Мария Штерн
Чужие грехи

2005 год. Дина.

– Динка! Пойдем вечером в клуб, потанцуем! Сегодня новая программа, какая-то группа из Москвы приехала, – упрашивала Наташка подругу.

– Наташ, ты же знаешь, мне некогда, надо маме помогать… Я сегодня убираюсь в магазине, – Дина грустно улыбнулась, – давай послезавтра, у меня как раз выходной.

– Послезавтра? Какая же ты скучная! Сегодня единственный концерт, может, вырвешься? После работы, программа в одиннадцать вечера начинается, ты же знаешь.

– Нет, не могу. Мама болеет, я после работы сразу домой, не могу я ее одну оставить.

– Эта твоя работа… Попроси тетю Аню за мамой присмотреть, – канючила Наташа.

– Нет, тетя сегодня дежурит, у нее сутки, – устало вздохнула Дина, – так что, сегодня без меня.

– Дин, там Миша будет, помнишь, друг Сашки, он тебе, вроде бы понравился. Мишка спрашивал про тебя, – настаивала подруга.

– Да, понравился, но я у мамы одна, кто ее поддержит, кроме меня? – Дина вздохнула, – она одна меня воспитывала, а теперь моя очередь семью кормить и за мамой ухаживать, а Миша… Я не могу сейчас, правда, хоть и очень хочется с вами пойти, мама важнее!

– Что ж, как знаешь! Только, имей в виду, никто тебя не будет ждать. За ним все девчонки бегают, а Мишка хотел бы с тобой встречаться, смотри, пробросаешься! – Наташка с силой хлопнула дверью и выбежала из квартиры.

Сколько себя помнила Дина Сперанская, жили они всегда вдвоем с мамой, отца своего девушка никогда не знала. Мать никогда не рассказывала, кто он и где. Дина много раз просила рассказать об отце, но мама была непреклонна.

– Доченька, зачем он тебе? Мы не нужны ему, значит, и он нам – тоже, разве плохо вдвоем? –отвечала на все просьбы Мария Александровна.

Про папу Дина знала только, что зовут его Василий, по крайней мере, так было написано в ее свидетельстве о рождении. И больше ничего…

Жили Сперанские дружно, но девочке очень не хватало отца. А еще – мама всегда болела, работать приходилось много, на двух или трех работах. Мария Александровна была продавцом в магазине продуктов, уборщицей, да еще и дворником. Нужно дочку кормить и одевать, а дедушек и бабушек не было. Родители Марии умерли, когда Дине исполнилось четыре года. Отец разбился на машине, а мама сгорела, как свечка, за полгода, после гибели мужа.

У Дины была еще тетка, троюродная сестра матери, но у той – семья, двое сыновей-близнецов. Ни времени, ни средств еще и на семью сестры не оставалось.

Когда девочка подросла, она стала помогать матери убирать двор и мыть подъезды. Теперь Дине было уже семнадцать, она после школы бегала на работу в соседний продуктовый магазин убираться. Мама очень сильно болела и последние два месяца не вставала с постели. Девушке было очень трудно: десятый класс, а ведь нужно обязательно окончить школу хорошо, чтобы учиться дальше.

1986 –1992 годы. Маша.

– Машенька, куда ты собралась так поздно? – Светлана Сергеевна волновалась, с дочерью явно что-то происходило. Через месяц в школе выпускные экзамены, а девушка совсем перестала учиться. Маша и так звезд с неба не хватала, перебивалась с троек на немногочисленные четверки, но родители не заставляли дочь сидеть долго за учебниками. Единственный, к тому же поздний ребенок в семье, Маша родилась с пороком сердца, и с детства была очень слабенькой. Отец, Александр Анатольевич, ректор местного педагогического института, был уверен, что сможет пристроить дочь к себе. Семья жила в тихом небольшом уральском городке. Родители безумно любили свою единственную дочь, берегли ее, закрывали глаза на неудачи в учебе. Однако, аттестат получить все же нужно было, пусть и троечный.

Маша редко появлялась в школе, постоянно болела, подруг у девочки почти не было. Именно поэтому, мать так беспокоилась. Странно, что дочь последние несколько месяцев часто уходила из дома надолго, причем по вечерам, возвращалась уже ближе к полуночи.

– Мам, я к Лидке, она меня к экзаменам готовит, я же тебе говорила, – Маша отвела глаза.

– А зачем на ночь глядя-то? Днем не могли позаниматься? – мама вглядывалась в лицо дочери – что-то не так…

– Ты же знаешь, у Лиды танцы, у них чемпионат на носу, только в девять репетиция заканчивается, – ответила Мария.

– Что же, смотри, пусть Лидин отец тебя проводит до дома! Страшно по ночам одной ходить.

– Хорошо, мам, как обычно, они меня всегда провожают.

Это было время, когда не было еще мобильных телефонов, да и домашнего у Машиной подруги Лиды не имелось. Родители волновались за дочь. Как она поздно вечером доберется из другого района? Лида, единственная подруга девушки еще с детского сада, переехала в новый дом год назад, но школу решила не менять, вот и приходилось ездить с двумя пересадками на автобусах. Девушка была отличницей, лучшей ученицей класса, и всегда помогала Маше в учебе, к тому же она занималась бальными танцами, ездила на соревнования, даже в Москве побывала.

Маша вышла из дома, на душе было тяжело – опять пришлось врать. Ей это так не нравилось, но другого выхода не было…

Перед Новым Годом они с Лидой пошли в местный Дом Культуры на новогодний бал. Мария надела новое платье, которое отец привез из Москвы, когда ездил туда на конференцию. Девушка, несмотря на болезнь, была необыкновенно хороша собой – высокая хрупкая блондинка с ярко-голубыми глазами, она казалась сказочной феей, сошедшей с картины художника. Лида была высокой, с рыжей копной волос. подруги прекрасно оттеняли друг друга. Сначала был концерт, после концерта – танцы.

Лида прекрасно танцевала, а Маше были противопоказаны физические нагрузки, поэтому танцевать девушка не умела, в основном на дискотеках она стояла у стеночки. Даже на медленные ее редко приглашали, ведь все друг друга знали в маленьком городе, никто не хотел связываться с больной красавицей.

Так было и в этот вечер, Маша уже собиралась уйти домой, что пользы без толку ждать, все равно никто не пригласит. Как раз объявили медленный танец. Девушка попрощалась с подругой и медленно пошла через зал к выходу, как вдруг…

– Позвольте Вас пригласить на танец? – симпатичный высокий блондин, явно не из местных – Маша раньше никогда его не встречала – подошел к ней и галантно поклонился.

– Можно, – нерешительно ответила Мария. Еще никогда на нее так не смотрели, парень просто пожирал ее глазами.

– Василий, – представился незнакомец.

– Маша, – засмущалась девушка.

– Что же Вы, Машенька, убежать хотели? Вечер-то только начинается. Я Вас еще на концерте заметил, Вы – самая красивая девушка в этом богом забытом городке! – он прикоснулся губами к ее уху, Маша густо покраснела.

– Я, я… Я плохо танцую.

– Что Вы, танцуете Вы великолепно, не скромничайте.

– Но я действительно совсем не умею танцевать, – девушка совершенно не знала, как вести себя с этим молодым человеком, она вообще не общалась с парнями, те ее сторонились.

– Тогда, я Вас научу, вижу ученица Вы хорошая. Я, знаете ли, здесь никого не знаю, приехал в командировку из Москвы, на местный сталелитейный завод. Послезавтра лечу обратно.

– Когда же Вы меня учить будете, – у Маши отлегло от сердца. «Значит, уедет, ну и прекрасно, а то я уже почти влюбилась, а это ни к чему», – промелькнуло в голове у девушки. Она сразу поняла, что этот красивый элегантный незнакомец ей не пара. Одет с иголочки, причем вещи явно привезены из-за границы, или в валютном магазине куплены. У них никто так не одевался, разве что Пашка, сын директора того самого завода.

