Джулия Принц
Ведьма и предубеждения. Дева в беде

Пролог

Она разбилась о скалы. Её поломанное тело осталось висеть на острых камнях, ветер трепал тёмные лоскуты, в которые превратились царственные одежды после сражения.

– Жаль, она была прекрасна… но… добро должно побеждать! – величественный воин в светлых доспехах с тоской смотрел вниз на поверженное тело.

– Не печальтесь, мой господин, эта ведьма – порождение Зла. Вы сделали правильный выбор! – пророкотал великан рядом, и эхо в горах ответило ему грохотом камней.

Так и стояли они: двое великих светлых воина над телом поверженного врага рода человеческого – над телом тёмной ведьмы. А восход солнца над ущельем Тьмы предвещал новый порядок.

 ЧАСТЬ 1
ДЕВА В БЕДЕ

 ГЛАВА 1
СПАСИТЕЛЬ! ТЫ НЕ НУЖЕН!

Я вышла на крыльцо и зажмурилась, глядя на солнце. Раннее утро, а оно так ярко светит! Очень хотелось потянуться и зевнуть во весь рот, а нельзя. Я прямо всем телом ощущала пытливые взгляды соседей. Неподобающее поведение! Городок наш был мил, но беспощадно провинциален.

От нечего делать местные кумушки строго следили за всем происходящим, а особенно их волновали манеры «нынешней молодёжи». Мне, живущей одной юной леди, было особенно сложно, три дамы почтенных лет (но не факт, что почтенного поведения в прошлом) были моими соседками по улице и они являлись матерями-основательницами городского клуба вышивальщиц. А значит, именно они были самыми большими сплетницами в городе. Раннее утро – самое опасное время, так как в силу возраста эти старушки вставали вперед солнца и начинали бдеть. Я была уверена, что они соревнуются: кто найдёт больше сплетен до вечернего чаепития.

Мне же всегда уделялось особое внимание, так как одинокая молодая женщина, по их понятиям, просто обязана вести себя недостойно. И несмотря на то, что все два года, что живу здесь, я вела себя безупречно, клуб вышивальщиц не терял надежды и бдительности.

По сему, взяв себя в руки, нацепив соломенную шляпку с широкими полями, и таким образом защитив себя от солнца, я смело шагнула в город.

Город выглядел как слегка не проснувшаяся, но уже прихорашивающаяся девица. Улицы залиты солнечным светом, но ночная свежесть ещё не покинула их. Редкие прохожие, сдерживая зевоту, бежали по своим важным делам. Дворники сосредоточенно мели мостовые, стараясь успеть пока толпы студентов ещё не высыпали на них, дабы попасть в храм знаний: местный университет.

Университет, кстати, у нас был знатный. Несмотря на провинциальность городка, а находился он в одном отдаленном небольшом вассальном княжестве Великой Империи. Ах, простите: Великой Светлой Империи Альтэриана. Самого великого континента, причём великого во всех смыслах: и в размерах, и в исторических и политических безобразиях. Ну, об этом позже.

Университет был хорош, он объединял в себе и магические, и светские искусства. Преподаватели слыли лучшими в своём деле, и само заведение считалось одним из самых престижных на континенте. Как следствие, сюда стекалось море знатной и богатой молодёжи разной степени ума (или глупости, так как на мой взгляд, молодость и глупость идут рука об руку).

Но меня всё это мало волновало, так как я принадлежала, так сказать, к горожанам среднего класса (буржуазии, как по-умному обзывали нас некоторые студенты) и со столь знатными особами не пересекалась. А сейчас и вовсе направлялась на рынок. За продуктами. Честно говоря, хорошо покушать я любила, а на рынке всё всегда было самое свежее и вкусное.

Вот интересно, идёшь по фактически пустому городу утром, а приходишь на многолюдный рынок, где не протолкнуться.

– Свежая сметанка, что сливки нежная, самые вершки. Бери девонька!

И ведь беру, как себе отказать в таком.

– Пирожки! Пирожки жареные! Пирожки печёные!

И запах такой! Просто умереть можно, а я ещё и не завтракала! Но фигуру беречь нужно! Что у нас женщин самое бережливое? Правильно! Фигура! И иду дальше по рынку, украдкой доедая пирожок. Всего один же!

– Тебе помочь, красавица? – из толпы выступает черноволосый смуглый нердан, оглядывая меня сальным взглядом.

Этот горный народ числится среди людского рода, но многие полагают их родичами скальных демонов. Кто знает, может они и правы. Я давно умею обходиться с такими поклонниками, молча обхожу мужчину, не смотря ему в глаза. Таким нельзя в глаза смотреть, это как вызов, а если вызов бросает женщина, то её надо преследовать, и неважно какого она роду-племени, бедная служанка или гордая аристократка.

Набрав в корзину всё, что хотела, а хотела я много чего, хорошо, что простенькое заклятие расширения пространства ещё и вес может облегчить, я потихоньку начала выбираться с рынка. Пару раз мелькала фигура нердана, и тогда я благополучно сворачивала в сторону. Не хотелось попасть в неприятности, а с таким поклонником будет трудно выбраться из них. Ну, или неприятно. За мою одинокую женскую жизнь, всякое случалось.

На улицах уже прибавилось народу, бегущего с утра по своим важным делам, начали появляться озабоченные студенты (будем думать, озабоченные учёбой, а не похмельем). Город проснулся и ожил.

Я уже почти добралась до своего дома, как дорогу мне заступил достопочтенный Габриел.

Вот уж кого мне сегодня утром не хватало, так это напыщенного поклонника, свято уверенного в том, что он снисходит до меня, и я же ему за это должна быть безмерно благодарна. По его версии.

– Мисс Гвенилоппа, куда же вы так рано ходили? И почему одна? Это право неприлично!

– На рынок, достопочтенный Арбоз.

– Фи, я же вам говорил, рынок, продукты – это удел слуг.

Я потупила взор и закусила губу, очень хотелось выругаться, но приходилось себя сдерживать ради репутации.

Достопочтенный Габриел Арбоз (вот дали предки имечко, правда и моё не лучше) снисходительно хмыкнул, видимо приняв мою сдержанность за стыдливость. Подошёл ближе и попытался взять меня за руки, но корзинка с продуктами явно мешала. И очень интимным тоном проговорил:

– Вы же знаете, что можете использовать моих слуг, мы же почти… – тут он замялся, – помолвлены!

– Ах, что вы! – я попробовала боком обойти неожиданного жениха. Но он каким-то образом чуть не налетел на меня и прижал к стене. Ситуация вышла случайная, но ему явно понравилось. Краем глаза я заметила белые кудри миссис Мапсон, одной из главных вышивальщиц, и, как следствие, сплетниц нашего городка, и поняла: мне конец.

– Подлец! – моя рука взлетела… и не успела отвесить пощёчину. Достопочтенного Арбоза кто-то схватил за шиворот и отшвырнул. Мой несостоявшийся обидчик отлетел чуть ли не на противоположную сторону улицы, поближе к миссис Мапсон.

Я повернула голову в сторону спасителя. Не люблю блондинов. Но этот был хорош. Высокий, что даже мне, при моём немаленьком росте пришлось задрать голову. На мой вкус слишком тонковат в кости (или мускулов нет, что под костюмом не понять), с манерно спускающимися до плеч белыми волосами и стальными глазами, с насмешкой уставившимися на меня.

Я, в свою очередь, опустила голову, присела в небольшом реверансе и, пробормотав слова признательности, быстро проскользнула в свою дверь. Лишь вслед услышав задумчивое:

– Девы в беде нынче не так уж и благодарны.

Уф, утро выдалось на редкость романтичным для моей прагматичной натуры. Другая бы на моём месте уже загадочно вздыхала о «спасителе» и втайне радовалась наличию назойливых поклонников. А кто бы не радовался? Не верьте, если женщина пренебрежительно вздыхает: «как они ей надоели и мешают». В этом-то и вся прелесть, что они есть эти поклонники, но при этом, тебе они как бы и не нужны.

Мне же они действительно были смешны и мешали, ну и немножко грели самолюбие. Совсем немножко, были бы они поинтереснее… А, впрочем, ерунда. Не надо мне это всё.

Я прошла в прихожую своего маленького домика (на одну квартирку) и посмотрела на себя в зеркало. Зеркало у меня было роскошное: огромное и длинное, в пол, в бронзовой раме. Старинное. Да, я по-прежнему хороша: длинные иссине-чёрные волосы, белоснежная кожа, тёмно-серые глаза, яркие алые губы. Почти как белоснежка из сказки. Или ведьма из этой же сказки. Впрочем, о чём я? Ведьма и есть.

Я провела рукой и образ поплыл, явив тот мой облик, что видят люди. Милый и скромный, как и подобает в провинциальном городке. Детское личико со вздёрнутым носиком, огромными, невинно распахнутыми голубыми глазами и розовыми губками бантиком. Каштановые волосы, собранные в высокую причёску, с парой выпущенных по бокам локонов, дополняют образ.

– Н-да, неудивительно, что за тобой мужики гоняются по всему городу.

– Что ты сказал?

– Мур, ничего, жрать давай!

– Совсем оборзел!

Наглый толстый рыжий котяра уселся на пороге моей гостиной.

– Вот из-за острого языка мужики с тобой и не уживаются. Ладно, сметанки-то взяла?

И пошёл на кухню виляя толстой пушистой попой.

– Лучше бы шерсть свою собрал, обормот.

– Моя шерсть – это добро и свет, а ты – тёмная ведьма, вот и терпи меня милого и пушистого.

И пошла я на кухню кормить этого милого и пушистого обормота.

Жили мы с Васей вдвоём, весьма скромно, но в удовольствиях себе не отказывали. Мне порой казалось, что мы с ним так много лет вместе не потому, что ведьме положено иметь фамильяра (этакую магическую поддержку), а просто, потому что мы вместе любим хорошо покушать и повредничать. Несильно и немного, но от души, причём что одно, что второе.

Был однажды такой случай, жили мы тогда в небольшом южном городке возле моря. Я зарабатывала тем, что составляла травяные чаи, даже открыла небольшой магазинчик. Чай мой был очень популярным. Среди горожан ходило поверье, что если выпить у меня чая, то могут исполниться тайные желания. Ну как тайные, например, многолетний ухажёр дочки городского главы, выпив чаю, неожиданно набрался храбрости и сделал ей предложение. А три бездетные пары, зайдя в мой магазинчик, через девять месяцев (естественно каждая пара в своё время) стали счастливыми родителями. Или, например, один древний старичок, что помогал мне открыть магазин, внезапно оздоровился, помолодел и даже нашёл себе даму сердца. Этот факт, правда, не обрадовал его родственников, которые уже почти поделили между собой его наследство, а тут такая неприятность: старичок решил сам пожить на свои деньги.

Но бывали и обратные случаи. Например, стал за нашим чаем захаживать один тип. И вроде бы он ласковый такой, но чем-то сильно неприятный человек. Поначалу-то всё хорошо шло, попил чаю – зубная боль прошла, другой раз – удача в делах. Но стала я замечать, что люди после общения с ним плохо выглядят. И вроде бы ласково он с ними разговаривает, но после этого общения, человек выглядит так, как будто ему в душу плюнули.

Решила я отказать ему от нашего чая, так он грозиться стал, что подаст на меня жалобу в инквизицию столичную. После этого стал он лыс и беден, а ещё руки у него трястись стали, а с такими руками, очень тяжело жалобу писать. Он пытался и секретаря нанять, чтобы, так сказать, надиктовать жалобу свою, но вот несчастье: ничего сказать не мог, мычал только.

Отстал он в результате от нас, и забывать я о нём стала, как принёс мне Васенька новость про него интересную. Жениться решил человечек этот, да не просто на ком, а на совсем юной девочке, что сироткою осталась при дальних родственниках. Но сироткою не бедною, а с наследством. Родственники и порешали уже всё. А Васенька узнал об этом от подружки своей пушистой, которой девочка по ночам слёзы лила.

