Линда Ли
Выжить

Пролог

– Ну ладно, дочь, нам пора. Не забудь включить охлаждение на мультиповаре, а то ужин испортится, – бодро вещал голос мамы из недр телефона. Прослушав аудиосообщение до конца и ответив на него, я в который раз удивилась тому, что родители частенько уезжают в отпуск вдвоём. Им не надоедает каждый день видеть друг друга, наоборот. Им этого мало!

Вот бы и мне так-же повезло встретить в своей жизни того самого, и чтоб не как у всех – разводы, делёжки и детей за угол. А как папа с мамой – не разлей вода. Мечтательно вздохнув, я завернула на светящуюся голубым неоновым светом станцию для электромобилей. Зря я надеялась, что очереди не будет. В нашем мегаполисе жизнь кипела даже в позднее время суток. Дождавшись своей очереди, я подъехала к блоку зарядки, где шустро перемещающийся миниробот ловко подключил блок. Пошёл отсчёт времени до окончания зарядки машины:

120, 119, 118 секунд…

Покинув станцию, я направилась домой, перебирая в уме, что ждет меня на ужин в мультиповаре?

Глава 1

Дажольск.

15 июня 2027г. Понедельник.

Я собиралась принять ванну, когда все случилось. Резко наступила тишина, и через секунду дом тряхнуло так, что моментально выплеснувшийся адреналин в моем теле подсказал мне, что нужно выбираться на улицу. Я неслась мимо падающих шкафов из своей квартиры, как паркурщик – профессионал, лихо лавируя вниз в поворотах подъезда. Ан нет, не профессионал: я внезапно полетела кубарем со ступеней. Какой-то жирный мужик, выбежавший неизвестно откуда, сбил меня с ног, сводя на нет все мои акробатические кульбиты. Из соседних квартир выбегали люди, проносившиеся мимо по лестнице. Нужно спешить, пока не затоптали. От падения острая боль в колене сопровождалась приятным щебетом птиц в голове. Уже не так быстро поднявшись, я увидела знакомые очертания почтовых ящиков вдоль стен и поняла, что я на первом этаже. Выход рядом. Черт! Дома осталась моя Бусинка, домашний питомец и по совместительству лучшая подруга. Резко разворачиваюсь назад и из-за пыли и цементной завесы рухнувших балок не вижу ничего. Не пройти, не подняться наверх. Остаётся звать:

–Буся! Кис-кис, отзовись!

Что с моим голосом?! Едкая пыль дерёт горло, от чего мои слова похожи на карканье вороны. На зубах скрипит песок вперемешку с привкусом металла во рту. Кровь! Видимо, лихо приложилась не только коленом, но и подбородком об пол. Блин, а может, это не песок, а мои зубы?! Об этом думать не хотелось.

Я вышла на улицу как раз в разгар эвакуации. С информационных дронов, зависших на высоте девятиэтажного дома, доносились сирены и чёткие инструкции для населения. Короткие вспышки с неба говорили о том, что в дронах запущен режим фотосъёмки. Люди с ошалелыми глазами все как один шли в одном направлении.

***

Угроза ядерного взрыва – это то, о чем власти толковали последние две недели. Из каждого утюга нам рассказывали, что взрыв неминуем, и нужно готовиться к последствиям. В памяти всплыли четкие инструкции, какому блоку где собираться и куда идти. Ну почему это произошло именно сегодня?! Я, студентка четвертого курса биотехнологического факультета, у которой только-только начались романтические отношения. Точнее начались бы, если бы вечером я смогла пойти на свидание с Вадиком. Познакомились мы пару месяцев назад, сев за один столик в столовой предприятия. В тот день мне так и не удалось нормально пообедать, потому что он смешил меня разными байками.

– Пойдём вечером, погуляем? – спросил он, щурясь от яркого солнца.

Сегодня мы встретились на открытой вертолетной площадке, где я ждала своего рейса после смены. Я проходила практику в лаборатории предприятия.

– А куда? – я старалась «держать лицо», не показывая свою радость от его предложения. Он посмотрел на меня со смешинками в глазах и ответил:

– Уточек на озере покормим.

– Но у нас нет ни уточек, ни озера.

– Тогда можешь покормить меня.

– Хлебушком?

– Чем угодно, я всеядный.

Я грустно улыбнулась воспоминаниям. Мне сейчас казалось, что это было не сегодня, а когда-то давно. Интересно, где он сейчас?

Наш крупный город под названием Дажольск входил в четвертый блок эвакуации. Туда же входили еще три маленьких городка и огромная территория промышленного завода, где в лабораторных условиях выращивают полудрагоценные и драгоценные камни, такие, как алмазы, кварц и аметист. Не трудно догадаться, что на заводе, который был основан ещё в 1939-м году, работала половина населения нашего Дажольска с Вадиком в придачу.

Под заунывный вой сирен я шла к пункту сбора одна, родители уехали в отпуск еще на прошлой неделе. Шла быстро, отчаянно жалея о том, что не прихватила с собой ни документов, ни денег, ни еды. А я ведь пять минут назад планировала в ванной уйти в заплыв. Хмуро ухмыльнувшись, я представила, как выбегаю на улицу голой. Была бы потеха. Но больше всего я переживала за свою Бусинку. Хотелось вернуться и найти её, взять на руки и закрыть ее от всего этого ужаса своим зелёным бомбером от «HALFBOY». Эх, Буся, теперь вся надежда на волонтеров. Если верить информации с дронов, то волонтёры займутся потерянными питомцами. Я шла и не чувствовала в колене боли, тихо офигевая от увиденного. Горожане, опережая друг друга, неслись с бешеной скоростью.

***

Везде был хаос, полуразрушенные дома выглядели как в каком-нибудь фильме-катастрофе, клубы дыма валили так, что не было видно солнца. То тут, то там по тусклым вспышкам было видно, как быстро военные заполняют город.

Ступая по асфальту в любимых кедах, которые я не успела снять, благо, придя домой, я вспомнила, что забыла в машине телефон и собиралась вернуться за ним. Машина! Нужно взять телефон! Быстро развернувшись на месте, я побежала обратно, к своей машине, которая находилась на подземной стоянке под моим домом.

– Скорость хорошая, но направление путает! – услышала я в свой адрес от идущего мне навстречу мужчины с двумя маленькими сыновьями на руках. Рядом в домашнем халате, по-видимому, его жена толкала огромный чемодан на колесах. Юмористы.

Арка входа в подземный гараж была не завалена, это порадовало.

Ключей от машины не было, они остались в сумке. Не давая себе “затроить”, я нашла глазами небольшой кирпич, коих было море после разрушений, и схватила его почти на ходу, не останавливаясь. Нырнув в арку, со всех ног побежала к машине. Выбив стекло со стороны водительской двери, я достала телефон, в чехле которого была банковская карта и пара красных купюр наличными. Быстро вернувшись на улицу, я побежала к пункту сбора.

Спустя пятнадцать минут активной ходьбы я была на месте. Оставалось дождаться своей очереди в пункте идентификации личности и покинуть город. Вон, военные грузовики уже начали увозить всех детей, которых смогли собрать.

В пункте сбора, который представлял ряд высоких палаток из брезента болотного цвета, нас ждали военные. Про себя я удивилась тому, как быстро они подготовились. Вот это уровень! Из-за высокого роста и развитой мускулатуры военные, все как один, походили на Дуэйна Джонсона из старого фильма «Геракл», только были в форме. Да и формы я такой не видела: цвет камуфляжа из смеси чёрного и болотного, руки в чёрных перчатках, на головах капюшоны. Сверху капюшонов наушники с микрофонами. Наёмники, не иначе.

Очередь двигалась быстро, и я заметила, что горожане, у которых были при себе сотовые телефоны, неохотно, но сдают их. Вот же блин! Нужно успеть предупредить родителей о случившемся. Но передо мной уже возникло окно регистрации с поглядывающим на меня тоже Дуэйном Джонсоном, только в женской одежде и с завязанными в «конский хвост» длинными чёрными волосами. От чего ее «бычья» шея была напоказ, и на ней проступали крупные вены. Она быстрыми, точными движениями пальцев проверяла результаты сканирования на планшетнике, тыкая чёрным маникюром в экран. Посмотрев на меня, нет, даже сквозь меня, каким-то равнодушным голосом спросила:

– Телефон есть?

Тётке было, как говорится «не шишнадцать», особенно ее старил загар, от чего кожа выглядела сильно подкопченной, да ещё и с фиолетовым отливом.

– Неа, – ответила, быстро мотнув головой, мысленно порадовавшись своей привычке держать его на беззвучном режиме.

Протягиваю ей свою слегка трясущуюся руку для подтверждения своей личности. Скан чипа, и я свободна.

– Следующий!

Глава 2

Спасение

Работа шла слаженно, и уже через час я тряслась в кузове допотопного грузовика с деревянными лавочками, в котором битком были набиты люди. Нас оповестили, что едем мы в подземное убежище, где спасёмся от последствий ядерного взрыва.

В кузове из-за отсутствия окон было темно, ехали долго. Поначалу активно обсуждающие последние события голоса постепенно стихли. Я с нетерпением и с опаской ждала окончания поездки, ноги затекли, но я хотя бы сидела. Собрав мысли в кучу и стараясь не отчаиваться, я вспомнила про родителей. Быстро написав папе короткую смс, я убрала телефон. Интересно, почему солдаты у нас забирали мобильники? Возмущение внутри меня поднялось волной, видимо, стресс от последних событий требовал выхода. Стараясь отвлечься, я закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов.

– И долго нам ехать? – чей-то недовольный женский голос …

– Меня больше волнует ни сколько ехать, а почему мы так медленно плетёмся, лап…

Парочка лет сорока. Капризная женщина надула губы, так похожие на огромные вареники, а мужчина, заботливо поглаживая ее по руке, монотонным голосом что-то ей рассказывал. Постоянно поправляя мокрый от пота чуб, он то и дело вытирал свои руки о клетчатую рубашку.

