Шукалов Тарас
Неприкаянный

Глава I
И вновь

Темнота… Мрак… И ужас… Это все, что меня окружает уже на протяжении стольких лет… Сколько мое гнилое тело уже лежит здесь: год, два или же целую вечность? Мои глаза уже совсем забыли, как выглядит истинный свет, лишь редкие воспоминания показывают мне яркие вспышки, но за ними всегда следует лишь сплошная темень…

Каждая мысль дается с неимоверным трудом, но что меня больше всего пугает, так это то, что я не запоминаю их… Каждый день я, возможно, обдумываю одно и то же… Но мне этого никогда не узнать, ровно так же, как и свое прошлое и собственное имя…

И вновь… Меня накрывает тяжелая духота, которая перекрывает все мысли и внутренние слова, а затем лишь яркая вспышка… Но в этот раз я увидел что-то… Словно чей-то силуэт, но кто это…

Темнота… Мрак… И ужас… Это все, что меня окружает на протяжении стольких лет… Но не сейчас… Меня словно что-то пронзило… Что-то яркое, резкое, но неимоверно приятное… Оно прошло через меня насквозь, как будто прощупывая… И вдруг… Сильный удар пришелся мне в грудь… Меня пробрала сильнейшая дрожь… Она начала пропитывать меня изнутри… Ко мне пришли незримые доселе силы… я… я… начал… чувствовать свое… тело…

Сначала ноги, затем руки и… свои глаза… Все закончилось: тряска ушла, и удар тоже… Остался лишь новый я.

Что мне делать? Открыть глаза? А что, если там сущий ад, по сравнению с которым постоянное забвение будет казаться раем? Или же мне просто попробовать встать? Аккуратно я вознес правую ногу над землей и затем резко опустил вниз… Мне понравилось. Затем поднялась вторая нога и присоединилась к первой. Со стороны, наверное, я выглядел как младенец.

Вдоволь наигравшись, я начал просто дышать – впускать в себя воздух было неимоверно приятно. Вспомнив про руки, я начал водить по песку – так приятно и даже несколько загадочно. Вцепившись обеими руками в сыпучую землю, я оттолкнул себя и смог встать на колени.

Вдох… Выдох… И вдох… И выдох… Легкий ветер откинул мои редкие волосы назад. Что-то внутри меня говорило: «Давай открывай, это же то, о чем столько грезил!» Сделав полный выдох, я резко открыл свои глаза… Я ощущал, как дергаются мои зрачки и как из глаз начинают течь горячие слезы. Это было прекрасно…

Передо мной было нечто ужасное, но одновременно и прекрасное. Холмы, застеленные песком, на которых все еще стояли тесаные камни, капли воды, которые красиво падали с потолка и на земле объединялись в маленькие оазисы. Слышно лишь гуденье ветра, который легонько переносил песок с одного холма на другой. Высоко наверху была большая дыра, из который яркий свет освещал гигантскую пещеру. Но вся картина была изуродована горами мертвых тел, лежащих всюду. Большинство из них были одеты в грязные доспехи, а остальные и вовсе без них. Это была бойня. Вот только за что? За что они сражались? Со здравым сознанием возникает так много вопросов…

Скорее всего, я и сам был участником этой битвы – на мне висела грязная кираса, неудобные поножи и странный длинный чехол, название которого я не мог никак вспомнить. Собравшись с силами, я, немного качаясь, встал на ноги – больно, но приятно. Кинув тяжелый и неудобный нагрудник в песок, я отправился в сторону света.

Карабкаясь по запыленным камням и грязным мертвецам, я забрался на высокий холм: передо мной открылось большое голубое озеро, полностью освещенное солнечным светом из дыры. Не раздумывая ни секунды более, я пошел к нему.

Над озером летало много ярких бабочек, чей свет красиво поблескивал на водной глади. Окружало же его множество лежащих тел. Я видел рыцаря, что держался за меч у себя в груди, рядом с ним лежал другой, чья голова была поделена пополам секирой, справа кучка воинов, напичканных стрелами, слева – толпа полностью обуглившихся солдат, и посреди всего этого – умиротворяющее озеро.

Медленно подойдя к воде, я всмотрелся в воду, чтобы узреть свой лик. Плавно передо мной возник мужчина: коричневые, неаккуратно стриженные волосы, ярко-желтые глаза и лицо… оно было… красивым… Лица всех мертвецов, лежавших рядом, казались высохшими, измученными, побледневшими гримасами, но я… Я был чем-то средним между человеком и… нежитью…

– Любишь любоваться собой, мертвец? – прозвучал хриплый голос.

Резко повернув голову направо, я увидел рядом стоящую старуху в красном балахоне:

– Ох… – с вниманием прошептала старая женщина. – А ты неплохо сохранился для нежити, кто ты?

Ее лицо было похоже на мое – значит, я не особенный. Ее вопрос… Я… я не знаю, кто я. Но как мне сказать об этом? Сосредоточившись, я решил доверяться своему сознанию. Проглотив комок в горле, я дрожащим голосом произнес:

– Я не знаю…

– О боже мой, позволь мне дотронуться до тебя… – произнесла старуха, медленно шагая ко мне. – Только убери руку со своего меча.

