Она встала и подошла, чтобы присмотреться.

– Шени, а что тут такое? Может есть что-то для меня? – спросила она скорее, чтоб не чувствовать себя бестактной, ковыряясь в чужих вещах.

– Поделки Шенона. Удачные и не очень… Для тебя, Тара, тут все, что ты видишь… Шенон точно был бы не против.

Она улыбнулась. Наличие такого именитого поклонника как-то сразу возвысило ее в собственных глазах. Она повернулась к секции на стене, ведущей в личную ванную комнату Шенона и зашла внутрь. Зеркало напротив тут же подсветилось мягкой белой подсветкой. Тара увеличила мощность и посмотрела на себя. «Хм… А я ничего… Еще пока ничего… Только как-то слишком устало выгляжу. Оно и понятно… Возьму себе что-нибудь на память что ли». Она вышла обратно и тут же спросила у ИИ:

– Шени, что посоветуешь?

Тара взяла в руки круглый темный матовый предмет 10х10х2 сантиметра. Она покрутила его в руках и вернула на место.

– Для тебя, Тара, Шенон сделал вот эти украшения.

Тара внимательно присмотрелась и заметила весьма любопытные бусы. В качестве элементов там были небольшие кристаллидные пластины в красивой и ровной огранке, а скрепами для них служили проводящие металло-полимеры. Тара отложила их и снова взяла круглый цилиндр.

– Этот прибор пока без названия, но Шенон считает, что он полезен в ситуации, когда надо снять блокировку закрытой двери без поднятия тревоги, чтоб выйти или зайти… К этому его побудил последний серьезный инцидент на орбитальной КСП пару годичных циклов тому назад – поведомил ИИ.

– Хм… А ладно. Бусы так бусы – чуть улыбнувшись и наигранно с грустью сказала Тара.

Хотя ее не интересовали украшения совсем и никогда. Не было даже тяги ни к красивым вещам, ни к нарядам. Ответ «Шени» немного прояснил:

– Это не совсем украшение, Тара, это по сути обруч, но с чуть более расширенными функциями и возможностями… Шенон скучал по тебе и хотел, чтобы вы были чаще на связи. Тут более мощная нейро-антенна для передачи импульсов мозга. Должно работать в пределах целой звездной системы. В добавок там реализован принцип обратной проекции. Шенон считает, что мозг должен формировать не только текст, но и тренировать воображение для визуализации, а не как при использовании нейро-шлема, когда картинка формируется из-вне и готовой передается прямо в мозг.

Слишком технические объяснения были Таре не очень интересны, не ее профиль, как штурмовика. Однако в целом приподнятое подарком настроение сыграло тут на руку, и она на словах даже проявила любопытство.

– Хм… Интересно… И как всем этим пользоваться?

– Так же, как и обычным обручем – ответил ИИ.

Тара покрутила в руках ожерелье и неспешно застегнула его на шее. Оно не давило и не отягощало. В качестве основного «кулона» на нем была также выполненная в виде ромба кристаллидная пластина, обрамленная кантом из сенсоров светофильтра для зарядки от тепла и света. Все это «счастье» висело у нее на шее легко, равномерно и аккуратно поверх ее обруча. Она снова отошла в уборную, чтоб посмотреть на себя со стороны, и нашла украшение с угловатыми элементами вполне неплохо вписавшимся под ее слегка грубые формы лица и шеи. Тара даже поводила немного по нему руками и все таки убрала под комбинезон. Время было позднее, однако ее никто не выгонял, да и дети Липски все еще где-то гуляли. Тара вспомнила про Борю и спонтанно решилась его побеспокоить своим поздним звонком. Тот отозвался не сразу, но с радостью пригласил Тару присоединиться к ним в баре на бульваре в центре Альба-Сити. Она еще посидела какое-то время, думая ехать или нет. Однако, решив не злоупотреблять гостеприимством и больше не отвлекать ИИ от процесса подбора, она дождалась окончания копирования информации и, попрощавшись с Липски, ушла.

Таинственное дело

Вечер выдался долгим и трудным. Даже спать хотелось раньше обычного. Тоффен запарковал магнитоскат у своего дома не аккуратно, едва не повредив шаттл отца. Он согласился на то, что теперь потребует от него куда больше усилий и времени на подготовку. Тофф понимал, что «Ковчег» там на плацу ждать его не будет и, закончив погрузку, улетит на Эдэмию. Нужно было торопиться, а он пока еще смутно представлял, как ему разместить всю компашку в контейнере, заполненном лесом или камнями.

– Не помешал?

Обратился к нему спокойно лаконичный располагающий к себе мужской голос. Тоффен обернулся на него и удивленно посмотрел на незнакомца у дороги. Его магнито-байк неслышно остановился напротив дома Липски. Некто, говоривший с ним, снял шлем и с улыбкой посмотрел на парня.

– А мы разве знакомы? – поинтересовался Тофф.

– «Мне твой контакт передала одна наша общая знакомая» – послышался голос мужчины через нейро-линк. – «Я – твой финансовый ангел, парень».

– Вы, кто?

– Ты правильно сделал, что решился собрать на это дело всех своих… Я подписался помогать только при наличии 10 или более участников… Ты и твоя девушка не в счет, конечно.

Тоффен посмотрел по сторонам. Улица была пустынна. Дроны «светлячки» по ночному освещали ее, но не более того. Он все еще не знал, что сказать, он боялся. Слишком многое теперь от него зависело.

– Проверь свой аккаунт, парень – произнес тот, все так же улыбаясь и сидя на магнито-цикле, свесив обе ноги в его сторону.

Улыбка у незнакомца была приятная и располагающая. Тоффен проверил счет и, заметив там новую хоть и совсем небольшую сумму, отчего-то не обрадовался, а испугался.

– Зачем это? … Я не просил – начал немного запинаться от волнения он.

Незнакомец вздохнул, слез с байка и подошел к парню, все еще стоявшему на парковке у дома. Пассажирский шаттл скрывал их от окон. Он подошел к парню и все с той же необыкновенной белозубой улыбкой поздоровался с ним:

– Я – Холдэн, или Холд, но можешь звать меня просто «Полет».

Тофф хоть и со смущением, но все таки пожал его протянутую ему руку.

– Смотри … После того, как Хольштейны покинули Алдабру, моя компания… Да, что там… Я лично курирую все миграционные рейсы, понимаешь?

