Однажды дождливым утром или Как пишутся сказки
Виктор Новиков

Рисунок Черного гнома Новиковой Тамары (6 лет)

Рисунок Зверя Новикова Фёдора (8 лет)

Остальные рисунки и проект обложки автора по мотивам интернета

Обработка рисунков и проекта обложки для печати художника Сергея Никитина

© Виктор Новиков, 2023

ISBN 978-5-0062-0731-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В квартире на седьмом этаже

У одного Мальчика в квартире на седьмом этаже жил гном. Он жил там давно, но Мальчик об этом не догадывался. А ты бы разве догадался, если никогда этого гнома не видел и не слышал? Хотя Мальчику было уже немало лет, и он совсем скоро собирался пойти в школу и поэтому уже умел читать, правда по слогам, и писать, правда, печатными буквами, он всё же считал, что чудеса иногда, пусть даже очень и очень редко, но случаются на свете. А в прошлое воскресение чудеса навалились на него скопом. Во-первых, папа утром куда-то спешил и не заставил его – ни свет ни заря – вставать и делать зарядку, умываться, чистить зубы, а поэтому можно было спокойно лежать в постели до самого завтрака. Во-вторых, на завтрак не было, как обычно, кипячёного молока с этими противными пенками, а был любимый компот из сушёных абрикосов. А кто не знает, что самое вкусное в компоте – это абрикосовые косточки. В-третьих, после завтрака мама (сама!) предложила пойти в кино, да к тому же на мультфильмы.

Было ещё и в-четвёртых, и в-пятых, и в бог-его-знает-ещё-каких. Вот это было воскресенье! Сплошные чудеса. Такого наверное никогда больше не будет. Не то, что сегодня. Да ещё этот дождь – на улицу не выйти. И мама оставила одного, сказала, что в булочную, а сама наверное уже целый час ходит. Конечно, мальчик вполне мог побыть и один, но с мамой всё-таки интересней. А так – скучно. И книжку-раскраску мальчик уже всю раскрасил, и картинки в своих любимых сказках уже пересмотрел, и игрушки все перебрал, а играть что-то не хочется. Скучно и грустно. Даже в горле что-то запершило.

И тут Мальчик услышал тихое звенящее постукивание: дзинь-ньег, дзинь-ньег… Нет, это не в ванной и не на кухне. И не с улицы. Звук был здесь, в комнате… Ага! Вот где! Мальчик лёг на пол и посмотрел под диван. И увидел! Да-да, он увидел гнома! Тот сидел на крошечном стульчике за крошечным столиком, над которым висела и яркой завитушкой светила удивительно маленькая лампочка. А в руке у гнома серебряной искоркой посверкивал совсем малюсенький молоточек. Гном усердно работал молоточком и, казалось, не обращал никакого внимания на Мальчика. А тот просто потерял дар речи от удивления: он хотя и верил в чудеса, но твёрдо знал, что гномы бывают только в сказке. И вот на тебе, самый настоящий, живой гном что-то мастерит у него под диваном. Мальчик так растерялся, что позабыл поздороваться. А ведь это ужасно невежливо: видишь человека, пусть даже гнома, в первый раз и не поздороваться, а тут как раз очень хочется с этим человеком поговорить. Вежливые люди в таких случаях говорят: «Извините, здравствуйте, скажите, пожалуйста…» Мальчик про это знал и в другом случае так бы и поступил – уж будьте уверены, но ведь тут был удивительный случай, и мальчик, естественно позабыл все вежливые слова и только выдохнул удивлённо:

– Гно-о-ом!

– М-м-м-м, – сказал на это гном и продолжил стучать своим молоточком.

– Что-что? Не понял, – сказал Мальчик осторожно.

Гном поднёс крошечный кулачок к крошечному ротику, что-то выплюнул в ладошку и ответил сердито тоненьким голосом:

– Я говорю, не дуй так сильно в мою сторону, нето всю работу мне испортишь. И вообще, когда входишь в чужой дом надо сначала постучать и спросить разрешения и к тому же поздороваться.

– Простите, здравствуйте… Но ведь здесь живу я. Это мой дом.,

– Да, – ответил гном, – но ты живёшь в этой огромной комнате, а я живу под диваном, и это – мой дом. Ну ладно, давай знакомиться. Как тебя зовут, я знаю давно, а моё имя Дзинь. Ты хочешь спросить, отчего ты раньше меня никогда не видел. Ну, это очень просто, только потому, что ты был ещё мал, и мы бы не смогли с тобой подружиться.

– О-о! – только и издал от восторга Мальчик. В самом деле, подружиться с гномом, настоящим гномом – вот оно счастье!

А гном продолжал:

– Вообще-то я с тобой давно дружу. Мы и в кино вместе ходим, я также люблю мультики. Как узнаю, что ты собираешься в кино, я бросаю все свои дела и быстренько залезаю к тебе в карман. Конечно не очень удобно, тем более, что ты любишь держать руки в карманах, да к тому же всякого хламу там всегда полно, но с тобой мне интересно. И мороженное тоже очень люблю. Ты наверно заметил, что едва купишь мороженное, а его уже нет. А это я потихонечку помогаю тебе, но ведь ты не обидишься на меня за это, ведь правда?