Рядом со мной двое мужчин разговаривали о несостоявшейся рыбалке:

– Прикормку купил, фидеры подготовил, у Наташи отпросился, и на тебе! А ты, Василич, лодку свою заклеил?

– Нет, Вань. Катерок я себе электрический купил, чтобы прикормку на середину пруда сбрасывать. Ребята в спортзале подсказали модель хорошую. Кораблик маленький, полметра длиной, но такой юркий. От пульта работает, на бортик прикормку насыпаешь, и плывет он, куда направишь его. Жмешь на кнопку, и он сбрасывает корм в воду, крышка откидывается.

И он показал кистью руки, как именно откидывается крышка.

– Вот, хотел попробовать, сам видишь, не получилось.

Я повернула голову и посмотрела на “Василича”. Он сидел ближе ко мне и держал в руке черную сумку – “планшет” на ремне, в которой, судя по пузатым бокам, было много чего. Одет в костюм серого цвета, на руках часы с компасом и функцией GPS, явно туристические. Руки сильные, под рукавами рубашки проступали мускулы. Крепкий дядька, лет под пятьдесят. Он посмотрел на меня, видимо, почувствовав мой взгляд и подмигнув, сказал:

– Не бойся, девочка, все будет хорошо.

Наверное, что-то в моём выражении лица побудило его успокоить меня. А моя память уже несла меня в прошлое. Я вспомнила нашу рыбалку с папой. Как я поймала на удочку свою первую рыбу, которая хоть и была мелкой, но зато очень активно прыгала и пружинила на леске.

Естественно, мне стало её жалко, и я, аккуратно сняв её с крючка, отпустила под папин смех обратно в речку. Помню, как этот пескарик переливался на солнышке своими серебристыми боками, и я даже придумала ему имя, правда, уже не помню какое.

***

У кого-то зазвонил мобильник, и машина резко остановилась. Секунду назад выпрыгнувший из кабины военный, уже заглядывал к нам в кузов. Вытянув вперед руку, гаркнул:

– Быстро сюда телефон!

Осматривая притихшую толпу, он ждал. Спустя секунд десять полез за пояс и вытащил оттуда GLOK какой-то там модели, серебристое дуло которого было опасно направлено к нам в кузов. Кто-то заголосил, и мы услышали выстрел.

– Пока предупреждающий! Вторым я убью ее, – и махнул рукой, указывая на кого-то. Мне не видно было, о ком речь: люди, стоявшие передо мной, частично загораживали обзор. Солдату передали телефон, никто не посмел сказать ни слова.

– У кого ещё остались мобильники? Все выходим по одному на проверку.

Тишина, никто не шелохнулся. Зато краем глаза я увидела, как мой сосед “Василич” медленно засунул руку в свою сумку, и что-то мне подсказывало, что он полез не за мобильником.

Зашипевшая рация, торчащая из нагрудного кармана, отвлекла солдата, он вскинул руку к наушнику и, послушав, коротко бросив в микрофон “Ок”, захлопнул с силой дверь. От громкого лязга металла я чуть не подскочила. Спустя несколько секунд наша машина сорвалась с места. Скорость была такой, что мы, казалось, собрали по дороге все кочки и ухабы.

– Не нравится мне это, – сдвинув брови, хмуро пробурчал “Василич”.

***

По моим подсчетам прошло около трёх часов, а, возможно, уже наступил вечер, прежде чем наша поездка завершилась. Во время пути все приуныли, так что ехали молча. В кузове было почти темно, но глаза, привыкшие к темноте, позволяли видеть происходящее. Прямо на полу кузова расположились люди со своими баулами. Кто-то, как я успела заметить, успел даже вздремнуть. Мои ноги затекли, и я периодически переставляла их поудобнее, на сколько позволяло пространство.

Машина сбавила скорость, и, судя по наклону корпуса, мы поехали по направлению вниз. На улице слышалось оживление, переговаривались мужские голоса, но слов было не разобрать.

Спустя пару минут мы остановились. Мне было одновременно и интересно, и тревожно – что же дальше? Куда мы приехали сейчас, и вернусь ли я когда-нибудь домой? Надеясь получить ответы на все свои вопросы, я приготовилась на выход. Внезапно почувствовав короткую вибрацию телефона, увидела на экране смс от Вадима: «Ты где»?

Борт кузова откинулся, и я быстро отключила телефон, чтобы не тратить заряд батареи. Позже отвечу. Мы оказались в огромном тоннеле, освещаемом яркими фонарями под сводом потолка. Болезненно щурясь от ослепляющего света, я заметила противогазы на лицах и водителей грузовиков, и сопровождающих. Оказывается, мы ехали не одни, а колонной из четырёх машин. Видимо, остальные машины присоединились к нам по пути из других населенных пунктов. Слезая с кузова, я почувствовала запах незнакомого газа, от которого ощутила сладковатый привкус на губах. Мои ноги вдруг стали ватными, движения заторможенными, как в замедленной съемке, и я отключилась.

***

15 июня 2027г. Понедельник.

Северное шоссе, кафе “ЛУНА”, 50 км от Дажольска.

– Он успел? – спросил старик с бледным лицом, которое было покрыто сетью морщин. Глубоко посаженные глаза под кустистыми седыми бровями смотрели на своего собеседника внимательно. Прямой нос и плотно сжатые губы, которые он то и дело растирал задумчиво пальцами. Абсолютно белые волосы спадали на плечи пышными волнами. Старомодный плащ был большеват, но даже он не мог скрыть прямую спину старика.

– Да, успел. Внедрение прошло хорошо, мы отслеживаем по GPS его перемещение, едут на юго-восток, как мы и предполагали! – Молодой парнишка лет двадцати на вид закивал, подтверждая свои слова.

Они сидели в дальнем углу кафе, где им никто не мешал и не мог подслушать. Парень, в силу своего молодого организма, с аппетитом уплетал свой обед. Он знал, что через минуту их тут уже не будет, нужно торопиться.

– А Лада, он ее нашел? – с надеждой спросил старик.

– Не знаю, – паренек отрицательно замотал головой, и брови старика нахмурились. Он деревянной ложкой зачерпнул из плошки сметану и положил ее на румяный блин. Свернув блин треугольником, отправил его в рот, оставляя каплю сметаны на бороде. Поднимаясь со стула, он махнул рукой, очерчивая круг и сказав: “Пойдем, Иваш”, и нырнул в открывшийся портал. Следом за ним, оставляя оплаченный счет на столике, в портал нырнул паренёк.

***

На мониторе, в режиме онлайн, транслируемом дронами, он наблюдал за происходящим. Всё получилось, эвакуация прошла успешно. Потирая довольно руки, Арзалг улыбнулся. Морок получился отличный, люди сами пошли к ним в руки. Ещё одна территория сдана без боя. Лакомый кусочек Дажольск теперь принадлежит его корпорации.

– Шеф, к вам Хатург пришёл, – услышал он в голове голос Араны. Какого гхыра он так долго?! Мысленно дав команду войти посетителю, он встал из-за стола и подошел к иллюминатору, ожидая Хатурга.

ОНИ – высшая раса. Им, троллям, нет необходимости разговаривать, это жалкие людишки говорили друг с другом, а ОНИ, главные существа среди всего живого, умели общаться мысленно.

В кабинет ввалился верзила Хатург:

– Приветствую тебя, почтенный Арзалг! Самый большой кристалл Дажольска в наших руках. Мы проверили все лаборатории: все, как ты сказал, он существует и он великолепен!

Тонкие губы шефа растянулись в уродливой улыбке, обнажая ряд кривых острых зубов.

ИНТЕРЛЮДИЯ номер 1

Низкие тучи стягивались над его уродливой шишковатой головой, которая крутилась из стороны в сторону, пытаясь различить, откуда доносится голос. Вокруг стояла страшная, звенящая тишина, но он не дрогнул даже тогда, когда бледный, колючий туман окутал его в плотный кокон и прошипел прямо в ухо:

– Ты-ы Хочеш-ш-шь Влас-с-сти?

Темный стремительный поток силы ощупывает его, словно решая, сможет ли он совладать с этой властью. Влас-те-лин! Как сладко звучит это слово! Он сможет.

– Да! Я хочу править мирами, стать Великим и могущественным! И я смогу, дай мне шанс доказать это! – огромный боевой тролль – шаман яростно зарычал и поклонился тьме. Татуировки на его скулах и висках пришли в движение, лишь только он открыл пасть для рыка. Стоя на холме, Нер’Зул видел, как темные тучи опустились к земле так низко, что он смог разглядеть сквозь них черные провалы глазниц. Липкий холод проникал сквозь толстую серо-бурую шкуру тролля, напоминавшую броню, под которой виднелись огромные бугры мышц, делавшие его непобедимым физически. Но этого было мало, очень мало. Он – шаман, ему нужна самая мощная, несокрушимая магия, с помощью которой он станет всемогущим, и именно за этим он обратился к Великой Тьме.

Не так-то просто было сюда добраться. На его пути вдруг появлялись то огромные пропасти, в которые засасывал белёсый туман, то, взламывая каменные пласты под ногами, вставали армии тех воинов, которых он когда-то убил в сражениях. Они, как зомби, с теми же ранами, которые он нанес им в бою, надвигались на него, сметая все на своем пути.

…и он бился снова и снова, его огромный молот рассекал воздух и безошибочно находил цель. С могучих лап срывались вихри страшной, черной магии, нёсшей смерть. Двуручный меч висел за спиной Нер’Зула, но он так и не понадобился. Путь был труден, но он дошёл.

Глава 3

Подземный город.

18 августа 2027г. Вторник, раннее утро.

Я поднималась по дырявым стальным ступеням на длинный железный мост, который был местным торговым центром. На каждом из шести этажей моста находились развлекательные кабинки, в которых продавали напитки и кислород, еду, энергетики в ампулах и много всякой всячины для поддержания жизни наших организмов. Духота и запах потных тел преследовали меня повсюду. Купив на третьем этаже в автомате большой протеиновый брикет и баллончик чистого горного воздуха, я привычным движением поднесла баллон ко рту, вдохнув не так много, как хотелось бы. Много нельзя, голова закружится, да и растянуть его нужно до следующей вылазки, если она будет.

