Нина Каротина
Магия запрещена, но это неточно

Серия "Долина вечной молодости" по плану состояла из четырех книг. Развязка сюжета свершилась, злодеи повержены, справедливость восторжествовала. Читатель прошел долгий путь вместе с героями, а сериал заканчивается скомкано на последних минутах. Вам тоже не нравится такой финал? Меня он обычно разочаровывает, мне нравится хорошее послевкусие…

Глава 1

Королевство Мерион. Столица Шанан

Вилетта Тирэлл проснулась в собственной постели, выпрыгнула из нагретых перин и открыла шторы на окнах. Чудесная солнечная погода, золотым светом залит родной Шанан, а прохладный ветерок приятно ласкает шейку. Вилли рассмотрела суету на улице и размяла боль в затылке.

Но всё по порядку.

Для начала, откуда боль в затылке? Такая история приключилась, Вилли служит боевым магом в Шанане. Работы не так много, война с кочевниками давно закончилась, степные воины отступили от стен Мериона и растворились в бескрайней степи. До сих пор, спустя больше шести лет набегов на королевство нет, мерионцы постепенно восстанавливают дома и пашни.

У боевого мага задача очень несложная, просто быть, познакомиться с системой обороны, в том числе залезть на крепостную стену Шанана и оттуда осмотреть окрестности на предмет использования боевой магии. Для того выдан временный артефакт, строго, чтобы проверить дальность удара. Вилли поднималась по крутой лестнице, наступила на подол платья, отплясала неуклюжий танец и свалилась на спутников. По пути треснулась головой, всего лишь мелкое происшествие, о том и позабыть бы сразу. Но нет, так легко она не отделалась.

Девушка вспомнила и поморщилась. Верно, в полете с лестницы вырвалось то самое запретное слово-заклинание, а когда приземлилась, было уже поздно. В итоге у нее семь оцепеневших тел и ещё с полсотни оцепеневших от ужаса. И это еще не самое плохое начало, в руках оказался слабенький артефакт, небольшой браслет на руку. Будь это меч, семью телами дело бы не обошлось. Невинная прогулка вылилась в большие неприятности.

Вилли в тот момент признала, что лучше бы был меч. Потому что сила заклятия дотянулась до принца Кудмана, но не дотянулась до секретаря Отлона. Все, кто стоял рядом, попадали городошными фигурами, прочие беспомощно таращили глаза на боевую магию в действии. Раньше в сомнении кривили губы и с недоверием посматривали на изящную девушку из Ригорона. Конец сомнениям она положила на пятый день службы.

Первым пришел в себя Отлон и заголосил поминальную песнь о принце Кудмане. Здесь тоже следовало бы сделать сноску.

Принц Кудман, милейший души молодой человек всегда с большой готовностью сопровождает девушку на любом мероприятии. Он неотступно следует за ней, будь то простая прогулка в парке или визит на крепостную стену. Очень любезно с его стороны, боевой маг – фигура одиозная, требует особого внимания и гостеприимного приема. После войны с кочевниками трудно недооценивать ее способности.

Княжну Вилетту и ее сестру княжну Биннет устроили наилучшим образом, у них небольшой, но очень уютный дом, слуги и полное содержание за счет казны. В обмен маги оказывают магические услуги, по большей части работает маг-прорицатель. Принц Кудман страстно желал заполучить мага-вершителя, но тот являлся князем, у него много обязательств по части замка и земель в южных провинциях Ригорона.

А маг-вершитель им бы очень пригодился. Во время войны города и крепости Мериона серьезно пострадали, некоторые сожжены дотла, иные разрушены. Государству требуются сотни рук, чтобы восстановить утраченное, возвести укрепления на случай осады, вернуть людям кров. Маг-вершитель может сотворить настоящее чудо, ускорить строительство, помочь в ситуациях, когда из-за отсутствия должных мастеров люди тратят время и силы на сложные механизмы.

Норинэльт Тирэлл отказался от предложения, но позволил сестрам отправиться в Мерион. Так удачно сложилось, мерионский отряд натолкнулся на них в Степи, Тирэллы собирались продолжить путь в Ригорон вместе с тысячью ригоронских воинов. Кудман изменил их планы, задержал отъезд и с блеском выторговал боевого мага.

Вилли помнит тот день очень хорошо. Утром сухопутный корабль Родиона Ялагра отбыл в Ригорон. Она долго стояла у кромки стана и провожала их долгим взглядом, пока силуэт судна таял в туманной дымке горизонта. Он не остановился, не вернулся за ней. Собрал детей, близких, слуг и погрузился на палубу. В число близких не вошли в том числе Тирэллы.

Это больно. Сердце не принимало такой действительности. Она всегда была для него исключением, но места на корабле не хватило именно ей и ее семье. Словно не на корабле, а в его жизни. В этот момент она просто стояла и смотрела, как умирает ее последняя надежда. Не помогут тысяча уловок. Боевой маг больше не нужен, на этом ее история закончилась, и началась новая.

Она долго обманывалась, памятуя их детство. Он всегда возвращался за ней, вернулся даже в Гаард, рисковал собственной жизнью на царском приеме. Она верила, что это что-то большее. Возможно, так и было, они близкие друзья, но с его стороны это никогда не перерастет в ответное чувство. Нет смысла продолжать обманываться, он просил ее о том много раз. Пришло время признать свой провал и отступиться. Девочка в красном платье выросла.

Пусть так, он имеет на то право. Она признает это право и уходит. Предложение принца Кудмана очень кстати, девушки даже не сомневались. Норинэльт лишь для порядка колебался, передал сестер в надежные руки и отправился в Ригорон, разбираться с наследственными делами, а если быть точным, долгами. По срокам он должен прибыть в Северную Навадну, путь до Мериона по степи чуть короче. Разница в неделю-две, а Вилли уже успела оцепенеть семерых.

– Послушайте, я маг-миротворец, – защищалась она. – Люди живы. Любой маг-целитель снимет заклятие.

– Был у нас целитель, да проку от того не много, – пробасил отец Тьент. – Все маги сбегают в Агарон, здесь им делать нечего. До того принцесса Эстерсэн сию ношу несла.

– Но есть Светоликий…

– Есть, случайно вычислили. Ему в Агарон интересу нет, при храме служит, веру укрепляет. Чародействует против собственной природы. Принц Кудман насмотрелся в Северном царстве диковинной магии, принудил его кристаллы заряжать, вот и… доигрался.

– Наверняка найдутся люди, имеющие к этому склонность. Всего лишь нужно поискать человека со способностями, – спорила девушка.

– Ох, ты ж, зараза ригоронская, – вопил Отлон. – Как искать таких чародеев? Ведомо ли? Совать кристаллы разным проходимцам, авось не добьют, а исцелят?

– Негоже это, – качал головой священник. – Добрый целитель нужен, знающий дело. Чтобы не навредить, а исправить.

– Он в любом случае нужен, если в городе работает маг-миротворец, – поддержала сестру Биннет. – Мы думали, у вас с этим проблем нет.

– У нас с этим проблем не было, пока ведьма в городе не объявилась, – лез в спор секретарь. – Тьфу.

И как-то сразу неуютно стало девушкам в Шанане. Вилли вспомнила о том и поежилась. Принц Кудман являлся их нанимателем и защитником. Именно ему Норинэльт доверил заботу о сестрах. Их приняли в королевском дворце, представили королевской семье и приглашали на приемы. Но к магии король Таурис относился настороженно, и, как оказалось, не напрасно.

Кудман лежал бездвижной куклой в шелковых подушках и моргал растерянными глазами. Однажды он испытал на себе действие мага-миротворца, опыт был неприятный, но непродолжительный. Они находились в самом центре магической битвы, а близ Гаарда располагался целый рой целителей из Храма Светоликой Ситии. Но на такой случай он целителя не предусмотрел. Быть может и думал о том, но в Степи магического целителя не найдешь, а боевой маг свалился на него нежданно-негаданно.

Король хмурил кустистые брови и с осуждением посматривал на двух ригоронок.

– Ваша магия была бы к месту шесть лет назад. Тогда у нас был целитель, а боевого мага не было.

– Ваше Королевское Величество, – присела в поклоне девушка, – это состояние не повредит ему, здоровье от того не ухудшится.

– Вижу, со здоровьем всё в порядке. У меня теперь здоровый парализованный сын.

– Это временно. Я знаю, как ухаживать за такими людьми и даже научилась готовить асминов раствор для поддержания сил.

– Сил ему потребуется много, – кивнул Государь. – Столько дел нужно осилить, рассмотреть потолок, люстру, паутину в углах.

Наследный принц Эверсэн и его младший брат Старсэн глазели на потерпевшего и строили ему рожи.

– Вечно он влипает во все неприятности. Небольшая передышка в череде глупости ему не повредит.

Младшая принцесса Фриэн гладила брата по голове и поджимала сочувственные губки.

– Что же нам теперь делать? Везти Кудмана в Агарон? В Храм целителей? Или дожидаться, пока гонец доедет и привезет целителя в Шанан? В любом случае полгода уйдет на то, чтобы Кудман смог вернуться к нормальной жизни.

Королевская семья вновь с осуждением посмотрела на ригоронок. Девушки виновато пожимали плечами.

– В Агарон в таком состоянии не отпущу. Путь неблизкий, по Степи два с лишним месяца. Верхом, без телег выйдет быстрее, но его без телеги не доставишь, – устало присел отец.

Старсэн нарисовал брату усы, а Вилли смотрела на это с высоты прожитых лет и едва сдержала улыбку умиления. Однажды она также рисовала усы Родику. Нет, лучше не вспоминать о том, сердце сжимается от невыносимой печали и сожалении об утраченном.

– Мы собирались ехать с ним в Ригорон, – жаловалась Фриэн. – Давно хотели навестить Отриэн и ее малышку. И так кстати, приглашение Императора на бал.

– Старсэн может тебя сопроводить, – буркнул Король.

Младшему всего четырнадцать, он несносный подросток, принцесса в отчаянии закатила глаза. Хуже и быть не может.

– К тому отец Тьент, он сможет обеспечить должную опеку. И Отлон. Будет следить за тобой и докладывать о каждом шаге. Ригорон все еще остается языческой страной с дикими нравами.

Нет, хуже очень может быть.

– О, нет!

– Очень жаль, Ваше Высочество, что так произошло, – продолжала извиняться Вилли теперь уже перед юной принцессой. – Мы не хотели рушить ваши планы. Но без целителя ни один оцепеневший не смог…

Вилли дернулась от догадки и зажала рот рукой.

– В Ригороне есть магический целитель! – выпалила она.

Принц Кудман судорожно хлопал ресницами. Недогадливые ригоронки, он давно просчитал, всего в неделе пути от Мериона Ригоронская стена, добавить еще неделю, и можно достигнуть Свидарга, где живет и здравствует венценосный целитель и Светоликий.

– Не нужно менять планы, – рассуждала Вилетта. – Принц Кудман может сопроводить сестру в Ригорон и там же исцелиться. Его Высочество Родион Ялагр без труда снимет заклятие. У него с собой артефакты, он не раз доказывал свое мастерство. Всего две недели, и принц Кудман вернется к нормальной жизни.

Фриэн хлопала в ладоши от восторга.

– Папа, вот и выход! К поездке всё готово. Пусть так, пусть оцепеневший, но до Агарона путь в несколько раз дальше.

– А если не выйдет?

– Ты допускаешь, что Родион Ялагр откажет нам в такой непростой ситуации? Может быть он варвар, но он наш родственник.

– Зная Кудмана, я бы отказал, – хмыкнул старший брат.

– Не откажет, – согласился Король. – Но сомнения у меня не в том.

– Папа, я ждала дольше прочих, – возмущалась девушка. – На бал приглашены все баронские дома. Гости давно уехали, а меня должен был сопроводить Кудман. Так удачно всё складывается, мы исцелим его в Ригороне.

– Мы ждали из Агарона твою сестру Асму. Хорошенькое время, прыгать по балам, – ворчал отец. – В семье траур, если ты не забыла.

– Асма сделала свой выбор, как и Мия, – огрызалась юная принцесса. – Есть и хорошие новости, Вивиэн жива и вышла замуж за Астерона, у Отриэн родилась дочь. Я не могу поехать на бал?

– Можешь. Отец Тьент и Отлон едут с тобой. И боевой маг, она знает, как ухаживать за… этим.

Вилли поспешила согласиться, лишь бы исправить ситуацию. Непреходящее чувство вины не даст соврать, в тот момент она даже не думала противиться. Но по пути домой вспомнила, что в Ригорон возвращаться не желала, и ещё меньше хотела попадаться на глаза магическому целителю. Тем более при таких обстоятельствах. Вечно она вынуждена оправдываться и чувствовать себя виноватой.

