Хо Гёбом
Брат волка. Том 1. Мальчик с глазами зверя

허교범

이리의 형제 1: 맹수의 눈을 지닌 아이

Heo Kyobum

The Brother of Wolf 1: The Child with a Beast’s Eyes

© Kyobum Heo

© Suwon Kim, Illustrations

© ООО «Издательство АСТ», 2023

© Кочеткова Е. А, перевод, 2023

* * *

«Я стал братом волкам и другом страусам»

(Ветхий Завет, книга Иова, глава 30, стих 29)

Глава 1. Мальчик с глазами зверя

1

Чёрный автомобиль въехал в город, когда солнце уже село за горизонт, однако сумерки ещё не наступили.

Эта огромная квадратная машина напоминала гроб, в котором покоится великан, или, по крайней мере, что-то, походящее на катафалк для перевозки гробов. Несмотря на свой внушительный размер, автомобиль плавно скользил по узким улочкам города. Прохожие то и дело оборачивались на тяжелый и мощный, но приглушённый звук двигателя и тут же замирали на месте, не понимая, как реагировать на столь огромную массу железа. Проехав ещё немного по неровной узкой дороге, автомобиль остановился на повороте, словно обессилев.

Первой открылась водительская дверь. Оттуда второпях вылез водитель, обогнул машину и осторожно открыл правую заднюю дверь, откуда вышел благородного вида господин с зачёсанными назад волосами, заметно тронутыми сединой.

Он был одет в первоклассный костюм, однако одежда не могла скрыть его внушительного телосложения. Крепкое, стройное тело делало его похожим на борца-тяжеловеса, но черты лица казались столь нежными, что даже новорожденный ребёнок перестал бы плакать при виде него. Единственной проблемой были его узкие глаза и острый, проницательный взгляд, что совершенно не соответствовали этому мягкому выражению лица.

Водитель, казалось, уже привык к внешности господина, поэтому не стал задерживать на нем свой взгляд, а обошёл машину сзади, открыл заднюю дверь с другой стороны, чтобы помочь кому-то выйти. Этим человеком, который кое-как выбрался из машины, оказался маленький мальчик. Он выглядел бледным и болезненным – полная противоположность только что появившемуся господину. Мальчик был настолько худым, что, если внимательно присмотреться к его рукам и ногам, выглядывающим из-под белой рубашки и шорт, можно было определить строение костей. Вся эта троица остановилась у входа на небольшой холм, который здесь считался парком. Подъём, который должен был занять около десяти минут, осуществлялся по хлипкой лестнице из досок, вбитых в землю до самого верха.

Одной рукой водитель поддерживал тело мальчика, а другую поднял к небу, ладонью вверх.

– Дождь моросит, вы в порядке?

– В порядке, – спокойно ответил господин. В его голосе слышался особый благородный звон, дарующий ему такую силу убеждения, что, казалось, после нескольких слов вы охотно сделаете то, что раньше ненавидели. Мужчина продолжал, не глядя в сторону мальчика:

– Если ты не можешь выдержать даже такого дождя, то точно умрёшь.

Мальчик вздрогнул, услышав эти слова, и эта дрожь передалась водителю. Дрожь совсем не от холода – от страха, подумал водитель.

– Жди здесь, мы с сыном скоро вернёмся.

– А? Что?

Воспользовавшись замешательством водителя, ребёнок быстро оттолкнул его и встал на ноги. Тело мальчика слегка покачивалось, но он заставлял себя стоять прямо, чтобы этого никто не заметил. Ребёнок смог сделать несколько неуверенных шагов, так что было не похоже, что он упадёт.

Хотя мальчик и не был уверен, что сможет подняться даже на что-то такое маленькое и недостойное звания горы, он собрался с духом и заговорил:

– Пойдёмте, отец.

– Идем, – кивнул мужчина.

Они стали подниматься по лестнице – отец пошёл впереди, сын за ним. Водитель даже не подумал залезть обратно в машину, чтобы укрыться от дождя, и наблюдал за ними, пока они не скрылись из виду.

Несмотря на то, что отец шагал медленнее обычного, ребёнок почти бежал, изо всех сил стараясь не отставать.

Теперь ему больше нельзя проявлять слабость. Мальчик даже не моргал, чтобы не упустить из виду плечи и спину отца. Моросящий дождь застилал глаза, но в то же время от спины мужчины впереди капли как будто отскакивали, натыкаясь на невидимую преграду. Мальчик сначала подумал, что это невозможно, но, с другой стороны, подобное могло быть в пределах сил отца.

Подъем на гору, даже скорее холм, не занял много времени. Здесь, на вершине, стояли тренажёры, две деревянные скамейки и небольшой валун с высеченным на нем названием парка. Последним, кто попадался на глаза, был спортсмен, который занимался на одном из тренажёров, старательно наращивая грудные мышцы. Похоже, его не беспокоил ни дождь, ни новые посетители.

