Тери Кимен
Лунный свет

Хм… С чего бы мне начать?.. Наверное, для начала, мне стоит сказать, что я – кошка. Т.е. у меня есть усы, лапы и хвост. И выгляжу я как самая настоящая кошка. Обыкновенная. Правда, полностью чёрная. Но много ли вы знаете чёрных кошек? Правильно, много. Меня и не отличишь от любой другой дворовой мордашки. Но только вот… раньше я была человеком. Т.е. родилась я как самый настоящий ребёнок из самого настоящего человека. Хотя… человеком бы я это существо не назвала. Моя мать – наркоманка. К тому же, она даже не знает, кто мой отец. Даже не помнит его лицо, потому как была под очередной дозой. “И что с того?” – спросите вы. – “Почему же ты сразу кошка?” А вот это самое интересное…

Началось всё, когда мне было пятнадцать. Друзей у меня не было, т.к. город у нас маленький, и все знают о том, что творится у меня дома. Не раз мне приходилось тащить маму в невменяемом состоянии домой, пока я умирала от стыда под многозначительными взглядами прохожих. Или вытаскивать с того света, спасая от передоза или ломки. Кто ж со мной после этого захочет дружить? Не гнобили меня только потому, что была я редкостной драчуньей. Уж не знаю, откуда во мне столько силы, но я смогла однажды отбиться от троих одноклассников, возомнивших себя грозой района и подкарауливших меня после школы. Да так отделала их, что больше ко мне никто не приставал. Ну разве что за спиной шептались. Но мне всё равно, лишь бы не трогали.

Жили мы с мамой вдвоём в старой задрипанной двушке, не видевшей ремонта уже лет двадцать. Старые обесцвеченные обои клочьями висели на стенах, плинтуса давно прогнили, и оттуда то и дело выбегали жирные и в край обнаглевшие тараканы. Надо было спешить домой… Свет в очередной раз отключили за неуплату, поэтому надо было сделать уроки до того, как сядет солнце. Но мне совсем не хотелось… не люблю я домой возвращаться… но идти мне больше некуда.

Я вернулась домой сразу после школы и застала дома обдолбанную мать с очередным ненормальным хахалем. Они трахались прямо на кухне, так что я быстро ретировалась в свою комнату. Она была маленькая и почти пустая. Крохотный стеллаж у стены, на котором хранились все мои вещи: одежда, несколько книг, пачка цветных карандашей и дешёвенький уже вполовину изрисованный альбом. Я люблю рисовать. Наверное, это единственное, что меня может радовать в этой жизни – то, что я могу рисовать. Только вот зрение у меня ни к чёрту. Вижу я очень плохо. Когда-то мне даже выписали очки, но мать их так и не купила. Оно и понятно. Тратить деньги на такую ерунду, когда можно заплатить за очередную дозу… Кроме стеллажа в комнате помещался разве что только маленький диван. Я хоть и невысокая, но уже с трудом на нём помещаюсь. Т.е. если ноги до конца вытяну – пятки уже будут висеть в воздухе. Но спать можно. Мне он кажется даже удобным.

Я раскидала на диванчике учебники и принялась за уроки. Сложно… по алгебре мы начали проходить тригонометрию и решать какие-то уж совсем нереальные задания. Как можно решить задачу, где даже нет никаких данных? У-уф. Но надо стараться. Надо! Иначе мне никогда не выбраться из этого гадюшника.

Уже вечер… и так-то плохо вижу, а в темноте вообще не реально что-то разглядеть. Я сложила учебники на завтра в портфель. Если встать пораньше, то можно с рассветом доделать уроки, там совсем немного осталось. В животе заурчало… Обычно я ем в школе, т.к. мне полагается бесплатный обед, как детям без кормильца в семье. Но этого всегда мало… Иногда дома можно найти еду, если кто-то из маминых хахалей себе покупает и потом оставляет. Сегодня тоже приходил, значит, что-то можно найти.

Я прислушалась. Вроде всё тихо. Они могли уже уйти спать в мамину комнату. Я осторожно приоткрыла дверь и неслышно прокралась на кухню. Тихо. Вроде никого. Я пошарила в темноте на столе, затем полезла в кухонные шкафчики. В одном из них мне удалось найти пакет с чем-то мягким. Я открыла и принюхалась. В нос ударил запах плесени. Ох… это хлеб, я его помню. Пару недель назад мне удалось съесть несколько кусочков, пока меня не увидела мама и не наорала, чтобы я не трогала чужое. А там много оставалось… жаль.

– Есть хочешь? – ласково спросил мужской голос?

– Я вздрогнула и обернулась. В дверном проёме с трудом можно было различить силуэт мужчины. Щёлк! Огонёк, ещё огонёк. Запах дыма. Ясно, покурить вышел.

– Где мама? – испуганно спросила я.

Не знаю, зачем. Может, просто растерялась и надо было хоть что-то сказать. На самом деле, мне не было до неё дела. Спит небось, летая на розовом пони в своих сказочных героиновых снах.

– Спит уже, – ухмыльнувшись, ответил мужчина и ушёл.

И зачем он спрашивал? Ясно же, что я голодная. Только просить еду у них обычно бесполезно. Мать никогда особо не заботило, что я ем. Живая и ладно. А мужчины приходят и уходят, какое им дело до дочери очередной потаскушки? Но он вернулся… Зажёг свечу на столе и поставил на него тарелку с остатками курицы-гриль. Ах, как она пахла! Этот невероятный манящий запах жареного мяса! Я невольно сглотнула.

– Что смотришь? – усмехнувшись, спросил мужчина, подошёл к окну и прислонился к нему. – Ешь давай.

Ну а я что… чего мне отказываться? Я села за стол и принялась уминать угощение. На вкус курица была ещё вкуснее, чем казалась. Такая сочная, наверное, совсем свежая. Украдкой я посмотрела на маминого хахаля. Высокий, светловолосый, с красивым лицом. И что он нашёл в моей маме? Она уже не слишком молода, хотя для наркоманки выглядит неплохо. Но чем она зацепила такого красавчика? Он затушил окурок о подоконник и выкинул в окно. Фу как некрасиво… Понятно, что квартира у нас не очень чистая, но всё же… Нельзя же так. Мать, конечно, редко убирается, а мне как-то лень, если честно. Куда проще не снимать ботинки, когда ходишь по дому, а просто вытереть их о придверный коврик. Никогда не знаешь, что ждёт тебя дома на полу в темноте в квартире наркоманов… Мужчина присел на другой стул рядом со мной, опёрся рукой о стол и уставился на меня, мечтательно улыбаясь. Ясно. Тоже под дозой. Надо бы валить. Всё равно уже доела, только кости обсасываю.

– Спасибо, – сказала я. – Я пойду спать.

– Посиди со мной немного, – протянул мужчина. – Ты не бойся, я не наркоман.

– Ага, как же, – пробормотала я, тщетно пытаясь разобрать в его расплывчатом пятне вместо лица какие-то эмоции.

– Я психиатр из реабилитационного центра.

– Какого центра?

– Твоя мама хочет завязать и пришла к нам. Какое-то время мы общались просто как врач с пациенткой, но сейчас мы очень сблизились, – мужчина смущённо сложил руки перед собой.

– Что-то пока у вас плохо получается…

– Ну что ты, она молодец. Просто нужно больше времени. Она ведь уже довольно долго принимает. Сколько тебе лет?

– Пятнадцать, – а он действительно казался вполне адекватным, но только вот его улыбочка…

– А выглядишь уже совсем взрослой! Хотя сейчас все подростки выглядят несколько старше. Может, потому что время тяжёлое, и надо быстрее взрослеть. Как думаешь?

– Я… не знаю, – что-то не нравится мне этот странный мужчина. – Я пойду спать, мне завтра в школу рано вставать.

– Подожди ещё минуту, ладно? Я хотел бы обсудить с тобой кое-что важное, – мужчина выпрямился и слегка протянул руки ко мне.

– Что обсудить? – я неуверенно уставилась на его руки, не хочу, чтобы он ко мне прикасался, но он вроде даже и не пытается…

– Ты знаешь, твоей маме сейчас очень тяжело. Она старается, но того, что даёт государство бесплатно, не достаточно. Ей нужно пройти специальный курс реабилитации, но он платный.

– У меня нет денег, – всё ясно, очередной сектант, то-то он так улыбается.

– Да, я понимаю. Ты не думай, это не какая-то там секта. Просто курс в платной клинике, там работает мой хороший друг. Он многим смог помочь. Пройдя этот курс, наркоманы больше не возвращаются к прошлому. Там людям действительно помогают… найти свой новый смысл жизни, найти работу, новые увлечения, завести друзей.

– Но у меня всё равно нет денег. И не думаю, что у мамы есть. Это, должно быть, очень дорого… даже в долг взять не у кого.

– Я готов помочь. Но… если ты окажешь мне одну услугу.

– Услугу? Какую?

– Я полностью оплачу лечение. А вернёте деньги тогда, когда мама начнёт работать. Как сможет.

– Что мне нужно сделать?

– Раз уж мы с тобой так доверительно общаемся, давай хотя бы познакомимся. Меня зовут Денис, а тебя?

– Я… Карина.

– Карина, какое красивое имя! – Денис немного придвинулся ко мне и опустил глаза, что же он хочет?!

– Так, что за услуга?

– Карина, ты же уже взрослая, да? – мужчина положил одну руку мне на колено и посмотрел прямо в глаза. – Такая женственная, красивая, сильная. За тобой же уже ухаживали мальчики?

– Не трогай… – я стряхнула его руку, вскочила и хотела уже уйти, но Денис схватил меня за руку.

– Карина, ты же хочешь помочь своей маме? Хочешь нормальную семью? Нормальную жизнь?

Я замерла. Конечно, мне хотелось нормальную жизнь. Когда на маму находило озарение, она очень жалела о своей наркоманской жизни. И хотела исправиться. Много раз попадала в секты, где предлагали светлое будущее, но потом уходила оттуда, т.к. в итоге все требовали продать квартиру. Как бы ни была мама плоха, но она не хотела оставлять меня жить на улице или отправлять в детский дом. Там ещё хуже. Мама любила меня, как могла. На что хватало её скупых, оставшихся после дозы эмоций. Поэтому, как бы ни соблазняли её паршивые сектанты, мама всегда возвращалась домой. А сейчас…такой шанс. Нормальная клиника, качественное лечение.

Денис видел моё замешательство. Конечно, он же психиатр, знает что у людей в головах. Теоретически… И хоть я и стояла к нему спиной, всё равно чувствовала его взгляд. Уверена, это был торжествующий, надменный и похотливый взгляд. Денис знал, что у меня не было выбора. Знал, что я не захочу упустить свой шанс. И как подвести меня к этому шагу… Денис подошёл и обнял меня сзади. Я вздрогнула, но не ушла. “Всё хорошо, – прошептал он. – Меня не нужно бояться. Всего один раз. Я буду очень нежен и осторожен. Я же у тебя первый?” Хах! Ага, как же! Первый! Ничего он не знает о жизни таких как я! Да, отношений у меня не было никогда. Никто меня не любил, кроме мамы. Но её обдолбанные ухажёры… некоторым из них было мало того, что они получали. Когда мать уже в отключке, они приходили ко мне. И те, кто оказывался сильнее меня… Даже не хочу вспоминать этот кошмар. Самый первый раз, когда мне было десять, я с трудом пережила. Мне было больно и страшно. А мать просто не поверила. Только наорала на меня, что я себе нафантазировала всякое, типа завидую ей. Чему там завидовать?! Мать никогда меня не била, и пальцем не тронула. Но её вот этот эгоизм! Она никогда меня не защищала! Пусть теперь сама справляется! Не хочу! Больше не хочу! Не подпущу к себе никого! Я попыталась вырваться, но Денис только сильнее вцепился в меня.

– Потерпи немного, – жадно вдыхая и целуя мне шею, прошептал Денис.

– Отпусти, – закричала я, пытаясь отцепить его руки.

– Не дёргайся, а то я могу сделать тебе больно.

– Нет!

Я вцепилась в его руки, ногой с размаху ударила его, и мы рухнули на пол. Но Денис не отпустил меня, а навалился всей тяжестью сверху. Он прижал меня лицом к полу и стал лапать меня за грудь, шумно выдыхая. Я чувствовала, как его стояк упирается мне в попу и зарыдала. Это отчаяние, беспомощность. Почему все они решили, будто могут брать меня силой? Почему считают, что имеют на это право?! Ненавижу этот мир! Ненавижу мать! Ненавижу этих мужиков! Всех ненавижу! Хочу, чтобы все они сдохли! Сгнили, исчезли с лица земли! Хочу… хочу… умереть… сжаться в комок и раствориться во тьме. Чтобы больше ничего не чувствовать, не видеть и не слышать этих мерзких вздохов. Хочу…исчезнуть.

Внезапно тело моё онемело. Жар прошёлся от затылка до ступней. Спину обдало слишком горячим, но приятным ветром. В лёгкие будто забилась вата. Было тяжело дышать. Но… было так приятно. Так спокойно. Денис что, накачал меня чем-то? Но как? Подсыпал что-то в еду? Под ногтями внезапно сильно зачесалось. Я вцепилась в пол, но он уплывал подо мной, будто я качусь вниз. Я пыталась сделать вдох, не получалось. Что это? Я умираю? Нет! Я не хочу! На самом деле совсем не хочу! Не хочу умирать! Собрав всю свою волю, я закричала. Чтобы мир знал, что я жива. Чтобы слышать собственный голос. Чтобы проснуться от кошмара. Но вместо своего крика я услышала протяжный вой.

“Какого?..” – этот растерянный голос… Это Денис? Ох, меня больше никто не держит. Нет тяжести тела сверху. Что происходит? Я встала на четвереньки и огляделась. Где я? Эта странная, полу-тёмная большая комната… почему она кажется такой знакомой? И почему я так хорошо вижу? Не то что бы прямо чётко. Но вот Дениса могу увидеть довольно хорошо, гораздо чётче, чем раньше. Почему он остановился? И… почему он такой большой?! Или… я посмотрела на свои руки… т.е. лапы. Всё правильно, это были настоящие кошачьи лапы. Я повернулась к столу, посмотрела на свечу. Всё ещё горит. Таким странным тёплым светом. Цвета немного другие. Я стала кошкой? Почему? Как это возможно? Я посмотрел в лицо Дениса. Он был ошарашен, стоял как вкопанный и не говорил ни слова. Просто стоял и смотрел. Что ж… хотя бы не умерла, зато отделалась от него. Никто не захочет ведь заниматься сексом с кошкой? Или?.. Не хочу узнавать! Я рванула к окну, запрыгнула на него, затем в открытую форточку. Живём мы на первом этаже, так что… кошки же легко могут спрыгнуть? Не узнаю, пока не попробую. И я спрыгнула. Удар. У-ух. Это было не очень приятно. Но лапы и хвост целы. Ох, хвост! У меня теперь есть хвост! Я посмотрела на него, а затем в окно. Оттуда на меня смотрел Денис всё также удивлённо и безмолвно. Не хочу его видеть! Никого не хочу там больше видеть! Я рванула прочь по улице, мокрой и грязной. Вокруг валялся брошенный мусор, неохотно капал ледяной осенний дождь. Я бежала, сколько хватало сил – через дороги, по тротуарам и чахлой траве. Уворачиваясь от машин, редких прохожих и удирая от бездомных собак. Когда я почувствовала, что сил не осталось, то оказалась у моста на трассе. Под мостом никого не было, там можно было спрятаться от дождя. Я прижалась к холодной стене, мокрая и дрожа от холода. Но я была счастлива. Я жива! И я… свободна!

Так началась моя новая жизнь. Поначалу было очень тяжело. Мне пришлось учиться охотиться, ловить мышей и птиц, чтобы прокормиться. Их мясо было не очень вкусным, но вполне подходило для еды, как ни странно. Иногда мне удавалось стащить настоящее мясо с местного рынка – вот это был пир! Оно было таким вкусным и сочным, самым лучшим на свете! Мясо я любила больше всего. Зимой я пряталась в тёплых подвалах домов или мрачных, тревожных подъездах. С другими котами мы обычно не ладили, так что мне частенько приходилось драться. Кошачьи драки – это нечто! Когти и зубы у нас были острые, как лезвия, так что можно было вполне разорвать друг друга на части. Но уличные коты умеют вовремя отступить. Как только я понимала, что мне не победить, сматывалась подальше. Ну и другие коты делали так же. Жизнь уличной кошки непроста, но мне не на что жаловаться. В конце концов, ко мне больше никто не приставал. А если кто-то пытался приблизиться, мне удавалось напугать его шипением или убежать.

Весной я очень любила лазать по деревьям. Во-первых, там можно было найти гнёзда птиц и полакомиться яйцами. Во-вторых, там точно меня никто достать не мог: ни прохожие, ни собаки. Только вот… было одно неудобство. Оказывается, я не навсегда превратилась в кошку. Одну ночь в месяц, в полнолуние, если я засну, то превращусь обратно в человека. Первый раз меня это очень напугало! Я проснулась в подвале, ёжась от холода и дрожа. Когда поняла, что снова стала человеком, так испугалась, что опять превратилась в кошку. Как я поняла, для этого мне достаточно было захотеть съёжиться и исчезнуть, раствориться. Сложно описать это чувство. Наверное, оно ещё похоже на то, когда хочешь провалиться сквозь землю. Только от страха. Но, повторюсь, жаловаться мне особо и не на что. Я была свободна, и больше ни от кого не зависела. Не была привязана к какому-то месту. Если меня что-то не устраивало, я просто уходила.

Такой размеренной и вольной жизнью я наслаждалась несколько лет. По-кошачьи сложно считать дни – ни календаря, ни часов, ни телефона у меня, конечно же, не было. Но по ощущениям прошло лет пять, не меньше. Мне наскучил этот серый, невзрачный город, хотелось чего-то большего! И я прошмыгнула на один поезд. Не знаю, куда он шёл. Мне было всё равно, лишь бы другое место. Добывать еду в поезде было крайне непросто. Я бы сказала, почти невозможно. Пару раз мне удавалось выпросить у людей сосиску и кусочек курицы, но меня тогда чуть не поймали… так что я благоразумно пряталась до конца поездки – а это было целых четыре дня! В общем, в новый город я приехала жутко голодной, поэтому даже не обратила внимание на название. Выскочила сразу, как только открылись двери, под удивлённые возгласы пассажиров. Ну что так удивляться? Кошку никогда не видели?

Возле одного из ларьков милая девушка угостила меня сосиской. Спасибо! За это я даже позволила себя немного погладить. Вообще мне нравится, когда меня гладят, это приятно. Особенно, когда чешут за ушком. Но позволяю я это делать только девушкам! Не люблю детей и мужчин, они слишком непредсказуемы и злы. Поэтому, руки прочь! Угощение я приму, но и только.

Ох, новый город оказался таким большим и шумным! К тому же приехала я в самый разгар зимы. Было очень холодно и снежно. И очень много бездомных котов. Но зато здесь были сердобольные старушки, которые постоянно подкармливали нас вкусным кормом из пакетиков. Я поселилась в одном жилом районе и каждый вечер оббегала заветные места в поисках лакомства. И даже подружилась там с котами. Уж насколько они были откормлены, что вообще почти не лезли в драку. Когда наступила весна, мы вместе стали играть и носиться по дворам. Ночами. Мелодично завывая. Мне кажется, местным жильцам это не очень нравилось. Именно поэтому, наверное, однажды и случилось это…

Я, как обычно вечером, подошла к одному из мест кормёжки и увидела странное – мясо. Не вкусный корм из пакетиков, а настоящее свежее мясо. У-ух, как я по нему скучала! В этом городе его днём с огнём не сыщешь, а тут такое угощение! Конечно же, я на него набросилась. Но, съев всего кусочек, почувствовала себя плохо. Очень сильно заболел живот, стало тошнить. Я попыталась убежать с того места, но далеко уйти не смогла. Упала на траву, тяжело дыша. Меня несколько раз стошнило. Было очень плохо и больно. Будто что-то разъедало меня изнутри. Я лежала и жалобно стонала (т.е. мяукала) от боли. Это мясо было отравлено. Сволочи! Как так можно?! Наверное, это мой конец. Как жаль. Мне так понравилось быть кошкой…

Кто-то поднял меня. Не надо! Мне так плохо! Не надо меня трогать! Я приоткрыла глаза и увидела старушку, которая подкармливала котов. Ладно… пусть держит. Она была такая напуганная, стояла, причитала и плакала. Добрая женщина. Умереть на её руках… не так страшно. Я закрыла глаза. Старушка слегка покачивала меня и успокаивала: “Всё будет хорошо, не бойся, потерпи немного, моя хорошая”. Потерпеть немного – это можно. Для неё я могу и потерпеть. Интересно, как долго я буду умирать?

Старушка положила меня куда-то. Она принесла меня домой? Я открыла глаза. Всё вокруг расплывалось. Белые стены, странный запах… больницы? Старушка принесла меня в больницу? Наверное, это ветеринарная клиника, куда ж ещё меня могли принести? Ну и пусть. Я слышала, что усыплять больных животных – это очень гуманно. И не больно. Главное, чтобы эта прожигающая насквозь боль прошла как можно скорее. Всё равно ж умру. Врач взял мою лапу, сбрил оттуда шёрстку и вставил иглу, закрепив липким бинтиком. Красивый, синий с нарисованным следами котов. Я закрыла глаза и почувствовала, как мне что-то вводят. Интересно, это быстро? Станет ли ещё больнее, когда буду умирать? Да нет, совсем не больно. Только дышать… тяжело.

– Не буду вас обнадёживать, – услышала я женский голос, видимо, того самого врача. – У таких отравлений прогноз очень неблагоприятный.

– Она… у-умрёт? – дрожащим голосом спросила старушка.

– Она выглядит очень молодо. Есть небольшие шансы. Будем надеяться на лучшее, но… вы понимаете.

– Всё хорошо, – пролепетала старушка, поглаживая меня по голове. – Ты справишься! Ты же такая сильная! Держись!

– Её лучше оставить в стационаре. Идите домой и отдохните.

– Ой, ну как же я могу её бросить?!

– Мы позаботимся о ней. Лучше, если она побудет в тишине.

– Хорошо.

– Как её зовут?

– О, зовут?.. Честно говоря, у неё нет имени. Я звала её просто кошкой.

– Она выходила раньше на улицу? Прививки сделаны? Аллергия на что-то?

– Я… не знаю. Она появилась у нас во дворе несколько месяцев назад. Наверное, она потерялась.

– Это уличная кошка?

– Да.

– Вы очень добрая! Этой кошке повезло, что вы не оставили её. Вы подарили ей шанс. Не беспокойтесь, дальше мы сами позаботимся о ней.

– Угу…

Старушка всхлипнула. Я открыла глаза и увидела, как она уходит. Врач осторожно подняла меня на руки и отнесла в небольшую клетку. Наверное, тут я и умру. Как же хочется спать… В клетке было тепло и спокойно. Боль будто затупилась, и я заснула. Не знаю, сколько мне удалось проспать, но проснулась я от того, что молодая девушка-врач меня тормошила. Я приподнялась.

– Какая ты молодец, – нежно сказала девушка, снимая с лапки иголку. – Теперь всё позади.

– Ой, что же, она поправилась? – запричитала старушка позади.

– Не совсем, но теперь точно поправится. Пусть ещё денёк у нас полежит. Но ей нельзя на улицу, сможете забрать её домой?

– Ах, нет, не получится… мой сын очень разозлится, он очень не любит животных.

– А у вас нет никого, кому можно было бы отдать её хотя бы на пару недель?

– Нет, не думаю… я поспрашиваю у знакомых, но…

– Бабушка, у нас тут недалеко есть хороший приют, о ней там смогут позаботиться. Завтра передадим кошку туда, хорошо?

– Ой ну прямо в приют… даже не знаю. А он точно хороший? Слышала я про эти приюты, там одни живодёры. И животинку усыпляют.

– Ну что вы, бабушка. Это очень хороший приют. Они частенько просят нас помочь, так что я точно знаю, что там работают хорошие люди.

– Ну ладно, доченька. Ты хорошая, вижу, что тебе можно верить. Ну вы уж позаботьтесь о ней!

– Конечно!

Хм… приют? Не знаю, что-то мне не очень хочется жить в клетке. Но я и правда сейчас слишком слаба, чтобы выживать на улице. К тому же, я уверена, что смогу оттуда сбежать. Они же закрывают все клетки на щеколды. Обычные кошки слишком глупы, но я-то смогу её открыть.

Из клиники меня забирал подозрительный хмурый мужик. Я совсем не хотела идти с ним, шипела и царапалась. Но увы, я всё ещё слишком слаба… поэтому меня с лёгкостью завернули в плед и затолкали в переноску. Ну и ладно… всё равно я собиралась немного пожить в приюте, пока не оклемаюсь. А на мужика плевать, всё равно он не особо ко мне приставал. Выгрузил в маленькую комнатку-ячейку и закрыл стеклянную дверцу на ключ. Ключ?! Какие ключи? С каких это пор закрывают котов на ключи? Хм… надо найти способ оттуда выбраться. Интересно, а это стекло можно разбить? Пока у меня точно не хватит сил, но потом…

Стеллажи с большими квадратными полками стояли вдоль стен большой и просторной комнаты. В стеклянных дверцах, которые закрывали каждую такую полочку, были проделаны дырочки для воздуха. Тут было много напуганных котов, которые орали или забивались в угол, подозрительно поглядывая на проходящих мимо сотрудников приюта. Ко мне подошли двое – тот хмурый мужчина, который меня привёз, и немолодая женщина в спортивном костюме и небрежно собранными волосами на голове.

– Эта новая кошка? – спросила женщина.

– Угу, – пробубнил мужчина, подозрительно косясь на меня.

– Что сказали врачи?

– Молодая, года 2-3 только. После отравления мышьяком. Пока должна сидеть на диете, следить за общим состоянием. Не кастрированная.

– Да? Надо обязательно кастрировать. Прогони ей паразитов и прокапай. И поставь на через неделю прививку. Через 2 недели приедет врач из клиники, будет всех новеньких кастрировать – её тоже запиши.

– Понял.

Кастрировать?! Они там совсем с ума сошли? Я им не какая-то там обычная кошка. Надо что-то делать… Надо выбираться отсюда. Хмурый мужик открыл дверцу, накинул на меня одеяло и завернул так, что я не могла и пошевелиться. Сволочь, что ты собрался делать?! Он затолкал в меня какую-то таблетку, фу! Но я смогла его укусить за палец, так ему и надо! Ещё и дрянь мне какую-то на шею намазал. Ну держись, мужик. Дай мне только оклематься, я выберусь отсюда и всё лицо тебе исцарапаю!

Наконец-то ушёл. Я смотрела на него через стекло и угрожающе мурчала. А он даже и глазом не повёл, гадёныш. Ох… как я устала. Хочется спать. Посплю тут немного, а завтра подумаю, что делать дальше.

Проснулась я уже ночью от странного ощущения. Живот почему-то опять болел, но это ладно. Всё тело горело. Я приподнялась и посмотрела наружу. В окно светила яркая полная луна. Полнолуние! Чёрт! Мне нельзя спать! Поэтому и проснулась, что начала обращаться. Так, без паники. Чёрт его знает, что со мной будет, если я тут обращусь. Я ж не помещусь человеком в эту маленькую каморку! Сломаю её, или себе что-нибудь сломаю. Да и люди тут… У-ух, живот. Зато тело гореть перестало. Могу поклясться, что живот заболел из-за этой дрянной таблетки. Сам бы эту гадость жрал, мразь!

До утра я еле продержалась. Зато, как сходила в маленький лоточек, так сразу полегчало. Надеюсь, больше меня ничем пичкать не будут. О, сегодня пришли несколько человек и стали убирать в кабинках с котами. Положили безвкусный сухой корм, но зато лоток почистили. Я с интересом наблюдала за ними, но потом люди ушли, и остались только мы с котами. Ну и ладно, всё равно всю ночь не спала, зато теперь отосплюсь.

