БизнесЪ
Кирилл Шнайдер

© Кирилл Шнайдер, 2023

ISBN 978-5-0062-0690-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Данная книга является художественным произведением, не пропагандирует и не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет. Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным, и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий. Автор осуждает употребление наркотиков, сигарет и алкоголя.

«-Присаживайтесь, Константин. Я быстренько перекушу, не обращайте внимание на беспорядок.

– Не переживайте.

– И так, о чём вы хотите поделиться со мной?

– Пока я не улетел, хочу рассказать вам историю о своей жизни. Она, буквально, неожиданно перевернулась для меня, а поделиться больше не с кем, кроме вас.

– Иногда буду материться, ничего?

– Ничего. Я вас внимательно слушаю.»

Будни

1

Может ли быть утро добрым, после знатной гулянки на квартире, где-то в ебенях Санкт-Петербурга, при этом заливая себя наркотики разных сортов, наряду с алкоголем? Думаю, нет. Потребление дофаминовых стимуляторов вызвало у меня серотониновую яму, из-за неё мне хочется сдохнуть. Но я уже привык ощущать пустоту и искусственно созданную депрессию, и научился выходить, или хотя бы смягчать это ощущение. Ебаный апельсиновый свежевыжатый сок в промежутках между плато и моментом, когда отпускает от эйфоретиков, то что нужно. Что я здесь делаю? Знаю. Примерно шестнадцать часов назад я выпивал пиво на Рубинштейна и думал, где бы потусить. Пенный бельгийский напиток с лёгкой горечью вливался в мою раздражённую глотку после мефедрона, словно целыми днями питался лимонной кислотой. Точнее, нюхал её. В общем, пока я подумывал о новом интерьере в своём ресторане, желание оттянуться вышло за пределы, и мысли о работе растворились, как эта горькая пена в бокале. Хватит сравнений. Я чёртов предприниматель, а не философ. Мне нужно думать о работе, а не о наркотиках. М-м-м. Наркотики. Жаль, что они вызывают привыкание и вредят мне. Я бы всегда их употреблял. Да и с таким удовольствием. Вы и представить не можете, какого это ждать конца работы, чтобы лечь спать и проснувшись, начертить измельченную дорогу на прикроватной тумбочке от «Poltrona Frau», с лакированной деревянной панелью и качественной кожаной обшивкой. Но удовольствие здесь лежит только в самом порошке. Моя мания к наркотикам вполне относится к зависимости самой крайней степени. Но мне поебать. Имею право на любую жизнь, какую хочу. Ведь каждый делает что хочет и строит жизнь по-своему.

Выкурив вторую сигару кубинской марки «Romeo and Juliet», и запил всё это Флэт Уайтом с каштановым сиропом, мои ноги побрели через осветлённую улицу к моему ресторану. У входа, я поднял башку вверх и прочитал название жральни: «Figaro». Фантазия моего конкурента слишком плоха, а уважение к себе и вовсе отсутствует. Увидев название своего ресторана, то похвалы заполонили меня: «Ох, какой же я молодец. Такая фантазия просто не может быть у заядлого наркомана со стажем. Нужно дунуть.»

– Добрый день, Константин! – потерянно бросила молодая хостес и оглядела вокруг, чтобы кинуть сигнал моим пресмыкающимся, что я здесь.

– Так, ты, милая моя, как тебя… – щёлкнул пальцами несколько раз перед её лицом, она быстро проморгала глазами.

– Лидия.

– Ага. Короче, мне нужен менеджер, и пусть захватить бумаги. Он знает какие, я ему звонил.

– Хорошо.

– И почему так грязно? Вот здесь, на подоконнике.

Мой трясущийся палец указал на горшок с замиокулькас и пошевелив им, одновременно покрутил пальцем в воздухе, а-ля побыстрее убери, пока не пришли гости.

Прошмыгнув сквозь чёрные шторы ведущие на кухню, запах жареного лосося вызвал у меня тошноту, и прежде чем начать разьёб сотрудников, я проблевался в туалете, занюхал дорожку кокса, и, как ни в чем не бывало, вышел на кухню, где стояла моя рабочая сила.

– Всем привет! – начал я, и получил вялый ответ от уставших мясных тел, одетые в белые кителя. – Где менеджер?

– Курить ушёл.

– Ясно. Позовите его.

Я сел на раскладной стульчик и кинув ногу на ногу, смотрел на работников. Один мешал рукой рис, а другой жарил курицу. Двое разделывали тушку тунца и резали его на маленькие пласты. Шеф-повар заполнял бланк и считал на калькуляторе, тыча изрезанными пальцами по стёртым кнопкам. Мне ужасно захотелось с кем-нибудь поговорить. Знаете, такое бывает, когда потребляешь стимуляторы, и в такие моменты ты хочешь любить эту жизнь, свой бизнес, работников и инспекцию, вдруг заглянувшую без предупреждения.

Позади открылась дверь. Запах сигарет похлопал меня по плечу, и невидимым кулаком ударил в мой нос. Я прокашлялся.

– Здравствуйте, Константин Евгеньевич. Я сейчас выдам вам отчёт.

– Угу. Что с формой?

Менеджер обернулся и недоуменно посмотрел мне в глаза, затем опустил их, и бегло начал искать проблему на тёмных брюках. Я указал рукой на пятно, в районе паха.

– Ой, видимо пятновыводитель остался. – и этот худощавый усатик смочил указательный палец и старался оттереть пятно, но безуспешно.

– Кокаин? – вдруг вылетело у меня.

– Нет. Что вы. Я не употребляю.

Зато я употребляю. Надеюсь, это осталось в моих мыслях. Как бы не сказать мне чего-нибудь лишнего, да и какой в этом смысл? Я ведь всемогущ.