Отец мальчика тут же подошёл к нему и сказал:

– У меня сейчас будет важный разговор с сыном, и я не хочу, чтобы нам мешали, поэтому, будьте добры, уйдите.

Здоровяк, занимавшийся спортом, громко слушал музыку в наушниках, но, как ни странно, он отчетливо услышал слова собеседника. Они будто проникли в щель между наушниками и ушами, прямо в голову. Мужчина подумал, что ему следует сделать вид, будто он ничего не слышал. В конце концов, парк не принадлежит этому господину, поэтому он не может выгнать того, кто пришёл сюда первым.

Сын испуганно перевел взгляд с отца на тренирующегося мужчину.

– Если вы сейчас же не уйдёте… – несмотря на то, что господин говорил тихим голосом, его глаза сверкали огнём. Неожиданно спортсмен почувствовал сильный толчок и слетел с тренажёра прямо на мокрую землю.

– Ох!

Господин протянул ладонь, чтобы помочь ему встать, а затем сказал:

– А теперь уходите.

Мужчина встал, почувствовав неладное, и впервые внимательно вгляделся в лицо господина перед ним. Казалось, что за напускной вежливостью и мягкостью этих черт таится древнее глубинное зло. От нахлынувшей паники сердце заколотилось, кровь отхлынула от лица, а желудок предательски сжался. В обычной ситуации он бы провел здесь ещё полчаса, жалуясь на мокрую грязь, прилипшую к спортивному костюму, но в этот раз инстинкты подсказали ему, что надо бежать.

После того, как нежелательная помеха исчезла, отец и сын, наконец, встали у перил парка. Отсюда открывался панорамный вид на Хаюран.

На город уже начала опускаться темнота, и электрические фонари освещали его, словно звёзды. Казалось, можно любоваться этим зрелищем всю ночь, не отрываясь.

– Это город Хаюран. Смотри внимательно, видишь?

– Да.

Мальчик был очарован этими огнями. Отец почувствовал радость в его голосе и холодно посмотрел на сына.

– Отныне это твои охотничьи угодья.

2

Ещё некоторое время отец и сын не отрывали глаз от города.

– Сколько тебе осталось, по словам доктора?

– Три месяца, – поспешил ответить мальчик, смущённый тем, что отец никогда раньше не спрашивал его об этом так прямо.

– Ясно.

Отец глубоко вздохнул. Сыну показалось, что этот звук больше похож на то, что мог бы издать зверь, а не человек. Один раз, когда он был ещё маленьким, мальчик услышал, как отец в порыве злобы издал звук, который не мог бы издать ни один человек. Он не то что был не похож на человеческий – такой звук мог издать лишь настоящий дикий зверь.

– Хотя врач и заслуживает нашего доверия, но мы не можем знать наверняка. Как известно, медицина несовершенна, и три месяца – это приблизительный срок. Неизвестно, сможет ли твое тело продержаться так долго. Возможно, что спустя месяц счет будет идти на дни.

– Я это понимаю.

– Начиная с завтрашнего дня, ты должен немедленно приступить к поискам цели и начать ритуал в ближайшее время. Независимо от того, насколько ты превосходишь человека по силе, тебе не справиться в одиночку. Люди всегда побеждали нас. Выбирай себе слуг, которые станут для тебя сильными и верными друзьями. Но будь осторожен – если их будет слишком много, тебя могут поймать.

– Я понял.

Этот совет мальчик слышал уже не первый раз. Отец уже собирался продолжить, когда поднял руку и заметил, что волосы сына промокли.

– Давай спустимся вниз.

– Хорошо.

– Теперь ты пойдёшь спереди.

Мальчик выполнил поручение, не сказав ни слова. То, как он спускался по лестнице, осторожно переставляя свои тонкие ноги, напоминало движения паука. Если приглядеться, можно было заметить, как он прихрамывает.

Сердце отца сжималось при взгляде на сына, но он не показывал этого. Мальчик должен идти сам. Так было и с ним самим, и с его братьями.

Все ему подобные – его отец, дед, прадед – все проходили это испытание. Были, конечно и те, кто не справился и погиб. Однако уж лучше погибнуть в испытании, чем умереть как жалкий скиталец, отвергнув свою сущность и судьбу.

Отец с сыном вернулись к спуску с холма и посмотрели на надпись, высеченную на валуне у входа. Их ночное зрение было настолько острым, что они могли прочитать слова как при дневном свете, несмотря на то, что свет уличных фонарей не освещал её должным образом.

«Парк на горе Хаюран»

– гласила надпись на верхней части камня. Гора Хаюран, от которой и произошло название города, была той самой вершиной, на которую они только что поднялись. Небольшой холм, который даже горой не назвать, дал название целому городу. Это было причиной, по которой отец решил посмотреть на него именно отсюда, и происхождение названия показалось ему ничем не примечательным.

Водитель ждал их возле машины. Его одежда была сырой оттого, что всё это время он стоял на обочине дороги. Он мог бы избежать этого, если бы захотел, но таким образом водитель хотел показать свою преданность.

