Марина Гостневская
Дом, где спят киты

Глава 1. Лея и Джейс. Мыс Счастливый

Узкая дорога петляла вдоль высокого обрыва, как длинная пыльная змея. Далеко внизу, у подножья черных скал, вздыхал бесконечный синий океан – огромные волны с шумом наваливались на острые камни и разбивались на тысячи соленых брызг. Желающих спуститься с такой высоты к воде по крутой, почти отвесной тропинке не находилось. Даже если сюда забредали редкие путешественники, то подойти к самому берегу все равно не решались.

Эта часть острова вообще не пользовалась популярностью среди отдыхающих, несмотря на романтичное название. Мыс Счастливый был полностью каменистым, вдоль берега высились неприступные скалы, а от ровной асфальтированной дороги приходилось еще долго идти сквозь сухие колючки и кустарник с острыми ветками.

Но если преодолеть все препятствия и оказаться на самом краю обрыва – вид на океан открывался просто потрясающий. Длинные пологие волны разбивались о каменные утесы, одиноко стоящие в синей воде, в расщелинах скал гнездились чайки и альбатросы, а если подойти ближе и заглянуть вниз, то среди черных валунов можно разглядеть маленький и совсем дикий пляж. К пляжу вела одинокая тропинка, именно по ней сейчас осторожно спускались Лея и Джейс. За плечами у ребят висели небольшие рюкзаки, основные вещи рано утром привез старый рыбак на обшарпанной маленькой лодке с мотором.

Все местные жители вели себя странно и ни в какую не хотели показывать заповедник любопытным туристам, сколько бы денег им за это ни предлагали. Согласился только один древний дед, он готов был закинуть вещи на дикий пляж очень рано, почти в сумерках, но при этом категорически отказался везти туда молодую пару.

Но Джейса такие мелочи не останавливали, парень поставил себе цель попасть к подножью скал любой ценой и уже мысленно исследовал подводный мир. Красивый каменистый обрыв сразу же привлек его внимание во время обзорной экскурсии вокруг острова. В тот день прогулочный катер близко к берегу не подходил, все побережье вокруг мыса Счастливый считалось заповедной зоной, но даже издалека было очевидно, что места дикие и невероятно красивые.

Остров, куда прилетели на отдых Лея и Джейс, оказался очень большим, зеленым, со множеством песчаных пляжей – настоящий рай для начинающих серферов. Длинные пологие волны набегали на чистый песок и давали возможность впервые встать на доску даже неопытным новичкам.

Но встречались на побережье и другие пляжи, где волны выглядели далеко не так дружелюбно. Они поднимались к самому небу, как огромные синие горы, а потом сворачивались в большую водяную трубу и всей мощью с грохотом разбивались о дно. В такие места лезли только самые безбашенные профессионалы, но даже с ними нередко происходили несчастные случаи. Гибель отчаянных серферов никого не останавливала, и опасные пляжи все равно притягивали адреналинщиков со всей планеты.

Вдоль красивого побережья расположились многочисленные виллы, шикарные и не очень – все с бассейнами и частными пляжами на большой зеленой территории. Миллионеры со всей галактики стремились забронировать себе местечко в этом сказочном раю, на острове вечного лета, теплого океана и невероятных закатов.

Рядом с пафосными особняками прекрасно уживались обычные деревни с бюджетными отелями для простых граждан, в основном молодежи. Невысокие двухэтажные строения тянулись вдоль песчаных бухт, на первых этажах облезлых домишек шумели кафе, бары и дискотеки, где уставшие от палящего зноя туристы коротали вечера – танцевали, пили ледяные коктейли и заводили многочисленные романы.

На мысе Счастливый бюджетных отелей и дорогих вилл не было – слишком высокий берег, пляжи внизу маленькие и каменистые, спускаться неудобно, а иногда даже опасно. На яхте к берегу тоже не подойдешь: заповедная зона тщательно охранялась, заход в бухту разрешен только по специальным пропускам, погружения и водные виды спорта полностью запрещены. Исключение составляла только одна вилла – она, как белый кубик, выступала прямо из скалы и нависала над бушующим океаном. Какой-то ненормальный пожелал забраться в это дикое место и построить странное и по виду очень неустойчивое сооружение. Казалось, белый кубик вот-вот сорвется с каменного утеса и упадет с невероятной высоты на острые камни.

Джейс приглядел дикий пляж как раз недалеко от одинокой виллы, именно там он планировал погружаться. Парень был настоящим фанатом дайвинга, за его плечами не одно погружение в самых экзотических и даже опасных местах. На этом острове он уже излазил множество пещер и рифов, подводный мир везде был невероятно красивым и разнообразным. Но Джейса как магнитом тянуло в заповедную зону. Именно здесь он ожидал увидеть самые редкие виды морских обитателей и особенный нетронутый подводный мир. Лея увлеклась погружениями всего несколько лет назад, когда познакомилась с Джейсом, но ее тоже неотвратимо тянуло в синюю бездну. Парочка постоянно моталась по разным континентам планеты в поисках все более экзотических мест, благо работа на удаленке позволяла отдаваться любимому хобби по полной.

В этот раз запретная зона и нежелание местных рыбаков доставить дайверов на дикий пляж только раззадорили фанатичную парочку. Влюбленные спустились по узкой козьей тропе вниз и подошли к большим валунам, где старый рыбак оставил снаряжение для погружения на глубину. С берега скалы казались еще выше, черный отвесный утес мрачно нависал над двумя маленькими фигурками в гидрокостюмах, а прямо над головой выступал белый кубик шикарной виллы. Казалось, еще немного – и он сорвется, полетит вниз, прямо в белую пену.

В синей глубине была полная тишина, бушующие волны остались где-то наверху, а под водой все замерло, словно дайверы попали в невесомость. Лея очень любила это состояние – когда не ощущаешь звуки, запахи и даже вес собственного тела. Ребята подплыли к черной скале, громадина уходила далеко вниз – в синюю бездну, рядом со скалой зиял глубокий провал. Вокруг сновали рыбы невероятной красоты, на отвесной каменистой стене росли причудливые водоросли и кораллы.

Джейс шел первым, Лея на небольшом расстоянии второй – оба попали в родную стихию и чувствовали себя в воде гораздо комфортнее, чем на берегу. Вдруг внизу Джейс заметил странное свечение. Он дал знак Лее, и оба направились прямиком туда, к светящемуся голубому проему. Когда дайверы опустились на нужную глубину, то увидели в каменистой скале большое стекло, а за ним просторную комнату, в которой горел свет. К стеклу с обратной стороны подошла девушка, она делала какие-то знаки, пыталась что-то объяснить жестами, а потом отбежала в сторону и быстро написала на листе бумаги вполне понятное слово: «Помогите».

В ту же минуту прямо над водолазами нависла огромная черная тень: двадцатиметровый серый кашалот распахнул зубастую пасть и полностью проглотил Джейса. Лея замерла, страх парализовал все тело, но потом она заработала ластами и начала быстро подниматься к поверхности, словно это могло ее спасти. Кашалот, несмотря на огромные размеры, мгновенно развернулся и направился прямо за ней. Еще секунда – и мимо толстого голубого стекла проплыла одинокая маска, она стремительно погружалась в темную бездну. Оба дайвера исчезли в безразмерной пасти, словно их и не было.

Здоровенная махина взмахнула широким хвостом и растворилась в синем мареве.

В подводную комнату вошел высокий мужчина. Он наотмашь ударил пленницу по лицу:

– Больше никогда так не делай!

Девушка смотрела на своего мучителя, понимая, что нельзя плакать: за этим последует более жестокое наказание, а у нее еще не зажили синяки с прошлой разборки. Она молча кивнула, стиснув зубы. Перед глазами стояли фигуры испуганных водолазов и большая зубастая пасть кашалота.