И решили мы с Васей помочь молодым, так сказать.

Пушистик проник в дом жениха и сделал то, что делает каждый порядочный кот, полагающий, что человека нужно перевоспитать: пометил его вещи. Я же накануне побывала в гостях у родственников той девочки и как бы между прочим рассказала им, что у людей, несущих разорение и беду весьма специфический запах, и не дай бог связаться с такими любыми родственными узами.

Так остался человечек тот на бобах. И заметьте, никакой магии и мошенничества. Почти.

Добравшись наконец-то до завтрака (румяные сырнички со сметанкой и вареньем), я определилась с тем, что жизнь всё-таки удалась и занялась делом.

Где бы я ни жила, я старалась не повторять свой способ заработка, лишнее внимание ни к чему. Сейчас, конечно, не старые времена, и ведьму на костёр не потащат. Да и магия очень популярна, особенно когда стала доступна не только древней аристократии, простые люди перестали относиться к ней с опасением. Но… всегда есть но. К ведьмам и в эти времена инквизиция присматривается с подозрением, да и привыкла я не привлекать к себе внимание, раньше с лихвой в нём искупалась. Не хочу больше.

И если пару лет назад у меня был чайный магазин, то сейчас я помогала в Университете, в лаборатории и теплице с растениями. Декан факультета травологии нарадоваться на меня не могла, как хорошо я управляюсь с растениями! И всё зазывала меня учиться в университет, мол, так диплом получу и стану настоящим мастером. Я мило краснела и объясняла, что мне уже не по возрасту и не по статусу. Ну, в этом был смысл и правда. Хотя далеко не тот, что понимали люди из моих речей.

Ходила я на “работу” редко, пару дней в неделю, накоплений на жизнь у меня было достаточно, но всё же какое-то занятие и выход в люди.

Сейчас мне нужно было собрать некоторые ингредиенты для удобрения трав в теплице, и я так увлеклась процессом, что не сразу услышала звонок в дверь. Колокольчик даже устал звенеть и уже стал издавать какой-то скрипящий звук.

Открыв дверь, я обнаружила на пороге своего дома Инквизитора.

 ГЛАВА 2
ИНКВИЗИТОР ИЛИ НЕКРОМАНТ? КТО ХУЖЕ?

 Не ожидала. Николас Прайтес был, как всегда, суров и мрачен. Что привело его ко мне?

– Чем могу помочь, достопочтенный?

Инквизитор осмотрел меня с головы до ног и скривился. Ну да, понимаю, милые невинные девы ему никогда не нравились, он считал, что от них жди беды.

– Здравствуйте! Что привело вас ко мне?

– Вы Гвенилоппа Соврикас?

– Верно, достопочтенный. А вы?

Мой гость помрачнел ещё больше:

– Я представитель священной инквизиции. У меня к вам вопрос. Позвольте, я пройду.

– Да как же можно! Я одна в доме, а вы – мужчина! – заволновалась я.

Николас Прайтес тяжело вздохнул, видимо давно уже никто не видел в инквизиторе мужчину.

– Я ненадолго.

Моё лицо сделалось пунцовым:

– Если достопочтенный инквизитор изволит подождать, я приглашу мою соседку миссис Мапсон, в присутствии компаньонки разговаривать будет намного… удобнее.

Инквизитор так явно не считал, но посторонился и дал мне выйти из дома. Я же со своей стороны мстительно захлопнула дверь у него перед носом, вот сколько уж он мне крови попил в своё время!

 Миссис Мапсон пришла в большой ажиотаж, преисполнилась важности своей миссии и выдвинулась к моему дому. Никогда ещё инквизиция не встречала такого сильного противника. Кто больше всего стоит на страже морали? Правильно, старые кумушки в провинциальных городках!

– В смысле, я неподобающе одет? – инквизитор странно смотрелся в моей гостиной. Обои в васильках явно не сочетались с его чёрно-белой формой.

– Вы пришли в гости к молодой леди, и должны были одеться в подобающий костюм, а не в эту странную хламиду. – трескучий голос миссис Мапсон доставлял нашему гостю дополнительное «удовольствие».

– Я в форме священной инквизиции и пришёл к мисс Соврикас по делу!

– И это не значит, что вы должны пренебречь приличиями, молодой человек! Вы, как представитель священной инквизиции, должны стоять на страже этики и морали!

Лицо Николаса Прайтеса вытянулось, уже давно его не называли «молодым человеком» и не упрекали в отсутствии морали. Я даже усомнилась, кто из нас ведьма? Я или миссис Мапсон?

И решила сжалиться над ним, всё же старый знакомый (хотя меня он и не узнал под личиной).

– Ваше преосвященство, у вас же был какой-то вопрос ко мне?

Инквизитор с благодарностью посмотрел:

– Да, мисс Соврикас, не могли бы вы рассказать мне, над чем вы с уважаемой магистром Даретос работали в последнее время в лаборатории?

Я смутилась, отвела глаза и уточнила:

– Мне кажется, это не совсем благородная тема для обсуждения в обществе.

Глаза у моего собеседника сверкнули, гончая явно брала след.

– А вы постарайтесь, мисс Соврикас.

– Ну…

– Да, мисс Соврикас?

– Как бы вам сказать…

Миссис Мапсон тоже навострила ушки.

– И?

– Мы работали над навозом! – быстро выпалила я.

– Навозом? – моя соседка сморщила нос, она явно ожидала большего разоблачения, впрочем, как и представитель Великой Инквизиции.

– Зачем?

– Мы разрабатывали новое удобрение для мандрагоры. Насколько я поняла, министерством магии была поставлена задача вырастить новый урожай к концу лета, а так как этой зимой весь урожай погиб, то требовались средства для усиления роста, без потери качества.

– А вы знаете почему погиб прошлый урожай?

– Мы с деканом Даретос пришли к выводу, что это были жучки-ползунки.

– Зачем министерству магии нужны мандрагоры, вы знаете? – инквизитор впился в меня профессиональным взглядом.

– Нет, и зачем же? – широко распахнув свои голубые глаза, я чуть не утопила в них своего «гостя».

– Ну всё! Что вы творите, молодой человек! Разве можно ТАК смотреть на приличную леди!

Его преосвященство вздрогнул и заторопился на выход. Попутно поблагодарил и меня за помощь, и миссис Мапсон (её видимо за воспитание).

Когда дверь за незваным гостем захлопнулась, я поняла, что попала. В моей гостиной осталась Миссис Мапсон.

– Дорогая моя мисс Гвенилоппа, очень удачно вы пригласили меня на эту встречу. Я давно хотела поговорить с вами.

– О чём же, миссис Мапсон? – я вежливо разливала чай по фарфоровым кружечкам. Они были настолько тонкими, что их страшно держать в руке. Как же, последний писк моды и хорошего вкуса. Лично я предпочитала пить чай из больших надёжных кружек. Эти же скорее предназначались для пускания пыли в глаза и для того, чтобы доказать собеседнику, что ты более умело можешь управляться с этими хрупкими творениями.

– О вашей дальнейшей судьбе, мисс Гвенилоппа!

– О моей судьбе? – я пошире распахнула глаза.

– Обращали ли вы, моя дорогая, внимание на отношение к вам достопочтенного Габриела Арбоза?

Я испуганно ойкнула, покраснела и смущенно пробормотала:

– Мне поведение достопочтенного Арбоза показалось неподобающим… я не хотела бы в дальнейшем общаться с ним подобным образом.

– Вы ещё дитя, мисс Гвенилоппа, – снисходительно посмотрела на меня гостья, – вам, юным девушкам, ещё неведомо, что мужчины, – тут она ностальгически вздохнула – могут очень экспрессивно выражать свою привязанность. Вот тут-то их и надо брать!

– Что, простите?

Миссис Мапсон с укоризной посмотрела на меня:

– Я давно за вами наблюдаю, Гвенилоппа, вы скромны, воспитаны, у вас хорошие манеры. Но на этом далеко не уйдёшь.

Я с любопытством следила за ходом мыслей своей соседки. Вот, всегда знала, что старушки, берегущие нравственность, имели бурную молодость. Да и эпоха, в которой миссис Мапсон была молода, отличалась вольностью чувств и их выражений. Я-то помню.

– Что вы имеете в виду, миссис Мапсон?

– А то, дорогая моя, что живёте вы одна, а одинокой девушке требуется твёрдая рука и защита. Сколько вы ещё будете бегать в Академию к мисс Даретос? Ей-то образование не помогло замуж выйти, так мисс и осталась. А достопочтенный Арбоз из хорошей семьи, их тут несколько поколений жило. Поместье у него не самое большое, но доходное. Так что хватайтесь за него.

– Но… – мой голос задрожал, – мне кажется, достопочтенный Арбоз не выражал серьёзных намерений…

– За это не беспокойтесь, это обычная вещь для мужчины, избегать брака, а если девушка понравилась, то на этом и сыграть можно. Мистер Мапсон тоже в своё время не хотел жениться, а что теперь? Я почтенная вдова. Подумайте над этим, моя дорогая.

– Подумаю, – я опустила взгляд, – спасибо вам, миссис Мапсон, за заботу.

– То-то же, милая.

Обязательно подумаю, как предложить местному герою-любовнику стать его вдовой, интересное у него должно быть выражение лица будет.

Я с облегчением закрыла дверь за гостьей, если бы она ещё раз назвала меня «моя дорогая», я бы и сорваться могла, наколдовать ей что-нибудь неприятное, впрочем, никогда не поздно.

– Что, достали тебя гости сегодня? Мур? – Вася сидел на кресле инквизитора и сосредоточенно вылизывался, – я уж хотел спасать тебя.

– Я почему же не спас?

– Рано ещё, мур. Вот когда ты захотела бы им в волосы вцепиться, тогда бы и был мой выход.

– То есть, ты бы их спасал? – я недвусмысленно ухватилась за рыжее ухо.

Котяра извернулся и показал белое пушистое брюшко. Пришлось его почесать и всё простить.

Закончив с подготовкой ингредиентов для удобрений, я вышла к Академии. Очень хотелось разузнать, чем же новый урожай мандрагор смог привлечь внимание самой священной инквизиции.

По Академии я передвигалась осторожно, было опасение, что могу на кого-нибудь нарваться. День сегодня такой. Может проклял кто?

И точно, прямо посреди лужайки перед теплицей стояла компашка студентов, состоявшая из столичных аристократов. Четвёртый курс. Уже достаточно наглые, чтобы приставать к девушкам постарше, но ещё недостаточно загруженные экзаменами и дипломами, как пятикурсники.

Высокий пафосный блондин в модном, бордового цвета костюме (конечно, куда уж нам студенческую мантию носить, за ней же ничего не видно) и брюнет крепкого телосложения с мерзкими ухмылочками уставились на меня. Остальные трое вообще не заслуживали внимания, так… просто подпевалы.

– Мисс Соврикас! Куда же вы так спешите? – блондинчик расхлябанной походочкой приблизился ко мне. Остальные просто наблюдали.

– Виконт Бронский! – я присела в реверансе и попыталась проскользнуть к теплице. Меня перехватили за талию и наклонились к моему лицу. Близко. Очень близко.

– Мисс Соврикас, я же велел вам не торопиться. – властно (или скорее так казалось этому юнцу) прошипели мне в лицо.

Я едва успела пискнуть, как виконт Бронский отправился в полёт. Передо мной предстал утренний спаситель. И он в изумлении вскинул брови, глядя на меня.

– Опять вы? Это становится традицией!

В это время виконт собрал себя с садовой дорожки и двинулся в сторону спасителя.

– Да как ты посмел! Да ты знаешь кто я такой?!! – с рёвом накинулся он на мужчину, точнее попытался. Так как завис в воздухе, и просто как рыба беззвучно открывал рот.