Отец и сын были чуть менее промокшими, так как возвращались по небольшой лесной тропинке. Мальчик снова бросил взгляд на плечи отца. Он заблуждался ранее – на плечах всё-таки собрались капельки воды.

Однако, если бы его отец действительно того захотел, то мог бы вернуться с этой прогулки абсолютно сухим, в этом ребёнок был уверен.

– Хорошая работа, – произнес мужчина, самостоятельно открыл дверь автомобиля и сел внутрь. Сын тоже взглядом отмахнулся от помощи водителя, обошёл машину и залез в неё сам. Убедившись, что всё в порядке, водитель также занял свое место. Машина, похожая на огромный гроб, снова медленно заскользила под дождём.

По мере того как автомобиль продвигался вглубь города, количество людей росло, и у каждого из них был свой запах. Запах тушёного мяса, съеденного за обедом, резкий запах духов, запах кондиционера для белья, запах пота и промокшей под дождём одежды – они были повсюду. Из-за повышенного обоняния у отца и сына создавалось ощущение, будто машина едет сквозь ароматную дымку.

Однако люди тоже сильно ощущали присутствие чужаков. Точнее, они обращали внимание на огромную машину – возможно, это первый и последний подобный автомобиль, на улицах этого города с момента его основания.

– Было ошибкой приехать на этой машине. Думаю, она слишком выделяется, – произнес мужчина в костюме.

– Может быть, это и неплохо, что люди уделяют столько внимания – такой автомобиль этого заслуживает, – ответил водитель.

– Твоя правда. Люди и не знают, что те, кто едет в этой машине, намного более удивительны и страшны, чем она сама.

– И, вероятно, никогда не узнают.

– Думаю, так и должно быть, – сказав это, отец посмотрел на сына. Они остановились на светофоре, и мальчик оглядывал улицу, нервничая из-за того, что ему предстоит завтра. В его голове роились сомнения относительно того, сможет ли он управлять этим городом.

Если он этого не сделает, то умрет. Не символически, а буквально. Его жизнь оборвется в двенадцать лет. Мальчик надеялся, что этого не произойдёт, но он также боялся борьбы, которую ему придется вести, чтобы выжить. Сейчас, пока он был с отцом, мальчик подавлял свою тревогу из уважения и страха перед ним.

Завтра он останется один.

Сын перевёл взгляд, пытаясь как-то отвлечься, и тут кое-что привлекло его внимание. Под дождём шёл мальчик без зонтика, даже не пытаясь укрыться от дождя. На вид это был его ровесник. Очки мальчика намокли, он шёл практически вслепую, сгорбившись и чудом умудряясь не упасть.

– Отец?

– Что такое?

Сын слегка приоткрыл окно и спросил:

– Должен ли первый слуга быть сильным человеком? Разве нельзя выбрать слабого неудачника?

3

– О чём ты?

Автомобиль по-прежнему стоял на месте. Сигнал светофора не менялся дольше, чем ожидалось. Сын отвел взгляд от улицы и сказал:

– Я слаб. Я сильнее людей, но среди наших я самый слабый, ко мне даже не относятся как к полноценному члену общества. Так почему я не могу выбрать себе в слуги таких же слабых людей, как я? Они всё равно будут достаточно сильными после ритуала, чтобы суметь защитить меня.

«Я ненавижу всех, кто считает себя сильным, неважно, человек это или нет», – мальчик не смог сказать это вслух.

Отец повернулся в ту сторону, куда ранее смотрел его сын, и теперь тоже заметил ребёнка. Он сразу понял, что мальчик явно чем-то подавлен и озабочен, раз идёт в таком виде. Жалкое состояние этого ребёнка, похоже, напоминало сыну о его собственном положении.

– Поступай как считаешь нужным. В твоих словах есть доля правды, но ты должен быть осторожен. Если он ведёт себя так, потому что сегодня с ним случилась беда, это можно понять. Однако если он проигрывает миру каждый день, то не годится для того, чтобы стать твоим слугой. Битва с разумом неизбежна для любого сознательного существа, и тот, кто постоянно проигрывает в этой битве, подобен замку, готовому рухнуть в любой момент. Поначалу он будет предан тебе, но однажды он не выдержит и начнет доставлять неприятности.

Сын не понял всего, что говорил отец, но почувствовал облегчение, когда получил его разрешение.

– Тебе не обязательно меня спрашивать. Теперь тебе придётся всё решать самому, – продолжил мужчина.

– Это последний раз, когда вы даете мне совет, а завтра вас уже не будет в городе, верно?

– Верно.

– Тогда я решу прямо сейчас. Этот ребёнок будет моим первым слугой.

После этих слов он внезапно открыл дверь слева от себя, со стороны проезжей части.

– Нодан, – отец окликнул сына как можно тише, чтобы тот не почувствовал беспокойства в его голосе. Мальчик распахнул дверь и выскочил на улицу. К счастью, на соседней полосе не было машин.