Ночью в окно опять светила полная луна. Так красиво. Когда я была человеком, то никогда особо не смотрела на небо. И на луну тоже. А кошкой частенько зависала на крышах и деревьях. Нравится мне эта луна, очень нравится. И хоть она кажется полной, сегодня точно не полнолуние, так что я снова легла спать, когда вдоволь налюбовалась лунным светом.

Утром снова пришли молодые люди. Студенты что ли на подработке? Или волонтёры? О, они сегодня убираются тщательнее, все миски помыли, и лотки почистили как следует. Молодцы! Только вот они уж слишком ловкие. Мне никак не удавалось выскочить из каморки, всё время ловили и не пускали. Ну как так-то? Ничего, скоро совсем оклемаюсь. Мне уже намного лучше и сил стало больше. Значит, скоро сбегу.

Ещё появились люди, много людей. Они приходили, смотрели на нас и обсуждали. Умилялись и пытались заснять на телефон. У меня-то в детстве не было такого, они только начали появляться. А теперь – какие-то прям крутые модели появились. Даже фотографировать можно. Меня раньше на улице снимали. Я и не против. Мне нравится, что как кошка я очень красивая. Куда мне до моего невзрачного человеческого вида: тощая, с неприметной мордашкой и всклокоченными чёрными волосами. Они ещё и выросли ниже пояса, как будто я и не обращалась кошкой. Хотелось бы мне больше никогда не возвращаться к этой человеческой форме… Быть кошкой так хорошо! Эмоции совсем другие, как будто я становлюсь мудрее и спокойнее. Но мне сложно бывает уследить, когда полнолуние, так что я всё равно время от времени превращаюсь в человека…

А я поняла, что это за люди! Конечно же, они выбирают себе котика домой. А это выход! Сбежать из чьего-то дома гораздо проще, чем из этой каморки. Надо бы найти какую-нибудь смазливую мордашку. Конечно же, девушку! И построить глазки, я это умею. Я придвинулась к стеклянной дверце и поставила на неё передние лапки. Всем это нравится. Несколько девушек заметили меня. Отлично! Они подошли поближе, фотографируя и умиляясь. Я побила лапкой по стеклу – “хочу наружу”. Ох, они ещё больше заулыбались, но… сделав несколько фото, ушли. Да… надо что-то делать. Я задумчиво наблюдала за посетителями, пока ко мне не подошёл мужчина. Высокий, подтянутый, в чистом деловом костюме, с аккуратно подстриженными каштановыми волосами, бледным лицом и выразительными карими глазами. Так-то он красавчик, конечно, но вообще не вписывается в здешнее общество семейных компаний.

– Приве-е-ет, – протянул мужчина, приветливо улыбнувшись и наклонившись ко мне. – Кажется, я тебя нашёл.

Кого он искал, я не знаю, но уж точно с ним никуда не пойду! Я попятилась, изогнулась и зашипела. Пусть валит!

– Какая характерная, смотри-ка! Но меня это не пугает. Меня зовут Марк, а тебя? – мужчина пробежался взглядом по табличке на кабинке. – Хм, у тебя нет имени? Хорошо, я буду звать тебя Багира, ладно? Нравится имя “Багира”?

Вместо ответа я угрожающе промяукала и снова зашипела.

– Ну, не нравится, потом выберем что-нибудь другое. Не кошкой же, в самом деле, тебя звать?

Марк, выпрямился и ушёл. Ох, нет! Только не это! Только не мужчина! Я им без боя не дамся! Все моськи им расцарапаю! Голыми руками меня не возьмёшь!

– Вы уверены, что справитесь? – с сомнением спросила женщина, подошедшая с Марком.

– Думаю, это не будет просто, но на всё нужно время, правда? – Марк обезоруживающе улыбнулся и снова посмотрел на меня.

Я зашипела и угрожающе мяукнула. Пусть только откроет клетку, и я покажу, какие острые у меня когти!

– У нас много других кошек, посмотрите остальные комнаты, вы же там ещё не были? – не унималась женщина, опасливо на меня поглядывая.

– Думаю, это то, что мне нужно. Поможете с переноской?

– Хорошо. У вас уже всё готово для питомца?

– Да, есть миска, лежанка и лоток.

– Обязательно купите когтеточку, а то всю мебель вам испортит!

– Конечно, спасибо за совет. О ней я не подумал.

– Если не справитесь, можете вернуть её. Только не выгоняйте на улицу, она сейчас очень слаба.

– Ну что вы, я справлюсь. Если что, я могу вам набрать и посоветоваться?

– Конечно! Я напишу телефон куратора на договоре.

– Спасибо.

Этот излишне вежливый Марк меня раздражает. А как он на меня смотрит! Будто влюбился! Как же мне так не повезло? Ох, надеюсь, я смогу от него удрать… Я уже чувствую себя хорошо, так что вполне смогу выжить на улице. Главное, больше не есть подозрительного мяса…

Они ушли, но вскоре ко мне подошёл тот мужик, который сюда привёз. Ох, тварь, я тебя помню. Вот и настал мой час! Я приготовилась к прыжку, и рванула, как только открылась дверца. Ах, он меня поймал в одеяло! Вот сволочь! Опять не пошевелиться! Мужик затолкал меня в переноску, прикрываясь одеялом от моих когтей и зубов. Блин, не удалось даже поцарапать его. Жаль, это было мой последний шанс… “Ну, поехали домой?” – сказал Марк, подхватил переноску и вышел из приюта.

На улице было по-летнему тепло. Свежий запах молодой листвы и душистых цветов одурманивал. Как не хотелось мне уходить отсюда, как хотелось вырваться из этой переноски! Я драла её когтями, грызла, угрожающе кричала и шипела. Но Марку было всё равно. Он закинул меня на переднее сидение, а сам сел за руль и поехал. Я попыталась подцепить лапой замок, но прочные металлические прутья не позволяли мне высунуть лапу. Я вгрызлась в них и попыталась разорвать их когтями. Прутья слегка поддавались, но совсем чуть-чуть. Ох, если я постараюсь, то, возможно…

– Прекрати, ты поранишься, – недовольно протянул Марк. – А мне потом таскаться с тобой в клинику.

– Муа-а-а, ш-ш-ш-ш, – злобно ответила я и только яростнее стала драть решётку.

– Ты сейчас вырвешь себе коготь, пойдёт кровь, ты вся измажешься и придётся мыться. Хочешь, чтобы я тебя помыл? Так я и без этого могу, можешь не напрягаться.

Ну уж нет! Чтобы он ещё своими грязными руками меня купал! Я отодвинулась от решётки и притихла. Прутья всё равно лишь слегка поддавались, но стоило их отпустить, сразу возвращались на место. Никакого толка, только силы зря трачу. Лучше приберегу их на потом.

– Вот молодец, – удовлетворённо сказал Марк. – Хорошая кошка.

– Ш-ш-ш, – злобно прошипела я.

Пусть не зазнаётся. И с чего это он со мной разговаривает как с человеком? Нужно не забывать, что я – обычная кошка. И не понимаю человеческих слов. А то ещё заподозрит неладное… Хотя, многие люди разговаривают с животными, я постоянно таких встречала. И их совсем не удивляло, что я их понимаю. Так что можно не особо париться.

Ехали мы долго, я даже успела задремать и не заметила, как мы уже приехали и оказались у него дома. Я проснулась от щелчка замка на переноске. “Выходи, – сказал Марк, присев на корточки, приветливо улыбнувшись и открыв дверцу. – Добро пожаловать домой! Твоя комната прямо и направо”.

И что это он раскомандовался?! И зачем объяснять кошке, где её комната? Кто вообще кошкам даёт комнату? Надо бы сначала осмотреться… но я не хочу выходить, пока он так на меня смотрит. Ещё поймает и начнёт тискать. Брр. Марк вздохнул, встал и пошёл прочь. Где-то в конце большой комнаты он зашёл в дверь слева и закрылся. На замок. Что?! Он закрылся от меня на замок? Совсем идиот что ли? Я медленно вышла и осмотрелась. Большая просторная комната с очень высоким потолком, украшенным лепниной. Вместо одной стены спереди были огромные панорамные окна, откуда падал свет от яркого дневного солнца. Один большой диван по центру, а напротив него на низеньком комоде стоял огромный плоский… телевизор? Никогда не видела таких, но предполагаю, что это именно телевизор. Справа было три двери, но всего одна была приоткрыта. Подозреваю, что для меня. Слева была не только дверь в комнату Марка, но и просторная арка. Сначала пойду туда. Ох, там оказалась просторная столовая с широкими, но хотя бы не в пол идущими окнами, как в холле. Ещё одна арка в кухню. Всё было обставлено очень современной техникой. Я даже не совсем понимаю, для чего она. Богатенький мне попался хозяин… Тьфу ты, никто мне не хозяин! Сбегу от него, как только появится возможность!

Я вернулась в холл и ещё раз осмотрелась. Под диваном было место, куда можно спрятаться. Хм… надо бы запомнить. Приоткрытая дверь манила меня. Ох уж это кошкино любопытство! Я прислушалась. За закрытой дверью, где сидел Марк, было тихо. Интересно, что он там делает? Хотя, не важно. Я вошла в свою комнату. Это… было странно. Она была довольно просторной. По центру стояла кровать, напротив неё комод, большой стеллаж, наполовину заполненный книгами, письменный стол у окна и у входа большое странное зеркало, разделённое секциями шириной примерно в полметра. Я подошла к нему. Оттуда на меня смотрела чёрная кошка с яркими жёлтыми глазами, слегка помятая и лохматая. Надо бы себя вылизать как следует. Я прошлась вдоль зеркала, наблюдая за своей мягкой и грациозной ходьбой в отражении. Круто! Это я всегда так хожу? Я несколько раз подпрыгнула, резко бросилась в сторону, играя со своим отражением. Прыжок. Ещё прыжок. Кувырок. Я вскочила и бросилась на своё отражение, оперев на него передние лапы. Ой. Зеркало покачнулось. Слегка, еле заметно… показалось что ли? Я отошла подальше, развернулась и с разбегу прыгнула на отражение. Зеркало вновь дрогнуло от прыжка. Это потайная дверь! Я подошла к ближайшему шву и стала поддевать его когтями. Копала, копала, пока, наконец, зеркало не поддалось и чуть-чуть не сдвинулось в сторону. Ого, как интересно! Я надавила посильнее, ещё немного покопала и смогла отодвинуть зеркало настолько, чтобы пройти. Внутри было темно, но я смогла различить штанги с пустыми вешалками и полки, на некоторых из них стопками лежали чьи-то вещи. Похоже, это просто такой шкаф. Интересненько… кто тут жил до меня? Или живёт? У этого странного мужика есть такой же странный сосед? Или соседка? Брат, сестра или девушка? Тогда почему эта комната моя? Хотя… я просто зашла в открытую комнату, с чего я взяла, что это моя? Тут справа ещё две. Пойду их тоже проверю. Я вышла, подошла к двери рядом и уставилась на круглую ручку. И вот как, интересно, я должна туда попасть? Я попробовала поскрести дверь, но там явно была защёлка, так что нужно было как-то повернуть эту круглую ручку. Что ж, вызов принят! Я подпрыгнула, зацепилась когтями за неё и несколько раз дёрнулась из стороны в сторону. Упала. Ну ничего, ещё раз! Подпрыгнула, раскачивая ручку в стороны. Опять упала. Агрх, как же это бесит! Ещё раз прыгнула, яростно вцепилась в ручку, задними лапами с когтями упёрлась в дверь, а передними, царапая лакированное дерево, дёрнулась в сторону-другую, ещё раз и ещё! Ох, опять сорвалась. Упала на бок, больно. Дурацкая дверь! Я яростно выругалась на неё по-кошачьи, а затем стала драть за угол, пытаясь открыть.

Я понимаю, что это было глупо, но мне хотелось как-то выплеснуть злость, а угрожающе мяукать на дверь, заодно её раздирая когтями – лучшее средство от нервов! В кошачьем обличии я почти не чувствовала эмоций, и это было хорошо. Зато, когда меня внезапно одолевал порыв страха или злости, мне хотелось поскорее избавиться от него. Когда страшно – убегала и пряталась, в укрытии всегда спокойно. Когда злилась – я орала и драла когтями всё, что было поблизости. Кстати, отлично помогает. Всем советую! Конечно, если вы можете стать кошкой. Но я, кажется, немного отвлеклась…

И так, пока я самозабвенно предавалась уничтожению чужой двери в чужой квартире, Марк умудрился бесшумно выйти и подойти ко мне. Я не заметила его, пока он не сказал: “Наверное, стоит поменять ручки, чтобы было удобнее”. Ох, как я испугалась! Не то что бы я так уж боялась Марка, нет. К вам когда-нибудь подкрадывались родные или близкие? Случайно или специально, чтобы подшутить и напугать? Мы же боимся, как правило, не самого человека, а факта неожиданности. Сидишь такой в своих мыслях, занят чем-то очень важным, полностью вовлечённый в процесс, например, уничтожения двери, а тут БАЦ! И кто-то, оказывается, смотрит за тобой. Хоть бы ногами пошаркал или кашлянул, когда вышел из комнаты. Но не думаю, что это помогло бы, уж очень меня увлёк этот процесс.

В итоге я, с диким воплем изогнувшись дугой, рванула под диван, успев задеть в порыве ярости ногу Марка. Он сдавленно застонал, отскочив в сторону. Так ему и надо, нечего пугать кошек!

Под диваном было спокойно и пыльно. Вот грязнуля! Я проследила за босыми ногами Марка. Он, прихрамывая слегка окровавленной левой, открыл пострадавшую дверь и вошёл внутрь. Там включился свет. Затем я услышала, как полилась вода. Наверное, это ванная комната. Интересно, а мой туалет там? А то мне уже как бы надо… Марк с мокрой ногой вскоре вышел из ванной, не закрывая дверь, и дохромал до третьей комнаты. Обернулся и сказал: “Это моя спальня, туда ходить не надо. Я пойду спать. Спокойной ночи”. Какая ночь?! Время едва ли за полдень, солнце вовсю ещё греет. Может, в его роду тоже были ночные животные? Совы там, кошки…

Дверь за Марком закрылась, а я осталась одна. Что ж, пойду проверю, что там в ванной. Я медленно туда вошла, прислушиваясь к еле различимым звукам в доме и принюхиваясь. Здесь пахло сыростью, стиральным порошком, мылом и шампунями. В общем-то, вполне ожидаемо. На полу был мягкий ворсистый оранжевый коврик, в углу большая белая ванная, а рядом душевая со стеклянной перегородкой. На стенах висели полки с полотенцами и банными принадлежностями. Совсем рядом с дверью стояло две… стиральные машины, наверное? Они немного отличались, но похожи были именно на стиральные машины, хотя я многого тут не понимаю… Унитаз, высокий и блестяще чистый. Хм… а где лоток? Я походила по просторной ванной комнате, принюхиваясь, но ничего не нашла. И что прикажете делать? Не в унитаз же ходить?! Тем более, что от него пахло Марком. Фу!

Я вышла из ванной и осмотрелась. О, у окна стоял огромный фикус, прямо как у меня в школе в классе биологии. Это довольно придирчивое растение, требует ухода и заботы. Оно стояло в большом горшке. О, да! Именно то, что нужно! Я подошла к фикусу, запрыгнула в горшок и, раскопав себе небольшую лунку, сделала свои дела. Закапывая, я зацепилась когтём за ствол и отдёрнула лапу. Ого! Об него ещё и когти точить можно! Я набросилась на ствол и с наслаждением подрала его когтями. Ой, он завалился. Я успела отпрыгнуть, так что меня не задело. Хм, а так даже удобнее! Кстати, вы пробовали фикус на вкус? Горьковат, но на голодный желудок самое то! Я немного погрызла листья, чтобы заморить червячка. Устала… Под диваном было темно и уютно, пойду спать туда.

Проснулась я, когда Марк с кем-то разговаривал. Слегка хрипловатый, но приятный женский голос говорил:

– Неужели весь этот бардак учудила маленькая кошка?

– Ну я-то вообще спал, – сонным голосом отвечал Марк.

– Ну и запах, фу…

– Хм, предполагаю, что мой фикус показался ей отличным местом для справления нужды… бедняга…

– Может, стоит поставить лоток в холл?

– Эм… знаешь, я не покупал лоток.

– Что?! И куда, по-твоему, она должна ходить в туалет?!

– Ну, я оставил дверь в ванную открытой… подумал, уж для неё и так всё будет очевидно.

– Марк, скажи мне, ты дурак? Это же кошка! Ты хотя бы корм купил для неё?

– Честно говоря, я рассчитывал, что она будет есть со мной…

– Как же вовремя я решила заскочить!

– Ты всегда вовремя заходишь…

– Так, одевайся, пойдём с тобой в магазин.

– Какой магазин?! Ты видела время? Уже двенадцатый час.

– Пойдём в гипер, возьмём самое необходимое, остальное докупишь завтра.

– Завтра я рано утром уйду, Леонид вызвал. И даже не представляю, когда вернусь.

– Значит, послезавтра. Сам планируй своё время. А кто будет присматривать за ней в твоё отсутствие?

– Эм… ну… ты?

– Я?! У меня своих дел хватает. Оставишь ей корма побольше и воды, и в лоток наполнитель нужно будет… ой, смотри-ка, она под диваном!

Ух, меня заметили! Я так хотела рассмотреть гостью, что не заметила, как высунула нос из-под дивана. Она была высокая, с коротко стриженными русыми волосами, как у мальчика, и… слегка полноватая?.. сложно было разглядеть из-за свободной одежды: голубой толстовки и ярко-синих спортивных брюк. Незнакомка посмотрела на меня, слегка улыбаясь, а затем присела, протягивая руку.

Ага, сейчас, разбежалась. Я угрожающе зашипела и снова залезла глубже под диван. Затащили меня в этот отвратительно богатый домишко, морят, значит, голодом, ещё и руки протягивают. Лучше бы дверь распахнули и выпустили.

– Она не очень-то приветлива, – укоризненно протянул Марк.

– Да, я заметила, – грустно ответила гостья. – Ну, ничего. Дай ей время. Покормим, авось подобреет.

– Она какая-то слишком дикая.

– Кто знает, сколько она прожила на улице… Давай-ка иди собирайся, у меня не так-то много времени.

Марк с гостьей вскоре ушли. Я вылезла из-под дивана и осмотрелась. Из огромного окна комнату освещал яркий полумесяц. Очень хотелось пить… и есть… Я подошла к фикусу и ещё немного погрызла горьковатые листья. Гадость… но хоть что-то. Может, поискать еду на кухне? Я подбежала к громадному холодильнику и подцепила лапой одну из дверей. Ох, какая тяжёлая, еле открыла. На меня повеяло холодом, похоже, я открыла морозилку. Этот холодильник был похож на обычный шкаф. Я выдвинула нижний ящик, покопалась в замороженных коробках, но ничего не нашла. Тогда я открыла вторую дверцу. Ах! Холодильник неожиданно запищал. Я так испугалась! Прыгнула на полки повыше, перебирая овощи, яйца, какие-то странные контейнеры. Пофиг, и яйца сойдут. Я сбросила несколько на пол, спрыгнула к ним и с удовольствием умяла питательный завтрак. Для начала, пойдёт. Этот писк из холодильника раздражал, поэтому я убежала в холл, а затем в “свою” комнату. Всё ещё не понимаю, почему она именно “моя”, ведь для кошки там вообще ничего не было. Заскочив в шкаф со странными дверьми, я забилась подальше, чтобы не слышать этот ужасный писк холодильника. Но всё равно его слышала. Брр, как от него избавиться?! Ох, что-то живот прихватило. Наверное, не стоило есть этот странный цветок… или яйца? Ну, кошкам в этом плане намного проще. Я попросту выблевала всё содержимое желудка, и мне сразу полегчало. Только оставаться здесь я больше не хочу. Выбежав обратно в холл, подошла к окну и села. Такая красивая половинка луны. Яркая, слегка желтоватая, бледная. Свет, исходящий от неё, окутывал сознание. Так хотелось петь. И я протяжно замяукала. Мне так нравилось петь, будучи кошкой. Раньше никогда этого за собой не замечала. Только превратившись в кошку, я осознала, как это классно – протяжно мяукать, петь свои кошачьи песни, глядя на луну.

Я не сразу поняла, что кто-то пришёл, настолько была увлечена пением. В квартиру зашли Марк с гостьей и зажгли свет. Они посмотрели на меня, я на них. Несколько секунд мы молча играли в гляделки. Этот лунный свет по-настоящему сводит меня с ума, так что я не сразу поняла, что нужно делать! Наконец, придя в себя, я рванула к дивану. Ой! Я врезалась в тумбу, запрыгнула на неё, попыталась обогнуть телевизор, но запаниковала и заметалась. Ну зачем он вообще здесь стоит? Кто ставит телевизор посреди комнаты?! Я вскарабкалась на него и спрыгнула прямо к дивану, ловко забравшись глубоко под него.

Послышался грохот. Я обернулась и увидела упавший треснутый экран. Что ж, будет тебе наука – нельзя ставить телевизор в центре комнаты! Тем более так неустойчиво!

– Я запишу это на твой счёт, – укоризненно заметил Марк.

– Что? – возмутилась незнакомка. – Почему это?!

– Это была целиком твоя идея, от начала и до конца.

– Но это ТЫ попросил меня о помощи!

– Я просил тебя о помощи, а не инструкцию “сделай сам”. К тому же с абсолютно непонятной схемой сборки.

– Очень даже понятная схема, вот же прямо перед тобой результат.

– Нет, результатом это даже не пахнет. Пока что пахнет только кошачьей мочой и разбитым телеком.

– Ну, знаешь ли! Ты прекрасно знал, к кому обращался. Больше я ничем не могу помочь. До свидания.

– Эй, постой! Извини… я правда не понимаю, что делать дальше.

– Ну а что ты можешь? На всё нужно время. И терпение, друг мой. А мне правда надо идти. Звони, если понадоблюсь.

– Да ты ведь сама придёшь…

– Приду… или не приду… кто знает?

Хлопнула дверь, незнакомка ушла. Марк, бормоча под нос неразборчивые ругательства, поднял телевизор и куда-то унёс. Я чуть высунулась из-под дивана, чтобы понаблюдать. Уж очень интересно мне было узнать, что же купили эти двое в магазине. И наверняка там есть еда. Ох, желудок неприятно сжался от голода и заурчал. Есть хочу! Марк же неторопливо прибрался, поменял в фикусе землю и вымыл полы. Потом остановился, прислушался и, наконец, уловил назойливый писк холодильника. И отправился туда. Писк прекратился. Из кухни вышел Марк, взял тряпку и ушёл обратно. Нашёл, видимо, разбитые яйца…

Я слегка задремала, пока в квартире наводили порядок. От голода очень хотелось спать. Кстати, если потерпеть немного и задремать, то чувство голода проходит, и остаётся только слабость. Только зимой на улице спать не стоит. Сколько видела котов, которые вот так засыпали и уже не просыпались… Хорошо, что сейчас весна, на улице тепло, а в квартире тем более.

Проснулась я от сладкого, дурманящего запаха. Еда! Это точно была еда! И не какая-нибудь, а те самые вкусные пакетики, которыми кормили старушки на улице. Я открыла глаза и увидела перед собой кошачью миску. Ох, я заснула совсем у края, Марк меня, похоже, увидел. Ну… не тронул, и ладно. Хочу есть! Я набросилась на содержимое миски, жадно глотая, даже не жуя. Как вкусно! Божественно вкусно! Я вылизала миску и снова залезла под диван. «А ты была очень голодная, да? – ласково спросил Марк, выкладывая в миску ещё пакетик. – Прости дурака, я не привык ни за кем ухаживать»

Ну, что с тебя взять… не привык он. Я съела ещё порцию. Довольная и сытая, залезла опять под диван. Только вот пить хочется. О, Марк поставил ещё миску, только с водой! Я опять немного высунулась из-под дивана и вдоволь напилась.

Ого, уже светает! Неужели Марк убирался всю ночь? Я осмотрелась и увидела, как он накидывает куртку и уходит. Что ж, я опять осталась одна. То, что надо! Наконец, можно выйти и прогуляться. О, лоток! Ну надо же, поставил прямо рядом с диваном. Пойду осмотрюсь что ли… Квартира как квартира, убрал тут всё Марк, теперь не так весело. Поиграться не с чем… хотя… есть же фикус! Как же приятно драть об него когти! Ой, опять уронила. Ну и ладно, потом Марк уберёт, а я пока покопаюсь. И листья… фу, нет! Листья есть не буду, но вот с землёй поиграться – самое то.

Веселилась я с этим фикусом, пока солнце не перевалило за полдень. Ох, устала… забралась опять под диван – там спокойно. Свернулась клубочком и крепко уснула. Снилась мне луна. Такая красивая, манящая. Потом мыши – люблю гоняться за ними в траве, когда ветер обдувает, а запах земли, серых хвостатых и ночной влаги завораживает разум. Так прекрасно! Так легко и свободно! Но всякому веселью приходит конец… приходится просыпаться, возвращаться в эту убогую и скучную реальность. Не нравится мне она. Ещё будучи человеком я понимала, что реальность жестока и несправедлива. Кошкой быть гораздо легче, будто мир вокруг становится настолько огромным, что уже не имеет значения. Но всё равно… он остаётся таким как есть – грубым, неотёсанным, неправильным.

Я лежала под диваном и смотрела в серую темноту. Было облачно, поэтому (какая жалость) луны не было видно. Печально… и есть хочется. Я вылезла, поскребла немного в лотке, а затем размялась, побегав по квартире и как следует поточив когти о любимый цветок. В двери повернулся ключ. Марк вернулся, включил свет. Меня ослепило, я помоталась из стороны в сторону, а затем юркнула под диван.

– Багира, ну зачем ты убиваешь мой единственный цветок дома? – запричитал Марк, поднимая фикус и руками собирая в горшок землю. – Я же купил тебе лоток. Что ты ещё хочешь?

– Мааау, ш-ш-ш, – ответила я (ну, правда, как же можно драть когти о лоток?).

– Завтра куплю тебе когтеточку… только не трогай его больше, ладно?

Ладно, плюс один балл за сообразительность. Додумался, наконец-то. Но ты не надейся, что я оставлю твой сорняк скучать, пока жду эту когтеточку. У меня когти чешутся, да и тело ломит, если не потягиваюсь. Да и вообще, а вдруг она мне не понравится?

Марк снова принялся за уборку, а когда закончил, наложил в миску еду из пакетиков. Вкуснота! Как же я люблю это лакомство! А как оно пахнет – это же настоящее безумие! Думаю, если вернусь когда-нибудь в облик человека, обязательно буду их себе покупать и есть, пока не лопну.

Марк опять заперся в той комнате. Интересно, а что там внутри? Я подошла к двери и принюхалась. Запах трав, камней, несколько еле уловимых, но резких – их я не опознала. Похоже, там у него что-то вроде лаборатории? Интересно, а чем Марк вообще занимается? Кем работает? Это ж сколько нужно зарабатывать, чтобы жить в такой квартире!? Послышались шаги. Я немного отошла, а когда дверь открылась, рванула внутрь. Сколько новых запахов! Там стояли столы, на них множество банок и склянок, с потолка свисали пучки сушёных растений, а ещё был лабораторный прибор с системой стеклянных трубок и колб. Я хотела пробежать дальше, но Марк схватил меня со словами: “Нет, нет, Багира. Сюда тебе точно нельзя”. Я вцепилась ему в руки, попыталась вырваться, угрожающе мяукая и орудуя когтями. Но меня отбросили на пол снаружи, а затем Марк закрыл дверь и погрозил расцарапанным пальцем. Вредина. Я снова забилась под диван и угрожающе оттуда зашипела. Трогает тут меня своими грязными руками, с-скотина. Я всего-то хотела посмотреть, что там. Кстати, довольно подозрительная комната. Марк явно занимается чем-то ненормальным. Да ещё и эти разговоры с той незнакомкой… у них явно на меня какие-то планы. Неужели Марк будет надо мной проводить эксперименты? Ну уж нет! Живой я ему не дамся! Ненавижу таких мразей, живодёров. Как же хочется, чтобы все они сдохли! Я сидела глубоко под диваном и угрожающе ворчала. Пусть знает, что я таких ненавижу. Пусть поймёт, что меня голыми руками не взять.