Теперь я жила в старом подземном городе:как и когда его построили, никто из находящихся здесь не знает. Город, судя по сырости, был глубоко под землёй. Кислорода здесь не хватало, но дышать можно было. Несмотря на нехватку еды и воздуха, мой мозг работал как часы, и за то время, что я здесь находилась, я поняла главное: мы рабы. Под отличным предлогом спасения от радиации нас заперли в этой душной шахте.

Размышляя о том, как дальше быть, я машинально трогала датчик на шее – “браслет”, как говорил номер 23. Никаких имен, только порядковые номера. Никаких друзей и общения, это строго было запрещено ИМИ.

Датчики мы обнаружили, очнувшись, после прибытия сюда. Та жуткая комната, где я пришла в себя, теперь и есть мой дом. Вместе со мной в комнате жили еще три человека, но о них позже. Покупка кислорода была предлогом прийти на мост: я здесь с другой целью.

Проходя мимо большого таблоида, который транслировал рекламу какого-то энергетика, я, не сбавляя шага, посмотрела на экран, с которого на меня с белозубой улыбкой смотрела молодая девушка, поднявшая большой палец руки вверх. «На усталость ты забей, выпей ЭНЕРДЖИ скорей!» – вещала она мне вслед электронным голосом. Этот подземный город, я бы даже сказала, мегаполис, был древним, как бивни мамонта, но в то же время и современным. Жизнь города была круглосуточной, здесь не существовало ночи или дня, не было никаких ограничений и запретов, кроме одного правила: дружить нельзя, никакого общения, каждый сам за себя. Если ты удачен и у тебя есть пластины, то ты мог купить здесь что угодно, хоть самого чёрта.

Пластины были похожи на банковские карты, только полностью из серебра. Это своего рода деньги за работу в руднике, где мы, вновь прибывшие, трудились на благо государства. Даже за один серебряный кусочек металла могли “грохнуть” где-нибудь в подворотне, настолько тяжело их было заработать и не сдохнуть. Как говорили власти, вещавшие нам с поверхности земли через СМИ, требовалось огромное количество добываемого серебра для изготовления микросхем там, наверху, из которых собирали устройства, поглощающие радиацию.

"Возрождение родины – важнейшая задача! Так давайте же все сплотимся и поможем нашим ученым инженерам, не щадящим своего здоровья и доблестно трудящимся над сложными, поистине ценными изобретениями для поглощения и нейтрализации радиации. Даешь металл для снабжения земли! ” – твердили серьезные лица с мониторов на всех этажах железного моста.

Здесь деньги не имели никакой ценности и считались обычными бумажками. В телефоне, который был по-прежнему со мной, связи не было, и последняя ниточка соединения с внешним миром пропала. Но я бережно, не теряя надежды выбраться отсюда, носила телефон с собой, ничего не придумав лучше, как поместить его под тугую резинку носка. Благодаря широким джинсам его не было видно, и хорошо.

Основательно побродив по кабинкам со всякой всячиной и изрядно утомившись, я прислушалась к себе. В животе урчало, а моя бледная тонкая кожа давно не видела приличной ванны. Дайте-ка вспомнить: месяц, два? Да, примерно столько. Мои русые волосы не отличались свежестью и были туго заплетены в косу – так удобнее.

Благодаря кедам на мягкой резиновой подошве, я беззвучно спустилась на второй уровень моста, ловя себя на мысли, что за эти два месяца ОНИ нас научили дисциплине и повиновению. Свеженькие, такие, как я, ещё имели шансы думать своей головой. А те, кто здесь уже давно, лишились напрочь воли, устали бороться. И чтобы выжить, нужно копировать поведение остальных и смотреть НА НИХ безвольным пустым взглядом – это я усвоила быстро. Интересно, кто ОНИ и откуда?

Здесь мы – рабсила, извлекающая из серебряной руды драгоценный металл. И всё бы ничего, но измельченная руда пропускается через ртуть и только потом отсеивается чистое серебро. И всё это для того, чтобы блестящие пластины чистого серебра увозили эти верзилы, наши сторожевые псы. Но увозят не только серебро, но и людей, отравленных жидким металлом. Ртутные пары проникали в легкие и въедались в кожу. Пока никто из тех, кого увезли, не вернулся …

***

С первого дня Василич взял надо мной шефство и не давал в обиду. Вроде бы он и близко не подходил, и мы не разговаривали, но я замечала его участие. Ещё во время поездки я поняла, что дядька он не простой, было в нем что-то скрытое. Когда нас всех собрали после прибытия для присвоения порядковых номеров, он окликнул меня по имени, чему я очень удивилась, прекрасно помня о том, что в грузовике я точно не называла своего имени.

– Держись ближе ко мне, я постараюсь помочь по возможности, но нельзя показывать, что мы знакомы. Сейчас ОНИ объявят, что общение и контакты запрещены.

Я округлила глаза и уставилась на него, слабо что понимая.

– В каком секторе тебя поселили, Лада? – сделал он новую попытку вызвать меня на разговор.

Я, наконец, пришла в себя и ответила вопросом на вопрос:

– Откуда вы знаете меня?

– Давай я расскажу тебе об этом позже. Тебе нужно под каким-нибудь предлогом прийти на железный мост через пару часов после того, как нас распустят. Я найду тебя сам, – и он отошёл, больше не глядя на меня.

«Ох, как же быть? Странный мужик, несет какую-то ахинею, может, не ходить? Да, наверно, не пойду, мне совсем не интересно, откуда он меня знает. Да и не понятно, чего от него ждать, буду держаться от него подальше», – решила я для себя.

Но спустя три часа я сидела в углу широкой железной лестницы и с интересом получала ответы на все свои вопросы. Эта часть конструкции моста была полуразрушенной и уже не использовалась по прямому назначению. Но зато, благодаря полумраку, мы были скрыты от посторонних глаз.

Василича звали Богдан, он оказался боевой разведывательной единицей…магов?!..(серьёзно, ребят?), – я нервно захихикала, а он как ни в чем не бывало продолжил:

– Ну и за тобой присмотреть заодно. Об этом просил меня твой дед.

– … мой дед?! Нет у меня деда! – я поднялась, четко понимая, что надо срочно уходить отсюда, так что, пока, дядя, досвидос.

– Есть, Лада. И дед есть, жив-здоров, не кашляет. И брат у тебя есть, двоюродный. Это сын мой, Иваш. Родители твои уехали от нас, когда не смогли примириться с решением старших отдать тебя в ученицы самой Стояны. Это “сильная” рода нашего.

***

Всё поменялось в один миг: надо же, я – Лада Озерова, из рода Озеровых, которые жили испокон веков здесь, в Дажольской области, столицей которой был Дажольск! Родители увезли меня в столицу в надежде затеряться от родственников, которые настаивали на развитии моих, гм, способностей. Ма-ги-чес-ких! Василич, точнее дядя Богдан, ушел, оставив меня наедине с моими мыслями, взяв с меня обещание не задерживаться здесь дольше двух минут. Мародеров хватало везде!

У меня оставалось ещё очень много вопросов, по большей части к родителям, и я очень хотела их когда-нибудь ещё увидеть. Из нашего с Богданом (Василич привычнее) разговора получалось, что почти каждый свой отпуск родители проводили в кругу своих родственников, а я не знала ничего. Интересно, они собирались мне когда-нибудь рассказать об этом? Дед, опять же, оказывается, у меня есть. Если отец мой – Озеров Радим Васильевич, то деда зовут Василий. И брат ещё есть. Я посмотрела на свои руки, как будто ожидая, что сейчас с кончиков моих пальцев сорвется огненный шар! Конечно же, ничего не происходило, и я, заставив себя подняться, пошла в центр моста, где кипела жизнь, и можно было купить поесть.

Глава 4

Встреча

Подземный город. 18 августа 2027г.

Я шла мимо катакомб подземного города, которые представляли особый интерес для крыс и диких псов. Проходя мимо очередного рухнувшего этажа старого дома, я отчетливо слышала глухой рык и чавканье. Нащупав в кармане свой баллон, чтобы не потерять его, я из последних сил прибавила шагу в сторону своего жилища.

Оно представляло собой большую комнату в цокольном этаже разваленного дома. Помимо меня там жили ещё трое, у каждого из нас была «своя» зона.

По соседству со мной обитала старуха, которая постоянно перебирала свои вещи. Я не уверена в том, что о ней вообще знали местные власти, настолько стара она была. И шея у нее была без «браслета». Лицо напоминало сморщенное яблоко, тело было спрятано под ворохом одежды, на голове был огромный пучок из седых волос, напоминавший вторую голову, а голос на удивление был сильным и чистым.

Она рассказывала, что над зданием, где мы живем, когда-то была консерватория, и она в детстве часто приходила туда слушать музыку. Каждый раз в одних и тех же её историях всплывали новые подробности и факты, поэтому я сомневалась в их правдивости.

***

Зайдя в комнату, я отыскала ее глазами, развернула протеиновый батончик, который представлял собой прозрачную желейную массу красного цвета, размером похожий на кирпич. Разломив пополам, я протянула один кусок ей. Интересно, из чего их делают? Мы ели молча. За это время, что я здесь, такая еда мне порядком надоела, но она была доступна.

– Вы верите в магию? – спросила я у нее. Она посмотрела на меня долгим взглядом и ответила:

– Наша реальность имеет очень интересную особенность: все парадоксы сочетаются друг с другом, все противоположности крепко связаны. Без тьмы мы бы не знали о существовании света. Без зла мы бы не догадывались о добре. Но далеко не все люди способны осознать эту информацию, понять ее.

Она замолчала, глядя на меня. Я же, пытаясь понять все, ею сказанное, и удивляясь все больше и больше, молча смотрела на неё.