Седой хозяин дома удобно расположился в кабинете с потрясающим панорамным видом на океан, вся стена от пола и до самого потолка была полностью прозрачной. На столе стоял тонкий ноутбук, где были выведены изображения с многочисленных подводных камер – картинка четкая, качественная, виден каждый лист мерно качающихся водорослей.

В кабинет вошел все тот же высокий мужчина.

– Посмотри на пляже, там могут оставаться вещи, – сказал хозяин, стоя спиной к вошедшему и глядя на бескрайний синий океан, – и узнай, что за сволочь их сюда привезла.

Высокий человек молча вышел, не задавая ни единого вопроса. Он привык никогда и ничего не спрашивать.

Глава 2. Мистер Дэвис. Яхта «Атлантика»

Белоснежная яхта беззвучно разрезала синюю гладь воды – в океане был полнейший штиль. Мистер Дэвис вышел на палубу, потянулся и с радостью посмотрел на яркое утреннее солнце. Он был ранней пташкой и любил в одиночестве встречать красивые рассветы. Затем хозяин «Атлантики» довольно погладил свой выпуклый круглый живот под белоснежным халатом и даже против всех правил заказал себе на завтрак шампанское.

Вчера он провернул главную махинацию своей жизни и сегодня собирался подписать контракт. Его основной оппонент и соперник, этот ненормальный ученый, просто позеленел, когда мистеру Дэвису удалось подкупить нужных людей и те дали разрешение на строительство очередного отеля прямо в сердце заповедной зоны.

Этот проект станет жемчужиной: белоснежный многоэтажный красавец возведут на высоком каменистом берегу с видом на океан. К дикому пляжу, окруженному скалами, будут спускаться комфортабельные прозрачные лифты, там же построят причалы для множества яхт и самый шикарный дайвинг-клуб – все только для избранных. Сейчас такого пафосного места на острове нет, и многие состоятельные граждане вынуждены погружаться с простыми смертными, что создает им некоторые неудобства. А в отеле мистера Дэвиса будет создан элитный клуб только для очень обеспеченных дайверов.

План грандиозного строительства уже разработан талантливой командой проектировщиков и дизайнеров, банки обещали дать многомиллионные кредиты, проект обещал быть самым успешным из всех его детищ. А их у акулы бизнеса и хозяина сети отелей было разбросано множество по всей галактике, и все они приносили звонкую монету.

Сложнее всего пришлось с землей, местные власти здорово рисковали, выделяя ему этот ценный участок, – таких заповедных зон оставалось совсем немного и их тщательно берегли. Но ничего, сегодня он поставит подпись под самым важным контрактом, и окончательная победа будет на его стороне, все остальное – дело техники. У мистера Дэвиса даже рука зачесалась от предвкушения возможной прибыли, а это хороший знак. Он с удовольствием сделал глоток шампанского, зажмурился и уже собирался завтракать, как вдруг почувствовал сильный толчок, словно его небольшая яхта налетела на подводный риф. Мистер Дэвис едва устоял на ногах.

Затем рядом с его белоснежной красавицей появилась темно-серая, почти черная спина огромного кита, он в несколько раз превосходил размеры яхты. Кит явно атаковал белоснежную посудину, кренил набок, а потом развернулся и дал по ней своим огромным многотонным хвостом, только щепки полетели. Потом еще раз и еще раз, пока «Атлантика» не получила сильнейшие повреждения и не начала подозрительно быстро тонуть.

Кто-то из команды погиб сразу под хвостом кита, остальные стали прыгать за борт и отплывать подальше от тонущей яхты. Мистер Дэвис схватил спасательный круг и тоже сиганул за борт. Ему жутко мешал длинный махровый халат, он мгновенно намок, пояс потерялся, а тяжелые полы тянули на дно. Мистер Дэвис судорожно держался за круг обеими руками, плавать он совсем не умел и даже не стремился научиться, о чем сейчас очень горько пожалел.

Некоторые из его прислуги и члены команды тоже болтались на кругах в воде, глядя, как белоснежная «Атлантика» мгновенно уходит под воду – здоровенный кит топил ее предметно, наваливаясь всем телом, словно несчастная яхта была его главным смертельным противником. А потом начался настоящий кошмар… рядом появился еще один кит, а точнее кашалот, который стал с аппетитом поедать спасшихся людей. Увернуться и уплыть шансов не было: огромная зубастая пасть распахивалась и поглощала орущих и барахтающихся людей вместе с кругами.

Мистер Дэвис истошно кричал и пытался уплыть, он остался последним, словно кашалот-людоед специально оставил его на закуску, дал время помучиться от страха и ужаса. Потом здоровенная зверюга стала надвигаться на него, несколько секунд – и морское чудовище перекусило нескладное тело пополам, на зубах повисли унылые полы белоснежного халата. Серая махина ушла на глубину, издалека казалось, что у нее в пасти застряла окровавленная белая салфетка.

Все стихло. Не было больше белоснежной яхты, на идеально гладкой поверхности воды плавали щепки красавицы «Атлантики» и несколько спасательных кругов. В то утро в океане был полнейший штиль и розовое солнце расцвечивало воду в нежные акварельные цвета, словно умелый художник.

Глава 3. Димитрис. Мо

Димитрис пил крепкий кофе с жирными сливками в своем уютном кабинете и заедал его жутко сладким печеньем. Перед ним на столе лежала папка с подборкой свежей информации, и старик с интересом читал материал, собранный одним из его помощников, смышленым молодым человеком, похожим на толстую канцелярскую мышь.

Несмотря на свой более чем преклонный возраст (а деду перевалило за стольник) Димитрис прекрасно владел компьютером и всякие современные девайсы тоже уважал. Но первичную информацию он все же любил получать по старинке – в кожаной папочке. Так пожилой гений быстрее понимал, относится подборка лично к нему или можно с чистой совестью спихнуть ее в соседний отдел. Кстати, кофе старик тоже уважал: глушил в неимоверных количествах, обожал жирные сливки, сладкое печенье или шоколадные конфеты. Он даже мог залихватски бахнуть дорогого коньячку, правда, в разумных пределах. В общем, ни в чем вредном Димитрис себя не ограничивал и выглядел гораздо моложе своих лет.

Вот и сейчас старик склонился над небольшой папкой, роняя крошки на старательно подобранные фотоматериалы, и размышлял – есть ли в этих событиях что-то общее, или все произошедшее – банальное стечение обстоятельств или даже вымысел, который в его работе тоже встречался частенько.

Несколько месяцев назад на своей небольшой, но шикарно оборудованной яхте погиб владелец сети отелей, богатейший человек Вселенной, всеми уважаемый мистер Дэвис. Причину крушения его судна долго не могли установить, в тот день в океане был полнейший штиль, нападение пиратов исключалось – их там просто нет, взрывов никто не слышал и следов взрывчатого вещества обнаружено не было. Остатки яхты и спасательные круги нашли рыбаки, которые рано утром направлялись к своим ставникам. Части разломанной яхты обнаружили водолазы – белоснежная красавица получила серьезные повреждения и уныло лежала на песке среди стаи цветных рыбок. Там же было найдено несколько погибших, но большей части команды, как и самого мистера Дэвиса среди них не обнаружили.

Первоначально рассматривали вариант похищения конкурентами, затем прозвучала и более неправдоподобная версия, что на яхту напало крупное млекопитающее, возможно кит или кашалот. Обычно эти животные неагрессивны и нападают на человека в самых крайних случаях, когда ранены или чувствуют угрозу. В старину были случаи, когда кашалоты нападали на лодки китобойной флотилии и топили их, иногда могли сожрать несчастную жертву, приняв ее за морского котика. Но так, чтобы предметно слопать всю большую команду во главе с миллионером-хозяином, – это выглядело явной фантастикой.