– Ты? – лениво проговорил мужчина. – Эмм, ну, наверное… Вы студент Бронский?

Парень продолжал беззвучно барахтаться в воздухе.

– Да, вас я не знаю, а вот батюшку вашего помню. – тут студента уронили. Но услышав про отца, он снова стал набираться пафоса.

Между тем спаситель продолжил:

– Помню, помню. Он очень бодро убегал от оживших трупов, тех, кого так неудачно поднял. Очень плохо в вашем семействе с некромантией – сурово посмотрел он на студента. – И у отца вашего, и у деда. Впрочем, может быть вы измените моё мнение о вашем роде?

– Некромант! – послышался испуганный шёпот со стороны компашки. И студенты бросились врассыпную.

Интересно! Некроманты были редкостью в нашей Светлой Империи Альтэриана. А уж хорошие, тем более. Эти маги работали с мёртвой материей. Ну, как мёртвой? Вы можете сказать, что табуретка – это тоже мёртвая материя, и будете в чём-то правы.  Некроманты работали с тем, что было живо, а потом стало мёртво. Это относится и к трупам, и к табуреткам (они же когда-то были живыми деревьями). Поэтому некроманты могли и мёртвого оживить (бывали случаи, что и удачно, но обычно это просто были ходячие трупы). Хорошие некроманты могли и с духами, и с привидениями работать (не факт, что тем это нравилось). В любом случае, маги, работающие со смертью, внушали обывателям понятный ужас, а хорошие некроманты внушали трепет даже остальным магам.

Этот же, явно был хорош, раз учил ещё деда Бронского, а выглядит как сорокалетний мужчина в самом расцвете. Странно, что мы не были знакомы. Хотя… я давно отошла от дел.

Некромант хмыкнул в сторону убегающих студентов и повернулся ко мне.

– Ну-с мисс, с вами явно надо разобраться.

ГЛАВА 3
КОТИКИ САМЫЕ ЛУШИЕ ДРУЗЬЯ ДЕВУШКИ

 Незнакомый знакомец с любопытством осмотрел меня с ног до головы.

Я занервничала и забормотала:

– Благодарю вас, Магистр, за помощь… – И попыталась ускользнуть, но была остановлена тихим:

– Не так быстро, мисс «в беде». – он ещё раз окинул меня взглядом, заострив внимание на руках, нервно мнущих подол платья. – Милая девушка, что же с вами не так?

– Я… я… не знаю, магистр.

– Прямо магнит для неприятностей!

– Ничего подобного! – вспыхнула я, – просто сегодня… какой-то неудачный… день.

– Да вы что? А обычно молодые люди не обращают на вас внимания?

Я продолжала нервно мять платье и смотреть в землю.

– Хм, ну бегите, «дева в беде».

Я немедленно сорвалась с места и кинулась к теплице. Фу, пронесло. Моя личина устояла против взгляда некроманта. Но лучше лишний раз с ним не встречаться.

В теплице было спокойно и уютно, как всегда. И жарко, слишком жарко. Я прошла по тропинке, между серебристых акаций, и свернула в сторону каморки, где обычно сидела декан Даретос.

Тут же стояли отопительные кристаллы. Наши растения имели магическую основу и для интенсивного роста нуждались в тепле. Были, конечно, и те, кто нуждались в холоде, но их не много, и они располагались в леднике университета.

В каморке, кроме кристаллов, хранился инвентарь и был небольшой столик, где мы с деканом любили попить чай. Сейчас всё было на своих местах, лишь кристаллы мигали красным светом, что свидетельствовало об их перегреве. Мирную картину нарушало только тело декана Даретос, лежащее на полу.

Демоны меня побери! Только этого не хватало! Я нагнулась над телом проверить дыхание. Жива, но в полном магическом истощении. Не хотелось мне ещё раз встречаться с инквизицией, но придётся.

Теплица быстро наполнилась народом. Служители университета, жандармы инквизиции и, конечно, сам Николас Прайтес. Немногим позже подошёл и ректор, престарелый магистр Сельвестр. Могущественный и очень добрый маг. С деканом Даретос они были старые знакомые (а как иначе, столько лет вместе работают), поэтому ректор пребывал в полнейшем шоке. Декан травологии самая безобидная личность в нашем университете (это тоже одна из причин, почему я пошла к ней работать), и зачем на неё напали, было уму непостижимо.

– Кто обнаружил тело? – громыхнул Николас Прайтес.

Я смущённо вышла вперёд. Инквизитор начал сверлить меня подозрительным взглядом, как будто наша утренняя беседа могла послужить причиной этого несчастья.

– Ну, вообще-то магистр Даретос, слава богам, ещё жива! – насмешливо заметил некромант, подошедший сюда, как ни странно, одним из последних, – уж поверьте, я в этом разбираюсь.

– Некромант, – скривился Прайтес.

– Инквизитор, – в тон ему ответил тот.

Интересно, эти двое знакомы и явно недолюбливают друг друга. Хотя, это-то не удивительно, в своё время инквизиция охотилась на некромантов не менее рьяно, чем на ведьм. Все мы для них были порождениями тьмы и враги рода человеческого. Некроманты (и ведьмы конечно) отвечали Великой Инквизиции полной взаимностью. Прекратилась эта вражда (правильнее будет сказать – остановилась) всего каких-то двести лет назад. И произошло это благодаря одному знаменательному событию.

Дело было в том, что ничто так не способствует миру во всем мире, как общий враг. И двести лет назад враг такой появился. Драконы. Точнее, ДРАКОНЫ. Древняя сила, спящая многие тысячелетия, вдруг проснулась. (Если кто-то говорит вам, что нечто произошло вдруг или случайно, лучше в этом усомниться. За каждым великим событием стоит конкретная личность. Великая или не очень.)

Проснувшиеся драконы обнаружили в своих прежних владениях, что корм их сильно разросся и обнаглел. И начали наводить порядок. Сожгли пару больших городов для начала, и затем принялись утюжить весь континент огнём. Примечательно, что для крылатых не было проблемой слетать и на другие континенты, и утюжить и их тоже. Но! Слетав ненадолго на континент Меденос, огнедышащие чудища быстренько вернулись. Этот факт показался очень любопытным правящему Императору Альтэриана (вот же бывают умные правители) и он отправил к соседям делегацию, которая и привезла новость, что, мол, драконам лучше всего противостоит тёмная магия, а именно некромантия. Она как-то очень сильно входит в резонанс с огненной магией, и тело драконов не выдерживает.

По приказу императора, да хранят его боги (ну и немножко демоны), некромантов, находящихся в то время вне закона, начали призывать ко двору и на военную службу. Сразу, конечно, не получилось. Кто же поверит в добрые намерения, после стольких лет гонений! Тем более, некроманты – маги, знающие цену жизни и смерти. Однако император был настойчив и убедителен. Убедителен настолько, что, отловив-таки с помощью отборного отряда боевых магов, одного несчастного некроманта, осыпал его милостями, титулами и прочими прелестями жизни. Причём, публично. Но и тут эта циничная братия не уверовала. Тогда император пошёл на крайние меры, за очередного найденного некроманта выдал замуж одну из своих внучек. Вот тут ему стали верить, и потихоньку эта каста магов из нелегального положения перешла в привилегированное.

Так о чём я? Ах, да! Пока инквизитор и некромант мерились суровыми взглядами, я потихоньку попыталась ретироваться, но тут на меня обратили внимание (будь не ладен, этот смертоносный блондин).

– Куда же вы, мисс?

– Мисс Соврикас! Потрудитесь остаться! – рявкнул инквизитор.

– Ну что ж, на этот раз я вас спасать не буду «мисс в беде», – усмехнулся некромант. – Не в моей компетенции, так сказать.

Николас Прайтес окинул того раздражённым взглядом, и обратился ко мне:

– Расскажите, как вы обнаружили… – тут он явно сам себя поправил, – декана Даретос?

– Зайдя в теплицу, я обратила внимание на повышенную температуру в ней…

– Какая внимательность для столь юной особы! – вмешался некромант.

– Магистр Тар! Попрошу не мешать мне вести допрос свидетеля!

– Что вы, любезный, я лишь отмечаю детали! Помогаю вам, так сказать. – раскланялся магистр.

Тар? Тот самый Тар? Самый известный некромант? Хм, повезло же нашему университету обрести такого специалиста! Я аж засмотрелась на длинноногого блондина. Он ещё в тёмные времена гонений присоединился к армии империи (самым последним, правда, что тоже свидетельствовало об его уме), но внёс решающий вклад в победу над драконами. Силён! Во истину! И что же он тут у нас делает? Как-то не нравятся мне последние новости: инквизиция расследует нашу мандрагору, декан Даретос без сознания от магического истощения, а тут ещё один из самых могущественных тёмных магов! Нет, надо мне убираться из центра событий и как можно быстрее.

Я быстренько отчиталась перед инквизицией как обнаружила декана и, сославшись на нервы, покинула Университет.

По крайней мере попыталась. На выходе меня поджидала противная троица: виконт Бронский и два его подпевалы.

– Смотрите кто идёт! Мисс Гвенилоппа! Мисс невинность нашего университета! – блондин приблизился ко мне медленно растягивая слова. И не успела я среагировать, как он схватил меня за волосы и притянул к себе. – Никто тебя не спасёт, красотка! – прошипел он мне на ухо.

Вот прибить бы его, но студент же, да ещё и виконт, такого быстро хватятся. Как я объясню мёртвое тело?

Но спаситель у меня всегда есть. Самый надёжный и красивый. Огромный клубок рыжей шерсти с острыми когтями обрушился откуда-то сверху на зарвавшегося молокососа. Было приятно посмотреть на ор и крики всей троицы. Друзья этого… виконта стали спасать его и были так же жестоко поцарапаны и покусаны. Вот, что мне нравится, Васенька не только всегда вовремя, но и беспощаден к врагам. Крови было много. У всех, но у виконта особенно, вся рожа разодрана. Приятно.

Покидали мы поле битвы растрепанными, но непобеждёнными (развратная троица утирала свои лица, и им было некогда нас преследовать).

– Всё! Сегодня из дома больше ни ногой! – я бросила на столик в прихожей смятую шляпку.

– Правильно, мур. Время пить чай.

– Вот именно, милый! – я потрепала пушистую шкурку приятеля. – Ну какой же ты молодец! Рыцарь мой!

– Даёшь молочка рыцарю! – рыжий котяра гордо уселся на стул в кухне, куда мы пришли лечить нервы.

Я налила молока в блюдце и поставила его на стол. Заслужил!

От нервов, безусловно, помогает булочка с молочком. Но мне сегодня нужно мясо. И я стала готовить себе стейк, попутно рассуждая о последних событиях.

– Итак, Василий, что мы имеем?

– Мурр?

– А имеем мы следующее: зимой погибает весь урожай мандрагоры, по какой-то причине выясняется, что он срочно нужен министерству магии. Мы с деканом Даретос работаем над этим (достаточно успешно, должна отметить, хотя всё ещё есть к чему стремиться). Внезапно в моём доме появляется Инквизитор с вопросом над чем мы работаем. И, кстати, почему он пришёл к скромной ассистентке, а не к декану? Это же было бы логичнее? В этот же день и в городе, и в университете объявляется и некромант. Древний некромант, прошу заметить! И как поганка на муравейнике, декан Даретос в магическом истощении. И что это всё значит?

– Что нам пора менять личину и город?

– Нет, милый, наше внезапное исчезновение лишь привлечет нежелательное внимание.

– Но наш девиз «Держись подальше от неприятностей, и они отстанут!».

– Верно, но тут нужно применить другой девиз.

– Мур? Это какой же?

– «Не можешь справиться с неприятностями? Тогда возглавь их!».

– Это как тогда, с драконами?