– Если я потеряю его сейчас, мне будет трудно найти его снова. Я сделаю его своим слугой и буду править этим городом.

– Хорошо.

Отцу понравилась такая спонтанность. Тяжело выжить, будучи тихим и предсказуемым.

– И я не умру, я выживу и обрету такую силу, что сокрушу всех тех, кто смотрел на меня свысока!

В этот момент сигнал на светофоре сменился, и сын, не дождавшись ответа, захлопнул дверь.

– Что прикажете делать? – спросил водитель.

– Поехали.

Машина двинулась с места в ту же минуту, как прозвучали эти слова. Отец даже не повернул головы, чтобы взглянуть на сына, который остался позади, совсем один. Такая забота среди них считалась скорее жалостью, чем уважением. Никто из ему подобных не захотел бы, чтобы с ним так обращались.

– Я уверен, что у молодого господина всё получится, – сказал водитель.

– Надеюсь, что так.

В их кругах одной попытки спасти ребёнка, который находился в больнице более десяти лет, было достаточно, чтобы пошатнуть свой авторитет. Ему пришлось потерять многих сторонников, потому что он проявил сострадание, совсем как человек. Однако даже для себе подобных он наконец нашёл достойное оправдание.

У него есть только один ребёнок, который стоил ему многого. Если он откажется от сына, его родословная оборвется. Кто в таких обстоятельствах способен остаться в стороне?

По крайней мере, оставшиеся сторонники ему поверили. Отец Нодана тоже до конца не понимал свои действия. Он не мог с уверенностью заявить, защищал ли он сына ради того, чтобы оставить потомство, или же им двигали человеческие эмоции.

Хаюран – небольшой город, поэтому, как только машина выехала из центра, перед глазами открылась сельская местность, и автомобиль уже стал приближаться к границе города. Отец выглянул в окно и горько усмехнулся, глядя на указатель.

Этот необыкновенно прекрасный город Хаюран[1].

Прощай.

В этой фразе не было ошибки, однако её стоило бы немного подправить, чтобы она точно отражала заложенный в неё смысл.

Город Хаюран – необычайно красивый город, доставшийся Нодану в качестве охотничьих угодий спустя месяцы поисков. Если всё пойдёт по плану, Нодан сможет набраться сил благодаря этой охоте. Он вырастет и вернется здоровым молодым человеком.

Чёрный автомобиль наконец-то покинул пределы города. Небо было чистым, никаких признаков прошедшего дождя. Машина спокойно ехала по дороге, словно она была такой же, как и все остальные автомобили.

В тот день Нодан впервые встретил ночь в городе Хаюран. Никто не запомнил этот день как особенный. Не будут помнить его и те, кто позже присоединится ко злу, те, кого принесут в жертву, те, кто знает, но хранит молчание, те, кто борется со злом, и те, кто ещё не вышел на сцену города Хаюран.

4

Нодан остался стоять прямо посреди дороги. Он заволновался, заметив, что ребёнок, которого Нодан приметил во время разговора с отцом, исчез из виду. Впервые в жизни он остался один. Отец бросил его в чужом городе, как дикий зверь бросает своего детёныша, когда тот уже стал достаточно самостоятельным. Последствия этого для него были такие же, как и для этого детёныша – выживание в одиночку.

В такие моменты единственным, что могло руководить Ноданом, был инстинкт. Страх парализовал способность мыслить. Разум, находясь в тисках страха, способен на самую изощренную ложь. Не зря к разуму в их среде относились как к чему-то, что нравилось только слабым людям.

Нодан пересёк проезжую часть, проверяя лево и право, всё ещё ступая немного неуверенно. Казалось, что в любой момент он может упасть, но, хоть и оступаясь, мальчик не терял равновесия.

Нодан подошёл к месту, где он впервые увидел ребёнка, и остановился. Его образ был ещё свеж в памяти Нодана. Спутанные от дождя волосы, запотевшие очки, сумка, под тяжестью которой он сильно сутулился, то, как он шёл, еле волоча ноги, и его лицо, искажённое отчаянием.

Но Нодан не мог найти его лишь по образу, сложившемуся в голове.

Запах, нужно учуять запах.

Нодан так громко фыркнул, что даже проходящие мимо люди обернулись посмотреть на этого странного мальчика.

Он почувствовал след, тонкий, как нить. Нодан не был уверен, что это то, что он искал, но времени терять было нельзя.

Нодан всё бежал и бежал, не останавливаясь, однако даже так его бег со стороны напоминал походку быстрым шагом. После стольких лет, проведённых в постели, его сердцу было тяжело выдержать даже легкие физические нагрузки. Оно стучало так сильно, будто кто-то бил в барабан прямо над ухом Нодана.

Направо. Он не был уверен, но чутье подсказывало ему этот путь. Взгляд Нодана устремился в переулок справа от него, тускло освещённый уличными фонарями. Он был совершенно пустым, и трудно было поверить, что это место связано с главной улицей города. Все магазинчики в переулке уже были закрыты.