Тем не менее уже через несколько дней следователи нашли подтверждение безумной теории о нападении агрессивного кита. За несколько сотен миль на белоснежный пляж выбросился большой кашалот, когда его обнаружили, зверюга уже сдохла. Тушу собирались утащить с пляжа, отбуксировать подальше в океан для шикарного пира множества прожорливых рыб-падальщиков, но внимание моряков вдруг привлекла одна маленькая деталь – из полуоткрытой пасти чудовища торчала застрявшая в зубах человеческая рука.

Место оцепили, приехали следователи, кашалота вскрыли и нашли в нем фрагменты множества тел и куски спасательных кругов. По отпечаткам той самой руки установили, что конечность принадлежала несчастному мистеру Дэвису. Скорее всего, морское чудовище сдохло от несварения желудка: накануне оно сожрало почти всю команду «Атлантики» и даже обломки яхты.

Ситуация, конечно, была трагическая, непонятная, но ничего сверхъестественного Димитрис в ней не увидел. А умный старик по долгу службы занимался исключительно фантастическими и неординарными делами. Глядя на фото недоеденного мистера Дэвиса, а точнее его руки, столетний дед продолжил спокойно хрустеть печенькой и перешел к следующему разделу информации в своей кожаной папке.

По данным подборки, всего через несколько месяцев после гибели мистера Дэвиса в той же акватории произошла катастрофа небольшого торгового катера. Катер был не простой, а специализированный и перевозил не что-нибудь, а слитки редкого металла, которые очень высоко ценились на рынке. Почему вдруг столь дорогой груз решили перевозить по воде, а не по воздуху – это был еще один вопрос, которым занимались следователи, но очевидным оставалось только одно – торговое судно затонуло при весьма странных обстоятельствах в довольно глубоком месте. Слитки металла так и не нашли, дно оказалось рыхлым, так что многомиллионный груз навсегда остался под метровым слоем ила.

Необычно выглядело и само крушение судна: в живых из всей команды остался только один молодой матрос. По его словам, корабль с двух сторон зажали огромные киты, разогнали и направили прямо на скалы, где судно окончательно разнесло в щепки сильным течением. Уцелевшую часть команды в воде дожирали акулы, а матроса спасло чудо – парня от удара выбросило на одинокий утес. Там бедолага просидел несколько часов, пока его не нашли спасатели.

Матрос явно тронулся умом, раз говорил такие фантастические вещи, либо был участником хитрой операции по краже ценного груза и всю историю придумал специально для отвода глаз. Хотя тогда он полный дурак – мог бы рассказать что-то более правдоподобное.

Димитрис захлопнул папку – ничего интересного для себя он в ней не нашел. В заговор китов он не верил, в дрессированных кашалотов, которые предметно поедают миллионеров, тоже. Тем не менее старик отложил папку в один из ящиков стола и запросил всю информацию о нападении крупных млекопитающих на людей и крушении судов за последние несколько лет. Так, на всякий случай.

Глава 4. Ева. Остров Хаарт

Ева смотрела в иллюминатор воздушного судна, уткнувшись лбом в стекло. В синем бескрайнем океане природа щедро разбросала маленькие необитаемые острова. Совсем недавно девушка успешно сдала сессию, впереди оставался всего один курс обучения в университете. Прошедший год оказался сложным: она разрывалась между учебой и работой, мало спала и почти ничего не ела, пока готовилась к экзаменам.

Но вот все тревоги позади: сессия сдана, на работе дали заслуженный отпуск, и Ева вместе с компанией подружек летит на долгожданный отдых. Впереди предстоит несколько недель развлечений, бескрайних пляжей и веселых вечеринок. И еще она очень хотела встать на доску, а лучшего места для начинающих серферов, чем одинокий остров Хаарт, просто не найти.

Студентки летели внутренними и очень бюджетными линиями, полет на другой конец планеты Мо занял целых два часа. В век скоростных межгалактических катеров такая скорость была неприлично медленной, но для молодых девчонок главным критерием стала цена. Остров, куда направлялась Ева с подругами, оказался очень большим, зеленым, со множеством пляжей и развлечений на любой вкус. Студентки поселились в небольшом двухэтажном отеле, прямо через дорогу от широкого пляжа с мелким песком, на который лениво набегали длинные синие волны.

Подружки Евы тащили с собой здоровенные чемоданы с кучей нарядов для зажигательных вечеринок. Ева со своим небольшим сиротливым чемоданчиком слишком выделялась на общем фоне. Она не была барахольщицей и захватила с собой только самое необходимое. На берегу океана меньше всего хочется наряжаться – релакс не предусматривает изобилия туалетов. К слову сказать, она и в городе была не большой модницей и всей одежде предпочитала удобные джинсы и кроссовки.

Когда девчонки наконец разместились и развесили свои многочисленные тряпки по шкафам, вся компания вышла на пляж. День клонился к закату, и Еве показалось, что она попала в рай – такой красоты она еще не встречала. Небо над океаном окрасилось в ярко-оранжевые, розовые и даже сиреневые оттенки, солнце пряталось в облака и расцвечивало все вокруг в какие-то фантастические цвета. В океане начался отлив, волны ненадолго отступили от берега, но ровный песок оставался мокрым и оранжевое зарево на небе отражалось прямо в воде, словно в перевернутом зеркале.

На побережье прямо на песке сидели компании людей, в основном молодежи, они ели вареную кукурузу, пили пиво и любовались закатом. Ева, пораженная красотой заходящего солнца, долго смотрела на оранжевый океан и розовое небо, пока краски окончательно не померкли. На широкий пляж опустились плотные сиреневые сумерки.

Тут и там разжигались костры, вокруг огня собирались разношерстные компании, большинство людей были даже не знакомы между собой, но это не мешало им свободно общаться – в компаниях шутили и смеялись, жарили сосиски прямо на открытом огне или запекали картошку на углях. Обязательно попадался какой-нибудь душевный парень с гитарой, многие ему подпевали или раскачивались в такт, если не знали слов.

Именно к такой компании примкнули Ева с подружками, среди ее сокурсниц было несколько боевых девчонок, способных быстро подружиться с незнакомыми людьми. У большого костра собралось человек двадцать – публика абсолютно разношерстная и веселая. Прямо на песке сидели незнакомые девушки с обгорелыми носами в легких платьях из натуральных тканей, загорелые парни в вылинявших шортах, многие с татуировками или пирсингом, казалось, они уже родились на пляже с доской в руках, какие-то странные бородатые люди, увлекающиеся йогой, студенты с разных концов планеты, такие же неумелые серферы-новички, как Ева и ее подружки.

Молодежь отчаянно кокетничала, смеялась, а Ева больше молчала, смотрела на огонь, на огромное звездное небо над головой, слушала шум прибоя, ела обжигающую подгорелую сосиску и чувствовала себя абсолютно счастливой. В черное небо уходил сноп искр от костра, а учеба, работа и все прежние дела были напрочь забыты в ту же минуту – остались где-то далеко, на другом конце планеты.

Неожиданно девушка поймала на себе чей-то взгляд. Парень, сидящий напротив, просто глаз с нее не сводил. Он был типичным серфером, из тех, что все свободное время проводят на пляжах: смуглый, короткие волосы выгорели на солнце, а вот глаза были совсем темные, как синее небо над головой. Парень тоже в основном молчал, ничего не пил, не пел дурацкие песни, не рассказывал пошлые анекдоты, но довольно открыто смотрел на нее сквозь пламя костра. Ева много раз слышала, что она красивая, но особого значения этому факту не придавала. У нее никогда не было желания наряжаться, привлекать внимание, кружить мужикам голову и таким способом повышать свою самооценку. А этим вечером ей впервые стало приятно, что на нее так явно обратили внимание.

