Кеша Герберина
Все совпадения специальны

“Дорогая Вселенная. Прекращай мне уже подкидывать плюшевых медведей. Ты же знаешь, что я НА САМОМ ДЕЛЕ хотела”.

Через три недели после моего обращения кому-то в космос Егор смущенно топтался у моей квартиры с ромашками в одной руке и авоськой с апельсинами – в другой. Недалеко от него сидел исполинских размеров медведь. “Ты говорила, что мечтаешь, чтобы я выиграл его для тебя. Ну и вот”.

4 августа 2021 года.

Да. Все определенно началось в этот день.

Мой муж Витька, харизматичный тощий очкарик с огромным жизнелюбием, в которое я влюбилась 6 лет назад, теперь сидел поникший на краешке ванной. Сегодня днем он отправил мне смс: “Нам надо поговорить”.

Нам надо… что? Весь день я без всякого удовольствия ждала этого разговора. Что-то мне подсказывало, что мне он не понравится.

Вечером он молча забрал меня с работы. Дома я налила горячую ванну и опустилась в нее. Он сел на самый край и начал свой монолог.

Таких мелодрам в моей жизни не было все эти 6 лет. Жизнь с Витькой я любила за ее посредственное спокойствие и в глубине души надеялась, что никогда больше не услышу: “Нам надо поговорить”. Каждый вечер, обнимая мужа, я тихонько обращалась ко Вселенной: “Спасибо”. Кто бы мне сказал тогда, что “спасибо” – не то слово, которая она, Вселенная, предпочитает. Ей, оказывается, больше по нраву “благодарю”. Не верите? Почитайте в Википедии и не благодарите. Хотя, наверное, уже благодарите, да.

– Я люблю другую. Уже три месяца люблю. – С усилием вытянув из себя эти сложные слова, Витька отважился на меня посмотреть.

– Ой. – Все, что я могла сказать и начала медленно идти ко дну. Ей-богу, я легко могла утонуть в ванной, если бы мой все еще муж не вытянул меня как котенка за шкирку. Моя приторно-идеальная реальность уплывала все дальше, и больше всего на свете мне хотелось уплыть вместе с ней. Я закрыла лицо руками и замотала головой, отгоняя прочь настигающий меня кошмар, который просто не мог случиться! Такого не бывает с хорошими девочками! А я хорошая, я все делала как в книжках говорят: давала свободу, не устраивала истерик, не ревновала и не предъявляла. Я точно знала, я умею быть удобной. Мне казалось, это и есть путь к счастью. Так что же случилось?

– Ты только не переживай. Она не какая-то малолетка, даже старше тебя, – Витька коряво попытался снизить степень глобальности моей личной катастрофы. Вообще-то, нашей. Если учитывать, что еще сегодня утром мы были классной семьей, ржущей над нашим котом, который сделал свои дела в виде сердечка. Но сами подумайте, что такое семья по сравнению с Любовью, которая, как водится, случилась внезапно. Да-да, ее звали Люба. Витька как-то сразу решил поделиться со мной биографией своей зазнобы.

Я точно помню мысль, возникшую в моей голове и собирающуюся поселиться там надолго: “Это идеальный мужчина для меня. Я больше никогда такого не встречу. А значить это может только одно: привет, одиночество и 40 кошек. Или 39, учитывая, что один кот у меня уже есть”. Знала бы я тогда, как сильно ошибалась! И что буквально через месяц моя жизнь изменится градусов плюс-минус на 180. Хозяйке на заметку: никогда не говорить себе “никогда”.

Более того, эти мои “перемены” бок о бок ходили рядом все время. И только годы спустя я смогла сложить все факты воедино. Но давайте по порядку.

Май 2005 года.

Был большой день. Нашему студенческому театру исполнилось 5 лет. К этому событию мы весь год готовились так ответственно, как только могли люди без театрального образования, но с энтузиазмом и верой в свой природный талант. Моей задачей было красиво выйти на сцену с розой в зубах и элегантно передать ее лысому мужику по имени Герман.

– Ой! – с задачей я справилась как истинная дебютантка: розу уронила, красиво исчезла в тумане в ее поисках и вынырнула аккурат к концу сцены.