Парень кивнул головой.

– Твоя история о неразделенной любви прошла бы мимо меня, если бы наша общая знакомая не поделилась ей со мной… Вот честно, я даже всплакнул… Ни я, ни она, мы не хотим еще одной трагедии, коих и так не мало в связи со всеми этими расставаниями при отлете к другим мирам… Короче, мы решили тебе помочь, но…

На слове «но» слушающий внимательно Тофф поднял глаза на лицо незнакомца. Оно было даже слишком какое-то заурядное и не запоминающееся. Никаких особых примет, чтоб как-то в памяти зацепиться, на нем не наблюдалось от слова «совсем».

– Мы поможем тебе на начальном этапе. Пометим нужный пустой контейнер… Но дальше ты должен будешь помочь самому себе и остальным.

– Как?

Из-за спины Холден извлек небольшой прямоугольный темно-серый матовый контейнер где-то 30х15х5 сантиметров.

– У тебя вроде как есть некое устройство, чтоб обходить защиту системы «Барьер»?

Холден вопросительно посмотрел на парня. Тофф в ответ просто кивнул. Тот вручил ему предмет и сказал:

– Ты должен будешь дойти до двигательного отделения «Ковчега» и закрепить на инженерной консоли основной силовой установки это устройство. Активировать сможешь через свой нейро-обруч… Тут ничего сложного. Разберешься.

– Это зачем?

– Прибор сработает в нужное время, и «Ковчег» выпрыгнет в Евклидово с оглушенным двигателем… Там вас будет ждать шаттл, который заберет с собой всех, на кого укажешь… В замен ты получишь столько кредов, сколько уже получил, но помноженное на 10.

На этих словах Тоффен немного даже встрепенулся. Нечаянную радость было скрывать тяжело, но он внезапно вспомнил, что там будут не только друзья Германа, но и его, коим он тоже предложил участие.

– Что с ними со всеми будет?

Холдэн снова широко улыбнулся и похлопал Тоффена по плечу.

– Ты – хороший парень, Тофф! Я рад, что не ошибся в тебе! Твоя девушка определенно заслуживает такого! … За них можешь не переживать. Кто-то отправиться на Парпланд догонять семью, кто-то вернется домой. Насилу мы никого заставлять не будем.

Однако Тоффен не удовлетворился ответом. Он не видел и не понимал выгоды незнакомца. Холдэн заметил недоверчивое выражение лица парня и добавил:

– Если хотя бы пару твоих друзей решат полететь на Парпланд, мое дело считай окупилось… Если таким будет половина или больше, то я в плюсе… Как-то так.

– Как? Разве рейс на Парпланд не выкуплен полностью?

Холден рассмеялся.

– Нет, Тофф, ты не понял… Просто Альянс платит много больше, чем нам хватает ресурсов, чтоб всех перевести… По закону Алдабры до 25-летия вы не можете быть колонистами. Однако, покидая систему «Саиф», вы более не во власти законов колонии, а значит мы можем подобрать вас и помочь в достижении мечты, понимаешь?

– Почему не Эдэмия? Почему мы все не можем полететь в Эдэмию?

– Ну, Тофф…. На этот вопрос ты и сам знаешь ответ… Никто полеты на Эдэмию уже давно не стимулирует. Она освоена, заселена и превратилась в рай… Шанс туда попасть есть только у тех, кто обладает кредами на флай-пасс… Мы помогаем тебе, а ты помогаешь нам.

Тоффен понимающе кивнул головой. Он принял наконец серый контейнер и убрал его себе за пояс комбинезона.

– И, Тоффен, «Ковчег» стартует завтра поздно вечером в это же время… Выспись, собери друзей и приготовься, как следует… Твоя задача незамеченными преодолеть ограду и провести к ангару всю свою компанию, чтоб загрузиться… Нужный контейнер я тебе укажу, как сказал.

Тоффен снова кивнул головой. Он сунул руку за ремень и зачем-то извлек темно-серый девайс, который ему передал Холдэн всего несколько минут назад.

– Я все понял… Как мне поступить с этим устройством? … В смысле, когда мне его доставить к двигателю?

Незнакомец не скрывал, что был весьма удивлен вопросом по поводу нюансов, который он сам или упустил из виду, или же специально промолчал, ожидая сознательности от самого парня.

– Ты задал хороший и правильный вопрос, Тофф! … Сделать это надо до того, как «Ковчег» уйдет в ВК и потеряет связь с ГЛТ-спутником… Это важно! … После взлета корабля у тебя будет часов 8 – 10, пока он преодолеет гравитацию планеты, затем звезды, установится в нужный вектор для прыжка и начнет набор скорости… Потом образовавшаяся при разгоне оболочка плазмы вокруг звездолета не пропустит сигнал.

Незнакомец произнес все это с серьезным видом некоего именитого ученого. Тоффен подтвердил снова кивком головы, что все понял, и убрал предмет за спину. Холдэн серьёзно и даже как-то оценивающе посмотрел парню в глаза. Он похлопал себя по боку и извлек оттуда небольшой темный чехол с содержимым внутри. Тоффен присмотрелся и понял, что это не простая упаковка.

– Это что? – удивился он. – Это бластер?

– Да, Тофф… На тебя теперь возлагается многое, а значит ты должен быть готов постоять за себя и за свое счастье. Согласен?

Сердце парня застучало от нахлынувших чувств. Владение и ношение оружия для лиц не достигших 25-летнего возраста и не имевших лицензии запрещалось на Алдабре. Тоффен это знал, но соблазн преодолеть эти незначительный рубежи за одно мгновение был настолько сильным, что он не устоял и тут же принял кобуру с оружием из рук Холдэна.

– Спасибо, сэр! Я вас не подведу!

Незнакомец похлопал его по плечу так, словно они были старые добрые друзья. Холден еще раз улыбнулся и неспешно направился обратно к своему магнито-циклу. Он быстро нацепил шлем, еще раз махнул рукой на прощание и был таков.