Моя правая рука держалась за несуществующую рукоять меча у того самого чехла. Я точно был воином…

Подойдя ко мне, женщина медленно дотронулась до моего лица – ее руки были такие нежные и теплые.

– Невероятно… Насколько сильная душа… – завороженно произнесла старуха. – Душа сохранила твое тело, но не память…

Она отошла от меня и стала просто смотреть. Мы смотрели друг другу в глаза, пытаясь в них найти ответы.

– Как мне вернуть память?

Старуха замотала головой, а затем прошептала:

– Мы… Я тебе помогу, только нужно пойти со мной в деревню…

Кинув свой взгляд на прекрасное озеро, я спросил:

– Далеко идти?

– Нет, нет… Здесь рядом, недалеко. Если ты хочешь…

– Тогда идем! – оборвав старуху на полуслове, сказал я.

Уже готовясь идти, я вытащил меч из чехла неизвестного рыцаря и вложил в свой – идеально вошел. Когда я уходил, моим глазам захотелось в последний раз посмотреть на это – бабочки завороженно кружили над озером, их мелькающий свет был виден даже в самых темных углах пещеры, если бы не старуха, я, наверное, здесь бы и остался… Что-то уж слишком сильное связывало меня с этой пещерой…

Глава II
Просвет

Оказывается, это была не единственная пещера. Многие из них были связаны туннелями или секретными проходами, но ни одна из них не сравнится с красотой первой. В каждой из пещер были обломки гигантских стен, крыш или даже целые дома, и все это освещали редкие солнечные лучи, что пробивались сверху. Всюду была лишь сплошная темнота и гробовая тишина, что немного сводило с ума.

Мы уже идем где-то несколько часов, и с каждой минутой мое доверие к старухе все пропадает.

– Долго еще?

– Мы уже близко… – все невнятно бормотала она в ответ.

Через мгновение мы подошли к огромному каньону, и когда я посмотрел в его глубь, мне показалось, что он бесконечно удаляется вниз. Через весь каньон протягивалась узкая каменная дорога. Каждое падение капли отражалось эхом по всей пещере. Стоя и любуясь здешними красотами, я и не заметил, как старуха уверенно зашагала по узкой тропе. Догнав ее, через одышку я решил спросить о себе:

– Почему я встал, а другие нет?

– Твоя душа необычайно сильна, и я это чувствую, – негромко сказала женщина. – Возможно, мы сможем посмотреть твое прошлое, а может, даже и будущее…

– Кто это «мы»?

Старуха ответила молчанием. И лишь когда мы перешли гигантский каньон, она сказала:

– Мои сестры…

Дальше мы шли остаток пути в мертвой тишине, и лишь мелкие камешки, что я сбивал на своем пути, разрушали ее своим треском и стуком.

Спустя долгий и утомительный путь перед нами показались несколько деревянных домиков, из которых вовсю валил густой дым.

– Мы пришли… – с улыбкой прошептала старуха.

Деревушка стояла на плоском камне, а вокруг нее стояли яркие факелы, которые создавали страшные тени. Дыра сверху была слишком мала для такой большой пещеры, и потому солнечные лучи освещали лишь малую часть. Войдя уже в саму деревню и встав прямо посередине, женщина достала из своей сумки маленький колокольчик, и в этот же миг раздался теплый звон. Дверь одного из домов открылась, и оттуда вышла высокая женщина в красном платье, которая была намного моложе своей сестры.

– Илви, ты не поверишь, какая надежда к нам снизошла! – воскликнула старшая сестра.

Илви спустилась с порога и подошла ко мне, она приложила свою горячую руку к моей обнаженной груди и принялась внимательно изучать меня своим соблазнительным взглядом.

– Это правда он… – проронила бархатным голосом Илви. – Сильнейшая душа…

Ее рука плавным движением пошла вниз по моей груди, но как только ее пальцы коснулись моих металлических штанов, она остановилась.

– Надо показать остальным… – прошептала Илви и бросила на меня игривый взгляд.

Старуха лишь покорно кивнула и повела меня в самый большой дом. Уже внутри меня встретило необычайное тепло и сладкие запахи различных трав. Довольно просторная комната, в которой стояли лишь стол с парой стульев, печь и еще один стол с бочками, наполненными разноцветными травами.

– Присаживайся, дорогой, скоро будет ужин! – сказала Илви, проведя своей рукой по моим голым плечам.

Я уселся за стол, и обе сестры поднялись на второй этаж, оставив меня в одиночестве. В печи стояло пять котелков разных размеров, из которых доносился приятный запах мяса и овощей. Древесина со временем перестала приятно трещать в печи, и я погрузился в полную тишину, как вдруг раздались громкие шаги на лестнице с противным скрипом, и вниз спустились четыре сестры, две из которых мне были уже знакомы.

– Прочувствуйте его душу, и вы сразу поймете, о чем я говорю! – произнесла Илви.