Марк же ушёл ванную, а вскоре пошёл в спальню, прикрыв дверь. Была глубокая ночь. Опять облачно… как жаль. Я побегала немного по квартире, а затем вновь набросилась на фикус. Так тебе и надо, тварь! Уничтожу твой сорняк, чтобы знал, как проводить опыты над животными! Вдоволь поиздевавшись над ним, я снова забилась под диван. Спать. Как же я люблю спать!

“Багира! – разбудил меня недовольный голос Марка. – Я же просил не трогать фикус. За что? За что ты его так?”. А ты не догадываешься, наглый живодёришка?! Подавись своим сорняком! Листья фикуса я все погрызла и изломала, ствол разодрала когтями, а землю разбросала по холлу. Марку потребовалось немало усилий, чтобы прибраться. Как ни странно, он всё же положил мне корм, но из-под дивана я не вылезла, пока Марк не скрылся на кухне. Наевшись и напившись вдоволь, я покопалась в лотке, а затем вернулась к уничтожению остатков фикуса. “Нет! – крикнул Марк, подбегая ко мне. – Не трогай его, он и так еле жив!” Я зашипела на него в ответ и убежала под диван. Увидела оттуда, как Марк уносит свой сорняк в комнату-лабораторию. Эх… а было так весело его уничтожать. Теперь придётся искать другую цель для потех. Но ничего… квартира большая. Кстати, на кухне висят прекрасные жалюзи. Может, стоит забраться наверх? А что, это идея…

Я дождалась, пока Марк уйдёт из дома, а затем направилась на кухню. Вертикальные жалюзи на окне были открыты, пропуская яркий утренний солнечный свет. Я запрыгнула на одну. Ох, какие они неустойчивые. Но так только интереснее! Прыгая по жалюзям, я забралась на самый верх, а затем спрыгнула вниз и снова полезла. Как весело! Они так болтаются, будто ветки деревьев. И драть жалюзи когтями одно удовольствие! Ой, сорвалась. Запуталась! Надо выбраться, пока Марк не вернулся. Я рывками и когтями разрывала опутавшие меня жалюзи, но, похоже, только сильнее в них увязала. Ох, послышался щелчок замка. Марк вернулся! Я ещё яростнее заработала лапами и когтями, рыча и мяуча от бессилия. На кухне появился Марк. Он застыл на несколько секунд, а затем заливисто рассмеялся. Вот гад! Ещё и насмехаться надо мной вздумал! Я остановилась и заорала на него утробным воем. Это мой самый страшный звук. Его боятся все, особенно дворовые коты и собаки. А люди сразу перестают ко мне лезть и уходят. А Марк… только ещё сильнее рассмеялся. Успокоившись, он подошёл ко мне. Я тут же выпустила когти и ударила его лапой. Попыталась вцепиться зубами, но не дотянулась.

– Успокойся, я помогу тебе выбраться, – сдерживая смех, сказал Марк.

– Ш-ш-ш, ма-о-у, ш-ш-ш, – угрожала я (пусть не трогает меня своими грязными лапами).

– Так не пойдёт. Я не хочу быть весь исцарапанный только потому, что помог тебе выбраться. Угомонишься – я вернусь и вытащу тебя из жалюзей. А пока, если тебе так нравится, повисишь тут.

– Ш-ш-ш.

Марк действительно ушёл, оставив меня на кухне одну. Я снова попыталась выбраться, помогая себе зубами и рывками. Но ничего не происходило. Устала… я висела, запутанная в жалюзях, раскачиваясь и наблюдая за тем, как Марк то и дело проходил мимо входа на кухню. Сколько я так провисела? Час? Два? Или больше? Марк подошёл ко мне, но я снова его не подпустила. Попробую сама, как отдохну! Конечно, он снова посмеялся и ушёл. Сволочь, смеётся тут надо мной. Сраный живодёр, вот покажу я тебе, когда выберусь!

Я так и не смогла до вечера выбраться из этих жалюзей. Уже хотелось есть и на лоток… но Марку я сдаваться не хотела. Он же приготовил себе поесть и сел кушать прямо передо мной, посматривая на меня и усмехаясь. Вкусно пахнет. А что это? Я принюхалась… кажется, это было какое-то мясо. Может, даже курица, но с какими-то неизвестными мне овощами. Или, может, я их знаю, но по запаху определить не могу. Приправы ещё добавил. М-м-м, пахнет почти так же, как пакетики с кормом. Ещё и жрёт прямо передо мной! Неужели не понимает, что я тоже хочу есть? Или он специально?! Вот сволочь…

Марк доел, убрал посуду в какой-то небольшой шкафчик у плиты, нажал на нём что-то и тот сразу зашумел. Хм… интересно. Эта штука сама моет посуду? А что, удобно. Марк ушёл из кухни и погасил везде свет. Отлично, теперь он мне не будет мешать. Я снова попыталась выбраться, стягивая с себя зубами и лапами жалюзи и тросы, которыми они были связаны. Не получается… да что ж такое! Зачем вообще я в них влезла?! И как назло небо сегодня ясное. Вон сколько звёзд, наверняка и луна в холле… точно, я вижу её свет. Но сама она скрыта за стеной. Как обидно! Жаль… Интересно, а смогу ли я превратиться в человека сейчас, чтобы выбраться? Я бы попыталась, но даже не знаю, с чего начать. В полнолуние – это всегда понятно, нужно просто уснуть. Но сейчас точно растущая луна, значит, просто заснуть – не вариант. Чтобы превратиться в кошку, нужно внутренне сжаться в комок – это просто. Значит, чтобы превратиться в человека, нужно попытаться… разжаться?.. Ох, как же сложно. Но я попытаюсь. И так… нужно представить, что я разжимаюсь. Из комочка превращаюсь в нечто большее, в человека. Из небольшого мягкого комочка в мерзкого большого человека. Брр. Нет, не хочу. Но хотя бы ненадолго надо, потом сразу же вернусь обратно. Из комочка… в большого человека…

Не получается! Я так расстроилась, что начала тихонько и протяжно мяукать. Наверное, это похоже на скулёж или плачь. По крайней мере, мне помогает, когда я расстроена. Будучи кошкой, довольно сложно по-настоящему расстроиться. Но сейчас получилось. Мя-а-у-у. Ма-а-у.

Включился свет, и на кухню зашёл Марк. Я тут же замолчала. “Ну и что, теперь будешь висеть тут и жаловаться? – ухмыльнулся он. – Сама же не выберешься. Давай помогу”.

Ага, сейчас! Размечтался. Я зашипела на него и несколько раз резко замахнулась лапой. Марк остановился, тяжело вздохнул и сел рядом на стул, посмотрев на меня усталым взглядом. “Давай что-то придумаем, – сказал Марк. – Сама ты не справишься, меня не подпускаешь, но выбраться тебе как-то отсюда надо”. Вместо ответа я снова на него зашипела. Сама что-нибудь придумаю. Сейчас он меня вытащит оттуда и будет потом думать, что меня можно вот так просто поймать. Я всё знаю, живодёр проклятый! Меня не проведёшь!

– Я не понимаю, почему ты так на меня злишься и абсолютно не доверяешь, – печально сказал Марк. – Но я ведь помочь тебе пытаюсь. Кто знает, что случилось бы с тобой в приюте? Или сколько бы тебе удавалось ещё выжить на улице? В этом городе уличных котов совсем не любят. Постоянно травят и отлавливают. Вообще не понимаю, как ты там выжила? Или ты совсем недавно на улице оказалась? Что же произошло с тобой?

– Му-а-у, ш-ш-ш! – какой глупый и мерзкий человечишко, лицемерная сволочь!

– Я могу тебя оставить здесь на ночь, но разве тебе этого хочется? Я просто ослаблю тросы, и ты побежишь по своим делам. Я уже положил тебе еды. Кстати, купил тебе большой игровой комплекс для кошек с кучей игрушек. Разве не хочешь взглянуть?

– Ш-ш-ш, – я уже не так уверенно зашипела, просто для проформы, ведь мне очень хотелось есть, пить, в лоток и спать.

– Я буду очень осторожен, только не дерись, ладно?

Марк заговорил ласково, поднялся и подошёл ближе. Признаю, без него мне действительно не выбраться. Я понятия не имею, как превратиться в человека без полнолуния. И возможно ли это вообще. А Марк может меня вытащить. Ну хорошо, но только на этот раз! Это ни в коем случае не показывает, что я ему доверяю!

Я молча следила за движениями Марка, пока он действительно довольно аккуратно меня распутывал. В конце концов, он подхватил меня на руки, а затем тут же опустил на пол. Свобода! Я побежала в холл и набросилась на миску с едой. Ох, как вкусно! И как пахнет!

– Вот молодец, – улыбаясь, заметил Марк, подойдя ко мне. – Хорошая кошка.

– Ш-ш-ш, – ответила я, тут же забившись под диван.

– Да ешь спокойно, я всё равно пошёл спать.

Марк действительно ушёл в свою спальню. Конечно, я тут же доела всё, что было в миске, покопалась в лотке, а затем налакалась свежей водички. Ох, как я устала! Забилась под диван и крепко уснула. Какие-то странные беспокойные сны мне снились. Я толком так ничего и не смогла запомнить. Только казалось мне, будто я всё время убегаю. Но от кого?..

Проснулась я, когда солнце уже было высоко. Наверное, уже время к обеду. Сладко потянувшись, я вылезла к миске (там уже была еда) и неспеша поела. Затем осмотрелась. О! Передо мной был будто большой замок из брёвен, обтянутых бечёвкой, и маленьких домиков, проходов и просто лежанок. Какая красота! Я прыгала по нему, залезала наверх, точила когти, потягиваясь и вырывая крошечные клочки верёвки. Бегала по проходам, валялась на крышах домиков, наблюдая за птицами за окном, прыгала от лежанки к проходу и дальше вперёд. А Марк действительно постарался.

Дни пролетали, а я почти не замечала их. Как правило, Марк уходил на весь день, а вечером возвращался. Всегда меня кормил, убирал весь беспорядок за мной, иногда хвалил, если я не шипела на него. Постепенно я привыкла к нему. Не трогает – ну и ладно. Кормит вовремя, купил вот какую классную игрушку – кошачий замок. Кстати ещё время от времени приносил шарики и игрушечных мышек. Я гонялась с ними по комнате, путаясь у Марка под ногами. В полнолуние я завороженно смотрела на луну, протяжно подвывая. Главное – не спать. Да и не хотелось мне спать, когда такое прекрасное волшебное чувство завораживало и заполняло меня изнутри. Марк сначала просыпался, шатался ночью до кухни и обратно в спальню, но ничего мне не говорил. А затем, наверное, привык.

Так прошла весна, а затем лето – со светлыми ночами и бледной луной, которую я видела всё реже. Очень странно. Было сложно следить за полнолунием, но я справлялась. Однажды, когда ночи вновь стали тёмными, а небо всё чаще покрывали тучи, и постоянно шёл дождь, Марк вернулся домой не один.

Я спряталась в одном из домиков своего замка – оттуда отличный обзор. Домой вошли Марк и незнакомая девушка. О, ну как же! Это та самая, которая приходила сюда в самом начале. Хм, она поддерживает Марка, что-то случилось? Девушка опустила его на диван, присела рядом и тихо заговорила:

– Куда ты так торопишься? Это же опасно!

– У нас… слишком… мало времени, – еле выговорил Марк.

– Времени ещё достаточно. Пара месяцев точно есть.

– Прошло уже почти полгода… может, ты… ошиблась?..

– Ты же знаешь, я не ошибаюсь.

– Я думаю… это… просто… кошка…

– Именно так. Тебе большего и не нужно.

– Я… не… понимаю…

– Всё хорошо. Отдохни. Позвони мне завтра, хорошо? Как придёшь в себя.

– Ладно…

Девушка встала и ушла, захлопнув дверь. Тц… ох уж этот автоматический замок. А то ведь можно было сейчас сбежать. Марк мирно спал. Я подошла к нему поближе и принюхалась. От него очень странно пахло. Этот слабый, еле уловимый запах. Я запрыгнула на диван, подошла к лицу Марка и ещё раз принюхалась. Он пах чем-то страшным, непонятным, но настораживающим. И, наверное, усталостью. Не знаю, как описать, но человек, который вымотан до предела, пахнет чем-то особенным. Такой слегка приторный, солоновато-болотный запах. Гадость.

Марк внезапно открыл глаза и уставился на меня. Ой. Я зашипела и тут же ринулась прочь. Забилась под диван и оттуда тихонько, но угрожающе мяукнула. Марк встал и отправился в свою комнату-лабораторию. Он шёл, пошатываясь, долго возился с замком и, наконец, скрылся за дверью.

Уж не знаю, о чём они с этой девушкой говорили, и какие планы у них на меня, но я уж точно не собираюсь быть подопытным кроликом. Мало времени… пара месяцев. Чует моё сердце, Марк скоро что-то со мной сделает. Ох, он вышел, прикрыв дверь, и, придерживаясь за стену, ушёл на кухню. Дверь! Она открыта. Я немного помедлила, затем подбежала, подцепила её лапой и, наконец, смогла попасть внутрь. Странная комната. Почему-то она не кажется мне зловещей, где мучают и пытают животных. Скорее, здесь спокойнее, чем во всём остальном доме. Интересненько. Я запрыгнула на один из столов и учуяла незнакомый, но такой приятный и манящий запах. Я порыскала на столе и заметила небольшую коробочку. Ох, как от неё пахло! Это было так опьяняюще, что сводило с ума! Я с лёгкостью открыла крышку лапой. В нос ударил чарующим, манящий аромат. Это был странный, серовато-коричневый порошок. Я зарылась в него носом, затем раскопала лапой, извалялась в нём на столе. Мне хотелось утонуть в этом запахе, влиться в него, стать единым целым.

“Нет, нет нет! – закричал Марк, войдя в комнату. – Стой!” Я бросилась прочь, снося на пути колбы, баночки и коробочки. Кое-как сориентировавшись, я выбежала из комнаты и юркнула под диван. Там было темно и хорошо. И так весело! Так волшебно! Запах того порошка был со мной, опьянял меня и будоражил разум. Ой! Марк схватил меня под диваном и вытащил оттуда. Отпусти! Я заорала и вцепилась в руки зубами. Драла когтями, вырывалась и шипела. Но Марк упрямо тащил меня куда-то. Затем, крепко удерживая меня одной рукой, стал поливать меня душем. Какого хрена?! Я вывернулась из мощной хватки, поскальзываясь на мокром поддоне, но всё же смогла выбежать в холл. Оттуда бросилась в свою комнату, поддела лапой дверцу шкафа и забралась туда поглубже. Брр, вся шерсть мокрая. Я тут же начала вылизываться.

Дверь шкафа резко отодвинулась, меня ослепил яркий свет. “Не лижи это! – прокричал Марк. – Нужно срочно это смыть!” Что? О чём он говорит? Я зашипела и угрожающе замахнулась лапой несколько раз. Но Марк ловко схватил меня и снова утащил в ванную. Ох, от этого порошка мне совсем крышу снесло. Меня так одурманило, что я почти ничего не соображала. Наверное, только поэтому Марку-таки удалось меня помыть. Причём с мылом. Ужас какой! Вся кожа после этого горела. И во рту пересохло. Ох, как хочется пить. Как только Марк отпустил меня, я, как могла быстро, побежала к миске. Что-то мне нехорошо… и глотать больно. Голова болит. Я легла рядом с миской, тяжело дыша. Ничего, скоро отпустит. Плохой порошок. Что-то в нём было не то. “Да, доброй ночи, – услышала я голос Марка. – Я могу вызвать врача на дом?.. Возможно, отравление свинцом. Кошка, молодая. Да, только что, извалялась в свинцовом порошке. Возможно, сколько-то его съела. … Я уже помыл её с мылом, она попила, но явно ей плохо. Как скоро будете? … Хорошо, жду вас”.

Так вот оно что… свинцовый порошок. Он так вкусно пах, а оказался таким ядовитым. Ух, мышцы свело. Как больно… Время шло… мне становилось всё хуже. Скоро всё тело начала одолевать судорога. Так больно… Кто-то пришёл. Меня положили на диван, затем сделали укол в холку. Затем ещё укол, но в заднюю лапку. Стало легче. Намного легче. Я постепенно приходила в себя.

– Зачем же вы храните у себя свинец в открытом доступе? – услышала я незнакомый мужской голос.

– Это смесь свинца с травами используется для травли насекомых, – ответил Марк. – Я работаю в компании по разработке новых методов борьбы с вредителями. У меня дома маленькая лаборатория, но я всегда запирал её на ключ. Сегодня пришёл слишком уставший, вышел попить воды и не заметил, как оставил дверь открытой. А Багира нашла смесь с валерьяной. Видимо, для неё это был очень приятный запах, вся в нём извалялась. С ней всё будет в порядке?

– Это острое отравление. Но довольно слабое. Я уже дал ей всё необходимое. Видите, ей уже лучше. Лекарство в холке будет рассасываться около часа. Если снова будет плохо, то лучше отвезите её в клинику под наблюдение.

– Хорошо, я понял. Спасибо вам.

– Поправляйтесь.

Я дрожала, но уже чувствовала себя намного лучше. Только спать хотелось. Марк сел со мной рядом на диван и слегка поглаживал по голове. Приятно… Давно меня никто не гладил, я ведь и сама не даюсь. А так приятно, когда слегка почёсывают загривок, или чешут горлышко. Или мягкими, но уверенными движениями поглаживают по спинке. М-р-р. М-р-р.

Я и не заметила, как уснула. Провалилась в блаженное небытие без боли и страха. Так приятно. Все тело наполняется теплом и силой, распирающей изнутри. Будто вспышка света, меня озарило холодным, родным лунным светом. Только не это… полнолуние! Я знаю эти ощущения! Мне нельзя, нельзя обращаться! Я попыталась проснуться, но сладкая дремота окутала меня, как плотная вата. Я карабкалась через неё, пытаясь вздохнуть, открыть глаза, закричать. Свет ослепил меня. Яркое утреннее солнце отражалось от окон стоящих напротив домов и светило прямо в глаза. Я сощурилась, приподнялась. На мне что-то лежит, плохо видно. Одеяло? Мягкий тонкий плед. И руки, мои руки… я человек! Так, спокойно. Обратиться обратно не составит труда. Нужно только сосредоточиться. Главное, чтобы Марк не увидел меня такой. Но… одеяло. Он укрыл меня кошкой? Или же увидел, что я стала человеком, и решил укрыть меня голую? Он видел меня голой?! Я осмотрелась, щурясь от яркого света и пытаясь разглядеть в мутных пятнах вокруг образ человека. Ох, кошкой я видела гораздо лучше. Что же делать?.. Так, а ну собраться! Взяла себя в руки, сосредоточилась, и вернулась в кошку! Так спокойнее. Пусть думает, что слишком устал, поэтому приснилась голая противная девчонка. Надо успокоиться, сжаться… внутренне сжаться в комок…

«Постой!» – крикнул Марк откуда-то из размытого мира.

Я уставилась в сторону звука и смогла с трудом различить силуэт человека. Ох, он же меня видит почти голой! Я натянула одеяло повыше. Страшно! И стыдно. И солнце ещё это раздражает. И голова гудит. Ох, сколько всего сразу! Кошкой быть намного проще. Надо обратно! Сжаться в комок…

«Подожди, не обращайся, – снова сказал Марк, подойдя немного ближе. – Я знаю, кто ты».

Знает? Он знает, кто я?! Откуда? Разве есть ещё такие, как я? Хотя, с чего я решила, что настолько уникальна? Такая же, как и многие. Или хуже.

«Ты не бойся, я тебя не обижу, – тихонько сказал Марк, протянул мне какое-то серое, бесформенное пятно, а затем кинул мне в ноги. – Я принёс тебе одежду. Оденься, я хочу с тобой поговорить. Пожалуйста».

Одежда – это правильно. Поговорить – интересно. Ладно, в кошку я всегда могу обратиться. А вот поговорить… давно я уже не разговаривала. Уже и не помню, как звучит собственный голос. Хотя бы узнаю про таких, как я. В конце концов, в облике человека сбежать из квартиры куда проще.

Я залезла под одеяло, натянула на себя толстовку явно большего размера, чем нужно. И штаны, которые пришлось завязать шнурками на поясе, чтобы не сползали. Немного подумав, я спустилась с дивана на четвереньки, стянув с себя одеяло. Ну, нет! Так люди не ходят! Опираясь о диван, я, хоть и с трудом, но смогла подняться на ноги. Тяжело. Неудобно, непривычно. Конечно, столько лет ходила на четырёх лапах, а теперь вот… придётся вспоминать. Я прислушалась к ощущениям, всматриваясь в две свои длинные неуклюжие нижние конечности. Осторожно приподняла глаза, привыкая к окружающему размытому и такому маленькому миру. Ох, высоко! Шаг, ещё шаг. Медленно, потихоньку, я всё же смогла сделать несколько шагов вдоль дивана, с трудом удерживая равновесие.

«Наверное, можем поговорить и здесь,» – внезапно заговорил Марк.

Я вздрогнула. Ох, а про него уже забыла! Без усов я плохо ориентируюсь и совсем растерялась. Да и вообще в облике кошки зрение у меня на порядок лучше. Уж не знаю, как это работает, но я бы всё отдала, чтобы человеком видеть так же, как кошкой.

Марк, т.е. размытое пятно передо мной, подошёл ближе к дивану и присел на край. Я отшатнулась назад и неуклюже села, поджав ноги и опираясь на руки спереди. Какое неудобное, неповоротливое человеческое тело!

«Ты себя хорошо чувствуешь?» – спросил Марк, слегка наклонившись.

О, я могу видеть его лицо, не так чётко, но всё же… если прищуриться. Кареглазый красавчик, ага. Я привыкла видеть его кошкой, но человеческие глаза видят его в каком-то другом ракурсе что ли. И кожа уже не такая бледная, да и само лицо какое-то не такое. Нет, красавчиком Марк как был, так и остался. Но вот что-то совершенно неуловимое в нём изменилось. Будто стал… ровнее что ли.

«Ты умеешь говорить?» – спросил он.

Я слегка отодвинулась и кивнула. Как-то уж слишком дёргано. Передними лапами… фу, т.е. руками, я опёрлась на колени. Так удобнее. И устойчивее.

– Скажи что-нибудь, – улыбаясь, сказал Марк.

– Ч-ч-то, – прохрипела я чужим голосом.

– Как долго ты была кошкой?

– Д… дол-го.

– А конкретнее? Сможешь вспомнить?

Достал со своими тупыми вопросами. Это об этом он хотел поговорить?! О том, сколько я жила кошкой? Может, он понятия не имеет, кто я такая, а просто пытается разговорить, чтобы узнать обо мне? И потом всему миру рассказать. Ну нет, так не пойдёт! Мало того, что он эксперименты на животных ставит, живодёр хренов, так ещё на таких как я объявит охоту. Я непроизвольно издала звук, похожий на утробное мяуканье. О! Кошкой я тоже так делала.

«Ладно, не хочешь об этом говорить, не надо – внезапно стушевался Марк, отшатнувшись от меня. – Зовут-то тебя как?»

И зачем ему моё имя? Небось, будет про меня информацию собирать. Узнает, из какого я города, Карин там не так много, особенно моего возраста. А затем будет свои опыты ставить. Ещё и про маму узнает. Ну, нет! Пошёл к чёрту, мерзкий человечишка! Опять вырвался угрожающий рык. Ну и правильно. Так гораздо удобнее говорить. И сразу понятно всё.

– Эм, я… не хотел разозлить тебя, – погрустневшим голосом сказал Марк. – Может, ты что-то сама хочешь узнать? Например, про ту комнату, в которую ты так рвалась.

– Ты… – я запнулась, неожиданно вздрогнув от собственного голоса, но это только прибавило мне смелости; пусть знает, что я знаю! – Ты… живодёр.

– Что? – Марк замолчал на несколько минут, прежде чем продолжить. – А с чего ты вообще это решила?

– Ставишь… опыты… на животных.

– Э-э-э… Даже не знаю, что сказать. На каких животных?

– На мне… хотел…

– Опыты? На оборотне? Зачем мне это?!

– Я-то откуда знаю?! – внезапно сказала я, срываясь на крик.

– Так… спокойно. Давай я тебе сначала расскажу про себя, ладно?

– …

– Я – потомственный колдун. Мой род занимается магией уже лет пятьсот. По крайней мере, самые ранние упоминания о моих предках датируются 16-м веком. Ну, моё генеалогическое древо тебя не интересует, да? В общем, я состою в тайном обществе магов и магических существ, вроде тебя. Моя основная специализация – защита от духов, освобождение от одержимости, немного умею снимать проклятия, как и наводить их. Но это не совсем моё направление, так что в этом я не слишком силён. Ещё владею довольно неплохо боевой магией, но она не слишком годится для повседневной жизни. Это так, на всякий случай… Что? Хочешь что-то спросить?

– Ма-ги-ческие су-у-сув-ще-тва…

– Магические существа – полулюди. Они либо одержимы духом по контракту, то есть изгнать его уже нельзя, поэтому они – единое целое. Либо рождённые проклятьем – вроде тебя.

– Проклятье? К…какое проклятье?

– Возможно, кто-то наложил проклятье на твоего предка – отца, мать, дедушку или бабушку. Проклятье оборотней невозможно развеять, такова сила могущественных ведьм. За него отдают бессмертную жизнь, так что только с жизнью его можно и завершить. Ну, умереть, то есть. Если у тебя будут дети, они тоже будут оборотнями. И их дети тоже. И так, пока род не прервётся. Ну, в общем, ты поняла, да?

– Да… я… проклятье…

– Звучит не очень приятно, понимаю. Но! Проклятья не всегда плохие! Оборотни в моём мире очень ценятся. Особенно кото-оборотни, как ты.

– Вы… торгуете нами?

– Ты всё время предполагаешь какую-то гадость, да? Разве владелец кафе торгует своими официантами? А пилоты самолётов стюардессами? Или, может, вызвав такси, ты торгуешь таксистами?

– Я не… понимаю…

– Всё просто. Маги используют магических существ в помощь к своей магии. По сути, мы нанимаем таких как ты на работу, чтобы справляться с более сложными задачи. Так понятно?

– Да…, наверное, ты хочешь… нанять меня?

– Именно! Мне нужна помощь оборотня в одном деле. Если тебе понравится, я буду рад и дальше с тобой работать. Кстати, за это неплохо платят, так что на жизнь тебе будет хватать.

– Погоди… то есть… ты знал. С самого начала ты знал, что я – оборотень?

– Конечно! Стал бы я тащить к себе в дом обыкновенную кошку?

– Но… как? Или для колдуна распознать оборотня так просто?

– Нет, конечно, нет. На самом деле, это невозможно – будь ты хоть трижды сильнейшим магом в мире. Когда оборотни превращаются в животных, они становятся почти невосприимчивы к нашей магии. И ощущаются точно так же, как и другие животные. Именно поэтому многие оборотни предпочитают оставаться в животном обличье, особенно, если скрываются от кого-то. Только сами оборотни могут почувствовать сородича, но только очень опытные на это способны, ведь разница действительно совсем невелика. Что в облике человека ты похожа на самого обычного человека, что в облике кошки. Только поведение твоё может тебя выдать.

– Моё поведение?

– Эм… хм… ты сидишь, как животное. Руки вперёд выставила, в неестественной, неудобной позе. Да и на ногах еле держишься.

– Так ты и понял, что я оборотень? Тогда, в приюте, ты увидел во мне человеческие повадки?

– Нет, ты была самой обыкновенной кошкой. Никакой разницы. Ну, разве что очень злой кошкой, но это никогда не было признаком человека.

– Тогда как ты?..