Утомившись с архивами данных у Липски Тара так и не доехала до центра города, но развернулась на ближайшем разъезде и отправилась домой. По проспекту ей на встречу ехали шаттлы и магнитоскаты, как бы намекая о том, что Альба-Сити не спит в столь поздний час. Время все таки сказывалось на ней. Давила так же усталость от перехода в новый суточный режим после Аламаха. Ее прямо за рулем клонило в сон. ИИ тут же предложил ей принять управления на себя, на что Тара быстро согласилась. Родители уже спали, но ни братьев, ни Нары дома не было. «Хм… Однако они гуляют». Сверив часы Тара внезапно поняла причину столь поздних загулов. Впереди были особенные для Алдабры «месячники», или ежемесячные 4-дневные выходные.

Утро для Тары наступило поздно. Она проспала около 10-часов. За стеной доносился шум возни и голосов родителей. Тару никто не беспокоил, но давал ей вдоволь отоспаться. Окончательно разбудил ее сигнал от ИИ Шенона «Шени» на обруче, который приготовил, скомпоновал и выслал ей полны отчет по сигнатуре, все, что смог «расковырять». Тара прослушала его, но не нашла для себя ничего интересного. Разложение уникального сигнала неизвестного корабля на сегменты не принесло ничего кроме усложнения. На каждый участок теперь приходился список судов с наиболее близкими параметрами, и вместо внятных претендентов, у нее на обруче имелся целый каталог звездных кораблей, большинство из которых вообще по факту мало подходил по тем дополнительным сведениям, которые Тара так же передала. Она вздохнула и сплюнула в сердцах, явно разочаровавшись в возможностях «продвинутого» ИИ от альдабрского гения. Желание вставать совсем улетучилось, потому что Тара уже не представляла, чем займется оставшиеся 5 суточных циклов своей увольнительной. Ей срочно нужно было взять себя в руки и попробовать перебрать всю эту кучу кораблей-претендентов в надежде найти тот самый, ответственный за гибель «Горизонта».

Роковой вечер

Тара сидела в кафе или баре в ожидании остальных из Патруля. На этот раз она не нашла других дел для себя, как немного пообщаться с сослуживцами из Алдабры, тем более и Боря ее приглашал уже повторно. Отказываться теперь уже выглядело бы как-то совсем уж неприлично. Сам Бореслав, как и Ньюта, на борту ее нынешнего места службы казался одним из вполне вменяемых, кому можно было доверять. Тара сидела одна, потому что она прибыла туда раньше почти на час. Дома с родителями ей трапезничать не хотелось, поэтому она и решила посидеть в баре до прихода остальных, чтоб и осмотреться и подкрепиться. На огромном проекторе где-то почти у самого потолка в кафе с купольной крышей передавали новости. Предстоящий поединок между флагманом Звездного Патруля и основным крейсером Терра-Новы не сходил с «первых полос». Адриан принял вызов представителя «Новой Земли». За дальним столиком сидели офицеры внутренней безопасности, которые очень горячо и эмоционально отреагировали на эту новость. Были тут и еще клиенты в основном семейные, потому как начались долгие месячные выходные. Однако по их спешке Тара обратила внимание, что те стараются побыстрее накормить детей и самим разделаться с едой, чтоб уйти. То, что этот бар пользовался славой у разного рода «военщины» догадаться было не сложно. Она заметила соответствующие атрибуты, как-то голограммы звездных кораблей в разрезе с интерактивными описаниями возможностей и характеристик, или образы различных известных личностей Алдабры, ставших известными в Звездном Патруле. Вот и сейчас после объявления Адрианом о принятии вызова, хотя его тот принял уже пару циклов как, на голографических табло замерцали силуэты двух обозначенных крейсеров. Таре эта информация была без нужды, так как она и без того знала, что у гиганта «Улья» нету шансов от слова «совсем». Понимала она так же, что глава Сектора Ориона очень элегантно вышел фактически досрочным победителем в будущей схватке, просто указав в качестве оружия на дуэли те самые флагманы вместо классических бластеров или роторных карабинов. Не то, чтоб Тара питала какую-то симпатию к Адриану и его помощникам. Даже наоборот с некоторых недавних пор в ее сердце поселилось подозрение, которое со временем лишь росло и крепло. Она как никто другой во всей Галактике знала и понимала всю глупость и абсурдность этого поединка, который по сути ничего с точки зрения раскрытия правды о гибели «Горизонта» не давал. «Улей» был не виновен. Она это знала. Спец-отдел это тоже знал. Тара в этом не сомневалась. Наблюдая за всеми этими новостями она лишь более и более убеждалась в некой тайной игре, которую вели те самые руководители, из рук которых она принимала назначения и которым отдавала свое сердце и душу во время присяги. Не им лично, конечно, но во имя дела Патруля и утверждения Конвенции, которую сейчас похоже все власть имущие лица попросту забыли. Тара глубоко вздохнула и принялась за еду, остывавшую у нее на столе.

– Приятного! – услышала она голос знакомого ей человека.

За столик напротив нее плюхнулся Боря. Его комплекции позавидовал бы любой штурмовик. Сейчас, сев рядом, он разом загородил ей обзор на большую половину 3-мерного экрана. Не то, чтоб ей было важно следить за «театром абсурда», но хотелось бы все же увидеть, как побледневшие представители Терра-Новы попытаются выкрутиться, осознав весь ужас неминуемого проигрыша. Она искренне болела за них, и это было ужасно. Расскажи она своим об этом, даже весельчак и балагур Боря не понял бы и отвернулся. От этих мыслей даже выражение ее лица изменилось. Боря заметил это. Улыбка на его лице тут же испарилась.

– Я что, не вовремя? Помешал?

Он начал озираться в поиске, куда бы пересесть. Тара стало отчего-то стыдно.

– Ну… Ты мне просто обзор на экран загородил – выкрутилась она.

Боря тут же встал и пересел на свободное место возле нее. Благо размер стола и количество мест позволяли это сделать почти без ущерба комфорту. Почему «почти», потому что Бореслав по своей «широте» все же касался Тару плечом. Однако та улыбнулась, видимо желая скрасить предыдущий неловкий момент. Боря тоже повеселел и сделал заказ, снабдив его изрядной дозой меты.

– Боря, а не рановато накидываться? – спросила Тара, понимая, что для того вечер может закончиться раньше времени из-за возможного фальстарта.

Он широко улыбнулся, по доброму посмотрел на нее и выдал в ответ:

– Ну, ты прям, как наша фельдмаршал капитан Ив! «Боря, не налегай. Боря, куда накидываешься с утра».