Но это меньшее из зол. Ей придется снова оказаться рядом с ним, а она всё делала для того, чтобы расстояние стало непреодолимым. Время может остудить любую привязанность, даже ту, которая с детства. Каждый год они расставались на несколько месяцев, но он всегда возвращался в Ближние Патны, как Наместник южных провинций. Всякий раз она ждала встречи с большим нетерпением.

И все ещё ждёт и противится тому.

– Как-то слишком быстро закончилось наше мерионское уединение. Не находишь, Бин? – жаловалась Вилли. – Так хорошо устроились, я почти поверила, что можно начать жизнь сначала. Что говорят на этот счет твои духи?

Биннет Тирэлл по-своему переживала резкие перемены в жизни. Она походила на цветок, который прикрыл лепестки на ночь, а утром не нашел в себе силы раскрыться. Ей тоже нужно время, чтобы пережить очередное разочарование и наконец посмотреть на мир глазами взрослой женщины, из Феи вернуться в реальный мир. А реальность такова, что они остались одни в чужой стране, где нет ни Папеньки, ни брата. Нет опеки, но есть служба при дворе, есть ответственность за свои поступки и суровая необходимость зарабатывать на хлеб. Пришло время это осознать.

Фея Тирэлл так и сделала, и перестала существовать. Исчезала в один миг, уступив место старшей сестре. Одиннадцать сестер назад старшими были другие, но все они замужем, ее беззаботная жизнь закончилась бесповоротно и навсегда. Теперь она печальными глазами смотрела на младшую и оценивала риски.

– Я с ними давно не говорю. Что толку, без кристаллов трудно разобрать видения. Пользы от того нет, только людей потешать.

– Ты маг-прорицатель.

– Очень мне это помогло, – огрызалась бывшая Фея.

– Что мне делать?

– Чего ты боишься? Видеть его не обязательно, на бал тебя не звали. Будем жить в мерионской посольской миссии. Встретимся с Норинэльтом, если он уже прибыл в Свидарг.

– Родик догадается, что это я Кудмана свалила. Почерк говорит сам за себя.

– И будет рад, что ты пристроилась, – зло ответила сестра. – Никакой опасности, всего лишь ещё одна прогулка.

– Не уверена, и от того боюсь, что…

– Наконец, – возмутилась сестра, – ты начала бояться его. Давно пора посмотреть на своего Родика со стороны. А со стороны твой выбор пал на самого ужасного человека. Несносный, самовлюбленный, эгоистичный, мелочный, беспринципный. Как ты с ним можешь общаться, ни слова без унижения, ни одного поступка без предательства. Неужели тебя не задевает такое отношение?

Вилли согласно кивнула.

– Именно потому не хочу ехать.

– Лучше бы ты вышла замуж за Иртини, – ответила та и поспешила в дом.

– В этом случае Эрсэн не отказался бы от тебя? – догнала ее Вилли.

– В этом случае от тебя не отказался бы твой Родик, – ответила сестра. – Об Эрсэне я давно забыла и больше думаю о том, что мы будем завтра есть, если нас вышвырнут из Мериона. Придется возвращаться в Ближние Патны и искать мужа среди бедных князей. Все было бы иначе, если бы мы остались в замке Иртини. Думаешь, после такой истории нам позволят остаться в Мерионе?

– Ты думаешь иначе?

– Вернись в Агарон, детка, – заявила Биннет. – Там тебе место.

– Без артефактов? Родик все забрал.

– Подлец твой Родик! Не называй его так, не могу больше слышать.

Подготовка к отъезду не заняла много времени. Всё давно готово, добавить ещё одну карету для лежачего больного не составило труда. Вещи принцессы Фриэн наполнили большую часть багажа, она везла с собой десятки новых платьев, туфли, украшения. Барахла столько, что вещи двух ригоронок выглядят скромнее поклажи горничных.

– Императорский бал летом? – заинтересовались сестры Тирэлл. – В такую жарищу обычно балы не устраивают. По осени на праздник двух солнц и по весне на день Битвы битв. В честь чего на этот раз?

– Приглашены все баронские дома Мериона, – охотно делилась девушка. – Невесты приедут из Гралиции и Ригорона. Гостям обещают столько развлечений, что я не хочу пропустить ни дня. Без того пропустила месяц, пока ждала Кудмана.

– Невесты?

– У Императора шесть сыновей, и только один из них женат, принц Яни. Даже наследный Принц Родион не женат. Отец подыскивает ему невест. Говорят, старший принц пропал в Агароне. Император беспокоится, что наследников у сыновей нет, жаждет внуков.

Вилли и Биннет переглянулись.

– Его Императорское Величество подыскивает Родиону невесту?

– Как много мы пропустили, – заметила Вилли.

Первое знакомство

Принц первой крови Ригорона и Наместник южных провинций прибыл в Ближние Патны прекрасным зимним днём. Зима нынче мягкая, дождей мало, солнечных дней столько, что почти весна. Родиону Ялагру десять лет, он совсем мальчишка, худой, острый и шкодливый. Спустя годы он вырастет в настоящего правителя южных провинций, пока он юнец, как все дети, мечтает меньше учиться и больше играть.

Рядом с Принцем Дядюшка Ной Орс, известный прохвост и нечистый на руку делец. До Родиона он возглавлял южные провинции и намерен делать это дальше, чутко управляя несмышленышем.

– Ваше Высочество, подпишите вот эти красивые бумажки, – елейно пропел родственный мошенник. – Они очень важные, а вы указом Императора назначены… ох-хо-хо… Наместником южных провинций. Ваш опыт и мудрость нам в помощь.

– Так много? – расстроился мальчик.

– Конечно, Милорд. Налоги, постройка крепости, хозяйственные дела. Все требуется подписать, – разглаживал стопку бумаг Ной Орс. – Хоть бы и крестиком, главное вашей венценосной ручкой.

– Хорошо, все подпишу. Крестик – это удобно, – Родион подхватил перо и охотно чиркал на листах, прикусив от старания язык.

– Я всегда знал, мой дорогущий племянник, что ты самое талантливое и возлюбленное чадо. Весь в меня, местами даже слишком. Мы непременно сработаемся, нет сомнений.

– Угу, – выводил тот закорючки. – Коробку красивую подбери.

– Уже спешу, мой венценосный лепесток императорского древа. Для чего изволим коробочку?

– Для бумаг. Отец велел все подписанные мной бумаги привезти в Свидарг.

Ной Орс изменился в лице и дрогнул, наблюдая, как мальчишка шустро разбрасывается крестами и уже поставил две кляксы.

– Какая несусветная чу… чудесная мысль? Император так и просил? Но бумаги нужны здесь.

– Велел копии подготовить, – нарисовал он вместо подписи рожицу. – Двух секретарей дал с собой, чтобы…

– Ручка драгоценная правая устанет подписывать оригиналы и копии, – забеспокоился бывший наместник.

– Я левой могу кресты ставить. Смотри, даже лучше выходит?

– Я сам отвезу Императору копии, – артачился дядька и уже с десяток неподписанных листов изъял из стопки.

– Папа просил, не напрягать твой изношенный организм такими мелочами. Так и сказал. Как ты его износил? Как камзол? Это что? – обратил он внимание на очередную расписку. – Подарок из казны на день рождения? Мне подарок? И где он?

– Нет, Милорд, – схватился за бумагу мошенник, но Ребёнок вцепился с другой стороны и упрямо тянул на себя.

– Кому, если не мне? – сопротивлялся мальчишка и лягнул дядьку ногой.

– Мм… Нынче новая княжна родилась в доме Тирэллов. Нужно поздравить девочку, – бумага треснула, и дядюшка отхватил жалкий клочок без чернил.

– Подарок на десять мер золотом? – заинтересовался Родион. – Что за девчонка, если ей подарки дороже моих?

– Ангел, а не девочка, – раскраснелся от пинка дядька. – Сущий ангел. Для такого и десяти мер не жалко, а Тирэллы родственники Ялаграм, пусть и дальние. Вы знали, что ваша прабабка тоже из семьи Тирэллов?

– Да хоть из семьи лихих богов, – выпучил глаза мальчик. – Показывай ангела, я их еще не встречал.

– Как некрасиво, Ваше Вашество, не доверять мне, родному дядюшке. Что я могу о вас подумать? Ай-ай.

– А что я подумал о тебе, когда на день рождения ты подарил мне поношенную сумку?

– У вас это десятый день, а у нее первый. Делаем разницу.

– В смысле, я уже поношенный?

Мальчик не поленился доехать до замка князя Тирэлла с одним требованием, показать девчонку. Хозяин дома, окруженный множеством слуг и разновозрастных детей, вынес на руках ворчащий сверток. Родион брезгливо заглянул внутрь.

– Княжна Вилетта, Милорд.

– Странное имя.

– Она у меня тринадцатая. Фантазия на имена заканчивается.

– Не знал, что ангелы, фу, воняют, – отвернул он одеяльца. – Ох, уродство какое. Это что у нее? Ангельский пупок? Весит раза в три меньше подарка.

– Какого подарка? – алчно заинтересовался отец ребенка.

Глава 2

Империя Ригорон. Столица Свидарг

Родион тихо стонал, сидя в прохладной ванне. Жара нынче разгулялась, и он отметил, что уже не радуется тому. В Северном царстве отрадно мечтать о тёплых денёчках и потных женщинах. Нынче жара немилосердная, а женщин столько, что у него болит голова от одной мысли о бале невест.

В первый же день, когда принцам первой крови представили несколько десятков юных девиц от двенадцати до тридцати лет, ему стало дурно. Знатные отцы со всех концов Ригорона и ближних государств подводили своих кровинок и называли имена. Девицы улыбались, сверкали взволнованными глазами и грациозно раскланивались. У наследного принца закружилась голова где-то на пятом десятке гостей.

Все лица смешались, никакого удовольствия от созерцания женской красоты при таком числе девушек. Родион по натуре замкнутый и одинокий, готов забиться в кресло и там отсидеться до конца дня. Но ему велено стоять, принимать гостей, вежливо улыбаться и выделять хорошеньких. Среди них десятки необыкновенных красавиц, остаться равнодушным нельзя, но Наследный принц не чувствовал радости. Помощник Аравид пытался делать заметки, но результат ещё больше пугал.

– Ваше Вашество, вы кивнули и угукнули на пятнадцать невест.

Родион приподнял задумчивую бровь.

– Всех пятнадцать завтра вам представят ещё раз, – помощник подбросил в воду лепестков роз.

– У меня и без того отличная память.

– Завтра бал, вам нужно танцевать. Со всеми.

– Не уверен, что моя поясница выдержит. До сих пор ноет на непогоду и танцы.

– Всего двадцать с лишним партнерш. Милорд, нужно ещё кивнуть на десяток. Хотя бы мигнуть. Его Императорское Величество указал, что вам нужно развлекать и сопровождать не меньше двадцати девушек. Остальных десять я выберу по своему усмотрению?

– Спасибо, дружок, – Принц прикрыл глаза. – Кивни и угукни сам, мне уже без разницы, на кого, я доверяю твоему вкусу.

– Эта неделя балов. Ещё неделя охоты. Неделя увеселений в лодках. Неделя спектаклей и игры актеров. Неделя фейерверков, неделя парковых развлечений, неделя творчества…

– Аравид, не пойму, откуда столько недель?

– Его Императорское Величество ждёт имя невесты и не желает обсуждать смягчение условий. Не мне вам объяснять, что это дело государственной важности.

– Из замка Орлиное гнездо пришло сообщение? – обреченно спросил он.

– Пока нет, обоз ещё в пути.

Родион встрепенулся и удобнее присел в ванной.

– Ты алхимик, можешь приготовить эликсир? Я магически уязвимый. Пришла пора воспользоваться моментом.

– Какого свойства?

– Мм… избавить меня от всего этого.

– Ваше Неблагоразумие, есть такой эликсир, называется Яд. Изволите испить?

– Не изволю. Побойся богов, варвар. У меня шестеро детей, я жить хочу. Дай отворотное зелье, – рявкнул он. – Сделай меня таким, чтобы не привлекал внимания.

– Вы завидная партия, Милорд. Одни только сережки в ваших ушах смажут эффект любого эликсира. Девицы закусят удила и продолжат штурм.

– Неудачник. Просто скажи, что не знаешь рецепт. Зельтиур выращивал близ себя алхимиков, чтобы варили молодящие средства. Но из тебя, криворукий недоучка, вырос только писарь, от которого он поспешил избавиться. И как кстати, ему на руку сыграла моя неразборчивость.

Утром приемные Принца первой крови полны посетителей. Времени у него не так много, чтобы разбираться с каждым. Вечером бал, на котором у него несколько десятков партнерш. Красивых женщин он любит и ценит красоту, но бал невест – это настоящее испытание, от которого у него болит голова.

– Роди, тебе не кажется это подозрительным? – нервно прохаживался Конни в первой приёмной комнате.