Менеджер ушёл в кабинет, примерно несколько минут шарил в столе, вышел с розовой папкой и протянул её мне. Я достал бумаги, и быстрыми движением глаз, бегал по таблице с числами, словно что-то понимал. Но я нихрена не понимал. Знаете, когда вы подозрительно себя ведёте, вы стараетесь это скрыть, но успехи проваливаются с треском, и вам нужно сделать заумное лицо, якобы читаете и вникаете в бюрократическое дерьмо. Со мной так, и прямо сейчас я в таком положении.

– Ладно. Вижу, всё в порядке. Можешь идти.

Менеджер вновь посмотрел на меня с некой загадкой, и надеюсь понял, что я невменяемый. Какой смысл прятать истину, если она и так лежит на тарелочке? И тем более, мне позволительно, ведь я всемогущий… Я снова это повторил? Ох уж эти психостимуляторы.

2

Сегодня пятница и множество богатеньких людишек направляются на знаменитую улицу Санкт-Петербурга – Рубинштейна. Здесь полно блядущих малолеток, накаченных алкоголем, а их толстые пастухи, что пасут свой юный скот по барам, доводят их до алкогольного опьянения, увозят в отель, там дают понюхать пару дорожек знатной муки, и занимаются грязным сексом, пока они обдолбанные не понимают, что с ними творят. Зачем это нужно? Не задавайте глупых вопросов: это развлечение современных людей. И не дай бог вы осудите их действия, считая как нечто не нормальное. Тут же отдыхают детишки разных слоев общества. Так называемый продукт социал-дарвинизма, только не самостоятельным образом они вышли на планку элиты, а с помощью своих бизнесменов-родителей, что пускают в отрыв своих выблядков, с золотой ложкой в жопе, дабы потусить с такими же, как и они сами. Здесь же, я могу встретить своих коллег, таких же владельцев ресторанного бизнеса, как и я. Что мне с ними делить? Или есть ли общие темы для обсуждения у нас? Нет. Я ненавижу этих мразей только по одним понятным причинам:

Причина номер 1: У них более знаменитые рестораны, чем у меня, и что меня конкретно раздражает, так эти суки позволяют раскрутить свой ресторан с помощью журналистов, и присвоить себе премию «Лучший ресторан Санкт-Петербурга в 2023 году». А я делаю по честному, и быть может зря.

Причина номер 2: Они имеют несколько точек по городу, а у меня всего лишь одна. И вы спросите, почему бы мне не открыть ещё одну и раскрутится по всем фронтам? Да хер там. Моих сил хватает лишь на одну точку, и у меня нет такой команды, как у них, которые смогут вести бизнес также профессионально, как и я.

Причина номер 3: Я просто их ненавижу.

Я припарковал свой Ford Mustang напротив заполонившей людьми улицей и направился в бар, где наливали хорошие коктейли. Там меня ждала Ангелина. Мы договорились встретиться с ней вечером, когда она освободится. Освободится от работы эскорт-услуг. Это так похоже на один постмодернистский роман, не правда ли?

Ангелина сидела за барной стойкой и пила «Космополитан». Я её сразу узнал, ещё на улице, сквозь большое окно, на котором изображался логотип бара. Её трудно не узнать, когда сотрудничаешь с ней уже больше двух лет. Сотрудничать, знаете ли, не означает, что работать вместе, а только заниматься сексом, либо разговаривать о моих проблемах. Она не просто шлюха, она ещё и психолог по образованию. Такие эскорнитцы VIP-класса знают несколько языков, имею образование, бывали во многих местах и знают многих людей, которых не стоит упоминать здесь. Кроме огромных силиконовых сисек, бразильской задницы и переделанного лица от беспощадности пластического хирурга, это уже не женщина, а кукла, натянутая настоящей человеческой кожей какой-нибудь убитой шлюхи. Словно Франкенштейн нашего времени, собранная из самых дорогих запчастей, и самими профессионалами. Нужно же как-то поддерживать свою форму, зная, что твоё тело быстро стареет в силу особенности женского организма. Они, к сожалению, стареют раньше нас, и может быть поэтому славные умы придумали пластическую хирургию, дабы продлить молодость ещё на пару лет. Но многие перебарщивают, и превращаются в обтянутых старух, от которых из настоящего остались только глаза.

Ангелина, как настоящая леди, сидела ногу на ногу, вытянув правую ногу чуть вперёд, где поблёскивали глянцевые красные туфли от «Jimmy Choo», и манила своими ножками всех посетителей этого животного мира.

– Геля? – так я её называл, как малышку-подругу, с которой гулял на улице ещё в малом возрасте. – Как поживаешь?

– Отлично, дорогой. Как твой бизнес, растёт?

– Куда он денется. Что будешь пить?

– Чем угостишь, дорогой.

Дорогой. Она любит меня так называть. Быть может, я её единственный клиент, который никогда не пользовался интимными услугами. А мне и не хочется. Я отрываюсь только с самыми дешёвыми проститутками в городе. Желательно с иностранками из объявления: «Янги Кизлар. 1000 рублей.»

Бармен принял заказ двойного «Hennessy Paradise» мне, и четыре шота «Егерь-Бомбы» Геле.

– Тяжелый день? – вдруг спросила Геля, услышав содержимое заказа.

– Они всегда тяжелые.

– Понимаю. Кстати, завтра утром я улетаю в Мексику с владельцем сети супермаркетов. Мой частый клиент.

– А я думал, что я твой частый клиент.

– Конечно, дорогой, я про тебя никогда не забываю. Тебе привезти сувенир?

– Если сможешь, привези Пейот.

– Ах, ты про кактус? Читала о нём. Сильный галлюциноген. И в чём я, по твоему, должна его провезти?

