Эльнар Хажиев
Избегание смерти

Подарок или проклятие,

реальность, созданная из снов.

Пролог

4-ый месяц, 1212 год.

В одном небольшом Кринагском поселении, живет прекрасная девушка по имени Сирияна. Сердце у нее добрые и сильное, а красота могла ошеломить даже бога. Из окна она постоянно наблюдала, как далеко в небе летала непоколебимая Твердыня небес. Она мечтала попасть туда и хоть одним глазком глянуть как живут там боги. Сирияна никогда не отказывала в помощи и всегда помогала своим соседям.

Сирияна была любима всеми в поселении за ее отзывчивость и искренность. Дети, играя на улице, часто бежали к ее дому, зная, что она всегда уделит им внимание, расскажет забавную сказку или смастерит игрушку из простых материалов. Взрослые же находили в Сирияне того редкого человека, с которым можно было поделиться самыми сокровенными переживаниями. Ее слова часто служили исцелением, а взгляд, полный мудрости, – вдохновением и поддержкой в трудные времена.

Каждое утро Сирияна начинала с прогулки к озеру, которое находилось на окраине их поселения. Там она собирала цветы и травы, которые, как она верила, обладали необычными свойствами. Эти растения Сирияна использовала для изготовления целебных настоек, помогая тем, кто нуждался в исцелении. Но ее сердце всегда было обращено к небесам, и нередко, вглядываясь в бездонную глубину небесной Твердыни, она шептала молитвы, надеясь, что они когда-нибудь достигнут богов и привлекут их внимание к ее дальней мечте.

Однажды, когда она сидела у окна с чашечкой горячего чая, в окно постучал незнакомец. Он был молод, красив и смел. Девушка пригласила его войти. Незнакомец оказался не только красив, но и добр. Он рассказал Сирияне о своих несбыточных мечтах и о том, что он готов отдать все ради исполнения своей мечты.

– Я буду твоим проводником в небесные дали. Ты будешь летать там, вместе со мной, – сказал он ей.

– Но я не умею летать, – ответила Сирияна.

Девушка слушала его и была поражена его красотой и мудростью. Ее сердце забилось быстрее, когда незнакомец взял ее за руку. В тот момент она поняла, что это ее судьба. Она не могла противиться его зову.

– Пойдем со мной, – сказал незнакомец. – Я покажу тебе Твердыню Небес. Будем вместе встречать восход и провожать закат. Я научу тебя всему, чему ты захочешь, сделаю тебя богиней. Ты будешь моей женой. Будешь жить со мной и растить моих детей. Мы будем счастливы.

Девушка посмотрела на него с восхищением и ответила:

– Я не могу. У меня есть жених. Я должна его дождаться. А пока он не вернется, я должна остаться дома. У нас предстоит брак, не по любви.

Незнакомец улыбнулся и сказал:

– Надеюсь это не будет твоей последней ошибкой. Как тебя зовут?

– Сирияна, а тебя как? – скромно ответила девушка.

– Можешь меня звать Рогон.

– Сам бог Рогон? – удивилась Сирияна.

Незнакомец покинул дом девушки и в то же мгновение исчез за дверью. Сирияна выскочила на крыльцо, но его уже не было.

Наступила ночь и Сирияна легла спать со своим женихом. Таинственный незнакомец не мог вылететь из головы. Она всю ночь думала только о нем. Такой связи и близости она никогда не ощущала к своему жениху. Когда она наконец начала засыпать, в их дом кто-то проник. Сирияна услышала краем уха, как кто-то копошился на пороге в спальню, а потом, оно залезло на кровать. Она прекрасно понимала, кто это мог зайти к ним, в столь глубокую ночь. Она не шевелилась и не открывала глаза. Страх наполнил ее тело и оно словно окаменело. Теплое дыхание промчалось по прядям ее волос, по ее щекам. Жених был уставшим и спал крепко, от страха Сирияна не могла ничего сделать. Когда она приоткрыла один глаз, что бы понять кто это, то она увидела, как темная человекоподобная фигура с цепкими руками потянулась к ее жениху. Эта темная фигура держась за голову мужчины прислонилась к его лбу своим и начала питаться его сознанием высасывая из него душу. Сирияна на столько испугалась, что начала сильно дрожать и ныть от страха и пустила слезу. Существо резко повернуло голову на Сирияну и от испуга упала с кровати. Когда она встала, существо резко налетело на девушку. Сирияна извивалась и пыталась отбиться от этой ужасной твари. За окном блеснула яркая вспышка. Существо слегка обескуражило и оно отпрянуло в сторону. Разломав стену, в дом явился высокий мужчина с титаническим телом, и точным броском блестящего копья, пронзает плечо таинственного существа. Оно тут же покидает дом и убегает прочь.

– Сирияна, ты в порядке? – спросил ее Рогон.

Девушка была в диком шоке и ничего не смогла ответить, она лишь обняла защитника.

– Ты готова идти со мной?

– Да, – истерично кивая, подтвердила Сирияна.

Дом озарила большая яркая вспышка и пара исчезла. На шум сбежались соседи, когда увидели как что-то происходит в доме Сирияны, но в доме они нашли только обездвиженное тело жениха.

Сирияна не знала, что самый главный бог, Рогон, живет в полном одиночестве. Он был столько лет совсем один. Ей всегда казалось, что на небесах парила его обитель, где постоянно происходят божественные пиры и празднования. Но это все иллюзия, на летающем огромном камне, была лишь не большая крепость. Рогон предложил ей остаться на совсем, жить в его недостроенном замке и вместе создать божественное наследие. Так Сирияна начала жить в Твердыне Небес и наслаждаться пейзажами неизвестных далей, восходами и закатами солнца. Она сразу полюбила Рогона, еще ей нравится смотреть как он сооружает, постоянно расширяющуюся Твердыню. Он рассказывал о себе разные легенды и о том как появилась его небесная крепость и о сотворении мира. О противостоянии с другим богом, богом Подземного мира, его братом и вечном драконе, парящим вокруг солнца. Она была счастлива и наслаждалась всеми прелестями, которые преподносил Рогон. Специально для нее, он соорудил ей сад, где она могла бы прогуливаться.

– Вот, возьми эти семена и посади, так как ты захочешь, – сказал Рогон Сирияне. – Это укрепит наш союз. Я хочу, что бы ты стала моей женой.

Она согласилась и вскоре вырастила прекрасный сад. К этому времени, Рогон обзавелся еще двумя женами, Тамона и Беласта. Тамона появилась в Твердыне совершенно случайно. Сирияна очень легко нашла с ней общий язык. После чего, Тамона смогла поспособствовать появлению Беласты, ее характер был более агрессивней. Это было не обычно, их появление не естественно людям. Союз между женами Рогона не был так крепок, как казалось. Так как Сирияна человеческого происхождения и Рогон уделял ей особое внимание, Беласта постоянно ревновала, тем самым, она столкнула ее с края недостроенного балкона. Сирияна разбилась и умерла упав с Твердыни. Рогон не стал изгонять Беласту, вместо этого, он спустился на землю. Изломанное тело Сирияны лежало посреди болотистого леса Крина. Рогон нашел ее и отправился на вершину горы Эйскал где зародилась жизнь, там обитала другая богиня. Осията – богиня душ.

– Осията, сестра моя, верни жизнь в любовь мою, – умолял Рогон.

– Клади ее на это ложе, – показала она.

Осията начала развивать потоки воздуха над бездыханном телом. Яркий столб света озарил ложе. Разбитая девушка восстанавливалась на глазах и вовсе очнулась.

– Рогон! – воскликнула Сирияна. – Что произошло?

– Все в порядке, – обнял ее Рогон.

– Беласта меня столкнула! Как она могла!

– Рогон, – обратилась Осията. – Жители из Кринагских поселений меня беспокоят, очень часто, они пытаются забраться на гору. Внемли им, что я не желаю видеть гостей в моем доме.

– Твердыня Небес будет оберегать тебя. – сказал Рогон и исчез.

После этого инцидента, никто не пытался противиться друг другу на Твердыне Небес. Рогон ясно объяснил Беласте, о том, что она совершила ошибку. Сирияна не держала зла на нее. В знак сильной любви, Рогон наделил Сирияну божественной силой. Так она стала богиней. Ее образ преобразился, волосы и глаза стали золотистыми, а ее рост увеличился.

– Рогон, любовь моя, я хочу что бы в нашем саду бегали наши дети.

Всевластный бог с этим согласился и вскоре, в саду уже бегала толпа прекрасных мальчишек. К этому моменту, у Рогона появилось пять жен и каждая одарила его. Сына от Сирияны звали Сель, сына Беласты – Акстронд, сын от Шаньи звался Готосолорон, сын от Тамоны – Аколос, и Сиянк, самый беспечный ребенок от прекрасной Риссанны. Все они были очень разными по характеру и силе, как их матери. Аколос очень грубый и серьезный мальчишка. Ему всегда нравился баланс, справедливость и чистота мира. Готосолорон получился очень замкнутым и скромным, почти все свое детство он не играл с братьями, потому, что он постоянно всех бил током. Ему с трудом удавалось совладать своей силой. Сиянк был слишком избалован и любвеобилен, постоянно пакостил своим братьям, задирал одежду матерям. Он родился на столько красив, что матери влюблялись в него каждый раз и прощали ему любые выходки. Самыми послушными и отличными детьми считались Сель и Акстронд, именно они должны принести миру баланс. У них была общая черта – они были близнецами, совершенно одинаковыми по внешности. Однако, их характеры различались сильно. Акстронд был спокойным и уравновешенным, в то время как Сель, был вспыльчивым и несдержанным. Их взаимодействие было уникальным, ведь они дополняли друг друга и создавали гармонию. С самого детства, братья были неразлучны, проводя вместе все свое время. Но, не все братья. Быстро повзрослев, Аколос покинул Твердыню Небес, он расположился в облачном городе, который сам и создал. Готосолорон покинул твердыню раньше всех, никто даже сначала не замечал его исчезновения. Сиянк и Акстронд, решили не покидать дом, лишь изредка прогуливаться по земле. Сиянку нравились такого рода прогулки по земным поселениям и не спроста. Акстронд унаследовал божественную силу от отца, которая давала ему возможность влиять на мир вне материи. Однако, он использовал свои способности с мудростью и справедливостью, стремясь сохранить равновесие. Сель же унаследовал доброе сердце и человечность от матери. Его душа была открыта к миру и его проблемам.

В юном возрасте, Сель часто наблюдал и изучал жизнь людей, особенно тех, кто жил в маленьких поселениях Кринагии – земле, населенной разными народами и порядком. Его волновали хлопоты и случайности, которые происходили внизу. Он наблюдал, как люди страдают от неравенства, несправедливости и нарушения равновесия. Сель никогда не переставал думать о том, как помочь этим людям и принести им справедливость. Он осознавал сложность и непредсказуемость этой задачи, но ничто не останавливало его стремление делать мир лучше. Акстронд предпочитает более спокойную и пассивную жизнь. Он все время, отдыхает Твердыне Небес, где может наслаждаться божественными благами и не беспокоиться о земных проблемах. Он отказался от смертности, избрав бессмертие и пришел к выводу, что ему не нужно ничему учиться. Его единственная цель – стать могущественным, как его отец.

– Отец, всемогущий, расскажи, как появились люди, – сказал Сель.

– Это было очень давно и это, очень длинная история.

– Как же столько народов, живущие по всей округе, могут враждовать между собой? Я хочу знать все с самого начала.

– Люди, появились совершенно случайно сын мой. Но если ты так желаешь, то послушай. Видишь солнце?