– Фельдмаршал?

– Ага! Мы ее так между собой называем.

– Хм… А почему?

– А ты разве не заметила, как ей тесно в маленьком «Экскалибуре» … Ей бы флагманом управлять и вести за собой весь флот Сектора, вот бы она развернулась!

Тара рассмеялась. Она уже прикончила свое блюда и попивала эль, слушая Борю и поглядывая мельком в экран. Он заметил ее бегающие глаза.

– Эх! Сейчас эффектно размажем флагмана Терра-Новы, утрутся лет на 100! … Они же хотели би-Молям навредить.

– Кто?

– Кто-кто… Терра-Нова… Младший же губернаторствует на Кроне, где по решению Конвента они должны забрать своих миротворцев и убраться из системы.

Тара смолчала. Она никогда не смотрела на эту ситуацию под таким вот углом.

– Адриан, конечно, голова! И из ситуации вышел и Лайтону би-Молю еще одну гравировку обеспечил… А так конечно против Вагула на бластерах у него нет шансов.

– Зато наверное было бы честно… А так теперь звездные крейсера ломать – грустно и как бы больше сама себе высказалась Тара.

Боря с большим удивлением посмотрел на нее. На столе уже появился его заказа с бутылью меты и стаканами к ней. Он предложил Таре выпить вместе, но та вежливо отказалась.

– Да ты пойми, сейчас уже даже не важно, кто на самом деле грохнул «Горизонт» … Тут дела начинаются похлеще – ошарашил ее Боря.

Теперь уже настала очередь Тары сильно удивиться:

– То есть как это неважно!? … Да ведь из-за этого все и началось!

Боря осушил стакан меты, забросил кусок еды с тарелки, немного прожевал и, не переходя на нейро-линк, с едой во рту ответил голосом:

– Ну, да… Мне жаль твой экипаж, честно… Но ведь не Патруль вызвал их на поединок! Они сами затеяли эту игру!

Тара молчала, посматривая на экран, где как раз появился анонс предстоящего заявления Терра-Новы. Интрига усиливалась. Тара отчего-то хотела, чтоб представители «Новой Земли» забрали свой вызов, хотя в сердцах она прекрасно понимала, что этого не случится. А это означало, что в Конвенте, согласно традиции, от них ждут лишь время и место.

– Они ж знали, что Лайтон, «витринный» капитан «витринного» крейсера в Секторе… «Нео» и флагманом стал лишь потому, что Карлеон потерял «Примула» в системе Альхены – дополнил свою мысль Боря. – И все же решились его макнуть и опозорить. А тут такой поворот… Впору самим бы не сесть в лужу, а!?

На последней фразе Боря даже хохотнул и по-дружески пнул Тару в плечо. Совсем тихо и немного даже буднично к ним за стол подсела еще одна общая знакомая. Ее рост позволил ей сесть на прежнее место Бори и совершенно не загородить обзор на экран. Отчего-то Тара была не рада видеть ее за своим столом, но отказать не могла, да и не хотела.

– Всем салюты… Видели анонс? – сходу спросила она, едва поздоровавшись. – Кто что думает?

– Да, утерлись уже… Сейчас потребуют у нас выбрать личное оружие вместо крейсера – отмахнулся Боря, показывая всем своим видом, что ему и так все понятно.

Истэлла, которая и была той самой нежеланной знакомой, посмотрела вопросительно на Тару. Наступила неловкая заминка. Тару аж покоробило и передёрнуло. «Вот, какое тебе дело, что я думаю!?». В душе она была возмущена некой наглостью и нахрапистостью этой из отдела логистики. Портить начинающийся вечер Таре тоже не хотелось, и она нашла, что сказать:

– Думаю, включат заднюю.

Предположение было глупое. Тара и сама знала, что этого не будет, но ей просто хотелось уйти с обсуждения неприятной ей темы. Истэлла и Боря ожидаемо рассмеялись. Боря даже, воспользовавшись моментом, слегка приобнял Тару за плечи, словно отец непутевую дочку.

– Не… Это стало бы просто сокрушительным ударом по их репутации… Они скорее ввяжутся в заведомо проигрышный поединок, чем озвучат нечто подобное! – пробасил он у нее прямо над ухом.

Тара же почувствовала себя еще хуже, чем если бы сразу сказала то, что думает. Ее эмоции готовились вырваться наружу, как джин из бутылки. Чтоб немного успокоиться, она набрала полные легкие воздуха и неспешно выдохнула.

– Никого не смущает, что они вообще затеяли историю с поединком, вместо того чтобы сосредоточиться на сборе фактов непричастности их к гибели «Горизонта»? – спросила внезапно Истэлла и даже будто бы подмигнула Таре.

Сказать, что та очень удивилась, ничего не сказать. Тара ожидала услышать подобное скорее от Бори, но уж точно не от Исты. Ее это сильно воодушевило и придало некий заряд для уже приготовленного в уме ответа, только Боря ее опередил:

– Они хотят наказать би-Молей. Арнольд и Лайтон очень близки. Их часто видят вместе на публике… Ну, а «Горизонт» как бы ушел на второй план.

Истэлла внимала Боре, а украдкой посматривала на Тару, которая уже едва сдерживала свои эмоции.

– Именно! … Ощущения такое, что все, будто сговорившись, хотят спрыгнуть с неприятной темы! Затеяли этот бессмысленный поединок, а наше уважаемое руководство, вместо того, чтобы искать виновных, им только подыгрывает! – выпалила Тара сразу же как уловила паузу в спиче у Бори.

– Ого! … Даже так!? … А ты точно не путаешь ничего!? – открыла широко и без того крупные глаза от удивления Истэлла.

Однако Тару уже неудержимо несло:

– Нет! Как непосредственный участник тех событий могу добавить, что и сам Конвент занимается не тем, чем должен! А все галактическое сообщество идет на поводу у ГЛТК, чтоб нагреться на предстоящей дуэли, игнорируя суть и правду! Они ее просто убрали под ковер, словно и не погибал никто на «Горизонте»! … Руководство Сектора вместо того, чтоб дать работу аналитическому отделу, решает свои какие-то тайные дела! Тфу ты! Аж противно!

Боря, сделавший паузу на еще один стаканчик меты, в этот раз чуть не подавился напитком. Иста заметила это и подставила свой стакан, чтобы Бореслав и его наполнил очередной порцией «огненной воды».