Нодан не боялся ступить во тьму, однако его беспокоило то, что, сделав первый шаг, он уже не сможет изменить свой выбор.

Однако оставаться на месте было ещё более плохим вариантом. Впервые в жизни Нодан сам выбрал свой собственный путь – и побежал. Запах снова исчез, и Нодан в свою очередь тоже остановился. Он останавливался, бежал, потом снова останавливался. Целью, которую преследовал Нодан, был определённо житель этого города, поскольку такой маршрут никогда бы не выбрал человек, который здесь впервые.

Барабанная дробь становилась всё громче. Такой звук можно услышать перед тем, как объявляют ответ в викторине.

Было ли это правильным решением? Правильный ответ, нужен правильный ответ…

И тут Нодан увидел знакомую спину. Он дышал так громко, что казалось, что всё, что он съел за ужином, сейчас выйдет наружу.

Мальчик обернулся, почувствовав на себе чей-то взгляд. Хотя дождь уже закончился, глядя на жалкое выражение лица мальчика, Нодану показалось, что он всё ещё продолжал лить.

– Ты! – крикнул Нодан сиплым голосом.

– Я? – мальчик ответил так, будто не ожидал, что к нему обратятся.

– Да, ты.

– Что я?

– Ты.

Нодан прочистил горло. Мальчик встал вполоборота, будто желая обойти Нодана, если будет такая возможность.

– Ты.

Нодан запаниковал, потому что не мог придумать, что сказать дальше. Он не думал о том, что нужно говорить в такой момент.

– Ты будешь служить мне.

– Чего?

– Служи мне, и ты станешь сильным. Ты легко добьёшься того, чего хочешь.

– Ты ненормальный, да?

Мальчик рассмеялся от неожиданности. Это помогло Нодану расслабиться, и он тоже усмехнулся.

– Да, я отличаюсь от вас, людей. Тебе это может показаться странным, но у меня есть сила. Сила, которой я могу поделиться с тобой. А теперь встань на колени и поклянись служить мне.

Довольно достойно, подумал он про себя. И только после того, как ребёнок нахмурился и отвернулся, Нодан понял, что совершил ошибку. По тому, как ускорились его шаги, стало ясно, что мальчик пытается убежать.

– Замри.

Ребёнок внезапно остановился, будто кто-то нажал на кнопку «стоп». Это произошло потому, что Нодан вложил силу в свои слова, даже не осознавая этого. Не следует применять такую силу к тому, кто будет твоим слугой. Если что-то пойдёт не так, пути назад уже не будет.

– Нет, делай что хочешь.

Когда Нодан ослабил хватку, ребёнок снова попытался убежать.

– Но выслушай меня.

На этот раз Нодан постарался сдержать силу. Он и забыл, насколько люди чувствительны к словам. Однако эта фраза, сказанная без всякой силы, прозвучала как-то трусливо. Так показалось не только ему, но и мальчику, который старался побыстрее избавиться от общества Нодана.

– Не хочешь выслушать меня? Это возможность, которая тебе больше не представится.

Мальчик подумал, что голос Нодана прозвучал на достаточно далёком расстоянии, чтобы остановиться. Это была хорошая дистанция между ними, если вдруг за ним снова погонятся – он сможет убежать.

– Если я буду тебе служить, я стану сильнее?

– Верно.

– Что значит эта твоя сила? Ты имеешь в виду, что она сделает меня морально сильнее, и я смогу легче переносить что-то плохое?

– Нет, это не сила, – поспешил ответить Нодан, довольный тем, что мальчик уже на полпути, – это не сила.

– Это не сила? – спросил мальчик.

– Да, это даже силой нельзя назвать. Если это и сила, то очень слабая. Ты просто стараешься перетерпеть свои проблемы в одиночестве. Настоящая сила – это когда ты можешь использовать её на других людях, управлять ими, как хочешь.

– Ты можешь так делать? Контролировать других людей?

– Да, и я могу поделиться этой силой с тобой, если ты будешь служить мне.

– Тогда покажи.

Нодан на мгновение сосредоточился и понял, что его силы на сегодня иссякли. Последний раз он использовал её на мальчике совсем недавно.

Сила не была безграничной и зависела от состояния тела в том числе. Поскольку Нодан так долго болел, он мог использовать её только в небольшом количестве, равносильно количеству жидкости в маленьком пакетике сока. Он не мог воспользоваться ни одной из его способностей, пока хорошенько не выспится.

– Не сейчас.

– Ну конечно.

Ребёнок усмехнулся и отвернулся, как будто знал, что так и произойдёт.

5

В тот вечер Нодану пришлось добираться до своего нового дома пешком. Он шёл целый час с того места, где человек, которого он пытался сделать своим слугой, отказался от него. После этого снова пошёл дождь, будто он остановился только ради этого разговора.