Она продолжила:

– Те, чьи умственные способности не развиты, считают, что окружающий мир – плоский. – Она смотрела на меня ясным взором. – Но раз ты задала такой вопрос, то готовься услышать ответ: окружающее нас пространство – трехмерное. Именно здесь преобладают низкие вибрации. Поэтому наша жизнь окружена такими эмоциями, как зависть, жадность, страх и агрессия. В четвертом измерении совсем другие энергии – в нем люди испытывают любовь, радость и счастье. Также здесь ускоряется время, и можно попасть в пятое измерение, где открываются скрытые способности: яснознание, ясновидение, телепатия и возможность выходить в астральные миры. Способности становятся поистине безграничными. Мы, люди, называем это магией, – закончила она свою речь.

И чем больше она говорила, тем меньше я понимала.

– Получается, магии можно научиться? – задала я главный вопрос.

– Да.

В остальных углах напротив нас ютились подростки: Айк и Дэн. Я не знаю, настоящие у них это были имена или нет. Видно было, что они «на своей волне»: с утра до вечера копались с проводами и микросхемами, которые приносили отовсюду. Точнее, они обитали в одном углу, а другой был завален хламом под названием электроника.

Как долго они здесь жили, я не знала. Казалось, они никогда не спали, каждый день мастерили что-то новое и необычное. Их увлечение приносило им, по всей видимости, неплохой доход. Обитатели подземного города несли им на починку различные приборы и оборудование.

***

Подземный город. 28 августа 2027г.

Каким-то чудным образом меня перевели из адски душной фабрики, где промывали металл, в цех лаборантом. Теперь я должна была брать пробы, чтобы определить качество готового серебра. Так и текли мои рабочие будни.

А спустя три дня после перевода я увидела Вадика. Он случайно был направлен в наш цех для починки анализатора металла.

– Девчата, помощь вызывали? – бодро спросил он, заходя в цех.

Двое “девчат”, стоящие в его поле видимости, один из которых обернулся на его голос, демонстрируя аккуратно подстриженную бородку, а другой, не спеша, повернувшись к нему всем корпусом и скрестив на груди волосатые руки (кажется, его звали то ли Миша, то ли Гриша), сказал:

– Заходи, добрый мОлодец, щас знакомиться будем!

Немного стушевавшись, Вадим, подходя ближе, пробормотал, разводя руки в стороны:

– Да кто вас разберет, все в одинаковых халатах, вот и подумал, что женщины. Что у вас сломалось?

Из микрофона под низким закопченным потолком цеха раздался голос надзирателя:

– Разговоры отставить, захотели в каменоломне поработать недельку?! Сейчас устроим.

Камеры были установлены не только по всему подземному городу, но и тут.

Выглянув из своего сектора, я крикнула:

– Здравствуйте, поломанный анализатор здесь! – и помахала рукой. Вадик шел ко мне медленно, явно узнав и присматриваясь получше к моему силуэту. Я на миг подставила указательный палец к своим губам, давая ему понять, что нужно быть осторожнее и делать вид, что мы не знакомы. Но ни я, ни он все равно не смогли сдержать улыбок. Забирая из моих рук анализатор, он крепко сжал их, и я ответила пожатием на пожатие, внутренне ликуя от этой неожиданной встречи. Его рука была теплой, а глаза лучились радостью. Я посмотрела на его буйную, кудрявую шевелюру и произнесла шепотом, улыбнувшись: «Зарос» и, неохотно отвернувшись, заставила себя вернуться к своим делам.

Через два дня он принес исправный прибор и украдкой сунул мне в руку записку. В разгар рабочей смены я не решалась ее прочесть, она “жгла” мне карман всю смену. И лишь придя в свое жилище, смогла прочитать: « НА МОСТУ ЗАВТРА В ТРИ, ВОЗЛЕ КАБИНКИ ТАТУИРОВЩИКА». Нужно ли говорить, что время для меня тянулось очень медленно, поэтому я нервничала до трех часов следующего дня.

***

Кабинку татуировщика я нашла быстро, и возле нее меня уже ждал Вадик. Встретившись взглядами, мы, не сговариваясь, довольно активно, в ускоренном темпе, пошли в одном направлении. Как оказалось, он тоже знает местечко, которое мне показал дядя Богдан.

– Ладушка! – Вадим нежно притянул меня к себе и обнял. Я прислонилась головой к его груди и услышала стук его сердца. При моем росте метр семьдесят макушка моей головы доставала ему только до плеча. Впервые за несколько месяцев мне было по-настоящему спокойно.

– Ты тоже знаешь это место? – спросила я своего спутника.

– Да, Богдан показал.

Да что ж такое, опять Богдан.

– Ты откуда его знаешь? – спросила я, внимательно разглядывая обстановку вокруг, на сколько это позволяло отсутствие света. Хотя мне совершенно это не мешало, я отлично видела в темноте. Способности рода?

Говорили мы долго. Он рассказал мне, как искал меня в день эвакуации.

– Но ты как сквозь землю провалилась.

–Так и есть, – улыбнулась я.

– Мы ехали сюда в одной колонне, я включил логику и снова стал тебя искать здесь. Но делал это так явно, что твой родственник заметил это. Он-то мне и помог найти тебя. Когда я узнал, что в шахту упала клетка, поднимающая наверх рабочих…Ох, Ладушка! – он снова обнял меня. Мы сели на ступени, и он продолжил:

– Этот Богдан задал мне жесткую проверку, прежде чем дал добро повидаться с тобой. У тебя родственники все такие? – еле сдерживая смех, спросил он.

– В смысле? Какую проверку? – я округлила свои зеленые глаза.

– В прямом. Я отжимался до упаду, а потом он задавал вопрос, не передумал ли я повидаться с тобой. И так несколько раз. – Он хмыкнул, видимо, вспоминая уроки “спецподготовки” перед свиданием.

***

Подземный город. 11 сентября 2027год.

Моя смена подходила к концу. Я, занося в компьютер лаборатории последние данные проб, размышляла о завтрашнем дне. На протяжении следующего месяца мы встречались с Вадиком еще три раза, и к предстоящей, заключительной встрече, которая планировалась завтра, должен был присоединиться дядя Богдан. Мы планировали побег. Но если нас поймают, нам конец. Операция – конспирация высшей степени! Я улыбнулась. Ну а что унывать? Нужно отдохнуть: завтра важный день. И я направилась домой.

Народу в центре моста было много, но я быстро отыскала глазами тех, с кем мне нужно было поговорить, встретилась с ними взглядами и почти незаметно кивнула. Это означало, что мы встречаемся на первом уровне моста через пять минут.

И вдруг в ушах противно заныло – сигнал к сборам!

Разговор сорвался, черт! С высоты второго уровня я видела вдалеке огромный клаксон, установленный на кабине большого бронетранспортера с подозрительными бурыми пятнами, который вместо гудка противно скрипел и шипел. Я развернулась и пошла к источнику звука, на ИХ базу.

Грузовик стоял прямо посередине большого перекрёстка на пересечении центральных улиц, что давало военным возможность просматривать все четыре стороны «города». Эта часть местности была в виде большой площадки, на которой стояла вышка с дозорными.

Наши надзиратели были другими, не такими, как мы. Другая раса. Их кожа отливала одновременно и болотным, и бурым оттенком, к тому же маленькие глаза и чересчур развитая мускулатура указывали на принадлежность жителей какой-то другой планеты. Точно такие же были в пункте сбора в моём родном Дажольске, но тогда одежда умело скрывала их. Тролли, как сказал мне Вадик в нашу первую встречу здесь. Нужно ли объяснять, что мне стало не до смеха, когда я поняла, что он не шутил.

Сто тридцать два жителя – пришли все. Все живы.

Я привычно стала в очередь за Богданом, а в двух метрах от нас находился Вадик, номер “23”.

В очереди мы толкались полчаса точно.

– Номер? – спросил тролль, когда подошла моя очередь.

– Двадцать девять, – оттягивая воротник бомбера, ответила я, почувствовав, как мой ошейник завибрировал. « Спокойно, не поднимай глаза» – уговаривала я сама себя, старательно контролируя свое, безучастное ко всему выражение лица. К шее, рядом с ошейником, он припечатал раскалённый штамп, и я почувствовала запах паленой кожи.

После меток (жутко болит) нас распустили. Надолго ли? Скоро узнаем. Все стали расходиться. Проходя мимо, Богдан, налетевший на меня специально, буркнул: “СЕГОДНЯ, возле входа в тоннель, через час”. Ого, так срочно? Через полчаса я уже была в жилище. Одни и те же мысли крутились барабаном в моей голове: нужно выбираться отсюда, и один выход – бежать. Если я погибну на поверхности, значит, так тому и быть. Но тихо умирать под землей и быть биомассой для опытов – не дождетесь. Метка нестерпимо горела. Однако некогда раскисать, мне понадобятся силы. Я развернула очередной протеиновый брикет, и, как обычно поделившись им со своей соседкой, быстро умяла свою часть.

– Уходишь? – Старуха смотрела на меня своими ясными глазами: она поняла, что я задумала. Я ей ничего не ответила, молча соображая, сдаст она меня или нет.

– Если выберешься, старайся держаться подальше от вышек. От них идет морок, искажение действительности. Хотя к их магии ты устойчива, я вижу это.

Ее тихий шёпот я еле расслышала. Раз пошли советы, значит, не сдаст.

О каких вышках она говорила?

Вещей я брать не стала, чтобы быть налегке. Взяла только баллончик с кислородом. Стараясь не шуметь, я вышла из дома.