Костер догорел, дружная компания стала распадаться на отдельные личности, которые разбредались по своим отелям или съемным квартирам. Ева с подругами тоже вернулась в свой бюджетный чистенький отель и мгновенно отключилась – так крепко она давно уже не спала, если только в раннем детстве.

Следующим утром все студентки собрались на пляже с боевым настроем покорять волны. Они наняли инструктора из первой попавшейся пляжной школы на побережье – таких в синей бухте было множество, взяли в аренду доски и всей компанией поволоклись к воде.

Мечты Евы о том, что она сразу же встанет на доску и с легкостью заскользит по волнам, разбились уже через первый час занятий. Ева смертельно устала и поняла, что это дело непростое и особых способностей у нее нет. Сначала приходилось долго грести против сильных волн, потом девушка делала слабую попытку хотя бы встать на доску, которая длилась ровно секунду, и вот она уже летит в белой пене обратно к берегу. И опять все по новой: гребешь, падаешь, кувыркаешься в прибое. И так бесконечно, пока есть силы. Неподготовленные городские девочки выдохлись довольно быстро, на доску не встала ни одна.

После пляжа усталые подружки пошли на обед в одно из многочисленных кафе, где сидели такие же обессиленные и обгорелые горе-серферы с облезлыми от солнца носами. Местный официант принес им в утешение большой кокос с множеством трубочек и ярко-красным цветком. А уже вечером разряженные студентки понеслись на дискотеку – куда только делась их дневная усталость? Ева пошла развлекаться вместе со всеми, хотя с большим удовольствием провела бы время на пляже у костра. Веселая вечеринка затянулась до утра, все танцевали, как сумасшедшие, в толпе таких же отдыхающих, пили легкие, но кружащие голову коктейли и много смеялись, Еве уже давно не было так весело и легко. А затем время стало мелькать, как сплошной блестящий диско-шар: пляж, доска, кафе, дискотеки и бары – все закрутилось в бесконечный разноцветный водоворот.

Дней через пять ее подруги наконец устали от бесполезных попыток стать профессионалами серфинга, и веселая компания решила арендовать машину, чтобы погонять по острову. Девчонкам достался бессовестно розовый выгоревший кабриолет с потрескавшимися белыми сиденьями, зато по невероятно низкой цене. Видимо, желающих ездить на розовом уроде по острову не находилось, но для компании студенток старый драндулет подошел в самый раз.

Девчонки посетили несколько популярных видовых площадок, просто останавливались по дороге в тех местах, где собиралось много машин, и бежали смотреть на очередной завораживающий пейзаж. Остров Хаарт и правда оказался очень красивым, полностью утопал в зелени, песчаные пляжи чередовались с неприступными каменистыми обрывами, от которых, несмотря на ограждение, все равно захватывало дух.

В какой-то момент подруги случайно заехали на площадку, где множество туристов смотрели на безумцев, покоряющих огромные синие волны. Маленькие фигурки серферов бесстрашно скользили вдоль нависшей громадины. А когда волна начинала сворачиваться в большую синюю трубу и, казалось, вот-вот проглотит отчаянного человечка – просто свернет в рулон вместе с тонной воды, серфер ловко выскакивал из ловушки и легко продолжал скользить дальше.

Через некоторое время безбашенная компания адреналинщиков вылезла на берег и направилась к стоянке, признаков какой-либо усталости ни у кого не наблюдалось. Ева вспомнила, как она из последних сил выползала на песок после очередного заплыва, волоча за собой непослушную доску, и с грустью признала очевидное – этот вид спорта не для нее.

Среди компании отчаянных ребят, только что покорявших высокие волны, Ева узнала парня, который так пристально смотрел на нее в первый вечер у костра.

Он ее тоже узнал и сразу же подошел:

– Привет! А я ждал тебя вечерами на пляже.

При ближайшем рассмотрении Ева заметила, что глаза у него не темные, а ярко-синие, как огромные волны в океане. Она никогда раньше не встречала людей с таким ярким цветом глаз.

– Не там искал, – кокетливо ответила одна из ее подружек, боевая блондинка и первая красавица на курсе. Точнее, она сама считала себя самой красивой, но иногда самоуверенность творит чудеса, и все окружающие тоже начинают в это верить.

– Мы проводили вечера в гораздо более интересных местах, – подруга закатила глаза, давая понять, что все это время жизнь у веселой компании била ключом.

– Я на пляже обычно днем, – неожиданно для себя призналась Ева, – пытаюсь встать на доску.

Парень кивнул. Его уже звали друзья, которые приехали на такой же старой тачке, только более приличного цвета.

– Ладно, увидимся!

– Нет, ты видела, какие у него глаза? И катается просто офигенно! – разом заговорили девчонки, – давай, не упусти! Сколько можно сидеть одной, ты сюда зачем приехала?

Каждая из ее подружек уже нашла себе кавалера и забила свидание на вечер. Среди невероятно красивых закатов на берегу океана летние романы вспыхивали мгновенно и так же быстро гасли, как падающие в небе звезды.

Ева была не сторонницей случайных связей, девиз «бери от жизни все, пока молодой» явно не про нее. Правда, у себя в городе она встречалась с парнем целых два года. Точнее, год и восемь месяцев. Никакой радости и ярких впечатлений от этих встреч она не получила, но в тот момент хотелось быть как все. Расставание прошло незаметно, во всяком случае для нее – просто в один прекрасный момент надоело терять время с чужим и неинтересным ей человеком.

На знаки внимания местных молодых людей, веселых барменов или загорелых мачо на пляже, она особого внимания не обращала, улыбалась в ответ, но от предложений скоротать вечер или сходить на свидание вежливо отказывалась. Быть очередной подружкой на время отпуска для такого самовлюбленного красавчика не хотелось.

На следующий день серфер с синими глазами нашел ее на пляже. По закону подлости он появился в самый позорный момент, когда девушка в очередной раз неуклюже летела с доски. У ее подружек уже получилось встать хотя бы по разу и даже некоторое время продержаться на волне, а она продолжала валиться в воду уже через несколько секунд.

Парень не стал смеяться или комментировать ее неудачи, тоже взял доску и начал рассказывать и показывать основные принципы. То ли учитель из него был неплохой, то ли наступил момент, когда упорство перебарывает отсутствие способностей, но несколько раз у девушки получилось удержаться на доске и даже немного проехать вдоль небольшой волны.

Ева без сил выползла на берег и там упала вместе с доской – сил двигаться дальше просто не было. Парень молча сел рядом, смотрел прищурившись на океан, а потом протянул руку:

– Дин.

Ева только сейчас поняла, что даже не спросила имени своего учителя.

– Ева, – она пожала его руку, и оба начали смеяться.

Сейчас она чувствовала себя невероятно счастливой: лежала на мокром песке, смотрела в голубое небо, слушала шум волн. Первый успех давал невероятный душевный подъем, адреналин приятно бурлил в крови. А дальше все завертелось с невероятной скоростью, как цветная кинопленка красочного фильма. Вместе с Дином она проводила на пляже почти каждый день, стала неплохо держаться на доске, правда, на небольших волнах и все на том же на пляже для новичков, но для девушки и это уже было победой.

А еще они ездили по острову на старом байке, Дин показывал самые отдаленные и неизвестные туристам места: водопады среди буйной тропической зелени, пляжи с абсолютно черным вулканическим песком, позеленевшие развалины старых храмов, опутанные толстыми лианами. Иногда они сидели в маленьких уютных кафе среди самых странных личностей, увлекающихся поиском истины, а скорее всего, просто сумасшедших. В центре острова оказался целый город для таких вот чудаков. Среди умиротворяющей зелени на берегу реки продвинутые мастера организовали школы, где одни ненормальные учили других таких же ненормальных впадать в транс, открывать второе я, дышать нижней чакрой и выходить в астрал.