– Да отец, оно очень сильно слепит!

– Так было не всегда, в самом начале, оно было еще ярче. Из самого яркого луча, выскочил дракон и летал вокруг солнца. Он оберегает его, все время.

– И даже сейчас? Я не вижу там дракона.

– Даже сейчас Сель, отсюда его не видно, но он там. Когда он родился, он продолжал летать вокруг солнца, оберегая его, но солнце ослепило его и он укусил его в ответ. Из укуса выскочило три луча и ударили они, прямо вот в ту гору, – показал Рогон сыну.

– Гора Эйскал, – пробормотал Сель.

– Из этих трех лучей, появились мы. Три первых бога. Я, Осията и Атропиус. Все мы получились, как мировой баланс всему. Атропиус был тьмой, а я светом. Мы постоянно противостояли друг другу, устраивая кровавые бои. Осията, являясь стеной между тьмой и светом, пыталась нас примерить, но это было не возможно.

– Но как же появились люди? Злые и добрые.

– С каждым нашим боем, кровь от ударов разлеталась в разные стороны, так и появились первые люди. С злыми намерениями и добрыми. Большинство людей не стали верить в богов и ушли далеко за леса, но многие остались и создали культуру. От сюда пошли не равноправные и постоянные войны между людьми. Те кто не верит, пытаются погасить веру в остальных. Я рассказал тебе, очень коротко, но самое необходимое.

– Я хочу все это изменить, отправь меня туда, вниз! – воскликнул Сель.

– Ты хочешь жить как обычный человек? – ответил Рогон.

– Да, я сам построю себе дом, выращу большой сад как мама и буду помогать людям.

– Мне нравится твое стремление сын, но знай, ты смертный. Остальные твои братья не такие как ты, они божества.

– Но остальные люди тоже смертные, зачем же мне это бессмертие.

– Твоя воля сын, я отправлю тебя на землю. Но сначала, тебе нужно еще не много подрасти и побольше узнать о людях.

– Спасибо отец! – поклонился Сель.

Тренировки

6-ой месяц, 1236 год.

Утренняя заря в моем родном городе Аши лишь иногда являлась обворожительной. Сегодня солнечные лучи лишь скользили по не особенно плодородной земле, однако моя душа возгорелась страстью покинуть ложе и обратиться к любимому саду. Хотя быть полубогом и заниматься земными делами непросто, я преодолеваю эти сложности. Много осталось мне узнать о таинствах растениеводства, и немало неудачных попыток сопровождало меня. О, если бы здесь все росло с такой же легкостью, как в соседнем городе Чие, где земля полна титановой жизненной силы, я бы без труда возвел сады, где деревья приносили бы изобильные плоды вечно. Но мой сад полон испытаний. В этом году, я так и не взрастил ни одного огурца.

– Ну хотя бы ты, прояви милость и подари мне урожай! – воззвал я к своему грядочному миру.

Вглядываясь в грядку, я увидел лишь крохотный зеленый росток. Всевозможные усилия мои так и оставались тщетными, а преуспевания избегали меня. Я вздохнул и, оставив надежды на сегодняшний день, устремился в дом.

– Доброе утро! – весело позвала моя соседка, появляясь на крыльце.

Улыбнувшись, я махнул ей в ответ.

– Доброе утро! – отозвался я.

Она не была одна – на улице резвились ее муж с двумя детьми. Ее супруг, Каин, посвящал меня в искусства обороны. Он величественный воин, все в нашем поселении чтят его.

– Сель, готовься к тренировке, бросай свои сорняки, – наставил меня Каин.

– Уже готов, иду, – ответил я.

– Через пять минут на нашем поле.

Я поспешил в дом, чтобы взять необходимое снаряжение для тренировки. Несмотря на неудачи в садоводстве, тренировки с Каином приносили мне удовлетворение и давали возможность отвлечься. Я быстро облачился в легкие доспехи и захватил меч, приготовленный заботливыми руками местного кузнеца. Это оружие было моим верным спутником и позволило мне освоить множество приемов под руководством Каина.

На поле мы начали с разминки – плавные и расчетливые движения под руководством Каина укрепляли меня физически и духовно. Его наставления были полны мудрости и опыта. Каждое занятие с ним напоминало мне о том, что успех требует времени и упорства, так же, как и в садоводстве.

Однажды Каин сказал мне: «Не волнуйся, Сель, неудачи – это лишь ступени на пути к успеху. Учись на своих ошибках, так как и я учился на своих.» Эти слова придали мне уверенности и тягу к знаниям. Пусть мой сад и не радовал меня в этом году, зато мои навыки в мастерстве ведения боя крепли с каждым днем. Тренировки для меня столь же важны, поскольку наше поселение находится у самого рубежа, ближе всех к нашим врагам. Эксилион прячется за необозримыми просторами леса Крин, в краю, названном Долголесьем. Непрестанные атаки нарушают наш покой, но наши бойцы выдерживают натиск, отбрасывая волны Эксилионцев с легкостью. Каин учил, что сперва нужно овладеть искусством контратаки и парирования. Эти воины превосходно сражаются, поэтому сначала их надо изнурить, а потом сокрушить. Я слышал, что среди них есть маги. Не знаю, как они это делают, но Эксилионцы владеют таинственной магией, невидимой обычному взгляду. Но, я все равно учусь искусству битвы, хотя против магии, скорее всего, я бессилен.

Наступал вечер, солнце клонилось к закату, и я сидел на травянистом поле в ожидании. Вдали замаячил тенистый силуэт Каина, направлявшийся ко мне.

– Ну что, Сель, готов?

– Всегда готов! – с уверенностью ответил я Каину.

– Как много в тебе энергии, – с улыбкой заметил мой наставник. – Чтобы одолеть врага, нужно не столько сила, сколько терпение и настойчивость.

Каин показал мне плавные движения щитом, и я повторял за ним.

– Не обязательно владеть множеством приемов. Если доведешь один до совершенства, тебе не будет равных.

Я сосредоточенно впитывал каждое слово Каина, он делился со мной своей философией боя, иллюстрируя ее наглядными примерами.

Пока мы с Каином занимались, легкий ветерок шевелил траву вокруг нас, создавая атмосферу спокойствия и сосредоточенности. Я шаг за шагом осваивал каждое движение, стараясь запомнить все оттенки его техник. Время словно прекратило свой ход, и весь мир сузился до этого поля и наших тренировок.

– В битве главное – сохранить хладнокровие и рассудительность, – продолжал мой наставник. – Эксилионцы атакуют, как вихрь, но тот, кто сохраняет спокойствие, тот всегда имеет преимущество.

Я кивнул, понимая, насколько важно оставаться рассудительным и собранным. Мы продолжали тренироваться, и Каин делился своими знаниями о различных противниках: их слабостях, стратегиях и неочевидных уловках. Он был как книга опыта, открытая специально для меня.

Наступила тишина, в которой я мог услышать только наш синхронный ритм движений. Пот стекал по моему лбу, но настрой не ослабевал. Я осознавал, что со временем смогу совершенствоваться и, возможно, стать одним из тех бойцов, кто сможет защитить наше поселение от невидимой угрозы. Каин хлопнул меня по плечу, улыбнулся и сказал, что в каждом упорном ученике он видит искру настоящего воина.

– Эксилионцы, народ злодейский, жалости в битвах не ведают. Очень вспыльчивы они и невыносимо нетерпеливы, как ты, например.

– Я? А причем тут я?

– Не отвлекайся, Сель, не засоряй мысли пустыми раздумьями. Следи за руками врага. Вспыльчивость их толкает на опрометчивые шаги. Есть в тебе капля неуемного рвения и ярости, вызывающая смятение.

– А если они применят магию? – спросил я Каина, опуская руки.

– Боишься магических уродов?

– Нет, но ведь они обладают значительным преимуществом.

– Кто тебе это сказал? – ухмыльнулся Каин.

Каин, повидавший множество сражений, не познал страха или, кажется, бессмертен. Я жажду обрести такую уверенность в победе. Против магии я еще не сражался, но иногда становился свидетелем необъяснимых явлений.

– Теперь будем тренировать парирование. Прими защитную стойку, сосредоточься на вычислении момента для контратаки. Вот, смотри.

Каин медленно демонстрирует движения атаки.

– Видишь уязвимые места, Сель? Следи за руками! Щитом отбей оружие, а мечом пронзи противника. Попробуй.

Я несколько раз успешно отбивал его оружие, и, постепенно, Каин начал ускоряться.

– Еще! – требовал он после каждой попытки. – И вновь!

Каин продолжал парировать мои атаки, не давая мне пробиться. От этого я все больше злился. Я не мог понять, что меня злило больше: неудачи или азарт схватки. Контратакуя, я становился менее сдержанным и вкладывал в удары лишнюю силу.

Время шло, а мои движения становились все более резкими и хаотичными. Кажется, волнение, разгоравшееся во мне, становилось неуправляемым, словно пламя, которое я не мог потушить. Каждый удар давался мне с усилием, и все же я ощущал, как ускользает контроль. Я пытался следить за советами Каина, но каждый раз, когда его оружие приближалось к моему лицу, я неосознанно отклонялся и едва удерживал равновесие.

– Сель, чтобы преодолеть врага, надо преодолеть себя, – наставлял Каин, пока новый удар снова не застал меня врасплох. Я словно бы наткнулся на невидимую преграду, в которой отравленный гнев мешал видеть истину. Он был как вода, просачивающаяся сквозь пальцы, и я не мог его удержать.

Солнце клонилось к закату, и тени вокруг нас стали длиннее. Я понимал, что силы на исходе, но с каждой минутой моя решимость крепла. Я глубоко вдохнул, замедлил движения и, на мгновение закрыв глаза, сосредоточился. В тот момент, когда Каин снова бросился в атаку, я позволил телу двигаться вместе с ним, слившись в танце, который до этого казался мне невозможным.

Это было как открытие нового мира – без ярости и страха, только чистое движение. Я отбил его удар и нанес ответный, скользящий, но точный, заставивший Каина остановиться и улыбнуться.

– Так вот, – проговорил он, обведя меня внимательным взглядом. – Теперь ты действительно обучаешься. Сель, сохраняй спокойствие, ярость – это твое главное препятствие. Сосредоточь дыхание и выпусти внутренний огонь. Не поддавайся панике и не делай опрометчивых поступков.

Я выдохнул тяжело, следуя наставлениям Каина.

– Во-от, великолепно. Не теряй самообладания в бою, иначе потерпишь поражение оттуда, откуда не ждал.

– Хорошо, – ответил я.

После нескольких попыток, у меня стало получаться лучше. Я привыкал и уверенно парировал.

– И снова замечательно, Сель, твое обучение становится заметно. Однажды, ты станешь могучим воином.

– Как ты, Каин?

Он гордо улыбнулся и провел пальцами по неподвижным густым усам. Тренировка длилась несколько часов. Я даже немного устал, а всю поляну накрыли сумерки.

– Ну… на сегодня хватит, уже темно, пора возвращаться. Ты же знаешь, нельзя бродить по ночам?

– Да, ночной охотник рыскает по лесам.

– Ночной кошмар, – поправил меня Каин с напряжением в голосе. – Он опасен, если ты один. Сколь ни пытались его уничтожить, он все равно возвращается, эта тварь слишком живучая.

Мы направились обратно в городок, где улицы озарял тусклый желтый свет.

– Слышал я много о чудовище, правда, что оно может бродить и днем?

– Увы, это так, но не нападает днем. Есть что-то мистическое в этом. Ведь питается оно лишь спящими.