Его одежда вся промокла, и Нодана начало трясти от холода, несмотря на то что сейчас было лето. Гнев кипел в его груди, словно в печи, но жар не достигал кожи, и от этого становилось ещё холоднее. Нодан думал, что он может потерять сознание и умереть прямо здесь. Если так случится, все будут говорить об этом.

Если он погибнет под дождём в первую же ночь, когда прибыл в охотничьи угодья, позор, который настигнет его отца и всю его семью, будет немыслим. В худшем случае, вся семья будет изгнана и станет скитаться.

К тем, кто стал скитальцами по собственной воле, относились с пренебрежением, а что уж говорить о тех, кто стал ими по принуждению. Существовало ли ещё большее унижение?

Эта мысль придавала сил слабому телу Нодана, но, когда он наконец добрался до дома и открыл дверь, силы уже полностью покинули его.

– Вы совсем промокли под этим дождём.

Нодан сел на крыльцо и поднял голову, чтобы посмотреть на говорившего. Это был один из молодых слуг его отца; он был тем, кто прошёл ритуал. Человеком.

– Что ты здесь делаешь?

– Меня отправили, чтобы я позаботился о ваших делах, за исключением части с охотой.

– А, ясно.

Это были последние слова, перед тем как мальчик потерял сознание. Когда Нодан проснулся следующим утром, мир уже перестал быть погружённым в темноту. Он обнаружил себя лежащим в незнакомой постели. Нодан попытался пошевелить руками и ногами, и, на удивление, с ними всё было в порядке.

Мальчик встал, откинул одеяло и вышел из комнаты. К нему начали возвращаться некоторые воспоминания о прошлой ночи. Человек, которого послали присматривать за ним, готовил завтрак – ярко-жёлтый омлет. Возможно, из-за того, что организм Нодана был слаб, запах яиц показался ему отвратительным. Тем не менее, когда он начал есть, вкус оказался неплохим. Он съел три ложки и остановился.

– Как мне тебя называть? – Нодан отложил ложку и обратился к человеку, который стоял поодаль, наблюдая за мальчиком.

– Даже не знаю, я пока ещё не совсем готов к тому, чтобы меня называли дяденькой[2], поэтому как насчет дворецкого?

– Хорошо, значит, буду звать так. Всё очень вкусно, но я себя не очень хорошо чувствую, так что больше съесть не смогу.

– Я вас понял.

Нодан ещё раз внимательно осмотрел человека, которого он не успел вчера как следует разглядеть. Дворецкому с аккуратно зачесанными назад волосами было около двадцати-тридцати лет в лучшем случае. Он был худым, но подтянутым, в его движениях чувствовалась сила. Солнечные лучи освещали спокойное лицо с присущим истинному дворецкому выражением полного бесстрастия.

Как слуга отца, он, безусловно, лучший из лучших даже среди людей, иначе отец не позволил бы ему пройти ритуал. Аналогично совету, который он дал сыну, отец выбирал в слуги только самых достойных людей.

Нодану было любопытно, какие у этого дворецкого способности, но он сдержался, так как посчитал вопрос неуместным.

– Вы будете дома, когда закончите завтракать?

– Нет, мне надо в школу.

– Вы посещаете здесь школу?

Нодан покачал головой.

– Я иду на охоту.

– На охоту? В школу?

В школах обычно много людей, а потому это не лучшее место для охоты. И хотя подобные Нодану в разы сильнее обычного человека, они не непобедимы. До сих пор человечество, объединив усилия, побеждало всех врагов, стоящих на пути к его выживанию. А значит разумным было бы не заявлять о себе лишний раз.

– Да. Приготовишь мне зелье?

Дворецкий понял, что его роль не в том, чтобы помогать с охотой, и успокоился.

– Да, конечно. Вы хотите взять его с собой?

– Нет, оно будет нужно мне ночью.

Как только Нодан вышел из дома, он заметил, что от дождливой погоды не осталось и следа, и день обещает быть жарким. Дома он не обратил на это внимания, но, выйдя на улицу, он почувствовал последствия вчерашнего перенапряжения. Мышцы бедер и таза болели так сильно, что ходить было сложно. Было ощущение, что его три месяца жизни за один только вчерашний день сократились дней на десять.

Несмотря на это, запах он чувствовал хорошо, а потому найти вчерашнего ребёнка не составляло труда. В этом районе было всего две начальные школы, и тот мальчик точно учился в одной из них.

Времени у Нодана было предостаточно, поэтому сначала он выбрал ту, которая располагалась ближе всего к его дому. Ему повезло – Нодан учуял след нужного ему запаха прямо от входной двери.

Нодан зашёл через главные ворота, следуя по пути знакомого запаха.

– Опаздываешь, дружок, тебе бы ускориться, – сказал человек, который сидел в небольшой будке около входной двери. Окно его было слегка приоткрыто.