Риккон за эти месяцы успел вернуть былую форму. Он похорошел, отъелся, навёл блеск и подтянул речь. Шероховатости остались, принц второй крови заметно картавит, но это только добавляет ему заговорщического шарма. Родители не оставили без внимания подобную перемену, залезли Коннику в рот и обнаружили коренные изменения. На все вопросы Риккон отвечал уклончиво, братья его поддерживали. Версия с побегом из дома прижилась, как и с отморозкой части языка по причине суровости климата в Северном царстве.

Родион, памятуя склонность брата к тайнам и заговорам и зная, к чему могут привести любого рода подозрения, с должным почтением относился к его изысканиям и охотно подключался к расследованиям. Если Риккон копает, его нужно не остановить, а возглавить.

– Конни, конспиративный ты мой, у меня мурашки по спине от подозрений. Это однозначно заговор.

– Ты тоже заметил? – возбудился тот. – Я просчитал всё по дням, вплоть до часов, ошибки быть не может. Поведение мерионских гостей, прямо скажу, вызывает массу вопросов.

– Нет слов вернее. Предлагаю копать вместе, дружно взявшись за руки. Что не так с мерионцами?

– Родик, они не приехали до сих пор!

– Да ладно?

– А должны были. Время в пути от Агарона до Мериона короче. Где же они?

– Заинтригован, есть в этом некоторая доля нестыковок, – почесал шею Родион.

– И не было бы так подозрительно, если бы накануне отъезда принц Кудман не интересовался одной маленькой деталью.

– Принц Кудман, очень прыткий молодой человек. Не находишь? Ни одна деталь не ускользнет от его взора.

– Завидная прыть. Роди, мерионцы по примеру Агарона берут на вооружение магию. Без того не обошлось. Знаешь, кем интересовался? Князем Норинэльтом Тирэллом.

– Что, так и спросил? Ах он, негодник? За каким лихим богом ему князь? У Тирэлла за душой только дурная репутация и тринадцать сестер, одиннадцать из которых я уже спихнул замуж.

– Ах, если бы это был интерес такой банальный! – Риккон плюхнулся в кресло и нервно закачал ногой. – Мы оба знаем, что княжна Вилетта Тирэлл боевой маг. Что, если принц Кудман хочет заполучить нашего боевого мага? Что, если это направленно против Ригорона? Картина вырисовывается весьма однозначная. Снова заговор и снова против нас.

В дверь ворвался мальчик лет семи и при виде отца взревел маленьким лихим богом. Рига, один из сыновей Висциек, выглядел настоящим хулиганом, лохматый, с большой царапиной у глаза и полным отсутствием передних зубов. При рождении ему дали имя Ригорон, отец не стал слишком заморачиваться. В домашнем обиходе Ригогром. Он Гром, и этим все сказано.

Ему седьмой год, сегодня у него отцовский день. С самого возвращения из Агарона заведено так, что с каждым ребёнком Родион Ялагр проводит целый день, итого шесть дней в неделю и один выходной. Пришел день Рига. Мальчишка начал с того, что запрыгнул на отца, с воплем замял мужчину в кресло и метелил до того состояния, пока отец не зажал его между ног, чтобы продолжить разговор.

– Конни, – пыхтел Родион, уминая родное чадо в состояние беспомощности, – дельная мысль. Тирэллы достояние Ригорона, я ещё не проверил всех остальных сестриц на предмет магических способностей. Ни одна не смеет покидать Империю в пользу Мериона. Займись, пожалуйста, этим делом. Лучше тебя никто не справится.

– Родик, как ты это терпишь? – морщился дядька при виде несговорчивого ребёнка и молчаливых попыток отца отбиться. – Это же зверёнок ехидны.

– Сам такой! – рычал маленький разбойник. – Картавый! Ха!

Рига вывернулся из мертвой отцовской хватки и сходу залепил дядьке пинка в колено. Конни вытаращил глаза, Родион бросился на перехват и отодрал разбойника от жертвы. Теперь Рига зажат у него подмышкой и возится там, как мешок с котятами.

– Не обращай внимание, – брат сдул непослушную челку со лба. – Я только занялся воспитанием.

– Лихие боги, Роди, у тебя таких две штуки. Как ты справляешься?

Родион с нескрываемым интересом осмотрел торчащий детский зад на предмет порки и покорно кивнул головой.

– Пока не справляюсь, но есть слабая надежда, что это лечится. Конни, следи за мерионцами. И поглядывай по сторонам. Вся надежда на тебя. Ты же видишь, я…

В этот момент дитя с рыком укусило отца за бок, и было бы больно, но резцы пока не выросли, Родион только ойкнул, а Риккон поспешил покинуть комнаты Наследного принца. Тот так и вошёл в следующую приёмную, с ребёнком, жующим его камзол.

Посетитель, точнее гостья, долго молча и с нескрываемым осуждением смотрела на возню отца с неслухом. Родион извинительно улыбался и продолжал мять сына, чтобы утихомирить.

– Ваше Императорское Высочество, – наконец вымолвила она. – Вы можете мне объяснить, что происходит?

Родион от себя делал всё возможное, чтобы не смотреть прямо в глаза Принцессе Отриэн. Та сверлила его взглядом, от того становилось очень неуютно, он никогда не сможет правдиво объяснить женщине, что происходит.

– Прекрасная вы моя, что вас так напрягает? – Принц дернулся от щекотки. – Не вижу ни одного повода поджимать самые красивые губки Мериона. У вас чудесная дочка и любящий супруг. Посмотрите на меня и злорадно посмейтесь над своими невзгодами.

– Он изменился. Он стал другим, – с надломом в голосе ответила она.

– Неужели? – напрягся Принц. – Что конкретно не стыкуется?

– Всё! – дрогнул ее голос.

– А конкретнее?

Родион лихорадочно перебирал в памяти отличия близнецов. И было бы за что зацепиться, даже ниже пояса те имели сходные пропорции.

– Что вы сделали с ним в Агароне? – возмущалась женщина.

– Да, собственно, ничего критичного…

Рига в который раз вывернулся, откусил у отца пуговицу с камзола и вытаращился на гостью. Под взглядом разбушевавшегося шкодника Принцесса Отриэн опасливо вжалась в кресло. Рига не похож на отца, у него хулиганские веснушки на носу и вид такой разбитной, что впору беспокоиться за безопасность женщины. Мальчишка умело держал дистанцию от отца и закатывал глаза в очередной преступной задумке.

– Он не кусается, зубы пока не выросли, – на всякий случай успокоил ее Родион.

– Да ладно, – пропела Принцесса, памятую дома ангелочка-девочку, которая радует родителей только излишними поцелуями.

– Материнского воспитания не хватает, но мы над этим работаем.

– Милорд, я тщательно проверила знаки веры своего супруга, – сообщила Отриэн так, что Родион отчетливо представил, как близнеца уложили кверху задом и с огромной лупой изучили отметины.

По пути в Ригорон парни не придумали ничего лучше, чем оставить всё, как есть. Ти, который теперь Яни, должен вернуться к жене и ребёнку, а Яни, который теперь Ти, учитывая магические обстоятельства своего возвращения в мир живых, не пожелал приближаться к супружнице с чужим телом.

Наложенная иллюзия уравнивала их настолько, что Ти получил точную копию образа, включая наколки. Согласно отметинам, один был Рестианом, а второй с ожогом от Вилли. И что бы теперь не рассматривала обманутая супружница, в ране исчезло указание на конкретного человека.

– Ти тоже проверили?

– Он даже не сопротивлялся, – обиженно буркнула женщина. – Стащил штаны, бесстыдник, прямо в прихожей.

– Что не так? – Родион пригрозил кулаком сыну, когда тот заполз под кресло гостьи и начал изображать действующий вулкан. Принцесса Отриэн округлила глаза и только подпрыгивала от толчков.

– Знаки не врут, но это какая-то ошибка. Яни никогда не делал… – тут Принцесса слегка покраснела, – не делал того, что делает сейчас.

– Что, так плохо? – Родион змеиным выпадом накинулся на показавшуюся ногу ребёнка и выволок негодника из-под кресла.

– Не совсем плохо, но иначе, – с облегчением выдохнула та, когда толчки прекратились. – Яни стал излишне… требовательным и… как бы это выразиться… кропотливым.

– Какая прелесть, – выдохнул Родион, удерживая ребёнка, когда тот скинул ботинки ради рывка на свободу. – Принцесса Отриэн, если вы о том, о чём я подумал, вам ли жаловаться? Требовательность и кропотливость в нашем деле лучшие качества любящего супруга.

– Милорд, – нахмурила она идеальные бровки-домики. – Вы же не пускали его в плохие дома? Мне страшно. Что если это ошибка?

– Принцесса, скажи просто. Лучше или хуже? – он наконец поймал оторву за ремень, и тот заверещал так, что у отца задёргался глаз.

– Слишком лучше, – второпях ответила женщина. – Он даже на других девиц перестал заглядываться. Это как? Он даже на бал невест не ходит. Это как? Только я и наша маленькая Париэн. Это как? Такой Яни больше похож на Ти!

– Никак не разберу. Мне, намекнуть ему на нехватку неверности в ваших отношениях? – отец встряхнул безобразника, тот от счастья завибрировал.

– Нет-нет, просто я не понимаю. Как так? Должно быть какое-то объяснение. Я влюбилась в совершенно другого мужчину, но этот мне подходит больше. Я знаю Агарон и его магическую составляющую. Вы хотя бы намекните, могло ли так случиться, что они поменялись местами? – дрогнул ее голос. – Я ничего не буду менять, мне так лучше, и никому не скажу, но я должна знать. Отец моего второго ребёнка Ти?

Родион устало закатил глаза, встряхивая детище на предмет веселья. Тот строил рожи и похрюкивал от удовольствия.

– Поздравляю. Принцесса Отриэн, если тебе так легче, принимай ситуацию на своё усмотрение. Но не забывай оценивать по достоинству того, кто стал более нежным и любит только тебя. Хватай и радуйся женскому счастью. Не всякой дано выйти замуж за разбитного ухаря, а получить ответственного и заботливого мужчину.

Женщина утёрла слёзы и согласно кивнула.

– Ему нужна женская рука, – ткнула она в маленькую голую задницу, что выворачивалась даже из ремня. – Из-за отсутствия матери он такой.

– Мы работаем над этим, – перехватил он ребёнка подмышку и ушёл в следующую приёмную комнату.

Родион швырнул маленького негодника в лапы белой кошечки и устало вытянул ноги. На ковре тут же началась возня из ребёнка человека и детёныша ялагра, а мужчины молча наблюдали за равенством сил в схватке. Кошечка чуть побольше массой, но Рига не пасовал.

– Родик, как ты справляешься с воспитанием непослушного дитя? – рассудительно поинтересовался Дедуля.

– Ты позлорадствовать, мой бессердечный пращур, или в качестве обмена опытом? – завороженно следил тот за месивом и поправлял сбившуюся рубашку.

– Скорее второе, – вздохнул Дедуля. – Внучек, кто бы знал, что в детстве Кен была столь безответственна, непослушна и шкодлива. Не поверишь, она всю пряжу перепортила, а потом тошнила клочьями шерсти. Я вязать бросил. На кой мне эти носки теперь?

Родион равнодушно поднял брови на лоб.

– Не пробовал метод приобщения? Всё делать вместе. Так присоветовали няньки, я взял на вооружение.

– Я тоже пытаюсь. Мне видится более действенным метод поощрения. Не надула в кровать, получи кусочек мяса.

Родион представил себя с ведерком кровавого мяса и двумя старшими сыновьями, и в сомнении поморщился.

– У моих ещё молочные зубы. Мясо живьём? Ещё несварение случится. У твоей молочные отпали? – наклонился Родион, чтобы рассмотреть подробности, но там из подробностей только восемь лап и один хвост.

– Ох, мы так намучились с зубами. До сих пор грызём все, до чего дотянемся, – жаловался Дедуля. – Родик, она сгрызла обувь и ножки кресла. Подточила мне кровать, я ночью почти убился. Вчера перепортила нижнее белье и проглотила носовые платки. Жду, пока выйдут.

– Метод порки не пробовал? – уточнил Принц.

– Родик, это негуманно! – возмутился Дедуля не столько не гуманности, сколько невозможности его применить. – Разве только в лужу мордой мокнуть?

Родион ещё раз представил, как он макает Рига в сожжённый дотла письменный стол, и прикинул будущий эффект. Ничего подобного, этому лихому богу понравится, он сожжет весь дворец.

– Материнской ласки им не хватает, – глубокомысленно заметил Принц, памятуя советы, сыпавшиеся со всех сторон.

– Родик, я ей за мать и за отца. Обцеловал даже хвост. Метод ласки не пробовал?

Родион обратил внимание на хвост своего детёныша. Только если помыть и благовониями смазать.