Все сестры проткнули меня своими взглядами, и я не знал, что мне делать.

– Он идеален… – прошептала третья сестра. – Это он… Тот самый…

Четвертая лишь кивнула и направилась в мою сторону.

– Ты что, хочешь проникнуть в его душу? – обеспокоенно спросила старуха.

– А как же иначе? – серьезным голосом ответила четвертая. – Мы должны это сделать, пока они не пришли…

Вдруг раздался знакомый звон.

– Это Василевс! – крикнул мужской голос со двора.

Три сестры переглянулись между собой и со вздохом вместе сказали шепотом:

– Проклятье!

В это время четвертая сестра вознесла свою гладкую руку над моей головой и начала прощупывать мою душу.

– Элиза, остановись, они же узнают! – негромко сказала старуха.

Старая сестра посмотрела в глаза Илви, но она лишь сказала:

– Прости, ты же знаешь, что они его заберут, и тогда мы потеряем последний шанс на спасение нашего отца…

Вдруг мой взгляд полностью захватила Элиза, и внезапно мои глаза полностью закрылись ярким светом… Это была та самая вспышка белого света…

Я стою на коленях перед ней и целую ее нежные белые руки…

– Ну хватит, Фрейд, вставай же! – ласково шептала она.

Я поднялся на ноги, и наши влюбленные глаза вновь встретились. Ее руки ласкали мне шею, а затем она обхватила мое лицо и потянула к себе. Я же схватил ее за корсет и резко подтолкнул к себе – наши тела прижались к друг другу, словно губы. Один поцелуй мог заставить гореть мою душу вечным пламенем или же затушить ее навсегда. Отодвинув лицо, я вновь посмотрел в ее голубые глаза и шепотом произнес:

– Почему же ты не хочешь со мной убежать, Элизабет?

На ее лице появилась светлая улыбка, а ее пальцы протиснулись в мои волосы, словно гребень, и принялись расчесывать.

– Потому что я принцесса, а ты простой колдун… – влюбленно произнесла Элизабет.

– Не такой уж я и простой…

Мои слова прервал стук в дверь – это был король Эзмунд.

– Элизабет, ты там? – доносился злобный голос за дверью. – А ну, отвечай!

Я быстро собрал все свои вещи и выбежал на балкон, и когда я уже готовился уходить, мою руку схватила принцесса:

– Только не теряй меня как в тот раз, пожалуйста, Фрейд!

– Моя душа всегда будет искать тебя…

Я притянул к себе Элизабет, и наши губы вновь резко сошлись и так же резко отдалились друг от друга. В одно мгновение я уже находился за пределами замка и смотрел на принцессу издалека. Пускай она меня не видит, но я буду лицезреть ее всегда…

– Фрейд, мое имя Фрейд… – пробормотал я, открывая глаза.

Я быстро принялся осматривать комнату беглым взглядом, а в ней уже появились три рыцаря в закрытых шлемах. Элиза, стоявшая передо мной, начала нервно пятиться назад, а ее глаза стали полностью пустые – зрачки затмила глубокая белена.

– Илви, что с ней?! – прокричал рыцарь в броне, украшенной синей тканью.

Сестры были до ужаса напуганы, а Элиза схватилась обеими руками за голову и начала страшно кричать:

– О нет… Это великая душа! Он поглотит все в вечный мрак, я видела! Он возродит то, что нас всех погубило! Он слуга самой королевы!

Внезапно Элиза замолкла и прижалась к стене. Ее руки тряслись, как и она сама, и вдруг она издала нечеловеческий вопль. Сестры прижались поближе друг к дружке, а рыцари, чьи лица были закрыты тяжелыми шлемами, не дрогнув, просто наблюдали. Кожа начала медленно сползать с головы Элизы, и она с криком и грохотом упала на деревянный пол. Все ее лицо медленно высыхало и скручивалось, она стала похожа на тех мертвецов у озера, а ее крик все не прекращался. И тут один из рыцарей, не выдержав этого кошмара, тяжелыми шагами пошел в сторону сестры. Со звоном он достал свой меч из чехла и занес над телом Элизы.

– Стой! – кричала старуха. – Не смей!

Но в ответ лишь прозвучал звук разрезания ткани и плоти, и сразу после этого крики сестры смолкли. Темно-красная кровь медленно вытекала из ее тела и пропитывала дощатый пол.

– Мерзавец… – прошептала охрипшим голосом старуха, начиная что-то колдовать своими морщинистыми руками.

Раздался скрежет металла.

– А ну, перестань, старая тварь! – крикнул рыцарь, преподнеся лезвие меча к самой шее старухи.

Я находился в самом центре нарастающего ужаса, но мне нужно было убираться отсюда как можно скорее, ведь теперь я знаю и помню свою цель. Рыцарь, чьи доспехи были украшены красной тканью, медленно вынул меч из продырявленного тела, и его клинок был весь покрыт кровью вперемешку с некой черной массой.