ИНТЕРЛЮДИЯ номер 2

– С-с-смотри! – свистящий шепот доносился эхом отовсюду, и тьма явила ему события будущих битв, в которых он скоро потеряет своих соратников и … Арсаноэ, его истинную пару. Она была шаманкой из клана “Древней Крови”, как раз под стать ему. Высокая и сильная, практически одного с ним не только роста, но и интеллекта, которого были напрочь лишены подобные им существа. Её серо-бурая шкура была такой упругой и гладкой, а клыки крепкими. Не удивительно, что ею хотели обладать не только его сородичи, но и самые сильные бойцы из кланов орков, огров и гоблинов. Но она выбрала его. Своих врагов она могла повергать одним лишь взглядом. Когда она была рядом с ним, его способности становились безграничными. Ее потоки силы были сокрушительны, она щедро делилась ею с ним.

И сейчас Великая Тьма во всех красках показывала ему ее будущую смерть. Стоя на холме и глядя в темные тучи, Нер’Зул не замечал жадных, огненных миллиардов пустых глазниц, смотревших на него отовсюду.

Он знал, что тьма выполнит его просьбу лишь в том случае, если он отдаст ей самое дорогое, что у него есть.

– Это все я заберу-у-у у тебя! И её! – завыло в ушах.

– Забирай… – прошептал тролль, как будто Арсаноэ могла услышать его.

Глава 5

Побег

Подземный город. 11 сентября 2027г.

Что там, наверху?

Всего пара сотен шагов наверх – и я там! Как мне пройти через охрану, я ещё не знала. Но рискнуть стоит. Последние несколько месяцев никто не пытался бежать. А те, кому это удалось… Я о них ничего не знаю. Но те сладкие сны, в которых я гуляю по пшеничному полю в летний ясный день, мне снились всё чаще.

Контролировать нас не составляло труда: мы были похожи на подопытных, которые по зову дежурных надзирателей сбегались из душных и сырых катакомб для подсчёта по головам и дальнейших указаний. Воротник кожаной рубахи натирал мне шею, метка ещё болела.

Стараясь идти тихо, я почти ничего не слышала из-за глухих ударов своего сердца: казалось, оно стучит на весь коридор.

К тыльной стороне плеча у меня была приклеена пластырем серебряная пластина, которую я стащила с завода. Зачем? Сама не знаю. Я шла по длинному коридору с грязными и сырыми стенами. Воздух был спёртым, и мне захотелось сделать пару вдохов кислорода из своего баллончика. Но я решила потерпеть, может, позже: шуметь сейчас было нельзя.

Чем быстрее я приближалась к тоннелю, тем сильнее от напряжения ощущала стук пульса в ушах. Именно этой дорогой меня сюда привели.

По моим подсчётам я прошла треть пути до назначенного места, размышляя о том, как хорошо, что у меня есть способность видеть в темноте!

Поворотов не было, это упрощало мне задачу. Через пару минут, несмотря на гул электрических вытяжек, я услышала тихое жужжание. Повернувшись назад, я увидела поисковый дрон, летящий под потолком.

Патрульный? Или за мной?!

Бежать нельзя – услышат. Понадобилась секунда, чтобы найти в кривой стене впадину и слиться с ней в надежде, что моя худоба сыграет мне на руку. Затылком ощущая холод стены, я почувствовала под ногой что-то живое и мягкое. Крыса пискнула и побежала своей дорогой. Я перестала дышать, когда дрон поравнялся со мной. Лишь на секунду завис и полетел дальше.

Патрульный, значит.

Чувствуя, как вспотели мои руки, я постаралась успокоиться и перевести дух.

– Как говорится, если процесс уже начался, не нужно его останавливать, нужно его возглавить!

Обернувшись на громкий шёпот, я увидела сияющее лицо Вадика! За спиной у него виднелся рюкзак, а на голове была повязана бандана – черепашка ниндзя, не иначе. В две секунды зажав его рот рукой, я показала знаком «тихо». Стоять на цыпочках было не очень удобно и я, осторожно убрав руку от его губ, попросила не портить нам побег.

Дальше мы пошли вместе, точнее, так хотелось бы мне, но этот упрямый тип пошёл первым, бережно оставив мне место за своей спиной. Это мог быть жест настоящего мужчины, но я не стала его расстраивать, ведь вся опасность была как раз сзади. Подавив улыбку, я позволила ему заботиться обо мне и прикрывала нам спину.

– А когда будет тоннель? – спросила я тихо. Мы шли больше пятнадцати минут, и по моим подсчетам уже должны были дойти до него.

– Так мы и есть в тоннеле, – ответил мой спутник. – Ты, не дожидаясь нас у входа, пошла сама, я еле догнал тебя.

– Да? Ой. Я задумалась, наверное, я даже не узнала этот тоннель, нас же газом усыпили всех, когда мы прибыли.

– Наверное, – буркнул обиженно Вадик.

– А где наш Богдан?

– Прикрывает тыл. Не волнуйся.

– Я не волнуюсь! – шикнула я на парня, который от обиды начал разговаривать все громче и громче.

Лестница наверх, почти пришли.

Я не знаю, как нас не поймали, ведь он умудрился споткнуться на этой самой лестнице и выругаться какими-то новыми словами, от которых мои глаза полезли на лоб от воображения.

Дверь. За ней свобода.

– И всё? Так просто? – спросил мой матершинник, оборачиваясь ко мне. – А где же безумные роботы с бластерами? Где зомби, ползущие изо всех щелей?

Посмотрев на него и слегка закатив глаза, (типа – нет, не смешно), со вздохом умудренной жизненным опытом барышни, ответила:

– А ты собрался на них троллей натравить?

Подойдя ближе к препятствию в виде огромной, отливающей серебром двери, я уставилась на неё во все глаза: стальная, ни ручек, ни замочной скважины. Даже не понятно, в какую сторону ее открывать. И как открывать.

Мой спутник печалился недолго, с победной улыбкой извлекая из-за пазухи железяку, похожую на лом. Интересно, это привычка такая – носить с собой лом? Краем глаза я заметила слабое импульсное мигание сбоку.

Пригляделись получше… Лифт! Мигание оказалось кнопкой лифта, рука опередила мысли, и вот уже кнопка горела постоянно. Теперь победная улыбка была уже на моем лице, но не долго. Сзади послышался громкий шум.

Вадик тут же принял боевую стойку, готовясь отразить удар нападающих, но этого не понадобилось. Спустя пару секунд, показался дядя Богдан с … дроном, издававшем негромкие жужжащие звуки, в одной руке и пультом в другой. Передав моему спутнику устройство и пульт, он прошептал:

– Вот, поймал. Не получилось его отключить, но в нем сейчас закончится сброс настроек, и он уйдет в спящий режим. Он достал из-за пазухи маленький экранчик, который протянул мне со словами:

– Это монитор, комплектация от этого жужика, – и он указательным пальцем показал на дрон и продолжил:

– Судя по мощным блокам питания, и монитор, и дрон разрядятся нескоро. Так что используйте на полную катушку, чтобы не попасть в засаду. Но только ночью, чтобы вас не засекли. После запуска жужика находиться больше трех минут на одном и том же месте нельзя, перемещайтесь.

Вадик, быстро кивая в ответ его словам, пытался уместить "подарок” в свой рюкзак. А мой дядя, внимательно глядя мне в глаза, так же тихо произнес:

– Я остаюсь, у меня тут еще есть дела. Коль увидишь наших, скажи, что вернусь, когда всё закончится. Они поймут, о чем речь. Деду своему поклон передай, а сыну моему скажи, чтоб деду помогал во всем, не ленился. Всё, идите, ребятушки. Сильнее, чем Вадик ожидал, дядя Богдан хлопнул того по плечу со словами:

– С тебя спрошу, коль что с Ладой случится, – и подмигнул мне.

Вадик, широко улыбаясь Богдану, протянул ему руку для пожатия. Пожатие длилось дольше, чем обычно. Они явно мерялись силами, задорно ухмыляясь друг другу (ну как дети, честное слово). Причем, проигрывать ни один, ни другой явно не собирались. Но тут с тихим шелестом открылась широкая дверь лифта, явив нам пустую кабину, и мы, опомнившись, заскочили внутрь. Вадик, слегка поморщившись, потряс рукой. Уже за закрывающимися дверями лифта я увидела махавшего нам дяди Богдана.

***

Кнопок в лифте было пять:

SOS

СТОП

ВЫБЫТИЕ

ВВЕРХ

ВНИЗ

И светодиод горит как раз на уровне кнопки “вниз”, соответственно мы внизу. Мы посмотрели друг на друга и, дружно кивнув, выбрали кнопку “вверх”. Кабина лифта стремительно поехала вверх, и я то ли от волнения, то ли от резкого подъема на поверхность ощутила в ушах стук своего пульса. Тем временем Вадим размышлял вслух:

– Нам же наверх? Ну да. Давно пора уже выбраться из этого днища. Но что означает это? – и он показал пальцем на кнопку “выбытие”. Я пожала плечами и оперлась спиной о стенку лифта. Усталость накатила волной, но я не подала виду. Кабина лифта была просторной, явно грузовой, и могла вместить в себя человек пятнадцать. Скорость лифта замедлилась и остановилась. Еще миг и открылась дверь. На этом наше везение закончилось: на нас из коридора смотрели уродливые морды троллей. Нас ждали. Их было трое, и они стояли в ряд, преграждая нам путь. Я услышала гортанное рычание и впала в ступор. Как в замедленной съемке, я увидела, как рука Вадика метнулась к кнопкам лифта и нажала на “выбытие”, а второй рукой он достал из-за пазухи уже знакомый мне лом. В следующую секунду дверь лифта пришла в движение, и я завизжала, увидев, как эти твари пытаются протиснуться к нам в кабину. Кто-то из них схватил Вадима и попытался его вытащить, а он, яростно колотил, куда придется, ломом, попадая то по тварям, то по железной двери лифта, которая уже практически закрылась. Тролль вцепился мертвой хваткой и не отпускал. Дверь зажала его лапу, на какое-то время обездвижив его, и Вадим воткнул лом в державшую его лапу, проткнув ее насквозь. Дикий рев заложил уши, но лапа исчезла. Я с радостью заметила, что лом остался в руках у Вадика, и мы перевели дыхание. Очень полезная привычка, носить с собой лом!

В этот раз ехали молча, не зная, чего ожидать дальше.