Шумные овации (как и непроизвольный “хихик” в ладошку) не заставили себя ждать. Папа одной из актрис все заснял на пленку, так что я не преувеличиваю. Такое надо было отметить.

Мы устроили пир на весь мир, а точнее – на дворик в самом центре между клубом и зданиями общежитий. За чистоту дворика отвечал парнишка в кислотно-зеленых штанах. Меня поражал его необычный для дворника стиль, поэтому, улучив момент, когда он был занят делом, я украдкой пялилась на него. Признаться, в то время я на кого только не пялилась. Обычно безответно. Тогда как тем, кто пялился на меня, не отвечала я. Эх, молодость, превратности судьбы.

Но я отвлеклась. В ту ночь мы засиделись допоздна, но я не волновалась. Заранее я забронировала себе местечко на диване моей подруги Машки, которая жила неподалеку. Она тоже играла в театре, и после окончания вечеринки мы собирались пойти к ней. Однако случилось неожиданное. Оказалось, она забыла предупредить родителей. Не только о том, что задержится, но и о моей брони диваноместа. Узнала я об этом в ту секунду, когда, разъяренные, они ворвались на наше мероприятие, схватили дочь за подмышки и уволокли домой. Спрашивать в этот момент, а как же я, мне показалось плохой идеей.

Я как-то сразу загрустила. Ночевать на улице, пусть даже уже и по-майски теплой, не хотелось. Видя печаль в моих глазах, две девчонки из театра предложили помощь в виде ночевки в общежитии. Я замялась – дело в том, что я была человеком стеснительным. Я и в театр пошла, чтобы избавиться от этого недуга. Пока не помогало. Однако же, имея выбор “улица или общага”, я выбрала второй вариант.

Тихонько, как мышки, мы проскользнули мимо спящего охранника (охранники вообще бывают не спящими?) и поднялись наверх. Перед нами был длинный коридор из многочисленных комнат, заканчивающийся душевой. Я как-то даже освоилась. Более того – начала испытывать что-то вроде того, что чувствует ребенок, впервые попавший в Диснейленд. Предвкушение ночевки в месте, которое до этого момента я видела только в кино. Девчонки же (у них были красивые имена: Магдалина и Виола) пожали плечами: мол, так и живем, добро пожаловать.

Мы пошли по коридору к их комнате, она была в самом конце. Вдруг знакомые кислотно-зеленые штаны нас обогнали. Из одного кармана торчало горлышко бутылки. Дворник заходил в одну из комнат, и я успела услышать забавный диалог:

– Добрый вечер, Артем Вячеславович!

– Господь с вами, Егор Ильич, ночь уж на дворе! Но не мешкайте. Принесли-с?

Дверь закрылась. Я улыбнулась забавному несоответствию кислотных штанов дворника, бутылки в штанах и высокопарности диалога, но быстро встряхнула головой и окунулась в свое приключение – мне предстояло ночевать как взрослой в обшарпанной старой общаге. Мы с Магдалиной и Виолой играли в карты, сплетничали и что-то там допивали. В общем, на одну ночь я перестала чувствовать себя зубрилой-ботаничкой (которой, что скрывать, я и была) и ощутила свободу настоящей студенческой жизни!

Правда, уже на следующий день, попрощавшись со своими новыми подругами, я села в автобус и поехала в свою скучную реальность: дома меня ждали учебники по юриспруденции и предстоящие экзамены. Какого-то лешего я решила стать юристом, и теперь на каждом экзамене я мысленно задавала себе вопрос: “Что я тут делаю?”

Тем временем ощущения от ночи, проведенной в условиях, абсолютно мне незнакомых, будоражили. Сейчас я думаю, это был первый огонек, тонкой струйкой света показавший мне направление к себе истинной.

Июнь 2008 года.

Внезапный звонок моего начальника из Останкино, где я проходила практику как горе-фотограф, и вот я бок о бок с маститыми фотографами от всех изданий страны тружусь на музыкальной премии!