– А я через два месяца приеду налаживать новое оборудование, и задержусь уже надолго, может, на полгода даже, так что увидимся, красавица, – подмигнул Василий, – слушай, а давай сбежим отсюда, у меня в гостинице шампанское, фрукты.

– Вы же сказали, что вечер только начинается, – смутилась Маша, – да и Вы, наверно, шутите, какие фрукты зимой?

– Как какие? – апельсины, яблоки, я из Москвы привез неделю назад, еще кое-что осталось, – серьезно сказал Василий, гладя прямо в глаза девушке, и вообще, давай на «ты», мне же не сто лет!

– Хорошо, давай, – улыбнулась Маша и почувствовала, будто по всему телу прошел электрический разряд, будто парень заглянул ей прямо в душу, – только я не хочу фруктов, лучше еще потанцуем!

– Как скажешь, – Василий, если и был разочарован, не подал вида.

После танцев они медленно пошли по направлению к Машиному дому. Идти было недалеко, поэтому Маша повела Василия по самой длинной дороге. Впервые девушке не хотелось возвращаться домой. Душа ее пела.

«Я люблю его», – подумала Маша. Она вовсе не была легкомысленной, но иногда в жизни каждого человека случается любовь с первого взгляда, которая, как лавина в горах, обрушивается на незащищенное сердце. Девушку успокаивало то, что Вася еще приедет, и они смогут лучше узнать друг друга.

Василий рассказал, что окончил Институт Стали и Сплавов в Москве и уже семь лет, как работает.

– Так сколько же тебе лет? – удивилась Маша.

– Двадцать девять, просто я хорошо сохранился, – засмеялся парень, – мне больше двадцати шести никто не дает.

– Я вообще сначала думала, что тебе двадцать один, – Маше стало страшновато, такой взрослый мужчина… А мне еще шестнадцать, я в десятом классе учусь.

– Да? – казалось, Василий был неприятно удивлен, – я думал тебе уже восемнадцать есть, ты кажешься взрослее…

– Тебя это смущает? – сама от себя не ожидая, спросила Маша.

– Нет, нет, конечно же, – как-то слишком поспешно ответил мужчина, отводя взгляд.

– Вот и мой подъезд, – Маша остановилась.

– Ну, тогда я пошел, – Вася развернулся и уже собрался уходить, как вдруг девушка потянула его за руку.

– Ты что же? Вот так уйдешь, а как же наши уроки танцев, – Маша подошла к мужчине вплотную, поднялась на цыпочки и неловко клюнула его прямо в губы. Василий сначала растерянно смотрел перед собой, потом сгреб девушку в охапку и принялся неистово целовать ее. Он целовал ее губы, глаза, щеки, даже нос.

– Нет, я не могу уйти… Просто, ты же понимаешь, ты еще маленькая… – Василий не знал, что говорить. Эта сказочная хрупкая красавица будоражила его кровь своей непосредственностью. Мужчина остановился, – иди домой, иначе…

– Что иначе? – у Маши сжалось сердце от неведомого ранее томления.

– Нет, ничего, – осекся Василий, – я просто опоздаю, в гостиницу не пустят, – нашелся он.

– Да, конечно, иди, с наступающим тебя! – Маша загрустила. А вдруг он сейчас уйдет, и она его никогда не увидит.

– И тебя, милая моя, – нежно прошептал мужчина, – у тебя есть дома телефон?

– Да, есть, – девушка обрадовалась, – а у тебя?

– А у меня – нет, как-то не слишком уверенно ответил Василий, – да и зачем тебе звонить в Москву, это же дорого. Оставь мне свой номер, я позвоню, когда приеду.

– Да, конечно, – Маша достала из сумочки ручку и блокнот, написала цифры и отдала листок мужчине. Они попрощались, и девушка побежала домой.

Светлана Сергеевна сразу заметила, как горят у дочери глаза, но даже материнское сердце не подсказало, что Маша без памяти влюблена.

– Хорошо вечер провела? – спросила мать.

– Да, мама, это был лучший вечер в моей жизни, – не кривя душой, ответила Мария.

Два месяца прошли быстро, все это время Маша ждала своего любимого, и накануне Восьмого Марта, днем в квартире раздался звонок телефона.

– Здравствуй, Машенька, я приехал! – это был он.

– Привет, я очень рада! – Машино сердце неистово застучало. Она радовалась и боялась одновременно. Боялась того нового, неизведанного, что обязательно должно случиться. Девушка уже решила для себя, что с этим человеком она пойдет на все, ведь это ее единственная любовь, на всю жизнь.

Василий тоже с нетерпением, и с не меньшим страхом ждал встречи. Ему нравилась

эта милая неиспорченная провинциалка, да что там, он желал ее всем своим существом, но и боялся, ведь девушка еще такая юная.

– Когда увидимся?

– Когда хочешь, – голос Маши дрожал.

– Я хочу прямо сейчас! – ответил Василий. «Еще как хочу, всю тебя», – крутилось у него в голове. Но вслух он произнес:

– Давай, я подъеду к твоему дому!

– Нет! – вскрикнула Маша. Она боялась, что мать увидит ее взрослого кавалера, – давай лучше на площади у Дома Культуры. А ты разве не на работе?

– Нет, я только прилетел, на работу мне послезавтра. Завтра же праздник.

– Ах, да, действительно.

В начале марта на Урале еще зима. Маша оделась потеплее, рассчитывая погулять по городу, впрочем, платье надела нарядное – вдруг зайдут в кафе. В городе было единственное приличное кафе – в здании вокзала, туда-то она и рассчитывала сходить, все же праздник завтра.

Но праздник придется отмечать с родителями, нужно маму поздравить. Еще издалека девушка увидела, как любимый выходит из такси с огромным букетом цветов. «И где он только нашел такие»? – мелькнуло в голове. В их городе цветы были редкостью.

– Ну, здравствуй, – мужчина властно, по-хозяйски притянул девушку к себе и страстно поцеловал. У Маши от волнения и счастья закружилась голова.

– Здравствуй! – прошептала она.

– Я так соскучился! – мужчина протянул Марии букет, – это тебе, с наступающим праздником!

– Спасибо, но я не могу взять, что скажу родителям? – загрустила Маша.

– Тогда, я предлагаю поехать ко мне в гостиницу, в номере поставим в вазу, а ты будешь приходить ко мне в гости и любоваться. Я, кстати, привез цветы из Москвы, знаю, здесь не найти таких, – решительно начал Василий.

– Нет, может, погуляем… – Маша испугалась, что с самого начала придется остаться наедине

– Давай погуляем, – согласился Василий, не скрывая разочарования, – а потом – ко мне, все же добавил он.

– Посмотрим, – уклончиво ответила девушка. Она тоже очень хотела, но еще больше – боялась того, что может произойти.

Но в тот день они так и не добрались до гостиницы. Маша рассказывала о своей семье, о родителях, впрочем, умолчав о болезни. Девушка боялась, что это может отпугнуть любимого. А Василий ничего о себе не рассказывал. Только обмолвился, что отец у него дипломат и родители сейчас в Европе. Мужчина решил не торопиться, чтобы не испугать Машу.

В кафе они все же зашли, отстояв небольшую очередь. Девушка очень боялась встретить кого-то из знакомых, но, к счастью, в зале были в основном те, кто только приехал, или наоборот, ждал своего поезда.

Домой Маша вернулась поздно. Родители были взволнованы. Никогда еще дочь так не задерживалась.

– Дочка, ты где была так долго? – строго спросила мать.

– Мам, мы с девчонками из класса у Лиды были, у нее концерт праздничный, в Доме Культуры.. А потом к ней домой поехали, – соврала Маша. К счастью, проверить это никто не мог – у большинства одноклассниц телефона не было. Да и не стали бы родители спрашивать, ведь дочери они верили безоговорочно.

На следующий день был праздник. Светлана Сергеевна напекла пирогов. Семья провела этот день вместе. Маша была счастлива, хотя скучала по Василию. Она не могла дождаться, когда вновь увидит его. После праздника мужчина позвонил.

– Когда увидимся? – спросил он.