Ехали долго, не совсем понимая, куда движемся. Теперь духота, преследовавшая меня в подземном городе, пропала, и я ощущала приятную прохладу уже здесь, в лифте. Вадик притянул меня к себе и обнял, целуя в макушку. Я положила руку ему на грудь, вспомнив, что во второй руке у меня монитор от дрона, который мне дал дядя Богдан. Убрав его во внутренний карман куртки, я увидела на своей руке кровь. Эта рука была секунду назад на груди Вадика!

– Ты ранен? – я быстро подняла его футболку, чтобы оценить масштаб проблемы.

– Я, конечно, мечтал, чтобы ты меня раздела, Ладушка, но давай попозже, а? – хмыкнул раненый, перехватив мою руку. При этом лицо его оставалось серьезным. – Пара царапин, пустяки.

Я хотела возразить и позволить мне продолжить осмотр, но кабина лифта остановилась, дверь открылась, и… ничего не произошло, все было тихо. Мы шагнули в маленькую стеклянную комнату, в которой стеклянной была даже крыша. Никого.

До меня долетел дурманящий запах озона. Еще только выходя из лифта, я услышала шелест дождя.

Под шум барабанившего по крыше дождя я чуть не свернула себе шею, стараясь разглядеть через мутное от дождя стекло светящуюся огнями площадку…

ИНТЕРЛЮДИЯ номер 3

Ну, вот и всё, он сделал свой выбор. Обратная дорога домой показалась ему в разы тяжелее, груз вины перед Арсаноэ сдавливал его могучие плечи, которые ссутулились, и теперь его походка напоминала приземистую поступь его далеких предков.

Тролль шел и размышлял над тем, как тьма удивила его, явив ему прекрасный мир, надёжно скрытый от чужих глаз. Стоя на том холме и глядя в черные тучи он, как будто наяву видел тех, кто жил в том мирке. Видел и… ненавидел этих хрупких и изнеженных людишек. Там была чистая, светлая магия, густая, как мёд, и мощная, как мириады солнц! Она почти ослепляла своим жемчужным светом и манила его. Ладьор! Такое название носил мир, сердцем которого был вожделенный кристалл, дарящий ладьорцам ту самую магию, которая скоро будет принадлежать ЕМУ! Маленькие глазки тролля, спрятанные в тени выступающего лба затуманились, а густая слюна свесилась с нижнего клыка, капая на его мощную грудь. Тихо рыча, боевой шаман прибавил шаг. Теперь он знал, ради чего он предал свой клан и ту, которая носила под сердцем их первенца.

Он лишь попросил отсрочки у Великой Тьмы для подготовки к атаке. Бодро шагая, он разрабатывал план, как напасть на Ладьор и отнять у магов их кристалл. Скоро, совсем скоро у камня будет новый хозяин!

Глава 6

Свобода

11 сентября 2027г. Спустя некоторое время.

Мы вышли из стеклянного укрытия и попали под крупные капли ночного дождя. Усталость моя испарилась, я стояла и дышала полной грудью, совсем не ощущая, что промокла до нитки. Вадик тряс меня за руку и что-то мне говорил, а я глупо улыбалась, глядя по сторонам.

– Ладуня, это вертолетная площадка. Мы на крыше высотки, – донеслись до меня слова Вадика. Внизу горели мелкие точки огоньков, освещавших ночной город. Маленькие квадратики окон домов мигали то тут, то там. Обычная жизнь обычных людей, которые, возможно, и не подозревают о том, что под их мегаполисом есть подземный город.

В итоге, спустя пять минут изучения вертодрома, мы поняли, что покинуть площадку можно только на вертолёте или лифте. Лифт не вариант – внизу нас ждали. А вертолёты захватывают только в фильмах-боевиках или фильмах-катастрофах, где пилотов берут на мушку или вовсе убивают. Конечно, это не наш случай, но что делать, пока не понятно. Да и пилотов тут никаких не было.

На стоянке вертодрома находились два абсолютно пустых военных вертолета, возможно, поломанных.

– А ты умеешь летать на вертолёте? – я с надеждой посмотрела на Вадика. Он весь промок, с вьющихся волос стекали струйки дождя, но даже сейчас он оставался таким красивым, что у меня перехватывало дыхание.

– В онлайн-игре я мастерски летал, у меня был свой собственный боевой летающий «танк», я там такие виражи вытворял! – с азартом ответил Вадим. – Пойдём, посмотрим, что там внутри?

И мы направились к вертолетам. Не успев дойти метров пяти до изучаемых объектов, я обернулась на яркую вспышку, которая явила нам настоящий портал, из которого, как муравьи, посыпались тролли. Портал, Карл! А что, так можно было?! Я думала, что видела всё в этой жизни. Но нет. Вадим тянул меня за руку так сильно, что я практически ехала пятками по прорезиненному покрытию площадки. Тролли подходить к нам не торопились, они по-боевому рассредоточились по всему периметру вертодрома, не оставляя нам пути к отступлению.

***

Дёрнув ручку вертолетной двери, которая к большому облегчению открылась, мы запрыгнули в кабину, и Вадим занял место пилота. Нормально сидеть ему мешал рюкзак: парень грудью упирался в штурвал, но, казалось, не замечал этого. Он включил аккумуляторы и запустил двигатель. Насосы топливных баков и подсветка приборов активизировались самостоятельно, оставалось только активировать режим «автопилот» и потянуть рычаг на себя.

Но ничего не произошло, мы стояли на месте. Лопасти винта отбивали чечетку, но мы не взлетали. У меня закружилась голова, когда я выглянула в окно. Силуэты монстров становились как будто меньше и качались из стороны в сторону.

– Пристегнись, – прокричал Вадим, и вертолёт подался вперёд. Оказывается, миг назад мы висели в воздухе, а я этого даже и не поняла. «Да, Лада, это называется «позднее зажигание», – мысленно сказала я себе. Но размышлять о моей заторможенной реакции было некогда: мы летели над ночным городом. Ну как летели – резко перемещались квадратно-гнездовым способом, и со стороны могло показаться, что вертолёт бьется в конвульсиях. И все же это лучше, чем быть растерзанными троллями.

– Здесь должна быть рация, включи её! – прокричал Вадик мне почти в ухо. Мягкая подсветка освещала приборную панель вертолёта, но этого света было недостаточно для Вадика. Зная, что я отлично вижу в темноте, он не сомневался в том, что рация будет обнаружена. После обзора кабины я увидела рацию, висящую справа от моего пилота, практически рядом с его дверью. Указав пальцем на нее, я характерным жестом руки попросила передать ее мне. Вадим понял, и через секунду рация была у меня. Я нажимала все кнопки без разбору, пытаясь оживить аппарат.

– «Выбытие», как есть! – громко усмехнулся Вадим.

Дождь хлестал по лобовому стеклу и стеклянной крыше вертолета. Интересная модель “вертушки”, в Дажольске я летала на других, пассажирских. Я посмотрела вверх на крутящиеся лопасти, на которых горели прожекторы. От цикличного хода этих огромных крыльев вырисовывался большой светящийся круг. А вокруг была темнота. Лишь по удаляющимся внизу огонькам было понятно, что мы покидаем пределы города.

– Куда летим? – я повернула к нему голову.

– Нам нужно пробираться к твоим, я Василичу обещал, что…

Договорить не успели – за нами началась погоня. Мы увидели огненные росчерки выстрелов, летящих мимо. Второй вертолет стремительно нас нагонял. Нам активировали ошейники. Я почувствовала, как мой «браслет» завибрировал и начал сжиматься, сдавливая мою шею. Выронив рацию, я схватилась за него обеими руками, пытаясь оттянуть его, чтобы сделать вдох. Краем глаза я увидела Вадика с красным от удушья лицом. Он протягивает руку к приборной панели и, сжав её в кулак, яростно бьет несколько раз по кнопке, находящейся под защитным кожухом. Отчего вертолет сбрасывает свои лопасти и откидывается стеклянная крыша! Больше нет светящегося круга над головой. Темно, дождь льёт в кабину. Рука Вадима находит в боковине моего кресла рычаг и резко дергает его на себя. Меня вместе с креслом выбрасывает вверх из кабины, и я, зависнув на миг в пустом пространстве, начинаю падать вниз.

***

От скорости падения в ушах засвистел ветер, а стук сердца ощущался где-то в горле. Но спустя секунд пятнадцать, я снова зависла в воздухе: у находящегося подо мною кресла раскрылся парашют! Переведя дыхание, я крепко вцепилась в кресло. Дыхание! Я дышу, давления ошейника больше нет, как так? Плавно опускаясь вниз, я пыталась рассмотреть местность. Вокруг одни кроны деревьев, и прямо на них падала я. Меня цепляло за ветки, слышался треск сучьев, от сильного удара о препятствие меня развернуло головой вниз, но надёжное крепление кресла не дало мне выпасть из него. Так я и зависла, вниз головой, зацепившись парашютом за деревья. Пытаясь прийти в себя, я осмотрелась: до земли осталась пара метров, не убилась чудом. Планшет от дяди Богдана, который лежал во внутреннем кармане моей куртки, упал на землю. Висеть в таком положении было крайне неудобно. Подступала тошнота, и я решила всё-таки добраться до земли. Схватившись посильнее за подлокотник кресла одной рукой, чтобы не упасть, второй рукой я нащупала ремень безопасности и попыталась отстегнуть его. Кое-как ремень отстегнулся, а моя рука, уцепившая мокрый подлокотник, соскользнула с него, и я рухнула вниз.

Я лежала на мокрой траве, разведя руки в стороны и ухватившись пальцами за мокрую траву. Выровняв дыхание, я открыла глаза. Дождь прекратился, было тихо. Где-то сверху треснула ветка, и кресло надо мной опасно закачалось. Я откатилась в сторону и попыталась сесть. На удивление это у меня получилось хорошо, но тошнота не проходила. Ощупав себя и убедившись, что цела, я, найдя планшет и убрав его обратно в карман, поднялась на ноги. Что там обычно делают в фильмах главные герои в таких ситуациях? На ум не приходила ни одна умная мысль. Было слышно, как вверху кружил вертолет с тварями. Он нарезал круги в определенном квадрате, видимо, покидать свою территорию им было нельзя.