– Это я тоже знаю, – уверенно подтвердил я.

Узкие улочки городка казались пустынными и мрачными. Свет лунных лучей едва просачивался сквозь густую листву деревьев, отбрасывая странные тени на землю. Люди предпочитали оставаться дома по ночам, избегая встречи с Ночным кошмаром, чье имя передавалось шепотом и лишь в самых страшных сказках.

Мы неспешно двигались в сторону дома, когда внезапно услышали хруст веток где-то поблизости. Каин замер и поднял руку, призывая меня остановиться. Шорох усиливался, и в темноте начали вырисовываться очертания чего-то большого и непонятного. Я почувствовал, как кровь застыла в жилах, и инстинктивно сжал рукоять меча.

– Спокойствие, Сель, – тихо шепнул Каин, не отводя взгляда от темного силуэта. – Это может быть что угодно, не время для паники.

Как только фигура исчезла за деревьями, мы ускорили шаг, не желая остаться на темной поляне ни на минуту дольше, чем требуется. Войдя в пределы городка, мы ощутили, как напряжение медленно покидало нас, оставляя лишь легкую дрожь от недавнего страха.

– Будь внимателен, Сель, – напомнил Каин, когда мы остановились возле моего дома. – Ночью даже самые мрачно-мирные существа могут стать опасными. Завтра продолжим тренировки, тебе нужно укрепить свои навыки. Так что бди, будь всегда на чеку. Вот мы и пришли, иди в дом, через пару дней проведем еще тренировку.

– Спасибо Каин, я ценю твой опыт, которым ты делишься.

– Сель, твой отец, сам бог Рогон просил меня присматривать за тобой. Я даже рад, что у меня есть такой способный ученик. Давай, мне пора, жена и детишки меня заждались уже.

Каин живет по соседству, и потому наш путь един. Несмотря на изнурительную тренировку, сон меня не тянул в свои объятия. Не находя занятия, я направился бродить по своему саду, движимый скорее эстетическим наслаждением, нежели практической потребностью. Желая привести в порядок свои владения, я с фонарем шагал в ночи, даруя растениям заботу – подрезая ветви, обрезая кусты, проливая живительную влагу на грядки. И вот, внезапно, взгляд мой упал на куст, увенчанный крупной кистью алых ягод. Внешне скромные, они манили своим аппетитным видом. Исходя из неизъяснимого желания, я пошел за ножом, отрезал несколько ягод и вкусил их. Ягоды оказались на удивление восхитительными! Здесь, в тихом саду, я наконец постиг мудрость, дарованную Каином: терпение и настойчивость, два качества, служившие мне не только в бою. Насытившись чудесными плодами, я направился на покой, довольный и умиротворенный.

На следующее утро меня разбудил мягкий свет зари, который проникал в окна и мягко касался лица. Легкое ощущение счастья, оставшееся после прогулки в саду, навеяло новые мысли о жизни и ее противоречиях. Сад мой был олицетворением природной гармонии.

Я вышел в сад вновь, но на этот раз утро дарило свежесть и бодрость, раскрашивая растения в яркие цвета. Пройдя привычными тропинками, я обнаружил, что чудесные ягоды зыбко трепещут на ветру, продолжая манить к себе. Их присутствие в моем саду словно символизировало скрытую тайну, напоминание о том, что великолепие иногда таится в самых простых вещах. Я понял, что урок, преподанный мне этим скромным даром природы, заключался в способности находить красоту и мудрость там, где они могут показаться незаметными.

Обнаружив еще несколько ягод, я отправился в дом за ведерком. Взглянув в зеркало, я омыл свое лицо и привел в порядок блестящие золотистые пряди волос. Когда я вышел на крыльцо, потянулся, заряжаясь лучами утреннего солнца. Вся поверхность крыльца была влажной от свежей росы, оставшейся после недавнего дождя. Внезапно мое внимание привлекла суматоха: люди столпились в смятении у одного из домов. Возможно, снова произошло убийство. Я решил выяснить, что произошло. Выходя на улицу, я направился в сторону толпы, чей вид был явно растерянным. Когда я приблизился, люди замирали, а некоторые обернулись в мою сторону. Я подошел и спросил:

– Что случилось? В чем дело?

– Вы не в курсе? – спросил меня юноша, находящийся в центре толпы.

– Нет, я только что проснулся, – ответил я.

– Ночной кошмар снова истязал сегодня ночью, на этот раз мою соседку. Бедняжка не заперла дверь, – сказал он с печалью.

Люди ожидали от меня действий, они надеялись, что я смогу наказать это существо. Все знают, что мне удается помогать людям, но с таким я еще не сталкивался. Ночной кошмар не приходил в мой дом. Как справиться с ним? Надо попытаться поймать его и понять причины его действий. Если это возможно. Каждую неделю мы оплакиваем чью-то смерть. Ночной кошмар навещает не только наше поселение. Говорят, он похож на человека, но отличается синей кожей и неуязвимостью. Я с ним не сталкивался, и, откровенно говоря, не жажду встречи.

Я понял, что действовать нужно быстро. Слишком много людей уже пострадало от этого ночного существа, и я был единственным, кто мог попытаться его остановить. Я вернулся в дом и быстро собрал небольшую сумку со всем необходимым: фонарь, нож, круглое зеркальце и сухарики на случай долгих поисков. Я накинул куртку и снова вышел на улицу.

Небо было ясным, но утреннее солнце потеряло свое успокаивающее тепло. Напряжение витало в воздухе – каждое дыхание напоминало о предстоящей опасности. Я знал, что справляться с неизвестностью всегда трудно. Люди продолжали шептаться и бросать тревожные взгляды в сторону леса, откуда, как говорили, приходил Ночной кошмар. В моей голове роились вопросы: как его поймать, если он неуловим и, главное, как его победить?

Сначала я решил поговорить с соседкой, чья дверь ночью осталась открытой. Вошел в ее дом, и передо мной предстала потрясенная женщина с разметавшимися по плечам волосами. Ее глаза были полны страха, но она старалась собраться с мыслями. Я узнал, что существо приходило к ней, склонившись к ее лицу в тишине ночи. Она вспоминала странное тепло и холод, сопровождаемое ужасным гулом, исходящим от него.

Теперь у меня была первая зацепка. Я понимал, что для поимки Ночного кошмара мне нужно знать, каким образом он находит своих жертв. Я решил исследовать лес, в котором, как говорили, он обитает.

Я привлек внимание какого-то простого старика, чья неясная речь доходила до меня. От него исходил неприятный запах, исходящий из беззубого рта, и я едва мог разобрать, что он говорит.

– Я вижу, у тебя сад плохо растет.

– Сад?

– Да, твой сад растет неважно. Земля, которую ты ему дал, не подходит.

– И что мне делать, чтобы он начал прорастать?

– Есть один секрет, – тяжело задышал старик. – За пару золотых монет я расскажу тебе.

– Да ладно, – вздохнув, я протянул ему пару монет.

– В городке Чие можно получить недорогую благородную землю. Воспользуйся ею.

– Хорошо, съезжу, спасибо за совет, – ответил я любезно. Я и сам об этом задумывался какое-то время. Благородная земля из Чие действует не только там.

Старик, сгорбившись, развернулся и ушел прочь, мелкими шажками следуя по своим делам. Я его прежде встречал, но никогда не говорил с ним. Очевидно, путь его пролегал через мой скромный сад у дома. Раз я так желаю вырастить свой сад, что уже не первый год этим занимаюсь, то стоит воспользоваться этой благородной землей титана.

В детстве отец сказал мне, что солнце – неукротимая стихия, недоступная власти какого-либо существа. И все же, когда оно будет покорено, вся Кринагская земля станет щедро приносить свои плоды. Думаю, если отправлюсь в соседний городок сегодня, то успею как раз на тренировку с Каином. Заодно спрошу у титана о Ночном кошмаре.

Погруженный в раздумья и разглядывая унылые здания вокруг, я направился домой. На каждом доме вырисовывался уроборос – змея в форме круглого кольца, поглощающая свой хвост, символ возрождения: смерть, дающая жизнь. Этот знак не только украшает дома, но и присутствует на одежде воинов Кринагии. На самом деле это не змея, а дракон. Я его не видел, но отец уверял, что он существует. Эксилионцы же владеют другим символом: на их знаменах изображен молот с тремя шарами. Что это значит, мне невдомек, ведь их культурой я не интересуюсь. Печально, что люди разделяются в своих интересах и верованиях, забывая, что по сути своей равны, исключая магию, но думаю это не имеет весомого различия.

Доехать до соседнего города мне не на чем, но пообещал я местным глиняным торговцам помочь с погрузкой, за что они возьмут меня с собой, хотя отправляться они собираются лишь ночью, к моему разочарованию. Времени на сборы было мало, и я решил надеть крестьянский наряд, старые сапоги и ветхую рубаху, дополнив образ широкополой шляпой. Наконец настала ночь, и мы, с уже загруженным товаром, тронулись в путь.

Я устроился на открытой повозке у самого края с левого борта, в то время как торговцы впереди вели лошадей. Они иногда оглядывались, чтобы проверить, как я там. Над их головами, между нами, висел керосиновый фонарь, озаряя окрестности своим теплым оранжевым светом. Мне было удобно покоиться на ложе из сухой травы под этим светом. Теплый ветерок иногда шептал и приносил аромат сырой глины. Я всматривался в мрачные контуры лесных опушек, словно вглядываясь в безжизненные глубины. Леса Крина удивительно красивы днем, но ночь лишает их всей прелести. Вдалеке на небосводе мерцала Твердыня Небес моего отца. Интересно, как поживает мой брат, которого я давно не видел. С детства он остался в Твердыне, вероятно, все так же скучает и ничего не делает. Я откинулся на спину, положив руку под голову, и устремил взгляд на недвижимое звездное небо.

Повозка медленно катилась по извилистой дороге, время от времени преодолевая небольшие ухабы. Скрип колес перемежался с щебетом ночных птиц, и вся эта симфония казалась частью какого-то древнего, неизменного ритуала. Я думал о прошлом, о детстве, проведенном в Твердыне, о тех днях, когда мы с братом бродили по саду, прятались в старинных башнях и мечтали о больших приключениях. Однажды, при свете раннего рассвета, мы поклялись друг другу, что когда-нибудь покинем отцовские земли и отправимся навстречу неизвестности. Мне удалось сдержать эту клятву и вот я здесь, на пути к своей судьбе.

Пока мы двигались дальше, ветер утих, и ночь становилась свежее, одевая пустынные холмы в серебряную броню лунного света. Я натянул на себя легкий плед, оберегая тело от внезапного холода. В темноте спящие деревья, казалось, оживали, их тени пульсировали, играя среди золотистых отблесков фонаря. Иногда мне казалось, что среди ветвей, я вижу некие фигуры, но приглядевшись, понимал, что это всего лишь игра света и тени. Чем дальше я уходил от Твердыни, тем больше моя душа обретала покой, словно все тревоги и сожаления оставались позади.

Однако мысли о брате не покидали меня. Я вспоминал наши разговоры в тихих залах Твердыни, его задумчивый взгляд, который он прятал, надеясь что я не замечу, как он смотрит на мою решительность с легкой завистью. В нашей семье никогда не говорили о чувствах вслух, но я знал, что он мечтает о переменах, о возможности оставить позади привычный уклад жизни. Возможно, однажды наш путь снова пересечется, и мы вместе отправимся дальше, как когда-то мечтали. Эта надежда грела меня, как вечный огонь очага в наших зимних покоях.