– Прямо сейчас! – обрадовалась Маша.

– Нет, малыш, прямо сейчас я не могу, я на заводе. Освобожусь только в шесть.

– Что ж, давай в шесть! – Маша была готова на все, хотя ей придется объяснять родителям, где она гуляет так поздно, – может, в кино сходим?

– Давай в кино, как раз на семь часов есть сеанс, я как раз успею переодеться и перекусить, – согласился Василий.

Маша подумала:

«Как хорошо, даже обманывать не придется, скажу, что была в кинотеатре».

О чем был фильм никто из них так и не понял. Весь сеанс Василий обнимал и целовал девушку. Фильм закончился в девять часов.

– Пойдем ко мне, – попросил мужчина, – я опять фрукты привез, специально для тебя, – он как-то со значением посмотрел в Машины глаза.

– Вася, поздно уже, родители будут переживать, – смутилась девушка.

– А мы ненадолго, в одиннадцать будешь дома, я тебе вызову такси, – пообещал Василий.

– Хорошо, но только на полчасика, не больше, – решилась Маша. Номер был по местным меркам просто шикарный. Новая мебель, душ, телефон, и даже телевизор. Девушка сняла шубку и осталась в юбке и свитере. Она стеснялась своей провинциальной одежды. Маша села в кресло, ей было немного не по себе.

– Шампанское, мадемуазель! – предложил Василий и открыл бутылку.

– Нет, я же не пью совсем, – смутилась девушка.

– А ты чуть-чуть, так, для настроения, – улыбнулся Вася и протянул бокал.

– Разве что, немного, – Маша пригубила шампанское.

– Э, нет, так не пойдет! За нас с тобой нужно пить до конца, – возразил Василий.

Маша нерешительно кивнула и все же выпила все, без остатка. Голова закружилась от вина. Вася встал перед Машей на колени и обнял девушку. Его руки начали решительно снимать с нее свитер и расстегивать юбку. Василий подхватил Машу на руки и отнес на кровать.

Она ничего не соображала, руки и ноги не слушались, но тело так сладко ныло и помимо Машиной воли отвечало на прикосновения и поцелуи возлюбленного. Опомнилась девушка, когда на ней не осталось кроме трусиков и лифчика. Руки мужчины мяли ее грудь, и в какой-то момент Маша вскрикнула от боли. Она резко вскочила. Она сразу же протрезвела и испугалась.

– Нет, нет, – в страхе повторяла девушка. Она схватила свои вещи и начала одеваться.

– Что ты, милая, прости, я напугал тебя, не бойся, я больше не сделаю больно, – Василий был явно раздосадован, – все будет хорошо, я так хочу тебя, любимая.

– Я не могу, не сегодня, прости, – Маша быстро оделась, схватила шубу и выбежала из номера.

Василий остался неподвижно сидеть на кровати. Она так надеялась, что мужчина побежит за ней, проводит… А он надеялся, что сегодня все произойдет и был сильно разочарован.

«Не надо было связываться с малолеткой», – думал он про себя, – «Мало ли баб на заводе, вот, Лизка из бухгалтерии так и липнет. Но до чего же эта малышка хороша! Ну и черт с ней. Я уже не в том возрасте, чтобы по кинотеатрам обжиматься»!

Домой Маша вернулась подавленная. Родителям сказала, что занималась алгеброй у Лиды. Но теперь мать уже не сомневалась, что дочка лжет.

«Наверно, у нее мальчик появился», – заметила припухшие губы дочери, но решила не допрашивать Машу, – «Расскажет сама, когда сочтет нужным». Родители девушки учились в одной школе, и Александр Анатольевич, тогда еще Саша влюбился в будущую жену в пятом классе. В седьмом девочка, наконец, ответила взаимностью. С тех пор они не расставались. Поженились через месяц после выпускного вечера.

Светлана Сергеевна была совершенно неопытна в любовных вопросах. Муж был первым и единственным ее мужчиной, нежным и внимательным. Он относился к Светлане с большим уважением, поэтому, впервые они стали близки только после свадьбы, и женщина полагала, что избранник ее дочери, скорее всего тоже шестнадцатилетний мальчишка.

«Совсем у меня дочка взрослая, невеста», – улыбнулась мать.

Следующая неделя была для Марии сплошным мучением. Она целыми днями гипнотизировала телефон, но Василий не звонил. Маша собиралась уже пойти к нему в гостиницу, так боялась она потерять любимого, но все изменил случай.

Мама попросила сходить за хлебом. Было уже семь часов вечера, в магазине напротив хлеб закончился, и пришлось проехать несколько остановок на автобусе. Выходя из автобуса, Маша заметила Василия и бросилась к нему, она кинулась к мужчине на грудь и расплакалась.

– Что же ты не звонишь?

– Извини, Маш, я… – смутился мужчина. Из магазина вышла и направлялась к ним высокая полная блондинка лет тридцати пяти, как показалось девушке.

– Вася, ну сколько можно ждать, поехали, я уже все купила! А это еще что за соплячка на тебе повисла, – она попыталась оттолкнуть Машу, но та вцепилась в Василия, как клещ. Тогда женщина с силой оторвала девушку от мужчины и толкнула. Маша упала на тротуар и стала судорожно хватать воздух ртом Ей было плохо, начинался приступ, как бывало часто, когда девушка волновалась.

– Да иди ты, – Василий раздраженно вырвал руку, которую держала его спутница и бросился поднимать Машу, – пошла вон, шалава!

– Ну и не надо, давай, цацкайся со своей малолеткой! Куличики будешь с ней делать в песочнице, – зло усмехнулась та и пошла прочь.

– Машенька, девочка, с тобой все в порядке? – мужчина казался обеспокоенным, – не обращай внимания, это Лизка из бухгалтерии, она давно ко мне клеится, но на ней пробы ставить негде, она со всем заводом… – он осекся.

– Со мной нормально, – сказала серьезно Маша, и мне совершенно безразлично, кто и чем занимается, в том числе ты. Девушка поднялась, ей стало легче, она собралась уходить. Стало вдруг все ясно и от этого так горько. Ясно, что эта Лиза уже и с ним, с Василием, с ее любимым –тоже… Маша заплакала.

– Родная, я только тебя люблю, – Василий прижал девушку к себе, – я не отпущу тебя, прости меня, я не буду тебя торопить, хочешь, будем просто гулять? – он, и правда, верил в свои слова.

– Да, хочу, – улыбнулась сквозь слезы Маша. Она уже простила изменника.

– Вот и все, маленькая, пойдем, я провожу тебя, а завтра позвоню.

– Мне еще хлеб купить надо, – девушка направилась к магазину. Они вместе купили хлеб, потом Василий проводил Машу до дома. У подъезда он нежно и бережно ее поцеловал. Душа девушки пела.

«Все-таки, счастье есть! И не все мужчины – подлецы, просто он уже взрослый, его можно понять!» – оправдывала Маша любимого.

Все время до конца апреля они встречались каждый день, часто даже в номере у Василия. Мужчина целовал девушку, обнимал, его руки нежно ласкали тело Маши, но дальше он не шел.

– Все случится, когда ты сама захочешь, – говорил он. Маша была готова, но очень боялась, поэтому пока не признавалась Васе, что сама ждет близости.

Третьего мая Маше исполнялось семнадцать. В этот день она праздновала с родителями. А завтра – она собиралась встретиться с Васей. Для себя девушка решила, что именно завтра она подарит ему себя.

– Машенька! Поздравляем тебя с Днем Рождения! Желаем огромных успехов в учебе, ведь в этом году ты оканчиваешь школу, и мы очень надеемся, что у тебя все будет хорошо, – поздравили девушку родители, когда вся семья собралась за столом.

– Спасибо, мам, пап, я думаю, все так и будет, – улыбнулась Маша, про себя мечтая о завтрашнем дне, – завтра меня Лида пригласила отметить еще раз мой День Рождения у нее на даче. Можно?

– Конечно, ведь завтра выходной день, почему бы и нет, – ответила мать, – только не возвращайтесь слишком поздно! Если долго засидитесь, лучше уж останьтесь на даче.