Я подумал о её вагине. Ведь она настолько разработанная, что в ней можно провезти всё что угодно, не нарушая при этом закон и заданный грузоперевоз.

– Не хочешь понюхать?

– Прости, дорогой, но мне нужно быть в хорошем самочувствии, чтобы пережить полет.

– Жаль. Так и о чём ты хотела со мной поговорить?

– Давай не здесь.

Слово женщины – закон. И конкретно этой женщины, я готов был его соблюдать.

Мы выпили коктейли, я осушил стаканы с виски, и сходил в туалет, чтобы зарядится парочкой дорог. Затем мы сели в машину и поехали ко мне, на улицу Чайковского, где находилась моя квартира. Зайдя в неё, тёмное пространство резко осветилось приятным светом от ламп с датчиком движения. В квартире было по особому чисто. Я уж очень люблю порядок, и всегда держу в найме личную горничную, что живёт в моей квартире, в одной из комнат.

Сняв с себя шмотки, мы прошли на кухню с мраморным гарнитуром и столом. Геля села на барный стул от известной итальянской фирмы, и я предложил ей выпить. Уж слишком быстро алкоголь выветрился из меня. В вином шкафу я достал французское красное полусладкое, поставил два хрустальных бокала, и наполнил их бордовой жидкостью, пахнущую виноградом. В динамиках играл Дин Мартин. Я люблю американскую классику послевоенного времени, она придаёт картину той старой Америки, времён 60-х. Я сел напротив и посмотрел в глаза Геле. В миг я ощутил некое волнение и ревность, после сказанного ею о Мексике. И каким хреном ей нужно туда ехать? Ей не шла древняя профессия, как и мне мои длинные волосы. Ну что поделать, когда нужно зарабатывать в столь жестоком мире экономического порядка.

Мы засиделись допоздна и Геля начала собираться. Наше молчание после разговора о том, что её нужно застраховать, не было похоже на обычное явление, совсем нет. Сегодня это скорее всего молчание обязательное, когда людям уже не о чем друг с другом поговорить, и они стараются не навязывать лишние темы в разговоре, дабы не ухудшить отношения. Не знаю, бывает ли такое у обычных смертных.

– Дорогой. – начала Геля, стоя в коридоре, с ремонтом за пол миллиона, – Я позвоню тебе, или напишу, как доберусь до Мексики. – снова это напоминание о Мексике. И каким хером она напоминает мне об этом.

– Хорошо. Я буду ждать звонка.

И, как влюбчивый подросток, я, стоял с полуоткрытой дверью, провожая элитную проститутку глазами, в надежде, что она вернется вновь и мы поженимся. Мне не достаёт шелкового халата от «Victoria Secret» и тапочек от «Zara» для полной картины, провожающего мальчика своей зрелой дамы сердца. Думаю, что вам удалось это представить.

3

Как можно контролировать поставщиков, если они не умеют стабильно ввозить продукты? А я скажу вам. Понедельник, вторник, среда, четверг, пятница, суббота, воскресенье – всё хорошо. Вам привозят лосось, продукты, овощи и прочее дерьмо, с помощью которого и готовятся блюда в ресторанах. Но в какой-нибудь блядских день, вам обязательно поставщик привезёт полугнилой авокадо. Вы, конечно же вернёте всё это обратно, но бывают моменты, когда поставщик притворится идиотом и не станет принимать товар плохого качества, а вы останетесь с носом. Как же устранить столь вечные проблемы? Да никак. Нужно смириться с этим. Когда вы открываете бизнес, у вас обязательно будут проблемы. И с поставками, и с сотрудниками, вас постоянно будут кидать, всё будет ломаться, а ваши нервы сдадут, и вы захотите сжечь ваш ресторан к ёбаной матери. Но что отличает истинного предпринимателя от обычного однодневки, так это терпимость, похуизм, стремление к цели, жестокость, умение работать, иметь руководительские способности и многое другое. Впрочем, быть либо эгоистической мразью и иметь всё, что пожелаешь, либо остаться альтруистом на всю жизнь, быть добрым человеком, об которого все вытирают ноги, но жить в бедности и радоваться мелочам. Это может звучать в некотором роде как неправильное, но это жизнь, друзья. Мне удалось стать ресторатором с помощью подобных качеств и упорству, конечно же. Невозможно всем угодить и остаться на плаву.

Я очень многим рискнул, когда открыл ресторан. Очень большие суммы мне тогда пришлось вложить. Аренда в центре Санкт-Петербурга знаете сколько стоит? Примерно 300 000 рублей/месяц. Это только аренда. А кухонное оборудование? Один лишь пароконвектомат стоит 1 100 000 рублей. Индукционные плиты почти столько же стоят. Но это лишь крупная техника. А мелкие сковородки хорошего качества, чтобы всякая херня не пригорала? 5000 рублей/штука. Да это сумасшествие! Вы скажете сэкономить. А я скажу брать по дороже. И это весомый аргумент. Когда экономишь на бизнесе, выходит жопой тебе, а когда ты показываешь, что твоя кухня изнутри чего-то стоит, то ты сможешь пихать большие ценники за блюда, а всё потому что они были приготовлены на дорогом оборудовании.

Мы всё купили, сделали ремонт, провели вытяжку, убрались. Сколько теперь это стоит? Лично у меня – больше 8 000 000 рублей. Охуеть, не правда ли? И это стоит только сама кухня, а осталось ещё нанять людей, разработать меню, купить посуду, оформить зал, и молится, что хотя бы один зайдет и купит Латте 0.5 за 350 рублей.