Внезапно мой покой прервал глухой звук, раздавшийся неподалеку. Я вскочил и уставился перед собой. Одна из стрел, точно пущенная рукой смерти, пронзила горло торговца. Кровь мгновенно забила ключом, устремляясь во все стороны. Второй торговец с отчаянием хлестнул лошадей, и повозка рванула вперед. Я едва удержался от падения из-за резкого рывка. Вслед за нами развернулась погоня, сопровождаемая зловещим свистом стрел. Я смахнул одну из стопок с глиной, схватил поддон и попытался защититься от смертельных снарядов. Поддон был хрупок, и точные выстрелы пронзали его насквозь.

– Кто это такие? – выкрикнул я торгашу. – Эксилионцы?

– Разбойники! – ответил он. – Они часто устраивают засады на торговцев.

– Далеко до города? – тяжело вздохнув, спросил я, принимая очередной удар стрелы поддоном.

– Не совсем, еще час езды!

Спокойствие уступило место хаосу. Убитый торговец рухнул на товар, заливая его своей кровью. Мой поддон-щит был исчерчен стрелами, не оставляющими свободного места. Я ожидал, что лесные бандиты вскоре нагонят нас, но случилось нечто необъяснимое. Небо над всадниками омрачилось, и тучи заволновались, как перед грозой. Молнии сверкнули вдоль дороги, ослепляя меня, и я заметил, как от их ярости падали темные всадники, разлетаясь в стороны. Остался лишь один, переживший бури небесные, но его также настиг загадочный световой шар, снесший всадника в мгновение.

– Ха-ха! Хвала Богам! – воскликнул торгаш.

Под напором стихии, древние деревья, скрипя, клонились к земле, и даже их могучие стволы страдали от силы небесного гнева. Мне казалось, что сама природа восстает против наших преследователей, словно защищая нас от их коварства. Торговец, не сбавляя стремительного бега лошадей, доверился судьбе, а я, пытаясь сохранить равновесие в качающейся повозке, наблюдал, как редкие капли дождя начинаются падать с небес, формируя едва уловимый серебряный занавес.

Вскоре гроза успокоилась, оставив нас удивленных и взбудораженных среди дождливого леса. Я оглянулся назад, где виднелись искореженные останки посланников смерти, а под ногами слышалось тихое журчание небольших ручейков, сотворенных недавним ливнем. Смертельная угроза миновала, но разум терзало множество вопросов, на которые пока не было ответов. Я старался понять, откуда взялась столь загадочная защита, и было ли это действительно проявлением вмешательства Богов или скрытых сил земли.

Торговец, не замедляя бег, изредка бросал мне радостные взгляды, но в его глазах мелькала тень страха, несмотря на видимое облегчение. Возможно, он знал больше об этих краях, чем хотел бы выдать. Наше путешествие к городу продолжалось, и с каждой милей я ощущал, как напряжение постепенно покидает меня, хотя тревога все еще напоминала о себе непрошеными мыслями. Пораженный яркими вспышками, я потер глаза. Торговец слегка замедлил повозку, и напряжение быстро рассеялось.

– Что за гром среди ясного неба? – обратился я к радостному торговцу.

– Это, друг мой, боги нас оберегают. Жаль, конечно, не повезло моему помощнику, придется нового искать, не хочешь им стать?

– Нет уж, благодарю за щедрое предложение, – отозвался я.

– Ну как хочешь, – закончил разговор торговец и до конца пути ни словом больше не обменялся.

Не припомню, чтобы кто-то из наших богов мог владеть такой силой. Рогон, мой отец, не управляет погодой. Пять его жен также не склонны к подобным деяниям, они в основном искусны в рукоделии. Впрочем, это спасло нас обоих в повозке от неминуемой гибели.

Тишина вновь овладела нами, как будто сама природа прислушивалась к тому, что могло произойти дальше. Повозка медленно катилась вперед, оставляя за нами пыльную тропу. Дорога вперед казалась бесконечной, а торговец, склонив голову и углубившись в свои мысли, снова обрел привычное спокойствие, свойственное человеку, которому предстоит долгий путь.

Спустя некоторое время, на горизонте показались очертания города. Его стены, казалось, пульсировали в румянце заката, как сердцебиение древнего существа, охраняющего свои тайны и истории. Дома с черепичными крышами возникали из земли, как мираж, манящими витражами окон и перламутровым блеском на их гранях.

Приближаясь, я заметил, что улицы города были наполнены суетой местных жителей, а воздух был пропитан ароматами пряностей и жареного мяса. Торговец вдруг оживился от этого смешения звуков и запахов, будто возвращаясь в привычную стихию. Казалось, что он обрел свой собственный ритм и, сбросив остатки напряжения, направил повозку к городским воротам. Меня же не покидала мысль, что таинственное потрясение, с которым мы столкнулись в пути, было лишь началом нашего приключения. Этот город, возможно, хранил гораздо больше, чем просто мерцание заката и звонкие эхом прошлыми историями улицы. Что ждало нас впереди? Время покажет, а пока я чувствовал, что земля под нашими ногами скрывает нечто важное и, возможно, еще более опасное.

Остановившись на разгрузочной площадке в Чие, я проспал весь оставшийся путь, пока торговец не добрался до своей цели. Здесь городок оказался более развитым и ухоженным. Дома, возвышающиеся вокруг, были сложены из ослепительно-белого кирпича. Улицы оживленно гудели, их наполнял многоголосый галдеж купцов, окруженных толпами людей, стремившихся пробраться поближе к лавкам. В воздухе витали запахи свежего сена, рыбы и навоза. Повсюду сновали и резвились дети, их звонкие голоса смешивались с кудахтаньем кур, возившихся у ног.

– Ну вот мы и приехали, малец.

Я спрыгнул с повозки, испещренной деревянными стрелами. Все товары внутри, к счастью, также не уцелели от стрел, благо это была глина, не понесшая значительного урона. Жители не удостоились даже взгляда на состояние повозки, что ярко подчеркивало разницу между моим поселением и этим. Пробравшись сквозь людскую толпу, я заметил ближайшую забегаловку и ощутил жгучее желание подкрепиться. Это оказалась столовая, где я позволил себе порцию куриного супа и булочку, чтобы утолить утренний голод.

Сидя за столиком у окна, я наблюдал за людской суетой за пределами забегаловки. Жители этого города казались вечно занятыми, и лица их были строги и сосредоточены. Занятые своими делами, они двигались быстрыми шагами, не обращая внимания на посторонних. Я невольно вслушивался в их разговоры – отрывки фраз доносились до меня, сочась сквозь обрывки людских голосов и громкий смех. На каком-то подсознательном уровне я понимал, что Чие далеко не такой гостеприимный, как хотелось бы.

Покончив с едой, я вышел наружу, погруженный в свои мысли. На улице запах дыма смешивался с ароматом свежего хлеба из соседней булочной, и это вновь вызывало у меня какое-то ощущение странной отрешенности от всего происходящего. Возможно, из-за этих стрел, которыми была утыкана повозка, или из-за невзрачного поведения жителей – что-то здесь явно было не так. Я огляделся, ловя недоверчивые взгляды, направленные в мою сторону. Они мгновенно отпугнули любой порыв к разговору, и мне пришлось вспомнить, зачем я здесь, среди этих чуждых мне людей.

Что ж, в городе Чие мне нравится – он полон жизни и энергии. Кажется, что его жители не тронуты внешними бедами и проблемами. Я решил прогуляться по городу. Высокие здания из белого кирпича поражают воображение, возвышаясь над моим родным городком, который по сравнению с Чие выглядит как деревня. Крыши здесь украшены символами уробороса – дракона, кусающего собственный хвост. Дорожки вымощены камнем, что заметно отличается от грязных троп моего города. Плодородие этих земель ощущается на каждом шагу – повсюду растут величественные деревья. Я вышел на широкую улицу, полную людей, спешащих по своим делам, ловко избегая друг друга. Улица ведет к не очень высокому холму, на вершине которого возвышается внушительная статуя титана Рама. Примерно десятилетие назад уровень жизни в Чие был низким, но появление титана Рама все резко изменило. Вселившись в землю, он облагородил ее своей сущностью. Здесь ничто не увядает, все свежо и вкусно. Сам титан моложе меня, но мудрость его не знает равных. Я направился к величественной статуе, вдоль каменных дорожек, чтобы повидаться с Рамом. Подойдя ближе, я поднялся по ступеням и прикоснулся к его стопе.

Когда я прикоснулся к стопе статуи, меня охватила необъяснимая энергия. Я почувствовал, как через мое тело проносится жизненная сила, дарованная самим Рамом. Удивительное чувство благодати окутало меня, и на краткий миг я ощутил внутренний покой, который редко удается обрести особенно мне. Люди, окружившие статую, опустив головы, произносили молитвы – шепот их голосов сливался в единый хор, воспевающий титаническую мощь Рама и благодарность за его благословение.

Обернувшись вокруг, я заметил, что многие из собравшихся здесь лиц были незнакомы мне – вероятно, паломники из других мест, пришедшие получить частичку чудесного влияния титана в Чие. Энергия в воздухе была почти осязаемой, прокладывая дорогу от сердца каждого присутствующего прямо к Раму. В этот миг я понял, что не единственный ищущий ответы у этого величественного создания. Чие стал своего рода центром притяжения для всех, кто жаждет перемен и вдохновения.

Постояв еще некоторое время, впитывая эту атмосферу, я стал понимать, что значило для города это чудо. Статуя не была просто символом, но и реальным отражением новых надежд и возможностей, подаренных городу и его жителям. Казалось, что, объединившись вокруг этой энергии, они создали нечто большее, чем простой союз – они стали единой общностью людей, вдохновленной и окрыленной Рамом. В их глазах отображалась сила, которая могла преодолеть любые преграды и продолжить движение вперед. Этот момент осознания останется со мной, добавив каплю света в мои мысли и ощущения.

– Как же ты поживаешь, братец? – обратился я к статуе.

Вокруг меня вспыхнули золотые искры, собираясь в ослепительный вихрь, из которого вырисовалась фигура титана. Рам явился в человеческом облике.

– Живем и процветаем, Сель, – ответил голос, исходящий из светящейся формы. – Какими судьбами? Что привело молодого бога в мои необъятные земли?

– Нет, я не бог, а человек, как и все в этом прекрасном городе.

– До сих пор не понимаю, почему ты избрал такой путь. Смертные тратят жизнь понапрасну. Взгляни на эти просторы, жизнь бьет ключом, но в чем смысл?

– Мне кажется, ты чересчур переживаешь из-за этого, Рам, – с легкой усмешкой сказал я.

– Возможно.

– Я здесь по делу. Я выращиваю сад возле дома, но наша земля скверна и не плодородна. Ты можешь помочь мне с этим?

– Ты можешь взять…

Речь титана оборвали громкие колокольные удары. Мы обернулись.

– Эксилион! – раздался крик.

– Так, Сель, продолжим позже.

Световая пелена титана рассеялась, и городе началась. Люди в панике устремились в разные стороны, запирая окна и двери. Я подумал, что настал момент испытать свои умения, хоть и был без оружия. В тот же миг я увидел, как стали собираться отряды воинов и стражей, которые устремились к главным воротам города. Лавина людского потока была столь могучей, что невозможно было пробиться. Тем не менее, я решился, нырнул в гущу толпы. Со спины меня толкали, кто-то даже ударил по голове, отчего во мне вскипела ярость. Подстегнув себя, я бросился вперед, сминая всех на пути и наконец-то выбрался на открытое пространство. Вокруг высились стражники, уже принявшие боевые стойки.