– А теперь рассказывайте, кто это и что еще за великая душа! – кричал рыцарь, показывая одной рукой на меня, а другой держа меч у горла старухи.

Сестры были не намерены отвечать, их лица покраснели от злости, а руки нервно сжимались, хрустя пальцами. Меня посетило осознание того, что оставаться здесь нельзя, поэтому я резко встал и громко заявил:

– Мое имя – Фрейд!

Все тут же повернули головы в мою сторону.

– И по зову своей души я во что бы то ни стало должен отправиться на поиски своей верной возлюбленной!

– На поиски кого? – с усмешкой спросил рядом стоящий рыцарь.

– На поиски своей возлюбленной Элизабет Эзмунд!

У всех тут же широко раскрылись глаза от удивления и немного приоткрылись рты.

– Возлюбленный королевы, значит, да? – Лезвие еще сильнее приблизилось к горлу старухи. – А ну-ка, тварь, отвечай, что происходит!

– Я нашла его у Бриллиантового Озера, его тело и вызвало у меня интерес… – негромко сказала старуха, а рыцарь все смотрел на меня. – Скучаешь по такому телу, правда, Василевс?

Рыцарь, озверев от услышанного, схватил старуху за горло, а меч приблизился настолько, что уже понемногу резал шею сестры:

– Если ты забыла, карга, мы жертвовали собой, чтобы спасти вас и вашего чертового отца! Я отдавал остатки своей души ради неизвестного! Сколько можно уже врать о какой-то надежде и спасении?

Илви в одно мгновение подбежала к рыцарю и крепко схватилась за его плечо.

– Василевс, прошу тебя, успокойся! – умоляющим тоном промолвила сестра. – Мы можем использовать Фрейда себе в пользу, с силой его души он сможет дорисовать нам карту всей Бездны, и мы найдем лекарство, обещаю…

– Хватит этих глупых сказок, Илви, разве ты не видишь, что он опасен?! – во все горло кричал Василевс, указывая глазами на бездыханное тело Элизы. – Он погубит нас всех, она сама это сказала!

В этот же миг все мы услышали внезапный крик, на наших глазах в руках третьей сестры быстро зарождалась огненная сфера. Она росла с каждой секундой все больше и больше, а затем сестра отправила этот пылающий шар прямо в меня. Мое тело все застыло, а глаза лишь хлопали и наблюдали за красотой языков пламени, что двигались словно в танце. Я не успел ничего понять, а мое тело уже падало в сторону вместе с рыцарем в красных доспехах. Я видел, как огненная сфера со свистом пролетела над нами и с грохотом разбилась об деревянную стену. Пламя широко раскинулось и тут же принялось пожирать все на своем пути. Стоило мне только повернуть голову, как я тут же увидел, как Василевс в одно мгновенье снес голову старухе, в руках рыцаря осталась лишь голая шея, из которой шел фонтан крови, а сама голова, не переставая источать кровь, противно шмякнулась на пол. Лицо Илви тут же начало меняться, оно старело на глазах, а плечо Василевса стала покрывать черная вязкая жижа, которая исходила из рук сестры. Рыцарь со всей силой ударил острой гардой своего меча по лицу колдуньи, ей пробило правый глаз, и она с криком повалилась назад к стене. В это время третья сестра создавала новую сферу, которая становилась все больше и больше предыдущей. Ее лицо тоже начало высушиваться и бледнеть – она отдавала все свои оставшиеся силы на магию.

– Бежим отсюда! – крикнул рыцарь в оранжевых доспехах, что все это время стоял у входа.

Мы выбежали с красным из дома самыми первыми, а следом за нами пришел и оранжевый, а Василевса все не было. Я подошел к двери, чтобы посмотреть, что происходит: синий рыцарь поникшим взглядом смотрел, как последняя из сестер медленно губит себя.

– Прости, что не сдержал обещание, Сани… – с грустью прошептал Василевс.

Огненный шар уже заполонил большую часть комнаты, а синий рыцарь все еще стоял неподвижно.

– Будь ты проклят, Василевс, я любила тебя, я спасала тебя, а ты меня предал! – кричала последняя сестра.

Рыцарь начал медленно пятиться назад, все не отрывая глаз от своей возлюбленной.

– Прощай… – проронил шепотом Василевс и тут же выбежал за дверь.

Вместе, отойдя от дома, мы стали наблюдать, как пламя быстро пожирает бревна, превращая их в уголь, а затем вместе с криком последней сестры дом разорвало мощным взрывом. Мы одновременно подняли головы вверх и смотрели, как тлеющие щепки, словно бабочки над озером, красиво спускаются вниз. Василевс подставил ладонь, в которую упала одна из них, он смотрел на нее внимательно, как будто пытался найти смысл или же ответ…

– Ну, и что дальше, а, Василевс? – нарушил тишину красный рыцарь.

Василевс, все продолжая глазеть на медленно сгорающий кусочек дерева, тихо ответил:

– Я чувствую, что меня что-то покинуло… Но что?