Но кафе и местные лавки странного города все же оказались очень интересными, там продавали уйму бесполезных, но занимательных вещей: бубны с перьями, каменных истуканов в человеческий рост, непонятные картины, деревянные маски, тарелки, сумки с вышивкой, резные козлиные головы и много другой дребедени, которые так любят туристы в качестве сувениров, а странные личности используют в поисках смысла жизни. Ведь без резной козлиной головы никак не выйти на новый уровень самопознания, без нее туда просто не пустят. Ева такие сувениры никогда не покупала, но рассматривала с большим интересом.

Однажды Дин привез девушку в заповедную зону. Место было совсем диким, вдалеке от пляжной суеты и шикарных вилл. От скоростной трассы, где изредка попадались встречные машины, они долго ехали по пыльной проселочной дороге среди одиноких камней и редкой растительности. Потом пролезли через дыру в ограждающей сетке и шли через колючий кустарник еще минут тридцать по каменистой тропе, пока не оказались на краю обрыва. Вид со скалы на бескрайний океан открывался просто потрясающий.

Ева осторожно заглянула вниз: в синей воде торчали острые скалы, как безмолвные черные стражи заповедника, а у самого подножья утеса притаился маленький и абсолютно дикий пляж.

Дин спокойно подошел к самому краю:

– Тут таких пляжей очень много, большинство неприступны, можно попасть только с воды. Но зато очень красивый подводный мир.

– А акулы тут водятся? – вдруг спросила Ева.

– Акулы, скаты, мурены и даже киты, – ответил Дин, – очень интересно за ними наблюдать в естественной среде. Ты раньше погружалась?

– Нет. А вдруг они нападут?

Дин усмехнулся. Вообще, он довольно редко улыбался, чаще был серьезным и молчаливым.

– Акулы просто так ни на кого не нападают. Всегда есть причина.

– Еще скажи, что они интеллектуально развиты и выбирают, кого бы сожрать, – ответила Ева, возвращаясь к дороге через кустарник с острыми ветками. Именно в этот момент она здорово ободрала кожу, на руке выступили ярко-алые капли крови.

– Вот и причина, чтобы на меня напасть… – сказала Ева, думая, чем бы вытереть кровь.

– Значит, надо быть аккуратнее и не провоцировать, – ответил Дин.

Уже около байка он достал аптечку и очень осторожно и довольно профессионально перевязал ей руку, глубокая царапина еще долго кровоточила.

А вечером был невероятной красоты оранжевый закат, первый поцелуй, звездное небо над головой и теплый ночной океан, набегающий на мелкий песок.

Утром Ева проснулась в маленькой квартире, которую Дин снимал недалеко от бара, где подрабатывал вечерами. Свежий ветер раздувал белые шторы и жалюзи с привязанными ракушками, робкое солнце осторожно заглядывало в комнату. Где-то по улицам уже носились первые байки и слышался разговоров туристов – они гуськом шли завтракать в ближайшее кафе.

Ева вспомнила прошлую ночь, глаза Дина – в темноте они опять стали темно-синие, почти черные, как оба потеряли над собой контроль прямо на пустынном песчаном пляже. Все это было нереально, как в романтических фильмах, которые так любили смотреть ее веселые подружки и которые сама Ева терпеть не могла. А, оказывается, такое бывает в реальной жизни, и все события гораздо приятнее, чем заезженный кинофильм.

А еще она поняла, что влюбилась. Всегда выдержанная, равнодушная к вниманию мужчин и случайным романам, она вдруг совсем потеряла свою разумную голову. Произошло это быстро и абсолютно необъяснимо, наверное, любовь всегда приходит именно так: ловит в самый неожиданный момент и полностью отключает сознание. Если бы месяц назад ей кто-то сказал, что она будет заниматься любовью прямо на пляже, а потом останется ночевать в маленькой квартире с ракушками у малознакомого парня, Ева бы просто рассмеялась этому человеку в лицо. А сейчас ей хотелось улыбаться от счастья, вспоминая вчерашнюю ночь.

В небольшой комнате с трудом уместилась маленькая кухня, выкрашенная в ярко-желтый цвет. Дин стоял около газовой плиты в длинных полинявших шортах, широкую спину покрывал ровный золотистый загар – у всех местных он был одинаковый, они почему-то никогда не обгорали, видимо, с детства привыкли быть на солнце.

Ева тоже здорово загорела, тонкие руки на белой простыне сейчас казались совсем темными.

– Ты проснулась? Кофе будешь? Только у меня есть совсем нечего… – Дин со скрипом открыл маленький круглый холодильник, жутко старый и дребезжащий, как двигатель автомобиля. Естественно, в нем было пусто.

Он поставил чашку рядом с кроватью и снова стал смотреть на Еву, раньше на нее никто и никогда так не смотрел. При дневном свете его глаза становились ярко-синими, но, конечно, не такими яркими, как рядом с океаном. Потом он снова начал ее целовать, Еве казалось, что все это происходит не с ней, а с какой-то другой очень счастливой девушкой – загорелой героиней из кинофильма.

На деревянном столике с облупившейся белой краской остывал черный кофе, в то утро его так никто и не пил.

Глава 5. Майк. Болотный рай

Майк уныло шлепал по болоту, и его окружал только один цвет – зеленый. Со стороны казалось, что у талантливого художника закончились все краски, но он с маниакальным упорством решил во что бы то ни стало дорисовать начатую картину. Зеленым было все: трясина, покрывающая темную топь, редкие кустарники и даже стволы полусгнивших деревьев, которые обросли зеленым мхом и напоминали дряхлых черных стариков с плешивой бородой. В зыбком тумане проступали очертания города, стены и здания которого были построены из зеленых камней.

Над болотом стоял едва различимый туман, а неба вообще не было видно – одно сплошное зеленое марево. А еще в этом месте нещадно кусали комары, которые оказались слишком крупными и очень прожорливыми. Впереди в мутной воде осторожно вышагивал Жабус, держа в руках рыжий кожаный ридикюль. Именно ради умной лягушки Майк и его преданный и немного ненормальный друг – мутант Марк – сейчас месили сапогами зеленую грязь. Вообще, под ногами была дорога из полуразрушенного кирпича, но местами она оказалась полностью затоплена мерзкой зловонной жижей, так что твердую почву приходилось искать на ощупь.

Болото раскинулось на многие километры вокруг – кроме трясины, кругом ничего не разглядеть. Дорога петляла между деревьев и вела прямо к хлипкому мосту, обросшему бородатым мхом и какой-то слизью.

Совершенной случайно в руки Майка и его друзей попал очень необычный прибор, внешне очень напоминающий старинные часы. Он позволял перемещаться во времени и даже попадать в параллельные миры и в свое время помог Майку спасти всю семью от гибели. Правда, прибор частенько барахлил и в нужное место удавалось попасть далеко не сразу. Тем не менее путешествия на неизведанные планеты очень затягивали, и друзья продолжали устраивать вылазки, на подобие этой.

Когда часы Стекляруса закинули друзей в зловонное болото, Майк сразу был настроен валить обратно в свой мир: еще не хватало утонуть в зеленой трясине или подцепить малярию. Но с ним в путешествие увязался его друг, талантливый врач и провизор Жабусик. Большинство уникальных лекарств он делал из плесени и, попав в болотный рай, несказанно обрадовался. Ведь именно в таких отдаленных местах можно найти настоящие сокровища – самый редкий вид зеленой плесневелой дряни – и сделать очередную целебную настойку. А если повезет, то и разжиться новым рецептом у местных аптекарей.