– То есть по твоему в руководстве Сектора не знают, что делают? – снова подмаслила Истэлла.

Тара где-то в уме или даже на уровне подсознания поняла, что ее зачем-то выводят из себя, но остановиться уже не могла.

– А разве это не очевидно!? … Разве они взяли у меня сигнатуру истинного виновника гибели «Горизонта»!? … Нет! … Зато они элегантно решают вопросы с поединком, пиарясь при этом на всю Галактику, будто это и есть самое главное!

– Сигнатура? … Что за сигнатура? – скорчила непонимающее лицо Истэлла.

На фоне ее почти лысой головы это смотрелось даже немного страшно. Однако Тара не обращала внимания. А между тем Боря и Иста незаметно чокнулись и выпили, даже не намекнув той поддержать их своим элем. В среде офицеров Патруля это попахивало откровенным бойкотом как минимум на этот вечер. Все можно было исправить, вот только Тара не считала себя говорящей что-то неправильное.

– Дальнобойный сканнер моей «Ласточки» тогда срисовал того гада.

– И? – удивилась Истэлла.

– Распознать не смог… Там какой-то доселе неизвестный корабль.

– И что? У тебя сигнатура эта с собой? – накидывала вопросы Иста, как взаправдашний следователь.

– Да! … Надо же кому-то делом заниматься, а не в дуэли играть! – резко выдала Тара.

И тут уже по выражению лица Исты она догадалась, что зря это сказала. По сути, забрав дата-кристалл с космолета в опечатанном боксе, она и сама нарушила закон. Будь на месте этой Исты кто-то из спец-отдела, то ей было бы несдобровать.

– Ого! Так ты теперь за весь спец-отдел отдуваешься, да!? – переходя на повышенный тон спросила Иста.

Краем глаза Тара заметила, что бар уже весьма наполнился. За соседними столиками их окружали уже на мамаши с детьми, но различные офицеры и служивые люди, как из местных сил охраны, так и из Патруля. Некоторые даже оборачивались на шум и весьма недвусмысленно посматривали на нее. Однако Тара не была трусихой никогда и в случае чего могла постоять за свои слова. Тем более говорила она правду, в чем была непоколебимо уверена.

– Да! … У меня была беседа с Кириллом! … Спец-отдел вообще не заинтересован в поиске виновных, если хочешь знать!

Тара защищалась, как загнанный в ловушку зверь. Отступать было не в ее правилах. В свое время попасть в Звёздный Патруль стоило ей немалых усилий, чтоб сейчас вот так вот сдаться, осознавая за собой правду.

– Что!? Если тебе с нами так плохо, поищи себе других! В чем дело-то!? … Вон экспедиция на Парпланд стартует! Может тебе к ним податься! Поведешь их за собой в светлое будущее там на далекой колонии! – снова на повышенных тонах цепляясь за слова выдала Иста.

Тара вспомнила про Парпланд, про этот мрачный и унылый кусок земли где-то на задворках Рукава Персея, и громко рассмеялась.

– Ты даже не знаешь, про что говоришь! … Я была на Парпланде! Наивных алдабрцев обманывают, обещая райские кущи и посылая по сути в беспросветную дыру!

Боря чувствительно пнул Тару в бок, чтоб та замолчала. Это подействовало на время. Тара действительно сбилась с мысли и запнулась.

– И везде-то ты была и все-то ты знаешь! И сигнатура виновного у тебя с собой! … Что ж этот спец-отдел себе думает!?

За столик тем временем тихо присел еще один офицер из знакомых Бореслава. Тара обратила внимание на выражения их лиц как при интенсивном мысленном разговоре. Боря посмотрел куда-то поверх его головы в сторону видимо своих друзей и, не попрощавшись, встал с места у ушел за другой столик. Подсевший офицер Патруля последовал за ним. Тара осталась один-на-один с Истэллой, которая взяла паузу и повернулась в сторону экрана. Там началась прямая трансляция с очередного заседания Конвента. Уже через пару минут после вступительной речи взял слово представитель Терра-Новы, который объявил о готовности идти на дуэль с обозначенным «оружием» в виде флагманских крейсеров. На этой его фразе прогремел басовитый вой множества голосов, которые искренне радовались, что поединку на кораблях быть. Представитель Терра-Новы тем временем продолжал свой спич и объявил, что в качестве места проведение наиболее логичным и уместным в память о погибших видит именно ту область пространство, где все случилось, а именно – Туманность Розетка. Тишина в зале внезапно наступила просто оглушительная. Если бы в баре были летающие насекомые, то можно было бы наверное услышать их полет. Тишину так же внезапно нарушил громкий женский хохот:

– Молодцы! Хоть кто-то вспомнил и подумал о погибших членах экипажа «Горизонта»! Хотя бы так!

На нее в упор не моргая с неким молчаливым укором смотрели лица вокруг. Среди них было одно не выражавшее почти ничего, которое принадлежало Истэлле. Этот стальной взгляд, как холодный паровой душ, в раз охладил разгоряченное сердце Тары.

– «Медленно встань и иди к выходу!» – услышала она ее голос у себя в уме. – «Не вынуждай меня применять силу!».

Тара даже не поинтересовалась, на каком основании ей вдруг надо подчиниться офицеру-логисту. Ей и так было все ясно. «Ну, конечно! Какой ты к черту логист! Спецуру в себе вот так вот просто не спрячешь!». Она медленно встала, и вышла под достаточно неприветливые взгляды посетителей. Бореслав даже не посмотрел в ее сторону, но Таре это было уже и не важно. За высказывания ее, понятное дело не арестуют, потому что Звездный Патруль – не диктатура, да и закона такого нету. А, вот, за умышленную кражу вещдока – легко. Она это прекрасно понимала, но совершенно не опасалась. «Ну, похоже побывка моя закончилась и продолжится уже на Аламахе в камере 3х3». Тара шла, не оборачиваясь, и отчетливо слышала, что Истэлла встала и отправилась на выход вслед за ней. Уже прошагав почти всю парковку до самой проезжей части она услышала голос Истэллы за спиной:

– Стой… Я не хочу портить тебе личное дело, хоть ты мне и откровенно несимпатична… Просто составь рапорт, что уходишь досрочно по собственному желанию, передай мне, и я оставлю тебя прямо тут навсегда… Живи дальше, как хочешь, как знаешь.