– Я думаю, что постараюсь приехать не поздно, но если все же задержимся, то конечно… – задумалась Маша.

Четвертого мая была суббота. Василий встретился с Марией около гостиницы.

– С Днем Рождения, любимая! – мужчина ждал Машу с огромным букетом цветов, – куда пойдем? Может быть, поедем на турбазу? Мне на заводе дали две путевки… Ты родителей предупредила, что можешь не прийти ночевать?

– Я…Предупредила, но… Не знаю? – засомневалась девушка, – там же будут люди, что о нас подумают?

– Не волнуйся, это очень тихое место, никого наших не будет. Тем более, что у нас два одноместных номера, – заверил Василий.

– Хорошо, раз так, я согласна, – решилась Маша.

Турбаза, и впрямь, была в совершеннейшей глуши, никого из знакомых там не оказалось, народу вообще было очень мало – в начале мая все старались чаще бывать на своих дачах, начинался сезон.

Разместились влюбленные в двух соседних номерах. Маша раскладывала вещи на полках шкафчика, когда в дверь постучал Василий. Девушка открыла дверь. Мужчина с порога начал ее страстно целовать.

– Вась, подожди! Может, пока не надо? Я боюсь, – призналась Маша.

– Не бойся, родная, я уже не могу больше ждать! – Вася был очень настойчив. И Мария поняла, что она и сама не в силах сопротивляться нахлынувшей страсти. Любимый был очень осторожен и внимателен, так что девушка не почувствовала боли, все случилось именно так, как она и мечтала.

– Ну вот, а ты боялась! – они лежали совершенно обнаженные на узенькой кровати в номере Маши. Василий обнимал девушку и целовал ее волосы и тело.

– Все хорошо, – улыбнулась Мария, – только… Мы ведь теперь всегда будем вместе?

– Конечно! – заверил ее мужчина, – я еще пробуду в вашем городе до середины лета.

– А потом? – испугалась Маша, – что потом? Ты уедешь?

– Я должен буду уехать в Москву, но в ноябре вернусь, я буду часто приезжать и надолго, здесь еще много работы, – ответил Василий.

– То есть ты приезжаешь сюда только из-за работы? – обиделась девушка.

– Что ты, нет, конечно, не только, но, ты же понимаешь, что я зависим от начальства, не могу сам распоряжаться своим временем. Работа есть работа! Маш, ну что ты начинаешь! – Вася был раздражен.

– Значит, получил, что хотел, а теперь можно со мной не церемониться? – на глаза девушки навернулись слезы.

– Нет, конечно, нет! Любимая моя, не плачь! Прости меня, просто я не так выразился! – Василий стал целовать лицо Маши, – я никогда тебя не оставлю!

– Точно? Мы всегда будем вместе? Всю жизнь? – спросила она с надеждой.

– Всю жизнь! – пообещал мужчина.

Два дня пролетели незаметно. Почти все время влюбленные не выходили из номера. Василий был опытным любовником. Маша чувствовала себя такой счастливой, она даже жалела, что так долго сопротивлялась.

«Вот он – мой единственный мужчина, на всю жизнь! Какая же я везучая! Ну и что, что Вася намного старше, наоборот, будет обо мне заботиться, мы уедем в Москву»! – мечтала девушка.

– Вась, а ты в Москве с родителями живешь?

– Нет, у меня своя квартира!

– Здорово! Я тоже хотела бы жить самостоятельно! Пригласишь меня в гости на каникулах?

– Маш, тебе же поступать надо! – как-то испуганно сказал Василий, – сначала будешь готовиться, потом – поступать. А там – глядишь, учеба начнется. Может, на зимние? Хотя, зимой, я скорее всего опять здесь буду. Давай пока не загадывать.

– Ладно! У нас еще вся жизнь впереди! – мечтательно прикрыла глаза Маша.

После турбазы девушка вернулась домой поздно вечером в воскресенье. Она старалась не смотреть в глаза матери, слишком заметно было, что Маша вся так и сверкала от счастья. Мама ничего и не заметила. Светлана Сергеевна и предположить не могла, что ее тихая домашняя девочка станет обманывать родителей.

– Хорошо время провели? – спросила она.

– Отлично, мам! Помогали Лидкиной бабушке грядки копать! – лихо соврала Маша.

– Странно, я Татьяну Петровну, вроде вчера на рынке видела, или обозналась? – подняла брови мать.

– Не знаю, мам, наверно, перепутала с кем-то!

– Да, старею, – вздохнула мама, – зрение подводит.

После поездки за город, влюбленные встречались каждый день, уже не ходили гулять, в кино, в кафе, а все вечера проводили в номере у Василия. Маше нравилось, что она стала взрослой. Ее любовь к этому человеку была всеобъемлющей, но девушку это не пугало, Мария была уверена, что это будет продолжаться вечно. Мама думала, что дочь готовится к экзаменам и старалась не мешать.

Прозвенел последний звонок.

«Скоро экзамены, потом – институт! Это хорошо, но жаль, что Вася в июле уедет, до самого ноября. Как я без него»? – думала Маша, – «Почему он никогда не говорит о свадьбе»? Голова девушки была занята только отношениями с Василием.

Начались экзамены. Мария сдала их на тройки, что, впрочем, совсем никого не удивило, это был очевидный для всех результат.

– Ничего, Машунь! Главное – все сдала, не переживай! – сказала мама, – в институт все равно поступишь, папа пристроит!

– Да я и не волнуюсь! Мам, а может, ну его, институт этот? Пойду работать? Не хочу, чтоб у меня за спиной шушукались, что ректор дочку двоечницу в институт взял! Да и неинтересно мне в педагогический. Чему я детей научу, если сама – неуч?

– Нет, Мария! В наше время без высшего образования – никуда! Мы с отцом не вечны. Ты должна уметь себя обеспечивать. Так что это – вопрос решенный, и пусть говорят, что хотят! – мама была непреклонна.

На выпускном вечере Маша была очень красива. Папа ездил на международную конференцию в Европу и привез дочери шикарное платье. Белое, с кружевами, с широкой пышно юбкой, в нем девушка была похожа на невесту. Ни у одной девочки в классе не было ничего похожего: кто-то шил платье сам, кто-то заказал в ателье. И только у Маши был настоящий фирменный наряд.

Мальчишки-одноклассники наперебой приглашали танцевать только ее, девочки завистливо косились. А сама Маша не могла дождаться, когда все пойдут гулять, чтобы незаметно ускользнуть и встретиться с любимым. Она обещала позвонить Василию в номер гостиницы. Наконец, случай представился. Одноклассники пошли гулять на реку.

– Маш, ну пойдем с нами, – уговаривала Лида.

– Нет, Лид, я устала, ты же знаешь, с моим сердцем, – схитрила подруга.

– Тогда, конечно, отдыхай! – все знали, что у Маши проблемы со здоровьем.

Маша позвонила любимому, и Василий назначил ей встречу неподалеку от гостиницы.

– Господи! Маруська, это ты? Тебя не узнать, прямо невеста! – восхитился мужчина.

– Да! Твоя невеста! – зарделась Маша, – возьмешь меня замуж?

– Я?… – в глазах у Васи появился испуг, – я пока не готов, так сразу, давай потом об этом поговорим.

– Не готов! Да тебе давно уже пора жениться! – вдруг зло прокричала девушка, – или ты меня не любишь?

– Что ты, милая, люблю больше жизни! – поспешно проговорил мужчина, – просто раньше мы не обсуждали этот вопрос, я хотел сказать, что это… Так неожиданно! – нашелся он.

Маша заплакала, она так надеялась, что Вася, увидев ее в этом платье, сделает предложение, весь вечер был испорчен. Девушке захотелось убежать домой, она уже повернулась, чтобы уйти, но любовник схватил ее за плечи, развернул к себе и стал яростно целовать. И Маша не смогла…

– В гостиницу тебя уже не пустят, ночь на дворе, – зашептал Василий, – но я тебя не отпущу, мне приятель ключ дал. У него здесь в соседнем доме комната от бабки осталась, пойдем!