– О, а тут начинается уже не моя история. Помнишь, я говорил про ведьм, которые могут проклинать людей, превращая их потомков в оборотней? Так вот, одну ведьму я знаю. Накладывала ли она такие проклятия или нет, это мне неизвестно. Как и то, есть ли на ней самой проклятие бессмертия, чтобы наложить такие чары. Зато, как и любые другие ведьмы, моя подруга умеет предсказывать. Ну, или направлять, искать подходящий путь, решение. Сложно объяснить, так как я и сам толком не понимаю, что именно они делают. Просто в какой-то момент ведьма теряет своё имя, приобретая, как они выражаются, “дар судьбы”. И потом эти ведьмы ходят и направляют людей на нужный им путь. Как-то так, наверное.

– Она направила тебя?

– Ну… что-то вроде того. Мне нужна была помощь по работе, я обратился к ней. Думал, уж ведьма-то сможет со мной в паре сыграть. Но нет! Она сказала, чтобы я нашёл проклятую душу, попавшую в клетку. А душа та в обличье – словно отражение самой тьмы. Не смотри на меня так, ведьмы всегда так разговаривают. Со временем, привыкаешь.

– Я ничего не поняла…

– Проклятая душа – очевидно, оборотень. Всякие, конечно, бывают проклятые, но вот чтобы они попали в клетку… Мог бы быть и заключённый, или сама “клетка” была бы метафорой. Но я решил попробовать самый просто путь. Отражение тьмы – тут понятно, чёрного цвета. Вот я и пошёл от ведьмы сразу в первый же попавшийся приют для животных. Оставалось только пройтись по клеткам… а дальше ты и сама уже знаешь.

– Там что, больше не было чёрных котов?

– Ох, ну как тебе сказать… весь смысл ведьминых подсказок в том, что направление уже задано, поэтому нужно просто следовать ему, несмотря ни на что. Когда я увидел первую же чёрную кошку, то решил тебя взять. Ещё в машине, когда я заговорил с тобой, то мне показалось, что ты поняла меня. Я был так рад. Но потом… когда ты стала в квартире вести себя как обычная кошка… и никак не проявляла человеческих повадок. Я уже был готов сдаться. Мне казалось, что ведьма ошиблась. Или я ошибся, кто знает… Как я и сказал, невозможно определить оборотня наверняка, пока не увидишь само обращение. А ещё эта ведьма… так и не ответила мне прямо, всё ли я правильно сделал. Ну что с неё взять…

– Ладно, я здесь… что теперь? Что за работа?

– Тут лучше попробовать разок, сложно объяснить, что именно тебе нужно будет делать. Вместе мы должны будем прогнать одного духа.

– Я не умею прогонять духов… я даже не видела их никогда.

– Да, конечно, я понимаю. Но тебе нужно будет просто помочь мне… ох… как же объяснить?.. Я же говорю, один раз попробуешь и всё поймёшь.

– И как я, интересно, это буду делать, если даже не понимаю, что именно?

– Всё нормально, ты справишься. Поймёшь всё, когда будешь помогать.

– Мне кажется, ты и сам не знаешь, да?

– Хах, ну… как сказать. Я вообще никогда не работал в паре с оборотнем, но видел это со стороны. Думаю, разберёмся.

– Отличный план! Ничего не скажешь!

– Мы справимся, я уверен.

– Почему это?

– Потому что ведьма меня по этому пути направила. И сейчас я осознал, что всё, действительно, будет хорошо.

– Прекрасно… когда начнём?

– На самом деле, у нас не так много времени… но тебе нужно восстановиться после вчерашнего. А чем ты вообще думала, когда набросилась на этот порошок? И почему не хотела мыться? И… на самом деле у меня много вопросов по поводу того, что ты полностью игнорировала мои просьбы! Почему?

– Иди в жопу, вот почему!

– Какая грубая, злая кошка. Чем я заслужил это?

– Я думала, ты – живодёр! Вы тут с этой тёткой планы какие-то на меня строили. И ещё эта лаборатория…

– Но сейчас-то ты знаешь правду. Неужели всё ещё на меня злишься?

– Запер меня тут, будто я твоя собственность…

– Ну у меня больше не было идей, как поймать тебя в обличии человека. Прости.

– Теперь-то я могу выйти из дома?

– Конечно! Только у меня нет дубликата ключей… сделаю. И, наверное, тебе нужна одежда и ещё что-то? Ты напиши список, я всё куплю.

Марк встал, засуетился, потом ушёл в комнату-лабораторию, а, вернувшись, протянул мне блокнот с карандашом. О, карандаш! Я помню, в детстве у меня было много таких, и целый альбом. Как же я соскучилась по рисованию! Вот то, что мне бы хотелось делать в облике человека – рисовать! Я взяла карандаш и блокнот, положила его на диван и принялась выписывать корявые буквы, уткнувшись носом в бумагу. Так было видно, что я пишу. Хотя бы отчасти. “Футболка, кофта, ботинки, штаны, альбом для рисования, карандаши цветные, простые,” – наверное, этого хватит. Пока что. Я протянула блокнот Марку, тот взял его и пробежался по списку:

– Ну и почерк у тебя, конечно… а какой размер одежды? Обуви?

– Я… не знаю… – задумчиво протянула я. – Раньше носила обувь 37-го размера, а одежду… просто примеряла, что было в пору. На глаз.

– Ну… даже не знаю. Я попробую тоже “на глаз” подобрать, но ты не обижайся, если будет не в пору. Сомнительный у тебя так-то список.

– Получше, чем твой рабочий план!

– Хах, да уж. Согласен, один-один. Ладно, я схожу в магазин. Если хочешь поесть, то в холодильнике лежит ветчина. Можно сделать бутерброды. Или подожди, пока я вернусь и приготовлю что-нибудь.

– Я подожду…

– Окей. Скоро вернусь!

Марк ушёл. Я осталась одна и попыталась встать. Ох, тяжело, но надо немного поупражняться. Мне ведь теперь какое-то время придётся ходить на двух ногах. Немного вперёд, поворот. У-ух, чуть не упала! Ещё несколько шагов. Кстати, надо бы обойти квартиру, чтобы запомнить, что где стоит, а то с моими нынешними глазами я вообще почти ничего не вижу. Осторожно я подошла к стене, где было три двери. Зашла в ту, которая была крайней – ах, да, это же “моя” комната. Нашарила выключатель. Светлая и просторная, с диваном и шкафом в стене, стеллажом с книгами и столом. Вот для человека – самое то. Я прошлась до окна, возле которого стоял стол. Распахнула шторы, осматривая мутные окрестности, освещённые осенним солнцем. Я нашарила ручку на раме, немного покопавшись, всё же разобралась и открыла настежь окно. Ах, свежий воздух! Как приятно! Прохладный, полный запахов прелых листьев, сырости и… бензина. М-да… портит всю картину. Кстати, находились мы довольно высоко. Может, этаж десятый? Сложно сказать. Я почти не могла разглядеть, что было внизу. Эх… где мои кошкины глазки?

Стало прохладно, и я закрыла окно. Прошлась ещё немного по комнате, подошла к стеллажу с книгами и пригляделась. Конечно, пришлось буквально уткнуться носом в буквы, чтобы хоть что-то прочитать. “Драйзер. Американская комедия”, “Кафка. Замок”, “Солженицын. Раковый корпус”, “Рэнд. Атлант расправил плечи”, кстати – было целых три книги. Ох, никогда ничего из этого не читала. И все книги такие незнакомые. Я вообще мало что читала… очень сложно это делать с плохим зрением. Даже школьную литературу редко открывала, что уж говорить о чём-то “взрослом”. Наверное, Марк много читает. Интересно, а в его комнате тоже книги стоят? Я тут же направилась в его комнату. Хм… тут не было стеллажа с книгами. Такой же зеркальный шкаф в стене, кровать и комод. Всё?.. Не интересно… Наверное, всё в его этой лаборатории. Там слишком всё заставлено столами с колбами, да увешано травами, так что я могла попросту не заметить стеллажи. Кстати, интересно… а сейчас там заперто? Конечно же, я пошла проверить. И… да. Марк запер свою лабораторию. Вот дурак, я же не кошка сейчас! Интересно же, чем там колдуны занимаются… Ладно, проверим кухню.

Чёрт, я и кошкой-то не особо понимала, что за приборы тут везде. А теперь оно всё расплывчатое. Бесполезно. Пойду что ли в замке своём поиграюсь. Ах, да… теперь это просто бесполезная громоздкая штуковина. Скукота! Хотя бы солнце слепить перестало, пока я бродила по квартире. Есть хочется… и пить. Кстати, миска с водой же тут стоит, около дивана. Ага! Я наклонилась, пришлось даже встать на четвереньки, чтобы полакать. Как неудобно! Человеческий язык совсем для этого не годится. Хм, можно попробовать попить из-под крана. Ванная, точно! Я зашла туда, опознала в смутном белом пятне раковину и подошла. Хм… хм… там не было ручек у крана. И как тут воду открывать? Посмотрела на стене, вокруг. О, ванна! Там тоже есть кран. Только ручка одна сверху, похожая, скорее, на второй такой же кран. Ну почему всё так сложно?! Я потрогала ручку, она поддалась в сторону. О-о-о, уже прогресс. Только вода не льётся. Так… в другую сторону. Опять не льётся. Может?.. Ага! Надо поднять вверх, и сразу польётся вода. Горячая, блин. Ладно, можно ладошкой немного и подуть. И вот с руки полакать. Пойдёт. Вода, вкусная вода! Аккуратно ладошкой набрать чуть-чуть, а затем слизать, ещё ладошкой, лизнуть…

– На кухне можно набрать фильтрованную воду, – неожиданно раздался голос Марка за спиной.

– Ай! – я вскрикнула от неожиданности, ещё и обожглась водой, когда резко обернулась, и чуть не упала в ванну.

– Прости, не хотел тебя напугать.

– Но напугал же! Мрау!

– Давай я покажу, где можно налить питьевую воду. Из-под крана лучше не пить.

Я выдохнула и пошла к выходу. Марк обошёл меня, выключил воду, и только затем обогнал, уводя на кухню.

Я затылком почуяла – мы не одни. Нечто необъяснимое, прозрачное, источающее свет и забирающее его. Совершенно невероятное существо было рядом с нами. Не пугающее, скорее, завораживающее. Я посмотрела в то место, откуда ощущала его – прямо у входной двери. Там был силуэт человека, вероятно, в чём-то спортивном? Явно не в облегающем и не в костюме. Я прищурилась – русые короткие волосы, высокая девушка. Это же… наверное, та самая ведьма, подруга Марка. Ничего себе, а она действительно необычная.

– О, привет, Багира – заговорила она. – Рада увидеть тебя, наконец, в облике человека.

– При…ривет, – мне сложно было совладать со своими чувствами рядом с этим существом.

– Наверное, я тебя напугала? Ты же ощущаешь нас совсем не так, как люди. Не бери в голову, скоро привыкнешь. Марк вот привык.

– Ничего подобного, – пробурчал тот. – Я уже сколько лет тебя знаю, а всё равно каждый раз при встрече волосы дыбом встают.

– Хорош врать! Вот как за помощью ко мне бежать, так ты смелый, а тут, оказывается, волосы у него встают.

– Не вру! Просто я смелый.

– Ты путаешь смелость и безрассудство.

– Не путаю, просто для меня это одно и то же.

Марк, наконец, закончил препираться и пошёл на кухню. Я поплелась за ним, поглядывая на бледно-серое пятно, следующее за нами. Да уж. Даже не представляю, как к такому можно привыкнуть. Ведьмы…

«Так, вот здесь кран с фильтрованной водой, а это обычный, – сказал Марк, подойдя к раковине и указывая на смутные серые очертания крана. – Стаканы сверху прямо в шкафчике. Вот, держи».

Я взяла стакан, подошла к раковине… и тут нет ручек! Что за?.. Так, ну с таким краном я уже общалась – двойным. Надо только приподнять верхний… ой! Из другого крана резко полилась вода. От неожиданности я отскочила.

– Ты чего? – подхватил меня Марк.

– Не трогай меня! – крикнула я, оттолкнув его.

– Ладно, не трогаю… – он отошёл, приподняв руки.

– Это автоматический кран, – мягко сказала ведьма. – Он начинает лить воду, когда подносишь к нему руки снизу, вот так.

Девушка поднесла руки, и из крана тут же полилась вода. Интересно!

– А как же настраивать её? – спросила я. – Горячую там, или холодную?

– Она уже настроена, – ответил Марк. – Всегда комфортно горячая.

– Удобно, – протянула я, открыв кран с фильтрованной водой и налив себе стакан.

– Только не забывай закрывать, – заметил Марк, опустив ручку от крана.

Я фыркнула и отошла в сторону, чтобы спокойно полакать. Как неудобно! Ведьма неожиданно рассмеялась. Марк тоже сдержанно хохотнул.

– Что? – я перестала пить и с укором посмотрела на обоих.

– Ты так смешно пьёшь, – посмеиваясь сказала ведьма.

– Я так привыкла! Ничего смешного!

– Да, конечно, прости! Но люди пьют совсем по-другому. Тебе стоит научиться снова пить как человек.

Да уж, придётся всему заново учиться… хотя, если напрячься, я могу просто вспомнить. Я представила себя подростком, когда ещё была человеком. Брр. Не хочу вспоминать это время. Но надо… Я вспомнила, как подносила кружку к губам и жадно глотала воду, приходя домой. Да, именно так. Я попробовала сделать так сейчас. Немного неуклюже, но получилось. Ничего. Со временем, я снова буду вести себя как человек.

– Наверное, все голодные? – потирая руки, спросил Марк. – Сейчас я кое-что интересно сворганю.

– О, это отличная идея! – воскликнула ведьма. – Всегда рада поесть твои шедевры. А мы пока с Багирой разберём сумки. Кстати, а ты же не знала, что мы купили. Этот балбес хотел просто пробежаться по твоему списку, но я-то знаю, что нужно девушке. Ты, наверное, и не помнишь уже всего. Пойдём.

Мы с ведьмой подхватили сумки из холла и отправились в комнату. О, карандаши купили! И альбом, с плотными листами – как круто! И одежды… кхм… несколько больше, чем я просила. Обуви несколько пар. И… да, точно. Об этом я не подумала. Какая предусмотрительная ведьма, захватила мне всяких полезных женских штучек. В облике кошки у меня были “особенные” дни, но они были не так часто. И вообще проходили совсем не так. Скорее, мне приходилось бегать от котов подальше, а то они уж слишком бурно на меня реагировали. А сейчас ведь могут начаться в любой момент… я даже не подумала. А ещё расчёску, бутылочки с… вроде как, шампунем, ещё с чем-то. И… нижнее бельё? Ну да… об этом я тоже не подумала.

Ведьма объяснила мне, что за баночки она накупила и зачем. Как же сложно жить человеком… Я раскидала вещи по полкам в огромном шкафу и заодно решила искупаться. Нашла какое-то полотенце, прихватила вещи и баночки для душа, и закрылась в ванной.

Я и забыла уже, как приятно стоять под горячими струями душа, согреваться, расслабляться, ни о чём не думая. Так спокойно… главное, не закрывать глаза. Стоит темноте обступить меня, как мне сразу начинает казаться, что за мной кто-то следит. Будто только и ждёт, чтобы я перестала смотреть по сторонам. Будто хочет напасть на меня. Почему-то этот странный, необъяснимый животных страх одолевает меня только в облике человека. Не закрывать глаза…

Вышла из ванной я совершенно обновленной! В новой удобной одежде – спортивных штанах и просторной футболке. И расчесалась, наконец. Волосы отросли аж до пояса, так что пришлось постараться. Интересно, почему в облике кошки у меня всё равно росли волосы во втором, невидимом человеческом виде? Ох, у меня столько вопросов. Как вкусно пахнет! Это была рыба, похоже, с овощами. Я зашла на кухню.

– А вот и наша красавица, – улыбаясь заметила ведьма, махая мне бутылкой. – Будем праздновать твоё возвращение в человека!

– Поставь вино на стол, – укоризненно сказал Марк, орудуя у плиты. – Я ещё не закончил готовку.

– Тебя пока дождёшься, можно с ума сойти от запаха еды! Дай хотя бы попробовать!

– Будешь пить до обеда? Убьёшь желудок. И напьёшься.

– Ой, ну что ты! Напьюсь с одной маленькой бутылочки на троих? Серьёзно?!

– На двоих.

– А ты что, не будешь?

– Кошке не наливай, она ж отравилась вчера.

– Ну совсем чуть-чуть…

– Не надо, – сказала я, усаживаясь за стол к ведьме. – Не люблю алкоголь.

– Вот! – Марк повернулся и погрозил лопаткой. – Хорошая кошка. А ведьма – плохая!

– Сам ты плохой! Маньяк-живодёр! – ответила ведьма и засмеялась.

– Что?.. – растерянно спросила я, уставившись на неё.

– Не слушай эту бабу ягу, – сказал Марк, отвернувшись обратно к плите. – Это она так шутит.

– Ха-ха, Марк, ты тот ещё злодей, да? – ухмыльнулась ведьма. – Я вот сколько лет тебя знаю, а Багира за пару месяцев тебя раскусила!

– Я… не… – мне стало так стыдно, похоже, Марк всё ей рассказал, о чём мы говорили сегодня утром.

Было так неловко, что захотелось спрятаться, провалиться сквозь землю. Я смотрела на пол и сгорала от стыда, пряча глаза. Мне хотелось исчезнуть, испариться, чтобы никогда не было этого разговора утром. И тогда не над чем было бы смеяться. Я сжалась, ощущая дрожь по всему телу.

– Эй, эй, – голос Марка вывел меня из оцепенения. – Ты куда собралась?

– Н-никуда, – запинаясь ответила я, уставившись на побледневшего Марка, который становился всё ярче и расплывчатее.

– Так, ты – он указал лопаткой на ведьму. – Не смей смущать мою кошку. А ты, – Марк посмотрел на меня. – Не обращайся обратно. И вообще, не обращай внимания на эту ведьму. С точки зрения жизни и судьбы её вообще нет. И ты не замечай.

– Правильно, не обращай на меня внимания, – миролюбиво сказала ведьма. – Я могу сказать лишнего, не обижайся.

– Я… не обижаюсь. Я что… превращалась?

– О, да! Отрастила усы и ушки поползли наверх и заострились. Так мило.

– Усы?! – я потрогала место, где гипотетически они должны быть, но ничего не нащупала.

– Они уже исчезли. Марк вовремя заметил, а я балда. Сижу тут, посмеиваюсь над тобой. Прости, я мало знаю оборотней, поэтому вообще не представляю, что может тебя задеть.

– У кошек не усы, а вибриссы, – заметил Марк, подходя с тарелками к столу, пахнущими чем-то невероятно вкусным.

– Вибриссы? – удивлённо спросила я. – А что это?

– Их ошибочно называют усами, но это же не просто волосы. Это как бы антенны, которые улавливают мелкие вибрации, движения воздуха. Помогают кошкам лучше видеть и ориентироваться в пространстве. Кстати, у кошек же не такое уж хорошее зрение. А ты человеком видишь намного лучше? В чём вообще разница?

– Я… лучше вижу кошкой. Я бы сказала, очень хорошо вижу. И в темноте тоже. Может, всё не такое цветное, но зато более чёткое.

– Значит, всё-таки доводы учёных неверны.

– Почему это? – спросила ведьма, наливая вино себе и Марку.

– Ну, они говорят, что зрение у кошек похоже на близорукость у человека. А тут оказывается, что кошки видят лучше.

– Просто… – я задумчиво уставилась в тарелку с едой, неуверенно взяв в руки вилку. – Я думаю, что более близорука, чем в облике кошки.

– Что? Ты плохо видишь?

– Ну, честно говоря, я и не знала, что можно видеть лучше, пока не стала кошкой. Хотя, в детстве мне как-то выписывали очки. Другое дело, что я их так и не носила, так что разницы, в общем-то, не знала.

– О, ты превратилась в кошку, когда была ребёнком, да? – спохватилась ведьма, отправляя в рот очередной кусок вкуснейшей рыбы.

– Я, ну… не то что бы совсем ребёнком.

– Сколько тебе тогда было, лет десять? А что произошло? Очень интересно, каково это было в самый первый раз! Расскажи, ты же помнишь?

– Я…э-э-э… – мне стало совсем не по себе, вспоминать ничего не хотелось, хоть и картина эта появлялась у меня перед глазами каждый раз, как я закрывала их.

– Хватит допросы здесь проводить, – укоризненно заметил Марк. – Ты хотела пить вино – так пей. Кошка, ешь давай. Хватит гипнотизировать тарелку. Или ты не любишь рыбу?

Я уверенно сжала вилку в кулаке, зачерпнула ею кусочек рыбы и отправила в рот. М-м-м, вкуснота! Гораздо вкуснее, чем мясо! Или те вкусные пакетики с кормом. На самом деле, я ещё ничего вкуснее не ела. Может, только если та самая курица… в последний день… дома… нет! Эта рыба точно вкуснее! Ничего лучше в той ужасной прошлой жизни быть не может. Там всё было плохо. А сейчас – не то. Теперь я оборотень, буду работать с Марком. Или не буду, если не понравится. Найду работу по душе, буду говорить с людьми…брр… нет. Чем меньше людей, тем лучше.

Закончив с рыбой, я пошла к раковине, достала из верхнего шкафчика стакан и налила себе воды. Пить, как человек, не отвлекаться! Кстати, у меня же там карандаши и альбом абсолютно чистый – не порядок! Пока Марк с ведьмой отвлеклись на разговоры, я прошмыгнула мимо них и ушла в свою комнату – рисовать. Да! Это то, чего мне не хватало. И света – предостаточно. Рисовать можно хоть до утра! Красота!

Марк зашёл ко мне в комнату, когда уже было темно. Он открыл шкаф, достал оттуда что-то и подошёл к кровати.

– Я застелю тебе кровать, – ответил Марк на мой вопросительный, провожающий его взгляд.

– Застелишь? – не понимая его, спросила я.

– Ну, ты же спать будешь скоро, так? Не голым же одеялом тебе укрываться. А так будет свежее постельное бельё

– Э…я…

– Что? Хочешь сама?

– Просто… я не привыкла к такому.

– К чему? Спать на застеленной кровати?

– У меня был диван. Я всегда спала на нём. И… одеяла и подушки не было. Можешь не стараться, мне и так нормально будет.

– Погоди, хочешь сказать, что никогда не спала на нормальной кровати?

– Мне нравился мой диван. Небольшой, но очень удобный. Не вижу смысла в этих одеялах, подушках…

– Багира, я, конечно, не очень-то привык принимать у себя гостей, но спать на не застеленной кровати… это уже слишком. Понятия не имею, в каких условиях ты росла, но у меня ты будешь жить, как человек. Даже несмотря на то, что только наполовину.

Ну и ладно, пусть делает что хочет. Мне всё равно. И так чувствую себя как в замке. Эта квартира была намного больше, чем та, в которой я выросла. Тут всё было такое новое, необычное. Чего только стоили эти автоматические краны! И мой замок. Кошачий замок. Это было настоящее приключение для меня! Чтобы для меня покупали такие крутые штуки и, наверняка, очень дорогие. Честно говоря, складывается ощущение, что Марк просто меня покупает. Теперь как-то и неудобно будет отказываться, если мне не понравится та работа. Изгонять духов, наверняка, опасно. С другой стороны, кошкой жить немного скучновато. Но зато никаких проблем. Почти.

Марк закончил возиться с постельным бельём, пожелал спокойной ночи и ушёл, прикрыв за собой дверь. Ну… теперь-то я, будучи человеком, смогу её открыть. Но спать что-то совсем не хочется. Ещё порисую. Кстати, получился вполне неплохой пейзаж. Я пыталась нарисовать что-то из своего дворового прошлого – дерево, на котором сидела, зелёную поляну подо мной, собаку, которая тявкает снизу. Как же нравится мне рисовать! А вот тут добавим радугу. Её, конечно, там не было, но пусть будет! Очень уж не хватает чего-то цветного и яркого. И солнце сделаем чуть розоватым, и облака тоже. Наверное, это будет закат. Красочный яркий закат перед тёплой летней ночью. И фиолетового туда немного… Люблю лето.

Ох, уже глубокая ночь. Я вышла в туалет, а на обратном пути задержалась в холле, увидев яркую полную луну (я-то знаю, что уже убывающую, но от полной не отличишь). Лунный свет обволакивал тёмную комнату, озаряя её серо-голубым холодным сиянием. Как красиво. Я села на диван, а затем и вовсе прилегла на него, завороженно наблюдая за волшебством этой ночи. Красиво. Тихо. Спокойно.

Я и не заметила, как уснула. Просто в какой-то момент видела уже не луну, а яркие волшебные сны, где я кошкой бегала по скошенной летней траве и гонялась за бабочками. Какой хороший сон! Мне нравится быть кошкой. Даже во сне.

Внезапно меня ослепил яркий свет. Что это? Что происходит? Я проморгалась, привыкая к свету, присела и оглянулась. Размытое серое пятно подошло ко мне.

– У тебя же есть кровать, зачем спишь на диване? – сонно проворчал Марк.

– Что происходит? – спросонья, ничего не понимая, спросила я.

– Иди в комнату, мне нужно собираться на работу.

– Уже утро?

– Шесть часов, но тебе вставать не обязательно. Иди в свою комнату, а я здесь буду ходить, шуметь, топать.

– Зачем?

– Багира, мне нужно собираться. Я оставлю тебе завтрак на столе и постараюсь вернуться к обеду. А ты иди спать.

До меня, наконец, дошло, чего от меня хотят. Я встала, поплелась в свою комнату и рухнула прямо на кровать. Краешком сознания я уловила, как закрылась дверь. Это Марк. Надо привыкать, что теперь я могу сама закрывать за собой двери. И воду. И вообще всё. Ох… тяжело быть человеком. Я провалилась в глубокий, тягостный сон. Опять от кого-то убегала, или просто куда-то бежала – не понимаю. Всё было так сумбурно и непонятно. Надо было оставаться спать на диване. В конце концов, там, при лунном свете, мне снятся красивые и приятные сны. А не вот это вот всё.

Я проснулась, стаскивая с себя тяжёлую, ватную дремоту. Голова гудит. За окном шёл дождь. Ох, как же часто в этом городе идут дожди! В неделю из семи дней хотя бы один ясный – уже редкость. Пакость. Я помотала головой, стряхивая остатки сна, встала и пошла умываться. Где-то в ванной была моя новая зубная щётка – ага, нашла. Вспомнить бы, как это делать… ну ничего, справилась. Умылась, а теперь надо пройтись по квартире, осмотреться.

Из последних новостей – мой кошачий замок стоял, как и всегда, возле дивана в холле, а вот миски мои Марк, похоже, убрал. И игрушки кошачьи сложил на одну из лежанок в замке. Я схватила одну, кинула и побежала за ней. Ещё непривычно, да и играть не так интересно – всё тело какое-то ватное, непослушное. Покидала себе ещё мячики и игрушечных цветных мышек. О, а вот эти мне больше всего нравятся – шарики с колокольчиком внутри. Они так забавно звенят. Их можно пинать ногами и гоняться за ними. А это интересно!

Есть хочу. Марк, кажется, что-то говорил про завтрак. Я зашла на кухню и действительно на столе увидела несколько бутербродов, сложенных стопкой на тарелке. Ням. Я уплела всё, напилась воды и довольная приземлилась на диване в холле, уставившись в серое однотонное небо. Скукота. Порисовать, что ли? Точно, пойду порисую. На этот раз хочу попробовать замок с кучей игрушек внизу, а сверху пусть летают птицы. Черные, белые и жёлтые. И красные. Да, отлично! И небо сделаю оранжевым, ярким, без облаков. И ещё… добавлю-ка здесь настоящих серых мышек. Будто ползают они по замку, пока меня там нет. Эх… кошкой бы я за ними погонялась.