Ладно, зал оформили, заказали хорошую мебель от «IKEA», хоть она и считается мебелью для бедных, поставили горшки с цветами, освещение, оформили бар. Впрочем неформальная обстановка готова. Между пространствами зала всегда соревнуются предприниматели, какой же охуевший дизайн они предложат «гостю», вновь прибывшему после прогулки по набережной Невы. Чем неформальнее, тем лучше. Я разрабатывал оформление с товарищем по дизайну интерьера, и мы постоянно спорили, как сделать лучше, и чтобы глазу было приятно. У него был один взгляд на дизайн, а у меня другой, и это – совершенно нормально. Но сильное желание разбить ему рожу за его выходки не отпускало, пока мы не закончили. Да, иногда я веду себя, как психопат, но ничего не могу поделать, когда люди не соглашаются со мной. А я должен быть всегда прав в любом споре и подачи идей!

Я сбился с мысли… Ах, да… Бизнес – дело серьёзное, и мало кто с ним может справиться. Ох уж это величие, когда тебе удалось наконец заработать первый миллион с открытия точки. Все затраты отбиваются за несколько месяцев, а твои выходные только и снятся тебе в четырёх часовом сне. Множество нервных клеток я потерял, когда решил заняться своим делом. Стольких людей мне пришлось устранить, а некоторых и завербовать в качестве друзей и коллег. А сами друзья появляются тогда, когда ты приобретаешь большой капитал, и тусуясь где-нибудь в элитном месте, где собираются мужчины в дорогих костюмах, держа в одной руке бокал с «Crystal», а в другой – женщину, которую вчера снял в качестве жены (элитной проститутки), что одета в платье от «Yves Saint Laurent» за 200 000 рублей, купленная в Московском ЦУМе, и она, тем самым, притворяется, что любит тебя, что ты дорог ей, словно вы прожили эту жестокую жизнь вместе, побеждая проблемы и тяготы быта. Всё это – лишь пластиковый мир, в котором вы притворяетесь во всём; от отношений друг к другу и до фальшивого интереса к собеседнику, пока тот рассказывает истории, какие приключились с ним на пляже Мальдив. Мне удалось попасть на такие мероприятия, и знаете, я стараюсь их избегать, довольствуясь лишь мероприятиями в моём ресторане, среди партнёров по бизнесу. Никогда, запомните, никогда не рассказываете никому о своём доходе. Ведь деньги любят тишину и счёт, как выразился однажды перспективный политик.

4

Проезжая по улицам Невского проспекта, моя музыка в салоне заглушалась от песнопений уличных музыкантов. Ежедневно они проводят здесь подобные развлечения ради заработка, но появляются добрые дяденьки в формах, и разгоняют их, дабы нечего здесь зарабатывать, не платя налогов. Мне, как бизнесмену, такие музыканты вызывают естественное отвращение. Это не справедливо, когда тунеядство распространяется со скоростью вируса, а люди обходят налоги, когда ты платишь сраные 13% от выручки.

Я вышел из машины рядом с Казанским собором и направился в кофейню, чтобы вызвать у своего сердца быстрый пульс. Я давно не принимал стимуляторы, примерно пару дней, и меня очень жестоко ломает. Купить не доставляет проблем, но я хочу завязать с наркотиками, как нервный сотрудник пытается бросить никотин. От этих отказов, меня бросает в нервоз. Мне хочется открутить кому-нибудь башку, или зарезать дешевую шлюху в затхлом номере мотеля. Как бы мне избавиться от этого непреодолимого желания?

Пока я шёл до кофейни, ко мне приебался один бездомный и попросил пару сотен:

– Нет у меня денег.

– Ах ты сука буржуйская. Твой костюм и машина стоит больше, чем моя квартира. – меня больше удивили знания этого бомжа о стоимости моих вещей и о слове «буржуйская». Единственное, что у него осталось от Союза.

– Значит у тебя есть квартира? – остановился я, и мысленно готовил диалог с этим вонючим люмпеном.

– Есть и что?

– Так послушай меня, ты, грязное животное. Каждый из вас, притворяющихся бедняками ублюдков, может открыть своё дело. А что нужно взять для этого? Помой свои яйца, возьми их в кулак и пиздуй в банк, чтобы взять в кредит нужную сумму, а затем, продай свою квартиру и купи помещение в центре города, и…

– Ой, заткнись блять. – и он ушёл.

Как же меня это взбесило, вы не представляете. Эта сука не захотела меня послушать. Мой добрый характер и стимуляторный психоз решают сделать вот что:

– Эй, уважаемый! – он обернулся. – Как вас зовут?

– А тебе-то что?

Я стиснул зубы и сжал кулаки в карманах штанов от «Armani».

– Я дам вам десять тысяч, если вы сделаете для меня кое-что.

– И что же? – вдруг призадумался бомж и вытащил из кармана смятую пачку сигарет с недокуренными бычками.

– Поехали со мной.

– Куда?

– Поехали, я сказал. – меня изнутри трясло, как собаку на холоде. Этот ублюдок не хочет меня слушать. Сука.

– Ну ладно. А делать то чё надо?

– Узнаешь. – я вытащил красную пятитысячную купюру и протянул её бомжу. Тот от радости чуть в штаны не нассал, либо уже нассал, ведь ему привычней. Он протянул грязную руку с запёкшейся кровью и взял купюру так быстро, что я не успел и глазом моргнуть, и насколько возможно, убежал восвояси, крича, что я хочу его убить. Люди смотрели на него и на меня с непониманием, а мне пришлось сваливать к машине и уезжать в другую кофейню. Вдруг эти солидарные мрази вызовут полицию и меня прикроют. Всё таки есть у бомжей защита – это люди. Как они не могут понять, что этот биомусор нельзя защищать.

Наслаждаясь апельсиновым Раф на фундуковом молоке, я смотрел на улицы города, на людей, что гуляли по туристическому пространству северной столицы. Пока кофеин разливался по моему организму, мне захотелось курить, а когда я курю, я хочу трахаться. Выйдя из здания, я сел в машину и уехал на вторую квартиру, в районе Автово.