Отчаянно надеясь, что Вадим тоже успел катапультироваться, я отправилась его искать. Радуясь тому, что деревья надёжно скрывают меня от троллей, я пошла в противоположную сторону от звука вертолёта. Я медленно шла по лесу, соображая, где это у нас растут такие огромные леса. На ум пришёл только Дивноборск с его огромными промышленными лесничествами из корабельных сосен. Но здесь лес был лиственный, смешанный: берёзы, дубы, осины росли рядом друг с другом. Уж я-то, биолог, в точности могла сказать, что таких лесов пруд-пруди в нашей местности, но они небольшие по своей площади. Так, где я есть?

Звук вертолёта затих. Небо начало светлеть, приближался рассвет. После дождя все запахи леса раскрылись, и я вдыхала пьянящий аромат трав вперемешку с озоном. « Жива», – сказала я себе мысленно и улыбнулась! Присев на траву под огромным дубом, опершись о него спиной, я закрыла глаза. Было хорошо вот так сидеть и ничего не делать. Просто дышать и наслаждаться запахами и звуками леса. До моего слуха доносился щебет птиц, и я, прислонив затылок к дереву, уснула.

***

12 сентября 2027г.

Мне снился ясный летний день. Босыми ногами ступаю по теплой земле, смахнув русые волосы, подставляю лицо солнышку. Внезапно тропинка, по которой я шла, закончилась, и я наткнулась на глухие заросли сухих шипастых кустов. Ничего не придумав лучше, я свернула в пшеничное поле, посреди которого вдруг увидела Вадима. Он стоял в белой рубахе и темных штанах. Кучерявая длинная чёлка, развеваемая лёгким ветерком, падала на глаза. А вокруг шелестели спелые колоски золотой пшеницы.

Он махал мне рукой и улыбался, а сзади на него надвигалась тьма. Я пыталась закричать, чтобы он скорее уходил оттуда, но не могла вымолвить ни слова, будто кто-то сдавил мне горло. Показать руками на опасность у меня тоже не получалось: руки как будто стали свинцовыми и поднять их не было сил. А тьма сгущалась и уже готова была поглотить его. Шелест колосьев усиливался и превратился в гул…

И тут я проснулась. Вскочив на ноги, я осмотрелась. Это всего лишь сон, но в нем Вадиму грозила опасность. Ведь в результате схватки в лифте один из троллей разодрал ему грудь. Нужно срочно что-то делать. «Только без паники, Лада» – сказала я себе и осмотрелась. Солнце уже стояло высоко. Значит, время уже ближе к полудню. Гул, который слышала во сне, оказался звоном ручья. Нестерпимо захотелось пить и, не медля ни секунды, я отправилась на поиски воды. Одежда на мне практически высохла, но кеды оставались сырыми. Найдя ручей, я не только вдоволь напилась воды, но и привела себя в порядок. Умывшись и почистив одежду, я переплела косу. Очень хотелось искупаться, но не было ни времени, ни условий. Не совсем понимая, что делать дальше, я достала из внутреннего кармана куртки планшет от дрона. Активировав его кнопкой включения и ожидая запуска, уставилась на экран. Надо разобраться ещё, как с ним работать. Спустя несколько долгих секунд планшет пиликнул, на экране высветилось уведомление:

Поиск спутников…

Сопряжение с устройством восстановлено.

Еще одно:

Устройство в зоне радиуса действия

Я чуть не подпрыгнула от радости! Помнится, дрон был у Вадика в рюкзаке. Значит, и рюкзак, и его хозяин где-то поблизости. Понять бы еще, какой радиус действия между планшетом и этим летающим роботом. Выбрав на экране программу управления устройством, я нашла кнопки «пуск», далее «перезагрузка» и нажала на «поиск устройства». Машинально скрестив указательный и средний пальцы на левой руке буквой «икс», я ждала результата. Бледно-желтый круг радиуса действия мигал на экране и не спешил выдавать результат. Наконец на экране появился чёрный маленький прямоугольник, то есть местоположение моего планшета, и мигающая красная точка – дрон! Расстояние между объектами было четыре тысячи пятьсот двадцать метров.

Дальше всё было легко. Стараясь особо не шуметь и топая навстречу красной точке, я стремительно сокращала между нами расстояние. Куда ни глянь, везде красота. Буйная зеленая растительность радовала глаз, а солнышко, лучи которого пробивались сквозь кроны деревьев, делало лес сказочно красивым! Казалось, что подземный город был просто сном. И только ошейник , уже потерявший свою активность, напоминал о нем. Я перестала улыбаться и сосредоточилась на мониторе. Судя по сокращению расстояния, я шла в правильном направлении.

***

Спустя час я была на месте. Планшет меня привёл на опушку, посередине которой еле заметно тлел небольшой костёр. Рядом увидела открытый рюкзак…и переходящую в лужицу, тонкую струйку крови, окрасившую траву. Осмотревшись по сторонам и не найдя своего друга, я запаниковала: он же ранен! Перед глазами побежали картинки одна ужаснее другой. Тут же вспомнился тревожный сон.

– Ты заметила, что за время нашего знакомства я регулярно тебя ищу? – спросил Вадик, неслышно выходя из-за валежника. Моё сердце забилось чаще от того, что он жив.

– Это что, шалаш? – изумилась я, подходя ближе к сложенным домиком веткам.

– Милости прошу к моему шалашу, – шутливо поклонившись и указав широким размашистым жестом руки на сооружение, сказал он. Заглянув вовнутрь, я отметила, что изнутри сооружение было на удивление просторным. А ветки, устилавшие землю, примятыми. Он что, уже и выспался? И когда только успел?

– Красиво жить не запретишь! – улыбнулась я, отмечая про себя, что все мои страхи были напрасны, и успокаиваясь.

Выглядел мой строитель шалашей вполне бодро. Но чтобы окончательно убедиться, что рана не опасная, я выразительно посмотрела на его грудь. Он, сообразив, что сейчас точно подвергнется осмотру, решил « свалять дурака»:

– Куда это ты смотришь? – шутливо спросил он.

– Что там у тебя? Показывай давай! – я вопросительно подняла брови. Он, смешно копируя мой жест, тоже поднял брови и начал ими играть. Получалось забавно, но я, собрав волю в кулак, даже не улыбнулась.

– Не отвертишься! Показывай по-хорошему. Я все видела, – услышал он мой твердый ответ.

– Что видела? Ох, Лада, признавайся, как долго ты ходишь на солнце без панамки? – он ласково перевел разговор в другое русло и как бы задумчиво потер рукой подбородок. А потом, будто спохватившись, сказал: – Да что ж мы стоим, давай присядем, милая.

– Вадим, прекращай дурачиться, я прекрасно видела на траве следы крови рядом с твоим рюкзаком. Ты ранен! – отпечатала я, упрямо выставив вперед подбородок.

Поляну огласил заразительный хохот Вадима. Он в три прыжка очутился у еле тлевшего костра и позвал меня. Подойдя, я увидела, что внутри костра ямка, в которой что-то запекалось. Я вопросительно посмотрела на Вадима.

– Вот, зайца поймал. Сам! – и только тут я заметила серую шкурку рядом с красной лужицей. Надо же! Запаниковав, я даже не обратила внимания на вкусный аромат, исходивший от костра. Тут же захотелось есть. Мой добытчик победоносно смотрел на меня, явно ожидая похвалы.

– А ты молодец! С тобой не пропадешь! – похвалила я и улыбнулась Вадиму. – А как ты его поймал?

– Руками! – показал мне обе ладони Вадик.

Я представила его, гоняющегося за зайцем, и рассмеялась.

– Я и вправду сильно проголодалась, он уже готов?

– Не знаю, – пожал плечами мой добытчик. – Сколько обычно готовятся зайцы? Он там уже больше часа.

– Значит, уже готов, достаем! – воодушевленно предложила я.

Наш обед был очень вкусным и сочным. Несмотря на отсутствие соли и приправ, половину мы съели с удовольствием. Завернув вторую половину тушки в листья лопуха, Вадим убрал его в боковой карман рюкзака. Вдоволь насытившись, я потянулась и, показав рукой в сторону, сказала:

– Здесь недалеко есть ручей, можно набрать воды.

Вадим, кивнув, протянул мне полную прохладную фляжку. Надо же, и тут успел! Мы с удовольствием попили родниковой воды, а потом вымыли руки.

Вдруг, откашлявшись и посмотрев на меня посерьезневшими глазами, сообщил:

– Если серьезно, Ладунь, то зайца мне дали охотники. Они ушли уже, и шалаш, кстати, тоже их. Здесь недалеко деревенька, они оттуда. В гости звали. Может, зайдем?

Вот врунишка! А я-то и поверила, что поймал добычу сам, и даже представила бегающего за ней Вадима. Наивная! Оказывается, обвести меня вокруг пальца проще простого. Больше злясь на себя, чем на него, проворчала:

– Вот это поворот! Получается, я зря тебя хвалила?

– Ну почему же зря? – возмущенно произнес мой сказочник. – Пусть и не поймал зайца, но все равно добыл!

– А вдруг они нас сдадут? – не унималась я, все больше и больше себя накручивая.

– А кому они нас сдадут, Лада? Вряд ли они знают про подземный город.

– Но это же подозрительно, когда парень идёт один по лесу ночью. Разве нет?

– Успокойся, нет повода для паники. Я сказал, что мы путешествуем автостопом и заблудились. Ты в палатке спишь, а я отошел в туалет. Ребята отлично поохотились и отдали мне одного зайца. Здесь недалеко хутор “Нижние Крюки” – они оттуда.

– Ладно, – примирительно сказала я, – что дальше делать будем?