– Ну что ты, пожалуйста. Мне вовсе и не жалко. А скажи, что ты там такое делаешь?

– Сказки.

– Что?

– Сказки. Ну, я беру такие маленькие волшебные гвоздики и соединяю ими сказочные звуки. Из них делаю слова, прибиваю все на серебряную звенящую нитку, и получаются предложения. Из ниток я сматываю клубочки. Вот и получаются сказки.

– Да, а мама говорила, что сказки пишут писатели.

– Правильно, я их делаю, а писатели пишут. Не понимаешь? Всё просто, как один плюс один: беру я такой клубочек – видишь? Все они разные. И прихожу к писателю, когда он уже спит. Опускаю клубочек ему в ухо и осторожно вытягиваю ниточку с самого начала. Сказка разворачивается, и писатель её запоминает, а утром он садится за писательский стол и записывает её. И даже думает, что это сам сочинил. Ну и пусть думает, главное, что сказку прочитают дети. Конечно, так можно бы и всем людям делать, да беда в том, что сказки может услышать лишь особенный человек, у которого и сердце доброе, и душа открытая.

– А я? – спросил Мальчик.

– А ты и так уже в сказке.

Мама пришла неожиданно…

И вот почему так всегда получается, когда родителей дома нет, и ты их ждёшь-ждёшь, ждёшь-ждёшь, а их так долго нет, но стоит заняться чем-нибудь этаким, о чём ни папе, ни маме знать не обязательно, они сразу тут как тут. И начинаются всякие распросы-допросы. И ты не знаешь похвалят тебя или поругают, а то и в угол поставят: случается и такое.

Вот и Мальчик только познакомился с настоящим гномом, завязалась интересная беседа, как в двери громко повернулся ключ, дверь открылась, и вошла мама.

– И что ты делаешь на полу? – сразу же спросила мама. И мальчик растерялся: придумать что-нибудь или правду сказать? И Мальчик сказал:

– Монетка вчера упала под диван.

Но маму не проведёшь:

– Какая монетка? Я сегодня с утра всё хорошенько вымыла, пока ты спал, монеток никаких под диваном не было. Что-то ты темнишь, сынок?

Мальчику стало стыдно:

– Мама, я разговаривал с гномом.

– С каким это гномом? – заинтересовалась мама.

– С настоящим гномом, мама, он у нас под диваном живёт. Его зовут Дзинь, и он делает сказки.

– Это тебе приснилось. Ты что и правда ищешь гнома под диваном?

– Но мама, он и сейчас там и слушает нас. Посмотри сама.

Мама пожала плечами, но всё-таки встала на колени и заглянула под диван, уверенная, что всё это выдумки сына. Но гном был на месте. Он снял шапочку с головы и поклонился маме.

– Здрасте! – сказала мама хриплым чужим голосом и села на пол. Мальчик никогда не видел маму такой обескураженной. Она хлопала глазами, что-то пыталась сказать, но у неё ничего не выходило. Мальчик испугался за маму и заплакал, ведь он был ещё не очень большой, только готовился пойти в школу. Он обнял маму и сквозь слёзы стал успокаивать её:

– Мама, мама, гном очень хороший, он сказки делает. Ну, мама, ну успокойся и познакомься, пожалуйста, с ним. Сама увидишь, какой он хороший.

А гном вышел из-под дивана и сразу же подрос, стал мальчику по пояс.

– Извините, – сказал он. Голос его стал мягким и музыкальным: мальчик это сразу отметил, ведь он уже два года занимался музыкой.

– Извините, – повторил гном. – Я не хотел вас расстроить.

Мама посидела немного с закрытыми глазами, потом два раза глубоко вздохнула и посмотрела сначала на гнома, потом на мальчика и сказала:

– Ну ладно, ну хорошо. А пока, ребята, мыть руки и в кухню за стол. Завтраки и гномам полезны. А потом поговорим.

Она поднялась с пола и гордо пошла на кухню, где вскоре зашумела посудой. Мальчик с гномом переглянулись и, ни слова не говоря, пошли мыть руки. Потом за завтраком гном был весёлым и всё нахваливал мамину яичницу с беконом и теплое молоко, которое пил с кусочком мягкого ржаного хлеба. И Мальчику завтрак тоже понравился, и даже молоко с пенкой он выпил с удовольствием. А мама поглядывала на едоков, говорила «пожалуйста», она слегка улыбалась, а глаза у неё были задумчивые-задумчивые. Когда же завтрак был закончен, мама поставила посуду в раковину и сказала:

– Ну давайте, рассказывайте, ты, мой сын, и вы, господин Дзинь, всё с самого начала.