Длинная трасса освещалась белыми фонарями, словно прокладывала мне путь, автомобили разных марок перегоняли друг друга, и порой сигналили, ругая за неправильное вождение. Мой мотор гудел при сильном нажатии педали газа и скорость увеличивалась с каждым метром, добавляя адреналин в моей крови. Нужно покурить ещё, пока неистовое желание секса не испарилось вместе с дымом кубинских сигар.

Улицы пригородного района мне напомнили родной дом; старые хрущёвки, тихие дворы и малое количество людей, зелёные деревья и тропинки, дворовые собаки и играющие в домино старики, спящие алкаши на лавках и старухи, что смотри из окна, как только что вышедшие из КГБ шпионы, которые до сих пор преданы своей рухнувшей стране и своему делу. Мне такие районы не нравились, но ездил я сюда только по одному делу; здесь обитала моя секс-кукла.

Войдя в парадную, я поднялся на пятый этаж, и пока затыкал нос от вони жареного лука в парадной, наслаждался запахом своих духов «Black Opium». Деревянная дверца без номера квартиры была запечатана пластилином, через который тянулась верёвка, а сверху печать МВД. Я специально такую прикупил, чтобы не было соблазна у жителей сюда постучаться. Повернув ключ, несколько замков прогремели и дверь открылась. Внутри квартиры стоял запах застоявшийся мочи, а мои ботинки от «Tommy Hilfiger» прилипали к полу, словно здесь мыли квартиру сахарным сиропом. Я вытащил из текстильной сумки фирмы «Bally» медицинскую маску и надел на лицо. Затем нацепил бахилы на обувь, надел плотный халат из хлопка и положил два презерватива в карман.

В квартире было очень темно, лишь очертания мебели стояли неподвижно, навевая пугающую атмосферу. Я вытащил фонарик и направился в зал. Скрипучий пол меня выдал раньше, чем я хотел, и увидев Мию, что пробудилась от моих шагов, резко начала тянуться ко мне руками и что-то бормоча себе под нос. Яркий свет фонарика ослепил её, а я сел рядом и стал поглаживал её по сальным волосам.

– Геша, ты пришёл. О мой Геша, как я ждала тебя. Геша. – так она меня называла, ибо мне нужна конспирация в подобных делах.

– Моя милая. Успокойся. Я рядом. Я с тобой. – вытащив из кармана пиджака от «Brioni» маленький пакетик с сахарной пудрой, я положил его рядом с ней.

– О, ты принёс, принёс… Ура… Ура… Я так мечтала об этом, Геша, мечтала…

Её руки в синяках уже обрели желтоватый оттенок, а красные полосы с фиолетовыми следами на запястьях, всё никак не могут зажить. Видимо наручники слишком сильно затянул, либо она пыталась выбраться. Вот сука.

– Ты хорошо себя вела, милая?

– Очень хорошо, очень. Только дай мне пакетик. Дай пакетик.

– Подожди. Давай сначала примем душ.

Я отстегнул наручники, взял её подмышки и потащил в ванную. От неё пахло очень омерзительно. Закрыв дверцу, я повесил фонарик на холодную совдепоскую батарею и включил воду. Мия тряслась от холода и от ломки метамфетамина, в которую я её и вогнал. А почему, спросите вы? Знаете, иногда мой психопатический характер, который я, на удивление, признаю, шепчет мне на ухо, что нужно сделать те, или иные вещи. Мия стала моей жертвой, когда мы познакомились с ней на одной из вечеринок на Думской. Знаю, знаю, это место не для богатых, но зато там ты можешь дёшево побухать, попробовать шарики с азотом и подцепить любую бабу, которая туда за этой целью и ходит. Туда я попал совершенно случайно, когда мне нужен был грамм гашиша. Эта красотка плясала в пьяном угаре, трясся своими наливными сиськами и невероятной задницей, очертания которых вы можете увидеть через синее платье, купленное в дешёвом магазине брендовых подделок. Ей пришлось сдаться, увидев меня, такого невьебенного красавчика, в этом уебищном месте. Угостив парой коктейлей с алкоголем без лицензии, она была в полусонным состоянии, и уже почти готова, когда ей присунут. Но я сделал по умному, и подсыпал ей в сок один грамм порошка. Так вы представляете, эта сучка только взбодрилась, и продолжила плясать под херовую музыку бедного населения. Я предложил ей поехать ко мне, и она согласилась. Теперь, я мою эту шлюшку в пожелтевшей ванне, намыливая ей пизду, волосы, подмышки и другие части тела, но тщательно я намываю ей нужные мне части, которые собираюсь использовать.

– Геша, ох Геша. Мне так плохо. Когда ты дашь мне дозу… Когда??

– Ты всё получишь, но после одного дела. Ты согласна?

– Я вся твоя, Геша, только дай мне дозу… Дай дозу… – обессиленная, она повторялась раз за разом. Вы думаете, что мне её жаль? Нисколько. Она такой же биомусор, умеющая только тусить, трахаться и пить за счёт всяких лохов. Таких нужно использовать по назначению. Но я считаю её сотрудницей. Она работает и получает зарплату в виде белого порошка, но я не ручаюсь за его качество.

Обсушив полотенцем, я помог ей подняться, и мы направились в комнату, где было расстелено покрывало, самое дешёвое, какое мне удалось купить. Я приказал ей лечь на живот и раздвинуть ягодицы руками. Сам, тем временем, надел презерватив и присунул ей в анус. Она застонала очень сильно, видимо от ломки её порог боли снизился до максимума, и каждое прикосновение можно сравнить с порезом лезвия.

Пока я находился в процессе, мне позвонили с работы и попросили приехать. Снова проблемы. И снова без меня ничего не могут решить.