– Оружие! Дайте оружие! – яростно закричал я, но все внимание было приковано к воротам.

За стенами царила гнетущая тишина, лишь отдаленно слышался топот. Враг приступил к тарану ворот, и звон ударов говорил о массивности орудия. Стены и ворота обвились толстыми корнями, которые вылезали со всех сторон и придерживали всю конструкцию. Попытка пробить внешнюю оборону сводилась на провал. Вдоль верхушек высоких стен выдвинулись изящные отряды лучников, готовые вступить в бой.

– Огонь! – глухо прозвучала команда со стороны.

Лучники разразились залпом стрел, без остановки готовя новый выстрел. За воротами раздались пронзительный свист и глухой удар, разрушивший часть стены. Обломки камней и тел лучников разлетелись во все стороны. Сквозь зияющую прореху хлынули вражеские воины. Я, замерев, оглядывался в поисках оружия. Короткая пауза взорвалась криками и лязгом мечей. Один из Эксилионцев, заметив меня, провел пальцем по горлу в угрожающем жесте. Я ринулся в узкую улочку и, скрывшись за углом, наблюдал за его преследованием. Когда он пробежал мимо, я внезапно напал, сбив его оружие ногой. Он сопротивлялся, но неуклюжесть в доспехах играла мне на руку. Удерживая его, я ощутил свою божественную мощь. Его попытки вырваться были тщетны. Вглядываясь в его форму, на поясе я заметил короткий клинок и попытался дотянуться до него. Не отпуская противника, я толкнул его в стену, выхватив кинжал из ножен, когда он растерянно попытался сориентироваться. Потянувшись к своему второму оружию, он обнаружил его отсутствие. С лицом зверя, обнажив жуткие гнилые зубы, он ринулся на меня. Я отступил, продолжая уклоняться от его неистовых ударов. В нужный момент я использовал кинжал, пробив его броню сбоку. Он ослабел и, шатаясь назад, остановился. Я, вырывая клинок из его тела, нанес прямой удар в лицо. Преследователь рухнул без движения. Я немного взмок от такого противостояния, но мне понравилось. Подобрав его длинный меч, я вернулся во входной двор.

Перед воротами лежали горы тел, к счастью, не наших. Некоторые враги были опутаны корнями, за что следовало благодарить титана, тоже участвовавшего в сражении. Возможность испытать свою храбрость перед лицом врага разыграла во мне азарт. Я ощутил уверенность благодаря своей внутренней силе. Следующий воин бежал на меня вслепую. Я отклонил его удар, вспомнив уроки недавней тренировки. Атакуя прямолинейно, он стал легкой добычей. Увернувшись, я пронзил его живот, и обездвиженное тело рухнуло на землю. Я бросился на следующего воина, ударив его по шлему. Он застыл в недоумении, и я, не колеблясь, вонзил в него меч. Каин оказался прав: их ярость делала их действия предсказуемыми. Бой продолжался, и вокруг становилось все жарче.

Передо мной возник настоящий гладиатор. Словно железное чудовище, способное в одиночку сразить армию. Он выглядел как настоящий гигант, с которым не так-то просто справиться. В его руке огромный двуручный меч, а в другой – щит, доходящий ему до половины тела. Металлическая броня была покрыта тканью с символами молота и трех шаров. Под ней – блестящая кольчуга. Если его сила соответствует внешности, остается только молиться. Его взгляд был полон непоколебимой уверенности, и каждый шаг задевал пыль на земле, словно обращая ее в прах. В душе закипала буря страха перед неизбежной битвой, но я не позволил себе отступить. Мои пальцы крепко сжимали эфес меча, и я сделал шаг вперед навстречу этому гиганту. Он, окинув меня презрительным взглядом, зарычал и начал наступать. Наши мечи пересеклись в воздухе, издав злобный скрежет металла. Я едва успел уклониться от его неимоверной мощи, когда его двуручный меч обрушился вниз с непреодолимой силой, врезаясь в землю. Выбрав момент, я попытался провести резкий выпад, но мой удар был ловко отброшен. Его щит мелькнул перед глазами, а затем ощутимый удар отправил меня на несколько шагов назад. Загнанный в угол, я стал тщательно анализировать его движения, стараясь найти слабое место в оковах этого стального колосса.

Секунды тянулись как часы. Вот он вновь бросился на меня, и я, прыжком ушедший вбок, сумел уклониться. Лезвие моего меча скользнуло по кольчуге, но тут же отскочило, вновь не причинив никакого вреда. Он оскалился, его огромный меч вновь взлетел вверх. В тот краткий миг у меня в голове вспыхнула мысль: это сражение я должен выиграть не силой, а проворством.

Я стал маневрировать вокруг него, изматывая гиганта постоянными уклонениями и короткими, меткими выпадами. Он заметно замедлился, его удары теряли прежнюю мощь. Наконец, в момент, когда толчок руками заставил его щит на мгновение опуститься, мне удалось нанести точный удар в бок, туда, где кольчуга не могла полностью защитить свою цель.

– Посторонись, мальчик! – донесся до меня хриплый голос из-за спины, едва различимый, но все же настойчивый.

Мимо прошмыгнул проворный старичок, одетый не как остальные обыватели. Он одет в белую одежду с желтой оторочкой, чалма с красными перьями и накидка с темно-красным подбоем.

– Уходи, мальчик, я собираюсь творить, но никому об этом не разглашай, – доверительно проговорил с мигающим глазом старичок.

С размахом разлетались его руки, и в воздухе вспыхивали искры, складываясь в таинственные знаки. То был истинный Кринагский маг.

– Эй, мальчик, прикрой меня, пока я занимаюсь этим, верзилой!

– Ладно! – отозвался я.

Едва прошло несколько мгновений, как он вновь замерцал своими руками:

– Кринагумия! – заклинал маг, направляя магическую энергию в гиганта.

Огромный воин в латах замер, руки его опустились. Вдруг он обратился и стал размахивать сверкающим мечом, рассекая своих же собратьев.

– Что ты с ним сделал? – задал я вопрос застылому магу. – Эй! Дед, ты меня слышишь? – но старец оставался глух.

Слева от старика с диким воплем выскочил еще один вражеский солдат, размахивая мечом и стремясь к магу. Быстро подкатившись к нему, я сноровисто сбил его подножкой. Солдат вскочил, но я тут же вонзил клинок в его глотку, и сочащаяся кровь окропила мой скромный наряд. Постепенно гул поля боя стал утихать, где-то неподалеку все еще слышались крики и звон мечей. Внезапно небеса разверзлись, пропуская белоснежное облако, на котором стояла мускулистая фигура, почти как божество. Я сразу узнал своего брата.

– О нет, мне нужно сматываться! – выкрикнул старик и, накрывая себя руками, скрылся за углом ближайшего здания.

– МАГИЯ! Кто из вас использует магию? – раздался громкий и решительный голос.

Все воины застыли в немом изумлении, рассматривая повелительную фигуру на облаке. Это был не мой отец, а взрослый и окрепший Аколос. В руках его сияли массивные весы, а одеяние из белоснежных хламид отражало облик божества. Войско Эксилиона, охваченное страхом, бросилось в бегство, оставив лишь одного гиганта в тяжелых доспехах, который не понимал происходящего. Из своих чар старый маг вселил ему чуждый разум, но внезапно прекратил заклинание. Фигура Рама, вылепленная из тысячи искр, появилась и вступила в беседу с пришедшим богом.

– Аколос, рад видеть тебя здесь, – произнес титан, приветствуя его с величественным спокойствием.

– Хм, я так и не услышал и не понял, кто осмелился применить магию! – прозвучал в ответ злобный голос Аколоса, полон негодования.

– Успокойся, может быть, это был Эксилион, – попытался титан снять напряжение со встревоженного бога.

– Хм.

– Почему ты вновь вмешиваешься в наши битвы, Аколос? – допытывался титан с любопытством, но осторожно.

Я все это время наблюдал в сторонке, стараясь остаться в тени, чтобы не привлечь внимание моего брата. На любой вопрос он лишь фыркал и хмыкал недовольно.

– Ты испортил такой разгар битвы, нельзя ли воздержаться от таких действий?

– Что тебе до меня, титан? Ты всего лишь полубог, а я способен вершить судьбы любого из вас, – отозвался облачный бог с недовольством во власти своего голоса.

– Все, битва окончена, – заключил титан, словно ставя точку в разговоре. – Теперь трудно понять, кто творит здесь магию, ты ведь знаешь, что у кринагов таких способностей нет.

Бог же продолжал хмыкать и окидывать кипящим взглядом всех воинов. Когда его взгляд пересекся с моим, он задержался на мгновение, но затем решил продолжить путь. Думаю, он узнал меня, как родного брата. Не произнеся ни слова, он поднялся вверх, возносясь на своем облаке, и скрылся из виду.

– Прислонись душой в ближайшей таверне, Сель, – промолвил титан, – а вечерком, подле моей статуи, побеседуем. Сейчас мне надо город в порядок привести.

Я кивнул в знак согласия и направился в ближайший постоялый двор, чтобы перевести дух после недавнего сражения. В трактире царила тишь да гладь, но это было ненадолго. Стоило мне войти, как гостиный зал тотчас наполнили люди, и там закипела жизнь. Я расположился у стойки, и меня обратила в свой взгляд девушка:

– Что подать вам молодой человек? Может, пенного?

– О, нет, благодарю, я не пью, – я смущенно отмахнулся.

– У нас имеются и простые напитки, – добавила она с улыбкой.

– Апельсины у вас есть? – предложил я шутливо.

– Ха, конечно есть, только вы, верно, не местный? – с гордостью ответила девушка. – Могу предложить еще лучше.

– Что может быть лучше апельсинов?

– Апельсиновый сок! Постойте, скоро вернусь, – и скрылась за неопрятной занавеской.

Пока я ожидал сок, трактир наполнился радостным шумом. Столы захватили мужчины, наполовину снявшие доспехи, а задорная мелодия лютни все ярче прорезала пространство.

Я оглядел зал, приятно удивленный оживленной атмосферой. Врываясь все громче в общий гул, играла лютня, и вскоре на небольшой площадке среди столов появился молодой музыкант. Он с ловкостью скользнул пальцами по струнам, вызывая трели, которые мгновенно захватили внимание всех присутствующих. Взрыв смеха пронесся по залу, когда к нему присоединилась певунья, ее задорный голос звенел в унисон с мелодией.

На миг закрыв глаза, я позволил себе забыться в этой атмосфере праздника, благодаря теплой гостеприимности незнакомого местечка, временно укрывшего меня от внешнего мира. Я тихонько вздохнул, прислушиваясь к сердечному шуму, надеясь, что вечер у статуи великого титана принесет мне не только объяснения, но и новые ответы.

Я почувствовал, как подступает легкая усталость после всех пережитых волнений, но в то же время простое удовольствие нахождения среди таких же людей, ищущих временного укрытия и утешения, наполняло душу теплом. В этом месте с его весельем и душевной простотой я ощущал, будто обрел новый дом, где каждый взгляд, каждая улыбка несет с собой частицы света, ярче любых комментариев на поле боя.

Из-за стойки появилась девушка с подносом. Она ловко лавировала между стульями и столами, не пролив ни капли из стаканов, которые несли собой свежесть апельсинов.

– Вот мальчик, держи, – поставила девушка стакан и сложила руки на пояс.