– Фу, не вспоминай ту историю. Там всё пошло не по плану. Ну, не совсем…

– Тёмная ведьма, ведьма и есть. Делаешь, а потом думаешь. Хорошо, что не узнали, кто на самом деле разбудил драконов.

Я передернула плечами:

– Не напоминай!

– Вот, чувствую я, что сейчас мы в новые неприятности влезем!

– Не влезем. Сначала подумаем.

– Попробуй, может и поможет. Мяу! Ты чего полотенцем швыряешься? Я редкий магический зверь! Я может в золотой книге! А ты – полотенцем!

– Будешь гадости говорить, ещё и тапком получишь.

– Ведьма! – кот состроил морду, и я растаяла.

– Ну ладно, вот ещё тебе угощения. – и подливая молочко рыжему, я продолжила, – вот смотри: нам надо составить список того, где и в чём нужна мандрагора, и что такого случилось в столице.

– Надо ли? – тоскливо спросил кот.

– Надо, Вася, надо.

– И как ты это узнаешь? Связей-то не осталось. Из газет?

– Из газет. Посмотрим, о чём пишут и о чём молчат. Что-то происходит, что-то такое, в чём на одной стороне и инквизитор, и некромант.

– Ты думаешь, они вместе?

– Дело у них одно, и судя по их статусу, тот кто его им поручил, кто-то ооочень высокопоставленный. Но, конечно, вряд ли они работают сообща, в одной команде, так сказать.

– И кто же мог дать им это задание?

– Я знаю только одного способного на такое.

– Мур?

– Это император Альтэриана!

– Тогда почему им нужна наша мандрагора? Поближе к столице не нашлось?

– А вот это-то и интересно! Почему наш городок? Почему инквизитор пришёл ко мне, а не к декану? Я понимаю пока только одно.

– И что же?

– Дело это государственное и его пытаются скрыть.

– От кого?

– От всех, Васенька, от всех.

ГЛАВА 4
ПОЧТИ СВИДАНИЕ С ИНКВИЗИТОРОМ

Вечер мы провели славно. Из дома я больше не решилась выходить, и мы уселись вместе в гостиной, прямо на полу, читали газеты. Подборку мы взяли за последние полгода, благо прессу я не выкидывала. Всё копила почему-то, видимо чувствовала, что пригодится.

– Вася, смотри, а что это весной за мода новая вошла? На мятные конфетки?

– Прямо мода?

– Да, везде о них говорили, писали, тут даже реклама есть. А самый дорогой столичный ресторан предлагал их в качестве десерта от шеф-повара.

– Фу, гадость какая. Они бы ещё из валерианы делали! – тут надо сказать, что Васенька мой, несмотря на кошачью свою натуру, зверь всё же магический, и никаких средств, влияющих на сознание (всем известно, что коты пьянеют от валерианы) на дух не переносит.

– Что-то ещё странное было? – продолжил кот.

– Принц Октавиан отбыл из столицы на море.

– На военное дело?

– Нет, на отдых.

– И что тут странного?

– А то, что отбыл он в конце февраля и до сих пор не вернулся.

– Загулял, что здесь такого? Дело молодое!

– А странно то, что наследника отпустили так надолго. Не похоже это на Императора, он как дед, такой же умный и упёртый тип.

– Это ты про того, кто тёмных к себе приблизил?

– Да. Только он сначала упорно костры для нас по всей стране устраивал, а после пробуждения драконов так же упорно на службу звать стал. Внук его, нынешний император, такой же. Как решил торговлю с Меденосом наладить, так всё перевернул, всех нервничать заставил, но своего добился. Не будет такой человек наследника на несколько месяцев отдыхать отправлять.

– Ну так может это политика какая?

– Может, – я пожала плечами, – но мы же в любом случае все странности собираем. Так, что записывай и это.

Мы до ночи перебрали все газеты и выписали в столбик все странности столичные за полгода. Вышло следующее: неожиданная популярность мятных конфет, долгий отпуск наследного принца, дурацкая мода на турнюры (вычурно большая накладка, извините, на женский зад), возросший спрос на кошек, сгоревшее здание библиотеки в начале лета, молодёжное движение некромантов «Умри и живи спокойно» вместе со встречным движением юных светлых магов «Брось стихии в душу», массовая потеря пуговиц у девиц на летнем фестивале и неожиданная бешеная популярность иноземного поэта.

Следующее утро началось со звонка. Заспанная и неодетая я приоткрыла дверь на цепочку. На моём крыльце стоял инквизитор. Снова.

– Ой!

Даже не взглянув на меня в узенькую щель, но явно помня миссис Мапсон, Николас Прайтес угрюмо пробормотал:

– Одевайтесь, мисс Соврикас, я подожду вас тут.

Ну, ну. Тёмные ведьмы, особенно бывают злы по утрам, а особенно если их разбудить так рано, а особенно если это сделал инквизитор.

Крыльцо у меня было на солнечной стороне, поэтому, когда через час я вышла из дома, мой визитёр был изжарен и зол. Особую пикантность и остроту чувств ему, видимо, добавляло общество почтенных дам клуба вышивальщиц. Как я уже говорила, дамы вставали рано и были крайне любопытны, а что может быть интереснее, чем одинокий мужчина (пусть и инквизитор) на пустой улице, возле дома молодой незамужней леди?

Миссис Мапсон на правах старой знакомой (как же, вчера вместе чай пили), вела беседу:

– … и я не потерплю подобного поведения. – донеслось до меня при выходе.

Прям бальзам на душу. И я со стеснительной улыбкой на губах подошла к почтенному собранию. Инквизитор обрадовался мне как родной.

– Мисс Соврикас, – процедил он сквозь зубы, – нам срочно нужно поговорить. Немедленно!

На него с любопытством и осуждением уставились три пары подслеповатых (но как ни странно, от этого не менее зорких глаз).

– Эээ, мисс Соврикас… – чувствовалось, что инквизитор потерял почву под ногами, приятно.

– Доброе утро, миссис Мапсон, доброе утро, миссис Томпсон, утро доброе, миссис Честер. – Я присела в реверансе. И старушки благосклонно мне закивали.

– Столь ранний визит, ваше преосвященство, был несколько неожиданным.

Взгляды дам обратились на несчастного.

– Государственное дело! – с этим возгласом почтенный инквизитор потащил меня в сторону от общества.

– Ваше преосвященство! – тот притормозил лишь на другой улице, скрывшись от укоризненных глаз общества вышивальщиц.

Я поправила сбившуюся шляпку:

– Ваше преосвященство, ваши визиты… несколько эксцентричны, не находите?

– Прошу прощения, мисс Соврикас, но эти ваши дамы… они пугающие.

– Для инквизитора? Я считала инквизицию всемогущей!

Николас Прайтес посмотрел в мои широко (очень широко) раскрытые голубые глаза, пытаясь найти там подвох и иронию, но… ничего не нашёл, кроме искреннего недоумения.

– Понимаете… – он явно решил оборвать свои оправдания и перешёл к делу – где бы мы могли поговорить о вчерашнем деле без свидетелей, но так, чтобы соблюсти все приличия вашего милого городка.

Словосочетание «милого городка» было произнесено таким тоном, что стало понятно какое неизгладимое впечатление оказало на инквизитора почтенное общество вышивальщиц.

– Мы можем переговорить в кафе на Изумрудной площади, это рядом и нас никто не потревожит.

Кафе действительно располагалось неподалёку и там точно можно было поговорить, соблюдая все приличия. Однако, боюсь, это сильно отличалось от представления Николаса Прайтеса о спокойном разговоре.

Изумрудный зал самого модного кафе на Изумрудной площади искрился от света. Не только благодаря широким витражным окнам, но и интерьеру, имитирующему блеск этих самых камней. Вкрапления зелёного стекла были повсюду: в паркете, в стенах и даже в колоннах центрального зала. Ну как же без колонн в пафосном заведении? Солнечные лучи отражались от всего этого великолепия и создавали посетителям полное ощущение нахождения в сердцевине драгоценного камня.

Мы сидели в самом укромном уголке зала, благодаря столь раннему времени, но и это особо не спасало от блеска. Инквизитор чувствовал себя крайне неуютно, пытаясь уместить своё крупное тело в узкое изящное кресло, а крошечный округлый столик явно не был создан для такого высокого и мощного мужчины. Заказанный кофе, принесённый в маленьких тонкого фарфора кружечках, увеличивал издевательство над беднягой.

– Так о чём вы хотели поговорить, ваше преосвященство? – спросила я, когда официант удалился.

Инквизитор постарался сосредоточить своё внимание на мне:

– Вчера вы рассказали, что работали над особым удобрением для мандрагоры. Я хотел бы узнать у вас состав.

– Вы? Ну это просто… удобрение. Ничего особенного, смею вас уверить. Мы с деканом Даретос хотели ускорить рост мандрагор. Только и всего.

– У вас это получилось? – при этих словах мой собеседник напряжённо застыл.

– Как вам сказать? И да, и нет. За последние два месяца мы добились значительного роста, но…

– Было но?

– Да. То есть, мы спрогнозировали, что дальнейшее ускорение роста может привести к нежелательной деформации корней, и как следствие, снижение полезных свойств растений. Знаете, такое бывает, – я пустилась в рассуждения, – даже у людей усиление функций роста приводит к тому, что не все органы успевают сформироваться как следует.

– Вы нашли другое решение?

– Почти… Мы, как бы вам сказать, экспериментировали. Нельзя сказать, что безуспешно, но… конечный результат ещё не был достигнут.

– Можете поделиться?

– Могу, конечно. Однако, ваше преосвященство, позвольте и мне любопытство.

Мужчина взглянул на меня не то чтобы недовольно, но было в этом взгляде нечто, заставляющее нервничать. И я, конечно, понервничала, как положено, но продолжила:

– Почему священная инквизиция и вы интересуетесь столь невинным и земным делом как удобрение для мандрагор? Что случилось с деканом Даретос? Я… волнуюсь за неё.

Инквизитор уставился на меня таким взглядом, что захотелось немедленно покаяться во всех грехах.

– Волноваться вам надо за себя, мисс Соврикас. – раздался насмешливый голос, и мы узрели магистра Тара рядом с нашим столиком.

В отличие от инквизитора, который смотрелся в этом кафе крайне неуклюже (ему больше подошло бы поле боя), некромант чувствовал тут себя весьма комфортно. Он забрал кресло от соседнего столика и с удобством в нём устроился. Как он умудрился со своим высоким ростом выглядеть гармонично на маленьком изящном кресле в сверкающем зале, уму не постижимо, но факт оставался фактом. Откинув назад белокурые волосы (а может они просто седые?) некромант продолжил:

– Результат исследований был известен только вам и декану Даретос. А теперь – он сделал эффектную паузу – лишь вам. Поэтому, да. Я бы волновался сейчас о вас, мисс Соврикас.

Я сделала испуганные глаза. Интересная ситуация получается.

– Но пппочему?

– А вот этого вам знать не стоит. – веско ответил некромант.

Инквизитор смерил его тяжёлым взглядом (явно был не рад такому вмешательству).

– Не переживайте, мисс Соврикас, вы в безопасности.

А вот после этих слов я действительно напряглась. Когда представитель власти, пусть даже не светской, говорит о безопасности, жди беды.

– Прайтес, – лениво растягивая слова, проговорил некромант, – вы окончательно перепугали милую леди.

– Я? – взревел тот, – пока вы не пришли, с ней всё было в порядке.

И оба уставились на меня. Изобразить обморок, что ли? Я посмотрела на паркет и передумала. Паркет выглядел твёрдым, при некроманте имитировать не получится, всё поймёт сразу, а валяться на полу в настоящем я не была готова. Поэтому сделала перепуганный вид, нервно взяла чашку с кофе и разлила его.

– Ну-ну, «дева в беде», мы с его преосвященством постараемся сыграть роль ваших рыцарей и защитников. – проявил заботу некромант.