Нодану захотелось что-нибудь ответить, но он сдержался. Он решил пойти по тропинке рядом с детской площадкой и без труда добрался до здания школы. Между лифтом и лестницей Нодану пришлось выбрать последнюю, поскольку запах доносился именно оттуда.

Мальчик дошёл до третьего этажа и остановился. Наконец-то он нашёл его. Нодан был в этом абсолютно уверен, даже не заглядывая в класс.

Благодаря голосу, доносившемуся изнутри, Нодан понял, что сейчас там проходит урок математики. Его удивило, насколько простым был материал, ведь даже он, не получивший должного образования из-за болезни, узнал всё это ещё несколько лет назад. Его пренебрежение к людям выросло ещё больше. Нодан с громким скрипом открыл дверь класса.

Взгляды учительницы и детей устремились на Нодана. Одна из этих пар глаз принадлежала тому, кого он искал. Изо рта ребёнка будто вырвалось беззвучное «ты?».

– Кто это тут у нас? – спросила учительница.

– Я здесь, чтобы забрать его.

– Что? Кого забрать?

Нодан указал пальцем на ребёнка.

– Кого? Ты про Ёнджуна?

Лицо ребёнка по имени Ёнджун побелело. Настроение Нодана улучшилось, после того как он узнал имя того, с кем он познакомился прошлой ночью.

6

– Зачем тебе Ёнджун?

– Чтобы сделать своим слугой.

В ответ на фразу Нодана в классе послышалось хихиканье. Ёнджун опустил голову от стыда. Ему было неловко, что этот странный мальчик так унижает его.

– А ну-ка хватит, иди, не мешай нам вести урок. Кстати, из какого ты класса?

Манера речи, с которой говорила рассерженная учительница, была знакома Нодану. Его мать использовала такую же интонацию, когда его отчитывала. Нодан с самого рождения находился в больнице, так что он нечасто попадал в неприятности. Теперь-то его уже точно никто не будет ругать.

– Я должен забрать этого ребёнка.

– Ты? Ну правда, прекрати уже!

Нодан вспомнил цель своего вторжения сюда. Вот на какие меры ему приходится идти, чтобы убедить этого мальчика по имени Ёнджун. Конечно, можно было сделать это и без лишнего шума, но данная мысль пришла Нодану в голову только после того, как он совершил задуманное.

– Я его забираю.

Голос Нодана становился всё более зловещим. Он был похож на скрежет металла, хруст гравия и свист ветра, пытающегося пробиться сквозь узкую щель. Всем присутствующим показалось, что лицо Нодана тоже изменилось – его глаза потемнели и уголки глаз стали острее, будто на них нанесли грим.

– Я заберу этого ребёнка, а вы все встанете на колени и будете смотреть.

Лицо Нодана изменилось до неузнаваемости, он всё меньше напоминал человека. Кончики его глаз вытянулись, а светло-коричневые зрачки резко сузились, напоминая звериные. Уголки рта слегка выпирали, а губы вытянулись в линию.

Ёнджун и раньше видел такие глаза, но никогда – у человека. Это больше напоминало глаза дикого животного, запертого в клетке зоопарка и смотрящего на всех сквозь прутья своей железной тюрьмы. Или глаза хищника, который выслеживает свою добычу – он видел это в программе по телевизору.

Или в мультфильмах, когда глаза вампиров и оборотней тоже менялись таким образом. Но у людей подобного он никогда не встречал.

– Всем встать на колени и опуститься на пол.

Ёнджун каким-то образом почувствовал, что это сейчас действительно произойдёт. Так и случилось. Первой на колени опустилась учительница, а затем, словно по сигналу, ученики вышли из-за своих парт и последовали её примеру. После этого они все склонили головы.

Только ребёнок с глазами животного и Ёнджун остались стоять, словно гвозди, вбитые в землю.

Ёнджун дрожал, как травоядное в присутствии хищника. Точнее, он решил стоять твёрдо и не дрожать, но что-то давно заложенное в его генах вынуждало тело трястись от страха. Это был тот же инстинкт, что и в документальных фильмах про травоядных, – они не могли бежать, а лишь замирали на месте и ждали своей участи.

– Теперь следуй за мной, – сказав это, мальчик со страшными глазами вышел в коридор. Отказаться было невозможно, и Ёнджун направился за ним, подальше от детей, лежащих лицом вниз на полу класса.

Нодан, выйдя из кабинета первым, вздохнул с облегчением. Впервые в жизни он контролировал такое количество людей. Это было утомительно, но он радовался, что справился, не чувствуя сильной усталости. К тому же никто не ослушался его приказа.

Такие люди встречались очень и очень редко, но всё же такое бывало. Встреча с человеком, обладающим таким видом крови, который позволял бы ему ослушаться приказа, доставила бы много проблем. Те, кто выполнял приказы, через некоторое время теряли память, а те, кто обладал способностью им противостоять – нет. Такие люди могли всё запомнить и рассказывать об этом другим, вплоть до момента своей смерти, и тогда уже могли начаться серьезные проблемы.