Я благодарно улыбнулся ей, принимая свой напиток, и вдыхал аромат, словно очарованный этим свежим вкусом. Сок был сладким и освежающим, словно глоток солнечного света в темную ночь, и я невольно ощутил прилив сил.

«И в самом деле апельсиновый сок», – подумал я, внимательно распробовав его.

– Мм, вкусно, очень вкусно, – приподняв вверх брови, я удивился вкусу. – Сколько с меня?

– За счет заведения, сегодня можно, – махнула девушка рукой и переключилась на другого посетителя.

Тем временем зал уже бурлил весельем. Пространство заполнилось ароматами рыбы, пива и пота. Кружились в танце мужчины и женщины, а к звукам лютни добавились еще несколько инструментов, создавая полноценную музыку. В этом городе такие празднества редкость. Из пестрой толпы ко мне пробрался, слегка захмелев, худощавый мужчина.

– О, я видел тебя в бою, ты великолепно уворачиваешься, – заплетающимся языком выдавил он.

– Ну, я много тренировался, – ответил я.

– Знай же, мой совет: никогда не дерись в одиночку, – пробормотал старик, развернулся и тут же забыл обо мне.

Я еще несколько часов просидел в трактире, наблюдая, как люди пьют пиво и пускаются в пляс. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что потерял чувство времени. В окружающем гомоне и праздности было что-то гипнотическое, что-то, что заставляло забыть о повседневных заботах и тревогах. Взглянув по сторонам, я увидел, как хорошо всем весело, как легко текущий момент отползает прочь, освобождая людей от их будничных оков. Склонившись над открытой ладонью, я прикоснулся к прохладной поверхности стола, будто проверяя, все это по-настоящему или всего лишь плод воспаленного воображения. Лютнист и его товарищи перешли к новой песне, их звуки перекликались, обгоняя друг друга, а посетители потрясали в такт кружками, подпевая и возбужденно вскрикивая. Жизнерадостность как будто передавалась по цепочке от одного человека к другому, включая и меня в это радушное, бьющее фонтаном действо.

Я снова увидел девушку, которая раньше подошла ко мне, теперь она танцевала в центре зала, смеясь и делая грациозные движения, что привлекали многих наблюдателей. Между этими стенами она, казалось, становилась иной – вечной и одновременно текущей, как сама музыка. В какой-то момент ее глаза встретились с моими, и я невольно улыбнулся, пожалуй, впервые за долгое время искренне ощутив счастье, пусть и не долговечное.

Выйдя на улицу, я заметил, что на улице довольно много народу. Люди радостно праздновали очередную победу в обороне города. Улицы все засветились керосиновыми фонарями, в нескольких местах играла уличная музыка. Тихим, не торопливым шагом, я пошел в сторону статуи. Присев у каменных ног титана, появился он сам.

– Ты здорово дерешься Сель, тебя кто-то обучал? – обратился ко мне Рам.

– Всему обучал меня Каин.

– Да, он превосходный воин, несколько раз он помогал моему городу. Слышал как ты попал под обстрел бандитов прошлой ночью.

– Для меня это было большой неожиданностью. Это место так сильно отличается от моего города. Здесь постоянно кипит жизнь, у меня тишь да гладь.

– У тебя Сель, отлично получается притягивать проблемы, – усмехнулся Рам.

– Представь, что было бы если я был полноценным богом, тут бы уже настал конец света. – с горечью я ответил на претензию. – Ого смотри, как ярко сверкает горизонт, – указал я на оранжевое сияние на краю леса.

– О нет, боюсь Сель, это не самая благоприятная весть.

– Почему? – взглянул на титана.

– Как давно ты спустился с небес Сель?

– Ну, один год жизни на земле точно есть.

– Пока ты рос в Твердыне Небес, у брата твоего отца, появились приемники.

– Так, и что?

– Не перебивай. К этому времени появилось много богов, с которыми ты даже не знаком. Я не думаю, что они пойдут на все уступки ради тебя, меня и прочих, они все очень разные и у всех своя цель, свои приоритеты, предназначения.

– Это я понимаю.

– Но, появляются боги не только с небес. То, что ты сейчас наблюдаешь, это горящие леса Крина. И тот, кто их поджигает имеет огромную мощь, надеюсь ты не вляпаешься в переделки с этим поджигателем.

– Нельзя так просто уничтожать природу, особенно леса.

– Может ты и старше меня Сель, но тебе, еще многое стоит узнать в этом мире. Невозможно помочь всем и каждому.

– Это я тоже понимаю, – со вздохом я разочарованно опустил голову.

– Не грусти, – положил он своею светящую руку мне на плечо. – Мне все же нравится твоя идея вырасти сад, но твой город, а вернее деревня Аши, расположен на мертвой земле. Там точно не вырастет ничего.

– Мне удалось вырасти не большой кустик красных ягод, они были сладкие, – с гордостью я улыбнулся.

– Да? Неплохо…

Наблюдая заход солнца и горение горизонта, мы еще долго беседовали. Рам дал мне мешочек земли и рассказал как правильно им распорядиться. Обратно я не торопился, но домой уже хотелось.

Ночной кошмар

6-ой месяц, 1236 год.

Когда я вернулся домой, привычная тоска вновь обосновалась в моей душе. В Чие даже небосвод кажется светлее, в моем городе царствует беспросветная серость и мрак. Люди тут вечно кого-то оплакивают. Все из-за Эксилиона и Ночного кошмара. Днем угрозы Эксилиона наступают со всех направлений, не щадя города Кринагии. По ночам же на нас безостановочно охотится Ночной кошмар. Сколько же бед он приносит, но никто не в силах его остановить.

И вот решил я попытать счастья в поимке Ночного кошмара. Думал об этом уже не раз, но на сей раз решил действовать всерьез. Если у него хватает разума, быть может, его силу получится обратить против Эксилиона. Поддадутся ли он укрощению или перевоспитанию? Народ наш, Кринагский, стремится к миру. Войны нам не нужны, а Эксилион хочет стереть нас с лица земли. Слава богам, что их нападения обходятся малыми жертвами. Армия наша невелика, да и то состоит преимущественно из добровольцев, которые не знают себе занятия. Каин рассказывал мне, что в Эксилионе бойцов вербуют с малых лет и сразу начинают учить ратному делу. Бедные дети, ведь возможно, в этом и кроется их слабость – слишком молоды они, чтобы знать, что такое настоящая стратегия.

Я начал работу в своем саду, отложив мешочек со священной землей в сторону, и не спеша принимался за удаление сорняков. Земля была иссохшей, поскольку не давний дождь не прошел через Аши. Жаркий летний день не благоприятствовал росту моих растений. Я взял два ведра и наполнил их у колодца. Рассыпав титаническую землю, я полил все водой, как повелел мне Рам. Завершив дела в саду, я вернулся домой, чтобы отдохнуть.

На следующее утро я был в полной готовности к тренировке с Каином, но он так и не появился. Я решил зайти к его жене, надеясь узнать о его местонахождении.

– Доброе утро! – поздоровался я, входя в дом Каина.

Двери были распахнуты, жители Кринагского народа слишком доверчивы и не запирают их никогда. У себя в доме наставника, я услышал домашнюю суету. Двое детей веселились на кухне рядом с мамой, которая готовила им еду, а третий ребенок, находясь в колыбельке, издавал милые звуки.

– О, привет, Сель. Не услышала, как ты вошел. Как видишь, немного занята, – сказала она.

– А где Каин? Мы должны были заниматься.

– К сожалению, его сейчас нет в деревне. Он с несколькими верными воинами отправился в дальние леса Крина тушить пожар.

– Может, мне стоит помочь ему? – спросил я без лишних размышлений.

– Думаю, он справится, это всего лишь огонь. Эй, положи на место!

– Ладно, передайте ему, что я жду его, если он вдруг возвратится раньше.

– Хорошо, Сель. Может, чая? – предложила она.

– Нет, спасибо. Я уже позавтракал, но запирайте двери. Каин меня так же просил.

– Хорошо, Сель, – улыбнулась соседка и продолжила хлопотать на кухне.

Я отправился на наше с Каином поле, где обычно тренируемся. Размахивая деревянным мечом, в голову вернулись прежние мысли. С Эксилионом еще разберусь, но Ночной кошмар не дает покоя никому. Нужно что-то предпринять. Я махал мечом в абсолютном спокойствии, а деревня на заднем фоне была словно замершей во времени. Тихий ветер колыхал зеленое поле и изредка усиливал свой порыв.

Время шло, и солнце медленно поднималось над горизонтом, заливая светом все вокруг. Мое сознание постепенно отвлекалось от мечты о будущих победах и возвращалось к настоящему. Каждый удар деревянного меча обнажал недостатки и уязвимости, которые я раньше не замечал. Это была моя собственная тренировка, мой путь укрепления духа и тела, пока Каин отсутствовал. Легкий пот начал пробегать по лбу, но я упорно продолжал, погружаясь в ритм боевого искусства.

Неожиданно мое внимание привлек шум, исходящий из леса. Он был незнаком, но не казался враждебным. Обнажив меч, я медленно двинулся к источнику звука, стараясь не издавать ни одного лишнего шороха. Каково же было мое удивление, когда я увидел перед собой старика, собирающего травы. Того, что мне посоветовал взять земли из Чие. Он выглядел хрупким и безобидным, но в его глазах была проницательность и сила, которые я никогда прежде не встречал.

– Молодой воин, – произнес он, заметив меня. – Ты идешь путем мужества, но в сердце твоем сомнения.

Я остановился, пораженный его словами. Старик продолжал:

– Тот, кто ищет только битв, не обретет покоя. Твоя сила в понимании и знании, а не в одной лишь схватке с врагом. Помни об этом.

С этими словами он собрал последние травинки и, не оглядываясь, ушел обратно в деревню. Я остался стоять, размышляя над услышанным. Его слова прочно запали в мою душу, открывая новое видение, к которому я раньше не был готов. Возможно, именно этого мне и не хватало все эти годы поисков – внутренней гармонии и понимания, что истинный враг не извне, а внутри себя.

Мой поток мыслей вновь был прерван раздумьями о Ночном кошмаре. Чтобы поймать его, требуется приманка. Мой дом расположен вдали от мест, где он обычно творит злодейства. Если я договорюсь, возможно, удастся поменяться жильем. Сперва нужно обзавестись хорошим оружием, и я ринулся обратно к дому соседей где живет Каин.

Дверь вновь оказалась незапертой, и я без труда вошел в дом Каина. Привычный домашний шум вдруг стих, я старался идти на цыпочках. Заглянув на кухню, никого не обнаружил, продвинувшись дальше по коридору, приоткрыл дверь в спальню и увидел соседку, укачивающую младенца. Краем глаза она заметила меня, и я жестом поприветствовал ее.

– Мне нужна экипировка и оружие, скажите, где находится оружейная у Каина, – прошептал я.

– Ах, да, Сель, в коридоре за вазочкой есть ключ, оружейная на заднем дворе.

– Спасибо, – махнул я рукой и шагнул прочь из царства сна.

Найдя ключ и оружейную, я обнаружил множество интересных трофеев Каина, добытых в сражениях. Я выбрал пару плечевых доспехов и нагрудник, легкие наручи и отличный короткий меч, которым можно легко владеть одной рукой.

«Думаю, этого достаточно, не хочется, чтобы Каин обозлился за то, что я взял его снаряжение без разрешения».

Я сложил все в компактный походный рюкзак и отправился домой. Теперь мне нужно разработать план атаки, ведь в тактике скрыта сила. Раздумывая, я не заметил, как наступил вечер, и направился к самым отдаленным домам в деревне, где удары Ночного кошмара были особенно часты. В первом доме меня встретила пожилая пара – старик в кресле-качалке будто бы знал меня и приветствовал с легкой улыбкой.