Вот только таких рыцарей мне не хватало.

– А если… если я сообщу вам формулу над которой работала и передам все материалы? Это избавит меня от статуса единственной знающей эту информацию?

– А вы молодец! Быстро соображаете! – весело заметил некромант.

По виду же инквизитора нельзя было сказать, что тот рад такому предложению.

– Понимаете, мисс Соврикас, – начал он, – нам… империи… требуется ваша помощь и участие. Вы сможете доработать это удобрение и вырастить полноценные мандрагоры?

Тут я задумалась. До сих пор я относилась к этому делу просто как к интересному проекту. Но, судя по всему, мандрагоры были очень важны для кого-то. Что я сейчас имею? У меня есть наработки, которые привели к стабилизации общего состояния растений, но их рост немного замедлился. Смогу ли привести это к оптимальной формуле? Думаю, да, не хватает дополнительных исследований конечно, но тут просто надо продолжать экспериментировать. И тогда встаёт другой вопрос, надо ли это мне? Зачем тёмной ведьме помогать Светлой Империи?

Может быть, потому что она в ней живёт? Сама себе ответила на этот вопрос. Надо бы узнать обо всей этой истории с мандрагорой побольше. И любопытство. Знаменитое любопытство ведьм! Говорят, оно нас и сгубило. Меня в смысле. Всё может быть… Но это так интересно!

– Не знаю, ваше преосвященство, – наконец заговорила я, – разработки есть, исследования я могу продолжить. Но результат… гарантировать не могу. Неужели кроме моей скромной персоны некому заняться этим вопросом? У нас в Империи много талантливых магов, работающих в области травологии. Чем простой лаборант с частным образованием лучше их?

– А и правда, чем? – некромант, поддержав меня, с любопытством уставился на инквизитора.

Николас Прайтес медлил с ответом. Пауза затягивалась. И, наконец, мы услышали:

– Только вам с деканом Даретос удалось получить значительные результаты. Больше никто в империи не смог даже немного ускорить рост мандрагоры.

Я в изумлении смотрела на инквизитора. Больше никто? Но почему? Это же так… несложно. Мандрагора славилась своим необычным корнем в форме человеческого младенца. Из-за этого ей приписывались множество мистических свойств. Большинство из них было полной ерундой, но что-то нет. Вся проблема в ускорении роста была в том, что мандрагора соединяла в себе не только растительную основу, но и… человеческую. Да, эти слухи были правдой. Поэтому, чтобы ускорить её рост, я и использовала белковые смеси. Почему никто другой до этого не додумался? Я снова посмотрела на инквизитора, тот помрачнел ещё больше, хотя, казалось, куда ещё?

– Мне, конечно, лестно слышать такое, но… я не понимаю, как так вышло? Ведь нам удалось ускорить рост уже к началу лета, далее мы лишь наблюдали и решали проблему, которую я вам уже озвучила.

– Поэтому мы и приехали в ваш город, дорогая моя леди. – вклинился некромант. – А я-то всё думал, что мы забыли в этой глуши!

Взгляды моих собеседников снова пересеклись, мне даже показалось мельтешение молний. Впрочем, наверное, показалось. Кафе, где мы беседовали и так искрилось само по себе. Инквизитор первым отвёл взгляд (ага, кто-то что-то скрыл от кого-то).

– Николас, вам не кажется глупым скрывать от того, кто будет работать с материалом, данные об этом самом материале?

Я оглянулась. Утро уже потеряло статус раннего и в зале вокруг нас прибавилось народу.

– Господа! Спасибо за вашу заботу, но, думаю, дальнейшую беседу вам лучше продолжить без меня и не здесь.

Я встала, сделала реверанс и ускользнула, пока мои собеседники были заняты собой. По крайней мере это я так думала, пока не оказалась перехваченной магистром Таром. За талию. При всех. В наполненном народом кафе. Моей репутации в городе конец.

 ГЛАВА 5
ИЗЯЩНЫЕ РЕШЕНИЯ И СТАРЫЕ ИСТОРИИ

Беловолосый высокий мужчина в модном костюме светло-синего цвета подхватил за талию хрупкую молодую леди прямо посреди искрящегося зала в Изумрудном кафе. Примерно так я представляла нашу сцену.

По факту произошло следующее: некромант подлетел ко мне, сделал подножку, я стала падать, он подхватил меня. И, видимо, чтобы у всех присутствующих не было сомнений в наших отношениях, громко пожаловался:

– Современные дети совершенно не приспособлены к жизни! Как же вы так неосторожно! – и уже более тихо, – ваше преосвященство, давайте проводим нашу «деву в беде».

Вот! Некромант, одним словом! Ну я ему ещё припомню эту сцену! И напугал, и унизил. Вот успокоюсь и отомщу!

Выведя меня под руку из кафе, магистр Тар строго проговорил:

– Вы теперь под нашей защитой, мисс Соврикас, на вас магический маяк и охранка, последнее активизируется вашими эмоциями страха. Как только вы чего-либо испугаетесь, она позовет нас, поэтому старайтесь избегать пауков и мышей.

– Почему мышей? – изумилась я.

– Ну как же, вы – «девы в беде» всё время пугаетесь мелких тварей. – привычная усмешка вернулась к некроманту. – И да, никаких прогулок под томной луной, пожалуйста.

О, да! Никакой луны, тем более томной. Ночью только на кладбище, с лопатой, тебя закопать! Я злилась. Мой образ невинной девы был использован против меня!

– И никаких глупостей, мисс Соврикас, – снова вернув серьёзный тон сказал некромант.

– Жду все материалы по вашему проекту, – буркнул Инквизитор, – в университете, у ректора.

В холодной ярости, ещё раз сделав реверанс, я удалилась.

В прихожей, завидя Васеньку, я прижала палец к губам. Маячки и охранки, подсаженные на меня такими сильными магами как инквизитор и некромант, могли к тому же быть элементарными шпионами, поставляющими своим хозяевам всю информацию об мне. Вася, сообразив, что дело серьёзное, молча сел и начал вылизываться как самый обычный кот.

Я подошла к зеркалу. Хорошее волшебное зеркало ценилось ещё в древние времена дороже не то что золота, а даже дороже целого королевства. Моё же было не просто хорошее. Это была очень сильная древняя вещь. Каждая уважающая себя ведьма душу продала бы за такое (по чести сказать, некоторые и продавали). Зеркало давало информацию, помогало в колдовстве, могло служить порталом в пространстве и времени. Времени ненадолго, конечно, но вот в пространстве помогало перемещаться на достаточные расстояния. Это, в свою очередь, не раз спасало мне жизнь. Особенно во времена костров инквизиции. В современную эпоху помогало переезжать, меняя личности и не оставляя следов. К примеру, в южной провинции вдова средних лет решает продать свой магазинчик чая, и переехать к брату в соседний город. А в северной провинции появляется юная художница, творящая чудеса своими картинами.

Сейчас же мне нужна была помощь зеркала в создании иллюзий. Снять или снизить работу охранок, навешанных на меня я могла и сама, но сделать это тайно, так чтобы хозяева ничего не заподозрили, было не так уж просто. И зеркало тут было просто необходимо.

Я посмотрела на своё отражение, взгляд проник глубже, и стало сплетаться кружево колдовства. Ещё несколько секунд и моя цель была достигнута. Маячки и охранки работали как им и положено, оповещая хозяев о моём местонахождении. Но… больше ничего лишнего, ничего из того, что я не желала демонстрировать.

Вася, поняв, что всё в порядке, встал и важно ступая лапками в пушистых штанишках прошёл на кухню. Ну конечно! Куда же ещё?

Рассказав всё Васеньке, я решила всё-таки вернуться в университет и работать над проектом.

Признание инквизитора, что только у нас с деканом Даретос получилось ускорить рост мандрагор, конечно грело самолюбие, но подумав об этом, я пришла к неутешительным выводам. Целое тысячелетие гонений на тёмных не прошли даром. Многие знания были утрачены. Наш успех определялся тем, что я знала о человеческой основе этих растений. Они создавались одной могущественной ведьмой ещё во времена моей юности, когда тёмные имели и силу, и власть. Поэтому только для меня это было простым решением. О том, что именно я способствовала ускорению роста, никому знать не обязательно, пока декан не пришла в себя, её не смогут спросить. И конечно, никому в голову не придёт, что решение проблемы пришло от скромной ассистентки. А успешно завершить проект и немного поучаствовать в современных интригах (без последствий для себя) было интересно. Васеньке я пообещала, что вмешиваться ни во что не буду, просто посмотрю.

– Да уж, мяу, любопытство, будь оно неладно. Вот ничему тебя жизнь не учит.

Рыжий мурлыка сидел на столе, распушив свою шерсть и недовольно на меня посматривая.

– Ну, я же только посмотрю.

– Ну да, ну да.

Прежде всего мне нужно было докупить некоторые ингредиенты. И так как рынок был уже закрыт, я решила посетить магазины на рыночной площади, они работали постоянно.

Купив всё, что было нужно, я свернула с рыночной площади и наткнулась на нердана.

Горец стоял прямо на моём пути и не сдвигался. Великая Тьма! Почему мне в последние дни встречаются мужчины выше меня ростом? Я сама высокая, и если на внешность можно наложить иллюзию, то с ростом сложнее. Нужно полное превращение, а это крайне энергозатратно и неудобно, к тому же. Всё это время я старалась держать дистанцию с людьми, создавая впечатление, что я ниже, чем есть. Но вчера и сегодня это совершенно не требовалось. Вот и сейчас я задрала голову, чтобы посмотреть кто преградил мне дорогу. И взглянула прямо в глаза горца полыхнувшие тёмным огнем. Демон, как есть демон. Не скажу за весь их народ, но вот этот конкретный точно имел в предках скальных демонов.

Я опустила голову и, обойдя мужчину, быстро пошла дальше. Зря я посмотрела в его глаза. Это может привести к нехорошим последствиям. Слышала я истории, как нерданы выкрадывали понравившихся женщин и утаскивали их к себе в скалы. На юге много ходило таких историй. Большое впечатление на меня произвели рассказы одного старика. У местного военного чиновника была красавица жена. Леди знатного рода. Жила семья счастливо, трое деток подрастало. Но случилось, что на ярмарке, которую эта семья и устроила для города, появились нерданы. Пришли они туда явно по своим торговым делам. Но один из них случайно оказался возле жены чиновника и помог ей поднять упавший из рук платок. Всё, что сделала женщина, это вежливо его поблагодарила. Однако, с тех пор нердана видели неоднократно возле дома чиновника и в местах, где бывала его жена. Чиновник даже охрану к жене приставил и пытался поговорить с горцем, но тот вовсе его проигнорировал. И всё же, недостаточно серьёзно отнёсся чиновник к происходящему, через несколько дней охрана была перебита, а жена его пропала. Навсегда.

Или другая история, есть селения вдоль побережья, близ гор, где местные дружны с горцами. И был один местный кузнец – побратим с нерданом, он ему жизнь когда-то спас. И так они дружны были, что пригласил кузнец того на свадьбу своей дочери. Тот, едва зайдя на пир, пересёкся взглядом с невестой, и не смог весь пир отвести от неё взгляд. Наутро невеста пропала, а жениха её нашли мёртвым.

Вот что я уяснила из этой истории, что народ этот дикий и представления о чести у них весьма своеобразны (на мой взгляд вообще отсутствуют, живут по принципу: хочу – беру), и значит, в глаза им лучше не смотреть.

Всю дорогу до поворота спину мне сверлил пламенный взгляд.

В университете сегодня было неспокойно. Как не скрывай, но от любопытных студентов сложно утаить что-либо. Присутствие инквизитора и некроманта будоражило ещё больше.