Если хоть кто-то из таких людей оказался бы среди детей в классе, охота Нодана была бы закончена. Как бы молод он ни был, нельзя было простить такую ошибку. Нодан осознал, что он был чрезмерно амбициозен и беспечен.

С другой стороны, он гордился своим смелым и безрассудным поступком. Когда отец объявил, что отправляет Нодана в город Хаюран, все тут же набросились на него, говоря, что Нодан слишком молодой и болезненный, чтобы управлять целым городом, и что он слаб не только телом, но и духом, а потому мальчику не по силе такая задача. Однако поступок Нодана подтверждал, что он далеко не трус.

– Теперь ты мне веришь?

Ребёнок, который шёл следом, слабо кивнул. Нодан был настолько взволнован возможностями своих сил, что ему пришлось ещё раз спросить имя мальчика, а когда услышал снова, то повторил его два-три раза, чтобы лучше запомнить. Тем временем Ёнджун всё ещё смотрел на глаза Нодана, которые так и оставались со звериными вертикальными зрачками.

Эти глаза были словно объяты огнем, но взгляд был холоден, как лёд. Но также противоположности не смешивались в одно, а сосуществовали по отдельности. В этот момент Ёнджун окончательно отказался от мысли, что Нодан – человек. Его зубы были такими же, как у людей, но мальчику казалось, что они вот-вот вопьются ему в горло.

Довольный тем, что справился со своей задачей, Нодан спросил:

– Как я сказал вчера вечером, ты можешь получить силу, если будешь служить мне. Что думаешь?

Ёнджун дрожал и едва мог говорить. Сам того не заметив, он начал разговаривать предельно вежливо:

– Если вы сделаете меня своим слугой, я перестану быть человеком?

– Нет, однажды человек – навсегда человек. Я родился уже другим существом, поэтому, даже если ты обретёшь силу, она будет меньше моей. Даже так: твоя сила будет длиться до тех пор, пока ты следуешь за мной. Ты станешь выше людей.

Ёнджун хотел спросить, может ли он отказаться, но замялся, потому что понял, что стоящий перед ним мальчик рассердится от такого вопроса. Если бы ему было позволено выбирать, этого мальчика вообще не оказалось бы в его классе сегодня, а потому не было смысла злить ребёнка с глазами дикого зверя.

– Хочешь стать моим приближенным? – снова спросил Нодан, подражая стилю речи своего отца.

– Да.

– Тогда приходи к школьным воротам сегодня ночью.

– Ночью? Мама не отпускает меня в такое время…

– Ты должен прийти, несмотря ни на что. Тебе нужно приходить сюда каждую ночь в течение следующего месяца, чтобы получить силу, – произнося эти слова, Нодан уже казался не тем жалким ребёнком, который бегал вчера ночью под дождём, а свирепым зверем.

Глава 2. Красный напиток

7

Когда Нодан очнулся ото сна, стрелки часов были направлены вниз, будто не могли преодолеть силу гравитации. Полшестого вечера. Нодан вошёл в гостиную и увидел дворецкого, который неподвижно сидел в кресле, будто робот, ожидающий инструкции. Нодан удивился, как ему всегда удается выглядеть таким невозмутимым. Если бы он мог, он бы хотел научиться так же.

– Вы проснулись? Ужин уже готов.

– Спасибо. – ответил Нодан и, словно тут же забыв об этом, спросил:

– Ты приготовил зелье?

– Конечно.

– С каким вкусом?

Дворецкий посмотрел на Нодана и мягко улыбнулся, будто не ожидал такого вопроса.

– Со вкусом вишни.

– Вишни?

– Да. Вам не нравится?

– Да нет, всё равно не мне его пить.

Они оба рассмеялись, поскольку ситуация показалась им забавной. Дворецкий впервые показал свои искренние эмоции. После он успокоился и протянул Нодану небольшую шкатулку, отчего мальчик тоже перестал смеяться.

– Вам это понадобится.

Нодан положил шкатулку в карман и хотел было пойти, как вдруг позади него раздался голос дворецкого:

– Ваш отец одновременно и похвалил, и упрекнул вас за то, что произошло сегодня. Он сказал, что ваше умение действовать быстро и смело похвально, но нельзя оставлять всё на волю случая. Вам стоит действовать тайно, поскольку вы всё ещё только учитесь охотиться.

– Он мог и сам мне об этом сказать. Ты шпионил за мной и доложил отцу?

– Нет, я сегодня весь день находился в доме. Я вам уже говорил, что я здесь только для того, чтобы позаботиться о вашем благополучии. Возможно, ваш отец оставил в этом городе ещё одного слугу, на всякий случай.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В оригинале, город Хаюран – акроним фразы «Невероятно красивый город, находящийся под небом» – прим. пер.

Вернуться

2

아저씨 (дядя) – В Южной Корее так обращаются к мужчинам старшего возраста, 30-50 лет, – прим. пер.

Вернуться