– Нет, – испугалась Мария, – а соседи? Вдруг увидят меня, мало ли, знакомые какие-то, знаешь же, что город у нас маленький.

– Не бойся, уже ночь, мы потихоньку, а утром уйдем пораньше, часов в шесть, пока все спят.

– Хорошо, – не смогла отказаться Маша.

Дом был старым, комната – маленькой и захламленной. Вася буквально втолкнул девушку внутрь и начал срывать с нее платье.

– Вася! Ты мне платье порвал! – Маше было жаль дорогой наряд.

– Ничего, зашьешь потом, – хрипло шептал любовник. В этот раз он любил ее как-то слишком грубо и неистово, как будто злился на что-то.

– Вась, мне больно! – девушка резко вскрикнула.

– Ты же взрослая, невеста, вот у нас все сегодня по-взрослому, – жестко ответил Василий, – я никогда еще так тебя не хотел, как сейчас, терпи!

– Вася, ты что? – глаза у Маши округлились, – ты еще никогда так не делал, зачем?

– А еще замуж захотела, – Василий шлепнул девушку, – тебе же нравится! Я знаю!

– Нравится, – прошептала ошеломленная грубостью и болью девушка. Она не хотела ссориться с любимым.

Пытка, казалось, продолжала бесконечно долго, Маше было очень обидно, и она вздохнула с облегчением, когда обессиленный любовник перестал терзать ее тело.

– О! Маруська, уже пять утра. Давай, одевайся по-быстрому и домой, я провожу, пока все соседи спят, – заторопился Вася, – ты сегодня была великолепна! А тебе понравилось?

– Очень, – Маша решила не говорить, что сегодня она чувствует себя униженной, – но, как я пойду? У меня платье порвано.

– Сейчас темно, никто не заметит, а вот – возьми, заколи, я тут булавку нашел, сейчас помогу, – Василий помог девушке заколоть платье. Стало почти не заметно.

Пара тихонько выскользнула из квартиры, соседи спали… Мужчина проводил Машу почти до дома, но, все же, вдали от подъезда, чтобы не увидели родители.

– Малыш, я послезавтра уезжаю, до осени, – сказал он огорченно, целуя подругу на прощанье, – завтра буду собираться, поэтому увидеться не сможем.

– Ты же говорил, пробудешь до середины лета, – расстроилась девушка.

–Так и есть, у меня отпуск с пятнадцатого июля, думал прямо отсюда – на юга поехать, но нужно еще отчет по командировке написать, поэтому, я сначала в Москву еду.

– Жаль, любимый! Но ведь ты будешь иногда звонить? – вопросительно посмотрела Маша.

– Нет, не смогу! У меня будет много работы, а потом – я еду на море до конца лета.

– Вась, а … Почему мы не можем поехать вместе на море?

– Опять ты за свое? А институт? Мне не нужна неграмотная невеста, – пошутил Василий.

– У меня же будет свободная неделька, может, я к тебе приеду?

– Маш, ты как маленькая! Я и сам толком еще не знаю, куда поеду, как мы встретимся=то? – мужчина начал раздражаться.

– Ты мне позвонишь! – Маша опять начала всхлипывать.

– Хватит сырость разводить! Ладно, не хотел говорить, но я с родителями еду отдыхать, поэтому так сразу не могу им тебя предъявить, без подготовки, понимаешь? – примирительно погладил девушку по голове Вася, – в другой раз, хорошо? Только не плачь!

Они еще немного постояли в обнимку под деревьями, и Маша побежала домой.

– Дочка! Что с тобой? – мама заметила подколотое булавкой платье.

– За кусты зацепила, когда у реки гуляли, девочки дали булавку, – смутилась девушка.

– Ладно, давай, спать ложись, – от матери не укрылось, что дочь расстроена. «Первая любовь, романтика, поцелуи, и… слезы, как без этого»? – подумала женщина.

Василий уехал, Маша готовилась поступать в институт. Как-то вечером она шла в магазин за хлебом.

– Эй, подруга! – окликнула ее какая-то женщина. Девушка оглянулась – это была та самая Лиза из бухгалтерии, с которой она как-то встретила Василия, – ну что? Уехал твой-то?

– Я не хочу с Вами разговаривать, что Вам нужно? – Маша попыталась проскользнуть мимо, но Лиза схватила ее за руку.

– Отпустите меня! – девушка попыталась вырваться, но не смогла.

– Нет, выслушай меня! А ты знаешь, что у него в Москве жена и сын? Ага, вижу – не знаешь! Просто хочу, чтоб ты знала. Отдай его мне, мне много не надо, а тебе пора жизнь устраивать, найдешь молодого, замуж выйдешь. А у меня дочь – инвалид, кому я нужна, а для тела Васька больно хорош!

– Вы лжете! Специально, чтобы нас поссорить! Завидуете, я не верю Вам! – Маша вырывалась изо всех сил, – чем докажете?

– Да приходи в отдел кадров на завод, там подруга моя, Ленка, работает, почитай документы, все чистая правда, – Лиза отпустила руку девушки, – хочешь – не верь, но сама подумай, зачем тебе жизнь портить.

– Он любит только меня! Нет никакой жены! – упрямо, но уже не так решительно повторяла Маша.

– Как знаешь, я тебя предупредила, смотри, как бы потом не пожалела. Он у нас с половиной завода спал, просто наши уже теперь в курсе, про его семью… Поэтому, никому Васек не нужен, только нам с тобой, подруга по несчастью, – Лиза молча повернулась и пошла прочь.

Маша стояла, как вкопанная, в глубине души она чувствовала, что женщина сказала правду, но не хотела в это верить. Ее любимый Вася – женат? Разве такое может быть?! Девушка со всех ног помчалась домой, но не добежала до подъезда несколько метров и, как подкошенная рухнула на асфальт и потеряла сознание.

– Доченька, что с тобой? – мама выскочила на улицу в одном халатике, – отец, скорую вызывай, Маше плохо! Девушку увезли в больницу. Родители дежурили в коридоре, когда, наконец, вышел врач.

– Доктор, что с нашей дочерью? У нее порок сердца, наверно, переутомилась, в школе экзамены были, теперь в институт готовится, – мама умоляюще смотрела на врача.

– Сердце тут ни при чем, хотя, конечно, ей нужно регулярно наблюдаться, особенно, сейчас, – помедлил тот.

– В каком смысле – сейчас? У нее что, какие-то осложнения?

– Нет, но Ваша дочь ждет ребенка, и рожать ей очень опасно. Впрочем, надеюсь, Вы это понимаете?

– Как, ребенка? – мама с папой были в шоке.

– Я думаю, дочь Вам все расскажет, но позже. Пока ничего не говорите ей, девочка еще очень слаба.

Через несколько дней мама забрала Машу из больницы, она не знала, как говорить с дочерью о беременности. Но говорить ничего и не пришлось. Дома девушка сама все поняла. Каждый день ее страшно тошнило. Маша практически не могла есть и спать, она похудела, осунулась. И тогда она пошла в женскую консультацию.

Врачи подтвердили ее догадку. Девушка хотела рожать, не смотря ни на что, она любила Василия и хотела этого ребенка.

«Ну и пусть, это будет только мой ребенок»! – думала Маша, хотя доктора предупреждали, что с ее сердцем рожать опасно. Девушка решила рассказать обо всем родителям, хотя и очень боялась.

– Мама, я хочу тебе сказать… – дочь не знала, с чего начинать.

– Я все знаю, девочка моя, – мама посмотрела на Машу, – кто отец? Он сделал тебе предложение? Рано, конечно, но раз ребеночек будет, женитесь!

– Мам, это только мой ребенок! – решительно ответила девушка, – отца у него не будет.

– Но почему? – недоумевала мать, – Вы поссорились? Он что, не хочет детей? Жениться не хочет?

– Он ничего не знает. И не узнает! Дело в том, что он – женат.

– Маша! Как ты могла!? Связаться с женатым мужчиной! Кто он?