Темнеет. Марк, кстати, сказал, что будет к обеду. Врун. Нет его, а уже вечереет. Я потянулась, взглянула на свой рисунок издалека и удовлетворённо кивнула. Сойдёт. Что бы ещё поделать? Почитать что ли? Я ещё раз пробежалась по полке и схватила одну из книг “Цветы для Элджернона”. Ух, какое сложное имя. Наверное, что-то романтичное. Я уселась на полу, сложив под себя ноги, и начала читать. Сложно. Буквы расплываются, глаза с непривычки болят. Да и вообще, что за странная книга?! Так неграмотно написано, ужас. Но ведь её читал Марк, значит, там что-то должно быть…надо потерпеть.

Ну, на самом деле к этой безграмотности можно привыкнуть. Там типа главный герой умственно-отсталый, и пишет сам про себя книгу. Интересно. Вроде опыт какой-то на нём ставят. Глаза слезятся…

Я услышала, как Марк вернулся, положила книгу на пол обложкой вверх, чтобы не потерять, где остановилась, и вышла в холл.

– Ты что, плачешь? – удивлённо спросил Марк, увидев меня.

– А…н-нет, просто глаза слезятся, – проклятые человеческие глаза опять меня подводят.

– Просто так? Что-то случилось? Я задержался, но не думал, что ты меня так ждёшь.

– Я читала, ясно?! От этого слезятся глаза, потому что слишком напрягаются!

– Понял, не кричи. Давай к врачу сходим, пусть тебе очки подберут, раз всё так серьёзно.

– Не нужно, я привыкла.

– Да, я понял, что ты привыкла страдать. Но это не значит, что так нужно жить и дальше. Послезавтра у меня выходной, должен быть. Сходим с тобой к врачу.

– Зачем ты так стараешься? Я уже согласилась тебе помочь с твоей этой работой, а ты продолжаешь виться около меня, как мартовский кот. Мне такое не нравится! Я сама справлюсь со своими глазами, не нужно со мной никуда ходить! И вообще, ты сказал, что дашь мне ключи, чтобы я смогла выходить из квартиры. Когда ты мне их дашь?!

– Вот сходим с тобой за очками, заодно и ключи сделаем.

– Не нужны мне очки!

– Хорошо, не нужны так не нужны. Но мы всё равно сходим. Пусть будут, на всякий случай.

Я раздражённо фыркнула. Бесит меня. Зачем он так навязывается? Ему что-то определённо нужно, но вот что?

– Ты, наверное, голодная, – виновато сказал Марк. – Я приготовлю поесть и на завтра тоже. Оставлю обед в холодильнике, сможешь разогреть?

– Если покажешь, как пользоваться твоей умной плитой, – проворчала я.

– Зачем плитой, есть же микроволновка.

Марк приготовил поесть и показал, как работает эта его “микроволновка” – умная электрическая печка, которая разогревает еду буквально за пару минут. Что только не придумают! Спать пришлось на кровати, так что я разлеглась на ней, раскинув руки и ноги, но заснула только ближе к утру, свернувшись калачиком.

Гадкие сны снятся мне на этой кровати. Те несколько ночей, что пришлось мне спать на ней, показались долгими, нудными и тревожными. Но в свой выходной Марк, как и обещал, сводил меня к врачу, как я ни упиралась. Линзы пришлось заказать, так что готовы очки будут только через пару недель. Как же много на улице людей! Сыро, мокро и зябко. И дождь ещё. Непрекращающийся, противный моросящий дождь. Мерзость.

– Когда будут готовы очки, хотя бы попробуй их примерить, ладно? – Примирительно сказал Марк, когда мы ехали в машине домой.

– Я же сказала, они не нужны, – раздражённо ответила я.

– Просто попробуй в них немного походить. Хотя бы пару минут, пожалуйста. Не понравится – снимешь и спрячешь глубоко в шкаф.

– Хорошо… но только на две минуты!

– Отлично! Меня это устраивает.

– Марк, зачем ты это делаешь? Что тебе от меня нужно, скажи прямо!

– Нужно? Ну… я хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно, пока живёшь со мной.

– Мне и так хорошо. Зачем ещё стараться?

– Потому что может быть лучше. А если я могу сделать лучше, то почему нет?

– Я всё равно не понимаю, зачем? Я же помогу тебе с твоей работой. Кстати, когда ты уже отвезёшь меня туда?

– Куда?

– Ну, на свою эту работу. Где мне нужно будет тебе помогать.

– Это нелёгкая задача. Я боюсь, что ты ещё не восстановилась до конца. К тому же, это может быть опасно, я хочу быть уверен…

– Опасно?.. Всё-таки это опасно… и что же меня ждёт?

– Когда изгоняешь духа, он может навредить тому, кто его изгоняет. Я смогу защитить тебя, но если ты будешь слаба, то это будет трудно. Даже для меня этот дух очень силён. Помнишь тот день, когда ведьма пришла со мной, и я вырубился прямо на диване?

– Да…

– Ну вот я попытался его изгнать сам, потому что уже не верил, что ты сможешь мне помочь. И у меня ничего не вышло. Мало того, я очень разозлил духа, так что мне с трудом удалось от него уйти. Хорошо, что моя подруга-ведьма была недалеко и почуяла неладное. Помогла отделаться от него… но меня это сильно подкосило.

– А ты уверен, что мы справимся?

– Конечно, теперь я уверен.

– Но всё ещё не едешь к нему со мной…

– Ещё недельку можем подождать. Ничего страшного. Зато ты точно восстановишься и будешь полна сил.

– Я не чувствую себя слабой. Всё как обычно. Можно ехать туда хоть сейчас.

– Нет, Багира. Мы подождём.

– Ты боишься, да? Поэтому тянешь…

– Я не боюсь, я же безрассудный и храбрый, помнишь? Не волнуйся. Мы со всем справимся. Вот ты удивишься, когда поймёшь, что всё на самом деле гораздо проще. А ты тут надумываешь.

– Что-то я сомневаюсь…

Остаток пути мы ехали молча. Не знаю почему, но теперь мне было страшно. Знать, что осталось всего семь дней до момента, когда от меня будет зависеть всё. Марк же пытался без меня. И так надеется, что я ему помогу. Знала бы я, что мне нужно делать… не так бы волновалась. А вдруг я не справлюсь? Что тогда? Если в тот раз рядом оказалась ведьма, то что будет в следующий? Сможет ли нам кто-то помочь? Разве сможет меня Марк защитить, если сам нуждался тогда в помощи?

Доехали. Я ушла в комнату дочитывать книжку. Интересная, кстати, оказалась. Только конец грустный. Так и у меня будет, наверное. Не справлюсь я. Даже ужинать не хотелось, сидела и заталкивала в себя безвкусную еду, просто чтобы не обидеть Марка.

– Волнуешься? – заметил он.

– Мне кажется… я не справлюсь, – ответила я, отправляя в рот кусочек курицы, наверное, даже очень вкусной, но не сейчас.

– Тебе же ничего не нужно будет делать, с чем там справляться?

– Как же я буду тебе помогать, если мне ничего не нужно делать?

– Ты будешь кем-то вроде поддержки. Просто нужно будет мне помочь, понимаешь?

– Нет, не понимаю! Я ничего не понимаю! Ты говоришь так, будто всё должно быть очевидно. Но я всё равно не понимаю!

– Расслабься, по ходу дела всё поймёшь. Поверь мне, там ничего сложного. Я проделывал это тысячи раз.

– Тогда почему в тот раз не справился?

– Там… кхм… несколько другой уровень. Тот дух, понимаешь, уже много лет подсасывает жизнь. Да и человек там оказался очень сильным. Вот и дух стал таким же. Такое бывает, иногда.

– То есть ты такого ни разу не изгонял!

– Разница лишь в силе. А мы с тобой вдвоём намного сильнее его.

– Но я же ничего не умею!

– Багира, я же сказал, тебе ничего делать не нужно. Просто не думай об этом. Через неделю мы съездим, быстро сделаем дело и получим много денег. Вот и всё.

– Не нужны мне деньги, я и без них как-то прожила много лет.

– А сейчас попробуешь жить по-другому.

– Раз это так сложно и опасно, почему не можешь отказаться?

– Ну… этот человек умрёт, если ему не помочь.

– Разве нет кого-то другого? Сильнее?

– Я и так сильный. Один из сильнейших в городе.

– Вот именно, “один из”! Пусть обратятся к другому!

– Никто не захотел за это браться. Поэтому я согласился помочь.

– Тебе же просто хорошо заплатят, не из жалости же ты согласился. Так заработаешь на другом!

– Ты хочешь отказаться? Настолько испугалась?

– Я… я не знаю…

– Всё в порядке, я не заставляю тебя. Тот человек уже смирился с мыслью о том, что умрёт. Просто я хотел бы его спасти. На самом деле, даже если бы мне не заплатили, я бы всё равно попытался прогнать духа. Во-первых, это новый опыт. Во-вторых, человеческая жизнь – бесценна, поэтому нужно постараться сохранить каждую из них. И ещё… знаешь… я общался с ним… с ней. И, несмотря на то, что смерть уже стоит у неё на пороге… она светится жизнью больше, чем любой другой человек. Я бы не хотел, чтобы она умерла. Так что, если ты всё же решишься… я был бы очень благодарен тебе за помощь.

– Я… не знаю. Можно мне ещё подумать?

– Конечно. Через неделю, максимум две, нам нужно будет туда ехать. Или может быть слишком поздно. Дай мне ответ, когда будешь готова.

– Хорошо.

Я оставила в тарелке почти половину еды и ушла в свою комнату. Всё равно не хотелось есть. Страшно. Опасно. Но я могу спасти жизнь. Но кого? Я ведь не знаю этого человека. И он меня не знает. Какое мне до него дело? Он даже не думал никогда, что существует вот такой оборотень, как я. Не надеется, что его спасут. Просто сидит и ждёт смерти. Ужасно… но… если я помогу, то рискую сама. Чем может всё закончится? Я помню, какой Марк пришёл тогда. И это он смог сбежать от разгневанного духа. А что будет, если не сбежит. Что будет, если меня захочет убить злой дух, а не того человека? И почему я должна расплачиваться за это? Марк, конечно, не заставляет, но… я вижу, как он обхаживает меня. Боится напугать, покупает всё, чтобы мне нравилось жить с ним. А мне всё равно страшно.

Я валялась на кровати, погруженная в тягостные мысли. Было уже темно, но спать ещё не хотелось. Сделать шаг вперёд и помочь? Рискнуть своей жизнью? А ведь на самом деле – чего стоит моя жизнь? Тяжёлое и безрадостное детство, никчемное скитание по улицам. Жить ради того, чтобы выжить. А ведь тому человеку, возможно, есть что терять. Может быть, он, то есть она, девушка, сможет добиться чего-то большего. Стать кем-то великим. Или просто прожить жизнь размеренную, счастливую или нет, завести семью и родить детей, или наслаждаться одиночеством. А я… что ждёт меня?.. Если я откажусь, Марк, наверное, избавится от меня. Ну и правильно. Выпустит на волю, чтобы я остаток жизни провела на улице. И, если повезёт, умру от старости, всю жизнь жалея, что позволила страху сделать выбор за меня. Нет, не позволю! Теперь я точно понимаю, чего хочу. Хочу попробовать! Хочу стать кем-то важным. Если получится, то буду настоящим “магическим существом”, о котором будут говорить в узких кругах. А если нет… что ж. Зато я хотя бы попытаюсь.

Я приняла решение, но мне не стало легче. Стало только страшнее. Теперь я точно знала, что меня ждёт. Я свернулась калачиком, но мне было холодно. На улице был сильный дождь. Ну, хотя бы не противная морось. Я впервые за эти дни залезла под одеяло. Не то что бы я надеялась согреться, мне просто хотелось спрятаться. Я укрылась с головой. Снова свернулась калачиком. Как тепло и уютно. Но страшно. Казалось, что, стоит мне отбросить одеяло, как все невзгоды и страхи накинутся на меня. Не хочу. Хочу сидеть здесь в темноте. Хочу согреться и спрятаться. Хочу стать частью этого безопасного, уютного мира под одеялом. Так тепло и хорошо. Я задрожала, но от наслаждения, а не холода. Меня накрыла волна – такая приятная и родная. Так спокойно. Наконец, можно просто уснуть. И видеть сны, как я ловлю мышей… или как ветер качает зелёные деревья. И холодный, приятный свет луны.

Я проснулась в полной темноте. Потянулась, укрытая тяжёлым, плотным одеялом. Надо вылезти наружу, а то жарко. Спрыгнув на пол, я дошла до двери и замерла. О, нет! Я превратилась в кошку! Нет, нет, нет! Марк сказал – у нас всего пара недель, а полнолуние не раньше, чем через три. Что же делать? Может, он знает, как превратиться обратно в человека не в полнолуние? Уже утро. Ох, надеюсь, Марк ещё здесь. Только вот… дверь закрыта. И ручки круглые он так и не поменял. Я прыгнула, подцепила ручку когтями, но сорвалась. Ещё разок, и ещё. Да что ж такое! В конце концов, мне надо в туалет! И я есть хочу, и пить! Ещё раз прыгнула, подцепила скользкую ручку, но она не поддалась. Я поскребла дверь, попробовала ещё попрыгать. Похоже, Марка нет дома. Он бы меня услышал. Я уже довольно долго здесь вожусь. Что же делать…

Ладно, сходить можно в туалет и под дверью. Тут, конечно, паркет, но сам виноват, что ручки не поменял. Ох, как же хочется пить! Я полдня боролась с этой дверью, без особой надежды громко мяукая (а вдруг всё-таки дома, но в своей лаборатории, поэтому не слышит). Устала. Ну и ладно. Я села на подоконник, рассматривая мелких, еле различимых прохожих на улице. Пасмурно, а дождя нет. Вот же город какой противный. Даже если дождя нет, всё равно небо покрыто тучами. Посплю пока… скучно… и голодно…

Дверь в комнату открылась и зажёгся свет. Марк замер на пороге, рассматривая уже подсохшую лужу на паркете, а затем уставился на меня. Я проснулась, повернулась к нему и громко мяукнула. Несколько раз. Покорми меня уже, ужасный человек. Я тебя весь день ждала!

“Ты так испугалась, что превратилась в кошку? – улыбаясь, спросил меня Марк, поставив возле дивана миски с едой и водой. – Но если ты захочешь помочь мне, тебе нужно будет обратиться обратно в человека. Иначе никак”. Да, я уж догадываюсь. Иначе Марк бы меня сразу повёл к той девушке, а раз так долго ждал моего превращения в человека, значит, нужно быть именно человеком.

Я набросилась на еду. Вылизав миску, я налакалась воды, а затем пошла искать Марка. Нужно как-то сказать ему, что я решилась помочь. Только вот в человека мне никак не превратится без полнолуния, так что придётся либо ждать, либо разобраться, как превратиться без этого. Марк на кухне готовил себе ужин. Ма-я-у, мя-я-у. Я вилась вокруг него и мяукала, пытаясь обратить на себя внимание.

“Что такое? – внимательно посмотрел на меня Марк. – Не наелась? Сейчас ещё положу”. Да, именно так. Он наложил мне ещё еды в миску, а затем снова отправился на кухню. Дурак! Я побежала за ним, продолжая мяукать и путаться под ногами. “Лоток я поставил рядом с диваном,” – объяснил Марк, усаживаясь есть за стол. Болван, мне совсем не это нужно! Ма-у, мя-у, ма-яу! “Ты хочешь то, что у меня в тарелке?” – озадаченно спросил Марк, поднося мне кусочек своей еды. Я инстинктивно принюхалась. Нет! Ну, нет же! Я не хочу есть! Я хочу, чтобы ты помог мне превратиться обратно в человека!

Марк закончил есть, убрал за собой и отправился в ванную. Ну уж нет! Я подкараулила его под дверью, а затем набросилась на его ногу, как только он вышел.

– Ай, – закричал от неожиданности Марк. – Что ты делаешь?!

– Ма-у, мя-а-ау, мя-я-у, – говорила я, закружив вокруг него.

– Я не понимаю, что ты хочешь. Еда и вода у тебя в миске, дверь в комнату открыта, лоток у дивана. Что ещё я могу сделать?

– Мя-я-я-у! – вот болван, вообще меня не понимает!

– Что? Тебе плохо? Что-то болит?

Он наклонился ко мне и протянул руку. Куда?! А ну не трожь! Я заехала по руке когтистой лапой, и Марк тут же выпрямился.

– Я не понимаю, что тебе нужно. Я очень устал и хочу спать. Завтра рано вставать, мне нужно на работу. Если это не что-то срочное, давай потом.

Ладно… потом разберусь. Поймаю его в выходной, а затем… даже не знаю. Ходить и орать рядом – явно не помогает. Надо что-то придумать. Но как ему объяснить? Кстати, у меня же есть карандаши! Попробую написать что-то. Только сейчас темно. До выключателя мне не допрыгнуть. Попробую днём.

А всё оказалось гораздо сложнее, чем я думала. Написать буквы у меня не получалось от слова совсем. Выходили какие-то неразборчивые каракули. Кое-как мне удалось нарисовать схематичного человечка. Не особо похоже, но можно разобрать, если попытаться. Ах, да! И кошку. Надо нарисовать рядом кошку. Специально выбрала чёрный карандаш для этого, чтобы было понятно. Или тёмно-коричневый. Ох, кошкой различать оттенки цветов сложнее. Да, какая разница? И так понятно. Я отгрызла клочок бумаги из альбома и отнесла его Марку под дверь лаборатории. Опять закрылся там. Сидит, как мышь в своей норе. Ну, ничего, я подожду.

“Что это там у тебя? – спросил Марк, выйдя из комнаты и удивлённо на меня посмотрев. – Давай посмотрю”. Он развернул клочок измятой бумаги и долго всматривался в рисунок. Повертел его, посмотрел с разных сторон, даже вытянул на руке, чтобы разглядеть получше. Вот сейчас точно всё поймёт!

«О, да ты нарисовала нас? – восхитился Марк. – Очень красиво. Какая молодец!»

Глупый, глупый, недалёкий болван! Я зашипела и вцепилась ему в ногу. Марк отскочил и быстро направился в ванную. Ну уж, нет! Я от тебя не отстану! Уже почти неделя прошла, времени и так мало. Ты должен понять! Я догнала его и снова вцепилась в ногу.

«Я не понимаю, что ты хочешь? – Марк остановился и тяжело вздохнул. – Обратись обратно в человека и поговори со мной по-человечески. Если ты откажешься, я всё пойму. Только не надо кусаться и царапаться. Прекрасный рисунок. Честно говоря, я удивлён, что ты вообще смогла что-то нарисовать в облике кошки. Не понимаю, почему ты злишься?»

Я продолжала драть его ногу и шипеть. Что? Что мне сделать, чтобы ты понял? Даже рисунок не помог. Марк спрятался от меня в своей спальне, а я осталась за дверью. Что делать?.. Я запрыгнула на одну из лежанок замка и уставилась в серое, покрытое тучами небо. Луна ещё не скоро станет полной. Нельзя сдаваться. Рисунок явно заставил его задуматься, так надо нарисовать ещё. Только добавить луну. И звёзды, чтобы было понятно, что это ночь. И… в общем, буду пробовать.

Надо ли говорить, что следующую неделю я забрасывала его этими, как оказалось, бесполезными рисунками, так что Марк их уже начал складировать на кухонном столе. Разглядывал их, пока ел, но так ни до чего и не додумался. В конце концов, Марк вытащил в холл переноску и приветливо распахнул там дверцу. Ну да… как же. Две недели как раз прошло. Наверное, решил меня в приют отвезти. Подожди ещё немного! Я тихонько мяукнула, но в переноску не полезла, а забралась повыше на свой замок.

“Хочу тебя кое с кем познакомить, – улыбаясь, сказал Марк. – Залезай, путь будет долгий”. Ну, нет. Раз уже поедем, буду идти с ним рядом. И сидеть в машине. Никуда я не сбегу, так что переноска не нужна. Я подбежала к входной двери, уселась рядом и выразительно посмотрела на Марка. “Ладно, можешь поехать и так, – согласился он. – Только никуда не сбегай, ладно?” Я мяукнула в ответ. Пусть понимает, как хочет. Я-то для себя уже всё решила. Мы с Марком вышли, спустились вниз на лифте и сели в машину.

Ехали мы действительно долго. Но, в конце концов, приехали к больнице. Какая-то элитная, наверное. Вся такая светлая, просторная. Да и меня пропустили, правда, Марку пришлось взять меня на руки. Ну ничего, можно и потерпеть. Только я предпочитаю всё же сама держаться, поэтому забралась на плечо и уселась там, вцепившись когтями. Марк терпел, ничего не говорил, хотя, наверное, ему было больновато. Ну и пусть, мне всё равно. Сам хотел, чтобы я шла с ним. Мы зашли в палату, в которой лежала девочка лет десяти. Такая маленькая. Вся в капельницах и каких-то трубках. Постойте-ка. Это про неё мне Марк рассказывал? Её он хотел спасти?

– Здравствуйте, – сказала она, лучезарно улыбаясь.

– Привет, Эля, – также улыбнувшись, ответил Марк и присел рядом с ней на стул.

– Это ваша кошка? Она тоже пришла навестить меня?

– Да, я хотел, чтобы вы познакомились.

– Какая красивая!

Девочка и правда вся будто светилась от счастья. Я спрыгнула с плеча на кровать и подошла поближе. Странное ощущение. Будто что-то тяжёлое нависало сверху, заполняло всё пространство вокруг. Такое тягучее, злобное. Но это точно была не девочка. Несмотря ни на что, она была светлой, лучиком добра и нежности. Сразу видно, добрая душа. Наверное, будь у этой девочки шанс, выросла бы прекрасным человеком, который всех бы заряжал энергией и радостью. Ничуть не пожалела о своём выборе. Я поласкалась о руку девочки, и та сразу засияла от восторга. Погладила меня, немного неприятно, грубовато и неуклюже, но я потерплю. Ради этой девочки я готова пойти на смерть. Так что не важно.

Марк ещё немного поболтал ни о чём, а затем попрощался, подхватил меня на руки, сразу же посадив на плечо, и ушёл. В машине мы ехали молча. Такое странное, тягостное молчание. Марк был сосредоточен. Он смотрел на дорогу, но витал в своих мыслях – это было сразу видно. Вернувшись домой, он сел на диван и похлопал рядом с собой, поманив меня. Хочешь поговорить? Ну, давай поговорим. Я послушно уселась рядом с Марком.

«Я вижу, тебе тоже понравилась эта девочка, – сказал он, нахмурившись. – Если хочешь помочь ей, придётся делать выбор прямо сейчас. В облике кошки ты, прости уж, бесполезна. Так что… решай».

Марк смотрел на меня выжидающе. Я понимаю, что он хочет, но не могу этого сделать. Если б я только знала, как. Может, он знает? Думает, что всё так просто, но не понимает, что я не знаю? Я спрыгнула на пол, сбегала на кухню, стащила оттуда листок с моим рисунком и вернулась к Марку, бросив листок ему под ноги. Давай же, пойми, я хочу помочь! Только не знаю, как превратиться обратно! Ну же!

Марк поднял листок, ещё раз всмотрелся в него, затем медленно сжал его в комок и бросил на пол. Нет! Не то! Я схватила рисунок, запрыгнула на диван и кинула листок перед ним.

“Я не понимаю!” – воскликнул Марк и резко встал. Он подошёл к двери, распахнул её и указал на выход. Что? Он меня прогоняет? Всё-таки… “Ты хочешь уйти?! – срываясь на крик, воскликнул Марк. – Так уходи! Я не держу тебя больше! Ты свободна! Ну же, иди!” Я сидела на диване и смотрела на открытую дверь. Когда-то я действительно хотела, желала, мечтала об этом. Но сейчас… выбор же сделан. Я не могу отступить. Не хочу.

Марк смотрел на меня долго, ожидая, что я всё-таки убегу. Но нет, не дождёшься. Вышвырни меня силком, если уж так решил, но сама я не уйду. Марк захлопнул дверь, сполз по стене на пол и уселся, обхватив голову руками. Я подхватила скомканный рисунок в зубы и медленно подошла к нему. Марк… плачет? Стиснув зубы, он смотрел в пол, а слёзы текли по его щекам. Ну… нет. Не надо. Просто скажи мне, как стать человеком, и мы сразу же поедем туда. Я положила листок перед Марком. Толкнула рисунок носом. Давай же, просто посмотри. Всё же так очевидно! Но Марк не двигался. Сидел, уставившись в пол, и тихо плакал. Прости… я не знаю, что мне сделать.

Наверное, это самый ужасный день в моей жизни. Наконец, я решила шагнуть дальше и перебороть свой страх, но у меня не вышло. Из-за какой-то глупости! Случайности! Какая же я дура! Как я могла превратиться в кошку и не заметить?! Я же столько раз уже это проделывала. Я прекрасно понимаю все эти ощущения, но в тот момент не остановилась. Почему?! Будто мозг отключился напрочь. Какое же я ничтожество!

Я ушла в свою комнату, забралась на окно и уставилась в тёмный пасмурный вечер. Красиво этот город освещается фонарями, только сейчас это меня совсем не радует. Как же грустно.

Утром Марк ушёл на работу, как обычно оставив мне еду. Опять вернётся поздно. И хорошо. Меньше всего мне сейчас хотелось попадаться ему на глаза. Я пряталась от него, насколько это было возможно. Больше Марк со мной не заговаривал. Но и не выгонял. Уж лучше бы выгнал. Или, может, самой уйти. Но… я бы хотела ему объяснить. Хотела бы рассказать, что не умею превращаться в человека по собственному желанию, только в кошку. Что пыталась рисунками попросить его о помощи, а он сам, дурак, не хотел понимать. Ну и… наверное, попрощаться. Словами. По-человечески.

Завтра полнолуние. Вечером Марк вернулся не один. Опять эта ведьма. Они явно что-то принесли с собой. Я пряталась под диваном и явно слышала звон бутылок. Выпивать будут, понятно. Они ушли на кухню. Посижу здесь. Хоть послушаю немного, о чём говорят.

– Что это? – спросила ведьма.

– Это… Багира, – ответил Марк, печально вздохнув.

– В смысле это она нарисовала? В облике кошки?

– Ага.

– Очень даже неплохо. Это вы с ней вдвоём, да?

– Наверное…

– А почему их так много? Хвастается тебе, что ли?

– Не знаю. Когда я хвалил эти рисунки, она хватала меня за ноги, царапалась и шипела.

– Хм… как интересно…

– Да, я тоже подумал, что она что-то хочет. Но почему тогда не обратится в человека и не скажет напрямую? Неужели так стесняется и боится?

– Ну, она же отказалась, да?

– Напрямую она мне не сказала, но я её даже в больницу возил. Вроде Элька ей понравилась, но в человека обратиться так и не захотела. Думаю, ей слишком страшно. Не для всех это, не для всех…

– Ты расстроен?

– Ещё бы! Но я её не виню. Пусть живёт здесь, пока не захочет уйти.

– А она не хочет?

– Я предлагал. Ещё тогда, когда привёз из больницы. А она тычет в меня своими рисунками и не уходит. Носила их за мной по пятам, настойчиво так, требовательно. Хотя, после того дня прячется. Вообще её не вижу.

– Интересненько…

– Мы сюда зачем пришли? Давай вино открывать. Сейчас что-нибудь на скорую руку сделаю на закуску.

Они сидели там долго, напиваясь и болтая о пустяках. В холле было темно, только свет из кухни забирался под диван. Я вылезла и подошла к окну. Луна. Почти полная. Облака так быстро бегут, но я ловила каждый лучик этого волшебного, быстро исчезающего света. О, ведьма прошмыгнула в туалет. Наверное, меня и не заметила. Надеюсь. Я снова посмотрела на небо. Так спокойно. Завтра последний день, и я уйду. Всё объясню, даже не знаю зачем. Может, так станет легче? Конечно, меня это всё не оправдывает, я ведь могла и проконтролировать своё обращение в кошку. В конце концов, это я тут оборотень. Должна сама разобраться, как превращаться обратно в человека. Откуда ж Марку было знать, что я даже этого не могу? Ведьма подошла почти неслышно, но я её всё равно заметила. Она присел рядом со мной и заговорщически зашептала: “Красивая луна, правда? Почти полная. Оборотней она завораживает и придаёт силу. А нам, глупым несмышлёным людишкам, приходится довольствоваться энергией солнца. Горячего, обжигающего. Одно неосторожное движение – и вот, мы уже ослеплены и беспомощны. И Марк тоже был ослеплён этим солнцем. Но ты – совсем другая, маленькая храбрая кошка. Скажи Марку, чтобы позвонил мне, как закончите”. О чём это она? Что закончим? Она знает про то, что я хочу поговорить с Марком завтра? Конечно, знает. Она же ведьма…

Гостья попрощалась с Марком и ушла. А он, пошатываясь, добрёл до спальни и рухнул на кровать, даже не прикрыв дверь. Я зашла и посмотрела на него, укутавшегося в одеяло и свернувшегося калачиком. Спи, Марк. А я пока посмотрю на луну.