– Нет уж, пусть это останется на совести матери, – честно ответил он. – У меня таких хвостов шесть, включая девичий, от всех целовальник сотрется. Дедуля, не поверишь, я теперь жениться хочу. Детям лучше с родной матерью, но за неимением таковых, пусть хотя бы любящая. К свадьбе всё готово, осталось невесту сыскать. Не поверишь, я мечтаю проснуться несвободным и вздохнуть свободно.

– Звучит очень своевременно, – кивнул Дедуля.

– Ты хотя бы не тычь меня носом в лужу.

– Родик, мы о конкретной невесте говорим, или ты ещё не определился?

– Я похож на самоубийцу?

– В таком случае, мой тебе добрый совет, как опытного мужчины, – глубокомысленно заявил Аксил, внимательно наблюдая, чтобы кошечку не обидел злостный мальчуган. – Если хочешь завоевать женское доверие, не лезь на рожон, не бросайся с выяснением отношений, не извиняйся, не принуждай. Что важно, не показывай сразу всех детей. Одинокий отец с шестью детьми, та ещё партия.

Родион задрал глубокомысленную бровь.

– Неожиданно. Замести под коврик шесть детей?

– Доверься моему опыту, – качал головой Аксил. – Стоит дать слабину, как тебя отходят по морде и торжествующе бросят. Действенная метода от Аксила, внимай и запоминай. Молчать, тягостно вздыхать, не смотреть прямо в глаза. Поверь мне, уже через день тебя допустят до стола, даже если ты прилюдно ей изменил.

Аксил кивнул в сторону Кентурси, на которой отточил все свои методики за десятки лет рискованного супружества.

– Гм… Как-то иначе я представлял себе момент, когда поступлюсь своей свободой. Все же, кто из нас красавчик и принц, я или она?

– Родик, не о том ты думаешь. Кто из вас боевой маг, вот проблема? – вытаращил глаза дед и кивнул на кошечку.

Кентурси может и не была магом, но очень по-боевому в свое время могла прижать мужа к стенке. Лучший меченосец Асции, воин он кончиков волос, до кончиков ногтей.

– Используй вежливое безразличие. Сделай загадочного принца с душой, возвышенной и непонятой. Она усомнится в себе, начнёт ковыряться, в чем была неправа. И главное, найдёт, ты только не мешай!

Тем временем ком на ковре разлетелся в стороны. У обоих в пасти по клоку шерсти, они отплёвываются и задумывают новые каверзы. Дети заняты, родителям покой и умиротворение.

– Зачем явился? – тихо спросил Родион, чтобы не нарушить занятость детенышей.

– Родик, тут такое дело, – замялся Аксил. – Некоторые нехорошие люди из нашей семьи сомневаются, что моя кошечка безопасна для детей. В общую детскую не пускают. Там, дескать, девочки-ромашки, принцессы и внучки Императора. Это я к чему? Родик, так и говорят, зверинец на твоей половине дворца. Тащи свою зверюгу к его дикарям. Несправедливость, она же у меня девочка.

Родион задумчиво почесал затылок и ещё раз внимательно присмотрелся к отпрыску. Откровенно говоря, было в этом некое рациональное зерно. В императорском дворце так вышло, что у Тенны, Ридалага и Яни родились девочки, для них выделены прекрасные комнаты, где дети чудесно проводят время под присмотром нянек и наставниц. А у Родиона только мальчики, и все сплошь… мальчики. Если уж до конца откровенничать, Дедуля прав, в мальчишеской детской белую кошечку в два дня порвут. Он и сам заходит туда с опаской, таскает детей по одному, чтобы скопом не прибили.

Отчего так? Если у Рига и Роя матери не было от рождения, Солонна и Нея оставили детей отцу и счастливо жили в Алесции, то у Рока и Ракеля она была, но согласно традициям родного племени Ясторна всё время посвящала избраннику. В ее племени воспитанием детей занимается отец. Мальчишки росли сами по себе, отказа ни в чем не ведали, тиранили нянек и наставников, от того теперь живут в «зверинце».

Родион тяжело вздохнул.

– С Мамой говорил?

– Родик, Альфа не верит во всю эту чепуху. А простыми словами некромантию не объяснишь. Котёнку детское общение нужно, играть хочет, а мне как играть? Колени не те, и поясницу ломит.

– Давай так, приводи котенка, моих будем выпускать по одному. С одним она пока справляется. Как подрастёт, сможем заводить на всех. Если повезет, отобьётся.

Глава 3

– Поверьте мне, я знаю, о чем говорю, – со знанием дела заявила Вилетта. – Ваше Высочество, моргните. Два раза «да», один «нет». Ну, или наоборот. Я забыла. Итак, вы готовы отправиться на охоту в коляске? Отец Тьент, ответ очевиден. Человеку нужны прогулки и свежий воздух. Уйдите с дороги.

Путешествие из Мериона в Свидарг не может быть утомительным. Нынче лето, в Степи освежающий ветер, рой насекомых и целые долины цветов. В озерах можно устроить рыбалку, в лесах Ригорона самое место загнать кабана. Забота об оцепеневшем принце не тяготила, основную работу взяли на себя люди отца Тьента, боевому магу оставили только асминов раствор, в приготовлении которого она уже мастер. И культурный досуг.

– Он моргнул пять раз! – вел счет опекун.

– Ну, вот. Да и да с хвостиком. Всего лишь легкая прогулка в погоне за кабаном. Что вас беспокоит?

– По большому счету, кабан, которого вы-таки можете встретить. Ну, и самую малость Принц Кудман, который при встрече с кабаном не сможет бросить приветственное копье.

– Копье могу бросить я, – отмахнулась девушка.

– Это меня тоже беспокоит. Хотя бы потому, что в руках у вас копья нет, а есть коляска.

– Послушайте, – воинственно настропалила она коляску, – почему мне вечно приходится объяснять элементарные вещи? Кто из нас профессионал по части ждунов, я или вы?

– Ишь ты, зараза боевая, – бросился в атаку Отлон. – Вот и объясняй своему Варвару-чародею, откуда у нас такое непотребство объявилось. Чего ж нас за тем посылаешь?

– Я – лицо нежелательное. Вам прекрасно известно, что магия в Ригороне запрещена. Мое участие в деле оцепенения лучше не упоминать, как и тот факт, что Шанан нанимает на службу магов.

– Как не объяснять, если без слов ясно, – спорил священник. – Лукавство здесь не уместно.

– Но, знаете ли, честность тоже не слишком напрашивается, – спорила девушка. – Выходит, принц Кудман был неправ, дозволив магию в Мерионе?

Отец Тьент задумчиво почесал отросшую бородищу.

– Всё одно, придется что-то рассказать. Целитель должен понимать…

– Ничего он не должен, – откатила коляску девушка. – Скажете, что в пути Принц случайно проглотил неизвестный эликсир, впал в спячку. Например.

– Все семеро эликсир проглотили?

– Нашли, чем меня укорять! – защищалась Ригоронка. – Я к эликсирам отношения не имею, а тот факт, что Принц пьет, что ни попадя, в вашей зоне ответственности. Всё, мы на кабана. Ваше Высочество, держитесь крепче.

Прибывшая мерионская миссия расположилась в посольском доме. Вилли и Биннет в который раз восхитились столичным городом. Свидарг удачно расположен в небольшой долине, чуть на возвышении возведен белокаменный императорский дворец, настоящая жемчужина Ригорона. Всякий гость невольно замирает от восторга при виде подобной красоты. Издали настоящая сказка, вблизи чуть более прозаично, но это нисколько не портит впечатление, город нравится им с детства.

Дома украшены живыми цветами, ползущей сетью они оплетают стены и балконы, проемы дверей и портики. Не нужны каменные мастера и скульпторы, ригоронская природа сама позаботилась об украшениях. Повсюду прекрасные деревья, кустарники, пение птиц, утопающие в зелени строения. Всякий раз девушки упрашивали отца о поездке и спешили наведаться во дворец.

Сегодня у них нет такого желания. Они устало разместились в своих комнатах и пропустили сборы принцессы на бал. Фриэн спешила ворваться в толчею невест, среди ригоронских принцев есть достойные женихи. Помимо того, собралась знать со всего света, невест сопровождают отцы и братья, по слухам, веселье в самом разгаре, балы чередуются с развлечениями на природе, парки императорского дворца заполнены гостями.

Отец Тьент озабочен исцелением Кудмана. Секретарь Отлон строчит ежедневник доносов, а младшие сестры Тирэлл морщат носики от нетерпения. Никогда раньше они не пропустили бы такого случая, нынче они не приглашены, хотя являются частью великого княжеского рода и знают каждую ригоронскую девицу в лицо. Быть может, подросли вчерашние малышки, желают покорить сердца принцев первой крови. Пусть так, они в этом забеге больше не участвуют.

Для начала нужно сыскать Норинэльта. Он должен вернуться с обозом в Ригорон и достигнуть столицы. Об этом можно уточнить во дворце князя Рисмага Дэвони. Он знает о том наверняка, его родовой замок находится в Северной Навадне, через которую должен проехать ригоронский обоз. Но есть путь проще, минуя встречи с несносным князем. Новый агаронский посол Биль Иртини уже прибыл в столицу вместе с магом-вершителем.

– За неуплату налогов замок в Ближних Патнах отошел в казну.

Брат встретил их плохими новостями, скрывать правду не было смысла.

– Что?

– У нас много «доброжелателей», они охотно делятся последними сплетнями, – мрачно рассказывал брат. – Мы разорены. Земли, замок и все предприятия под личным управлением Императора. Отец не платил налоги много лет. Родион Ялагр покрывал его, но больше этого не делает.

– Что значит, под личным управлением?

Вилли и Биннет не находили слов, они рухнули на диванчик в гостиной комнате и прижались друг к другу, как две несчастные птахи.

– Это значит, что у нас нет дома, пока не возместим убытки казне. Размер долга ещё нужно уточнить. Я попросился на прием управляющего делами при Императоре.

– Папенька пытался всё устроить, – виновато бормотала Вилли. – Он рассчитывал на мое замужество и богатого агаронского барона для Шиэль. Он хотел поправить дела.

– Однако агаронский барон оказался не богат, – хмыкнул князь. – Титул и развалюха-замок.

– Папенька жил так, будто я уже вышла замуж за Ялагра. Он верил, что покроет убытки, – с горечью признала Вилли.

– Очень сомнительное мероприятие, учитывая твой неудачный выбор. Худшего зятя придумать сложно, – ворчал брат. – Я знаю его с детства, лучше бы в Долине вечной молодости лежал этот мерзавец, однако ригоронскому трону привычно везёт на мерзавцев. Не защищай его, Вилли.

Девушка нервно теребила пальчики.

– Не буду. Родион Ялагр теперь наследник трона. Хозяйственный принц, сразу начал с наполнения казны. Это несправедливо.

Брат разминал наболевшие виски.

– Он Наместник южных провинций. Как никто знал дела отца. В лучшем случае на нас повесят долги перед казной. В худшем… земли и замок заложены, а долговые расписки будут предъявлять мне.

Биннет многозначительно молчала. Упоминание замужества Шиэль и Вилетты лишь подчеркивает ее особое положение. Со всеми другими сестрами иначе, но не с ней. Папенька берег свою Фею, ограждал от суровых реалий. Любая прихоть исполнялась, лишь бы Биннет не почувствовала себя несчастной. К ней особое отношение, никакого принуждения, никаких надежд на богатый выкуп. Ставка на выгодное замужество Биннет не делалась.

– Мы помогали в спасении и поисках Ридалага!

– И как, спасли? – зло огрызался брат.

Его мир тоже рухнул в одночасье. Лихой и разудалый княжич беззаботно жил все эти годы близ Ридалага Ялагра, служил ему, ни в чем не знал нужды. В Агароне завел дружбу с Бальзааром. Было ли это что-то большее, лучше о том не вспоминать. Он потерял в его лице и друга, и соратника, и отца, и брата. Тот старше и мудрее, всегда найдет верное решение. Теперь у Норинэльта нет и того.

– Он обещал взять в жены Вилетту, – рычал мужчина. – Где справедливость, Вилли?

– Отец все деньги проигрывал, – защищалась девушка. – Не нужно винить в наших неудачах других людей. Все мы знали с самого начала, что Родион не умеет выполнять обещания.

– Ради него ты осталась в Храме первородных, рисковала жизнью. Но за этот год долги набежали ещё больше.

Тирэллы долго молчали, им трудно принять тот факт, что от великих князей осталось одно название. Девочки могут выйти замуж, брат разорен и лишен наследства.

– Биннет, надеюсь, все понимают, как нам придётся выживать? – серьезно спросил Норинэльт.

Он неслучайно обращался именно к Фее. Вилли привычно все поймет, но не Биннет. Напрасно он, Фея давно повзрослела, нервно грызет губки и ищет выход там, где его нет.

– В Мерионе у нас есть дом. Можем жить там, им нужен маг-вершитель.