– Добрый вечер, Сель. Какими судьбами ты у нас? – с улыбкой спросил старик, поднимая трубку ко рту.

– Я начинаю охоту на Ночного кошмара и хотел бы попросить вас на пару дней переселиться в мой дом.

– Это благородно и опасно, Ты слышала мать? Мы сегодня уходим в гости ночевать! – крикнул старик задрав голову назад.

– Начинайте сборы прямо сейчас, – попросил я.

– Хорошо, Сель, мы согласны.

Старики начали неспешно собирать вещи, а я объяснил, где находится мой дом, и они отправились в путь. Перейдя во второй дом, я встретил двух мужчин, и один из них обрушился на меня дерзостью:

– Эй, парень, зачем пришел?

– Прошу покинуть дом на пару дней.

– Почему это? – удивился он.

Дом был не ухожен, везде пылился налет запустения, словно в нем долго никто не жил.

– Эй, с кем ты говоришь? – появился второй мужчина.

– Да тут какой-то незнакомец, велит нам покинуть дом, – ответил первый.

– Я охочусь на Ночного кошмара. Эти дома под угрозой его атаки.

– Ничего, справимся сами.

– Как хотите, я не настаиваю, – ответил я, замечая их колебания.

Мужчины обменялись взглядами, полных сомнений.

– Ладно, может, и послушаемся тебя. Где жить-то будем?

– Мой дом самый дальний. Идите по главной дороге и сверните направо, увидите два дома. Там, где сад – мой.

– Ладно, парень. Сейчас соберемся.

Медленно тянулись минуты, как мужчины нехотя покидали свой запыленный дом. Смутное предчувствие шептало мне о скрытой угрозе в их облике. Одеты они были, как нельзя более приметно – яркие цвета не свойственны нашей земле. Ждал я, наблюдая за ними у порога, пока те собирали свое скромное имущество. И вот они вышли наружу. Один, изрядно напрягшись, тащил мешок, судя по виду, тяжелый.

– Ну все, мы пошли, – проговорил первый.

Я слегка взмахнул рукой, удаляясь к первому дому, но тут мой слух уловил звон металла. Обернувшись, я заметил, как мешок второго разорвался, рассыпав содержимое на землю. Увидев доспехи Эксилиона, я не мог больше сомневаться – это шпионы.

– Так вот как! Сейчас я снесу вам головы! – сказал я.

– Не стоит это затевать, нет здесь надобности в схватке, – протестовал шпион, отмахиваясь.

Я рванул к первому, который уже вытаскивал меч из мешка. Успел он отбить мой выпад и тут же предпринял серию яростных атак.

– Ты погубил наш замысел! – выкрикнул он.

– Ваши планы всегда обречены на провал, – со сладостной насмешкой ответил я.

С легкостью отражая его выпады, я заметил, что второй бойцов уклончиво начал отступать и собрался скрыться из деревни. Не суя голову в петлю, я держал свою позицию, не прилагая лишних усилий. Рассекал мой меч воздух, и ни один удар врага не коснулся меня.

– Хватит извиваться! – разъяренно крикнул Эксилионский шпион.

Разозлившись, он начал наносить более точные удары, от самого тяжелого мне удалось так же увернуться. Он только слегка срезал небольшую прядь золотистых волос.

– Заберу себе как трофей и покажу всем, когда вернусь домой, – выставил он свой довольный оскал.

– Ты домой, уже, не вернешься, – уверенно я ему ответил, за дерзость.

Мой оппонент уже выдохся и не может атаковать эффективнее. Как учил меня Каин, Эксилион не сможет драться даже против обычного крестьянина, они полны злобы и ненависти. Их жажда выполнять приказы, всегда приводит к поражению. Так и мне удается победить в этой дуэли. Сделав решающий удар, я его легко парировал и нанес удар мечом в тело. Его меч выпадает из рук и тело его, тоже теряя силы падает на землю. Этим всем я благодарен Каину, никогда не забуду его тренировки. Мне пришлось избавиться от ненужного сейчас трупа, похоронив его по-человечески. Доспехи их я тоже не брал, оставил у могилы за домом. Я начал обустраивать дома и установил в них ловушки, которые могли бы меня предупредить о ночном госте.

Наступила ночь, за окном шелестели сверчки, а я устроился на одной из кроватей в доме старой пары. Пребывание в доме, где жили двое мужчин, меня особо не устраивало. Густая темень опустилась стремительно, в деревне постепенно угасали огоньки. Двери я не стал запирать, чтобы Ночной кошмар быстрее нашел меня. Мой меч находился под рукой, а доспехи я не снимал весь день. В доме становилось прохладнее, но камин я не разжигал перед сном, под одеялом было тепло. В ожидании гостя я уснул. Когда рассвело, я поднялся и широко потянулся.

«Похоже, Ночной Кошмар не приходил сегодня, возможно, насытился тем шпионом из Эксилиона».

Утро встретило хмурой серостью. К рассвету зарядил дождь, улицы заполнились лужами и грязью. Дождь, сейчас кстати, будет полезен для моего сада. Я решил не терять время зря и направился на тренировочное поле. У выхода из дома, я прихватил кожаную куртку старика и соломенную шляпу, чтобы сильно не промокнуть. В пустынной деревне, я почти не замечал людей, из труб различных домов шел дым. Все, похоже, выбрали отдых. Шлепая по густой грязи и лужам, я прошел мимо дома, где жили старики. В окнах мерцали движения – значит, с ними все в порядке, а вот Каин так и не вернулся. Подожду его немного на поле. Трава на поляне не блестела зеленью, наоборот, она была столь влажной, что прилипала к обуви. Я сел на мокрую, холодную траву и начал медитировать. Освобождая разум от мыслей, а тело от напряжения, я прислушивался к природе, стремясь слиться с ней воедино.

Время текло медленно, как вязкая река, и вскоре я заметил, что дождь стал немного тише, превращаясь в мелкую морось. Воздух наполнился свежестью, которую нельзя было ощутить в сухие дни, и, прислушавшись к себе, я почувствовал, как по телу разливается необычайное спокойствие. В тишине полевой окружавшей меня природы начинал играть собственный оркестр: шорох листьев, приглушенное падение дождевых капель, иногда прерываемый робким щебетом пробуждающейся птицы.

Постепенно дождь прекратился, и облака начали раздаваться, как занавес после спектакля. Я продолжал сидеть на траве, чувствуя, как к одежде привыкла влага, и встряхнулся, пытаясь сбросить с себя остатки сырости. Утренняя прохлада окутала меня, но внутри было тепло и радостно.

Легкий дождь почти прекратился совсем, я слушал все звуки природы. Медленно стекая капля по соломе на шляпе, ее полет и удар о кожаную куртку. Я ощущал спокойствие и гармонию. Вибрации по земле нарушили мой ментальный покой – кто-то приближался. Когда шаги стали громче, я приподнялся, вынимая меч.

– Эй-эй! Спокойней, малыш! – подняв руки, остановил меня Каин. – Вижу, ты занимаешься, молодец. Духовный фундамент важен, лишь так можно достичь всего, не увязнув в тяготах бытия.

– Каин, наконец-то! Что так долго пропадал? – спрятав оружие, я поприветствовал своего наставника.

– Пожары, они разрушают священные леса Крина.

– Недавно был в Чие, увидел на горизонте вечернее пламя.

– Боюсь, новая угроза нависла над нами. Я организовал отряды пожарных, но это еще не все, – выражение лица Каина сменилось с радости на печаль.

– Что за угроза? Пожары тушить несложно. Эксилион ответит за вред, причиненный им.

– Нет, Сель. Горящие леса не их рук дело. Из подземного мира явилась темная богиня.

– Темная? Это ее рук дело?

– Она не называла имени, но когда скачет на своем скакуне, леса охватывает пламя. Мы пытались договориться, но она нас не слушала, забросала огненными шарами. К счастью, обошлись легкими ожогами.

Каин показал мне ожог на левой руке.

– Чего она хочет? Почему явилась из подземного мира? Кого преследует?

– Возможно, но она юна, твоего возраста, неразговорчива, ей было не до нас.

Тучи сгущались над деревней, и дождь снова усиливался. Ветер уже мешал медитации и тренировкам.

– Пойдем, Сель, я проголодался, угощу чаем и вкусной едой.

В доме Каина всегда царил уют и теплая забота. Оставив снаряжение, я облачился в сухую, теплую одежду. В это раннее утро дети мирно спали, и их мать, заранее приготовившая стол, заботливо пригласила нас с Каином. Она поставила перед нами дымящиеся тарелки, полные сочного мяса и свежей зелени.

– Вот, приезжали торговцы из города Чие. Я купила у них мяса и разных трав, зелень у них всегда свежая, – нежно пояснила хозяйка дома.

Мы молча вкушали пищу, ощущая тепло дома Каина. Вкусный аромат блюд наполнял пространство, и шум дождя за окнами казался отдельной музыкой, под которую тек наш ужин. Лишь изредка мы обменивались взглядами, как будто слова были излишни, и только треск огня в камине дополнял вечернюю тишину.

– Что будем предпринимать? – наконец спросил я, когда блюда были почти пусты. Непонятная тревога запала глубоко в душу, и я желал знать, как можно помочь защитить наш дом и леса от неизвестной мне богини.

Каин, задумчиво смотря на огонь в камине, ответил:

– Нам нужно больше сведений об этой богине. Ее силы пока не до конца ясны, но в книгах наших предков, возможно, найдутся зацепки.

Я кивнул в знак согласия с его словами.

– Итак, чем же ты занимался, пока меня не было? – спросил Каин, отрывая сочный кусок хлеба, и посмотрел на меня.

– Я тренировался в одиночку, но сперва посетил Чие.

– Что ты там делал? И как тебе этот город?

– Город буквально цветет и благоухает. Там было полно народу, и я помог местным отбиться от угрозы Эксилиона.

– Ого, вот это да, – изумился Каин, жуя мясо.

– Да, я испытал новые приемы, что ты мне показал.

– Парирование?

– Да, именно. Эксилион действительно не владеет тактикой, и мне легко удавалось противостоять им, пока мой брат Аколос не вмешался.

– Ну все же обошлось?

– Да, мне нужно было встретиться с Титаном, чтобы взять немного земли для сада. И еще мне посчастливилось разоблачить двух шпионов, прятавшихся в чужом доме у нас в деревне.

– Эм, в каком же доме ты их нашел? – чуть не подавился Каин.

– На самой окраине, в начале деревни. Я освободил два дома для охоты.

– На кого ты собираешься охотиться, Сель? Что ты задумал?

– Хочу поймать Ночного кошмара, но он не появился вчера.

– Не думаю, что это хорошая идея, Сель. Он страшно силен, особенно ночью. Говорят, днем он похож на человека, но ночью меняет свой облик. Вырваться из его цепких рук почти невозможно.

– Я знаю Каин, он сильный, но я должен поставить этому конец. Ценой своей жизни я буду с ним бороться.

– Ты еще молод, откуда же такие мысли? – мой наставник усмехнулся, вглядываясь в меня своими проницательными глазами. – Вижу, ты захватил мое снаряжение. Что ж, я не против. Напротив, это радует меня, ведь ты способен переменить неравенство в нашем мире. Однако теперь мысли мои обременены новой угрозой. К счастью, утренний ливень нам помог, как и тот Лесной путник из леса, он всегда рядом, когда нам требуется помощь.