5

– Какой кошмар! Господи боже!

– Что за уроды!

– Животные, блять!

Слышал я в свой адрес, пока стоял на оживлённой улице, со спущенными штанами, под высокой дозой кокаина и амфетамина. Мне делала минет какая-то баба, а у меня не было эрекции. Вот блять, снова что-то подмешали. Мой член превратился в большой клитор, и сжался настолько, что его нельзя было увидеть, а эта незнакомка всё старалась его возбудить, причмокивая и постанывая от удовольствия. Что за дура.

Я вытащил свой прибор и спрятал в трусы. Напялив штаны, я ушёл к своему «Mustang», и с визгом шин, уехал во свояси. Теперь все социальные сети будут трубить о моём поступке, только вот я не помню, как очутился здесь, на улице.

Ладно, пока я в центре, заеду-ка я на работу.

О, мой логотип. Моя задумка оригинального заведения. Ох уж это лицо ресторана. Только не хватает парочки звёзд Мишлен, чтобы никакой мудень не захотел со мной соревноваться. Эти буквы, эта палитра цветов, слились в минималистском симбиозе. Эти панорамные окна, цветочные горшки на улице, довольные гости по ту сторону окна, что с аппетитом вкушают блюда из дорогих продуктов. Официанты одеты в неформальную одежду, разносят на керамических тарелках шедевры кулинарного искусства. Боже, какое наслаждение, какой профессионализм витает здесь, в моём ресторане. Никто не сравнится со мной, никакая сраная забегаловка, что стоит рядом и портит всю красоту моего творения. Я поднимаюсь по лестнице ведущую в ресторан, и спотыкаюсь, падая лицом об пол. Мои ноги вдруг меня предали, а резкое молчание в ресторане сменилось на продолжение разговора. Я быстренько поправил свои длинные волосы и улыбнулся всем.

– Дорогие гости, я в порядке! – с гордостью вымолвил я, и зашёл на кухню, где запах еды вызвал у меня слюноотделение. Я уж и забыл, когда в последний раз ел. С этой наркотой и своё имя забудешь.

На кухне была запара; множество чеков выстраивались длинной лентой, а мои рабы торопливо готовили еду. Раб по выше, что называется шеф-повар, следил за качеством блюд и пробовал ложками супы. Увидев меня, наросло напряжение, и шеф-повар улыбнулся и направился ко мне.

– Здравствуйте, Константин!

– Привет. Вчера должны были привезти голубой тунец, принимали?

– Да, уже сегодня работаем с ним.

– Дай попробую.

Раб должностью повыше принес мне кусочек бордового филе тунца и дал его мне. Боже, его структура такая приятная, а вкус, вы и представить себе не можете. Появилась испарина на лбу, рот приоткрылся. Я растёкся на стуле. Но как я тут оказался? Не хочу знать, а лишь хочу поесть.

– Приготовьте мне пасту с этим тунцом.

Спустя некоторое время, я дождался своего блюда и принялся есть с таким чавканьем, что было слышно аж в Москве.

– Твою мать. Как же вкусно.

Мои слова подняли настроение моим рабам. Они заслужили этого. Заслужили похвалы от их божественного создания, что даёт им зарплату. Теперь мне нужно попить.

– Бармен. Б-а-а-а-рмен. Быстрее сюда.

Худощавый мальчишка влетел в кухню запыхавшись, и начал меня обслуживать. Я заказал лимонад с бергамотом, и после выдачи долгожданного напитка, быстро осушил его, зашёл в туалет, высыпал на бачке унитаза дорожку, размером с палец, и остановился. Я оторвал слой туалетной бумаги, карточкой смёл муку в бумагу, свернул её и проглотил.

Приход не заставил себя долго ждать, мои зрачки увеличиваются с каждым вздохом, сердце застучало очень быстро, тепло в паховой области усиливалось, эйфория напором настигла мой мозг. Я полюбил всех, кто вокруг меня. Присмотревшись в зеркале на своё лицо, то увидел самого красивого, самого сексуального мужчину на свете. Я выпрямился, расстегнул хлопковую голубую рубашку от «Guess», посмотрел на соски и возбудился. Достав стоячий член, я начал дрочить на себя. «Какой я охуенный, боже. Как я хочу себя выебать в жопу. Да, да. Ещё.» Смочив пальцы, я засунул один в анус и начал пихать туда, одновременно мастурбируя свой огромный член. Я смотрю на него, потом на себя, безумие настигает, возбуждение сумасшедшее. Такой прилив удовольствия, и я кончил прямо на плитку под раковиной. Вау. Вау. Зачем нужны женщины, когда есть я?

Помыв руки, я вышел из туалета, попросил одежду для сотрудников у шефа, и напялил её на себя. Как вы думаете, зачем? Мне захотелось приготовить что-нибудь.

– Так, дорогие друзья, сейчас вы будете шокированы от моего творчества на кухне. Вы, самые непревзойдённые повара на свете. Вас только любить и обнимать, мои хорошие. Идите сюда, идите. Я обниму вас. – я подходил к каждому сотруднику своей кухни и обнимал их, ощущая запахи кухни на их дешёвых кителях. Они заулыбались. – Я повышу вам зарплату! Прямо сейчас. Идите сюда! Менеджер! Быстро сейф открой!

Он прибежал и нажал комбинацию 23051987 на панели, дверца открылась и я вытащил пачку с сотнями рублей. На кухне, я каждому выдал по сто рублей, а остальные положил в карман.

– Вы довольны, мои дорогие друзья? А как же я доволен. Вы не представляете, что я сейчас чувствую. Вы заслуживаете эти деньги. Да, точно! А знаете, как я стал успешным? Я работал также, как и вы! И то, что вы сейчас получаете… Сколько вы получаете?

– Три тысячи рублей за смену.