И они рассказали всё, что успело произойти до маминого появления. Мама немного подумала и, слегка, для хитрого взгляда прищурив глаза, спросила:

– А ведь вы, господин гном, совсем не случайно появились сегодня у нас под диваном? Что-то вам нужно от сына, так? К тому же вы наверняка не один такой кузнец сказок, ведь вон сколько разных писателей на свете, вы бы, как ни старались, не смогли бы наковать столько сказок. Да и сами сказки у разных писателей очень уж разные, их никак не мог бы создать один маленький гном. А кто помогает складывать сказки бабушкам для внуков? Значит вас, гномов, должно быть много, очень много, наверное целый мир. И в вашем гномьем мире что-то случилось, и вам нужна помощь моего сына, ведь так?

– Да, уважаемая хозяйка, я сегодня специально немного пошумел, чтобы ваш сын меня услышал, потому что есть у меня к нему очень серьёзное предложение и надеюсь, что он не откажет мне, и вы не станете возражать. А Мальчика я знаю давно и даже сумел с ним подружиться, правда он до сегодняшнего утра об этом не догадывался.

– А что же это за предложение, я могу вас спросить? – заволновалась мама.

– Я хочу пригласить Мальчика в наш город – Город Сказочников, где не только гномы, но и кто угодно может оказаться мастером сказок.

– Как это кто угодно? – заинтересовался Мальчик

– Ну это не только гномы, как я, но и многие привычные вещи, например, стул, чайная чашка или даже тротуар на улице.

– И даже тротуар? – удивилась мама. – Как интересно! А можно мне с вами? – неожиданно попросила она.

– А? Что? – растерялся гном. – Вы с нами? (Мама кивнула) Но вы даже не спросили, а что там мы будем делать.

– А что мы там будем делать? – переспросил Мальчик.

– Наш Город Сказочников знаменит в нашем мире тем, что у нас рождаются самые добрые и светлые сказки. Так было до недавнего времени, но вдруг из Города стали выходить очень грустные и тёмные сказки и страшилки. И мы никак не можем определить, кто виновен в этом. Наш Самый Главный Мастер посмотрел в Волшебную Книгу Сказок и увидел, что только ты можешь определить этого несчастного Мастера.

– Почему несчастного?

– Счастливый Мастер Сказок никогда не выкует для детей грустные и страшные сказки… Так вы согласны пойти со мной? Поможете нам?

– Мама, я пойду с гномом, ладно?.

– Ладно, только я всё же пойду с вами.

– Хорошо, – сказал гном. И они пошли.

В гости к Дзиню

Это только просто сказать: и они пошли. Действительно, Мальчик с мамой и гномом прошли из кухни к дивану, но тут и встали. И где тут Город Сказочников? Мама с Мальчиком растеряно посмотрели друг на друга, а Дзинь сказал:

– Вы не волнуйтесь, вход в Город здесь, вы только минуточку подождите, пожалуйста.

И он исчез. А Мальчик с мамой остались ждать. А что ещё оставалось делать? Они же сами согласились пойти с гномом. И они уселись на диване. Это же долго, целая минута! Это надо досчитать до шестидесяти! Попробуйте сами, а Мальчик уже умел считать до ста и понимал как это много – шестьдесят! И Мальчику стало грустно, но долго погрустить он не успел, потому что из-под дивана вышел Дзинь, а следом за ним ещё один гном. Этот второй гном был постарше Дзиня и шляпа на нём была понаряднее.

– Здравствуйте, – сказал старший гном.– Мне мастер Дзинь сказал, что Мальчик согласился помочь нам в этом очень важном деле, а вы, госпожа, решили оказать ему поддержку, это очень похвально, и мы безмерно благодарны вам обоим за это решение. Простите, я не представился, я – Самый Главный Мастер.

– Очень приятно, – сказала мама, а Мальчик промолчал, он не знал приятно ему или нет.

– В нашем Городе с вами всё время будет мастер Дзинь, а для всех вы будете его гостями. И если нет вопросов, мы можем идти.

– Вопрос есть, – сказала мама. – Как же мы пойдём, ведь мы вон какие большие?

– Ну, это не вопрос, – успокоил Самый Главный Магистр. – Доверьтесь мастеру Дзиню. Он всё знает и умеет. Не беспокойтесь. Приступайте, мастер Дзинь.

Дзинь достал из поясной сумочки тонкую серебряную нить и сказал:

– Дорогие гости, вставайте с дивана и возьмитесь за этот канат, сначала Мальчик, а за ним мама, и закройте глаза… Взялись?.. Я – первым, а вы, не открывая глаз, идите за мной, держась за канат. Глаза не открывайте. И считайте до десяти. Готовы?.. Ну, пошли.

Мальчик считал шаги и больше всего боялся, что наступит гному на ногу. И ещё он совсем не представлял, как это они пройдут сквозь стену, которая была сразу за диваном, и тоже боялся: а вдруг они застрянут в этой стене. Чего боялась мама Мальчик не знал, но она шагала неуверенно и очень осторожно, поэтому ниточка натянулась, и казалось, что она вот-вот разорвётся. (Если вы когда-нибудь ходили таким образом, то, конечно же, знаете, как это трудно!). Но ниточка не порвалась, а Мальчик досчитал:

– Десять! – радостно вскрикнул он.

– Стоп, – скомандовал Дзинь. – Открывайте глаза.