Я написала “горе-фотограф” не просто так. Я пошла в фотошколу от скуки сразу после закрытия театральной студии в универе. Надеюсь, ее закрыли не из-за той моей роли…

Но и на юридическом я продолжала учиться. Меня даже отправили на практику в суд. Там я, девочка в красных штанах, оглянулась вокруг и поняла: мир скучных серых костюмов не для меня. Но что “для меня”?

Помощник судьи пригласил меня в кабинет: “Кем вы мечтаете стать, Лизавета?”

“Когда вырасту? Как и все – космонавтом,” – ответила я.

Это был наш последний разговор. Так что я отправилась на поиски себя в мир фотографии. И он, мир, был ко мне благосклонен. По стечению обстоятельств я, толком не научившись делать годные снимки, попала на практику в Останкино, а теперь вот стою пью шампанское на фуршете сразу после пресс-конференции по случаю премии.

– Боже мой, не верю, что только что я фотографировала Кэти Перри! – я подошла к столику, за которым беседовали два других фотографа: один с седой бородой, второй помоложе, в очках.

– В первый раз на таком мероприятии? – тот, что помоложе, участливо улыбнулся.

– О да, даже не знаю, как меня сюда занесло. А через неделю буду фотографировать на кинофестивале в Липецке, – мне ужасно хотелось козырнуть перед этими бывалыми парнями. Хотя в этой моей поездке не было ни капли моей заслуги. Просто моя тетя была организатором мероприятия, а, зная о моей любви к звездам и о новом увлечении фотографией, позвала меня.

– Правда? Мы тоже едем! Будем рады увидеться вновь, – вежливо отозвались оба фотографа и вышли из нашего small talk.

Оставшийся вечер я провела в одиночестве, тренируя выносливость своего указательного пальца: я перещелкала всех звезд на почему-то зеленой ковровой дорожке, отчего лицо каждой отливало соответствующим оттенком. Кажется, редактор тогда не принял мои снимки.

А уже через неделю я сидела в автобусе Москва-Липецк, гордая от своего статуса – подумать только, кажется, я и впрямь становлюсь фотографом!

Тетя встретила меня на станции, взвалила мою сумку себе на плечо и положила в багажник своей машины. “Мы едем в кафе, а потом я устрою тебе экскурсию по городу. Добро пожаловать в Липецк, моя птичка!” – сказала она и усадила меня на пассажирское кресло.

Мы ели, хихикали над моими “зелеными” снимками с музыкальной премии и болтали об искусстве. У нас с тетей было много общего: нас обеих тянуло к прекрасному. И совершенно не важно, в каком проявлении: мы одинаково страстно любили кино, литературу, музыку, живопись.

– Кстати! Фестиваль начнется только завтра, а начать погружаться в прекрасное мы можем хоть сейчас. У нас в городе проходит выставка одного художника. Он пишет пейзажи. Но не какие-то абстракции вроде полей. В его картинах много жизни, людей, быта. Ты наелась? Готова к зрелищам? – тетя взяла меня под руку, и мы пошли в красивое здание прямо по улице. Каждая встреча с ней была как приключение: нам все время надо было куда-то торопиться, но я послушно следовала за ней, так как она всегда была права. Там, куда мы несемся, и правда здорово.

– Ой! – я непроизвольно ойкнула, войдя в галерею: не ожидала увидеть столько людей в скромном здании музея в Липецке.

– Просто в городе сейчас полно людей, неравнодушных к искусству. Гостиницы переполнены в преддверии кинофестиваля. Что благоприятно влияет на выставку. Я специально все так устроила, – тетя подмигнула мне и повела к первой картине.

Моя тетя была видным человеком в городе, а это чревато тем, что каждый встречный хочет с ней побеседовать. Поэтому уже через пару минут я была предоставлена сама себе. К слову, меня это никак не удручало. Наоборот, я была рада без спешки обойти картины и правда интересного художника. Я не большая поклонница пейзажей, но эти завораживали, притягивали к себе простотой и… душевностью что ли. В конце концов я обнаружила, что совсем потеряла счет времени, подолгу стоя напротив каждой картины и разглядывая малейшие эпизоды из жизни ее персонажей. У этого старичка вот велик сломан, а эта тетушка разлила полведра воды, пока донесла до дома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.