– Василевс, я с тобой говорю! – переходил на недовольный крик красный. – Сейчас совсем не то время, чтобы думать о всяких бреднях! Подумать только, мы убили сестер, и все, что у нас осталось, это он!

Красный рыцарь злостно встал перед моим лицом и лишь тяжело дышал через свой закрытый шлем. Не потеряв лицо, я уверенно ответил:

– В их гибели нет ни капли моей вины!

– Ну а как же! – с недовольной усмешкой сказал оранжевый рыцарь.

Василевс со всей силы сжал догорающую щепку в своей металлической перчатке и затушил этим пламя до конца.

– Мы найдем это лекарство, чего бы нам это ни стоило, – уверенно произнес Василевс. – Даже если придется зайти в Бездну, снова…

– Ты совсем свихнулся?! – продолжал кричать красный. – Василевс! Василевс, посмотри на меня! Помнишь свои слова?

Синий рыцарь все не отвечал, а красный все злился и злился:

– Василевс, ты обещал мне! Ты обещал мне и Салу, что больше не сунешься туда и ногой! Ты обещал!

Рыцарь лишь опустил свою голову и раскрыл свой сжатый кулак, из него медленно вылетели маленькие частички угля, которые уносились куда-то в темную даль по желанию ветра. А после его голова повернулась в мою сторону, и он твердо произнес:

– Тит, Фрейд… Это наша последняя надежда… С помощью его души мы и вправду сможем пройти глубже, чем когда-либо… – Он ненадолго замолчал, но затем продолжил: – И, быть может… Мы сумеем найти спасение…

– Но ты же… – все не унимался Тит.

– Заберите все полезное, что здесь осталось, и мы сразу выдвигаемся в путь.

Тит и Сал переглянулись между собой, а затем они тяжелыми шагами направились к уцелевшим домикам. Пока рыцари шумно все переворачивали, я тихо пошел к толстому дереву, что стояло неподалеку. Когда я уже подошел к нему, в мои глаза сразу же бросилась стоящая под деревом большая могила. Она была украшена множеством белых цветов, что давно засохли, и кучей маленьких камешков. На стволе умершего древа было выцарапано лишь одно слово: «Отец». Тут позади меня раздались громкие шаги, а затем сразу же прозвучал грустный голос Василевса:

– Здесь лежит их отец…

– Как его звали? – с вниманием спросил я.

Рыцарь тяжело вздохнул и затем сразу же ответил:

– Никто давно не помнит… и уже, наверное, никогда не вспомнит…

Я посмотрел на него тревожным взглядом, и мы замолчали. Ветер все завывал в уши и разносил в стороны пламя от горящего дома.

– Твоя возлюбленная… – с усмешкой говорил Василевс. – Ты в самом деле намереваешься ее искать?

– Конечно! – громко воскликнул я. – А что, ты ее тоже искал?

– Нет… – так же продолжал рыцарь. – Мне бы не хватило сил дойти до нее!

– Это очень далеко?

– Если верить рассказам сестер, то ты не представляешь, насколько это далекий и опасный путь… он ведет прямиком в сердце Бездны, а что там… никто не знает…

– Что бы там ни было, я должен преодолеть этот путь! – уверенно говорил я. – И если вы тоже собираетесь в него отправиться, то я с радостью вам помогу!

Синий рыцарь лишь громко ухмыльнулся и ответил:

– Ты бы и так пошел с нами, но я рад это слышать… Фрейд…

Я кивнул и устремил свой взгляд в дальнюю часть пещеры, это там, где нет потолочных дыр, там, где тьма съедает остатки твоей души, там, где надежда навсегда пропадает. Василевс положил свою руку на мое оголенное плечо и произнес:

– Нам предстоит опасный путь, Фрейд, дай мне обещание, что будешь готов пожертвовать своей жизнью за любого из нас!

Я не мог так рисковать ради каких-то рыцарей, но отказ они бы не приняли ни в коем случае, так что я лишь молча кивнул. Я смотрел в его закрытый шлем, и что-то внутри меня говорило, что наши пути с рыцарями еще разойдутся…

Глава III
Обещание

Пещера грязи была темной-темной, наши факелы были единственными источниками света в ней, а ветер был так силен, что моя потрепанная белая рубашка, что подарил мне Сал, так и намеревалась слететь с меня. Василевс гордо шел впереди всех с картой, посередине всегда был Тит, а сзади я вместе с Салом. Плетемся мы так уже очень долго, и с каждой новой пещерой мы углублялись все глубже и глубже.

– Ладно, все, сделаем здесь привал! – громко сказал Василевс.

Усевшись на прямом камне, рыцари начали разводить костер: Сал достал пару деревяшек, а Тит вынул из сумки неизвестный мне синий порошок. Растерев его в ладонях, резким выдохом Тит отправил порошок в древесину. Уже находясь в воздухе, мелкие частички возгорались, а стоило им только коснуться дерева – так они сразу затанцевали языками яркого пламени.

– Магия… – прошептал я.

– Ага… – уставшим голосом ответил Тит.