Я решила сначала посетить ректора, передать ему материалы и уведомить о своём решении. Всё-таки, как не был высок статус инквизитора, университетом и всеми его делами распоряжался только ректор. Пока шла по коридору, услышала тихие и не очень перешёптывания по поводу вчерашних событий. Да, вряд ли студентам открыто объявляли про декана Даретос, но все уже знали о вчерашнем происшествии.

В кабинет ректора меня пропустили сразу же, как будто уже ждали. А, впрочем, так и было.

И если ректор меня просто радушно поприветствовал (он знал, что я была дружна с деканом Даретос), то магистр Тар лишь небрежно кивнул. Странный он.

– Вы очень благоразумная молодая леди, мисс Соврикас. – сделал мне комплимент ректор, убирая в магический сейф мои материалы, – а то, что вы решились довести работу с мандрагорами до конца, говорит о вашей высокой ответственности. Очень редкое качество для современной молодежи.

Я склонила голову принимая комплимент.

– А давайте позаботимся о столь ответственной молодой леди, господин ректор, – встрял магистр Тар, – декан Даретос явно не по собственной инициативе испытала магическое истощение. И тот же злоумышленник может охотиться и за мисс Ответственность, извините, мисс Соврикас.

Ректор подслеповато посмотрел на магистра, на меня, снова на магистра, явно прикидывая, что тот задумал. И некромант не стал его томить:

– У вас же некому вести травологию?

– Некому, но навряд ли мисс Соврикас сможет преподавать этот предмет.

– Определенно нет. – поспешила вставить я.

– Вот и славно, – почему-то обрадовался магистр, – пары, которые у вас, магистр Сельвестр, были отведены под травологию, могу занять я.

– О, вы готовы вернуться на стезю наставника? – оживился ректор, – я думаю, будет великолепно, если вы будете преподавать. Только… что же нам делать с магистром Фарс, которая преподает у нас некромантию?

– Наина Фарс преподает у вас? Что ж, прекрасно! Я не претендую на её место или её уроки. Буду вести факультативные занятия, посвящённые… скажем… призракам. Насколько мне известно, Неверна не сильна в этой области.

– Это будет великолепно! – продолжал восторгаться ректор.

– А мисс Соврикас поработает моим ассистентом.

– Да, конечно… Что?

– Что? – это мы выкрикнули с ректором одновременно.

– Я сказал: мисс Соврикас поработает моим ассистентом, – медленно повторил магистр Тар.

– Но почему?

– Но я не знаю некромантию!

Похоже, мы с ректором пребывали в полном единодушии.

– А это и не нужно. Она будет числиться моим ассистентом, но работать над проектом с мандрагорами. – каждому по очереди и всем сразу объяснил магистр.

– Но зачем такие сложности?

– А в этом есть смысл.

Тут наше единодушие закончилось.

Некромант хмыкнул:

– Вы давно отдалились от политики, уважаемый ректор. А вам, мисс, пятёрка за сообразительность.

– Если мисс Соврикас продолжит работать со мной в совсем другой области, то злоумышленник решит, что достиг своей цели, а скромная ассистентка не может продолжать исследования без декана Даретос. Я же, со своей стороны присмотрю, чтобы с нашей мисс ничего плохого не случилось.

– В этом случае присматривать за мной будет не обязательно.

– Ну, кроме опасности по нашему делу, у вас, мисс, хватает проблем. Одни ваши настойчивые поклонники чего стоят. В этом я смог убедиться менее чем за полдня.

Я сделала вид, что смутилась, а ректор уже потерял интерес к разговору. Его мои поклонники явно не волновали. А вот почему они волновали некроманта, вопрос, навряд ли его самого влекли мои юные прелести. Он походил на искушённого мужчину, которого уже не проймешь невинным личиком.

Распрощавшись с магистрами, я пошла к оранжерее, было решено, что некромант займет лабораторию травологии, якобы для своих нужд, но мне-то надо продолжать исследования.

На выходе меня перехватил Себастьян Нарт, студент четвёртого курса, мило и тайно (как он думал) влюблённый в меня.

– Мисс Гвенилоппа, постойте.

Я милостиво решила остановиться и полюбоваться отроком. Шатен с зелёными глазами был обворожителен в своей влюблённости. Жаль, я не страдала по молоденьким юношам, он прекрасен и выглядел скорее, как поэт, а не как боевой маг (на кого он и учился).

– Да, мастер Нарт? – мягко откликнулась я. С влюбленными и ненавязчивыми юношами надо быть помягче, они так чудесно греют самолюбие взрослой женщины!

– Я… я… я, – глядя на меня, он начал смущённо заикаться, но видимо основная цель помогла ему собраться с силами, – я слышал, что виконт Бронский преследует вас! И более того, недавно я стал свидетелем его пари на вас! Виконт бесчестный человек! Вам нужна защита, мисс Гвенилоппа! Могу я быть вашим рыцарем?

Ещё один рыцарь! Третий за день, явный перебор. И вот зачем я выбрала этот образ? Прав был некромант, он просто магнит для неприятностей.

– Не переживайте, мастер Нарт, я смогу за себя постоять. В конце концов, я же взрослая женщина, – судя по виду студента, мои слова его не убедили, тогда я продолжила ещё мягче, – но буду вам крайне признательна за защиту и… своевременное предупреждение о планах моих недоброжелателей.

Я присела в реверансе и поднявшись, одарила юношу улыбкой. Тот засиял и, наконец, исчез из поля моего зрения.

Раздались аплодисменты. Обернувшись, я увидела ехидно улыбающегося магистра Тара.

– Браво, мисс Соврикас! У меня теперь появился спортивный интерес на подсчёт ваших поклонников.

– Рада за вас, – холодно ответила я и скрылась в оранжерее, подальше от глаз этого… некроманта.

 ГЛАВА 6
ДРАКИ, ПОКЛОННИКИ И КЛУБ ВЫШИВАЛЬЩИЦ

Проработав в оранжерее почти весь день, до ужина, и весьма довольная результатами, я шла в университетскую столовую. Очень хотелось кушать, а сегодня там должны были подавать суп из белых грибов на сливках, а какие дивные тосты делает местный повар!

Замечтавшись об ужине, я не заметила, как меня окружили. Виконт Бронский и его шайка. Уже шестёрка парней (как звучит: шестёрка из шестёрок) перекрыли мне все пути к отступлению и похабно ухмыляясь, надвигались на меня. Так и вижу эту картину: стая хищников окружила жертву. Главное, не сорваться, парни даже не знают, как рискуют, встав между ведьмой и её ужином.

Я остановилась и спокойно спросила:

– И что? Вот тут в коридоре на меня нападёте? И все вместе будете гнусно домогаться или по очереди?

Шестёрки остановились, жертва явно вела себя не по регламенту.

– Более простого способа вылететь из университета не придумали?

– Да что ты нам сделаешь! Простушка!

– А вы думаете, вас по головке погладят за массовое, да ещё публичное нападение на девушку? Если бы вы хотя бы скрывались, маски там, к примеру, надели… Так что теперь даже ваши отцы не смогут помочь.

Бронский решил выступить, видя замешательство в своих рядах:

– Что это вы, мисс Гвенилоппа, так о нас плохо думаете! Мы лишь вышли поприветствовать вас и напомнить о безопасности.

Он вышел из круга соратников и подошёл ближе ко мне.

– Неужели? – тут я улыбнулась. – Тогда, – шаг и я оказалась рядом с ним, парень замер.

– Встретимся после ужина в аудитории травологии, – на ушко сказала я Бронскому и моё дыхание опалило его лицо, – приходи один.

Шестёрки, хотя и не слышали ничего, застыли от этой сцены. И я спокойно упорхнула к своей главной цели: ужину.

Парнишка неуверенно стоял в дальнем конце аудитории. Было видно, как он волнуется, но при этом старается казаться надменным. Мне на секунду даже стало его жаль. Но я тут же одёрнула себя. А если бы на моём месте действительно была бы юная ассистентка? Как бы она смогла противостоять таким нападкам? У некоторых влюбленность начинает выражаться подобным антагонистичным образом, это ещё называют детским, незрелым поведением. Но на мой взгляд, это просто оправдание бесчестного поведения. Их жертве всё равно будет больно и страшно. И не важно сколько лет человеку, три или тридцать. Разница лишь в том, что того, кому три ещё можно научить достойному поведению.

Бронскому, очевидно, нравилась мисс Соврикас, но он также осознавал, что скромная ассистентка не достойна его высокого положения. Даже его простой влюблённости без дальнейших обязательств, она с её статусом не заслуживает. При этом ему было ясно, что на роль постельной игрушки благородная леди не согласится. Но за его неразделённые чувства должен был кто-то ответить, и это, конечно, мисс Соврикас. Не он же! Вот и начались преследования и оскорбления.

Я хлопнула дверью, и виконт обернулся. Его растерянный взгляд по мере моего плавного приближения постепенно обретал уверенность, а когда я подошла совсем близко, стал понимающим. Бронский, очевидно, решил, что его титул перевесил понятия о скромности и чести. Неудивительно, скорее всего весь его опыт кричал об этом.

Ну, что ж, придётся научить его чему-то новому.

Улыбнувшись, и глядя прямо в глаза молодому мужчине, я подняла руку и провела ею по его волосам, он замер, заворожённый мною. Бросок через голову мог, наверное, отрезвить его, если бы при этом я не сдавила горло виконта. Однако расширившиеся зрачки сообщили мне, что парень всё ещё в сознании.

– Ваша светлость, я попросила вас встретиться наедине, дабы не унижать вас ещё больше при всех. И не надейтесь, это вовсе не из уважения к вам, кое полностью отсутствует благодаря вашему возмутительному поведению. А исключительно из желания сохранить спокойствие в этом храме знаний. Но, если вы продолжите свои оскорбительные ухаживания, то наказание вас постигнет немедленно. Вы поняли? Если да, то кивните. Отлично, теперь-то вы поняли. И, уверяю вас, мне абсолютно всё равно на ваш титул, вашего отца и ваши деньги. Наймите хоть армию прихлебателей, наказаны будете именно вы. Вы поняли?

Виконт хрипел, но кивал. Недостаток воздуха, как это ни странно, явно стимулировал его на мыслительный процесс. Я отпустила хватку и поднялась, чисто «случайно» наступив на кисть руки «поклонника».

– И помните, виконт, если женщина живет одна, это вовсе не означает, что она беззащитна. Всё может быть совсем наоборот.

Я вышла, аккуратно прикрыв дверь аудитории. Пусть приходит в себя. Интересно, он понял, что не мог применять магию? Навряд ли, скорее спишет это на шок неожиданности. И к лучшему. Пару дней он не сможет применять магию, это его должно напугать ещё больше.

– Что вы делали в этой аудитории, мисс Соврикас? – раздался голос некроманта.

О, тёмные боги, он что, следит за мной? Только бы не зашёл туда.

– Это аудитория травологии, магистр Тар, – реверанс, – я проверяла всё ли в порядке. Желаете взглянуть? Вы же тут будете вести уроки.

– Нет, спасибо, обойдусь.

Тактика делать наоборот, сработала. Слава богам!

– Тогда я пойду, магистр?

– Идите, мисс Соврикас.

Я отошла уже на приличное расстояние, когда магистр догнал меня.

– Сейчас же вечер, вам небезопасно одной возвращаться домой, я провожу.

– Не стоит, магистр, это вызовет пересуды в городе.

– Репутация дороже жизни?

Я склонила голову. Пусть думает, что хочет, но только отстанет от меня.

– Прошу меня извинить, мисс, но у меня задание. И его частью являетесь вы и ваша безопасность.

Когда мы вышли к воротам, меня ждала карета Инквизиции. (Боги! Как знакомо и как неприятно, за последние столетия это средство передвижения мало изменилось).

Кучер поклонился мне:

– Его преосвященство велел доставить вас домой, мисс.

Ну уж нет!