И они увидели, что стоят на разноцветном тротуаре в необыкновенно красивом городе, где были самые красивые дома из сказок, по шоссе сновали туда-сюда разного вида машины, словно они заехали сюда из множества любимых детских конструкторов. У домов были палисады за низенькими заборчиками, а в палисадах – множество самых красивых на свете цветов. И не было никакого противного дождя. По тротуарам важно прохаживались гномы, и Дзинь приветствовал каждого, подошедшего к ним, приподнимая свою шляпу и слегка наклоняя голову. Мальчик посмотрел на спутников и с удивлением увидел, что гном ещё подрос и стал с него ростом, а мама наоборот стала лишь немного выше его.

– Ну, дорогие гости, – сказал гном, – хватит смотреть по сторонам. Мы – в нашем Городе, и я приглашаю вас к себе на чай. Там за столом мы и обсудим наши планы и действия.

– Хорошо, – ответила мама, – спасибо.

Дзинь хлопнул в ладоши, и к ним тут же подъехала хорошенькая красная машина, дверцы открылись сами, Мальчик с мамой сели на удобное заднее сиденье, а Дзинь – рядом с водителем, который не проронил ни слова, дверцы закрылись, и они поехали. Мальчик всю дорогу глядел в окно и разглядывал город. Но они ехали недолго. Вскоре машина остановилась у небольшого двухэтажного дома, у которого также был палисад с цветами, а сзади – также небольшой фруктовый сад. Им навстречу из калитки вышла женщина-гном (ну, не гномиха же: слово некрасивое) очень симпатичная, с большими красивыми глазами и приятной доброй улыбкой.

– Здравствуйте, – сказала она. – Проходите, пожалуйста.

– Знакомьтесь, – представил женщину Дзинь, – это моя жена, моя славная Хозяюшка. Так и зовите её: Хозяюшка. Ей это нравится. Она с утра ждала гостей, словно знала, что вас будет двое, готовилась.

– Да, я это чувствовала и выходит не зря. Да вы проходите, что на улице стоять, да прямо в сад проходите, что в доме сидеть, погода хорошая.

По уложенной плитками тропе они обошли дом и вышли в очень уютный, прибранный сад, где под большой яблоней стоял накрытый к встрече гостей стол, во главе которого стоял большой, начищенный до яркого блеска медный самовар. А на столе чего только не было: три вазочки с разным вареньем, корзиночка с медовыми пряниками, целая стопка аппетитных блинов, горшочек со сметаной, какие-то красиво украшенные салаты, что-то жаренное и очень вкусно пахнущее и что-то ещё в кастрюльках, накрытых крышечками. А если добавить к этому очень красивую посуду, нарядную скатерть, то невольно у гостей, только недавно сытно позавтракавших, как говорится, потекли слюнки. И был пир. Всё было очень вкусно и сытно, но очень хотелось хотя бы попробовать, что ещё там необыкновенное под крышечками в кастрюльках. И вдруг, в самый разгар пира самовар запыхтел: Уфф! Уфф! Уфф! Чашки начали подпрыгивать на блюдцах и позвякивать.

– Ой! – чуть не подавилась пирожком мама.

– Всё в порядке, – успокоил её Дзинь, – это нашему дорогому самовару захотелось рассказать вам сказку, прежде, чем вы будете пить чай. Можно?

– Сказку? – переспросила мама. – Как, сынок, мы не против?

– Ну, конечно же, мама, мы не против.

– Но как же мы поймём, что он рассказывает? – спросила мама.

– Очень просто, – ответил гном. – Вот вам наши переводчики, вы вставьте их в уши, и всё. – При этом он протянул мальчику и маме приборы очень похожие на обычные наушники, которые они тут же вставили на положенные места. – А теперь, наш уважаемый друг-самовар, вы можете рассказывать.

Самовар ещё раз пыхнул: Уфф! И Мальчик услышал…

Чурбачок и Чурочка
(сказка Старого Самовара)

Возле одной деревенской печи жили-были Чурбачок и Чурочка. Они были родными братьями, но очень уж разными. Толстый Чурбачок любил поленится, полежать, прижавшись бочком к теплой печке, и мечтать при этом, какой подвиг он однажды совершит, и все будут говорить, какой он великий герой. А худенький Чурочка был непоседой, ему до всего было дело, и он всегда спешил кому-то на помощь. Наверное, поэтому все его любили.

Как-то раз на улице шёл дождь, да такой сильный, что в доме, несмотря на середину дня стало темным-темно. И все обитатели дремали под дробный перестук дождя по стеклам. Чурочка глядел на мокрое окно и вздыхал: ах, как ему было жалко тех, кто сейчас мок на улице. «Бедные, – думал Чурочка. – Они наверное совсем замёрзли. И я ничем не могу им помочь.» А толстый Чурбачок никого не жалел, ни о чём не вздыхал, а сладко посапывал, пристроившись, как всегда, у самой печки.