Все принялись доставать еду и готовить ее на магическом огне: непонятное мясо заворачивалось в приятную корку, а вода с разноцветными ягодами издавала приятный аромат. Все уже сидели с лакомствами в руках, все, кроме Василевса – он словно заколдованный сидел с картой, пытаясь что-то выяснить.

– Ты полдня ничего не ел… – проговорил Тит.

– Значит, еще полдня протяну, – резко и грубо сказал Василевс, развернувшись к нам спиной.

Тит, мотая головой, также развернулся, а я бросил недоумевающий взгляд на Сала.

– Когда мы едим, мы разворачиваемся друг от друга, чтобы не видеть, насколько наши лица испортились проклятием… – прошептал оранжевый рыцарь.

– Но зачем вы скрываете это?

– Чтобы избежать чувства сострадания и переживания… – поникшим голосом отвечал Сал. – Чтобы, идя рядом с братом, ты не думал о том, что он скоро полностью обратится в нежить…

Я ответил лишь молчанием, и Сал тоже последовал примеру братьев, мне ничего не оставалось, как тоже просто развернуться спиной к огню.

Примерно уходил один час на одну пещеру. Каждая из них была в чем-то уникальная и особенная: одна – это слияние рек и водопадов, другая – чисто продуваемая сильным потоком ветра равнина, третья состояла из десятков разрушенных домов, засыпанных песком, и так до бесконечности…

Перевал за перевалом, и вот на ногах мы, наверное, уже целый день. Идя по зеленой пещере, что заросла зеленым мхом и была усеяна пышными деревьями, все знатно устали за этот долгий путь.

– Все, Василевс, стой! – крикнул негромко Сал. – Здесь остановимся и наберемся сил…

– Нет, мы должны идти дальше… – закряхтел синий рыцарь.

Вдруг раздался звон падения меча и щита.

– Нет! – говорил Тит, снимая снаряжение. – Мы останавливаемся…

У Василевса не было выбора, так что он медленно побрел к нам.

И вновь: палки, порошок, выдох, огонь, готовка, спина, еда и на этот раз сон. Все улеглись на мягкий мох и медленно окунались в сновидения, все, кроме меня – я все смотрел и слушал, как ветер раскачивает зеленую листву деревьев. Было немного страшно закрывать глаза, вдруг я их больше не смогу открыть, но все же шелест листвы отправил меня в некрепкий сон.

Внезапно я проснулся из-за громкого звука доспехов. Открыв глаза, я увидел, как Василевс медленно идет к зеленому обрыву. Тихо поднявшись, я отправился за ним. Подойдя прямо к пропасти, синий рыцарь лишь уселся на край и свесил ноги вниз. Я аккуратно подкрался сзади, как вдруг услышал:

– Не спится? – проронил Василевс, смотря в пропасть.

– Ты разбудил меня… – зевая, сказал я.

– Тогда прошу прощения… – с усмешкой сказал рыцарь. – Красиво здесь, правда?

– У Бриллиантового озера красивей…

– Не поспоришь… – с грустью проговорил Василевс. – Там, впервые я увидел Сани… такую красивую, скромную и самое главное… загадочную…

Мы замолчали, лишь ветер и шелест листвы все никак не утихали.

– Напомни, а зачем ты ищешь королеву?

– Я дал ей обещание, что всегда буду искать ее! – восторженно произнес я.

– Хах… обещание… – с усмешкой и злобой проговорил Василевс. – Я дал обещание сестрам, что стану исследовать все пещеры и все глубины, дабы нарисовать карту и найти лекарство для их отца, а они, в свою очередь, должны были… спасти моих братьев…

Молчание… Злоба… И ветер… Это все, что было вокруг… Но вдруг рыцарь схватился руками за свой шлем и потянул его вверх – тяжелый доспех упал на землю, и передо мной открылись все ужасы проклятья: волосы полностью отпали, кожа высохла и стала похожа на тех мертвецов, а его глаза уже начинали затуманиваться. В них была видна необычайная боль… страдания… и страх… Он протянул мне грязный пергамент – карту всех пещер, до которых он сумел добраться. Низ карты был полностью пустой, видимо, именно туда и не рискнул идти рыцарь…

– Я смог дойти лишь до пещеры битвы… – поникшим голосом рассказывал Василевс. – Я наблюдал за воинами, которые убивали друг друга… а затем вставали сражаться вновь… вечная бойня…

Место вечной бойни он отметил на карте толстым крестом.

– Фрейд… Знаешь… Я, скорее всего, не смогу довести тебя до Бездны… я… моя душа сдастся намного раньше…

– Ну, Василевс… – не мог найти слов я. – Я верю в тебя и верю, что ты справишься!

– Ты… Да как ты можешь верить в это? – с болью говорил рыцарь. – Если ты даже не видел того, что видел я…

– Василевс, послушай, – продолжал я, – я все равно верю всем сердцем, что ты сможешь это сделать!

Рыцарь опять лишь усмехнулся, а затем посмотрел на меня влажными глазами:

– Фрейд… ты можешь дать мне еще одно… обещание?