– Запустим дрона и посмотрим, где мы. Кстати, ты молодец, что запустила планшет в режим поиска. Я знал, что ты догадаешься, и, как только приземлился, сразу активировал “жужика”, чтобы планшет мог его обнаружить. Мы с тобой отличная команда! Как только поймем, где мы есть, то возьмем курс на Дажольск. Нам надо пробираться к твоим, а это пятьдесят километров южнее Дажольска, по словам нашего Василича. Найдем кафе “Луна” и считай, добрались. Там спросим у местных. Но сначала нужно отдохнуть, – закончил Вадим.

– Какой Дажольск?! Там же радиация после взрыва! – удивившись, напомнила я.

– Нет там никакой радиации, морок это был. Тролли – самые сильные из всех тварей в плане магии. Они не только умеют использовать ее в своих целях, но и применяют ее очень хитро. Я сам до момента знакомства с Богданом не знал об этом и думал, что это действительно ядерный взрыв. Кстати, от дяди твоего узнал очень многое, и, если интересно, позже расскажу. Но знаешь, в самом начале, когда они с Ваней начали мне втирать про магию, я грешным делом подумал, что они “ку-ку”. – И Вадик пальцем покрутил у виска.

«А, так значит, Ваня из грузовика, с которым дядя Богдан о рыбалке разговаривал, тоже, получается, из наших. Ну, дела…» – пронеслось у меня в голове. А вслух сказала:

– Я видела этого Ваню, мы с ним в грузовике ехали. Ничем не примечательный мужик, я даже не обратила бы на него внимания, если бы они не болтали всю дорогу.

– Он тоже боевой маг, прикинь? Я поверил им только после того, как они продемонстрировали мне открывающийся портал. Вот прям открыли, Иван туда вошел и вышел обратно. Мы втроем в комнате жили, и я часто потом видел, как они там порталом этим на базу к троллям в разведку ходили. Вот такие дела, скажи кому – не поверят. Да и я сам уже сомневаюсь, было ли это на самом деле, или нет.

ИНТЕРЛЮДИЯ номер 4

Арсаноэ встретила его с почестями, как подобает встречать вождя троллей. Он увидел её, вышедшую к нему за высокий частокол. Красивая, высокая троллиха почуяла его издалека. На щеке у нее прибавилась ещё одна татуировка – руна. Его шаманка без дела не сидела, осваивая новые виды черной магии. Она, ни о чем не расспрашивая, молча уселась вместе с ним за большой дубовый стол, уставленный разными видами мяса и эля и вкусно, с аппетитом, принялась за еду. За то время, что его не было, её живот стал огромных размеров, и теперь ей приходилось есть и за себя, и за будущего наследника их клана. Тьма не упоминала о том, что заберет их сына. От чего- то эта мысль так порадовала его, что он накинулся на еду, рыча и впиваясь жёлтыми клыками в нежную плоть свежего мяса.

Пенный эль стекал по подбородку вожака, он допивал уже четвертый бочонок напитка. Встав с крепко сколоченной скамьи, он задел случайно стол. Тот с глухим стуком опрокинулся набок, а предводитель клана небрежно отпихнув его лапой, заурчал, глядя на любимую. Они шли к себе молча до тех пор, пока не остались одни.

Скинув с себя массивные шипастые наплечники и другую амуницию, он рассказал ей всё, умолчав лишь о том, что вместе с воинами тьма заберет и её тоже. Сытые и довольные обществом друг друга, они долго обсуждали планы по захвату вселенной. Уснув после долгой дороги, он не заметил, каким внимательным и грустным взглядом шаманка изучала его.

Глава 7

Дорога домой

– Мы потеряли их с радаров в квадрате 4.7! – гортанно прорычал в микрофон рации тролль в военной форме.

– Я правильно понял тебя, Шаграт, что эти наглецы не только смогли сбежать с подземного объекта, но и угнали наш вертолёт?

– Да, шеф, – уже тише ответил Шаграт.

– И сумели беспрепятственно пересечь радиус действия нашей силы? – вкрадчиво поинтересовался собеседник.

Солдат молчал.

– Отвечать, быстро! – забрызгав рацию слюной, заорал командир.

– Да, шеф, успели пересечь до активации шейных датчиков. Мы поздно спохватились. Но, сэр, они уже мертвы. Управление вертолетом – непростая штука, тут навык нужен. Их уже доедают волки.

– Чья смена была в момент побега? – требовательно спросил Арзалг.

– Смена Купы, шеф!

– Шаграт, принеси мне его голову, и я забуду об этом инциденте.

– Да, шеф! – коротко сказал солдат и отключился.

Подумав немного, Арзалг набрал номер Купы и дождался ответа:

– Алло, сэр! – тролль бодро поздоровался.

– Купа, от тебя сбежали двое, ты в курсе?

– Да, сэр, виноват! Но и эти идиоты на уровне выбытия их тоже упустили! – пытался оправдаться Купа.

– Ты скажи мне вот что, Купа, чья смена упустила их?

– Смена Шаграта, сэр!

– Вот что, Купа. Принеси мне его голову, и я забуду этот досадный момент, – улыбнувшись, сказал Арзалг.

– Есть, сэр!

***

Вспомнив слова дяди Богдана о том, что после запуска дрона нельзя оставаться на месте и нужно перемещаться, мы решили сначала отдохнуть, а потом продолжить свой путь. В лесу вечер наступает быстрее, и уже смеркалось. Мы заварили чай из трав в походной кружке, извлеченной Вадимом из недр рюкзака, и с наслаждением попили горячий напиток. Потушив костер, Вадим отправил меня с рюкзаком в шалаш, а сам уселся у входа охранять мой сон. Договорившись с ним, что он меня разбудит через пару – тройку часов, чтобы мы поменялись местами, я провалилась в сон без сновидений. Проснувшись посреди ночи, я поняла, что меня никто будить не собирался. Выйдя из шалаша, я увидела, что мой дозорный снял футболку и поливает грудь водой из фляги. Луна светила так ярко, что даже не требовалось моей способности видеть в темноте. Увидев меня, он замер. Я отчетливо видела у него на висках мелкие бисеринки пота.

Я упустила момент, когда он двинулся ко мне вперёд, ещё ближе. Скрывать от меня рану уже не было смысла. Теперь нас разделял один шаг.

– Больно? – шёпотом спросила я.

– Нет, когда ты спросила, стало легче, – с робкой улыбкой ответил он и дотронулся ладонью до моей щеки. Щеку обожгло, рука была огненной, у него был жар. Рана на груди была ужасной, рваные края кожи висели лоскутами. Один росчерк тянулся от ключицы до центра солнечного сплетения, второй, еле заметный, повторял линию первого.

– Пойдем, отдохнешь. У тебя поднялась температура.

Мы, наклонившись, зашли в шалаш, и он лёг туда, где пару минут назад спала я. Выйдя снова, я подняла футболку с земли и осмотрела ее. Посередине, в районе груди, она была разорвана. Придя к выводу, что не заметить такую дырень сегодня я просто не могла, я сделала вывод, что Вадим носил ее задом наперед. Тем более, мы же в куртках. Хитрец. Фляга была прохладной, и в ней еще оставалась вода. Я, намочив футболку, вернулась в шалаш. Вадим уснул, а я положила футболку ему на лоб и уселась рядом, разглядывая рану. Промыл он ее хорошо, и я рваные края кожи разгладила пальцами, придавая ране менее ужасный вид. Стараясь это делать аккуратно, я не спеша, сантиметр за сантиметром, исследовала пальцами рану. Слова сами полились из меня: “Выздоравливай скорей, силой духа хворь – убей. Коль попросишь, помогу, жизнь тебе я сберегу.” Повторяя эти слова снова и снова, я отчаянно желала помочь ему. Слезы текли по моим щекам. Списав это на стресс от событий предыдущих дней, я, не обращая на них внимания, переложила футболку на рану, плотно прикрыв ее и сверху прижав ладонью. Его дыхание было тяжелым и прерывистым. Спустя некоторое время жар утих, и я почувствовала, как он сквозь сон рукой ищет мою руку и сильно сжимает ее. Так я и заснула рядом с ним, обессилев от впечатлений. Утром, сквозь сон, я услышала:

– Да, Ладуня, дозорный из тебя не очень. – Вадик, смеясь, подшучивал надо мной. – Ну, зато хоть выспались, – продолжил он размышлять вслух.

– Ты помнишь, что ночью было? – спросила я, подняв голову и посмотрев внимательно на него. Он резко сел, от чего футболка упала с груди, и я увидела его тонкий ярко – розовый шрам, полностью затянувшийся. Ну, дела..

– Я не… Мы, случайно, не э…? Нет, я бы такое не забыл! Что случилось-то? – он проследил за моим взглядом и тоже замер. Удивленно рассматривая место, где у него вчера вечером была зияющая рана, он онемел и вопросительно посмотрел на меня. Не придумав ничего лучше, я вышла из шалаша.

***

13 сентября 2027 г.

Умывшись и приготовив дрон к запуску, мы молча доели остатки вчерашнего кролика и, подогрев чай, допили его. Вадим пошел к ручью, чтобы пополнить в дорогу запас воды во фляге, а я пыталась понять, что произошло ночью. Мой друг выглядел бодрым и отдохнувшим, что не могло меня не радовать. Получается, что я каким- то образом помогла ране затянуться? Но как такое может быть? Ответа я не находила, и от этого было не по себе. В последнее время в моей жизни произошло слишком много событий, которые изменили мою жизнь. Взяв дрон в руки, я покрутила его, изучая. Вблизи он был похож на майского жука с торчащими по бокам лапками – антеннами. Сверху у него было четыре пропеллера, от чего он напоминал стрекозу, а вместо головы у него находилась камера – линза, которой он всё видел. Кнопок у летающего аппарата было всего четыре, и располагались они в задней части корпуса. Сам дрон был из черного матового пластика, а “пузо” было целиком из темно – красного стекла. Сквозь это стекло я видела множество маленьких лампочек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.