– Ого, так дохрена? Какая у вас высокая зарплата. Ну ладно. Когда я работал на складе, я получал всего пятнадцать тысяч рублей в месяц. Правда меня потом уволили за кражу четырёх килограммов свинины. И никто, никогда не будет делать так на моей кухне. Ведь это низко воровать у честных людей!

– Ну так зарплата была у вас в каком году? – вдруг сумничал один из рабских созданий.

– Так. Тихо. Никакой политики на моей кухне. Лучше дай мне сковородку и пару яиц. Я сделаю вам такую, мать её, яичницу, что вы будете рыдать о своей ничтожности. Быстро, два яйца мне.

Один протянул мне яйца, второй сковородку, а шеф потянулся за растительным маслом. Я поставил сковородку и включил индукционную плиту на максимум. Пока я копошился с бутылкой из под масла, сковородка начала дымится, и знаете, пока я лил масло толстым слоем, оно начало стрелять в меня, а я укрывался, словно от града пуль. И тогда, я бросил яйца в скорлупе в сковородку, и они разбились.

– Вот так вот. Жарьтесь, мои дорогие, жаа-рьте-еесь. – я поднял руки над сковородкой, словно пытался её поднять силой мысли, и громко засмеялся. – Ох, мои яйца, мои опустошенные яички. Я освободил их от боли. Боже, какие они красивые. – я опустил лицо над сковородой и капли горячего масла обжигали меня, и тогда я психанул, взял за рукоять и кинул сковородку в раковину. Она зашипела Потом открыл кран и белый дым окутал кухню, но не всю. -Ах ты блядская сука! Решила против своего хозяина пойти? Ну уж нет. Так дела не делаются. Ты знаешь, что я вытворяю с такими, как ты? Ух. Ты не знаешь. Потому что ты обычная… ебаная… сковородка!! – закричал я и выкинул её в мусорку.

6

Моё детство было слишком трудным для ребёнка из богатой семьи. Отец проявлял жестокость ко мне, периодически избивая меня и унижая. Он относился ко мне, как к чужому. Он не верил, что я его сын, а мать постоянно соглашалась с обвинениями в свою сторону. Ведь у него были деньги, было состояние и множество магазинов в подчинении. А в тяжкие времена перестройки, мать не хотела выживать в бедности. Когда он умер, его состояние перешло к матери и к его любовнице. Я не могу сказать о нём плохо, ведь он мой отец. Он любил меня по своему, может мне так казалось. Не хватало отцовской любви, как и материнской. Сложно воспитываться среди условий родительского тоталитарного режима.

Отцу было пятьдесят когда его не стало. В тот момент, во мне что-то перевернулось. Я радовался, местами и грустил. Когда теряешь родителя, ты всё равно будешь его любить, каким бы он ни был. Он воспитал во мне психопата, что вылазит наружу при удобных случаях. Но зато он был примером в моей жизни, примером стать предпринимателем. Он твердил, что нужно вести своё дело, чтобы выжить. Нужно уничтожать своих конкурентов. Нужно избавляться от лишних людей, а удобных тебе, использовать по назначению. Он никогда не считался с людьми. Ему было без разницы на проблемы остальных. И это правильно. Я всегда мечтал стать таким, как он. И я стал.

О своей матери я не могу сказать ни плохого, ни хорошего. Она – лишь жертва моего отца. Он её не любил и не считал своей женой. Он использовал её ради продолжения рода, и только мои братья стали его предшественниками. А мне только повезло, и часть сумму, которую я получил, только благодаря матери. Ей стало жаль меня в кое-то веки, и её жалость меня не убеждала. Множество средств, квартира и автомобиль отца стали моими. Но мне пришлось попотеть и уничтожить своих конкурентов. А конкурентами были мои братья.

Разве случайная авария может быть случайной? Совсем нет. Точнее, не всегда. И мне не жаль, скажу я вам. Меня никто и никогда не жалел, пока я на этом свете, а уроки моего отца пришли только мне на пользу.

Теперь статус белой вороны был также забыт, как и мои трагически погибшие братья. Одна мать могла догадаться, кто это мог сделать, но не верила до конца.

Её также не стало совсем недавно. Я похоронил её на кладбище в Купчино, где хоронили раньше бандитов в 90-х. Она была бандитом, как и мой отец. Они устранили многих общими усилиями и теперь их плоды должен был пожинать я, а в итоге приватизация некоторых личностей, оставила меня с носом. Я очень жалею, что так случилось, и что их наследие умерло, перешло в чужие руки. Это не справедливо и моя мечта всей жизни стала месть. Месть тем людям, которые сейчас владеют моим наследством. Месть за моего отца, который был убит этими мразями. Сначала я буду пытать их, отрезать им уши, затем пальцы, а потом сломаю им конечности и оставлю их мучиться от боли. Всё, как показано в фильмах про мафию.

Я знаю, где достать этих людей. Я постоянно вижу их в заведениях, в ресторанах, жму им руки лично, делая фальшивую улыбку, якобы не знаю их. А они не знают меня. Я ежедневно представляю пытки с их участием. И если я найду их семьи, то убью их. Это бизнес, друзья. Бизнес жесток и безжалостен. И как до сих пор многие не могут этого понять?

7

Невероятное зрелище пребывать в студии веб-кам; множество молодых девиц, парочки, готовы продать секс, самые извращенные желания клиентов и примитивное общение с людьми из других континентов. Они развлекают таких же богатеньких людишек, как и я. Но я за это не плачу ни копейки. Я сижу в комнате с двумя большими мониторами разрешения 4к, где изображалась прямая трансляция всех сотрудников этой студии. Секс-индустрия манит каждого мужчину на планете. Мужчина превратился в животное, которое не может думать ни о чём другом, как не о сексе. Я теперь стал таким же с приходом интернета и похоти в современный мир. Раньше мне было плевать на это, я работал не покладая рук, изучал кухню, управленческую деятельность, органы ресторана и как функционируют эти органы. Сплошной механизм должен работать как часы. А пока я работал, другие ублажали свои дофаминовые рецепторы.