– Да, конечно, какое? Только скажи!

– Если я пропаду… не ищите меня… не заставляй братьев тратить драгоценное время и свои силы на мои поиски…

Я смотрел в его глаза, около которых собирались капельки слез, в них до сих пор была надежда на спасение, но не на свое, а на братьев…

Крепко взяв его за руку, я произнес:

– Обещаю.

Василевс лишь добро кивнул и вновь спрятал проклятье под тяжелым шлемом…

Мы отправились дальше. С каждым новым долгим часом пещеры были безжизненные и пустые, а воздух становился тяжелее и беззвучнее. С каждым привалом рыцари все меньше разговаривали и ели… особенно Василевс: он почти вовсе не говорил, дабы не подать и малейшего намека на свое проклятие… Эти пещеры… Как будто покрыты той черной массой, что вытекала из сестер… Нежного ветра почти не было слышно, лишь сводящая с ума тишина, страшно и представить, как Василевс путешествовал в одиночку, когда одна только надежда сопровождала его… Надежда на спасение своих дорогих братьев, это была та же надежда, как и у сестер на спасение своего отца. На одном из перевалов я решил спросить про него:

– Как именно сестры собирались спасти своего отца?

Рыцари по бокам замотали головой, а Василевс даже не дрогнул: возможно, его душа уже угасла до конца…

– Их отец лежал у дерева позади деревни… мертвей мертвого… – говорил шепотом Тит. – Они надеялись найти способ исцеления в Бездне… и именно тогда они встретились с нами…

Костер медленно догорал, и свет потихоньку сужался. Вдруг Василевс поднялся на ноги и измученно сказал:

– Пойду поищу… дерево…

Он взял с собой факел, и мы лишь видели, как его огонек медленно удалялся в темноту, братья, ничего не подозревая, продолжали спокойно сидеть, но я… я понимал, что Василевс оттуда уже не вернется…

– Нас с Титом почти полностью одолело проклятье, и мы были почти что нежитью… – продолжил рассказ Сал. – И тогда Василевс дал обещание, что станет изучать Бездну в обмен на спасение нас… Каждые два дня он вырисовывал карту, пытаясь найти то самое лекарство…

– Увидев карту, сестры сдержали свое обещание… – продолжил Тит. – Сестра Ирга пожертвовала своей красотой и превратилась в старуху, дабы восстановить нашу человечность и души…

Все замолчали, лишь тихий треск догорающих палок звучал эхом…

Прошло много времени, а Василевса все не было. Братья стояли с ярко горящими факелами в надежде на его возвращение…

– Он не вернется… – прошептал я.

Тит с силой сжимал факел, он не мог поверить, что старший брат покинул их…

– Тит… – продолжил я. – Я видел его лицо… Он не вернется…

– Лжец! – крикнул дрожащим голосом рыцарь, доставая из чехла клинок. – Он бы никогда не сдался! Это ты его заколдовал!

– Успокойся, брат… – истощенным голосом проговорил Сал. – Фрейд прав, он не вернется… Ты же сам знаешь, насколько он был… проклят…

Тит выронил трясущийся меч на черную землю и сам упал на колени.

– Нет… Нет! – плачущим голосом закричал рыцарь. – Нет…

Это был крик не злобы или ярости, а крик боли и страдания… Он отражался по всей пещере громким эхом… Я опустился на колено перед Титом и, положа ему руку на плечо, сказал:

– Мы должны идти дальше… Этого бы пожелал Василевс…

Сал помог подняться брату, и мы стали собирать остатки припасов, которые были уже на исходе. Собираясь, я заметил ту самую карту Василевса, что лежала одиноко на песке в ожидании своего владельца. Сверив пещеры, я осознал, что впереди нас ждет Вечная Бойня…

По мере спуска еще ниже рыцарям становилось уже трудно идти вперед – их души медленно угасали, прямо как свет наших факелов…

Идя в мертвой тишине, мы внезапно услышали их… крики и стоны битвы… Сделав еще несколько шагов, Тит обо что-то громко споткнулся. Поднеся факел, мы увидели, что это было закопанное наполовину в песок мертвое тело, одетое в доспех королевской стражи… Голова пробита стрелой, а правая рука лежит рядом с ней… отдельно от тела… Посмотрев еще раз на карту и увидев зловещий крест, я произнес:

– Мы здесь…

Чем дальше мы шли, тем больше тел нам встречалось, но когда мы поднялись на высокий холм, мы увидели нечто ужасное: равнина, по которой скиталась толпа нежити, туда-сюда, иногда просто так сражаясь друг с другом, а рядом с этой толпой безнадежно ходила фигура с горящим факелом.

– Василевс… – прошептал Тит.

Это был правда он… Даже с такого расстояния была видна грязная синяя ткань, которая когда-то украшала доспех храброго воина и любимого брата…

Я пошел дальше, и моя нога задело что-то тяжелое – это был шлем синего рыцаря… Тит поднял доспех, стряхнул с него темный песок и взял под руку… Мы пошли дальше.