Вдруг в дом вошёл Человек. Он был настолько мокрый, что вода лила с него так, что, казалось, хотела затопить весь пол в доме. Человек скинул плащ и подошёл к печке, хотел разжечь её. Но замёрзшие пальцы не хотели слушаться, а спички никак не хотели зажигаться. Человек бросил спички на стол и оглядел дрова. Конечно же ему на глаза сразу попался Чурбачок. Такой толстенький, такой красивый, и у самой печки. «Наверное будет хорошо гореть.» – подумал Человек, взял его и бросил в топку. От толчка Чурбачок проснулся и, не поняв спросонья, что с ним и куда попал, как закричит:

– Карау-ул! Убива-а-ют!

Но Человек его не услышал. Он чиркнул спичкой, и та наконец разожглась. Человек поднёс её прямо под нос Чурбачку, а тот ка-а-ак чихнёт: «А-а-ап-чхи!» и потушил спичку.

– Ах ты! Чтоб тебя! – выругался Человек и снова зажёг спичку. Но Чурбачок вовсе не хотел сгореть ради того, чтобы кому-то помочь. Он по всякому извивался, изгибался. И спички, своего дела не сделав, потухали, сгорев до конца.

И тут к печке подбежал Чурочка, и прямо под руку Человеку. Тот с удивлением глянул на тощего Чурочку, от которого и тепла-то всего ничего, один пшик, подумал, почесал затылок и бросил его в печь. Попал Чурочка под бок Чурбачку и давай толкать его:

– И не стыдно тебе, брат? Видишь, Человек промок и замёрз. Он может заболеть. А ты… ты… (он никак не мог подобрать нужного слова) ты – эгоист. Вот ты кто!

– От такого и слышу, – огрызнулся Чурбачок. – Посмотрим, что ты запоёшь, когда загоришься.

– А я только того и жду. Пусть я сгорю, зато Человек не заболеет и будет весел и счастлив. И потом, ведь ты, кажется, мечтал стать героем. Где же оно теперь твоё геройство? Ты просто-напросто трус. И эгоист. Вот.

– Ну и пусть, – обиделся Чурбачок и отвернулся к стенке. Он очень хотел быть героем. И очень не любил, когда его называли трусом.

Человек зажёг спичку и поднёс её к Чурочке, который тут же вспыхнул и весело запел свою последнюю песенку:

«Пусть я Чурка, ну и что ж,
И пусть дотла сгорю,
Я людям радость и тепло,
Улыбку подарю…»

Услышал Чурбачок эту песенку, стыдно ему стало, и он тоже загорелся. «Видишь, я совсем не трус» – хотел сказать он брату, но Чурочки уже не было, он сгорел, лишь один красный уголёк лежал рядышком. Только грустить Чурбачку некогда, он, лежа у печи, хорошенько просох и теперь спешил отдать тепло, как можно больше тепла. А сверху, покорённые их подвигом уже лежали другие дрова. И Чурбачок зажигал их. А когда ему осталось гореть всего лишь один миг, услышал, как на столе Чайник говорил Чашкам и Блюдцам:

– Настоящие герои эти Чурочка и Чурбачок. Они принесли тепло Человеку. Учитесь у них…

Уфф!

И Самовар замолчал.

Зачем нужны дрова.
Какие нравятся сказки

– Вот такая сегодня сказка у нашего уважаемого Самовара, – подвёл итог Дзинь. – А теперь давайте пить чай, а то он совсем остынет, и поговорим о наших планах.

Чай был аппетитно душист, но настолько горяч, что приходилось ждать, пока он остынет немного. Этим мама и воспользовалась, чтобы спросить:

– И с чего, уважаемый Дзинь, мы начнём поиски грустного Мастера Сказок?

– Искать будем не мы, а Мальчик, мы же можем только помочь ему.

– Но ведь и ему с чего-то надо начинать, – маме как видно не понравился такой ответ гнома.

– Да, но это он должен решить сам, – ответил Дзинь. – У нас живут и работают очень много Мастеров и Кузнецов сказок, и здесь, в городе, сказки могут быть где угодно. Вот вам рассказал сказку наш уважаемый Самовар. Кстати, понравилась тебе она? – спросил гном у Мальчика. Тот кивнул. И Дзинь продолжил: – У нас много желающих найдётся рассказать вам сказки, и у каждой из них есть свой Мастер и Кузнец, и нужного нам среди них найти непросто…

– Мама, – прервал их разговор Мальчик.– Сказка мне понравилась, но я не понял, что такое дрова? Я, когда ходил к Владику, видел у них на кухне печь, она электрическая, никаких дров я у них не видел. И зачем класть их в печь и зажигать? А если холодно, папа всегда включает обогреватель.

– Вот как! – удивился гном. – Мы оказывается совсем упустили, что теперь нужны совсем иные сказки, прежние хороши, но они для тех детей, которые уже давно стали взрослыми.

– Сынок, – стала объяснять мама, – сейчас ещё встречаются в деревнях дома, в которых есть такие большие печи, сложенные из кирпича, в которых надо разжигать дрова, чтобы согреть дом и приготовить обед. А дрова – это небольшие части деревьев и сучки.

– А какие сказки тебе нравятся? – спросил Мальчика Дзинь.

– Ну, про инопланетян, про разных там динозавров, про всякие чудеса и волшебство, про полёты в космос. Ну, разные всякие, чтобы было интересно.