Весь следующий день я была как на иголках. Почти не спала, пряталась под диваном и наблюдала за Марком, снующим по квартире и убирающимся. Помыл полы, протёр везде пыль. Смеркается. Вечер. Что ж… эта ночь когда-нибудь должна была начаться. Я зашла к себе в комнату и забралась под одеяло. Всё, что от меня требовалось – это заснуть. С учётом того, что я не спала прошлую ночь, да и днём не сомкнула глаз – это должно было быть легко. В теории. На практике же сердце моё бешено стучало. Необычно. Кошкой я всегда была относительно спокойна, а редкие раздражители будто действовали на меня через стекло. Всё было ненастоящим, но не сегодня. Сейчас я чувствовала всё, ощущала каждой клеточкой обуревающие меня чувства: страх перед разговором с Марком, стыд, неизбежную тоску и разочарование от собственной беспомощности. Может, я так и не смогу уснуть? Останусь кошкой. Тогда буду жить у Марка, прячась под диваном, и лениво гонять игрушки, пока никого нет дома. Но нет. Я всё-таки уснула. Тяжёлые сновидения навалились на меня, но внезапно рассеялись. Вместо них меня окатило волной приятного бледного света. Такого родного, успокаивающего и радостного. Полнолуние. Оно будто возвращает меня к жизни. Как приятно…

Я проснулась, щурясь от солнечного света. Ну надо же, ясное небо осенью. Наконец-то! Закончились эти бесконечные дожди и тучи. Я встала, нацепила на себя какую-то одежду из шкафа и, немного помедлив, вышла в холл. Лучше не откладывать. Поймаю Марка сразу же, как вернётся домой. Или прямо сейчас, если не ушёл на работу. Ага, как же, не ушёл… В миске лежит кошачья еда. Какая прелесть, но нет. Не сегодня. Я обошла квартиру, постучала в лабораторию – ну мало ли! Никого. Ладно. Пойду схожу в душ и приведу себя в порядок. А потом поем. Даже то, что лежит в миске, выглядит вполне приемлемо.

Марк, как и ожидалось, вернулся только к вечеру. Я сидела на диване, напряжённо вглядываясь в потемневшее звёздное небо. Только луна до наших окон ещё не дошла. Ничего, скоро дойдёт. Взглянуть бы на неё в последний раз, сидя на диване. Хотя бы разок.

Марк включил свет, снял куртку и разулся, затем повернулся и только потом заметил меня. А я смотрела на него. Да… неловкое молчание. Без него никуда. Даже не знаю, с чего начать. Я весь день думала, как будет лучше, проговаривала варианты диалога, но так и не решила, что сказать сначала. Марк подошёл поближе, выжидающе посмотрев на меня.

– Ты что-то хочешь сказать? – неуверенно спросил он.

– Я… случайно, – да, именно с этой фразы мне не стоило начинать.

– Что “случайно”?

– … превратилась… в кошку.

– Не понял, – нахмурившись, сказал Марк, усаживаясь рядом на диван и пристально смотря на меня.

– Я превратилась в кошку, потому что боялась. Даже не заметила, как. Или заметила, но почему-то не остановилась. Или, может, я не хотела просто останавливаться, потому что кошкой мне почти никогда не страшно.

– Так…

– И… я не знаю, как превращаться обратно.

– В человека?

– Да…

– То есть в кошку ты обратиться можешь, что для оборотня, как правило, сложнее всего, а обратно в человека – нет?!

– Я не знаю, почему в кошку превращаться сложнее, просто сжимаюсь в комок и исчезаю… всё просто. А как в человека – я даже не представляю.

– Но как же ты сейчас обратилась?

– А… так это в полнолуние. Мне нужно просто заснуть ночью и всё.

– Ясно. Я понял.

– Марк… прости.

– За что?

– Я… правда хотела помочь. Я только не знала, как превратиться обратно. Я пыталась тебе сказать, вдруг ты знаешь способ, но ты не понимал меня. Я пробовала писать, но ничего не выходило. Если бы я только знала, я бы сразу превратилась в человека и обязательно помогла тебе! Если бы я…

– Постой, не тараторь. Ты хотела помочь?.. А сейчас хочешь?

– Н-ну… да… а разве уже не слишком поздно?

– Одевайся.

– Что?..

– Ты же хочешь помочь? Тогда одевайся, едем прямо сейчас.

– Значит… ещё можно?

– Багира, у нас каждая минута на счету.

Я подскочила и бросилась в свою комнату. А что мне надевать, собственно? Я уже в спортивных брюках и толстовке (да, мне покупала это всё ведьма на свой вкус). Натянула носки, выбежала в холл. О, Марк в лаборатории, там дверь открыта. Я вошла и увидела, как он пересыпает содержимое одной из коробочек в маленький кожаный мешок. Что это? Как закончил, Марк захватил горсть каких-то маленьких камней со стола и обернулся к выходу.

– Тебе сюда нельзя, – строго сказал Марк.

– Но… я же… не кошка… – запинаясь, возмутилась я.

– Здесь слишком много всего опасного, а ты не знаешь, где и что лежит. Уронишь что-нибудь, опять надышишься гадостью. Не заходи сюда. Ты уже оделась? В этом пойдёшь?

– А что не так?..

– Пофиг, нет времени.

Марк выбежал в холл, подхватив меня под руку и направив к выходу. Я быстро натянула кроссовки, и мы буквально выбежали из квартиры. Ох, как же Марк спешит! Мы ехали на машине так быстро, что я с трудом различала силуэты домов вокруг. «Каждая минута на счету»… значит, я всё же успела?..

Мы остановились у больницы, но Марк не выходил из машины. Он сидел, всматриваясь в светящиеся окна, и о чём-то думал. У нас же нет времени на это!

– Багира, – заговорил он, наконец, посмотрев на меня. – Это может быть опасно, очень опасно. Настолько, что на кону будет стоять твоя жизнь.

– Но… ты же сказал, что сможешь защитить меня, – неуверенно пробормотала я.

– Я буду защищать тебя до последнего. Но… если я проиграю, ты последуешь за мной.

– Я… готова.

– Я хочу, чтобы ты это делала не из жалости ко мне или той девочке. И не из-за чувства долга. Ты должна сама этого хотеть. Я не поведу тебя на смерть, понимая, что ты делаешь это просто из чувства долга ко мне.

– Я хочу спасти эту девочку не ради тебя. Мне нужно это. Нужно, чтобы стать сильнее.

– Хорошо. Тогда пошли.

Мы вышли из машины в прохладную осеннюю ночь. Быстро и уверенно вошли в больницу, Марк поздоровался с девушкой за стойкой, а затем направился к нужной нам палате. Перед входом он замер.

– Ничего не бойся, – сказал строго Марк. – Ты уже решилась, так что идём до конца. Вместе.

– Хорошо, – уверенно ответила я.

– Делай всё, что я говорю. Если я крикну бежать – ты должна тут же бежать. Если скажу подойти ко мне, немедленно подойди, ясно?

– Да, я поняла.

– Мы сейчас зайдём внутрь, я сяду у кровати, а ты встанешь позади меня и положишь руки мне на плечи.

– Хорошо, что ещё?

– Пока больше ничего. Только не отпускай меня, ясно? Отпустишь, и нам конец.

– Я поняла, не буду отпускать.

– Готова?

– Да.

Марк открыл дверь и вошёл, я последовала за ним. Ох, какая тяжесть. Меня будто придавило плитой. Я глубоко вдохнула и проморгалась. В палате было темно. Марк уже сидел у противоположной стороны кровати – той, что рядом с окном. Оттуда светила яркая, красивая, полная луна. Это успокаивает. Я встала у Марка за спиной и положила руки ему на плечи. Спокойно. Он знает, что делать. Мне нужно просто стоять и не отпускать. Глубокий вдох – выдох. Вдох. Выдох. Так-то лучше.

Марк достал один камешек из кармана, сжал его в кулаке, бормоча что-то. Затем положил камень на грудь спящей, умирающей девочки и заговорил громко и отчётливо. Я ни слова не понимала. Это был какой-то неизвестный мне язык. Монотонным голосом Марк говорил своё заклинание, медленно, спокойно, без запинки. Это завораживало и успокаивало. И ещё этот приятный, родной лунный свет, будто проникающий в меня через спину. Всё хорошо. У нас всё получится.

Внезапно воздух вокруг стал плотным, почти осязаемым. Над девочкой стало появляться нечто ужасное, тёмное и зловещее. Облако будто чистой ненависти всё больше росло, пока на заполнило всё пространство над девочкой. Мир стал бледнеть, теряя краски. Это нечто, как мне показалось, повернулось и посмотрело на меня. Нет, у этого облака не появились глаза или даже что-то похожее на лицо. Просто я нутром почуяла – оно хочет ко мне. Девочка ему больше не интересна. Я вкуснее. Да, именно так. Я уверена, что отлично понимала этого духа. Я отшатнулась, отдёрнув руки. Марк, вовремя схватил мою похолодевшую ладонь свободной рукой и прижал к своему плечу, не прекращая читать заклинание. Точно. Нельзя отпускать. Иначе нам конец. Нужно ещё продержаться. Зловещее облако начало двигаться ко мне. Медленно, будто захватывая пространство, дух приближался. Мне стало страшно, по-настоящему страшно. И, мне кажется, Марк этого даже не замечал. Он держал крепко мою руку, выговаривая слова заклинания, а дух становился всё ближе. Нет! Он сожрёт меня! Точно сожрёт! Не нужна ему больше эта девочка, ему нужна только я! А Марк ведь не знает, не видит ничего! Я рванула назад, оттолкнув его. Прижалась к окну, но дух будто был привязан ко мне невидимыми нитями. Он также резко подтянулся ко мне и стал ещё ближе, медленно надвигаясь.

– Убирайся! – крикнула я. – Не трогай меня!

– Багира, что ты видишь? – взволнованно спросил Марк.

– Оно… оно… сожрёт меня!

– Что ты видишь? Опиши!

– Оно… большое, как облако. Или, скорее, как смоляное чёрное пятно.

– Насколько большое?

– Наверное…в четверть палаты. Или чуть меньше…

– Задержи дыхание.

Я глубоко вдохнула и замерла. Марк тоже сделал глубокий вдох, достал из кармана кожаный мешочек и осыпал содержимым пространство перед собой. Это… золотой песок? Такой яркий, он обволакивал духа солнечным сиянием. “Багира, ко мне!” – крикнул Марк. Я рванула к нему. Он подхватил меня, развернул спиной, прижал к себе, крепко обнимая. Так тепло. Марк прижал меня к себе сильнее, запустив руки под толстовку и вцепившись мне в живот. Что?.. что происходит? Я почувствовала, как Марк прижимается к моей шее и жадно вдыхает мой запах. Ну, не-е-ет. Это его дух с ума свёл? Или Марк сам по себе такой двинутый, что в момент смертельной опасности превратился в похотливого козла? Сейчас бы вдарить ему… напоследок!

– Смотри… – прошептал Марк мне прямо в ухо. – Смотри вперёд.

– О-отпу-усти меня, – угрожающе прорычала я и зашипела.

– Не боишься уже, да? – улыбаясь заметил Марк. – Смотри вперёд, а то всё пропустишь.

Я посмотрела на духа и обомлела. От нас исходило полупрозрачное золотое сияние. Оно окутывало зловещее облако, будто растворяя его. “Фледжелюм!” – крикнул Марк, вытянув вперёд свою руку. Из его пальцев вылетели искры, превращаясь в тонкие, мечущиеся в стороны нити. Они будто связали духа, стягивая его и сжимая. Золотой свет почти полностью растворился в тёмном и густом облаке, но плети продолжали удерживать духа.

– Нужно ещё, – жадно вдыхая запах моей шеи, прошептал Марк и обеими руками прошёлся по животу, а затем стал подниматься выше.

– Не-е т-р-р-ро-о-огай меня! – рассвирепела я, схватив его руки и пытаясь от себя отцепить.

– Ха-ха, успокойся, – выдохнул Марк. – Смотри, что ты делаешь.

– Это ТЫ что делаешь?

– Багира, смотри на духа. Красиво, правда?

Я остановилась и увидела, как связанного духа и всё пространство вокруг охватило солнечное сияние, ещё более яркое и насыщенное, чем прежде. Это и есть солнечная энергия, о которой говорила ведьма? А красиво, действительно красиво! Дух растаял в этом ослепляющем обжигающем свете. Всё. Я больше не чувствовала желания зловещего облака поглотить меня. Похоже, мы справились. Марк отпустил меня, попятился к кровати и грузно осел на пол. Ох, мне что-то тоже тяжело стоять. Очень тяжело. Я села на пол и посмотрела в счастливые и усталые глаза Марка.

– Зачем… ты… лапал меня? – злобно прошипела я.

– Спрячь свои усы, кошка, – миролюбиво проговорил он. – Разве не видишь, что мы его изгнали?

– И что, для этого было обязательно меня… так…мру-а-а…ш-ш-ш.

– Если бы ты сказала мне своё настоящее имя, было бы проще. А так мне пришлось импровизировать. Чем теснее контакт, тем лучше объединяется энергия. Ну и… он был односторонним, как видишь. Ты-то не особо радовалась слиянию со мной. Так что пришлось отдуваться за двоих. Но ты всё равно молодец.

– Мразь… облапал меня… ещё тут лекции читаешь!

– А ты что ж такая недотрога, да? Это часть моей работы.

– В задницу такую работу!

– Ну ты смотри, не ругайся. Девочка-то вот-вот проснётся.

Девочка, точно. Я ощущала её ровное, спокойное дыхание. Такая тихая, похожая на лунный свет. И завораживает. Я легла на спину, тяжело дыша. Стоит ли эта работа того? Да, конечно. Спасать жизни – это бесценно. Пусть немного облапал, но ничего же страшного не случилось. Может, так действительно нужно, я ж вообще в этом ничего не понимаю. “Ладно, твоя взяла, – устало прошептала я. – Это действительно того стоит. Кстати… ведьма просила позвонить, когда закончим”. И отключилась.

Как тепло. Так хорошо и уютно. Я открыла глаза. Светлые размытые тона комнаты, в которой я оказалась, показались мне смутно знакомыми. Где я? В мыслях пронеслись смутные воспоминания: больница, девочка, тёмный и злобный дух. Мы его изгнали. Растворили в солнечном свете. Я приподнялась и осмотрелась. Рядом со мной было смутное живое пятно, знакомое и дружелюбное. Оно приблизилось, и я смогла разглядеть в нём Марка.

– Наконец-то, проснулась, – сказал он и направился к окну.

– Мы в больнице? – хрипловатым голосом спросила я.

– Я отвёз тебя домой. Так что ты в своей кровати, неужели не узнаёшь комнату?

– Я… плохо вижу человеческими глазами. Я же говорила.

– Кстати об этом, – Марк подошёл ко мне и что-то протянул.

– Что это? – Я взяла неопознанный маленький предмет и поднесла поближе к лицу, чтобы разглядеть. – Очки?

– Да, они уже давно готовы, но я не давал их тебе раньше. Боялся, что разобьёшь. Ты ведь в облике кошки такая разрушительная!

– Я же сказала, что очки мне не нужны!

– Просто примерь. Всего на минуту, пожалуйста!

– Зачем?

– Чтобы понимать, от чего отказываешься. Ты же говорила, что никогда не носила очки, поэтому понятия не имеешь, каков мир на самом деле.

– Ты ошибаешься. Я отлично вижу в облике кошки.

– Кошки по природе своей близоруки, поэтому вряд ли можно сказать, что ты действительно понимаешь, как чётко можешь видеть. Просто попробуй. Ты же обещала, помнишь?

– Хорошо, но только на одну минуту, как и договаривались…

Я аккуратно раздвинула дужки (уж очень эта штучка казалась хрупкой), а затем примерила очки. О. О-о-о. Ого! Я уставилась на светящегося от счастья Марка, всматриваясь в его густые длинные ресницы, немного спутанные каштановые волосы и янтарные от солнечного света глаза. Надо же, у него маленькая родинка над бровью. Еле заметная. И едва видимая глазу щетина только подчёркивала и без того красивое лицо Марка. Кстати, рубашка его была немного помятой, бабочка немного сползла в сторону, а брюки и вовсе были испачканы в грязи. Я оторвала от него взгляд и ещё раз осмотрела комнату. На обоях, оказывается, был орнамент, всего на пару тонов светлее своего бежевого оттенка. А названия книг на стеллаже я сейчас без труда могла прочитать. Даже те, которые были написаны тонкими мелкими буквами. И облака на небе за окном были такие необычные, рваные, перистые. Они проплывали, растягиваясь. Это… было… волшебно. Я действительно видела всё. Вообще всё. Если приглядеться, я могла различить даже пылинки, парящие в свете ламп.

– Прошло уже гораздо больше минуты, – улыбаясь, протянул Марк. – Можешь снимать, если хочешь.

– Я… вижу… пыль… – завороженно прошептала я.

– Но ведь не только её, правда?

– И… названия книг… и рисунок на обоях… и даже родинку у тебя над бровью.

– Вот теперь ты действительно видишь мир таким, какой он есть. Как и должна видеть.

– Ты… всегда так видишь?

– Да, как и те немногие счастливчики, кто может похвастаться отличным зрением. Теперь этот мир и для тебя такой.

– Я…даже не представляла…

– Ну что, оставишь их себе? Нравятся?

– Да… спасибо.

– Отлично! Буду считать это своей маленькой победой! А теперь… твой гонорар.

– Мой что?..

– Ровно половина, всё по-честному.

Марк протянул мне белый толстый конверт. Он не был заклеен, так что я сразу заглянула в него. Ого! Целая пачка денег! Интересно, а сколько платят за изгнание духа? Я вынула их и пересчитала. Там было ровно сто пятьдесят тысяч. Пятитысячными купюрами. Я… никогда не видела таких купюр. И уж тем более в таком количестве. Я смотрела на эту пачку денег и понятия не имела, что с ними делать. Зачем вообще столько нужно? На это же можно всю жизнь прожить. Или… не всю? Я же никогда деньги особо не тратила. Даже мятая сотка для меня была богатством, так что на ЧТО тратить ТАКИЕ деньги, я не имела ни малейшего понятия.

– Что, мало?.. – озабоченно спросил Марк, заметив моё растерянное выражение лица.

– Эм… ну… – его вопрос был настолько абсурдным, что я даже не сразу подобрала слова, чтобы ответить. – Это очень… очень много. Я даже не представляю, куда теперь их девать.

– На самом деле, за такое могли заплатить и побольше, но цену назначили ещё до того, как я узнал, что за дух прицепился к той девочке.

– И насколько… больше?

– Раз в десять точно. Мне ведь пришлось жизнью рисковать. И не только своей, но и твоей тоже. А ещё помощника искать, в одиночку за такое никто бы не взялся. А за двоих уж всяко больше, прибавь к этому риски и время, которое мы затратили. Чтобы ты понимала, обычно изгнание духа занимает чуть больше пяти минут – это со всеми приготовлениями. А я почти восемь месяцев занимался этим делом. Если бы не наши законы, что договор всегда надо соблюдать, я бы сразу повысил цену, как только понял, что за дух там вьётся.

– В десять… раз… сколько это? Полтора миллиона?..

– Три, Багира. Ты же получила половину, не забывай. И это минимум.

– Ох…

Я остолбенела от таких цифр. Три миллиона. Офигеть. Можно ж реально жить на эти деньги всю жизнь. И всегда будет хватать на еду и одежду. А если жить кошкой… то одежда и вовсе нужна будет, только чтобы в магазин за едой ходить. Ну, серьёзно. Зачем людям столько денег?!

– Я понятия не имею, на что их тратить, – наконец, выговорила я, всё ещё держа в руках пачку купюр и таращась на них.

– Ну, как… – замялся немного Марк. – Наверное, для начала, купишь себе телефон.

– Какой телефон? Зачем он мне?

– Чтобы мне звонить, если что-то понадобится. И одежду осеннюю тебе нужно тоже купить. И, может, ты ещё что-то захочешь, просто пока не знаешь, что именно. Кстати, я могу попросить ведьму, чтобы она составила тебе компанию. В женской одежде я, мягко говоря, не слишком разбираюсь, а вот она тебе точно поможет.

– Я даже не представляю, как выбрать телефон. И вообще, где всё это покупать.

– Я сам тебя отвезу, куда надо. Ведьме только позвоню, уточню, сможет ли она завтра с нами прогуляться по магазинам.

– А почему не сегодня?

– Потому что уже поздно. Магазины скоро закроются, так что, пока мы все соберёмся, уже и идти будет некуда.

– А что, уже вечер?..

– Ага.

– Сколько я проспала?!

– Ну… часов пятнадцать, наверное.

– Так много?!

– Мы с тобой очень постарались. С непривычки всегда много спишь, но когда набьёшь руку, то будешь просто валиться с ног от усталости, как я.

– А ты не спал?

– Конечно, я спал. Потом проснулся, попросил у босса выходной, позавтракал, съездил за гонораром, вернулся, пообедал, прибрался, потом зашёл к тебе, оставил на столе очки, конверт и уже почти вышел из комнаты, но тут ты проснулась. Честно говоря, даже если бы магазины были открыты, я бы всё равно хотел сегодня остаться и как следует выспаться.

– Конечно, можем съездить и в другой день. Я не спешу.

– Посмотрим, как ведьма будет свободна. Кстати, хотел тебя спросить: что ты там бормотала перед отключкой, “это того стоит”. Это был твой ответ? В смысле, ты хочешь и дальше со мной работать?

– Я… да… но с одним условием.

– Каким же?

– Ты не будешь меня вот так лапать! Найди другой способ, чтобы я тебе помогала.

– Хм… ну… есть один. Но только вот тебе надо будет постараться. Я же сказал, что мне пришлось отдуваться за обоих. Если связь будем поддерживать мы оба, то мне не нужно будет так делать, чтобы усиливать её.

– Отлично! Что мне нужно делать?

– Эм… давай сначала мы оба отдохнём, съездим по магазинам, ты немного развеешься, погуляешь по округе. В общем, расслабишься.

– Что? Зачем?!

– Если хочешь научиться создавать и поддерживать связь, то придётся меня слушать. Начни я тебе сейчас всё объяснять, голова лопнет. И мы просидим здесь до утра. Просто делай, как я говорю, ничего ж ужасного не предлагаю. Кстати, ключ запасной висит на крючке у входной двери – бери. Но только, я прошу тебя, пока нет телефона – никуда не выходи без меня. Скорее всего, завтра тебе всё купим, и будешь гулять и осваиваться. Договорились?

– Ладно…

– Пойдём, разогрею тебе поесть. Ты ж голодная, небось…

Такой вредный, противный Марк. Ничего не может сказать прямо, а ещё на ведьму жалуется. На себя бы посмотрел! Но делать нечего, придётся пока жить по его правилам. Ну, ничего… потом-то я всему научусь и не позволю больше командовать мною! Сама буду ему ставить условия! А на его никогда не буду соглашаться. Вот так!

Да уж… сходили мы в итоге по магазинам. Купили мне этот странный, современный телефон без кнопок. Еле разобралась, как им пользоваться. Кстати, не только Марк, но и ведьма оставила мне свой номер. Мало ли что… И, наконец, я смогла подобрать себе кучу всякой разной, интересной одежды. Никогда бы не подумала, что можно видеть так много деталей! Очень мне понравились ремешки с фигурными бляшками, купила себе целых три! И кошелёк с чёрной кошечкой, как я. А то куда мне складывать все эти деньги?! И осенние ботинки подобрала себе высокие, со шнуровкой – так прикольно! На самом деле, мне понравилось. Тем более, что я теперь так хорошо вижу. Не натыкаюсь на людей больше, замечаю столбы раньше, чем уткнусь в них носом, и могу часами разглядывать такой чёткий, разнообразный мир вокруг. Красота! А ещё я могу читать без слёз! И глаза почти совсем не устают. И рисовать теперь можно гораздо лучше – ведь столько всего можно добавить в рисунок! Наверное, это и есть счастье. Спасибо, Марк.

Я стала вести обычную, с точки зрения обычных людей, размеренную жизнь. Днём читала, рисовала, гуляла по окрестностям, изучала свой район и ходила по магазинам, покупая всякую ненужную мелочь. Телефоном я не пользовалась, но всегда заряжала и носила с собой, мало ли что. Вечером мы с Марком вместе ужинали, я рассказывала про свой день, а он слушал. Иногда что-то объяснял, что мне непонятно. Например, так я узнала, что нахожусь в городе Санкт-Петербург – северной столице. Здесь много музеев, театров, баров с живой музыкой, да и вообще… на самом деле, есть много мест, куда можно сходить. Когда-нибудь мы вместе с Марком все их посетим. Обязательно. Я выросла в захолустье, так что мне хотелось изучить этот город по-максимуму.

Незаметно пролетела неделя, у Марка появились выходные. Целых три! Уж не знаю, чем он так занят на своей работе, никогда о ней не рассказывал, а если и спрашивала, то всегда уходил от темы. Но выходных было мало. Даже два подряд были чем-то необычным, а уж три – это настоящий праздник! Надо вытащить его куда-нибудь…

– Сейчас не очень удачное время, чтобы гулять по городу, – ответил Марк, когда я предложила куда-нибудь сходить после завтрака.

– Почему? – удивлённо спросила я.

– Холодно, дождь и ветер. Может, в другой раз?

– Я уже устала сидеть дома и ничего не делать!

– Тогда почему бы нам не позаниматься, например, магией?

– Что?.. Ты научишь меня колдовать?!

– Хах, ну ты ж не колдунья. У оборотней совсем другая магия.

– Я не понимаю.

– У оборотней особое чутье – вы видите то, что не можем видеть мы, люди. Например, того духа, которого мы вместе прогоняли.

– А ты его совсем не видел? Как же ты понял, что он там есть?

– Я их чувствую. Ощущаю, как чей-то взгляд в спину. Или, когда закрываю глаза, будто слышу их дыхание.

– Но совсем-совсем не видишь?

– Нет, конечно. А вот ты – сразу духов замечаешь, стоит им только выбраться из тела.

– Почему же я раньше никогда их не видела?

– Потому что обычно духи обитают в очень заброшенных и забытых местах. Не нравятся им наше присутствие. А тем, кому нравится – по душе обитать внутри человека. Они поглощают его душу, день за днём. Иногда договариваются и заключают контракт – оттуда появляются и магические существа.

– А что получает человек?

– Ну… он становится восприимчивее к чувствам других людей. Начинает читать их, как открытую книгу, что-то вроде ходячего детектора лжи. Ну и может получить некоторые навыки, которыми обладал дух при жизни. Правда, взамен дух начинает овладевать человеком, проживая его жизнь и управляя сознанием, подчиняя его. На самом деле, если человек заключает контракт с духом, то это, скорее, от безысходности. Так можно хоть что-то получить. Если духа не изгнать вовремя, то он становится сильнее и самостоятельно овладевает жизнью человека.

– А ты этим занимаешься, когда уходишь на работу?

– Что-то вроде того.

– Но как же ты находишь людей с духами? Они звонят тебе? Или ты просто ходишь по городу, пока не найдёшь?

– Я же не один, помнишь? У нас целое сообщество. Управляет им не кто-нибудь, а настоящий, сильный и опытный ведьмак. Он-то и направляет меня. Но найти такого человека – не самое трудное. Главная задача – убедить его, что он на самом деле одержим, ведь люди, поначалу, совсем этого не ощущают. Да и не верят совсем.