В результате я возвращалась домой, можно сказать, целой кавалькадой. Я, магистр Тар с независимым видом шёл рядом, да ещё что-то насвистывал себе под нос. А за нами двигалась карета инквизитора, видимо на случай если я передумаю. Слухов обо мне в городе точно не избежать.

Зайдя домой, я обнаружила приглашение на бал в городской ратуше в это воскресенье. И как я могла забыть? Это же всегородское событие, особенно для незамужних девиц и их матушек. Конечно учитывая, что городок у нас провинциальный, то событием это было для всего общества. Где же ещё светским людям собраться всем вместе, посплетничать и потанцевать? Кстати, танцы в провинциальных городках намного душевнее, чем в столице. Там всё очень строго регламентировано, тут же люди действительно просто развлекались. Ну, что ж, придётся подумать над платьем для бала.

На следующий день я решила выполнить самую страшную часть своего плана по расследованию – посетить клуб вышивальщиц. А после всех вчерашних, почти скандальных событий, с моей стороны это вообще был настоящий подвиг.

Идея, что какие-то данные про мандрагору могу знать только я из ныне живущих, тоже приходила мне в голову, но проблема в том, что я сама не знала, что знаю я, но не знают другие. Вот такая игра слов. К тому же, у сильных мира сего (а тот, кто смог управлять и инквизитором, и некромантом точно был силён) есть конкретная цель в применении мандрагоры. В общем, я посадила Василия за современные учебники, искать все известные в миру данные на эту тему, а сама пошла в бой. К обществу вышивальщиц.

Оделась я соответственно: милое синее платье в цветочек, лиф платья (не смотря на оочень скромный вырез) прикрыт белым шифоновым шарфиком, волосы забраны наверх, не оставив ни одной легкомысленной кудряшки, а небольшая шляпка в тон платья завершала образ девицы, блюдущей свою репутацию.

Сплетня, которая активно обсуждалась в клубе вышивальщиц (а значит и городе), совершенно приятнейшим образом не касалась меня. Обсуждали некроманта и инквизитора. Ну как же, свежие холостые мужчины в нашем городе. Кумушек вовсе не смущали ни их профессии, ни устрашающая репутация, ни даже возраст. Ведь, хотя внешне оба выглядели очень даже неплохо (мужественный суровый шатен инквизитор и изящный франтоватый блондин некромант), на молодых мужчин, нуждающихся в сватовстве, они явно не тянули.

Обсуждалось всё: от внешности потенциальных женихов, до их социального статуса и предполагаемого уровня дохода. К сожалению, мой приход повернул разговор в другое русло. Начали обсуждать потенциальных невест. Конечно из местных жительниц. Логика была простая, если столь видные мужчины так и не обрели жён в столице, значит их судьба в другом месте, а именно в нашем городке. Моя кандидатура была отвергнута буквально через несколько секунд по причине моей неприличной молодости. Как такая как я смогла бы справиться с уже зрелым мужем? Мне нужен кто-то более подходящий (в этот момент миссис Мапсон выразительно мне подмигнула). И почтенное собрание начало перебирать всех местных подходящих дам. Я подумала… и присоединилась. А что? Пусть некромант с инквизитором помучаются, заслужили. Предложение, которое я внесла, было встречено с восторгом, и теперь для указанных особ готовились приглашения на бал в ратуше.

Но пора от приятного (каверз ближнему своему) переходить к насущному, а именно: расследованию. И я незаметно направила общий разговор на последние столичные новости и сплетни. Хотя, по чести сказать, это иногда одно и то же.

– Я слышала, – начала одна из дам, – что принц Октавиан удалился от мира в монастырь.

– Ну что за ерунда, – встрепенулась миссис Мапсон (она считала, что её слухи самые правдивые) – вы, моя дорогая, слушаете, но не слышите. На самом деле, он на отдыхе в окружении сотен красавиц. Ему скоро жениться, и когда же нагуляться молодому человеку, как не сейчас.

– Сотни красавиц? – я пошире открыла глаза от удивления. И получила снисходительное:

– Вы, моя дорогая, ещё столь невинны…

И миссис Мапсон мечтательно закатила глаза. Явно её любимая тема.

– Видите ли, моя дорогая, принц ещё очень молод и ему надо… развлечь… свою… мужественность.

Такое определение для мужской страсти я ещё не слышала, а жизнь у меня была долгая. Да, старая леди умела удивлять.

– Вы все не правы, к моему глубокому сожалению, уважаемые леди, – вмешалась миссис Томпсон (вторая по значимости дама клуба, которая видимо стремилась стать первой), – я слышала, от очень важного человека из определенных кругов, – она сделала многозначительную паузу, – что принц… на тайном задании. – завершила она почти шёпотом, но так, чтобы всем в гостиной было хорошо слышно.

Дамы поахали, поспорили, и каждая осталась при своём мнении. Кому-то казалось более романтичным сотни красавиц, а кому-то тайное задание.

Я же из всего этого уяснила одно: с конца февраля принца никто не видел.

ГЛАВА 7
ВСЕ ВЕДЬМЫ РЫЖИЕ ИЛИ ТАЙНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

– Ты составил список того, от чего помогает мандрагора? – с порога, откидывая в сторону шляпку, спросила я.

– Мрр, а здрасте? А покушать? Погладить? – пушистый вымогатель с возмущением посмотрел на меня поверх очков. Вот зачем коту очки?

– Всё будет, Вася.

– Вот когда будет, тогда и поговорим.

На кухне мы устроились с удобством и с большим румяным яблочным пирогом с корицей. Вася конечно мог и сам себе еды положить, но у нас была традиция. Пирог с молоком – это важно!

– Нашёл я много чего, но самое, на мой взгляд, подходящее к этой ситуации то, что мандрагора единственное средство в современном мире, которое позволяет избавиться от отравляющего проклятия.

А вот это было интересно. Отравляющее проклятие старый способ незаметно избавиться от ненужного человека (впрочем, оно отлично действовало и на другие расы). Особенность заключалась в том, что проклятие происходило незаметно. Оно было, так сказать, отложенного действия. Просто потихоньку человек начинает угасать. О, далеко не сразу, проклятие могли наложить полгода или даже год назад, а его действие только началось. Из-за этого трудно было вычислить кто и когда его наложил. Угасание проклятого тоже происходило незаметно, просто человек чаще простужался, с ним чаще происходили несчастные случаи. Но позже, когда проклятие набирало силу, жертва обессиливала и через некоторое время умирала. Сильный маг, да ещё при магической поддержке других магов мог продержаться дольше, но и его конец был неминуем.

– Вася, а что со слухами? Принц наш болел часто последние годы?

– Кто ж его знает? – кот облизнулся и принялся вылизывать манишку. – Даже если и так, это могло и не стать достоянием широкой публики.

Прав Вася, могло и не стать.

– Брось ты это дело, сделай им мандрагору и всё на этом.

– Я так и сделаю, не переживай. Интересно просто…

– Интересно ей, а раньше-то от инквизиторов бегали! А теперь сама к нему ходишь.

– Я не бегала, я уклонялась от ненужных проблем, при желании я их всех могла одним махом! – гордо возразила я.

– Ну да, ну да.

Тут я почти обиделась. Правду же говорю. Триста лет назад, когда гонения на ведьм были в самом разгаре, жила я в столице. А что? Чем ближе к центру, тем безопаснее. Но случаи бывали разные. Тогда я, не ожидая ничего плохого, скрывалась под видом вдовы благородного рода, но тут инквизиция разошлась не на шутку, они с подозрением относились ко всем одиноким красивым женщинам. А я, чего уж греха таить, всегда делала себе привлекательный образ. Слабость у меня такая. И была я молодой рыжеволосой красоткой с зелёными глазами. Непонятно с чего, Великий инквизитор вбил себе в голову, что все ведьмы – рыжие. Ну а по сути, все рыжие – ведьмы. Почему он так решил, одни тёмные боги ведают, но спаслись в ту эпоху, лишь те рыжие, что были матерями. Остальных тащили на костёр. Может у него несчастная влюбленность была в рыжую? Кто знает. Да и вряд ли жертвам было дело до его причин. Вот и меня схватили прямо посреди пира в одном аристократическом семействе. У меня там как раз роман случился с хозяином дома. Когда притащили меня в пыточную, любовник мой под дверями кричал, что произвол и он пожалуется императору. Но когда светская власть вмешивалась в дела церковные? Лишь тогда, когда им самим было интересно. Вот был бы у меня роман с императором… Но я с давних пор не люблю властителей. Наелась, можно сказать.

Инквизиторы позвали палача и пригрозили, что, если не сознаюсь, что ведьма, будут пытать. Ну а мне что? Жалко, что ли? Я и призналась. Инквизиторы малость обалдели. Никто у них так сразу не признавался. А мне правду сказать не жалко было. Начали выяснять, какие преступления я совершила. Мне и тут было что сказать. Я и рассказала. Про то, что в своё время разрушила столицу Илихарда, древнего царства, которое возглавлял тёмный властелин и мой любовник по совместительству (а не надо было мне перечить и тёмных тварей в мир вызывать). И про то, что с демонами общалась. (Этот факт почему-то сильно напрягал служителей светлых богов. Не понимаю почему, демоны – милейшие существа, особенно если у вас с собой вино есть). Ну много чего я рассказала. И что интересно, все факты были из древних времен. Инквизиторы снова обалдели и было видно, что не знают, что со мной делать. Я им и предложила: давайте на костер. (Костры, настоящим ведьмам были не страшны, в отличие от всех остальных несчастных жертв инквизиции.)

Те, посовещались и отправили на костёр. Правда постеснялись публично объявлять все мои преступления, рассказали народу, что мол я с ума свела благородного аристократа. А мужик молодец оказался, до последнего боролся за меня. Я даже не ожидала такой преданности от мимолётного увлечения. Рыцарь, одним словом.

Когда меня возвели на костер, я потребовала последнее слово. Мне его давать не хотели, так как испугались, что я ещё в чём-нибудь признаюсь, а они не знают, что с этим делать. Но сошлись на последнем желании. Желание у меня было: задать только один вопрос. И вопрос был к Великому Инквизитору. (Чисто технически, задавать его пришлось толпе, так как Великий Инквизитор где-то прятался на балконе).

– С чего вы взяли, что настоящие ведьмы рыжие?

В этот момент личина слетела с меня, и я предстала в своем истинном облике. Народ ахнул, палач забыл поднести факел к дровам. Чтобы не испортить красоту картины, пришлось его подбодрить. И в момент, когда языки огня охватили меня, я исчезла.

Представлением остались довольны и я, и толпа. Все, кроме инквизиции. Подрастеряв репутацию, они перестали хватать рыжеволосых красавиц, да и их пыл в отношении ведьм, угас на какое-то время.

Мне же пришлось заново отстраивать свою жизнь. Был ещё один побочный эффект этой истории. Обо мне вспомнили. Какой-то излишне дотошный учёный поднял древние архивы и раскопал на основе моих «признаний» разные старые истории. Народ пошумел, послагал песни и легенды о страшной тёмной древней ведьме, и так как больше никаких событий не было, всё так осталось, на уровне легенд. Сейчас же, в университете по предмету «история магии и её создатели» про меня проходят. Надо бы зайти на урок, интересно же.

И пошла я в университет, правда не на уроки, а работать. Если уж мандрагора оказалась так важна, надо довести работу до конца. Это дело чести, в конце концов. Ну и, конечно, любопытно узнать всю эту историю от начала и до конца.

В этот раз, я с осторожностью продвигалась по коридорам университета. Не хотелось нарваться на разъярённого Бронского и снова устраивать разборки. Вдруг свидетели будут?

И конечно, возле теплицы меня поджидали неприятности. Виконт и его компания. Приняв невинный, но независимый вид, я направилась прямо на них. А что было делать? Они стояли возле входа в теплицу.