– Вот видите, – снова обратился гном к маме, – а вы сомневаетесь в сыне. Он лучше нас знает, где искать: там где делают хорошие современные сказки, таких Мастеров и Кузнецов в нашем городе не так уж много, они живут на трёх улицах, и нам будет нетрудно познакомиться с ними, если только Мальчик не возражает, и нам никто не помешает.

– Как это? Кто нам может помешать? – встревожилась мама.

– Да есть тут у нас Чудо Непонятное.

– Чудо? Непонятное? – заинтересовался Мальчик. – Кто это?

– А мы не знаем. Потому и непонятное.

– А как его зовут?

– Да так и зовут: Чудо Непонятное. Наверное, имя у него есть, только мы не знаем. Он может быть и зверем, и гномом, и даже человеком, только маленьким.

– И как же он нам может помешать? – спросила мама.

– Он непревзойдённый мастер на всякие проказы. Угадать, что он придумает в следующую минуту нельзя. Но мы знаем точно, что все его проказы портят хорошие сказки. И потом, у него и помощники есть…

– Мам, – перебил его Мальчик. – Мы что, так и будем разговаривать? Говорим, говорим, а я в сказку хочу!

– Сынок, мы и так в сказке.

– В сказке интересно, чудеса всякие, приключения, а мы всё говорим, говорим…

– Будут у вас и чудеса, и приключения, только потерпи чуток, ты же должен знать где, кого и как искать?

– Хорошо, говорите, – разрешил мальчик. – Только не долго. Я подожду.

– Спасибо, – поблагодарил гном. – Так вот, у этого Чуда есть помощники, они – гномы, только бездельники, сами ничего делать не умеют, тем более сказки, вот и пристроились к Чуду. Зовут их Бряк и Трик. Они хотят, чтобы их не узнали, меняются. Но у них есть один секрет: при каждом их движении можно услышать, если прислушаться, тихие звуки «бряк-бряк» или «трик-трик».

– И что? – мама начинала сердиться: Мальчик это точно знал. – Мы-то здесь для чего?

– Вы-то просто захотели сами, – спокойно сказал Дзинь.– А вот Мальчик, и только он может сразу определить нашего Мастера-бракодела. Если бы мы могли это сделать сами, мы бы не стали вас беспокоить.

– Тогда может мы всё-таки пойдём? По пути договорим.– решила мама.

– Да, пойдём, – сказал гном. И они наконец встали из-за стола. Когда же вышли на улицу, Дзинь предложил:

– Если вы действительно хотите услышать наш тротуар, наденьте переводчики.

Мама и Мальчик так и сделали. Поначалу они ничего не услышали, но только сделали первые шаги, как в ушах раздались странные, слегка хрипловатые, но приятные звуки, будто что-то говорили, но вот что, понять было нельзя.

– А что он говорит? – спросил гнома Мальчик.

– Простите, – ответил гном. – Я не пояснил, что сказку тротуара сразу услышать нельзя, у него каждая плитка говорит только часть слова, а целиком его сказку можно услышать в его конце на последней плите.

– А если нам не надо идти до конца? – тут же сообразил Мальчик.

– Тогда при переходе вам необходимо наступить и чуточку постоять на бордюре. Правда всю сказку не услышите, только ту часть, что успели пройти по тротуару.

Мальчик тут же наступил на бордюр и услышал: «Внимание: здесь перехода нет! Послушайте лучше начало сказки…». Мальчик начало слушать не стал, сошёл с бордюра обратно на тротуар и услышал: «Спасибо!». Слушать сказку по отдельным слогам Мальчик с мамой не захотели и вынули из ушей переводчики.

– Потом послушаем, – сказала мама.– А всё-таки, далеко нам идти?

– Мы дойдём до перекрёстка, до моста Великой Речки, а дальше Мальчик пойдёт без нас. Да не волнуйтесь: там нас ждёт мой сынишка, он и пойдёт дальше с Мальчиком.

– Ну как же? – всё же испугалась мама.– А вдруг…

– Никаких «вдруг», мой парнишка прекрасно знает город, знает многих его жителей, и они его тоже знают, поэтому бояться нечего.

– И всё же, – не успокоилась мама.

– Ну, на этот случай у гномика есть особый звоночек: где бы сын не находился, он всегда может позвонить в него, но услышу его только я, где бы ни был в тот момент. И я тут же окажусь с сыном рядом.

– Как-то всё это не сказочно, – грустно сказала мама.

И они пошли дальше. А тротуар продолжил рассказывать им свою сказку, но они его не слышали.

Сказка рассказанная на берегу.
Про сугроб (Сказка Великой речки)

Идти пришлось недолго. Оказалось, что через Город Сказочников протекала удивительно красивая и ухоженная речушка. Газоны её берегов были аккуратно пострижены, а вдоль русла проложены асфальтированные пешеходные дорожки. Через речку был проложен широкий проезжий мост, он соединял обе части города. По нему в обе стороны по-прежнему неспешно двигались жители города и машины. А вот сына гнома у моста не было.