В одной из камер, девушка с розовыми волосами пихает в себя дилдо, размером с руку, и шириной с голову. Она наигранно стонет и глазами просит скинуть ей токенов. Вторая делает себе кунилингус. Её растяжке можно только позавидовать. Третья только сидит и улыбается, прикрывая рукой огромные груди. Парочка целуется, явно возбуждаясь от прикосновений. Я смотрю на них и пишу каждым из них, через созданные аккаунты. Что я пишу?

«Засунь пальчик»

«Дотронься до его члена»

«Похлопай себя по вагине»

«Пихай глубже этот сраный дилдо»

Они делают эти вещи. Жаль, что они не могут перерезать друг друга в прямом эфире. На это зрелище я смогу попасть в даркнете. Но мне хватает смотреть на этих людей. Возненавидеть их. Я не воспринимаю нынешний мир. Мир полон извращений. И ещё на этом зарабатывают. Это кошмар.

Выключая компьютер, я ухожу из студии, спускаюсь по лестнице и вот, я уже на улице, примерно у метро Чернышевская.

Сажусь в машину, набираю на карте нужное мне место и уезжаю за моей драгоценной вещью.

Узкие дворы, где красуются большие окна, решетчатые железные ворота, что перекрывают арку. Изнутри слабый желтоватый свет от фонаря освещает травяное пространство, словно сам господь мне указывает на нужное местоположение. Людей здесь мало и мне это на руку. Я захожу на полянку, под деревом слегка рыхлая земля. Видно, что недавно рыли её. Я вытащил свой «IPhone 14 Pro Max» и сделал вид, якобы мне позвонили.

«Ага. Да. Да. Я почти подъехал…» – и другой рукой шарю в земле, в поисках заветного свёртка. Пару махов руки, свёрток оказался у меня, и довольный победой, я умчался к своей заветной Ангелине. У нас встреча в восемь вечера на моей квартире.

Я ждал её у элитного отеля на Маяковской, и пока я искал для себя развлечение, пошарил в кармане и решил проверить свой товар. Развернув изоленту, внутри был грецкий орешек. Расколов его ножом, оттуда выпал ещё один свёрток. Я развернул его и вуаля, два чёрных кубика матовой структуры уже лежали у меня в руке. Ангелине открыл дверь дворецкий, и поблагодарив его, она села в машину. Такая женщина всё еще имеет аристократические наклонности, не то что женщины её возраста и социального статуса. Тут я могу закрыть глаза на её профессию и взять в жёны, если она конечно не будет против. Я бы хотел, чтобы она была моей женщиной; мы могли бы кататься зарубеж, пить дорогое французское вино, есть закуски, оливки Тондо к примеру, кататься на катерах и предаваться любви на песочном пляже Бали.

– Дорогой, заждался меня? – вдруг услышал её сладкий голос.

– Нет, Геля, всё в порядке. Как Мексика?

– Ты знаешь, могло быть и лучше, если бы не идиотские высказывания клиента. – я рад был слышать, что ей не понравилось отдыхать с каким-то хмырём. – Он хотел остаться со мной жить. Видите ли, я понравилась ему. Даже на свадьбу намекал. – а вот это мне не очень понравилось.

– И что в этом плохого?

– Как что? Если я начну строить отношения со своими клиентами, то я лишусь работы. А если я лишусь работы, то… вряд ли я этого хочу.

– Не готова к семейной жизни? – пытаясь не утопить свои надежды в этом диалоге, спрашиваю интересующие меня вопросы. Знаете, когда хочешь узнать о человеке определённые ответы, то задаёшь менее открытые вопросы, чтобы не выдать себя.

– Ну, я не задумывалась об этом. А что у тебя нового?

– Решил открыть новую точку на Невском проспекте.

– Ухты. Всё таки решился?

– Решился. Только вот мне нужен второй человек, которому я смогу довериться.– я, в самом деле, намекаю на Ангелину. Её организаторские способности выявились тогда, когда я попросил заступить у меня в ресторане за администратора. Конечно же она согласилась и взяла почасовую оплату. Зато после одной рабочей смены ресторан работал намного лучше, чем обычно. А коллектив всё заёбывал меня о Ангелине.

– Не нашёл?

– Пока нет. – немного помолчав, я уже и позабыл о двух красивых таблетках экстази. – Ладно, поехали ко мне.

– А я уж думала, что ты не предложишь.

Мчавшись не так быстро, как мне хотелось, хренова пробка только замедлила ход моего «Mustang». Но около часа, мы очутились рядом с моей квартирой. Изнутри пахло хвоей и можжевельником. Мне нравился новый диффузор от «Dr. Vranjes». Не зря я его прикупил.

В квартире было чисто. Даже очень чисто. Я попросил горничную купить занавески black out, пару пуфиков, набитые мелкими шариками из ПВХ, лампу с тёплым светом, пару бутылок воды, презервативы, пачки две по 12 штук, массажное масло и лубриканты с ароматом манго и маракуйя. Атмосфера готова, и хорошо, когда есть твой личный раб. Слишком экономит времени и сил.

Я, как джентльмен, помог даме снять кожаную куртку от «Versace», повесил её в гардероб и сопроводил в будущую комнату наслаждений. Она уселась на пуфики и я предложил ей переодеться в халаты от «Tommy Hilfiger» синего цвета, с логотипом бренда на груди. Она спросила, зачем, а я ответил, что будешь сильно потеть от экстази. Мы были готовы, и остался только основной гвоздь программы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.