Заметив вдалеке позеленевший город и едва различимую в грязи дорожку к нему, Жабус радостно пошлепал в сторону ворот.

– Ребята, ну вы же понимаете… – он обернулся и прижал к груди свой саквояж, словно это был его единственный и любимый ребенок.

Ребята понимали. Сейчас эта фанатичная лягушка (а внешне Жабус немного напоминал жителя болот с выпученными глазами и гладкой бородавчатой кожей) поволочется в город, там найдет аптеку и начнет мастерски выцыганивать рецепты и составные лекарства у таких же одержимых провизоров. Не забесплатно, конечно, в обмен на личный опыт и собственные бесценные разработки.

– Все ради науки, все ради науки, – бубнил Марк, увязая по щиколотку в грязи и с остервенением убивая комаров, которые радостно слетелись со всего болота, почуяв свежую кровь.

Майку казалось, что эти твари везде: в носу, в ушах, под одеждой и даже в хорошо зашнурованных берцах. Голодные насекомые проникали повсюду и только и знали, что жрать, жрать и жрать. Точнее, пить его кровь. На месте убитого комара приземлялась сотня не менее прожорливых сородичей, и все начиналось сначала.

Наконец парни выползли на черный деревянный мост.

Майк опасался, что хлипкое сооружение полностью сгнило и рухнет в зеленую трясину при первом же шаге. Но мост выдержал, правда, натужно скрипел при каждом шаге и предательски прогибался под ногами. Ворота в город оказались открыты, никакой стражи на входе не было.

– Что ж они не берегут свое болотное сокровище? Все двери нараспашку, – проворчал Марк, убивая очередного комара.

Жабуса почему-то эти мерзкие насекомые не трогали: либо кровь у лягушки была совсем невкусной, либо толстая шкура не протыкалась комариным жалом.

За черными воротами, сделанными из того же трухлявого пня, что и мост, раскинулся город. Не огромный мегаполис с высотками и шумными автострадами, а маленький затхлый городишко с кривыми домами и позеленевшей церковью. На центральной площади понуро стояли замученные комарами лошади и ползали такие же бледные изможденные горожане, одетые в какие-то черные тряпки. Все местные жители были полностью облеплены комарами, они даже не отмахивались от гнуса, позволяя прожорливым тварям пировать на полную. В этом городе в борьбе человека и насекомого комариное войско одержало безоговорочную победу.

На пришлых гостей внимания никто не обращал, словно болотный гнус вместе с кровью выпил у этих людей жизненные силы и банальное любопытство.

– Жабус, давай быстрее, ищи свою аптеку и погнали домой! – запрыгал на одной ноге Марк.

Жабусик со всех ног кинулся вперед по узкой улице, вымощенной черной брусчаткой со скользким зеленым налетом. Дома вокруг стояли низкие, трухлявые, и вообще весь город напоминал сборище черных поганок на сгнившем болотном пне. Жабусик вертел головой в поисках аптеки, но по закону подлости на пути попадались совсем другие лавки – хлебная, гончарная, мясная, сырная и лавка с тканями. Навстречу плелись унылые местные жители, облепленные комарами, они еле тащились вдоль улицы, уныло глядя себе под ноги.

– Какое милое место, – опять завел свою шарманку Марк, – взяли бы и переехали всей деревней в другое место! Это ж надо было поселиться в самом болоте.

– А мне дед рассказывал про одного своего друга, заядлого охотника, – вспомнил Майк. – Так вот, тот гонял по болоту лося, а когда наконец пристрелил, выяснилось, что у животного почти нет крови, все выпили комары.

– Уж не этот ли лось висит в кабинете твоего деда? – спросил Марк. И потом добавил:

– Если в ближайшее время мы отсюда не уйдем, твой дед сможет запросто повесить на стену еще две обескровленные головы— твою и мою.

– А в глаза вставит спички, чтобы мы не выглядели спящими, – поддержал идею Майк.

У его деда Димитриса в рабочем кабинете действительно висела голова лося. При подготовке чучела мастера схалтурили, и веки животного постоянно закрывались. Предприимчивый дедуля вставил в глаза лося спички, чтобы голова несчастного выглядела более веселой.

Жабус гнал вперед до тех пор, пока на горизонте не показалась аптека – старое покосившееся здание под черной скошенной крышей, на которой клочками висел мох. Парни заскочили в помещение в надежде, что там гнуса не будет, тем более что на окнах и дверях здания висели плотные сетки. Но нет, комары словно проходили сквозь стены и клубились в воздухе плотным облаком даже там. В ушах стоял привычный надоедливый звон.

Помещение аптеки оказалось на удивление большим и темным, на полках стояли банки с заспиртованными существами и огромный аквариум с пиявками. Впрочем, что еще можно было ожидать в болоте?

– Фу, какая гадость, – прошептал Марк, разглядывая аквариум.

– А вот это ты зря! – заступился за пиявок Жабус. – В старину они здорово снижали давление и помогали при мигренях.

– Кхе-кхе, – раздалось откуда-то из угла, и на свет выполз маленький бледный старичок.

Жабус рванул к нему и о чем-то зашептался, наверное, опять затирал про давно почившего папашу и сыновий долг продолжить дело провизора-отца собирать различные рецепты по всему миру – жалостливая история работала стопроцентно. Кстати, папашку своего Жабус в глаза не видел, что не мешало ему оплакивать пройдоху родителя по любому поводу.

– Что ж ты его хоронишь каждый раз! – посетовал как-то Марк. – Может, он еще живой?

– Так я ему ничего плохого не желаю, – удивился Жабусик – так, к слову пришлось.

К слову каждый раз приходилось, что горе-папаша трагически издох и артистичный Жабус очень натурально оплакивал родителя. Вот и в этот раз старичок-аптекарь проникся трогательной историей и загремел своими банками.

– Смотри, – Марк шепотом подозвал Майка к здоровенному напольному глобусу, – вся планета – одно сплошное болото.

Вертящийся шар был полностью зеленым с редкими островками суши. Город, куда друзей занесли часы Стекляруса, оказался одним из самых крупных на карте.

– Бедные люди, и не сбежишь никуда! – пожалел горожан Майк – Всю жизнь провести в топком болоте и кормить полчища комаров – перспектива не самая радостная.

Друзья еще немного потоптались в аптеке, разглядывая содержимое банок, но потом настал критический момент в терпении Марка: болотные твари его просто зажрали:

– Уважаемый! – гаркнул он аптекарю, – а у Вас есть что-нибудь от комаров? Сил нет терпеть!

Майк был с ним полностью согласен, укусы нестерпимо чесались, а воздух все еще звенел от назойливых насекомых.

– Эх, юноша… – грустно вздохнул аптекарь, у которого на носу тоже сидел здоровенный комар и пировал не стесняясь, – если бы у меня было такое средство, я бы стал самым богатым человеком на этой планете.

– Я Вам помогу, – вдруг вклинился в разговор Жабус, – у меня есть с собой замечательное средство от болотного гнуса, готовится элементарно. Я напишу рецепт. Думаю, в вашем болоте найдутся нужные ингредиенты.

И он, как факир, извлек из своего саквояжа банку с распылителем и побрызгал прямо на нос продавца. Сидевший там сочный комар тут же сдох, а остальные отлетели на почтительное расстояние. Продавец посмотрел на Жабусика, как на волшебника и готов был на все, ради бесценного зелья. Так вот почему лягушку не кусали! Она облилась раствором и спокойно шлепала по болоту.

– Жабус, ты зеленая сволочь! – разом заорали Марк и Майк. – Ты почему нам не дал намазаться?! Мы тут подыхаем от комаров!

– Ой, я как-то не подумал, – растерялась лягушка, пожимая плечами.