Норинэльт согласно кивнул.

– Принц Кудман звал меня. Но маг-вершитель нынче дорог. За свои услуги я запрошу непомерную цену, или уедем в Агарон.

– У нас нет артефактов, – напомнила Вилли.

– Родион Ялагр забрал наши артефакты, – зло пропел он. – Никаких прав на них не имеет, по законам Агарона мечи, кинжал и кастет принадлежат нам, но есть только его право, наше не в счет. Если он не отдаст кристаллы, возвращаться в Агарон не имеет смысла. Любой храм за свои артефакты скрутит нас кабальным договором.

– А может подыскать выгодное замужество? – предложила Биннет.

– Особенно своевременно. Будто о нашем состоянии дел никому не известно. Бин, мы разорены. Много ли охотников найдется? Думайте, как вернуть наши кристаллы. Как это проще сделать?

Девочки неуверенно переглянулись.

– Вилли, этот венценосный прохвост на твоей совести. Вы с детства друзья, раньше ты могла на него влиять, – рычал брат.

– Раньше я была боевым магом с магическим кинжалом в кармане.

– Подумай, может есть способ выманить кристаллы, выкупить, выкрасть наконец?

Девушки тяжело вздохнули. Вилли нервно теребила пояс платья.

– Как их забрать? Извиняться перед ним? – ворчала она. – Он не хочет ничего слушать, вам ли не знать Родиона Ялагра? Пока мы были друзья, мне сходило с рук многое. Но мы же теперь не друзья.

Вилли устало прикрыла глаза. Ей хотелось плакать от беспомощности.

– Я не смогу ничего сделать. Проще вернуться к Бириару.

Дверь в комнаты отворилась, к ним вышла неожиданная гостья.

– Наконец, вы здесь.

Тирэллы с недоумением смотрели, как Тенна величественно вошла в гостиную посольского дома и расцеловалась с девочками. Принцесса Ялагров прекрасна, она с каждым годом лишь хорошеет. Чуть поправилась и стала совершенна настолько, что сестры Тирэлл рядом смотрятся скучными простушками. Встретить ее в посольском доме Агарона большая неожиданность.

– Чуть дольше, чем я ожидала. Что-то задержало в Степи? Вилли, ты слишком загорела, нужно срочно отбеливать лицо. Биннет в этом смысле смотрится лучше. Добро пожаловать в Ригорон, – пропела Тенна. – Вы то нам и нужны.

– Кому нам? – насторожился Князь и поклонился гостье.

– Нам, – сдержанно улыбнулась Принцесса. – Мне нужно поговорить с Вилли. Дорогая, ты нас, признаться, удивила. Вернуться в Ригорон через Мерион? Зачем такой крюк? В чем задумка? Живо ко мне в карету, я тороплюсь.

Девушка последовала за Принцессой. Принцессы Тенна и Аяна прекрасные подруги. Они старше Вилетты, но всегда с большой радостью встречали ее и поддерживали в непростых отношениях со своим братом. Покуда не ясно, что ей нужно, и как она их разыскала. Но ее внимание вселяет надежду.

– Вилли, что произошло в пути? – въедливо спросила женщина, располагаясь на роскошном сиденье личной кареты.

– Мм… так много всего, – оправдывалась Вилли. – Мне рассказывать с самого начала, Ваше Высочество?

– Оставь эти ужимки. Мы обе знаем, что для тебя я просто Тенна. С самого начала не нужно, мальчики подробно всё поведали. Мы знаем, что Лаг остался в Долине вечной молодости, он лечится от странной болезни и может жить только там. За ним ухаживает принцесса Мия, они поженятся. Что с Родионом?

Вилетта неуверенно пожала плечами.

– У него тоже странная болезнь? Что с ним?

– По меньшей мере, он всё ещё не женат, – нетерпеливо проговорила принцесса Ялагров. – Мы делали на тебя ставки, у тебя было больше года, чтобы скрутить ему руки, а он возвращается с очередным ребёнком и холостой. Вилли, я знаю своего брата слишком хорошо. Он становится спокойным и добрым, когда его дела из рук вон плохо. И о чудо, такая душка вернулась из Агарона. Он сам на себя не похож, будто подменили.

– Пф…

– Именно. Обычно он источает жёлчь из каждой поры, яд стекает по подбородку. Такой Родион нам понятен и привычен, а главное, предсказуем. Теперь он молчит, и, что самое ужасное, занимается детьми. В нем проснулись отцовские чувства?

– Гм…

– Мы знаем, у вас вышла ссора в Степи. Все так ужасно? Кто виноват? Ох, к чему я спрашиваю. Несомненно, он.

– У нас отняли замок. Его рук дело? – Вилли поспешила уточнить самое важное.

– Конечно, – отмахнулась Тенна. – Вилли, он все еще Наместник южных провинций и обязан взыскивать налоги. Он доложил Императору о дыре в казне. Родик рассчитывал прижать замок себе, но ничего у него не вышло. Папа успел вмешаться. Теперь ваше поместье в надёжных руках.

– А…

– Оставь эту тему. До Агарона ты интересовалась совсем другими материями, – пытливо уставилась принцесса. – Что изменилось?

– Кое-что изменилось.

Тенна подняла прекрасную бровь и с недоверием рассмотрела девушку. Перед ней та же Вилетта Тирэлл, но она отводит глаза к окну и взволнованно кусает губы.

– Ты пугаешь меня, Вилли. Вернись немедля, у нас большие проблемы, – деловито продолжила она. – Папа выслушал доклад по Агарону, посмотрел на очередного внебрачного сына и приказал провести… пабам… бал невест. С условием, что через три месяца все четыре холостяка женятся. Мама его поддержала, сыновья взрослые, а наследников нет.

– Очень мудрое решение.

– Видела бы ты его лицо, – глумливо смеялась Тенна. – Нет зрелища потешней. Только с тобой я могу так посплетничать. Родион ужом изворачивался. В итоге отстрочил бал. Сегодня в императорском дворце очень неспокойно. Вы опоздали на месяц.

– Ну…

– Со всего Ригорона свезли девиц, – загибала она пальчики. – К тому невесты из Мериона и Гралиции. Даже Принцесса Фриэн, младшенькая мерионка. Три месяца увеселений и балов, а через три месяца… если не женятся, папа женит по своему усмотрению. Исключение сделали только Гору, он младший. Остальные трое должны жениться. Вилли, это праздник какой-то!

Тенна смеялась так, что хотелось смеяться в ответ, но не смешно.

– А мы здесь причём?

– Вилли, не будь занудой. Ты должна женить его.

Девушка отпрянула в притворном ужасе.

– Не отнекивайся, – наигранно хмурилась Принцесса. – Папа с мамой обещают вернуть замок в Ближних Патнах, если ты женишь его. С тем я и приехала. Жени его, пусть не на себе, но у тебя есть на него влияние. Не отрицай. Без тебя Родик вывернется. Задумает очередную аферу и скинет кожу. А нужно, чтобы не вывернулся.

– Миледи, я не смогу…

– Сможешь, Вилли, ты самая затейливая. Примени свои методы. Скрути его, вся семья трепещет в ожидании. Он Наследник трона, а у него нет законных детей. Папа негодует и бесчинствует, угрожает принуждением и насилием.

– Пусть женится на своей Кочевнице.

Тенна округлила глаза.

– Ты ничего не знаешь? Ох, Вилли, такая дурная история приключилась. Ты знала, что женщины Летучих мышей совершают ритуальные самоубийства после смерти мужей? Родик написал из Агарона письмо, дескать, если вы читаете эти строки, бла-бла-бла. Во дворце траур, но не слишком. Родион бессмертный, никто не поверил, зря старался. Но Ясторна по законам племени рассталась с жизнью… Бедная девочка.

– Он действительно писал это письмо? Мне очень жаль. Он, наверное, расстроен? – сочувственно пробурчала девушка.

– Вилли, кто его знает, – отмахнулась Тенна. – Он уже в другой крайности и пугает даже Папу. Мама требует тебя немедля, чтобы исправить ситуацию. Если женишь его на любой участнице бала, вам вернут замок, и сверху сто мер золотом. Ты слышишь меня? Соглашайся, будет весело. Ату, Родика!

– Ваше Высочество, что-то я не уверена, – отнекивалась Вилли.

– Девочка моя, у тебя получится. Заставь его дергаться, прижми его. Ты умеешь это делать. Спляшем вместе на его костях. Усы нарисуй и вперёд. Верни нам ту Вилли, которая может сотворить чудо.

– Для чуда у меня нет магических артефактов. У нас немного другие планы…

– Какие, к лихим богам, планы? Что может быть важнее родового замка? Мы поможем, все расходы за наш счёт, – уговаривала принцесса. – Мама пойдёт на все, она хочет, чтобы Родик был счастлив.

– Он счастлив сам по себе. В одиночестве, – буркнула в ответ Вилли.

– Ты знаешь, что это не так. Жить будете в гостевом дворце. Я подберу платья тебе и Биннет. По желанию можете разместиться в основном дворце. Вилли, твоему брату вернут замок и земли. Верное дело. Ты не хочешь помочь брату?

Вилетта тяжело вздохнула. Только этого она и хочет, но пугают сопутствующие издержки. Женить Родиона Ялагра непосильная задача. Худшей работы не придумаешь. Сваха Родиона Ялагра?

– Женить на любой девице? – с чуть большим интересом уточнила она.

– Любая из представленных на балу. Брат не должен отвертеться. Папа дозволяет любое вмешательство и обещает покровительство. Просто толкни его в объятия очередной прелестницы. Пусть он скоропостижно, но добровольно женится.

Вилли тяжело вздохнула.

– Мы говорим об одном Родике? «Добровольно» и «женитьба» в одном предложении, не про него. Магическое вмешательство допускается?

– Вилли, что за панические настроения? Делай, что вздумается. Но ровно так, чтобы после брачной церемонии он не оспорил и не съел брачный договор. Только после вернем замок.

Вилли снова вздохнула и растерла напряженные брови.

– Шантаж какой-то.

– Именно, – приподняла высокомерную бровь принцесса Ялагров и стала похожа на своего брата. – Сделка. У тебя осталось два месяца. Советую поторопиться.

– При таких сроках придется отбросить гуманные методы, – размышляла княжна. – Мы приглашены на бал?

– Более того, вы главные действующие лица, – пропела Тенна. – Почему ты до сих пор здесь, я не понимаю.

Бал

Родиону Ялагру тринадцать лет. Он долговязый худой подросток с длинной белесой челкой и прыщом, который прикрыт той самой челкой. Он тяготится должностью Наместника и еще больше церемониями, связанными с исполнением обязанностей. Ему заманчивей скрыться в своих комнатах и взяться за зрительную трубу, чтобы рассматривать город, и в частности, ближайший потребный дом.

Но Родион торчит на балу у князя Тирэлла, где взрослые люди обсуждают взрослые интересы, а дочери князя навязчиво лезут к Принцу, чтобы пригласить на танец. Подросток видит в том унижение и бремя, от которых трудно избавиться. Куда как занятней отвлечь общее внимание на какую-нибудь проделку, но и это непосильный труд, поскольку рядом навязчиво отирается дражайший Дядюшка и зудит свою песнь о прохудившейся казне.

Слушать дядьку одно наказание.

– Итого семнадцать мер золотом. По неведомым причинам, – продолжал Ной Орс. – Я, разумеется, затеял разбирательство, привлек следователей, но пока напротив ставим прочерк.

– Что такое прочерк? – спросил Принц.

Его нисколько не интересовало невнятное бормотание дядьки, в свои тринадцать он уже отлично знал, что тот плут, какого поискать, венценосный папа на него зол, но подростку их дрязги только мешают. К нему через весь зал спешит очередная девица Кенинн Тирэлл, она преследует его и жаждет танцевать, а он вынужден прятаться за деловыми разговорами.

– Это значит, что причина выяснится позже.

– Причина чего?

– Расхода.

– Разве причина расхода не твоя новая лошадка Чудинка?

– Родик, – притворно возмутился Дражайший, – как ты можешь даже предполагать подобное?

– Я бы не предполагал, если бы наконец покинул этот ужасный бал.

– Ты – Наместник, все хотят лицезреть твой дивный облик. Прямо, как я в детстве, – восхищенно пропел Дядюшка и сложил умилительные ручки.

Родион зло фыркнул и почувствовал, как к ноге прислонилось нечто, что нельзя назвать естественным. Неестественно, если тебя за зад треплет сопливая девчонка.

– Чего тебе? – прошипел подросток и ногой брезгливо отстранил помеху.

Девочка маленькая, ей года три, но она вполне развитая, чтобы состроить хитрый взгляд и поманить к себе пальчиком.

– Что? – наклонился он.

– Я описалась.

– Поздравляю, – закатил глаза он. – Теперь тебя будут звать «Эй, мокрые штаны».