Тара развернулась на месте и посмотрела ей в лицо.

– А если я откажусь, то что? Арестуешь? За что? – попробовала проверить свои догадки на практике она.

На улице уже стемнело. Центральный проспект красиво освещался «светлячками». Однако на парковке было полно транспорта так, что из бара за шаттлами и магнитоскатами невозможно было разглядеть две одинокие фигуры в серебристых комбинезонах. Истэлла неспешно подошла к Таре. Она была заметно ниже ее.

– Именно! … Арестую и сопровожу на Аламах, где ты получишь по полной хотя бы за кражу вещдока… Ведь не по указанию Кирилла, ты проникла в опечатанный бокс, чтоб извлечь дата-кристалл самописца? … Тебе же наверняка кто-то помог… Кто-то, кто имел доступ или инженерные коды, чтоб дать тебе войти внутрь… Ты думаешь у нас уйдет много времени, чтоб найти твоего соучастника?

Тара побледнела. За себя то она не боялась, но в памяти всплыло то самое испуганное лицо Ньюты тогда, когда она убеждала ее помочь с регистратором. «Какая же ты подлая сука!». На глазах Тары самопроизвольно выступили слезы. Патруль был для нее всем. Естественный отбор в его рядах дался ей большим потом и кровью, чтоб не прозябать где-то на задворках в орбитальных КСП, но быть членом команды лучшего крейсера Патруля в Секторе Персея.

– Ну, ну… Только не надо слез… Я предложила тебе разумный выход из ситуации… Все карты сейчас сошлись для тебя. Мы закроем глаза на твоего сообщника, ты закроешь службу в Патруле… Присоединишься к армии «Артефактов» … Новые возможности, между прочим… А хочешь, можешь рвануть с будущими колонистами на Парпланд. Тем более ты там уже была. Все знаешь. Приятнее же начинать что-то новое, имея какие-никакие знания и сведения, правда?

Тара стояла ровно без движений, как застывший столб. Ей все еще не хватало воздуха, чтоб ответить.

– Ну, же! Решайся! … Я не могу тебя ждать вечно… Отказ тоже приму, но тогда не обессудь – найдем всех причастных. Подключим аналитический отдел и докопаемся до сути – все как ты любишь!

На последней фразе она ехидно засмеялась.

– Чем ты меня пугаешь!? Незаконным проникновением к собственной технике!? … Улики, вот они! Забирай! … Я сама проникла и сама все сделала, потому что знаю и умею. Съела!?

Тара попыталась даже улыбнуться, чтоб показать уверенность. В ее руках появился дата-кристалл с записями. Однако страх за Ньюту все равно присутствовал. «Ничего! Я все возьму на себя! Обломится у них!». Теперь уже от ее слов начала нервничать Истэлла. Она демонстративно крутила головой и цокала, но подступила ближе, чтоб забрать дата-кристалл.

– Дурочка ты, Тара… Могла бы сейчас отдыхать наслаждаться свободой, а так сядешь на неопределенный срок и за себя и за того, кто тебе помогал.

– А ты меня не пугай! Я законы знаю и права свои – тоже! И суда я не боюсь, но озвучу там еще раз все, что знаю… Это вам и вашему спец-отделу нужно бояться! Думаете можно вот так вот уничтожить крейсер и замять? … Э, нет! Не выйдет!

– Что ты несешь!? Послушай себя со стороны!

На этих словах Истэлла вырвала дата-кристалл из ее руки и тут же воткнула себе в гнездо обруча. Тара выставила вперед руки в знаке «можешь меня арестовать, я не сопротивляюсь». Истэлла, ожидаемо, подошла совсем вплотную и, встав чуть на цыпочки, демонстративно выглянула из-за шеи Тары в сторону проезжей части.

– О, а вот и транспорт подоспел! Как раз к аресту!

Тара рефлексивно обернулась, чтобы посмотреть туда, куда указывала «спецура», и заметила магнито-байк, который как раз подъезжал к парковке у бара. Внезапно она почувствовал резкий и болезненный «инжект» в шею, тут же дернулась в сторону и неспешно начала заваливаться на площадку, где стояла. Чьи-то руки подхватили ее и слегка грубо удержали от окончательного падения.

– Чего так долго? – услышала она голос Истэллы, где-то над собой.

– Пришлось немного повозиться с ребятишками, чтоб они не поубивали друг друга и не наследили, а то их путешествие в рай окончилось бы так и не начавшись.

– Блин! «Полет»! … Меньше вербальных подробностей!

– Да ладно! … Она уже все! В отключке!

– Накладно! … Она – симбионт!

– Так зачем же ты с ней так грубо? … Арестовала бы и отправила на Аламах с ближайшим рейсом, не? … А так, теперь поимеешь проблемы… Офицер Патруля, все таки.

– Не поимею, не переживай… Креды не тебе одному нужны… А за ее белобрысую голову кое-кто финансово вписался… А, вообще, не твоего ума дела! Кончай треп и помоги с ней!

Тара почувствовала, как ее куда-то тащат, но отбиться или вырваться не могла, потому что тело потихоньку немело и не слушалось ее. Глаза показывали черную пустоту. Лишь только мягкий свет от дронов-осветителей едва пробивался к ней внутрь. Симбионт пытался изо всех сил держать ее в сознании, но лошадиная доза замедлителя, одномоментно впрыснутая через медицинский пистолет-инжектор сделала свое дело в лучшем виде.

На площадке у ограды вокруг ангаров и взлетки было необычно людно. Что-то около 20-и подростков разных возрастов от 18 до 24 шумно проводили время, распивая разные в том числе и запрещенные для них мета-напитки. Магнитоскат Тоффена, словно чужой тут, неохотно и нерешительно припарковался рядом с большим пассажирским шаттлом, принадлежащим «Пальмекс и Ко». Имелись тут и другие магнитоскаты и магнито-циклы. На парковке было не только людно, но и шумно. Тоффен, забрав все свои вещи для долгого путешествия и отправив магнитоскат на автопилоте обратно, тихо и спешно пошел в обход, чтоб обойти компашку и приблизиться к панели у аварийного входа на территорию грузовой секции космопорта.

– Далеко собрался, мелкий!? – услышал он окрик знакомым голосом.