– Странно, – покачал головой гном. – Дольчик никогда не опаздывал, не подводил… Странно… Вы, пожалуйста, побудьте немного здесь, никуда не уходите. Это недолго.

Он достал из грудного кармана маленький блестящий колокольчик, который сверкнул золотой искоркой. И гном исчез. Мальчик и мама остались одни, они покрутили головами, рассматривая окрестности. И Мальчик сказал:

– Знаешь, мама, какая-то скучная сказка здесь получается. Все только говорят, куда-то идут и едут, и ничего сказочного. Может мы вернёмся домой?

– А как мы это сделаем? – спросила мама. – Без Дзиня мы этого сделать не сможем. Надо его подождать. Пойдем, посидим на бережку.

Они сели на деревянную скамейку и стали смотреть на неспешно текущую речку. Было тихо и спокойно. Они помолчали немного, и мама сказала:

– Так и уснуть недолго, проспим всё на свете. Давай-ка, сынок, послушаем речку, может и она нам что-то расскажет.

И они вставили в уши переводчики…

Про сугроб

(Сказка Великой речки)

А вы еще не слышали эту историю? Ну, слушайте.

Давным- давно, кажется прошлой зимой, выпал первый снег, да такой обильный, что сразу укрыл всё толстой пушистой шубой. Хозяин большой деревенской избы с трудом открыл дверь, вышел на крыльцо, осмотрел двор, покачал головой и скрылся в избе. Но вскоре он снова был на крыльце, а в руках у него была большая деревянная лопата.

– Приступим, – сказал он и начал сгребать снег в дальний угол двора. Вскоре там стал образовываться большой сугроб. Он рос и рос, пока не сравнялся высотой с забором. Тут хозяин и закончил работу. «Порядок», – сказал он, отряхнул рукавицами валенки и скрылся в доме. Едва за ним закрылась дверь, сугроб весь встрепенулся, чтобы его снег поплотнее улёгся в нём, и сказал обиженным голосом:

– Наконец-то! Устал терпеть и ждать, когда же он кончит охлопывать мои бока этой противной лопатой.

И продолжил выговаривать ещё что-то, но тише и невнятнее, так что все жильцы двора его не понимали, но было похоже, что сугроб, едва родившись, был уже чем-то очень недоволен. И это было непонятно, потому что все так ждали этот первый снег, а он всё шёл и шёл такой пушистый, нежный и радостный. Ну и как же можно сердиться хоть на что-то? И все радовались первому снегу. Петух важно вышагивал по очищенному двору, удовлетворённо говорил: «Ко-ко, ко-ко…», крутил головой, рассматривая свои следы на свежем снегу. А куры стояли кучкой у курятника, смотрели на петуха и переговаривались: «Как он хорош! Как он красив!» Дворовый пёс прыгал возле будки, виляя хвостом, и всё пытался лизать снег на крыше своего дома. Коза задумчиво смотрела на снег, и непонятно было, как она к нему относится, хотя в душе конечно же была ему тоже рада. Старая мудрая корова осмотрела двор большими карими глазами, сказала: «Му-у…» и скрылась в сарае. И только сугроб продолжал что-то ворчать себе под нос.

На следующий день едва рассвело у дома собралась шумная весёлая компания окрестных ребят самого разного возраста. Дети кувыркались в снегу, бросались снежками, играли в догонялки, и всем было весело. И только сугроб глядел на их кутерьму из-за забора и ворчал. Он ворчал от зависти, потому что и ему хотелось вот так же побарахтаться в свежем снегу, поиграть в снежки, но он этого делать не мог, потому что он был всего-навсего сугробом, а значит должен вот так всё время торчать в углу двора. Любому на его месте было бы и завидно, и обидно. Когда же хозяин с большой лопатой присоединился к ребятам, и они стали строить горку, сугроб расстроился совсем. Он бы расплакался от огорчения, но не мог. И сугроб даже ворчать больше не мог.

Вот так и потекли зимние деньки. Со временем снег слежался, кувыркаться в нём стало неинтересно, и горку однажды снесли, видно помешала кому-то, но у ребятни всегда придумывались всё новые и новые снежные игры, их звонкий заливистый смех каждый день наполнял улицу. А сугроб всё рос и рос после каждого снегопада, и всё также ворчал: ему очень хотелось быть в центре ребячьего веселья, но детям сугроб был неинтересен.

Однажды наутро после шумного ночного праздника хозяин вынес из дома ёлку, с которой уже сыпались иголки, но на самой верхушке красовалась звезда, отделанная цветной фольгой, а по веткам стекали нитки новогоднего дождя. Он воткнул ёлку на самую вершину сугроба, посмотрел и сказал:

– Ну вот, был ты простой кучей снега, а теперь ты – новогодний сугроб. Красуйся!

Из дома выскочил хозяйский сын в наспех накинутой шубейке и валенках на босу ногу, глянул на сугроб и закричал:

– Папа, папа! Какой новогодний сугроб у тебя получился! У нас теперь во дворе Новый год!