– Вилли мокрые штаны, – поправила она. – Вынеси меня из зала.

– Держи карман шире. Буду я…

В этот момент Кенинн вцепилась ему в руку и поволокла на танец. Родион вырвался, подхватил Вилли в мокрых панталонах на руки и целеустремленно покинул танцевальный зал под видом заботы о ребенке.

Девочка торжествующе восседала у него на руках и пристально рассматривала прыщи на венценосном лбу.

– Какой ты красивый, – прошептала она. – Хочешь, я тебе лоб замажу? У старших сестёр есть мази. Они страшненькие, но от мазей становятся красивыми.

– Ты, лучше, следи за тем, чтобы не надуть мне на камзол.

– Я специально описалась. В качестве протеста.

Родион еще раз с интересом посмотрел на девочку и споткнулся на лестнице.

– Протеста против чего?

Девочка снисходительно хмыкнула.

– Против всего. Пусть о ребёнке лучше заботятся. Я бедная и несчастная, у меня мамы нет, я дую в штаны от этого… от пресса. Все беспокоятся о моем здоровье.

– Находчиво, – признал он и присмотрелся к девочке. – Может мне тоже надуть в штаны от стресса? У меня тоже при себе только дядька, который изводит меня нытьем и заставляет танцевать с твоими сестрами.

– Не поймут, – уверенно отмахнулась та и заговорщически прошептала. – Из штанов ты вырос. Еще немного, я тоже вырасту. Но можешь упасть в голодный обморок. Я проверяла, все конфеты будут твои.

– Вариант, – кивнул подросток.

– Тебя зовут Вариант? – с легкой долей сочувствия прищурилась она. – А уменьшительно-ласкательно Варик?

– Родик.

Глава 4

В главном зале императорского дворца очередной бал. Принимает гостей всё венценосное семейство. Император и его супруга расположились в креслах, здесь же кресло принцессы Тенны, принцы первой крови расположились рядом. Среди них нет юнцов, все взрослые мужчины, готовые взять на себя ответственность мужа и отца. Но решился пока только один, он смотрится самым солидным из них.

Наследный принц блистает великолепными одеждами в цвет ригоронского флага, золото с синим. Он в блеске величия и драгоценных камней стоит позади трона матери.

– Что-то я не пойму, в какой момент стало модно надевать на бал кислую рожу? – ворчал венценосный отец.

– У меня живот болит, – огрызался Родион.

– Я слышал, настойка из шишек помогает, – хмыкнул Ти, под личиной которого скрывается Яни.

– А я слышала, что старым хрычам, таким как ты, зажигательные танцы помогают, – довольно щерилась принцесса Тенна. – Растрясешь живот, газы перестанут докучать.

– Сегодня обязательно растрясет, – хмыкнул младший Редгор. – Сегодня правила бала таковы, что на танец приглашают только девушки. Родик, отказывать ты не смеешь. Удобные тапочки взял с собой?

– Не пойму, откуда такой энтузиазм перемывать мне кости? – тихо ворчал тот. – Где тот переломный момент, с которого мои бренные кости, вдруг возбудили всю семью?

– Родик, это так просто. Ты теперь старший, тебе и жениться. Оглянись вокруг, девицы записываются, чтобы оттоптать тебе ноги.

Родион бросил безразличный взгляд в сторону, где его горничная Ям организовал ажиотаж на запись танцев с наследным принцем. Исторически так сложилось, что Ям горничная Вилетты, но был изъят в качестве природного мага, который помог сухопутному кораблю быстро достичь Ригорона. Лучше бы он этого не делал.

Ям – молодой человек с тонкой душевной организацией. Княжна Вилетта Тирэлл ему нравилась, как первая любовь, и теперь он охотно портит жизнь новому хозяину тем, что не отказывает только самым неуклюжим партнершам. Аравид в этом смысле разборчивый, за хозяина радеет душой, но пока у того выходной.

– Я ногу в Агароне застудил. Колено шалит, прострел в спине донимает, глаз дергается. Во время танца я больше думаю о том, как не уронить честь и не хрустеть коленями.

– Что-то раньше мы про колено не слышали, – въедливо контролировала его сестрица. – Родик, придумай отговорку получше. Когда-то у тебя это получалось. Стареешь?

– Князей Тирэллов нет, – отметил Государь. – Мы привыкли видеть бесконечную вереницу девиц Тирэлл.

Родион тоскливо вздохнул. На всех балах он с легкостью избегал подобного вмешательства в свою жизнь. И причина тому есть, точнее, была. С младых ногтей его доброй феей была Вилли, той не составляло труда ограждать его от докучливого внимания незамужних девиц.

Они с детства знают друг друга, княжны Лореновров, Натигэллов, Эринэллов… Вилли была верным средством. Если вспомнить все ее уловки, начиная с самого первого торжества, когда она надула себе в панталоны, а он под этим предлогом покинул душный зал… С тех самых пор он пользовался ее услугами без оглядки, но теперь он один против целого зала девиц.

– Но есть невесты из Мериона и Гралиции, – заметила Мама. – Среди них много хорошеньких лиц. Родик, присмотрись. Возможно ты увидишь ту самую?

– Никого не смущает тот факт, что Конни старше меня и занят тем, что мысленно раздевает девиц в поисках заговоров?

– Вовсе нет, – фыркнул Риккон. – Я их классифицирую.

– А это как?

– К поиску жены следует подходить с научной точки зрения, учесть все нюансы. В этом смысле, Роди, я гораздо разборчивей тебя. К примеру, мне весьма подозрительны все мерионки и гралийки. Они иноверцы, открыто негодуют на наши традиции. Что касается местных красавиц, о каждой я знаю столько, что проще жениться на чужеземке.

Отец семейства почесал угрюмую бровь. С приемным сыном проблем не меньше, его женить непосильный труд.

– Кстати, об этом, – снова напомнила о себе принцесса Тенна. – Говорят, баронесса Сурон, супруга нашего Дядюшки Торка Орса известная сваха. И о, чудо, они с супругом сопроводили мерионских девиц в Свидарг.

– Что, в самом деле хорошая сваха? – заинтересовался монарх.

– Лучшая в своем деле. Дядюшка с тремя внуками подпирает колонны, а она уже набирает клиентуру девиц. Конни, ты как относишься к свахам?

– Сугубо отрицательно.

– Значит, надо брать.

Родион стойко выдержал испытание. Он умеет красиво танцевать и использовать свое обаяние, как всегда был на высоте. Но ровно в последний раз, ибо поздним вечером доплелся до своих покоев и застыл безвольной куклой в уютном кресле. Скотина рядом вылизывает уставшие ноги, а горничная Ям брезгливо отгоняет собаку от дорогих одежд.

– Микстуру для укрепления ног или для крепкого сна?

– Яду, – простонал Принц.

– Гм… наш алхимик, бездарь и тунеядец, Ваше Императорское Высочество. Яду не приготовил. Хотя, любая его склянка тоже яд, в лучшем случае он красиво ее подпишет. А сварит яд, – с готовностью приблизился помощник.

– Сколько можно? – тягостно вздохнул Милорд. – С каких пор длится ваша вражда и есть ли тому объяснение?

Родион спрашивал неосознанно и беззлобно. Он прекрасно знал, что в Храме первородных Ям прислуживал боевому магу Вилетте Тирэлл и торжествовал над соперником всеми доступными способами. С тех пор вражда только усилилась.

– Он бездарь во всём, особенно в моде, – огрызался Ям. – В чем отправил Милорда на бал? Что за балахон? Где камзол? Неудивительно, что девицы оттоптали наши чудесные бархатные сапоги. Они путались в нашей накидке. И порвали.

– Благодаря тебе мне достались ужасные партнерши, – ворчал Принц.

– Сапоги и накидка на выброс. Кошмар, что вы сделали с нашей любимой рубашкой, Милорд?

– Что не так?

– Помада на рукавах. Это не отстирать.

– Голубчик, тебе бы больше пошло, переживать за меня, а не за тряпки. Я раздавлен и едва дышу.

– Разумеется, нет, Милорд, – спорил помощник. – Нашли проблему, всего лишь пара синяков и мозолей. А что мне делать с нашим любимым поясом? С него пропали пара самоцветов. Вы что, прижимали к себе девиц? Всего лишь танцы, а вы испортили весь гардероб.

Утром Родион Ялагр едва прикоснулся к завтраку, а в его гостиную уже рвался обеспокоенный родственник.

– Дядюшка мой, новобрачный, – уныло пропел Принц. – По лицу вижу, что новости отягощают твою душу, и ты готов лопнуть в моей гостиной.

– Родик, Джея беременна, и я не знаю, что делать.

Титтава Орс за этот срок сбросил оставшийся жирок и смотрелся подтянутым свежим пряником с грустными глазами. В такие перемены трудно поверить, в императорском дворце его приняли с глубоким удивлением, как и его вторую бОльшую половинку.

Принц вяло пожал плечами.

– Не поверишь, я пять раз отец, но каждый раз испытываю те же чувства. Могу поделиться опытом. Смирись. Что бы ты не делал, это навсегда. Говорят, лет через двадцать попустит, но это неточно.

Орс по привычке протер опавшие щеки нервным платочком.

– Родик, до рождения ребенка еще нужно дожить. С женщинами до того такая свистопляска происходит.

– Нестандартные желания и вспыльчивый норов? – племянник махнул рукой. – Пустое.

– Не пустое, – зло ответил дядька. – В моем случае не пустое. Джея, и без того девушка особенная, а нынче…. Нестандартные желания таковы, что я теряюсь.

Принц задумчиво закатил глаза и прикинул объемы проблемки.

– А что, собственно, изволит желать барон Протаар?

– По-всякому бывает, – жаловался Титтава. – Если коротко, нам срочно нужен прошлогодний снег.

– Неожиданно. У нас и нынешнего снега нет, откуда прошлогодний?

– Мелочи все это, Родик. Мелочи. Если смотреть на вопрос шире, нам среди прочего не помешала бы в посвящённые матери самая настоящая легара.

– В смысле, русалка морская?

– Именно. Джее приснился дурной сон, дескать, дитя тонет. Потому посвящённой матерью будет легара.

– Не будет, легар не существует. Сказки это.

– Будет, Родик, – уверенно заявил Дядюшка. – Будет.

И было в его голосе столько металла, что Принц поневоле отложил вилку в сторону.

– Что-то я не понял, отчего ты пучишь глаза в мою сторону столь проникновенно? Не хочешь же ты сказать, что это станет моей проблемой?

– Именно это я и хочу сказать. Магическая составляющая по твоей части. Ищи легару где-то к концу бала невест, всемогущий ты мой, – с облегчением выдохнул Дядюшка, переложив проблему на плечи племянника и наконец откинувшись в кресле.

Родион приходил в себя недолго, но за это время Скотина успела помочь ему с завтраком.

– А если после рождения ребенка тема с легарами рассосется?

– А если нет? Женщины умеют добиваться своего, а моя Джея больше, чем женщина.

– Если ты не заметил, море в неделе пути от нас.

– А вот это, Родик, твои сугубо личные проблемы, – огрызался дядька. – Мое дело отцовское, искать прошлогодний снег. А легара с тебя.

– Почему, позволь прояснить, с меня? Я сторона крайняя, можно сказать племяннишняя.

– Хотя бы потому, что в Агарон меня отвез ты, в пути меня худел ты, в баронский замок меня направил ты, на свадьбу благословил, подарок в виде корабля вручил. С твоей легкой руки я породнюсь с легарой. Мы с Джеей в тебя верим. Ты Светоликий, у тебя маги и кристаллы, тебе и сети в руки. Родик, времени мало, суетись уже.

Родион с трудом подавил желание отпинать родственника, тот лихо перепрыгнул через кресло и поспешил навстречу с прошлогодним снегом. А уже в зеленой приемной его ожидала очередная родственница.

Принц невольно замедлил шаг и внутренне собрался. Баронесса Сурон личность известная, не единожды успевшая заявить о себе в полный голос. В свое время она в числе мерионских беженцев укрылась в Ригороне, и уже на его землях захомутала известного генерала Торка Орса, старшего из дядек Орсов. Дама в годах, молодящаяся, напористая и не сомневающаяся в своих суждениях и действиях. Трое ее внуков стали детьми и приемниками последнего, и по счету пятого супруга.

Баронесса Сурон нарочито внимательно осмотрела племянника с ног до головы и остановила взгляд где-то на середине тела.

– Ну, женить, полагаю, это несложно, – поджала губки сваха, уперла руки в боки и мысленно пролистала список подходящих невест.

Принц вытаращил глаза и прикрыл середину тела дрожащей рукой.

– Стремительная вы моя, отчего свои лучшие качества вы решили применить на этом трепетном теле? Если мне не изменяет память, речь шла о сватовстве Риккона. Он старше, ему и букет в руки.

– Речь шла об обоих.