– Мам, он из Москвы, командировочный. Я не знала ничего до того дня, как в больницу попала. А он уехал. Приедет осенью снова, но я ему ничего не скажу, у него уже есть ребенок.

– Да, Машка! Наделала ты дел! Что мы отцу скажем? – Светлана Сергеевна бессильно опустилась на диван.

В институт девушка поступать отказалась. Ей все время было очень плохо. Родители переживали, но поддерживали дочь как могли. Беременность протекала тяжело. Маша часто лежала в больнице. Об учебе и работе пришлось забыть. Лето закончилось, почти прошла осень, когда в один из морозных дней в конце ноября в квартире Сперанских раздался телефонный звонок.

– Алло! – Маша с трудом добралась до аппарата, она почти все время лежала, хотя срок был еще небольшой.

– Машенька! Родная моя, я приехал!

– Кто это? – голос девушки звучал глухо.

– Маш, ты что? Это я – Вася! – мужчина был удивлен.

– Какой еще Вася? – казалось, Мария, действительно не понимала, кто это.

– Ты что, – шутишь, что ли? Твой Вася! Василий Андреевич Семенов!

– Не знаю никаких Семеновых, и не звоните сюда больше! – Маша бросила трубку. Телефон звонил и звонил… Когда домой пришла Светлана Сергеевна, она застала дочь, сидящей на табуретке возле телефона. Девушка смотрела куда-то в пространство, и казалось, ничего и никого не замечала.

– Машенька, тебе плохо? – встревожилась мать.

– Нет, мам, все в порядке, теперь уже – в порядке, – ответила дочь.

– Он звонил? – спросила Светлана Сергеевна.

– Кто? У меня никого нет, и давай не будем вспоминать о том подонке, хорошо?

Еще много раз Василий звонил Маше, но натыкался всегда лишь на ее недоумение и холодное равнодушие. Как-то раз он подкараулил у подъезда девушку, возвращавшуюся из поликлиники.

– Марусь, что происходит? – Василий попытался обнять Машу.

– Уже ничего не происходит. Я знаю, Вась, что у тебя есть семья. Для меня такие отношения неприемлемы, так что, оставь меня в покое! – вырвалась девушка и пошла к двери.

– Маша! Меня с женой ничего не связывает, кроме сына, просто я не могу ее бросить сейчас, понимаешь! Через пару лет, возможно, чуть позже, я разведусь, клянусь тебе!

– Нет, Василий… Андреевич! Мне не нужен чужой муж! А самое главное – ты обманул меня! Если бы ты хотя бы сам мне правду сказал, а то от людей узнала, стыд какой!

– Машенька! – Вася встал на колени и обнял Машины ноги, – не бросай меня!

– Вась, не унижайся! Я не буду с тобой никогда, это – мое последнее слово! – Маша с трудом вырвалась, – и не приходи больше, никогда!

Василий еще долго стоял около Машиного дома и смотрел на дверь подъезда, надеясь, что еще увидит любимую, но она ушла навсегда. Он еще пару раз пытался встретиться с ней, ждал у дверей квартиры, пока, как-то раз, возвращаясь с работы, Александр Анатольевич не вышвырнул незадачливого жениха из подъезда. После Нового Года командировка закончилась, и Василий уехал в Москву. Мужчина больше уже никогда не возвращался.

В начале апреля 1988 года Мария родила здоровую красивую, как две капли воды похожую на нее дочку, которую назвала Диной. Роды были тяжелые, но прошли без осложнений, несмотря на больное сердце женщины. Так появилась на свет Дина Васильевна Сперанская. От родного папы ей досталось только отчество.

Маша сидела с дочкой и не работала, ей помогали родители. Динка росла очень веселой, живой девочкой. Она рано пошла, года еще не было, рано заговорила. В детский сад мама решила дочку не отдавать, раз есть возможность самой заниматься с ребенком. Тем более, что бабушка с дедушкой неплохо зарабатывали и души не чаяли в своей внучке.

Но вскоре началось тяжелое время. В магазинах прилавки стояли пустыми, невозможно было купить ни продуктов, ни приличной одежды, цены росли, как на дрожжах. И уже даже зарплаты ректора стало не хватать семье. Когда Дине исполнилось три года, Маша отдала дочку в детский садик и вышла на работу продавцом в магазин продуктов. Жизнь стала трудной, но у Маши была любящая семья, а это – самое главное. И они пережили многое вместе со своей страной, только, когда внучке исполнилось четыре, сначала дедушка попал в аварию, по дороге на дачу, а потом умерла бабушка. Тогда стало совсем плохо, почти невыносимо. Маше не хватало образования, чтобы найти приличную работу и здоровья, работать тяжело физически. Все это Дина помнила очень хорошо. Бедность, работа, недоедание. Но выхода не было, и девочка к такой жизни привыкла.

2005 – 2006 год. Дина.

В тот день она так и не пошла с друзьями в клуб. После работы Дина поспешила домой.

– Привет, мамуль! Я уже дома, – крикнула она с порога.

– Диночка, детка, тяжело тебе со мной, совсем нет времени ни на учебу, ни с друзьями погулять, – грустно ответила мать.

– Мам, ну что ты такое говоришь, – дочь возмущалась совершенно искренне, – для меня главное – чтобы ты была здорова, а друзья меня поймут, на то они и друзья! Как ты сегодня?

– Я – как всегда, ты же знаешь, но я все же надеюсь, что станет лучше, ты так мне помогаешь. Дина, на следующий год ты должна поступить в институт. Сейчас время такое – без образования не обойтись. Ты же не хочешь повторить мою судьбу.

– Конечно, я буду поступать на экономическое отделение. Не волнуйся, мы еще с тобой в Париж поедем!

– Дочка! У нас нет денег, чтобы платить за обучение, поэтому ты должна поступить на бюджетное отделение. А из-за меня тебе совсем некогда заниматься, – Мария Александровна заплакала.

Сложно было узнать в этой изможденной, худой, рано поседевшей женщине ту самую Машу Сперанскую, какой она была восемнадцать лет назад. Дина любила рассматривать семейные фотографии, на них были улыбающиеся лица давно ушедших бабушки и дедушки, которых девушка потеряла еще ребенком, но, несмотря на это, прекрасно помнила. И мама, молодая, красивая и веселая. Только, когда уже родилась дочь, глаза у Марии Александровны всегда оставались грустными, даже, если женщина улыбалась.

Врачи говорили, что если обеспечить матери хороший уход, она может прожить еще очень долго, но для этого необходимы средства, которых у семьи не было. Дина твердо решила, во что бы то ни стало поставить маму на ноги, но, при этом, девушка понимала, что и про учебу ей забывать нельзя. Иначе – не будет института.

Бывшие сослуживцы деда советовали Дине поступать к ним, в педагогический, но она категорически отказалась.

«Только на экономический, пусть туда попасть сложнее, но зато потом… Перспектив намного больше. Найду хорошую работу, заживем с мамулей»! – часто мечтала девушка. Учеба, работа, уход за мамой, редкие встречи с друзьями – в результате на сон времени почти не оставалось.

Дина привыкла ложиться спать часа в два ночи, а вставать приходилось в пять утра, чтобы успеть вымыть подъезд и подмести двор. А вечером она мыла полы в магазине продуктов. При этом, Дина никогда не унывала, ведь стоит только чуть-чуть расслабиться, как начнешь себя жалеть, а этого девушка себе позволить не могла, просто времени не было.

А еще Дина очень переживала, что у нее нет папы. Конечно, многих одноклассников воспитывали только матери, но почти все они знали отцов, некоторые даже проводили с ними выходные. У кого-то отец умер, у кого-то сидел, но они – были, а у нее, у Дины – прочерк вместо отца в метрике.

«Когда-нибудь, я найду его, обязательно найду! И пусть папа увидит, какая у него умная, успешная дочь»! – так думала Дина, пока была еще маленькая.