Это был Вервокс Пальмекс. Тофф знал его. Тот район Альба-Сити был заказан и ему и его друзьям. Вервокс и его дружки были из банды «оборотней». Несмотря на страшное название компашка была вполне себе типичная для Альба-Сити, вот только чужаков не любила.

– Ты не у себя на районе, Верв, чтоб наводить свои порядки – слегка неуверенно, но громко крикнул в ответ Тоффен.

Тот хохотнул. Его поддержали приятели с банды. Они быстро обступили его полукругом, прижав к забору.

– Я не собираюсь тебя наказывать, дружище! – рявкнул тот, жутковато улыбнулся и попытался обхватить шею Тоффа.

Ему это удалось.

– Ты теперь наш мессия! А мы твое стадо! … Веди нас в рай!

Раскатистый звонкий смех на разные голоса ознаменовал собой зашедшую на ура «шутку юмора». А вот Тоффен, наоборот, обомлел от услышанного. «Герман, дурак конченый! Сдал им все планы!». Он попытался что-то пролепетать, что тут просто так потусоваться приехал, что у него тут прощальная стрелка, что Герман скоро улетает вместе с семьёй и что-то еще в том же духе. Однако все это вызвало лишь еще больший смех среди компашки. Тоффен заметил тут и Олдиту и Симону, ее подругу. Он их знал, потому что первая была бывшей девушкой Германа. Еще не так давно они тусили вместе, пока тот серьезно не увлекся Нарой. «Ясно мне все! Герман похвастал бывшим, что летит на Эдэмию. Вот они все и слетелись, как мухи на навоз». Герман со своими приятелями Назаром и Фокой, с Нарой и ее братьями появился вскоре.

– Так! А что тут происходит, а!? … Никак оборотни заблудились!?

Он шел им на встречу очень уверенно. Тоффен заметил у него в руках термо-ударный пистоле, который тот ловко извлек из-за спины, выставил и звонко демонстративно перезарядил. Верв был не из робкого десятка и выхватил в ответ роторный обрез. Тоффен прекрасно понимал, что и тот и другой почистили тайники родителей. Оба знали, куда отправлялись и были во всеоружии.

– Тофф, ты кретин!? Зачем позвал этих уродов!? – обратился к нему Герман, когда банда Вервокса расступилась, чтоб пропустить его.

– Я думал, это ты их позвал… Ну, или похвастался Олди или Симе – пролепетал Тоффен будучи все еще в легком в шоке от случившегося.

Среди компашки прокатился смешок. Вервокс дал знак рукой своим затихнуть.

– Мы своего информатора не сдадим все равно… Не только вы одни хотите вырваться из этого болота. Мы тоже… Предки Олдиты, как и Симонины, завтра рано утром стартуют на Парпланд, так что либо мы сейчас с вами, либо никто никуда!

Тоффен тем временем незаметно для остальных, используя «вскрыватель», разблокировал дверь аварийного выходы из погрузочного дока. Там на взлетке все еще покоился гигант «Ковчег», но счет уже шел на минуты. До запланированного взлета оставалось меньше часа, поэтому им надо было поторопиться. Только теперь Тоффен понял, где он налажал с планом. До ближайшего ангара с тем самым помеченным контейнером, который вот-вот загрузят внутрь рабочие дроны, было километров 5 по прямой. Магнитоскаты и его и Германа с со-товарищами уже отбыли по домам.

– Ну, раз все порешалось… Не вижу причин нам тут прохлаждаться, да, Тофф!? – прервал его грустные мысли Верв.

– Мы ждем моих друзей Мигеля и Пулио – тут же слукавил тот в ответ.

На самом деле про обоих приятелей он даже не вспомнил, увлекшись реализацией плана и нависшими проблемами. Зато Верв звонко шлепнул ушедшего в себя парня по плечу, чтоб тот обратил внимание. Обоих друзей Тоффена приволокли, сняв с магнитосктатов прямо на парковке парни Вервокса. Тоффен, так и не придумав ничего, но заметно разнервничавшись, пролепетал:

– У нас проблема… Как мы преодолеем 5 километров до ангара с контейнером, а?

– Ха! … Тоже мне проблема! … Мой шаттл пока еще тут и никуда не уезжал! … Долетим с ветерком!

Все «дружной» гурьбой толкаясь и пинаясь направились к уже единственному шаттлу на парковке. Девушки из «оборотней», как и «гости» Германа, внезапно оказались в самом конце очереди.

– В тесноте да не в обиде, правда красотки!

Вервокс, заняв место у выхода, позволил себе на радостях плотно прижаться сначала к ступающей внутрь Олдите, затем к Симоне. Когда очередь дошла да Нары, ему дорогу перегородил Герман собственной персоной.

– Остынь, Верв, а то тискалку сломаешь!

Его шутку оценили даже некоторые из банды «Оборотней», громко и раскатисто рассмеявшись. В шаттле действительно всем было очень тесно. Зато они, выскочив на взлетку, весьма быстро достигли дальнего ангара и, бросив машину за ним, устремились внутрь. Крупный пассажирский шаттл, высадив всех, так же неспешно развернулся и под управлением ИИ отправился вон с площадки дока.

Искомый контейнер Тоффен нашел быстро. Вскрывать его не пришлось, потому что он вполне себе открылся по обычному коду. Большой 3х6х2-метровый он был вполне вместителен и комфортен для дюжины, но крайне неудобен для более, чем 30 человек. За места в углах и у стенок случились ожидаемые потасовки, но Герман и Вервокс смогли быстро навести порядок среди своих.