– А я? Я могу как-то помочь? Например, находить таких людей. Или…

– Ты, безусловно, сможешь их найти, если захочешь. Но ничего с ними сделать не получится. Твоя магия не от солнца – а от луны, поэтому очень стабильна. Колдовать ею, мягко говоря, очень сложно, если вообще возможно. Но если твоя энергия соединяется с солнечной, то усиливает её в разы. Поэтому тебе нужно научиться создавать и поддерживать связь, для начала. Это и есть твоя магия.

– И как мне это сделать?

– Создавая связь, ты, по сути, вливаешься в человека или заставляешь его влиться в тебя. Для сильной и прочной связи очень важны доверие и взаимопонимание. Также можно заключить контракт, что-то вроде того, что заключают дух и человек. Тогда энергия будет течь в обоих направлениях без особого труда, невзирая на расстояние или чувства, которые, к слову, будут ощущать друг у друга. Но… если хотя бы один из участников контракта пострадает или умрёт, это отразится и на другом. Так что заключить его могут только те, кто может доверить свою жизнь и ответственность за неё.

– Ты хочешь, чтобы мы заключили с тобой этот контракт?

– Мало ли чего я хочу. Заставлять тебя я точно не буду. Как минимум, для заключения контракта я должен узнать твоё имя. Настоящее имя. То, которое дано тебе при рождении. А ты, как я понимаю, не очень-то хочешь мне его говорить.

– Я… не хочу возвращаться в прошлое. Сейчас у меня другая жизнь, и другое имя.

– И прошлое, и настоящее, и будущее – это часть тебя. Ты не можешь отказаться от одного и жить, будто ничего не произошло.

– Могу. Вот сейчас, например, я так живу. Я кошка-оборотень. Меня зовут Багира. Я живу с Марком, настоящим колдуном и буду учиться магии. Вот видишь?

– Хах, это так не работает. Но, дело твоё. Если вдруг всё-таки захочешь заключить контракт, всё что тебе нужно – это назвать мне своё имя, сказать “я хочу быть частью тебя” и прикоснуться ко мне. Если я отвечу тем же, значит, контракт будет заключён. Разорвать его будет нельзя, так что хорошенько подумай, прежде чем произносить эти слова.

– Не нужен мне никакой контракт. Я не хочу зависеть от кого-то. Я сама по себе, ясно?

– Я понял, понял. Хах, ну что ж, кошка, которая гуляет сама по себе, попробуешь сама создать связь?

– Да.

– Так, нам нужно место поудобнее…

Марк отвёл меня в мою комнату, и мы уселись по-турецки на кровать, прямо напротив друг друга. Я немного нервничала. Не знаю, что нужно будет делать, но то, как Марк создавал эту связь раньше – меня немного напрягало. Уж очень мне не хотелось также к нему прижиматься и уж тем более вдыхать его запах. Фу, какая мерзость!

– Чего? Боишься? – ухмыляясь, заметил Марк.

– Я не боюсь! – возмутилась я. – Просто не хочу к тебе прикасаться так… так…

– Я понял, можешь не продолжать. Я же умею создавать связь, и буду поддерживать её, а не сопротивляться. Для этого ещё рановато, хотя тебе стоило бы научиться преодолевать барьер. Но это точно не сейчас. Когда-нибудь потом, очень нескоро. Сейчас просто возьми меня за руки. Больше ничего не нужно.

– А дальше? – я неуверенно взяла его за руки, такие тёплые, надо же.

– Теперь закрой глаза и представь, что внутри тебя свет. Он кружится и плавает, медленно растекаясь по твоему телу.

Я закрыла глаза и представила лунный свет внутри себя. Ну как представила. На самом деле, я всегда его ощущала. Такой плотный, густой и тягучий. Он всегда заполнял меня до краёв, кроме того раза, когда мы с Марком изгоняли духа. Тогда сложилось впечатление, что от меня просто оторвали кусок этого лунного теста. Не очень приятно.

– Чего ты морщишься? – неожиданно спросил Марк, вырвав меня из задумчивости.

– Мне не нравится, когда от меня отрывают куски, – обиженно пробубнила я.

– В смысле, я тогда оторвал от тебя “кусок”?

– Ага.

– Но сейчас будет совсем по-другому. Я же не буду насильно это делать, ты сама мне передашь часть своей силы. Расслабься, а то ничего не получится.

– Ладно…

Я вздохнула и попыталась расслабиться. Не то что бы у меня это получилось, скорее, я ещё больше запереживала, что ничего не получится. Но надо собраться! От меня не будут отрывать кусок, нужно будет самой… кстати, а что нужно будет?

– Так, а что мне делать? – возмущённо спросила я.

– Передавать мне часть своей лунной энергии, что же ещё? – ухмыляясь, ответил Марк.

– Как будто я знаю, как!

– Но ты же чувствуешь свою энергию внутри, раз поняла, что от тебя оторвали кусок. Теперь просто представь, что она перетекает из твоих рук, в мои руки. Потом то, что представила, сделай уже усилием воли.

– Я не понимаю, как мне это сделать?!

– Пробуй, по-другому никак не объяснить. И хватит так злиться, это нисколько не поможет тебе. Ты должна доверять мне, помнишь?

– Как я могу доверять человеку, который меня облапал без спроса?! Кто знает, насколько далеко ты бы зашёл, думая, что “ещё мало”?

– Я больше не буду, даю тебе слово. Я не знал, что для тебя это так важно.

– Откуда я знаю, что ты сдержишь своё слово?!

– Мне незачем тебя обманывать. Я ведь хочу, чтобы ты доверяла мне. Разве я врал когда-нибудь тебе?

– Вообще-то, да. Первый раз, когда в приюте сказал, что у тебя уже есть корм и лоток. Ничего у тебя дома не оказалось! А потом ещё раз, когда обещал вернуться домой к обеду, а в итоге вернулся поздно вечером!

– Ну, в приюте я говорил не с тобой. Там мне пришлось пройти что-то вроде собеседования. Кто бы мог подумать? Так что мне пришлось импровизировать на ходу, чтобы забрать тебя. К тому же я предполагал, что ты сразу, как окажешься дома, обратишься в человека. Ты же попала в клетку, в беду. Честно говоря, я не думал, что ты останешься кошкой и дальше.

– А тогда? Когда не вернулся? Тогда ты точно говорил со мной!

– Я не думал, что это так важно для тебя. Моя работа бывает непредсказуема, так что я не могу знать наверняка, когда вернусь домой. Больше никогда не буду ничего обещать, если не уверен в своих словах. Договорились?

– Откуда я знаю, что ты и сейчас не врёшь?

– Багира, без доверия ничего не получится. Если хочешь научиться создавать связь, то придётся довериться мне. Другого пути нет.

– Ух, ладно. Я попробую.

Я сосредоточилась, закрыла глаза и снова ощутила внутри себя лунное сияние. Надо представить, что оно перетекает из моих рук – в его. Переливается своим холодным светом и утекает через кончики пальцев. Представить-то представила, но я не понимаю, получается у меня или нет?!

– У меня получается? – спросил я, открыв глаза.

– Я скажу, когда пойму это, – терпеливо ответил Марк. – Пробуй ещё.

Я попробовала. Снова и снова. У меня всё тело уже затекло сидеть в одном положении! Мы сделали перерыв, потом попробовали ещё раз. Все выходные мы занимались этой странной магией, но ничего у меня не получалось. Может, это не моё? Я уже не нервничала, была спокойна и сосредоточена, но вообще не понимала, как вместо “представить” сделать это на самом деле.

– Может, это не моё? – устало протянула я вечером третьего дня.

– Это часть тебя, – уверенно ответил Марк. – Это не может быть не твоим.

– Но у меня ничего не получается!

– Получится, если стараться.

– Но мы три дня уже этим занимаемся! Сколько нужно времени, чтобы научиться?

– Если начнёшь доверять мне, то очень мало. А так… кто знает?..

– Я доверяю тебе!

– Не до конца. Я не знаю, что мне сказать, чтобы доверяла. Или что сделать. Если ты чего-то хочешь…

– Не хочу! Я ничего не хочу! Только научиться уже создавать эту долбанную связь! Это же единственный способ сделать так, чтобы ты ко мне не жался каждый раз, да?

– Да… единственный… Ладно, пока закончим. Мне завтра на работу. Отдохни пока, развейся, сходи куда-нибудь. Если тебе придёт в голову какая-нибудь идея, даже самая абсурдная – скажи мне. Я готов сделать что угодно, чтобы заслужить твоё доверие.

– Мне ничего не нужно!

– Просто… подумай над этим.

Марк встал и потянулся, хрустнув суставами. Немного размявшись, он вышел из комнаты. Есть хочется. Я пошла на кухню, разогрела себе остатки обеда и задумчиво принялась жевать. Что сделать Марку, чтобы я доверяла ему? Я и так доверяю! Верю, что он не тронет меня больше. Знаю, что будет кормить меня и одевать, даже если у меня закончатся свои деньги. И будет терпеливо ждать, пока не научусь создавать эту связь, чтобы снова взять на работу. Марк, в отличие от других мужчин, прислушивается ко мне и старается не делать то, что мне не нравится. Вот за это он мне и нравится! И поэтому я могу доверять ему… но почему Марк так уверен, что я ещё не до конца ему доверилась? Хм… кстати. У меня есть идея. Возможно, действительно абсурдная, но это не значит, что может не сработать. Я достала из кармана телефон и написала ведьме:

– Привет. Мы можем встретиться завтра и поговорить?

– Привет, Багира. Конечно, я завтра свободна. Мне зайти к тебе или лучше посидим в кафе?

– Давай лучше в кафе.

– Хорошо, встретимся в том, которое прямо в твоём доме. Я приду туда к 14:00.

– Хорошо. Только Марку ничего не говори, ладно?

– Это будет наш с тобой секрет:) До встречи!

Я не хотела, чтобы ведьма заходила домой. Вдруг Марк вернётся пораньше и помешает нам? В кафе – самое то. Он ведь любит есть домашнюю еду, и отлично готовит, кстати. Поэтому один уж точно никогда не зайдёт к нам. А гулять я часто ухожу, так что Марк не беспокоится и не звонит. Отличный план!

Я так нервничала из-за предстоящего разговора, что пришла в кафе на час раньше и вся извелась, пока ждала. Честно говоря, я не очень понимала, о чём именно спрошу эту ведьму. И чем она сможет мне помочь. Но нутром я чувствовала, что мне нужно с ней поговорить!

– Приветик, – сказала ведьма, усаживаясь ко мне за стол.

– При-ривет, – всё никак не привыкну к ней.

– Смущаешься? Ну, перестань. Не первый день же знакомы.

– Ты… такая необычная.

– На самом деле, это совсем не так. Это ты необычная, поэтому и видишь меня по-особенному. Другие люди меня совсем не замечают.

– Сложно представить…

– Ну, почему же? Вот, например, официант к нам до сих пор не подошёл. Хотя я бы выпила кофе. Можно сделать заказ?

Ведьма окликнула одного из официантов, пробегающего мимо, и заказала себе капучино и шоколадный торт. Я сидела и попивала молочный коктейль – люблю молоко! Тем более сладкое, это так вкусно!

– О чём же ты хотела поговорить? – спросила ведьма, когда ей, наконец, принесли заказ.

– Я… не знаю… – подумав, ответила я.

– Ну, как же не знаешь. Вчера ты была очень уверена в том, что хочешь поговорить о чём-то.

– Я не очень понимаю, чем ты обычно помогаешь людям, а мне нужна помощь. Ты же предсказываешь будущее, так?

– Не совсем. Я вижу направления пути судьбы. И могу направить тебя на путь, который ты хочешь. Чего тебе хочется?

– Я хочу стать сильнее. Хочу научиться создавать связь, чтобы помогать Марку.

– Так… и в чём проблема? Передавать энергию друг другу совсем несложно.

– Марк говорит, что для этого нужно доверять друг другу. Мне кажется, что я доверяю, но он говорит, что не до конца. Я не понимаю, что мне делать, чтобы доверять до этого самого конца. Что это значит вообще?

– Это значит – позволить кому-то полностью управлять своей жизнью. Когда ты до конца доверяешь кому-то или чему-то, то не задумываешься о последствиях, которые тебя ожидают. Не боишься их, не опасаешься. Даже в голову не придёт, что может случиться что-то плохое. А если и случится, то ничего страшного. Это не потому, что тебе желают зла, а потому что таков твой путь. Понимаешь?

– Как я могу позволить кому-то управлять своей жизнью?!

– В этом нет ничего плохого. Ты же позволяешь погоде управлять своей жизнью? Ты ничего не можешь с этим сделать, только разве что подстроиться, принять. Не расстраиваться из-за дождя и холода, а наслаждаться тем, что есть. Или можешь не доверять, злиться, постоянно расстраиваться, если погода совсем не подходит под твоё настроение. Но разве так будет лучше?

– Нет… мне всё равно на погоду. Какая бы она ни была, я просто оденусь потеплее или накину капюшон. В конце концов, можно остаться дома и занять себя чем-нибудь интересным.

– Это тоже доверие. Ты не задумываешься о погоде, не осуждаешь её и не оцениваешь, и ничего не ожидаешь. Ты просто позволяешь ей происходить как должно, не думая о последствиях. Ведь всегда можно подстроиться, да?

– Да, я и подстраиваюсь. Разве доверять человеку и погоде – это одно и то же?

– Я не вижу разницы. Может, она и есть, но не для меня. Я доверилась не только погоде, но и своей судьбе. Это был мой собственный выбор. Не доверять тому, что сильнее нас – глупо.

– А Марку ты доверяешь?

– Конечно, доверяю. Марк ведь мой друг. Даже не представляю, что он может сделать, чтобы разочаровать меня. Мне кажется, он просто на такое не способен. Я бы доверила ему даже свою судьбу.

– Думаешь, я тоже могу доверять Марку… настолько сильно?

– Думаю, ты можешь делать всё, что захочешь. Вообще не вижу причин в чём-то себе отказывать. Твои желания не могут сломать этот мир, ведь ты – получеловек. А магические создания всегда идут по пути самой судьбы, даже если не знают об этом.

– Я не про мир, а про себя! Знаешь… он облапал меня тогда. Когда мы духа вместе прогоняли. Вцепился мне в живот, вдыхал мой запах, как похотливая сволочь. Ему будто вообще было на меня наплевать! А потом сказал “этого мало” и начал подниматься выше. Если б я его не остановила, чтобы он сделал? А если бы и этого оказалось мало?..

– Багира, Марк никогда бы не обидел тебя. Он спасал твою жизнь. Ты же перепугалась, небось, когда дух последовал за тобой. И правильно испугалась. Не очень приятно умирать, когда тебя пожирают… Вообще умирать – это плохо. После этого ничего уже нельзя сделать. Ну потрогал он тебя за животик, не раздел же целиком. Или думаешь, что умереть – это лучше?

– А если бы этого было недостаточно?

– Зачем ты придумываешь то, чего не было? Реальность такова, что Марку нужно было слиться с тобой, получить твою энергию. Магические создания очень сильны, поэтому забрать её насильно очень трудно. Поверь мне, Марк был очень осторожен, старался не брать лишнего, только то, что нужно. Поэтому сначала ему не хватило. Марк бы никогда не зашёл дальше, чем нужно. Был бы на его месте колдун без принципов, он бы напоил тебя чем-нибудь, чтобы ты расслабилась, и сама отдалась ему в руки.

– Какой… ужас…

– Я же говорю, Марк очень тебя бережёт. Так трепетно относиться к оборотню…

– А что, к ним как-то по-другому относятся?

– Знала я всяких… Видела даже, как некоторых пичкают наркотой, чтобы за колдуном бегали и делали всё, лишь бы получить очередную дозу. Не очень приятное зрелище.

– Вот мрази!

– Вот видишь, Марк же совсем не такой, да?

– Не такой… совсем.

– Поэтому, если хочешь ему доверять, просто доверься. Разочароваться в том, кому сильно доверяешь – неприятно, согласна. Но разве стоит это делать заранее, когда нет никаких предпосылок для подозрений?

– Ты точно уверена, что Марк… никогда… меня…

– Никогда ни в чём нельзя быть уверенным. Ты можешь сделать выбор: довериться кому-то или нет. Стоит ли это того? Что ты получишь, доверившись Марку? Хочешь ли ты этого? Тебе нужно самой решить.

– Ладно, я поняла… знаешь, а Марк был прав. Ты никогда напрямую не помогаешь! Только кидаешь смутные намёки. Я только сильнее запуталась!

– Ха-ха, ну да. Наверное, так. Но… если хочешь, я тебе дам одну подсказку.

– Да? Правда?! Скажи!

– Кхм… если ты хочешь создать связь, то делай это так же, как сделал Марк. Ты уже видела это, поэтому сможешь повторить.

– Мне… его… за живот потрогать?

– Ну и запах его понюхать, и что там Марк ещё делал…

– Фу! Нет!

– Ха-ха, какая ты чувствительная!

– Слушай, а, может, ты меня научишь? Не знаю почему, но доверять тебе гораздо проще. Я бы сказала, что с первого взгляда уже поняла, что именно тебе можно доверять безо всяких причин и условий.

– Ну, Багира, я же не колдунья. Ты так только навредишь себе.

– А что, твоя энергия какая-то опасная?

– Моя магия очень отличается от той, которой владеет Марк. Даже если научишься создавать связь со мной, тебе это никак не поможет. Только нахватаешься от меня “дара судьбы”, и будешь потом ходить под её управлением. Надо оно тебе?

– Нет. Пожалуй, не надо.

– Ну, мне пора бежать, – спохватилась ведьма, глянув на телефон.

– Ты же говорила, что свободна сегодня!

– Теперь уже нет. Ты не поверишь, но мне написал Марк. Ему помощь нужна, так что я побежала. Удачи!

Я проводила взглядом ведьму и попросила счёт. Что ж, придётся мне всё-таки найти свой способ, чтобы создать связь с Марком. Я вышла на улицу и пошла вперёд, совсем не глядя по сторонам и уходя в свои мысли. Хочу ли я довериться ему? Да, наверное, всё же хочу. Стоит ли это того? Конечно! Я же смогу прогонять духов вместе с Марком, спасать людей. Я получу возможность быть частью этого мира, а не просто жить, растворившись на улице в облике кошки. Я, наконец, смогу быть чем-то большим! Главное, не медлить, а то растеряю всю уверенность. Думать мне много нельзя – это факт.

Марк вернулся поздно, уставший и вымотанный. Надо же, опять что ли духа какого-то сильного нашёл? Вовремя же я решила действовать! Интересно, а если отдавать кому-то свою энергию, то уходит ли усталость и прибавляются ли силы? В теории, должно же быть именно так?

Пока Марк готовил, я сидела и смотрела ему в спину. Что он там делал? Подойти, обнять, потрогать живот под одеждой и… понюхать. О, кошкой я когда-то довольно сильно ощущала его запах. А человеком совсем по-другому. Интересно, будет пахнуть также?

– У меня сейчас затылок задымится, – устало усмехнулся Марк, повернулся и погрозил мне лопаткой.

– Из-за чего это? – я отвернулась и уставилась на черное и бездонное небо за окном.

– Ты что-то придумала, да? Я вижу. Но не сегодня, ладно?

– Опять попался сильный дух?

– Да уж… сильный. Такой раскормленный! Думаю, он даже сильнее, чем тот, которого мы изгоняли. Самое ужасное, что он сидит на колдуне, который даже не знал о своей силе! А это значит, что дух будет расти и дальше. Я вовремя успел, чтобы остановить это дурака, уже хотел контракт с этим духом заключить. В принципе, сильный колдун может сам изгнать прицепившегося к нему духа. Но нужно ещё обучить его… Ох, это будет сложно. Дух каждый раз будет нападать на меня, так что придётся ставить сильную защиту заранее. А это очень утомительно. И много сил требует. Да и Леонид меня работой заваливает каждый день. Даже не представляю, когда это всё делать?..

– Да… моя помощь сейчас бы не помешала, да?

– Не торопись, Багира. Я не пойду с тобой в пекло, пока сама не научишься создавать связь. Этот дух намного сильнее, а мне бы очень не хотелось тебя злить. Честно.

– У меня есть одна идея…

– Не сегодня, пожалуйста. Может, завтра или послезавтра. Попробую выбить выходной в ближайшее время, и мы снова позанимаемся, ладно?

– Дай мне просто попробовать!

– Ладно, но только один раз. Пошли в комнату… – Марк встал и хотел было направиться ко мне в комнату, но я его остановила

– Нет, стой так.

– Здесь? Хочешь посидеть здесь?

– Нет, ты должен стоять. И… не смотри на меня. Отвернись!

– Ладно, как скажешь…

Марк удивлённо поднял брови, но всё же отвернулся и замер. Я сняла очки и положила на стол. Так лучше. Когда плохо видишь, можно сосредоточиться на других ощущениях. Как же было стыдно, честное слово! Не знаю, как воспримет это Марк, но я собиралась последовать совету ведьмы. Не попробуешь – не узнаешь, да? Я топталась на месте, не решаясь подойти ближе. А Марк терпеливо ждал и не поворачивался. Интересно, сколько он так простоит, если я и дальше буду медлить? Нет! Не хочу знать! Я уже решилась, так что надо начинать. Для начала надо просто подойти и положить руки ему на бока. Вот так… фух. Не очень-то и страшно. Подумаешь, бока Марка. Ох, я чувствую его усталость! Такая тяжёлая и тягучая пустота внутри него. Ему, наверное, очень тяжело стоять и держать себя в руках. Будь во мне такая пустота, я бы, наверное, сразу бы завалилась спать, а не стала кормить ужином и развлекать разговорами бестолковую кошку. Ладно, я же могу помочь ему, да? Нужно просто заполнить его эту пустоту своим лунным светом. Всего-то. Так, надо подойти поближе, прижаться… а затем запустить руки под одежду. Какой тёплый, мягкий животик! Так, не отвлекаться. Я чувствовала немного сбивчивое, частое дыхание Марка. Он устал, тяжело стоять. Сейчас будет полегче… Я прижалась носом к его спине и глубоко вдохнула. Ох, какой приятный запах! Не одежды, а именно Марка. Сейчас я была на все 100% уверена, что именно так он и пахнет. Кошкой я чувствовала нечто очень похожее. Я прижалась сильнее, чтобы раствориться в этом запахе, стиснула руками его кожу, чтобы почувствовать его ещё ближе. Мой свет, моё лунное сияние… льётся по всему телу… а теперь – я хочу, чтобы лилось дальше, к Марку. Чтобы заполнило его пустоту. Я затаила дыхание и выпустила этот свет в него. Одной волной, я будто выдохнула не лёгкими, а собственным существом, заполняя опустошённого Марка. Ох, как тяжело… Перед глазами замелькали цветные пятна. Я опустила руки и грузно осела на пол. Тяжело… дышать… как тяжело… сидеть. И смотреть. Я еле различила лицо Марка, который резко обернулся и опустился передо мной на колени. Он схватил меня за плечи, и мягкое, успокаивающее тепло просочилось через его ладони. Мне сразу стало легче.

– Больше так не делай, – укоризненно сказал Марк.

– А что… не получилось? – расстроенно протянула я, чувствуя себя всё лучше и лучше от этого льющегося из его рук солнца.

– Ты отдала мне почти всё. Так нельзя. Если не рассчитаешь и отдашь последнее, то умрёшь. Никогда не отдавай больше половины, ясно?

– Как же я пойму, где эта половина?

– По ощущениям. Вообще, старайся отдавай по чуть-чуть. Как я сейчас.

– И что же ты чувствуешь, когда отдаёшь половину?

– Хм… наверное, это похоже на небольшую усталость. Как только начинаю её ощущать – всё, больше тратить нельзя. Нужно подзарядиться от солнца, а потом уже продолжать.

– О, так мне тоже можно от солнца зарядиться, да? Прямо как телефон заряжаю?

– Нет, ты получаешь энергию от луны, так что тебе надо будет с неё подпитываться. Просто смотри на неё и… как это сказать… загорай. По-другому не знаю, как объяснить.

– Хорошо, я поняла. А тебе долго ещё свою половину отдавать?

– Я верну тебе всё, что дала. Я и сам могу восполнить свои силы, мне только нужно солнце…

– Да, здесь солнце каждый день светит! Мы же в Африке живём, да?! Оставь себе!

Я оттолкнула его руки и резко встала. Ой, голова закружилась и затошнило сразу. Марк подхватил меня под руки, и я снова почувствовала движение его солнечной энергии.

– Я же сказала, не надо! – раздражённо, но неожиданно вялым голосом воскликнула я.

– Ты еле стоишь на ногах! – возмутился Марк – Я уже привык к этому, но это не значит, что и тебе нужно валиться от усталости!

– Сейчас ночь, я посижу у окна и быстро восстановлюсь. Отпусти!

– За ночь ты силы не восполнишь. На это нужно много дней, и это ещё опытному магу. А ты – новичок. Ещё и заболеть можешь от такого. Я себе этого не прощу!

– Тогда оставь себе половину! Этого же достаточно будет, чтобы мне не заболеть? И чтобы не чувствовать такую слабость?

– Да, достаточно… но…

– Я хочу, чтобы ты оставил себе половину! Тебе же завтра работать, да? Сколько ты продержишься на солнышке, которого в этом городе почти не бывает?! Я хотела помочь тебе! И хочу сейчас!

– Хорошо, верну тебе только половину. Только не сопротивляйся, ладно?

Ну, наконец-то, согласился! А то хотел, чтобы все мои труды были напрасны. Ишь какой важный! Ему, значит, можно заботится обо мне, а я что, исключение? Я тоже хочу о нём позаботится. Ух, как горячо! Это солнечная энергия не просто согревала меня изнутри, а приятно обжигала, протекая по рукам, плечам и телу. У меня запылали щёки. Непривычно-то как! Не подумает ли Марк, что я так смущаюсь? Я посмотрела на него. Его взгляд устремился мне на грудь, опустошённый и невидящий. Ясно, сосредоточился. Ладно, пусть делает, что хочет. Надеюсь, он сдержит своё слово и действительно отдаст мне половину. Поверю ему… сейчас.

Обжигающая, горячая волна заполнила меня так быстро, будто взорвался вулкан, и меня накрыло раскалённой лавой. Мне хотелось засмеяться, но я сдержалась. Голова кружилась теперь не от слабости, а от жара, проникающего в меня. Эта энергия Марка… интересно, а он всегда себя так ощущает? И что он чувствует, когда я делюсь с ним? Мой холодный лунный свет, должно быть, совсем неприятен ему. Поэтому Марк захотел от него избавиться? А я настаивала на половине… может, стоило согласиться с ним?

Марк отпустил меня, сделав шаг назад. Я стояла, прислушиваясь к своим ощущениям. Честно говоря, мне хотелось кричать, носиться и смеяться, разнести всё вокруг, чтобы выплеснуть эмоции. Я хихикнула. Было бы забавно понаблюдать, как Марк ведёт себя так. Это получается, он всегда сдерживает в себе это непреодолимое желание? А я ведь получила всего половину его силы! Я ещё раз хихикнула и уже не могла сдержаться. Не могла прогнать эти навязчивые образы, будто Марк скачет, как дикий бешеный кот, по квартире и разносит всё, хохоча до слёз. И я смеялась вместе с этим воображаемым Марком. Хочу увидеть его лицо! Должно быть, он сейчас тоже еле сдерживает смех. Я надела очки и повернулась к Марку, всматриваясь в его лицо и не прекращая смеяться. М-да… этот снисходительный, полный отеческого покровительства взгляд. Но меня не обманешь, теперь я знаю, что за чертёнок сидит у него внутри!

– Ха-ха, почему ты не смеёшься? – я еле остановилась, чтобы спросить.

– Я, честно говоря, не очень понимаю, почему так сильно смеёшься ты, – осторожно проговорил Марк.

– Ну как же! Можешь не притворяться! Когда смеёшься, чувствуешь себя ещё лучше! Ха-ха-ха!