А сейчас, видя, как болеет мать, надорвавшаяся от непосильного труда, поднимая в одиночку ребенка, девушка хотела отомстить мужчине, который принес столько горя ее семье. Только имелась одна загвоздка – мама категорически не хотела говорить, кто же этот человек, где он, и почему никогда не интересовался, как они живут.

В школе Дина была лучшей по всем предметам, ей прочили золотую медаль. Все только удивлялись, как эта хрупкая девочка успевает все, поражались ее острому уму и несгибаемой воле. Хотя и казусы случались. Однажды девушка попросту уснула, прямо на уроке. Впрочем, ругать ее за это никто не стал.

Дина окончила десятый класс, перешла в одиннадцатый. Все подруги уехали – кто на дачу, кто на море с родителями, некоторые побывали даже за границей. Она одна все лето работала, и работы стало еще больше, ведь не надо ходить в школу и учить уроки. Днем Дина устроилась еще и на почту, разносить газеты, какие-никакие, а все деньги. Так и крутилась, как белка в колесе. Дача была давно продана.

– Дин, привет! Как ты? Никуда не уехала, почему? Или в августе уедешь? – окликнул ее какой-то парень. Это был тот самый Миша.

– Привет, Мишка! Я никуда не езжу летом, мама болеет, надо работать. А ты что здесь? – Дина смущенно улыбнулась. Молодой человек ей нравился.

– Да я вчера приехал с дачи, а через неделю с родителями едем сначала в Москву, а оттуда – на море. А ты что делаешь вечером? – с надеждой спросил Миша.

– Я работаю весь день, то в одном месте, то в другом, до одиннадцати.

– А давай, я тебя после работы встречу, прогуляемся немного.

– Нет, Миш, мне надо к маме, она очень больна.

– Тогда, я хотя бы до дома тебя провожу, соглашайся! Где тебя встретить вечером?

– Да вот же, – Дина махнула рукой, – в этом магазине я работаю.

– А что за работа у тебя? – поинтересовался парень.

– Я мою полы, уборщицей работаю, – девушка покраснела.

– У-бор-щи-цей? – удивленно протянул Миша, – что, совсем денег не хватает?

– Да! Кроме меня, некому семью обеспечивать! А если тебя это смущает, то до свиданья! – ощетинилась Дина.

– Да нет, я совсем не это имел в виду. Прости, а что отец-то, пьет, что ли?

–У меня нет отца. Он… Погиб, – соврала зачем-то Динка, – давай не будем об этом, если хочешь со мной общаться.

– Хорошо, извини, так я зайду вечером? – спросил Миша.

– Ладно, жди меня у входа ровно в одиннадцать.

После тяжелого дня Дине очень хотелось спать, она совершенно забыла, что договорилась о встрече. Кавалер ждал ее около магазина.

– Привет! Пойдем? Это – тебе, – Миша протянул букет крупных ромашек.

– Спасибо! – Дина очень обрадовалась. В ее суматошной жизни ей редко дарили подарки. В школе мальчики за ней не ухаживали, знали, что времени у девушки мало и встречались с ее подругами. А у Дины, вообще, практически не было друзей. Наташка, разве что. Да и та, в последнее время, редко приглашала куда-то, все равно Дина всегда занята. Миша учился в другой школе и ничего этого не знал. Ему очень понравилась эта, очень красивая, девушка. Именно своей недоступностью и серьезностью.

– Дин, можно, я тебя каждый день буду провожать домой? Ведь очень поздно, страшно, наверно, одной ходить?

– Нет, я уже привыкла, но, конечно, можно, даже очень приятно, – улыбнулась Дина.

– Тогда, я еще целую неделю буду приходить, хорошо? – обрадовался Миша. Он чмокнул девушку в щеку, когда они подошли к подъезду.

– Приходи, мне будет приятно, – немного растерянно, сказала Дина. Дома она заглянула в мамину комнату, мать еще не спала.

– Мам, как ты сегодня?

– Получше, дочка. Что-то ты сегодня, вроде, позже пришла? Или мне показалось… А это что за цветы?

– Это – ромашки, сама же видишь! – ответила неопределенно Дина.

– Вижу, что ромашки! Откуда? – Мария Александровна очень боялась, что дочь может повторить ее судьбу. Кому нужна девчонка из бедной семьи, у которой нет отца, одна только мать- инвалид.

– Это мне подарил друг! – девушка решила сказать правду.

– Смотри, Диночка! Будь осторожна, мужчины, они такие… Сегодня – друг, а завтра – забудет, как тебя зовут! – мама всерьез заволновалась.

– Мам! Ну, о чем ты говоришь? Миша, действительно, только друг, не более того, – девушка вообще не понимала, почему Мария Александровна так испугалась.

– Дина, тебе нужно учиться, чтобы потом зарабатывать хорошие деньги.

– А я и не отказываюсь! Одно другому не мешает. И не волнуйся – у меня есть голова на плечах! – Дина разозлилась, – я и так света белого не вижу, а ты хочешь, чтобы я еще и с друзьями не встречалась?

– Доченька! Это все из-за меня, прости, девочка моя, – заплакала мать, – такая обуза для тебя.

– Мама, перестань! Ты не обуза, а самый родной мне человек, и я рада, что могу о тебе заботиться! Прекрати говорить всякую чушь! Не плачь, мамуль! – Дина обняла мать и прижалась к ней.

– Хорошо, не буду. Ты иди, ложись спать, а то завтра, как всегда, вставать рано.

– Спокойной ночи! Мам, если что, ты меня зови ночью, ладно?

– Спокойной ночи, моя хорошая!

Целую неделю, каждый вечер, Миша встречал Дину после работы и провожал домой. Они очень подружились. Дорога до дома была короткой, но молодые люди старались идти медленнее, чтобы успеть поговорить. Девушка рассказала, что после школы хочет учиться на экономиста, или на бухгалтера, а Миша собирался поступать в Москве в университет, на исторический факультет.

– Поехали вместе в Москву поступать, а Дин?

– Я не могу, ты же знаешь, у меня мама болеет. Здесь тоже можно учиться.

– Как же я без тебя буду? – Миша казался огорченным.

– Миш, у нас еще целый год впереди! – говорила Дина, хотя и понимала, что время пролетит мгновенно.

– Все равно, обещай, что подумаешь, договорились?

– Обещаю, – примирительно согласилась девушка, – ты завтра уезжаешь?

– Да, уже завтра, но я тебе звонить буду, каждый день! – пообещал Миша.

– Каждый день не обязательно, а так – звони, буду очень рада, – когда приедешь?

– Перед самой школой, числа двадцать пятого августа, – парень загрустил, – ты меня не забывай!

– Что ты, Миш, ты – мой самый лучший друг! Как я тебя забуду? – удивилась Дина.

– Только друг? – Миша подошел ближе и заглянул девушке в глаза, – или?..

– Нет, не только, – Дина растерялась, – ты мне очень нравишься.

– Ты мне тоже, – Миша обнял ее и как-то неловко и быстро поцеловал, – давай пообещаем, что всегда будем вместе?

– Давай! – согласилась Дина. В тот момент она и сама поверила в свои слова.

Миша уехал. Девушка очень скучала по своему другу, хотя времени скучать совсем не оставалось. Работа, домашние дела, все это отнимало силы, но не давало опомниться. Дина и не заметила, как кончилось лето, наступил сентябрь, и нужно было идти в школу.

Маме стало еще хуже, она уже вторую неделю лежала в больнице. У дочери работы прибавилось – приходилось навещать мать, да еще и выпускной класс – учиться стало сложнее.

Миша так и не появился, да и звонил он крайне редко, последний раз – недели две назад. Дина не могла понять, что же произошло, ведь он должен был приехать в конце августа, а уже прошла первая неделя сентября. Только некогда было девушке разыскивать своего друга, потому она и терзалась от неизвестности.

– Наташ, ты не знаешь, где Миша? Сашка ничего не говорил? – решила спросить у подруги Дина.

– Дин, тут такое дело… – замялась Наташа, – у него девушка появилась, какая-то дочка друзей его отца, из очень хорошей семьи, говорят… Ты его забудь. Родители запретили Мишке с тобой общаться. Ты же знаешь, отец у Мишки бизнесмен, у матери – салон красоты.