Я шла, не сводя взгляда с виконта, но, когда приблизилась на расстояние вытянутой руки, случилось непредвиденное. Гордый виконт упал предо мной на колени. От изумления я не знала, что сказать. Похлопав глазами, я выдавила из себя:

– Что это с вами, ваша светлость? – ничего более умного в голову не пришло.

Тут же на колени рухнули остальные студенты. Пытаясь понять, что происходит, я переводила взгляд с одного на другого, но видела лишь склонённые головы молодых людей перед собой.

И конечно, именно этот момент выбрал магистр Тар для своего появления.

– Чудная сцена, мисс Соврикас. Вы явно делаете успехи. Поклонники уже целыми пачками падают вам под ноги. – ехидный голос некроманта заставил меня вздрогнуть.

И уже другим тоном, рявкнул в сторону студентов:

– Что это за представление вы тут устроили? А ну марш на занятия!

Молодые люди в спешке покинули нас.

– Надо бы им устроить спиритический сеанс на занятиях, чтобы не дурили от безделья, – задумчиво проговорил магистр, поглядывая на несчастных.

– Ну да, после вызова духов, они будут заикаться и им будет не до глупостей.

– Язвите, милая мисс?

– Ну что вы, магистр, просто предполагаю, что вы позаботитесь о том, чтобы ваши занятия, стали для молодых людей незабываемыми.

– А я смотрю вам нравится поклонение.

– Я же женщина, магистр. – пожав плечами я улыбнулась, – такая же как все дамы.

– Неужели? – он пристально на меня посмотрел. Не так, как раньше, а как-то глубже. Холодок пробежал по коже. Тёмные боги! Я прокололась! Что если он распознает мою личину? Мы какое-то время стояли, смотря друг другу в глаза.

– Интересно.

– Что?

– Вы. Вы намного интереснее, чем я думал.

– Неужели? – я вернула его вопрос.

– Думаю, да. – и улыбнувшись, мужчина развернулся и вошёл в теплицу.

Боги! На что я повелась?

– Что вы там застыли, мисс Соврикас? Идите за мной, нам ещё нужно все ваши вещи перенести ко мне в лабораторию.

– Зачем? – я поспешила войти.

– А затем, моя дорогая мисс Соврикас, – этим обращением он неприятно напомнил мне миссис Мапсон, – что работать вы будете под моим присмотром, чтобы нападавшие на декана Даретос не заподозрили, чем вы на самом деле занимаетесь.

ГЛАВА 8
ОПАСНЫЕ СВЯЗИ

Несколько дней я работала в лаборатории некроманта, покидая её лишь когда надо было поесть или поспать. Дома меня почти не бывало. Василий даже ультимативно заявил, что стал забывать, как я выгляжу. На что я ему предложила составить мне компанию, а не спать дни напролёт.

Дела шли хорошо, я бы сказала, великолепно. И нектар (так я назвала удобрение) был уже почти готов.

Магистр регулярно заглядывал ко мне в лабораторию, проверяя не нужно ли мне чего. Я так привыкла к нему, что почти расслабилась в его присутствии.

– Как ваши дела, мисс Соврикас? – услышала мурлыканье за спиной, и нет, это был не Василий.

– И вам хорошего вечера, магистр Тар! – я как раз наклонилась над столом переливая состав из пробирок в одну амфору. Закрыла её древесной пробкой и закрепила сургучной печатью.

– Всё! – я распрямилась, победно помахивая амфорой.

– Вы закончили?

– Совершенно верно, магистр, – я бережно поставила амфору на защищённую магией полку.

– А не мало? – озаботился некромант, разглядывая небольшой серебристый сосуд.

– Главное не количество, а качество!

– Кто бы мог подумать, что такая юная невинная дева как вы, доведёте это дело до конца.

– Вы что-то имеете против юных? Или против невинных?

– Что вы, моя дорогая, я очень даже за, и за юных, и за невинных!

– Да? А мне казалось наоборот.

– Ну что вы, мисс Соврикас! И то и другое состояния так преходящи и так недолговечны, что заслуживают уважения! – некромант устроился на единственном стуле в лаборатории, вытянув и скрестив свои длинные ноги, он небрежно отряхнул белоснежные кружевные манжеты. Одевался магистр Тар явно нестандартно для некроманта: классический элегантный костюм цвета морской волны сочетался с кружевными манжетами и воротником прошлого века. Несмотря на странность, магистру это шло.

Заметив, что я внимательно его рассматриваю, он добавил:

– Нравлюсь?

– Магистр, а можно вопрос? Личный и деликатный.

Некромант довольно ухмыльнулся, почему-то напомнив мне кота.

– Конечно, моя дорогая мисс Соврикас. – вот гад, явно заметил, что меня коробит такое обращение и теперь дразнит. Ну и я в долгу не останусь:

– Вам нравятся девушки?

– Ах, какой вопрос моя дорогая! – магистр подскочил и приблизился ко мне, – я человек взрослый и невинностью меня уже не подкупишь. Или ещё? – тут он задумался.

Не дав ему долго предаваться размышлениям о своём возрасте, я задала свой главный вопрос:

– А юноши? Как вы относитесь к юношам, магистр?

– Что? – некромант явно растерялся, но постепенно до него начала доходить суть вопроса и он побагровел.

Так, я перегнула палку, и сейчас будет мне беда. Но самообладание явно было сильной стороной магистра, мышцы лица понемногу расслабились, и ехидная улыбка снова вернулась на него:

– А вы ещё та штучка, мисс Соврикас!

Значит, я права! Это дело настолько важное, что великий некромант даже проигнорировал моё сомнение в его мужественности! А это всё-таки серьёзное оскорбление.

– Не понимаю, о чём вы? – я сделала реверанс и приблизилась к выходу из лаборатории, где была перехвачена.

Меня схватили сзади и прижали к себе, горячее дыхание обожгло шею.

– Как я уже говорил, невинность очень недолговечное состояние, моя дорогая мисс Соврикас.

Поцелуй в шею больше походил на укус. Это было… волнительно.

– Я запомню, магистр.

И не оборачиваясь покинула лабораторию.

– А зачем это было надо? – возле моих юбок возник Василий, пушистый рыжий хвост нервно бил по сторонам.

Я выдохнула и довольно зажмурилась. Кот всмотрелся в меня и вынес вердикт:

– Ясно, захотелось пройтись по краю пропасти.

– Балансировать на грани… крайне волнительно. – я пожала плечами.

– Нет ничего хуже заскучавшей ведьмы, – проворчал Вася, исчезая.

Коридор перед аудиторией некроманта наполнился студентами. Уроки закончились.

Встречаться ещё раз с магистром не хотелось, но это было неизбежно. И дело не в загадочной судьбе, а в том, что мы работали вместе. Ну или делали вид. В вопросах роста мандрагоры некромант помочь не мог (всё же его стихия смерть, а не жизнь). Но, во-первых, я работала над проектом под видом его помощницы, а во-вторых, именно он с инквизитором были заинтересованной стороной в этом деле.

Поэтому на следующий день мы оба делали вид, что ничего необычного между нами не произошло. По большому счёту проект подходил к концу. Нектар создан и ему нужно настояться перед использованием. А дальше просто наблюдать за ростом мандрагоры. Проверив амфору и убедившись в её сохранности, я пошла проведать мандрагору. Естественно, мой путь лежал к теплице. Где я и встретила виконта Бронского. В этот раз одного. Видимо, для разнообразия.

– Виконт, – я присела в реверансе.

Не нравится что-то мне его вид: лицо бледное, глаза лихорадочно горят. Как-то сильно на него повлияло падение.

– Вы что-то хотели? – не успела я это сказать, как молодой человек снова рухнул на колени. Да что ж это за напасть такая. Я нервно оглянулась по сторонам: никого. Схватив виконта за руку, я затащила его в теплицу.

– Виконт, немедленно объяснитесь. Что с вами происходит? Сначала вы преследовали меня самым неприличным образом, а теперь падаете на колени. Совесть проснулась? Хотите извиниться?

Парень отряхнул колени, посмотрел на меня со страстью и хрипло произнес:

– Я люблю вас, мисс Соврикас.

Приехали, только этого мне хватало.

– Вы с ума сошли? Это у вас давно?

– Да, то есть нет… Вы… вы первая кто так со мной… обошёлся.

– Бросил на пол?

– Да, то есть… нет… – и он снова рухнул на колени.

Похоже на извращение. Явно не всё в порядке с головой. Я, конечно, слышала, что некоторые молодые люди могут вести себя агрессивно по отношению к объекту страсти, но так, чтобы сразу переключиться на раболепие… Неужели я ему что-то повредила? Да вряд ли, всё же боевой маг, хотя и студент, должен быть крепче. Некая мысль мелькнула у меня в голове. Не может быть! Надо проверить.

Я подошла к молодому человеку, взяла его за обе руки и пристально всмотрелась в его глаза. Точно! Приворот! Но кто его сделал? И почему сработал на меня?

– Давид! – ласково позвала я, виконт встрепенулся и преданно застыл. – Идите сейчас на занятия и учитесь. Учитесь хорошо. – очарованный радостно закивал, – ради меня, – проникновенно добавила я.

Что делать, у приворотов есть такой странный побочный эффект: непреодолимое желание на грани потребности, выполнять указания того, на кого он направлен.

Пусть учится, хоть какая-то польза. Но надо разобраться, кто это сделал и почему.

А потом меня вызвали к ректору. Пока подходила к кабинету, про себя подготовила целую речь о собственной непричастности к привороту.

– Мисс Соврикас, – поздоровался инквизитор, – у меня есть новости для вас.

Вот что значит – совесть не чиста, думала совсем не о том.

– Да, ваше преосвященство?

– Мы узнали, кто напал на декана Даретос.

– Я вся во внимании.

– Николас, может не следует волновать юную мисс? – вмешался ректор, с тревогой наблюдая за мной. Наверное, ожидал что я в любой момент могу упасть в обморок. Что ж, не будем разочаровывать почтенного человека, и я сделала испуганный вид.

Инквизитор замялся, но всё же решился:

– Мисс Соврикас нуждается в защите, но ей нужно понимать, что происходит и чего следует опасаться.

– Я… я… готова, говорите.

– На Екатерину Даретос напали посланники демонов. Один из них точно был нердан, другой неизвестен.

– Демоны? – в ужасе вскрикнула я.

– Посланники демонов, – поправил инквизитор, – сами демоны не могут запросто находиться в светлой империи, но их посланники… могут.

– Но почему?

– Слишком много света. Присутствие церкви. Все эти факторы.

Ну да, конечно. Ещё одно заблуждение светлых. В реальности демоны спокойно могут находиться среди нас, просто они не любят это афишировать.

– А… а точно демонские посланники вытянули из декана силы?

– Точно, – это уже ректор ответил, – я проверял неоднократно, можете верить мне.

– О, боги! – я изящно опустилась на ближайший стул и закрыла лицо руками.

Инквизитор засуетился, иметь дело с испуганной мисс ему явно не хотелось.

– Что же мне делать? – я подняла на мужчин заплаканные глаза.

– Ну… мы вас будем защищать…

– Что будет с магистром Екатериной? – продолжила рыдать я.

– Ну-ну, деточка. Декан Даретос скоро очнется… мы собираемся переправить её в столицу. – попытался утешить меня ректор.

– В… в столицу?

– Там лучшие врачи, вам не стоит волноваться.

– Но что же они хотели? Эти посланники демонов?

Инквизитор замялся, ректор отвёл глаза. Ага! Значит они знают!

– Мне… мне страшно! Скоро нектар созреет и что будет? На меня тоже нападут? Почему? Кому нужна мандрагора?

– Как только нектар созреет и мандрагоры вырастут, мы заберём их. И вам ничто не будет угрожать, мисс Соврикас! – внушительно произнёс Николас Прайтес.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.