– Тебе хочется смеяться от моей энергии?

– Ха-х, а тебе, скажешь, нет? Ха-ха-ха! Она же твоя!

– Знаешь, это, наверное, у тебя с непривычки. Я тоже, получая твою энергию, почувствовал то, что совсем для меня непривычно.

– О, должно быть, это неприятно. Ха-ха! Не повезло тебе!

– Ну, почему же, неприятно? Такая уютная, успокаивающая прохлада. Как будто к ожогу приложили лёд в полотенце. Сразу так хорошо… но смеяться мне не хочется. Просто становится спокойнее. И помогает расслабиться.

– Ха-ха, я как транквилизатор для тебя, да?! Ха-ха-ха! Будешь буянить от своей этой солнечной силы, накачаю тебя и будешь сидеть слюнки пускать. Ха-ха-ха!

– Да-а… хорошо, что я не отдал тебе всё. Раз уж ты даже на половину так реагируешь, что было бы с тобой тогда?

– Ха-ха-ха, я бы лопнула от смеха!

– Думаю, я понимаю, что ты ощущаешь. Видишь ли, меня солнце жжёт изнутри. Это действительно придаёт силу, но настроение мне так не поднимает. Это что-то вроде отдыха летом. Сначала, с непривычки, тебе кажется, что жара на улице такая приятная и согревающая. После унылого и промозглого города солнечный пляж – настоящее чудо. И ты смеёшься от него, впитывая эту жару и пропуская через себя с удовольствием. Но чем дольше живёшь в этом жарком месте, тем больше привыкаешь, а затем и вовсе стараешься спрятаться в комнате с кондиционером, попивая воду со льдом. Жара утомляет. А твой холод? Ты не устаёшь от него?

– Ха-ха, как же можно устать от лунного света? Я так люблю смотреть на луну, ощущать её родную, приятную прохладу, впитывать каждой клеточкой своего тела! Ах… луна – это… это настоящее волшебство. Я так люблю этот лунный свет…

– О-о-о… ты… умеешь впитывать лунную энергию, даже не смотря на неё?

– Что?..

– Ты успокоилась. Знаешь, почему?

– Успокоилась? А… да, точно. А почему?..

– Ты смягчила жар моей энергии лунной. Как будто пожар потушила.

– А… ну… я всегда, когда думаю о луне, ощущаю себя лучше. Она всегда придавала мне сил, когда не хотелось жить.

– И… часто такое с тобой случалось?

– Ой, ну… было пару раз. Всё! Я пошла спать!

Кажется, от его силы мне совсем снесло крышу! Вообще не контролирую, что говорю. Сболтнула лишнего. Ух, как неловко! Надо поспать, мечтая о луне. Похоже, так я смогу быстро восстановиться. Главное, успокоиться и заснуть. Это будет сложно…

Я забралась под одеяло – жарко. Раскрылась и развалилась на кровати. Потом встала, открыла окно и всмотрелась в ночное небо. Кстати, может, я смогу увидеть луну в холле. Я вышла туда и подошла к панорамному окну. Точно, из-за облаков выглянула половинка луны. Как красиво! Завораживает и успокаивает. Посижу пока здесь. Позагораю, как выразился Марк. Хах, загорать от луны! Вот это я понимаю – магия! Сидишь такой, смотришь на луну, а утром просыпаешься загорелый. Как негр. Ха-ха!

Так, надо сосредоточиться на этом лунном свете, а то опять смеюсь. Я улеглась поудобнее на диване и уставилась на полумесяц. Да… ощущение, что он овладевает мною. Будто невидимая сила окутывает меня и переполняет. Ох, главное, опять не превратиться в кошку! А то снова придётся оправдываться перед Марком…

Я даже не заметила, как уснула. Что за фигня мне снилась?! Какие-то баталии, войны. Причём сражались друг с другом тягучая, зловещая тьма и мягкий податливый свет. Они пытались захватить территории друг друга, медленно расползаясь всё дальше и дальше. Темнота поглощала, с лёгкостью окутывала свет в одно мгновение. А он почему-то поедал эту темноту козами. Они шли размеренно, пожёвывая и поглощая эту тьму, будто траву. Какая тягомотина! Мне казалось, этот сон был вечностью! Конечно, я болела за белых и старалась мысленно остановить тьму. Но складывалось ощущение, что я в этом театре просто зритель. Какой ужас! Коз становилось то меньше, то больше. Они расчерчивали в тьме невнятные узоры или шли плотным рядом, заливая черноту белым цветом. Почему свет не может так всегда? Почему неуловимо пропадают его козочки? Как мне помочь этому свету? Агрх! Бесит этот сон! Ещё и этот надоедливый, противный стук. Откуда он взялся? Это тьма? Или козы так копытцами стучат? Ох, нет. Это… в дверь стучат?..

Я не просто проснулась, а будто вырвалась из объятий этого жуткого сна. Продрала глаза и приподнялась на диване. Где мои очки?.. ах, да… на пол их положила. О, Марк вышел из комнаты, весь такой сонный и растрёпанный. Как мило! Он открыл дверь, и к нам в дом будто влетел вихрь. Стройная, подтянутая блондинка в ярко-красном костюме с короткой юбкой, высокими белыми сапогами и таким же белоснежным распахнутым пальто. Вместе с ней к нам забежал большой длинношёрстный пятнистый серый кот… или не кот? У него был коротенький хвостик и маленькие кисточки на ушах. Ого, да это же рысь! Дамочка встряхнула в руках длинный красный зонтик и стукнула им об пол, поправила объёмную красную сумку на плече и затараторила:

– Я ждала тебя целых три часа! На телефон ты не отвечаешь, дверь не открываешь, что происходит вообще? Ты напился?! Чем ты занимался всю ночь, ответь мне? О, да у тебя девушка в гостях. Теперь понятно, понятно всё. Но это не значит, что нужно заставлять меня ждать! Свои похотливые приключения, будь так добр, устраивай не в ущерб своей работе! А то я ведь быстренько доложу Леониду, насколько безответственным ты стал! Что ты стоишь и смотришь на меня исступленным взглядом?! Скажи уже что-нибудь! Хотя бы попробуй оправдаться. Или ты совсем совесть потерял?!

– Мира, остановись. Ты не даёшь даже слово вставить…

– Ты ещё и хамишь мне? Да как у тебя язык повернулся вообще?! Ты думаешь, я в восторге от совместной миссии? Прямо сижу и жду, когда же это нас с Марком в пару поставят? А ты заставляешь меня ждать, будто я второсортная лесная ведьмочка! Ну так я тебе скажу, что ты, дорогой мой, не самая прекрасная компания. Скучный и нелепый, как объевшийся ленивец. Много ли радости работать с тобой? Да ещё и ждать тебя?! Ну вот опять, стоишь и не вдупляешь даже, что происходит!

– Да… что происходит?

– Уже двенадцать, дурень! Во сколько ты лёг? Ты спал вообще ночью? Или уснул, когда подумал, что надо выходить уже? Я прождала тебя целых три часа! Три часа, понимаешь?! И ты ещё смеешь трубку не брать!

– Ох… я забыл включить звук…

– Да что ты! И звонок дверной ты тоже не слышишь?!

– Я его отключил, а то ходят всякие…

– Отлично! Просто прекрасно! Я до тебя еле достучалась, знаешь ли! А ты всё ещё стоишь и даже не думаешь собираться! Или ты хочешь, чтобы мы только к утру домой вернулись?!

– Дай мне пять минут тишины…

Марк схватился за голову и ушёл в ванную. Да. У меня тоже от этой дамочки заболела голова.

– И как тебя угораздило связаться с этим болваном? – обратилась Мира уже ко мне. – Небось вскружил тебе голову своими блестящими глазками. Ну так ты на его личико не смотри. Это только выглядит он смазливым симпатяжкой, прям мечта всех женщин. А по факту никого к себе не подпускает. Ему бы только вскружить дамам голову, а что делать с их разбитыми сердцами?! Марку плевать! Что ты молчишь? Смущаешься? Как зовут-то тебя?

– Багира, – наконец-то дала и мне сказать, страшная женщина.

– Ох, а ты знала, что вообще-то это мужское имя. Просто перевели на русский сказку неправильно, вот и запустилась волна масштабного заблуждения. Чья была идея назвать тебя так? Отец или мать постарались?

– Это… Марк придумал.

– Марк? Он что, твой отец?! Прости, дорогая, но ты выглядишь такой взрослой. Не годишься ты ему в дочери.

– Он не отец. Просто… друг.

– Друг значит-ся, да? А я говорила – вскружит тебе голову, разобьёт тебе сердце и выбросит у обочины. Чем он тебя впечатлил так? Скажи! Беги лучше отсюда, пока ещё не влюбилась по уши в этого чёрта…

– Я вообще-то живу здесь.

– Живёшь? Как же?.. Это дом Марка, я тут не раз уже была, а тебя никогда не видела. Вообще тут раньше ведьмочка с ним жила, вон в той крайней комнате. А теперь не живёт уже год, наверное. Так ты теперь вместо неё, да? Подружка его? А чего вместе не спите? Или он тебя так, по доброте душевной пустил. Что, жить тебе негде? Так я помогу. Только беги от него подальше. Уж я-то знаю. Мы с тобой, дорогая, боевые подруги.

– Я вас едва знаю! Что вы всё наговариваете? Перестаньте! Я уже давно живу с Марком, он совсем не такой!

– Давно? И сколько же? Как вы вообще сошлись?! Неужели Марк нашёл себе постоянную девушку?

– Мы не встречаемся… просто… друзья.

– Ах, друзья… ага, конечно. У Марка не бывает просто друзей. Он ведь один из сильнейших колдунов, прямо как я. А такие как мы не заводим друзей людей. Или ты… погоди-ка… Наполеон, куда это ты?

Рысь, наконец-то, двинулся с места, всё это время, просто наблюдающий за мной. Наполеон, значит. Какое пафосное имя. Ой, он встал на край дивана передними лапами и принюхался ко мне. Какие же у этого рысёныша красивые серые глаза! Ох, он же… оборотень, как я. Наполеон вытянулся и стал расти, превращаясь в высокого и накаченного молодого парня, с такими же серыми, под цвет глаз, волосами, ресницами и бровями. Как необычно. И… и… да. На уровне моих глаз оказалось его большое и обнажённое хозяйство. Погодите-ка, у него что, встал на меня?! Наполеон придвинулся ко мне поближе и наклонился, положив одну руку на спинку дивана, а другую прямо рядом со мной. Что ты собираешься делать?!

– Какая ты краси-и-ивая, – протянул он, лучезарно улыбаясь и приближаясь ко мне.

– Отвали от меня! – крикнула я.

– Такая ма-а-аленькая, такая засте-енчивая, такая ми-и-илая…

– Убирайся, мразь! Ш-ш-ш-ш.

Я ударила Наполеона по лицу, но он схватил меня за руку и прижал её к своему носу, с наслаждением вдыхая.

– Как приятно па-а-ахнешь, – протянул этот наглый рысёныш.

– А ну, отпусти! – крикнула я, одёрнув руку и пнув его. – Ма-яа-у, ш-ш-ш!

– Моя сла-а-адкая… А?

“Фледжелюм!” – услышала я голос Марка. Наполеона мгновенно связала солнечная нить. Он разочарованно вздохнул и горестно мяукнул, обратившись обратно в рысь. Марк грубо схватил его за шкирку и отшвырнул к Мире.

– Что ты делаешь?! – возмутилась она, подбежав к своему коту и поглаживая его, пока нить медленно исчезала.

– Научи своего кота держать себя в руках! – прорычал грозно Марк. – Или будешь собирать его останки по городским помойкам.

– Так ты ещё угрожать мне будешь?! – Мира вскочила и расставила руки в стороны, бормоча под нос заклинание.

– Ты в моём доме, – медленно проговорил Марк, поднимая руки вверх, пока в ладонях образовывались горячие пламенные шары. – Здесь мои правила.

Колдунья застыла. Искры, появившиеся на кончиках её пальцев, мгновенно потухли. В её глазах был страх. Она попятилась и вцепилась в загривок своего кота.

– Я запрещаю тебе заходить ко мне домой, – уже спокойнее проговорил Марк. – Убирайся.

– Я… – задыхаясь от возмущения, Мира потащила Наполеона за дверь. – Я буду ждать тебя ровно десять минут. Опоздаешь опять, будешь сам очищать дом.

– Не опоздаю, – Марк захлопнул за ней дверь и повернулся ко мне. – Не позволяй этой Рыси подходить. И вообще, не разговаривай с ним.

– Как будто я его тут соблазняла! – Возмутилась я, подскочив с дивана и сжимая кулаки. – Он сам подошёл! Я ему ни слова не сказала!

– Наполеон чует даже малейшее проявление симпатии. Понравился тебе такой большой кот, да? Ещё и подкачанный, молодой и горячий…

– Замолчи! Я вообще не знала, что он – оборотень! И не нравится он мне! Я никогда не видела рысь, ясно?! Мне просто было интересно! Когда он обратился, я пыталась его отогнать! Но он такой огромный, такой сильный. Думаешь, мне самой приятно было?! Думаешь, я такая, да? Как вижу мужика голого, так тут же ложусь под него, конечно! Все вы такие! Всегда вам кажется, что девушки не могут устоять под вашим обаянием! Вы не слышите “нет” и не видите препятствий, даже если упираться всеми силами! Конечно, если сильнее, то можно же проигнорировать! И плевать вам, что я не хочу! Плевать, что это мерзко и противно! Плевать, что это невыносимо больно, когда берут силой! Когда не считаются со мной! Когда игнорируют мои угрозы и мольбы! Чтоб вы все сдохли!

Из меня будто вырвали огромный кусок застрявшего в сердце камня. Я не могла сдерживать слёзы. Не хочу его видеть! Пусть убирается! Я проскочила мимо Марка и заперлась в ванной. Так больно. Так плохо… так… холодно… Не хочу чувствовать эту боль. Не хочу чувствовать ничего. Она разъедает, пожирает меня изнутри. Кошка… надо обратиться в кошку. Так всегда легче. Надо сжаться в комок… спрятаться… превратиться в тень. Хлопнула дверь. Марк ушёл.

Я лежала на полу в ванной и не хотела двигаться. Да, кошкой было проще, но всё равно больно. Не хотелось ни есть, ни пить, ни спать. Хотелось забиться в угол и там умереть, чтобы не было такой жизни. Чтобы не было меня. Не было этой всепоглощающей боли. Кстати… можно забраться под ванную. Там темно и уютно. И хорошо. Я поддела лапой дверцу щита, а затем пробралась внутрь – в самую глубь. В самый тёмный угол. Да, полежу здесь. Тут хорошо. Если закрыть глаза, то можно вспомнить лунный свет. Он рядом. Он всегда со мной. Всегда будет оберегать меня и обнимать в такие минуты. Спасибо, лунный свет. Ты – настоящий друг. Единственный.

Даже не знаю, сколько времени прошло, когда я услышала хлопок входной двери. Наверное, целая вечность. Только не заходи сюда. Ах, да…я ж заперлась. Марку не попасть ко мне, пока я сама не открою. Кстати, кошкой мне и не справиться с этим замком. Что ж, так даже лучше. Буду сидеть здесь. Всё к лучшему.

Марк повернул ручку, но не смог открыть дверь. Потом, через несколько минут замок внезапно щёлкнул. Как? Разве можно открыть с внешней стороны?! То есть запирайся или нет – всё равно можно попасть внутрь. Какой ужас! Марк зашёл, постоял немного, а затем еле слышно заговорил: “Прости, я не знал. Я – дурак. Просто… даже не знаю, что на меня нашло. Как подумал, что ты с этим котом… и ярость ослепила меня. Сможешь ли ты простить меня? Наверное, тебе очень больно… Я присяду тут рядом, ладно?”

Я услышала, как Марк сел рядом с приоткрытой дверцей щита и заслонил свет. Ну и пусть сидит. Меня ему всё равно не достать, уж слишком я глубоко залезла. И вообще, какое мне до тебя дело, мерзкий человечишко? Все мужчины одинаковы. Все вы мрази и ублюдки. Ненавижу вас. Я непроизвольно зарычала. Ну и правильно. Пусть знает, что я его ненавижу.

“Я слышу тебя, – грустно и тихо протянул Марк. – Правильно, ругайся. Я не хотел тебя обидеть, правда. Теперь я понимаю, насколько не по себе было тебе там, в больнице. И насколько тяжело было довериться мне. Я не знал… Конечно, меня это не оправдывает. Я бы хотел всё исправить. Вернуться в прошлое и отказаться от той ночи. Конечно, мне было жалко ту девочку, и я хотел её спасти несмотря ни на что. Но я бы нашёл другой выход. Да, даже если б и не нашёл, никогда бы не стал звать тебя с собой без подготовки. Я бы сразу объяснил, что мне придётся тебя вот так трогать. И не прикоснулся бы без разрешения, никогда. Если б я только знал… прости, Багира, что втянул тебя в это”.

Марк замолчал. Ну, на самом деле в ту ночь в больнице он нисколько не обидел меня. Это я сама приняла всё близко к сердцу, так что я бы не позволила Марку всё изменить. Хах, как будто это возможно! Хотя… а почему нет? Существуют же колдуны и оборотни, хотя я бы никогда не поверила, если б не увидела собственными глазами. И даже тогда сомневалась бы, кажется мне это или нет. Только тот факт, что я – оборотень, смог раскрыть мне глаза и позволить увидеть весь этот скрытый, волшебный мир. Не хочу ничего менять. На самом деле, мне нравится быть магическим созданием. Как красиво звучит! Получеловек, оборотень – как-то грубо. Похоже на какую-то пакость. “Магическое создание” – это как… единорог, что ли. Никто в них не верит, но все знают, что это – прекрасные звери, полные волшебства и чудес.

Не хочу здесь больше оставаться, надоело. Скучно и тесно. Я бесшумно подползла к приоткрытой дверце и взглянула на сидевшего на полу Марка. Он сидел, уставившись на мои очки в руках. Просто смотрел затуманенным взором.

“Мне страшно,” – внезапно заговорил Марк. От неожиданности я вздрогнула, но, похоже, он меня не заметил. Просто заговорил. Интересно, чего он боится? Чего может бояться такой сильный колдун, который, к тому же, ещё и дружит с ведьмой? И вот ещё и оборотня нашёл, что, оказывается, делает его в разы сильнее. Даже колдунья, которая приходила, испугалась Марка. Тоже, кстати, сильная, по её словам. “Я боюсь, что потеряю тебя, – продолжил он, говоря всё тише и тише. – Мне плевать на силу, которой ты делишься, и на ясное зрение получеловека. Я… мне нравится, что я возвращаюсь домой, а ты меня встречаешь. Мы болтаем вместе о твоих пустяках. Хотя, наверное, для тебя это очень важно. Мне нравятся, как ты рисуешь. Не очень умело, размыто, сложно понять, что именно, но если отдалиться… да. Тогда сразу оказываешься будто внутри этой картины, погружаясь в её чувства и эмоции, утопая в ней. Это похоже на магию. Какую-то очень скрытую, которую никто не может опознать. Но я всю жизнь прожил в этом волшебном мире и точно могу сказать: пусть даже и невидимая, неопознанная, но твои картины – настоящая магия. А ещё ты так мило смущаешься, когда говоришь о чём-то действительно важном. И такая храбрая, несмотря ни на что. Видела бы ты, как мило меняется твоё лицо, когда ты незаметно начинаешь обращаться. Я боюсь, что однажды… ты уйдёшь. Скажешь, что больше не хочешь жить со мной. И не хочешь колдовать со мной. Что будешь ходить в кино с другим или пить с ним молочный коктейль в кафе. Боюсь, что окажусь тебе не нужным. Я бы очень хотел, чтобы мы и дальше жили вместе. Я бы показывал тебе свою магию, а ты рисовала бы её. Даже если не захочешь помогать, я бы брал тебя с собой. Просто, чтобы ты смотрела. Для тебя это, должно быть, невероятно красиво. Наверное, ты больше не захочешь доверять мне, поэтому я прошу тебя только об одном – останься. Не надо помогать мне, делай, что хочешь. Только останься со мной”.

Ух… даже не знаю… хорошо, что я кошка, а то бы уже раскраснелась вся от такого признания. И что мне делать теперь? Ну не бросать же его, в самом деле! После таких-то слов… Вот же ж засранец! Сидит тут, значит, с грустной мордашкой. Это я вообще-то недавно пострадала, поэтому тебе должно быть неловко передо мной, а не наоборот. Не могу… не могу смотреть на него таким. Я действительно вижу в его глазах страх и отчаяние. Это не похоже на игру. Я бы сказала, Марк всегда такой искренний. Так разозлился, когда Наполеон был на мне. Угрожал этой колдунье. И на меня сорвался. Но не тронул… мама тоже срывалась, но никогда не извинялась. Марк хотя бы думает о моих чувствах. Ладно… ну, что с тобой делать? Не грусти! Я высунулась из приоткрытой дверцы и уткнулась в его бок носом.

Марк повернулся ко мне и наклонился. “Ты останешься со мной?” – с надеждой спросил он. Останусь, конечно, куда я денусь? Я приподнялась и потёрлась щекой об его руку. Марк улыбнулся. Мне кажется, это была самая яркая из его эмоций. Такая искренняя и тёплая. Он погладил меня по голове и протянул: “Хорошая кошка”. Ну уж нет! На это мы не договаривались! Я вцепилась зубами в его руку и прорычала. Утробно мяукнула и выбежала из ванной. Совсем страх потерял. Ага.

Марк поднялся, посмеиваясь и потряхивая укушенной рукой. Так тебе и надо. Нечего было меня трогать! И вообще, я есть хочу. Покорми меня, глупый человек!

* * *

Наверное, у меня все же есть ещё один друг. Прости, лунный свет, но у меня появился Марк. Он такой добрый и искренний, и не скрывает то, что у него на душе. Он заботится обо мне и терпит все мои укусы и царапки. Никогда и слова не сказал мне о том, что ему больно. Наверное, Марку вообще наплевать на все мои кошачьи истерики. Только из-за фикуса немного поругался, а так… даже телевизор сломанный не вспоминает. Да и вообще… Марк – хороший человек. Как будто и не мужчина вовсе. Ему можно доверять. Но я не брошу тебя, лунный свет. Как и ты меня. Никогда.

* * *

Оказывается, жить кошкой очень скучно, когда человеческий мир становится таким интересным. Я запомнила слова Марка, где он говорил, что хочет брать меня с собой на работу. Но вот от кошки он категорически отказывался. Эх… даже на улицу не выпускал. Боялся, что попаду в беду. Раньше бы меня это очень злило. Какое право он имеет решать, что мне делать и как жить?! Но сейчас, после этого его признания, мне не хотелось расстраивать Марка. Он ведь переживал за меня. За меня никогда никто не волновался, всем было плевать. А ему – нет. Так что мне было даже приятно.

В ожидании полнолуния я развлекалась как могла: носилась со своими игрушками, прыгала по стенам, стараясь забраться повыше, пела ночами лунному свету и гонялась за ногами Марка. Как он это выдержал? Не знаю. Наверное, у него под домашними штанами броня, потому что он вообще не реагировал на мои атаки. А кусалась и царапалась я на совесть! И пряталась, пытаясь застать его врасплох. Но Марк был спокоен, как танк. Совсем не весело! Хоть бы выругался разок, что ли… а то уж слишком идеальный.

Наконец, наступил тот день, когда я смогла проснуться человеком, привести себя в порядок, надеть очки и усесться с книжкой на диване. Марк, как обычно, зависал на работе весь день, поэтому ждать его придётся долго. Заодно и почитаю. Или, может, порисовать?.. Нет! Я слишком волнуюсь. Даже не знаю, почему. На Марка я больше не злюсь, да и он на меня точно нет. Почему же я так нервничаю.

Неожиданно рано (даже шести ещё не было) повернулся в замке ключ, и вошёл Марк. Так рано вернулся? Что-то произошло? О, да у него пакет с… бутылками? Вижу точно две, а что там ещё? Марк был явно не в духе.Точно, что-то произошло. Насколько я знаю Марка, он всегда напивается, когда ему плохо. Он даже меня не заметил! Разулся и сразу пошёл на кухню. Хм… что же мне делать? Как-то не так я хотела поздороваться по-человечески. Ожидала, что он войдёт, обрадуется, увидев меня, а затем я попрошу его взять меня с собой завтра. Ну, или послезавтра. В общем, когда на работу будет пора. Ох… наверняка что-то там случилось, поэтому мне не стоит говорить о ней. Кстати, раньше на его попойках обязательно появлялась ведьма, а где же она сейчас? Занята, наверное. Бедный Марк. Не могу оставить его одного. Может, стоить пойти сейчас к нему на кухню? Или немного подождать?

Пока я тут размышляла, Марк зашёл в холл и поставил рядом с диваном миски с едой. И только потом поднял глаза и уставился на меня. Ну, наконец-то! Только вот его взгляд… такой туманный, рассеянный, невидящий. Марк смотрел будто сквозь меня, но не отворачивался и не уходил.

– Привет, – неуверенно сказала я.

– Ба-ги-ра… – будто возвращаясь к реальности, медленно проговорил Марк. – Ты снова обратилась в человека.

– Да. А это так неожиданно для тебя?

– Нет… наверное… Хочешь есть?

– Что-то случилось, да?

– Случилось? Ну… да… не важно. Пошли поедим.

Марк был каким-то потерянным. Никогда его таким не видела. Наверное, случилось что-то совсем ужасное. Что же могло так его потрясти? Могу ли я помочь ему? Я же теперь человек. Может, что-то случилось с тем колдуном, одержимым духом? Неужели Марка могла так задеть эта неудача? Хотя… много ли я про него знаю?

Я села за стол, наблюдая, как Марк орудует у плиты. На столе стояли две бутылки коньяка и лежала тарелка с нарезанным сыром. Ох… подозреваю, это будет весёлая ночка. Мне бы очень не хотелось смотреть, как напивается Марк, поэтому я планировала уйти спать сразу после ужина. Но правильно ли бросать своего друга в одиночестве? Подумаешь, немного выпьет… ну или много. Ладно, посижу с ним, попробую разговорить. Вдруг я действительно смогу помочь? И тогда Марку не нужно будет напиваться в стельку. Или, может, он просто выговорится, а я поддержу или просто послушаю. Наверняка ведь ему станет легче от этого. Если всё окажется так плохо, позвоню ведьме. Сама попрошу её помочь. Мне она не откажет. Ведь подсказала же она тогда способ, как создать связь. А ведь своему другу такого не говорила! Значит, есть у меня небольшой шанс…

Марк поставил передо мной тарелку с тушёным мясом, овощами и фасолью. М-да. Он точно не в духе. Но не обижать же своего друга, когда ему так плохо? Я потихоньку, маленькими кусочками, жевала этот недоужин. Вполне съедобно, хоть Марк обычно готовит куда вкуснее. Кстати, а он себе ничего не положил. Сидит и смотрит сквозь стол. И молчит. Брр. Жутковатое зрелище. А! Я поняла, я же говорила, что не люблю алкоголь. Может, Марк меня ждёт? Хочет, чтобы я ушла и не смотрела, как он тут напивается в одиночестве. Ну уж нет! Теперь у тебя не только ведьма в подругах, но и я. Так что нечего тут строить из себя рыцаря! Я встала, подошла к шкафчику над раковиной, порылась там и вытащила две маленькие стопки. Уж сколько раз мне доводилось видеть, как пьют другие, так что я и сама могу всё сделать. И компанию Марку составлю. Ну… хотя бы одну проглочу, как лекарство. А то подумает ещё, что мне противно, а так сразу расслабится.

С трудом, но я всё же открыла коньяк и налила две стопки. Себе поменьше. Намного меньше. Ну, Марк всё равно ничего не видит вокруг, авось и не заметит. Но сам факт, что я пью с ним, наверняка оценит. Я пододвинула стопку поближе к Марку, чтобы она попала в точку, куда он смотрел. Хм… не видит. Всё равно не видит. Вот же противный! Я тут, значит, стараюсь, наливаю ему, а он игнорирует!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.