Он убежал в дом, но вскоре вернулся уже полностью одетый, ещё раз глянул на сугроб и убежал на улицу звать друзей. Ребята заполнили двор, они сначала оценили красоту сугроба, потом осыпали его бока пёстрым конфетти, стали прыгать и скакать, и петь новогодние песенки. Им опять было весело, а сугроб был счастлив: он понял, что совсем не зря он так долго стоял в углу двора. С этого дня детвора хоть и не так часто, как хотелось бы, устраивала весёлые игры у сугроба, каждый раз украшая его своими придумками. А сам сугроб терпеливо ждал каждую встречу, а, дождавшись, радовался и был счастлив. Он и не заметил, как зима подошла к концу, и солнце всё теплее и теплее пригревало его бока. Это стало его раздражать, он радовался, когда было пасмурно и шёл снег, и сердился, когда с самого утра на небе хозяйничало жаркое солнце. «Ведь я же таю, – снова ворчал он.

– И кому от этого будет лучше?

Но однажды в такой солнечный жаркий день из-под него вынырнул шустрый ручеёк и убежал на улицу.

– Ура! – закричали ребята. – У сугроба родился ручей! Весна пришла! Ура! Спасибо тебе, сугроб!

«У меня? Ручей? – Удивился сугроб и прислушался к себе: что-то непонятное происходило с ним. И вдруг он понял, обрадовался и закричал:

– Это не ручей родился, это я! Это я превращаюсь в ручей!

Ребята конечно не поняли, чему так радовался тающий сугроб, но им очень нравилось задорное журчание ручья. Они тут же смастерили замечательные лодочки и пустили их в воду. Лодочки шустро поплыли по течению, ребята прыгали от восторга и бежали вслед за ними по бережку. А тающий сугроб. наконец-то был по настоящему счастлив. «Вот оказывается для чего я родился, – говорил он самому себе. – Чтобы стать ручьём. Я свободен, я могу бежать, перепрыгивая через камушки, петь весёлую журчальную песню:

Жур-жур, жур-жур,
журчу, журчу,
Бегу, бегу, куда хочу!
Сверкают солнышка лучи:
Ты веселей, ручей, журчи
И радуй взрослых и детей
Весельем солнечных затей!
Это и есть моё призвание
и счастье!»

Вот такая история. Между прочим весна в этом году была дружная и таких ручейков было много, они наполнили меня водой, и я теперь бегу через этот город, и они все со мной и во мне.

На мосту и около

Едва Мальчик с мамой освободили уши от переводчиков, как услышали, что на мосту их кто-то зовёт:

– Мальчик с мамой! А Мальчик с мамой! Идите скорее сюда! Мне вам надо что-то срочно сказать!

– Идём, идём! – откликнулся на призыв Мальчик.

А мама сказала:

– Ой, нам бы не надо никуда идти. Дзинь велел здесь его ждать.

– Ну, мама, сколько можно ещё ждать? Да мы же и не уходим. Какая разница, где ждать, на мосту или здесь на скамейке, – не согласился с мамой Мальчик. – Но он же зовёт, что-то срочное хочет сказать, может важное.

– Кто он? – спросила мама.

– Я не знаю, – ответил Мальчик. – Пойдём и узнаем. Ну, мама! Тогда я пойду один, – решил Мальчик. – Можно? Ты не волнуйся, я же недалеко, и ты меня всегда будешь видеть.

– Хорошо, иди, – согласилась, подумав, мама. – Но больше никуда, и сразу обратно!

И Мальчик побежал на мост, а на мосту он вдруг остановился: его ждали на мосту мальчонок-гном и девочки-гномы, они радостно и призывно махали руками, но Мальчику они были незнакомы, и он засомневался, но всё же медленно пошёл к ним, всматриваясь в ожидавших.

– Ну что ты так долго! Мы тебя ждём, ждём, кричим, кричим, а ты не торопишься. Ведь так мы и опоздать можем, – упрекнул мальчонка-гном.

– А ты кто? – спросил Мальчик.

– Да я – Дольчик, сын Дзиня, а это подружкаки мои, эту зовут Лясида, а эту – Ремифа.

– А зачем вы меня ждёте? – снова спросил Мальчик.

– Папа Дзинь нас попросил проводить тебя в квартал Мастеров. Пойдём!

– А как же мама?

– Она здесь подождёт, папа к ней скоро придёт. Да мы ненадолго.

– Мне надо у мамы спросить, а то она будет сердиться, – сказал Мальчик.

– А ты крикни ей, что скоро вернёшься, и пойдём.

Мальчик так и сделал.

– Мама, я скоро вернусь! – крикнул он, и, не дожидаясь ответа, пошёл быстрыми шагами за Дольчиком с подружками, не обращая внимания на едва слышимое потрескивание «тринк-тринк, бряк-бряк, тринк-тринк…». Он уже не видел, как мама запрещающе замахала руками. Она хотела было побежать на мост, но Мальчика и его спутников на мосту уже не было. Мама заметалась на берегу, не зная, что делать, куда бежать. Ей хотелось кричать, просить помощи, но здесь, в чужом городе, кто смог бы ей помочь? И тут появился Дзинь. Он сразу понял, что опоздал, что с его гостями случились неприятности. А мама увидев его, бросилась к нему с упрёками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.