Как всякий одержимый ученый он машинально побрызгался средством от комаров и погнал искать аптеку, будто старая лошадь с шорами на глазах. И все это время искренне не замечал, что его друзья просто изнывают от болотного гнуса. Жабус щедро облил парней и аптекаря настойкой, комары отступили и расползлись по углам. Для загрызенного москитами старика это стало таким облегчением, что он тут же начал выкладывать все, что знал.

Друзья провели в аптеке целый час. Жабус передал рецепт средства от болотного гнуса, и провизор даже смог приготовить пробную дозу под чутким руководством умной лягушки. Назад в свой мир троица депортировалась прямо из подсобки аптекаря. Жабус волок с собой тонну ценного груза, радостный дед даже всучил ему жбан с пиявками.

– Слышь, ты, куркуль, пиявки-то тебе зачем? – ворчал Марк, забрасывая в светящийся проем, который перемещал путешественников впространстве, мешки с травами, образцы плесени, сухие пучки травы и банки с рассадой.

– Ты ничего не понимаешь, таких у меня еще нет, я беру на расплод. Вот заболит у тебя голова, первый попросишь пиявочку.

Марка передернуло:

– Нет уж, этой дряни нам не надо, я лучше потерплю.

Когда друзья оказались у себя на планете в одном уединенном месте и стали сгружать в космический катер дары болотного деда, на приборной панели засветился экран и появилось румяное лицо Димитриса. У деда была волшебная чуйка выйти на связь именно в тот момент, когда внучата загружали его воздушное судно какой-нибудь дрянью.

– Ну как?

Инициатором последних путешествий во времени выступал именно он. Как назойливая птичка-мозгоклюйка, дед постоянно гнал внука в прошлое. Причем птичка была довольно кровожадной и талдычила всегда одно и то же:

– Убей Антона!

Антон был военным министром в соседней галактике и в свое время организовал жестокое нападение на планету Мо, в результате которого погибли почти все жители, включая семью самого Майка. Тогда в живых остались только его столетний дед и он сам. К счастью, в руки Майка попали часы известного путешественника во времени Стекляруса. Аппарат помог Майку вернуться в прошлое и предотвратить войну.

Сейчас вся его семья была жива, но Димитрис все еще ожидал потенциальную угрозу, пока был жив основной вдохновитель нападения – гений Антон. В настоящем времени к лидеру не подобраться, а вот в прошлом вполне можно найти слабое место и уничтожить врага.

– Дед, тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? – как-то не выдержал Майк. – Нельзя быть таким садистом. О душе подумай, помрешь не сегодня завтра.

Димитрис на взывания к совести не реагировал и умирать в ближайшие сто лет тоже не собирался. Иногда Майку казалось, что он сам умрет раньше собственного деда, а тот будет кричать ему прямо в гроб: «Убей Антона!»

– Ничего, опять промазали, – ответил на вопрос деда Майк, – попали совсем в другое место.

Часы Стекляруса работали нестабильно, попасть в заданный временной промежуток времени оказалось очень непросто. Могли пройти годы, прежде чем путешественники окажутся в нужном месте и в нужное время. А в последние месяцы часы совсем пошли вразнос и перемещали друзей куда угодно, но только не в прошлое.

– Что вы там опять таскаете? Превратили воздушное судно в товарняк! – подозрительно прищурился дед, пытаясь за спиной Майка разглядеть свой катер.

– Жабус разжился ценными пиявками на неизвестной планете. Не удержались, взяли с собой, – встрял Марк. Он все еще чесался после поездки на комариную планету.

– Замечательно! – взвился Димитрис. – Мертвяка вашего не забудьте прихватить, он любит в катере кататься, с пиявками ему будет веселее!

Старик до сих пор не мог забыть, как любимые внучата везли в катере веселого висельника Жозефа. Мертвяк оказался мировым парнем и почему-то не умирал окончательно, но действительно здорово вонял – после неудачной поездки вывести тошнотный запах не смогла ни одна химчистка.

Потом дед немного успокоился и добавил:

– Следующая командировка через неделю, на работе я договорился.

Димитрису пришлось рассказать про часы Стекляруса нескольким очень влиятельным людям из числа руководства планеты Мо. Те восприняли информацию всерьез и дали добро на непонятные командировки Майка и Марка в прошлое. Проект засекретили, в курсе истинных отлучек с планеты были всего несколько человек. Именно им шли подробные отчеты о каждой такой вылазке. Прибор Стекляруса и любая информация о нем не должны были попасть в чужие руки.

Парни отвезли Жабуса с его барахлом на Планету аптекарей и вернулись обратно. Вся поездка, включая прогулку по болотной топи, заняла почти двое суток.

Глава 6. Ева. Мыс Счастливый

Время летело со страшной скоростью, неумолимо приближая дату отъезда. Ева старалась об этом не думать, просто проживала каждый день на полную, словно он был последним. Девчонки даже перестали шутить о том, что неприступная правильная Ева окончательно слетела с катушек и потеряла голову от неизвестного парня.

– Ева, а что дальше? Ты же влюбилась, я вижу, – как-то спросила ее лучшая подруга.

Она тоже увлеклась инструктором по серфингу, но недолгий пляжный роман уже логично завершался.

– Парень прямо одержим тобой, глаз не сводит.

Ева засмеялась:

– Останусь здесь! Климат прекрасный, научусь гонять на волнах, пойду работать официанткой в бар.

Конечно, она сказала это не всерьез, но чем ближе подходил день отъезда, тем грустнее ей становилось. Действительно, а что дальше? Переписка, общение по видеосвязи, редкие поездки в гости? Она должна закончить университет, дома ждет хорошая работа… Остров красивый, действительно рай на земле, но чем она будет здесь заниматься? Пойдет работать официанткой в пляжном баре? А ближе к старости станет торговать фруктами и тряпками на местном рынке? А Дин? Дин не сможет без океана и своих ежедневных многометровых волн, он здесь вырос. В ее родном городе он вряд ли приживется.

За прошедшие недели они объездили множество интересных мест, Дин часто ее фотографировал на фоне океана, на доске или у водопада. То ли он был неплохим фотографом, то ли Ева и правда оказалась красоткой, но фотографии получались невероятные, хоть сейчас на обложку журнала. А скорее всего, Ева просто была безумно счастливой и влюбленной, такой взгляд специально не изобразишь. Кадры передавали ее настроение, а внешние красоты служили лишь бледным фоном.

Несколько раз они погружались около небольшого кораллового рифа с другими начинающими дайверами. Еву захватили новые впечатления – красота подводного мира и ощущение собственной невесомости. Вдоль кораллов плавало множество цветных рыб, про нападение акул она в тот момент даже не думала и вообще не хотела вылезать из воды.

Чем быстрее приближался день отъезда, тем мрачнее и молчаливее становился Дин. Ночами глядя на нее своим синими, почти черными глазами, он повторял одно и то же:

– Останься. Не уезжай.

Ева ничего не отвечала, только сильнее начинала его обнимать – ей самой в тот момент расставание казалось просто невозможным.

В последний день Дин снова приехал к ее отелю. Ева грустно укладывала вещи в чемодан. Точнее, чемодан валялся сам по себе, а вещи небольшой горкой на кровати, на душе было тоскливо и даже хотелось поплакать.

– Пойдем, покажу тебе одно место, – Дин встал в проеме двери, а деликатная подружка срочно засобиралась в комнату к соседкам, чтобы оставить пару наедине.

Ева решила, что последний вечер лучше проведет с Дином, чем с разобранным чемоданом. Пусть сегодня будет так, словно нет никакого обратного билета. Завтра. Она начнет страдать завтра, а сегодня еще их день.