– Что за неведомый Лесной путник? – изумился я, осознавая, как мало я знал о мире за пределами своей деревни.

– Он, словно тень, приходит из ниоткуда и оберегает леса, его личность окутана завесой тайны, – ответил Каин, вытирая рот серой тряпкой после сытного ужина.

– Ну что, начнем наше обучение? – поднялся я, внутренне готовясь к битве.

– Ах, Сель, не сейчас, – усталость обволакивала его лицо. – Я изрядно устал за ночь. Пожалуй, займись фехтованием самостоятельно. Мне нужно восстановить свои силы и залечить ожоги от недавнего пожара.

– Хорошо, позже я отправлюсь на охоту за Ночным кошмаром.

– Только не делать глупостей, если не сможешь, то отступи, – с серьезностью в голосе наставлял мой учитель.

– Во всяком случае, я попытаю свою удачу.

– Как только отдохну, я загляну к тебе. Не спутай только меня с этим чудовищем. Будь постоянно на стороже.

– Хорошо, Каин, обещаю быть внимательным. Отдыхай, набирайся сил.

Покончив с трапезой и наставлениями Каина, я решил проведать стариков в своем доме. Сад начал подавать признаки жизни, выпускает тонкие ростки. Дождь стих, оставив улицы в грязи, хорошо, что я остался в тех же сапогах. Слои грязи прилипали к подошве, мешая походке. Отсутствие зелени на дорогах стало слишком заметным. Когда мой сад вырастет, я поделюсь его плодами со всеми. Это поселение должно утопать в растительности. Дома было спокойно: дед что-то писал на происхождении листков, найденных у меня на полках, а бабушка, как ни странно, возилась в моем саду.

Я стоял у порога и наблюдал за бабушкой, которая, казалось, вела спокойную беседу с растениями. Она всегда верила в некую тайную связь между человеком и природой, и ее старые руки с любовью поглаживали молодые ростки. Я выбрал момент, чтобы подойти, и она обернулась, приветствуя меня легкой улыбкой.

– Вот видишь, Сель, твой сад оживает. Скоро он станет утешением и поддержкой для всей деревни, – сказала она, вытирая руки об фартук.

Я кивнул, чувствуя невидимые связи, о которых она говорила, и повернулся обратно к дому. Внутри дед, окруженный стопками старых книг, был полностью поглощен своими записями. Он всегда пытался разгадать тайны прошлого, и его перо быстро скользило по бумаге, оставляя за собой ровные строчки.

– Дед, что ты изучаешь? – осторожно спросил я, чтобы не отвлечь его слишком резко.

– Пытаюсь понять, как эти листья связаны с теми легендами, что ходят о Лесном путнике. Возможно, они ключ к его появлению, – ответил он, не отрывая взгляда от записей. – Возможно, твое приключение приведет нас к пониманию и даже к разгадке этой тайны.

– Ну что, удалось одолеть ту тварь? – спросила бабка, всматриваясь в меня с надеждой.

– Работаю над этим, – ответил я, ощущая на себе груз ответственности.

– Мы будем безмерно благодарны. Ты ведь знаешь, та проклятая тварь лишила нас дочери, а она была так молода, – печально призналась она.

– Мне искренне жаль, – сказал я, чувствуя ее горечь.

– Да и воины не оставляют нас в покое. Постоянно курсируют около деревни, словно призраки. Прямо из окна видать их.

– Они все еще в лесу? – спросил я.

– Да, их там полно. Все следят за нами.

– Я понял вас, – уверенно промолвил я, выходя на грязевую дорогу.

– Будь осторожен, сынок! – предостерегла она, и я, махнув ей на прощанье, продолжил путь. Впереди меня ждала нескончаемая работа.

Идя по главной улице нашего поселения, я смотрел, как ветшают деревянные дома, едва сохраняя прежний облик. Городом наш поселок не назовешь, скорее, забытая деревенька. Но как только все уляжется, я перестрою дома – возведу их из камня, они засияют белизной и чистотой, как в далеком Чие. Лично займусь каждым домом, чтобы избавить людей от тягот, которые они несут. Отец доверил мне этих людей, и я буду их опорой. Начну с Аши, а за ней и вся Кринагия преобразится.

Я углубился в мысли, продвигаясь по извилистой дороге на одной из улиц, которая заполнилась не проходимой грязью. Я знал, что в каждом домике живет история, связанная с болью утраты и надеждой на перемены. Словно слыша мои мысли, ветерок донес ко мне отголоски детского смеха, нарушенного ужасами, что обрушились на нас.

Со стороны леса, подул зловещий ветерок. Природа знала о том, что скрывается среди ее деревьев, но хранила молчание. Лишь где-то вдалеке послышался треск сухих веток, и я остановился на миг, вслушиваясь. Но затем, собрав все свое мужество, я продолжил путь, ведь от моего решения зависела судьба целого поселения.

Время шло к вечеру, наступали сумерки. Вернувшись к дому, в котором я находился прошлой ночью, я решил, осмотреть окрестности вокруг него. Дом совсем близко к лесу, поэтому, я думаю на него легче всего напасть. Заходя на опушку, сразу заметна растоптанная трава. Они явно не скрывали следы. Пробираясь дальше вглубь леса, я чувствовал, как с каждым шагом атмосфера становилась плотнее, словно там, впереди, ждало что-то, готовое впиться в мою душу когтистыми лапами. Но это был мой долг – освободить людей от страха, от тени, которая простиралась над нашей землей. И я знал, каким бы тяжелым ни оказался путь впереди, я должен пройти его до конца. Ведь только так я смогу вернуть мир в сердца тех, кто живет за моей спиной, в этой маленькой деревеньке, которая, несмотря ни на что, остается для меня всем. Пройдя еще дальше, мне замечались посторонние вещи, рваные тряпки и использованное оружие, куски разобранной брони. Вдалеке, сквозь кусты, я увидел целую повозку со снаряжением. Это явно Эксилион и судя по всему, они перенаправляют сюда войско. Интересно только знать, где же они сами? Похоже, что это заброшенный лагерь, он настолько близок к нашему поселению, что за нами можно было следить целыми сутками из укрытия. За деревом, я услышал возню, подходя к нему, можно было понять, что за ним кто-то скрывается. Аккуратно и бесшумно вынув меч, я сказал:

– Выходи, а иначе…ты пострадаешь, – сказал я на вскидку.

– Только спрячь оружие, я, я не хочу драться и не могу, – ответил мне дрожащий голос.

Я спрятал меч, а из-за дерева вывалился на землю раненый боец Эксилиона. Вид у него ужасный, множество открытых и разорванных ран, по всему телу. Броня почти раскромсана на куски.

– Что ты тут делаешь? – спросил я его не теряя бдительность. – Кто это тебя так, покромсал?

– Знаю, мы с вами враги, но я, кхм… Мне нужна помощь, иначе я помру.

– Что вы тут замышляли, это что, засада?

– Да-а, но она сорвалась еще прошлой ночью. Мы хотели напасть на деревню. Но какая-то тварь напала на нас.

– Поздравляю, вам удалось познакомиться с Ночным кошмаром.

– Но нас поверг не только он! – задыхаясь воскликнул вражеский боец.

– О чем это ты?

– Эксилион почти пал ух…

– Что? Но как? Вы же, постоянно атакуете наши земли? У вас большая армия. А ваше преимущество в магии?

– Магия бесполезна против него.

– Против кого?

– Эксилион поработил Ложный бог, ах… Нам нужен, новый, ах… дом. Поэтому, мы хотели, перейти на ваши земли. Никто и не знал, что лес настолько опасен и вас оберегают столько существ в лесу.

– Но зачем же вы решили нападать на нас? Есть способы решения проблем по лучше, чем война между народами. Ладно, как выглядело это существо?

– Как человек, но страшнее, когти на пальцах, темная кожа, лицо ах… Лицо как у мальчика, глаза темные кхм…

– Это и есть Ночной кошмар, я как раз ждал, что бы убить его.

– Ты еще сможешь его здесь подождать, он приходил сюда трижды за ночь, что бы разбить наш лагерь до конца. Он убивал всех, по очереди, я последний. Сюда направляются еще наше войско, деревню уничтожат ах…

– А этот ваш, Ложный бог, извергает огнем? Расскажи мне о нем.

– Я не знаю, я… даже не смогу тебе ответить, он управляет не огнем… И это… даже не магия, кое-что пострашнее.

– Что может быть опаснее огня? Мы вообще ободном боге говорим?

– Этот бог явился из неоткуда… и обрушил на наш город свой гнев. Внешность у него не естественная, его одежда блистает как кристаллы, а сила… неимоверна, он может создавать все что… все что…

Испустив последний пар из уст, враг испускает дух, пав от смертельных ран. Я устремился вглубь леса, намереваясь изучить следы. Повсюду лежали тела Эксилиона и их снаряжение – Ночной кошмар потрудился на славу. Какой он обладает мощью, раз смог победить всех в одиночку? Если он убил их недавно, может быть, я настигну его по следам. Надеюсь, у меня все получится.

Завыли волки, и лес постепенно окутался сумраком. Я шагал по узким тропам, ведущим в самую глубь таинственного и неизведанного леса. Весть о новых богах меня немало потрясла. Все чаще я размышляю о них. Почему они поступают как вздумается? Появляются из ниоткуда. Что-то с этим надо делать. Но сперва я займусь ночным убийцей. Я давно потерял след, но сердце подсказывает, в каком направлении идти. В животе заурчало от голода, пришло время передохнуть. Я забрался слишком далеко, чтобы отступать, начатые дела необходимо доводить до конца. Внезапно, сквозь ночную тьму, деревья покрылись незнакомыми символами. Они светились, указывая путь. Придется отложить привал.

Я шел еще несколько часов, пока не стемнело окончательно, символы ярко горели, и, хоть я не знал, были ли они добрым знаком или дурным, выбора у меня не оставалось. Леса проходились трудно – сначала ты спускаешься, затем поднимаешься. Это путешествие изрядно меня измотало. Символы привели к лагерю: стояла небольшая палатка, натянутая на ветки, рядом пылал костер. Перед огнем сидела человеческая фигура, готовя что-то вкусное на огне, пахнущее поджаристым мясом. Не обратив на меня внимания, он махнул рукой, приглашая.

– Опасно разгуливать юным богам по ночному лесу, – сказал мне незнакомец. – Как твои дела Сель?

– Кто вы, разве мы знакомы? – спросил я его и присел перед ним возле костра.

Таинственный незнакомец, одет как охотник. На руках и ногах у него намотаны шкурки разных животных, скрепленных небольшими ремешками. Куртка состоит из цельных очищенных шкур разных животных по крупнее. Плечи казались массивными, пушистая медвежья шерсть хорошо дополняла его лесной наряд. Шкуры на его торсе скрепляли ремни, на которых расположены ножи разных размеров. Он носил маску совы со сверкающими глазами белым светом, накрытую холщовым капюшоном. До этой встречи, я не видел его, во всяком случае, в таком одеянии.

– Я, скажем так, Лесной путник, – представился незнакомец.

– Мой наставник говорил о вас, символы ваших рук дело?

– Да, я всегда помогаю, заблудшим душам в этих лесах. Здесь очень опасно. И мы довольно долго знакомы.

– Я не боюсь диких зверей. Где же мы встречались?

– Боюсь, я не вспомню, мне приходится так много помогать людям, что со счета сбился. Ты угощайся, ты же голоден, – протягивает мне жаренный кусок мяса на палочке. – Вот возьми, у меня есть вода.

– Почему ты мне помогаешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.