– Позвольте, – возмутился мужчина и отгородился от свахи чайным столиком. – На обоих сил может не хватить. Предлагаю начать с закоренелого холостяка. У меня, по крайней мере, есть смягчающие обстоятельства. У меня дети. А с ним вы не управитесь, если будете распыляться на меня.

– Отягчающие обстоятельства, – поправила женщина и сменила образ оценщика в лавке ювелира на боевую стойку базарной бабы. – Отчего же не управлюсь?

Родион подавил вздох облегчения, внимание женщины переместилось в сторону брата.

– Тайный канцеляр это не должность, это призвание. Риккон крайне подозрителен, въедлив и разборчив. Ваши профессиональные навыки вызывают у меня сомнение, причем, обоснованные.

Задетая за живое баронесса Сурон почесала бородавку на носу.

– Разборчивый. Это даже интересно, – смягчилась Тетушка и кокетливо присела на мягкий диванчик. – Отчего ж не женился?

– У него досье на всех девиц Ригорона, – присел рядом Принц и положил ногу на ногу. – На каждую компромат и список отрицательных качеств. Как можно жениться, если знаешь о девице всё, даже то, что она не бреет мохнатые подмышки или вставляет тряпичную грудь?

Баронесса Сурон приподняла выщипанную бровь и невольно опустила взгляд на свои объемы. Возможно, тоже тряпичные.

– Экий привередливый молодой человек, – покачала она головой. – А где взять эти досье?

– На предмет сжечь и пеплом удобрить розы? Не сработает. Конни расстроится, и очень даже может быть, затеет следствие, и пополнит лично ваше досье грязными кляксами. Но отчего-то я уверен, что он успел зачитать бумаги до дыр. Профессиональная деформация. Вот и выходит, что для него любая невеста – это не светлый девичий образ, а список недостатков и порочащих историй.

– Гм… любопытно. А если рассматривать марионских невест?

– Не советую, – ответил Родион. – Я своего брата знаю с детства. Он святоша, идиот и патриот, романтическими чувствами, если и страдает, то только в отношении доносов. Ох, Тетушка, как у него дрожат руки и поволокой накрывает правый глаз, когда в руки попадает очередная кляуза…

– А если выкрасть все досье и выяснить, есть ли среди девиц наименее порочная?

Родион в сомнении прикусил щеку и представил тетку Сурон в воровской маске и черном плаще.

– В принципе, нет ничего невозможного, – признал мужчина.

– Вот и сделайте это, Милорд, – приподнялась она с кресла.

Родион медленно вернул челюсть на место и хотел было возразить, но что-то во взгляде свахи его остановило. Баронесса Сурон задержалась, давая ему возможность оценить риски. Если он не возьмется за это дело, тетка вернёт внимание к его холостой персоне. Уходя она покровительственно кивнула, оценив благоразумие племянника и его готовность в деле досье невест.

В следующую приемную комнату Принц вошёл в глубокой задумчивости. Проблемы нарастали с катастрофической скоростью, а у него из помощников только два склочных бездельника Ям и Аравид, что в порыве противостояния с легкостью профукают любую затею. Раньше на такой случай у него были гусеницы, друзья и Вилли. Но первые повзрослели, вторые пристроены по важным государственным делам, а главная затейница… Наверняка понимает, как ему плохо, прекрасно знает, как он не терпит балы и докучливых девиц, убеждена, что его мучают, почти пытают, но даже будучи в Свидарге не ворвалась в самый разгар празднества и не уберегла его от чужих женских взглядов.

Принц столь же задумчиво окинул взором посетителей. Те, плотной святой стеной стояли напротив и таращились на него трезвыми глазами.

– Отец Тьент, мне казалось, мы виделись пару дней назад. Как сейчас помню, исцеляли принца Кудмана от магического оцепенения, – кивнул Родион и доплелся до кресла. – Только не говорите мне, что он не учится на своих ошибках. Название эликсира, который он употребил, я знаю. Побочных эффектов много, не рекомендую.

– С принцем Кудманом все в порядке.

– Ваше Императорское Высочество, – поклонился немолодой человек Айло.

– Полдень, а ты и винной росинки во рту не подержал?

Родион наконец заметил в руках няньки-телохранителя небольшой резной ларец, который тот с заметным трепетом и уважением держал, словно главное блюдо к императорскому столу.

– Я не пью, Милорд, – пробасил Айло. – Вот уж как… минуло…

– А в ларце что? Твоя сила воли? – кивнул Принц.

Громила шмыгнул носом и поставил ларец на столик перед Родионом.

– Мощи, – благоговейно ответил тот.

Принц брезгливо отпрянул подальше от стола.

– Мощи святого Кийинта, – вторил ему святой отец.

– Того самого? Или этих Кийинтов у вас не счесть? В самом деле тот? – удивился Родион. – Что на этот раз?

– Святые мощи, – пояснил отец Тьент. – Ступня и ребро.

– Не пойму, вы что, частями от него отщипываете? Интереса ради, с почившего или еще с живого?

– Святотатствуешь, язычник, – нахмурил кустистые брови мерионец. – В прошлый раз святые мощи не попали в храм. По твоей злодейской вине. Думаешь, я не ведаю, что нам подсунули?

Родион прикинул, что не стоит ворошить дела давно минувших дней, и смирился с неизбежным.

– Поздравляю, святые мои трезвенники. Наконец, вы у цели. Одного понять не могу, отчего мощи снова трутся близ моих покоев?

Айло неуверенно топтался возле святых реликвий и морщил лоб.

– Благодаря сим святым мощам я и занимаюсь суровым воздержанием.

– Рад за тебя. Механику пока не понял, возможно, ты не спешишь стать подобными мощами в Храме возлияния. К чему посвящать меня в ваши ритуальные телодвижения?

– Есть в том резон, язычник ты невежественный. Их следует отправить в греденский храм веры, где год назад я приказал выкинуть подделку.

– Гм… допустим. Очень занимательная история. Вам дать рекомендации по нарочному?

– Сопроводить ларец я пока не могу, у меня наказ, оставаться при Его Высочестве Принце Кудмане. Нарочным я не доверяю, реликвию ценную отвезу сам, но позже. А покуда ларец останутся здесь, под твоей опекой.

– Не понял, – опешил Родион.

– Сохраннее здесь будет.

Наследный Принц непримиримо таращился на ящик и готовил ответную речь.

– Святой Кийинт является покровителем влюблённых, – пояснил святоша. – Защищает любовь от всех иных человеческих страстей. Вот и выходит, что пьяница рядом с ним очистится от пагубной привычки. Дело хорошее, но иногда мешает в делах добропорядочных, но мм…

– Торговлей мы занимаемся, – пояснил Айло. – Вино южное для Мериона налаживаем. А святой Кийинт различий между пороком и деловыми отношениями не делает. Противодействует, стало быть.

По Громиле заметно, что, настрадавшись от воздержания, тот пытается сбагрить сей ценный артефакт совсем по другим причинам. Без того, он в сей же час вернёт былую радость жизни и веселое настроение.

– Закопайте его.

– Святые мощи в землю? – возмутился Мерионец. – Твоими стараниями, язычник, мы повторно путь совершаем, тебе и стражу держать. Ларчик пусть хранится у тебя, а мы… после его заберем. Как торговлю наладим.

Родион еще долго пустым взглядом таращился на резной ларец. И пусть бы с ним и легарой. Ларец можно в угол задвинуть, а до легары еще пару месяцев ждать. Каким образом из-под матраса Конни вытащить досье без должных помощников? В этом смысле, Вилли нет равных.

Конфеты

– Что это вы делаете? – раздался за спиной ее голос, Принц нервно дернулся и вытаращил глаза.

Он любил гостить у князя Тирэлла, здесь меньше внимания от Дражайшего дядюшки и меньше его рассуждений о дырах в казне. В замке князя есть свои трудности. В первую очередь, бесконечная вереница его дочерей. Их так много, одна за другой, что он не сразу вычислил опасных и удобных. Но среди прочих была одна маленькая шмакодявка, которая найдёт его даже в тех местах, о которых он и сам ранее не догадывался.

– Конфеты прячем, – нашелся он и вытащил руки из корсета покрасневшей от гнева Кенинн.

Кенни его ровесница, с самого начала знакомства штурмовала Принца на предмет дружбы. Она выглядит взрослее Родиона, почти невеста, готовая покорить первую и самую значимую жертву. Жертва еще не до конца понимала свое шаткое положение, но уже готова использовать обстоятельства.

– У Кенни грудь выросла, – махнула девочка рукой. – Она ею каждый день хвастает. Там конфеты растают. Никакого проку, они невкусные будут.

Подростки нетерпеливо закатили глаза и шикнули на четырехлетнюю смутьянку. Родион очень высокий, младшей приходится задирать голову, чтобы рассмотреть мальчика. Он сверху снисходительно таращит синие глаза.

– Вилли, поди вон, – шипела старшая сестра.

– А я вот щас как столкну Бин с лестницы, и тебе от Папеньки прилетит за недобросовестный пригляд за ребенком. И никто тебя замуж не возьмет, потому что за детьми ухаживать ты не умеешь.

– Ах ты, дрянь! – ругалась сестра.

– Не дрянь, а маленькая и неразумная малявка. С меня спроса нет.

Родион с сожалением проводил корсет девицы взглядом, но мысленно махнул рукой и вернулся к шантажистке.

– Ловко. Далеко пойдешь. Что насчет конфет? – кивнул он Вилли.

Девочка с большим бантом на попе… бант предусмотрен спереди, но так удобней… и чумазым лицом… очевидно, любит поесть, но не любит утираться… смерила его по-женски материнским покровительственным взглядом.

– Очень просто с конфетами. Я под столом помещаюсь, все конфеты на балу мои. Только корсет я не ношу, без него больше конфет влезет.

Родион довольно хмыкнул.

– Ну, да, до корсета тебе, как до… Но так даже лучше. Есть куда прятать? Тащи все конфеты, до каких дотянешься, малявка.

Вилли охотно согласилась. Абсолютно безвозмездно, хотя в ее положении можно было поторговаться. Но она не хотела делать этого, лишь бы завладеть вниманием интересного мальчика. Мальчишек в их семье нет, единственный брат отбыл в столицу, чтобы служить при Наследнике трона.

Родик ей нравился. Он очень красивый и понятливый, добрый, нисколько не делает скидку на ее возраст, как прочие взрослые. А интересы у них общие. Кенни пытается увлечь его своими прелестями, но тот больше думает о проказах, чем о танцах. С ним можно пошалить, дотянуться до любой вершины, чего нельзя сделать ни с одной из сестёр. Старшие просто отошлют ее, а младшие и сами глупышки.

Она таскала конфеты, пока ему не стало плохо от подкатившей тошноты. Вилли спрятала его за шторами бального зала и вернулась с кубком зеленой воды.

– Это что? – позеленел Принц.

– Няньки так делают, когда толстуха Шиэль объестся втихую. Её тошнить вынуждают, чтобы дальше не распухла. А ты не толстый, можешь снова конфеты есть.

Родиона стошнило от одного запаха.

– Ага, спасибо. Что-то не хочется. Аппетит пропал.

Вилли задумчиво рассмотрела кубок с зеленой водой.

– Ну, если тебе уже не надо, – пожала плечами она.

– Подлить Дядюшке сможешь? Незаметно?

Глава 5

Вилли неспешно собиралась на бал. Вокруг суетились Биннет и Норинэльт. У Тирэллов выпал единственный шанс вернуть имение и имя, они готовы женить самого Родиона Ялагра, лишь бы простили долг отца. Есть много сомнений, да что там, с трудом верится в успех мероприятия, но на этот случай у них есть запасной план.

– Не забывай, нам нужны артефакты. Если замок не вернут, отправимся в Агарон со своими кристаллами, – наставлял брат.

Главная сваха – Вилетта Тирэлл. Ей следует отбросить обиды последних месяцев, снова стать Вилли и на этот раз довести дело до победного конца. Она нервничала, ощущала прилив азарта и настраивалась на очередную грандиозную шумиху.

Пусть так, пусть у нее не вышло женить Родиона на себе, но есть же прелестницы, близ которых он не устоит. Она может воспользоваться моментом и вовремя подставить подножку, чтобы он свалился прямо к алтарю. Родион падок на женский пол, она знает все его недостатки и достоинства. Последних мало, но это не обязательно делать достоянием общественности.

– Кристаллы нам понадобятся даже раньше, – рассуждала Вилли. – Без магии на него трудно влиять.

– Вилли, сделай это, отбрось правила. Он поступил с нами бесцеремонно. Не церемонься и ты.

Бал невест начался месяц назад. Учитывая тот факт, что за ее помощью обратились родители и Тенна, в деле женитьбы он не продвинулся ни на шаг. Что ему мешает? Вилли пожала плечами, трудный вопрос. Всё мешает, он должен жениться, не приходя в сознание, только так.