Большой подобный доске корабль класса «Ковчег» вырулил к орбитальной станции КСП «Саиф-Алдабра» для срочной проверки. Поступила оперативная сводка о пропаже сразу более 30-и подростков и молодых людей от 15 до 24 лет. Патруль проверял все отлетающие из Алдабры корабли. «Ковчег» по указке оператора с КСП сбавил скорость и приготовился к сканированию вдоль бортов. Два космолета класса «Ласточка» юрко зашли к нему с двух сторон, сбавили скорость и принялись сканировать груз. Все многочисленные трюмы гиганта оказались забиты лесом и камнями, что и было честно задекларировано. Следов пребывания на борту человека Патрули не обнаружили, хотя на одной из тыльных палуб 8-го уровня наблюдался резкий скачок радиации. Это вызвало определенные подозрения на то, что корабль достаточно давно проходил полную инспекцию. Это подтвердилось так же и соответствующими документами. Конвенция предписывала задерживать подобные суда для прохождения полной тех-инспекции и карантинных мероприятий дабы исключить возможные проблемы со здоровьем у пассажиров или экипажа. Однако дежурный оператор-офицер на КСП, видя авральную ситуацию на орбите из-за необходимости проверки всех отлетающих кораблей, коих скопилось уже предостаточно из-за небыстрого облета гиганта, принял иное решения, сославшись на отсутствие на корабле людей. По итогу «Ковчег» ограничился лишь предписанием пройти инспекцию в космопорте по месту прибытия. Тем более, что повышенная радиоактивность за неимением живого экипажа не мешала грузовому кораблю следовать к пункту назначения под управлением ИИ.

Дорога в рай

Безудержное стремление молодежи Алдабры покинуть Родину слабо поддается рациональному объяснению. Власти независимой планеты сделали даже больше других колоний, чтоб финансово обезопасить молодые семьи, всячески стимулируя их к высокой рождаемости. Но видимо стремление современного молодого человека к индивидуальному или уникальному комфорту брало верх. Обеспеченный и вполне обустроенный быт, но как у всех, многими просто отвергался.

(Из статьи «Алдабра. Что с ней не так». Арнольд Лабальски. 2545`)

Первые сюрпризы

Тусклый, но отчего-то такой давящий красный свет, внутри контейнера сильно раздражал Тоффена. Кое-кто из ребят обнаружил фиксирующие ремни вдоль стен и не повременил воспользоваться ими по назначению. Остальным же пришлось кое-как расположиться на полу. Снова начались стоны, крики и давка. Нахождение 35 человек внутри 36-кубового контейнера доставляло всем уйму неудобств. Ситуация обострилась еще больше с началом активного набора скорости корабля где-то в средних слоях атмосферы для преодоления притяжения планеты, которые едва отличалась в большую сторону от хрестоматийных для комфортной жизни 0.75g или «eg». Тоффен ощутил чье-то дыхание прямо на своей груди. Шелковистые волосы щекотали щеки и лоб. Он по запаху догадался кто-это. Боль от того, что этот кто-то своим коленом уперся ему в живот, а второй ногой придавил паховую зону ушла на второй, а то и третий план. Это была Нара. Ей Тоффен мог простить все на свете. Ускорение корабля на уровне 4g прилично вдавило тело Нары в него, усилив близость между ними. Он чувствовал ее прерывистое дыхание прямо возле своего сходящего с ума сердца. Тофф даже попытался приобнять девушку своей рукой, но кто-то еще придавил ее своим соскользнувшим в его сторону телом. Он слегка застонал и попытался ее извлечь, но это было не так просто. В результате небольшой встряски у него все же получилось, но и тело Нары на груди так же вздрогнуло, как и множество других на полу. Послышались стоны и скулеж. Тофф занес свою освободившуюся руку Наре на голову и принялся гладить, как бы успокаивая. Внезапно это подействовало, хотя самому Тоффу дышать с нагрузкой было очень тяжело. Все закончилось внезапно. В какой-то момент Тоффен ощутил легкость. Он приподнял голову, чтоб посмотреть в лицо той, кого гладил. Его взгляд встретился с Нарой. Та то же глянула в ответ и тут же слегка оттолкнулась от него, как заметила в паре метрах Германа, который уже тянул к ней свою руку. Улыбка тот час сошла с лица Тоффена. Герман лихо подловил ее и погасил импульс, упершись в угол стены. Пассажиры контейнера медленно приходили в себя. То и дело слышались разговоры и смешки. Кто-то пошутил на счет того, как они поймут, что уже можно выходить, если гравитации не предвидится до самой Эдэмии. Тофф знал ответ, но с исходом Нары ему стало так грустно, что он решил молчать. Кто-то тем не менее попытался открыть контейнер и выйти, но ничего из этого не вышло. Еще через некоторое время Тоффена подловил Вервокс, схватив за ворот комбинезона, как котенка.

– Я не понял. Ты чего молчишь, когда спрашивают? … Выбираться как будем, а!? – рявкнул он ему громко в ухо, чтоб и остальные услышали.

– Сейчас не надо… Свет поменяется с красного на зеленый… Это будет означать, что корабль миновал орбиту и устремился к вектору разгона.

– Так бы и сказал сразу! … Следующий раз просто огрею чем-нибудь… Понял!?

Тофф лишь кивнул головой, высвобождаясь от захвата.

– Верв, Тофф в моей тусовке, а не в твоей! … Следующий раз спросишь у меня. А попробуешь его огреть, костей не соберешь… Ты понял!? – вступился за него внезапно Герман.

Тоффу отчего-то стало даже как-то приятно. Ведь раньше там на Алдабре они не особо ладили. Герман вообще предпочитал не замечать Тоффа и его друзей, лишь только вынужденно бывая в общей компании или на общем движе.

– Лады, Гер! Как скажешь! – ухмыльнулся Верв и знатно пнул Тоффена в спину.

Тот заметно ускорился в невесомости, но был подхвачен кем-то из друзей Германа и остановлен прямо возле Нары, которая совсем недавно лежала на нем прижавшись. Тофф попытался воспользоваться моментом, чтоб снова прикоснуться к ней, почувствовать запах ее волос, но в этот раз Герман был на чеку и вовремя привлек ее к себе, чтоб освободить немного места у стены для «новоприбывшего».

– Тофф, пора бы уже повзрослеть и оставить прошлое… Смотри сколько симпатичных и достойных кандидаток твоему вниманию… Нару оставь, она уже тебе сказала все, что полагалось, еще там.

Тоффен ничего не ответил, хотя сами слова Германа больно полоснули его по сердцу. Улыбки и смешки остальных дали понять, что того слышали если и не все вокруг, то многие. Даже Олди и Сима заулыбались и засмеялись, посылая ему воздушные поцелуйчики, чтоб позлить. От досады и мимолетного отчаяния ему захотелось исчезнуть, пропасть насовсем, словно его никогда тут и не было. Возникший внезапно зелёный свет вместо изрядно поднадоевшего красного оказался очень кстати, чтоб переключить всех от шуточек и подколов на что-то более конструктивное.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.