– А при чем тут это? – Дина удивилась, я же не замуж за него собралась.

– Ты – может и не собралась, а они считают, что уборщица и дочь инвалида – не пара их сыну, – Наташе было очень неловко говорить такое подруге.

– А что же Миша сам, тоже так считает?

– Не знаю, Дина. Можешь спросить у него, только я бы не советовала. Но если хочешь – подходи после одиннадцати к кинотеатру, мы вместе идем в кино, он там будет, сама и спросишь.

Дина решила непременно выяснить, правду ли сказала подруга, ведь могла же Наташка просто что-то не так понять. Она уже полчаса ждала друзей, но пока никто не появлялся, как вдруг ее окликнул Миша.

– Привет, Дина! Ты что здесь делаешь? – парень был не один, – познакомься, это Вера – моя девушка. Вера, высоченная, даже выше Миши ростом, полная кудрявая блондинка с прыщавым круглым лицом, смерила Дину подозрительным взглядом. Девушка была совершенно не привлекательна, даже уродлива, зато – вся в золоте и в эксклюзивных шмотках.

– Мишенька, кто это? – Вера жевала жвачку и надувала пузыри.

– Это моя знакомая, Дина, – смутился Миша.

– Так, что мы тут с ней стоим, стыдно даже, замухрышка какая-то. Юбка старая, у меня даже бабка такую не наденет, туфли разваливаются. Пойдем, любимый! – Вера повисла на шее у парня, и поцеловала его.

– Дин, так что ты здесь делаешь? – все же спросил еще раз Миша.

– Теперь уже ничего, – девушка развернулась и побежала прочь. В спину ей раздался лошадиный смех Веры.

Дома Дина бросилась на диван, уткнулась носом в подушку и зарыдала.

«Они еще все пожалеют, что так обращались со мной, я буду очень успешной, богатой, и обязательно – счастливой», – думала девушка.

Она даже не заметила, как заснула. На следующий день Дина в первый и последний раз в жизни опоздала на работу, зато великолепно выспалась. Для себя девушка решила, что в ее жизни нет места предателям, что бы ими не двигало.

Дальше была учеба, работа, очень много работы… Мама болела, иногда женщине становилось лучше, но ненадолго. Времени на все катастрофически не хватало. Нужны были деньги, много денег. Дина недоедала и недосыпала, засыпала на уроках, но все равно оставалась лучшей ученицей в классе. Девушка заработала себе и маме на мобильные телефоны, чтобы всегда контролировать ситуацию.

Перед Днем Рождения Дины, мать опять попала в больницу, девушке, конечно, было не до праздника, но одноклассницы настояли на том, чтобы собраться и попить чай, все же восемнадцать лет бывает один раз. Девушка купила торт, шампанское и пригласила подруг к себе домой. Это был единственный день, когда она не пошла вечером на работу, после школы забежала к маме с огромным букетом роз.

– Мамуль, поздравляю тебя!

– Это я тебя поздравляю, девочка моя, счастья тебе! Пусть ты будешь удачливее меня!

– Спасибо, мамочка! Это – в первую очередь твой праздник! Мам, я девочек пригласила, можно?

– Конечно, дорогая, беги, скорее, подружки ждут, а то времени мало будет, не успеете пообщаться.

– Мам, я завтра зайду, а сегодня еще позвоню вечером, узнаю, как ты себя чувствуешь, – Дина поцеловала Марию Александровну и поспешила домой. Через час пришла Наташа, потом еще две подруги. Девочки разрезали торт, налили в бокалы шампанское.

– Ну, Динка, с совершеннолетием тебя! Счастья тебе, поступи обязательно в университет, и главное – встреть своего принца! – поздравляли одноклассницы.

– Спасибо, девчонки! Как я рада, что вы сегодня пришли, и что у меня есть немного времени, чтобы посидеть, чай попить, – у Дины было очень хорошее настроение.

Девочки уже допивали чай, когда зазвонил телефон.

– Это мама! – девушка посмотрела на экран, – мам, привет!.... А кто это?

– Дина Васильевна? Состояние Вашей мамы критическое, приезжайте срочно! – это была дежурная медсестра.

– Хорошо, я сейчас буду! Девочки, простите, мне нужно бежать, маме плохо. Вы можете меня здесь подождать, а если меня долго не будет – просто захлопните дверь, – сказала Дина подругам и убежала.

В больнице девушка хотела сразу пройти к матери в палату, но врачи не разрешили.

– Ваша мама в реанимации, пока к ней нельзя, но подождите, пожалуйста, здесь. Дело в том, что Марии Александровне стало намного хуже…

– Что Вы хотите сказать? Насколько хуже? Вы что-то недоговариваете, – испугалась девушка, – она умирает?

– Надежда, конечно, остается, но, шансы минимальные, ничего не могу обещать, – врач опустил глаза.

Всю ночь Дина ждала, что маме станет лучше, спать ей не хотелось. Было очень страшно. Наконец, в шесть утра Марию Александровну перевели в палату. Дочери разрешили поговорить с ней. Мать лежала бледная, какая-то серая вся, будто у нее в организме совсем не осталось крови.

– Диночка, как хорошо, что ты здесь. Мне очень надо тебе сказать кое-что, – губы не слушались, женщина говорила шепотом, почти неслышно.

– Мамуля, все будет хорошо! Не нужно сейчас никаких серьезных разговоров. Вот, поправишься, тогда и поговорим, – Дина старалась говорить спокойно, не выдавая волнения.

– Нет, дочка, я чувствую, что ухожу. Выслушай меня и не перебивай, пожалуйста, – Мария Александровна попыталась приподняться, но лишь бессильно заплакала, – голова не отрывалась от подушки.

– Мама, не говори глупости! Ты обязательно выздоровеешь. Я не хочу ничего слышать! – по щекам девушки тоже покатились слезы.

– Дина, пожалуйста, разыщи своего отца. Тебе трудно будет одной. Он в Москве живет, Семенов Василий Андреевич.

– Не нужен он нам, мама! Раз он тогда тебя бросил, то и сейчас обойдемся, – решительно возразила дочь.

– Дина, он ничего про тебя не знает, я не говорила, – мать умоляюще посмотрела на Дину, – найди его, прошу, ради меня, пообещай.

– А почему ты ничего не сказала отцу, что у тебя есть я? – не поняла девушка, – почему? Ведь тогда, возможно у нас была бы настоящая семья!

– Дочка, у него в то время уже была семья – жена и сын, он обманул меня, говорил, что женится на мне, а сам… Был тогда не свободен! Я не хотела разрушать счастье других людей, понимаешь.

– А сейчас зачем? – Дина не хотела ничего слышать об отце.

– За эти годы все могло измениться. Даже если он все еще несвободен, ты выросла, уже самостоятельная, может быть Вася будет рад, что у него есть дочь, – Мария Александровна начала задыхаться, – поклянись, Дина, что найдешь его!

– Хорошо, мама, только не волнуйся! Я обещаю! Сейчас я позову врача, тебе помогут, – девушка выбежала в коридор. В палату уже бежали врачи. Но было слишком поздно…

Дина похоронила мать. Проходили дни и недели, а легче не становилось, боль утраты оставалась такой же сильной, как в тот страшный день. Тогда девушка решила, что никогда больше не будет отмечать свой День Рождения. А еще ее очень тяготило обещание, данное матери.

Искать отца не хотелось, но Дина понимала, что придется. Она даже не представляла, как найти человека в многомиллионной Москве, зная только его фамилию, имя и отчество. А еще дочь знала, что тогда мужчина приезжал в их город в командировку.

«Что ж, с этого и начнем», – решила девушка. Она собиралась ехать в столицу после окончания школы, чтобы там поступать в университет. «Пойду работать, а учиться можно и на вечернем. Да и отца буду искать. Я обязательно с ним встречусь, пусть увидит, какая у него успешная дочь, я сама справлюсь. Он еще пожалеет, что так обошелся с мамой», – думала Дина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.