– Вилли, – крутилась возле зеркала Биннет. – Можно наложить на него венец безбрачия в обратном смысле. Достань кристаллы, наложим такое проклятие, устанет свадьбы играть, уязвимый наш.

– Нет, проклятия не надо, – сомневалась Вилли. – Все же не чужой человек, заслуживает снисхождения.

– Он заслуживает мордобоя, – зло огрызался Норинэльт. – Достань кристаллы, Вилли. А отправлю его в полет до шпиля дворца.

– Шпиль дворца – это лишнее. Не надо поддаваться эмоциям, достаточно полета до алтаря. Замки возвращают только за свадьбу.

Дверь к Тирэллам распахнулась, в гостиную вихрем ворвался Биль Иртини. На озабоченном лице застыли свежие морщинки. У него свой ворох проблем, и с этим он стал излишне докучливым. На этот раз проскакал к столику, налил бокал холодного вина и залпом принял успокоительное.

– Вилли, ты приглашена на бал?

– Главной гостьей, – с гордостью сообщила она.

– Сверни жало своему ригоронскому прыщу, – зло прошипел Светоликий. – Лучше вместе с головой. Он переходит все границы, не принимает меня и не дает видеться с сыном. Вместо того, чтобы проводить время с Ридалагом, я торчу в его приемных комнатах по полдня. И всё без толку.

Вилли вспомнила о Лагушке и дернулась, словно забывчивая, нерадивая мать. Он отобрал у нее не просто надежду на счастье и любовь, не просто родовой замок и достоинство рода. Он отобрал детей, Шали и Лага, Рига и Роя, им она бОльшая мать, чем он отец.

– Бильчик, наберись терпения, – сосредоточенно ответила она. – Сначала пусть вернет кристаллы, потом свадьба, а уже после у него родятся новые дети, при которых он забудет о нынешних старых.

Биль налил ещё бокал.

– На это уйдут годы! Мальчик успеет вырасти и стать похожим на своего отвратительного отца.

– Без паники, я работаю над этим, – она поправила застежку туфелек и попросила проверить шнурки корсета.

– Вилли, что, уже работаешь? – заинтересовался Авинэль и бросил кувшин с вином. – Все свои методы…?

– Биль, конечно, нет. Как плохо ты обо мне думаешь. События в Гаарде померкнут на фоне бала невест, – многообещающе хмыкнула она. – Тогда было страшно вам, пришло время Родиону Ялагру на своей шкуре схлопотать мои наработки и самые яркие новинки. Он у нас замок отнял.

Биль сверкнул глазами и удовлетворенно кивнул.

– Достойная награда за все твои деяния.

– А будешь злорадствовать, – развернулась она, – окажешься по ту сторону осадных орудий.

Авинэль сошел с лица.

– Вилли, мы по одну сторону баррикад, хотя бы в этот раз. Просто, крохотная искорка злорадства. Вот, чего ты добилась!

– Положим, я добивалась справедливости. А тот факт, что одна справедливость порождает несправедливость для других, не учла.

– Всего лишь нужно было встать на нашу сторону. Убийца Ридалага наказан, что ещё требовалось? Лариджа осталась бы жива, Бириар не лишился бы руки. Мы остались бы в Гаарде и счастливо жили все вместе. И Арвиил принадлежал бы только нам!

– Я бы вышла замуж за Эрсэна, – пожаловалась Фея.

– Бальзаар остался бы жив, – добавил Норинэльт.

Авинэль сложил руки на груди и приподнял укоризненную бровь, призывая ее признать очевидное.

– Много тебе досталось от той справедливости? Погибла Принцесса Асма, она была совсем юной девушкой. Погиб Рестиан Ялагр, ему теперь вечно мучиться в чужом теле. Вместо мудрой царицы на трон взошел Астерон. Хорошо ли это для Северного царства? Погиб Диибур. Приар погиб, забавный старикашка. Да, он участвовал в войне с Мерионом, но он же разогнал кочевников. Зельтиур скрутит Иля, не даст тому жизни, а он любил тебя. Ради чего ты так старалась? Ради своего ригоронского…? Как назвать его, чтобы одним емким словом описать всё то, что я о нем думаю? Асцад был прав, когда заявил, что корень зла покоился в Ригороне!

Вилли тяжело вздохнула.

– Хватит. Я сожалею. Доволен? Довольны? – повернулась она к брату и сестре. – Да, я ошиблась. Мне следовало иначе развернуть события. Я хотела, но смерть Ти выбила меня из колеи, я разозлилась. Биль, ты мог предотвратить это!

– Я хотел, но он не принял меня!

Она с трудом вытолкала Авинэля за порог гостиной, а к ней уже рвался новый посетитель.

– Ваше Высочество, я рада видеть вас в добром здравии, – присела она в поклоне.

Принц Кудман суетливо ворвался к Тирэллам и с удовлетворением нашел среди них мага-вершителя. Отрадно, он не помнит зла, приятный молодой человек.

– Ваша Светлость, вы в Свидарге? Отличная новость. Я слышал, вас лишили наследства, – принц Кудман без церемоний приступил к главному.

Норинэльт приветствовал его глубоким поклоном.

– Ваше Высочество, не буду отрицать, мои права поставили под сомнение. Я не совсем беден, у меня есть на сегодня ужин.

– Какая ужасная новость, – без тени сочувствия произнёс Мерионец.

– Хорошо, если замок покроет убытки. Возможно, мне придется заложить последний камзол.

– И это говорит человек, который рисковал собственной жизнью ради императорской особы. Мои соболезнования. Предложение для мага-вершителя все еще в силе. Шанан будет рад, если вы удостоите нас честью. Я уже работаю над тем, чтобы нанять нового мага-целителя, – обратился он к Вилли. – Никаких претензий к вам нет, княжна. Вы хорошо сделали, что отправили нас в Ригорон.

– Очень рада, милорд, что все закончилось хорошо. Замок ещё можно вернуть, мы…

Мерионец насторожился.

– Вернуть замок? Такое возможно? Кто это может сделать? Наследный принц, Родион Ялагр? В самом деле?

– Мы не теряем надежды.

Кудман нервно жевал покусанные губы. Словно маг-вершитель с княжеским замком ему не нужен. Скованный богатством и властью вершитель не пойдет служить в Мерион.

– Очень жаль. Я хотел сказать, очень жаль, что так произошло, – бормотал он. – Вы заслуживаете гораздо более любезного обращения. Я постараюсь вам помочь. Всеми силами.

Он ушел, но что-то всем подсказывало, что он попытается сделать все возможное, чтобы Норинэльту не вернули княжество. Очень приятный молодой человек на деле имел собственный интерес и сворачивать с избранного пути не собирался. Второй по рождению принц Мериона ожидаемо пытался доказать свою значимость перед троном.

Младшие Тирэллы устало переглянулись. Последним посетителем на сегодня стал нежданный гость. Князь Рисмаг Дэвони шагнул в гостиную и осмотрелся по сторонам. В который раз он из агаронского барона перекинулся в ригоронского князя, смыл наколки агаронского бога с шеи и надел ригоронскую мужскую накидку в пол. В агаронском посольстве он частый гость, ничего неожиданного, он такой же агаронский подданный, как и ригоронский.

– Ваша Светлость, – поклонился Дэвони гостю. – Княжна Биннет, Княжна Вилетта, очень рад вашему возвращению. Мы уже начали надеяться, в смысле, волноваться за вашу сохранность. В Степи всегда есть место случаю.

Князь Рисмаг, к слову сказать, мужчина приятный, благородный и достаточно молодой. Быть может, старше Родиона года на три. У него прямые светлые волосы и большой нос, отличительная черта князей Дэвони. Узкое лицо и невероятно проницательный взгляд больших тёмных глаз. Эдакий мрачный чародей, с едва заметной усмешкой на губах.

Девочки со скрипом на зубах присели в поклонах. Рисмаг – персона крайне сомнительная в этом доме. Учитывая обстоятельства, он больше напоминает стервятника, пролетающего над добычей. Но здесь только кости, поживиться нечем.

– Проезжая Северную Навадну, я видел сухопутный корабль, он стоял на приколе у крепости Орлиное гнездо. За сколько времени добрались, Князь? – для начала разговора вежливо поинтересовался князь Тирэлл.

– Три недели пути! Потрясающий результат! Небывалая скорость! Мы здесь уже два с лишним месяца. По сравнению с тем, караваны в Степи едва продвигаются, – ликовал Рисмаг и потирал вспотевшей ладонью золотую трость. – Жаль, летом корабли не могут выходить. Сильная зависимость от ветра мешает. Но ветер и снег всегда можно скорректировать природной магией.

– Не всегда. Любая магия в Ригороне запрещена, – хмуро ответил Норинэльт.

– Очередной пример немудрого решения, – расположился в кресле Рисмаг. – Третий месяц ломаю голову, как с этим подступиться к Императору. Очевидная потеря прибыли от торговли. Неслыханное суеверие от образованных людей. Не думал, что встречу подобное.

Девочки расположились напротив и обмахивались платками от духоты. Биннет оказалась рядом с Рисмагом, закатила нетерпеливые глаза и наморщила аккуратный носик.

– Но есть лазейка, – продолжал Рисмаг. – Магия запрещена в Ригороне. А Степь к нашему государству не относится, воля Ялагров за пределами ригоронской стены не имеет силы. Более того, сам Император такого решения не принимал. А его наследник и старший сын, Родион Ялагр, ещё не Император.

Девушки поджали губки при упоминании знакомого имени, а Тирэлл в сомнении хмыкнул.

– Родион Ялагр принял наследный титул?

– Сразу по возвращении, – без интереса отмахнулся Князь. – Скучнейшее мероприятие, я зря потратил время. Семейство Ялагров в сборе, все вернулись из Агарона в целости, жизнь вошла в привычную колею. Нет Ридалага Ялагра, но его давно нет. С этим успели смириться. Признаюсь, восхождение Родиона… С ним договориться сложнее, чем со старшим Принцем.

Норинэльт хмурил морщины у переносицы. Трудно спорить с Дэвони, когда не понаслышке знаешь характер наследника трона. Тирэлл большую часть жизни служил старшему из сыновей Россена Ялагра, но тот уже никогда не станет государем.

– Мы опоздали на каких-то три месяца, – согласился Норинэльт.

– На два месяца, если быть точным. Не много пропустили. Всё настолько очевидно, что нет никакой интриги. Иное дело в Агароне. Вот, где была заварушка и лихие повороты. Не скрою, в этот раз я почти усомнился в собственном везении, – кивнул он Биннет. – Попасть в Башню отверженных плохая примета.

Очередная встряска трона, в очередной раз один из представителей рода Дэвони оказался на стороне победителей. Чутьё этих князей вошло в легенду, они участники всех бунтов и переворотов, но всякий раз выходят из эпичного исторического поворота без единой царапины.

– Я сторонник более традиционной смены власти, – покачал головой Тирэлл. – И я рад за Его Императорское Высочество Родиона Ялагра. Он станет достойным Императором.

Вилли нетерпеливо вздохнула, а Биннет поддержала ее негромким «Пф».

– Похвально, Ваша Светлость. Я ожидал, что вы будете говорить о том с чуть меньшей приязнью. Надеюсь, вы уже в курсе, что ваши дела признаны убыточными, а в счёт покрытия долгов замок и земли отошли казне?

Норинэльт изменился в лице. Новость о том уже докатилась до всех великих княжеских домов, Рисмаг первым поспешил «поздравить» их с падением.

– Уверен, вы пришли нас поддержать.

Девочки с укором таращились на мужчин, обмен «любезностями» слишком затянулся. По меркам Ригорона они разорены и лишаются титула Великих князей. Без земель и замка они всего лишь бедные дворяне без средств к существованию.

– Не сомневайтесь. Кстати, Князь, я держу долги вашего Папеньки, – заметил Рисмаг и ещё раз плотоядно осмотрел девочек. – Но я и не вспомню о том ради наших прекрасных спутниц. Княжна Биннет, вы сегодня особенно обворожительны.

Девушка в жаркий день поежилась и едва сдержалась, чтобы не отдавить ему ногу, вытянутую близ ее туфелек. Она, действительно, очень милая девушка с прекрасными локонами пшеничных волос и большими светлыми глазами, но сейчас Фея зло прикусила губку и пронзила Рисмага испепеляющим взглядом.

– Вы потому столь радушны при встрече с нами? – холодно уточнил молодой человек.

– Как вы догадливы. Я даже не прихватил с собой долговые расписки вашего батюшки. У меня для них отдельная полка в личной библиотеке. Небольшая, но очень увлекательная подборка.

Тирэллы приготовились к худшему.

– Даже не знаю, с чего начать. Хотя нет, есть одна идея. Говорят, снять проклятие лучше прочих может автор. Не знаете Князь, нет ли среди ваших сестер мастера, который смог бы поработать с моим проклятием?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.