Парень повел ее узкими переулками, петляющими между домов и отелей, пока не подошел к шикарной спортивной машине – ярко-красному кабриолету. Дорогих машин на побережье было много, и внимание они не привлекали. На острове часто отдыхали миллионеры со всей галактики, да и обычная молодежь могла в складчину арендовать красивую тачку на несколько часов, чтобы пустить пыль в глаза и сделать красивые фото для соцсетей.

Дин сел на водительское сиденье, Ева в нерешительности остановилась рядом. Она раньше никогда не ездила на таких машинах.

– Садись, – он улыбнулся и кивнул на соседнее сиденье.

– Дин, зачем ты взял в аренду это дорогущую тачку? Она же бешеных денег стоит, – Ева осторожно села и бережно закрыла дверь, – если мы ее поцарапаем, мне придется остаться и всю жизнь работать официанткой в местном баре, пока не расплатимся.

– На это я и рассчитываю, – подмигнул он и дал по газам – машина мгновенно рванула с места.

Ровная гладкая дорога тянулась вдоль берега океана, ветер качал высокие пальмы, синие волны набегали на песчаный пляж. Они проехали широкие бухты с множеством отелей и маленькие частные пляжи, день клонился к вечеру, и в ресторанах на побережье зажигались огни. Официанты спешно раскладывали приборы на белых скатертях, в воздухе пахло жареной рыбой, повсюду звучала музыка – остров жил своей привычной веселой жизнью.

Дорога вилась темной лентой, поднималась все выше и выше вдоль серых скал. С вершины открывался вид на бескрайний океан и утопающее в воде оранжевое солнце. Дин свернул с основной трассы и погнал в сторону обрыва, гладкая асфальтированная дорога была пустынной, навстречу не попалось ни одной машины. На каменистой поверхности росли невысокие сухие деревья с колючими ветками.

– Так куда мы едем? – в очередной раз спросила Ева. На предыдущие вопросы Дин так и не ответил.

– Ко мне. Хочу познакомить тебя с отцом.

«Даже так, – удивилась про себя Ева, – знала бы, оделась поприличнее».

Дорога уперлась в высокие ворота из темного дерева. Дин посигналил, и они тут же открылись, машина рванула дальше. Пейзаж за высоким забором не менялся – та же высушенная солнцем земля, камни, деревья и ни одной живой души. Только стрекот кузнечиков стал слышен громче.

– Это территория заповедника, – пояснил Дин и улыбнулся.

Он в этот вечер много улыбался, видимо, тоже решил прожить последний день на полную, не думая о предстоящем расставании.

– Твой отец работает в заповеднике?

– Работает. И живет, чтобы не отвлекаться.

Дин остановил машину у шикарной виллы – современного белого кубика, каким-то чудом зависшего прямо над высоким обрывом. Перед виллой, как и положено, расположился большой прямоугольный бассейн, с черными лежаками и белыми зонтами геометричной формы. Все невероятно простое, но стильное, над ландшафтом явно поработал дорогой дизайнер.

– Приехали. Добро пожаловать домой.

– Это твой дом? Ты не говорил, что миллионер, – протянула Ева.

Не сказать, чтобы эта новость ее слишком обрадовала.

– Это отец – миллионер, а я к его миллионам не имею никакого отношения.

Ева молча вышла из красной машины, одернула простое белое платье, которое купила за копейки на барахолке рядом с пляжем. И только тогда заметила, что Дин одет совсем по-другому: в белоснежную рубашку и черные льняные брюки, явно очень дорогие. Раньше он ходил в полинявших шортах и выгоревших футболках, а на ногах всегда были видавшие виды старые кеды.

Дин поймал ее взгляд и опять улыбнулся:

– Отец у меня эстет, любит все красивое на своей красивой вилле. Приходится соответствовать.

– Ты бы предупредил… – сказала Ева, хотя прекрасно понимала, что ничего соответствующего этой вилле у нее нет.

– Да брось. Ты же гость.

И Дин открыл перед ней прозрачную стеклянную дверь, предлагая пройти в широкий холл белого стильного кубика. Внутри виллы обстановка была еще более красивой и максимально минималистичной. В больших просторных помещениях царила идеальная пустота, тщательно продуманный фон, на котором каждая вещь становится произведением искусства. Одинокая черная ваза стояла на фоне гладкой белой стены. Белоснежный квадратный диван на черном деревянном полу был единственным предметом мебели в просторной гостиной.

Но больше всего Еву поразил вид из окна. Точнее, вся стена здания, выходящая на океан, представляла собой сплошное прозрачное окно. Где-то далеко внизу бушевали волны, разбиваясь о черные острые скалы, а перед глазами уходила в бесконечность невероятная синяя гладь воды. Солнце почти спряталось за горизонт и бросало последние лучи на серое небо – в воздухе сгущались сумерки.

– Отец будет через час, – сказал Дин, беря ее за руку, – пойдем, покажу тебе кое-что интересное.

Лифт, отделанный черным мрамором, спускался вниз, в большом зеркале во весь рост отражались Дин – красавчик в белоснежной рубашке с темно-синими глазами – и Ева в простом белом платье. Она тоже была красивой: высокая, загорелая, с длинными черными волосами – именно таких подружек находят себе сынки миллионеров. Еве отражение в зеркале вдруг стало неприятным, и она перевела взгляд на хромированные кнопки. Да тут целое здание прямо в скале, и, судя по кнопкам со знаком минус, есть еще много подземных этажей, целых пять.

Лифт остановился на минус первом этаже, двери открылись, вдаль уходил просторный широкий коридор. Без излишней роскоши, как наверху, но все выглядело очень прилично и напоминало дорогую медицинскую клинику.

– Пойдем, – Дин потянул ее за руку и открыл боковую дверь.

Они оказались в большой пещере с природным бассейном прямо в центре. Над головой высокий каменный свод, прямо у ног плещется морская вода, каменные выступы вокруг подземного озера ничем не огорожены. В углу расположилась довольно сложная установка, что-то вроде огромного компьютера со множеством экранов – настоящий космический аппарат, не меньше.

Краем глаза Ева разглядела широкий экран, на который выводилось множество видеозаписей с камер, установленных прямо под водой. А отдельные камеры словно плавали в океане сами по себе.

Дин набрал какую-то сложную комбинацию и подошел к ней.

– Сейчас будет самое интересное, – его темные глаза лихорадочно горели.

Он начал ее целовать, но потом заметил, что Ева находится в легком ступоре, и перестал:

– Тебе понравится, вот увидишь!

В это же самое время в большом морском озере всплыла здоровенная черная туша, как двадцатиметровая подводная лодка.

– Кит? – Ева испуганно отскочила от края. Появление громадины было неожиданным.

– Хуже, – ответил Дин, подходя ближе и гладя темный блестящий бок, – это кашалот. Он, кстати, может нападать на людей, очень прожорливый.

Потом в подводном озере появилось множество акул, все они были разные, все невероятно больших размеров и все подплывали к каменным бортам, давали себя погладить и распахивали пасти, как дрессированные собаки.

– Смотри, ничего страшного, – Дин спокойно засовывал руки в зубастые пасти монстров, а те замирали, словно выполняя приказ.

– Дин, прекрати, я не могу на это смотреть! – Еву даже начало трясти: еще немного и здоровенная акула откусит ему руку.

Дин отошел от борта, рыбы и кашалот послушно ушли на глубину, поверхность подземного озера снова стала спокойной, сразу и не поверишь, что каких-то пару минут назад она просто кишела прожорливыми зубастыми тварями.

– Вся причина тут, – Дин легко дотронулся пальцами до головы Евы, – мой отец – биолог и проводил кое-какие эксперименты. Им немного поправили мозги, и теперь это довольно разумные и послушные существа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.