Спрятавшись за большим камнем, мы начали размышлять, как преодолеть толпу нежити.

– Вон там скала! – показывая на каменную возвышенность, прошептал Сал. – Мы можем обойти толпу сбоку и там сумеем залезть на нее…

Тит же молча наблюдал за фигурой старшего брата, которая медленно брела вправо, как бы преграждая нам путь…

– Я его отвлеку… – сказал Тит, уверенно идя к Василевсу. – Идите же!

– Тит…брат мой… – нервно говорил Сал, пытаясь остановить брата. – Но… как же ты?

– На этом мой путь закончится… Сал, пока во мне тлеет надежда за тебя, все будет хорошо…

Сал не знал, что и ответить, поэтому он просто вцепился в прощальные объятья с братом…

– Спасибо, Тит… – проговорил я, уходя в тень.

Рыцарь лишь кивнул мне в ответ. Медленными шагами Тит подошел к старшему брату, держа в одной руке яркий факел, а в другой крепкий клинок. Лицо Василевса медленно разлагалось на глазах и обретало белый цвет нежити…

– Ну здравствуй, брат…

В ответ лишь непонятное мление…

– Ты же обещал, что не оставишь нас… Что не отправишься больше в Бездну…

Пустые белые глаза лишь моргали, глядя на Тита…

– Ты… ты…

В голосе рыцаря стали слышны слезы… Тит бросил факел на землю и скинул с себя шлем, показалось лицо, которое было точь-в-точь как лицо Василевса в лесу…

– Ты не узнаешь меня? – со слезами на глазах говорил Тит.

Внезапно нежить завопила и стала двигаться в сторону брата.

– Бегите, ну же!

Мы мигом двинулись за большие камни, Сал бежал вперед, а я остановился, чтобы посмотреть на двух братьев…

– Ну, ну… Ну, давай же! – кричал со слезами Тит.

Василевс с диким ревом сделал быстрый выпад мечом, но Тит его ловко отразил, затем еще один удар был тут же отбит, еще один, все равно отбил… Затем их клинки сошлись, и лица оказались друг рядом с другом, они смотрели друг другу в глаза, Тит искал в них ту самую надежду, но видел лишь белую пелену…

– Я… я… Я любил тебя!

Тит отпихнул от себя брата и начал кричать, дабы отвлечь остальную нежить…

– Ну же, подходите, выродки!

Все ходящие тела медленно шли к свету лежащих факелов, и тут вдруг меня дернули за плечо:

– Идем, Фрейд… Мы уже ничего не сделаем…

Мы добежали до высокой скалы не оглядываясь, уже карабкаясь по острым камням, я решил опять посмотреть назад: Тит стоял на груди своего брата, занеся меч над ним, в то время как его окружала огромная толпа сплошной нежити.

– Прости… Прости меня…

Меч с криком вошел в грудь Василевса, а затем каждая нежить начала набрасываться на рыцаря, и раздался ужасный крик боли… Я резко отвернулся, чтобы не видеть этого.

– Давай руку, Фрейд!

Поднявшись, мы смотрели, как нежить борется за тело Тита. Сал, сильно вздохнув, отвернулся и пошел дальше… Я поступил так же, мысленно прощаясь с братьями-рыцарями…

Мы шли по круговой дороге, которая постоянно устремлялась вниз, и так уже целую вечность. Салу становилось все хуже и хуже с каждым кругом, а голубой порошок уже заканчивался.

Спустя несколько минут мы наткнулись на обломки каких-то карет, Сал подошел к одной из них и протер запыленную дверцу – показался знак королевства Эзмунда.

– Мы рядом… – хриплым голосом прошептал Сал.

Внезапно мы услышали из повозки странные шорохи, как будто что-то скребли. В это же мгновение из-за второй кареты появился силуэт: коричневый длинный плащ, обмотанная голова и серебряная шпага на поясе.

– Вы живые? – спросил я.

Резким движением Сал отодвинул меня за свою спину и достал меч:

– В Бездне нет живых… Одни мертвецы…

Силуэт подошел ближе к свету факела, и мы смогли лицезреть его: голова была полностью обмотана кровавой повязкой, лишь его пустые глаза были видны.

– Нежить… – злобно прошептал Сал.

Дверь первой повозки открылась, и оттуда вышла такая же нежить, и они медленно начали нас окружать. Я достал свой ржавый меч из чехла и, даже не осознавая этого, принял боевую стойку. Нежить переглянулась между собой и почти одновременно достала свои шпаги.

– Я правого, ты левого… Вперед! – через кашель крикнул Сал.

Рыцарь начал ловко атаковать, а я – упорно обороняться. Нежить заносила на меня клинок, но я искусно отводил его в сторону, как будто делал это множество раз. Наши лезвия сошлись, и мы начали давить друг на друга со всей силы, но тут я заметил, как Сал начинает сбавлять темп атаки и с каждым шагом все ошибаться – его душа умирала…

Я со всей силы ударил нежить ногой прямо в живот и затем пронзил с криком ее грудь мечом. Серебряная шпага беззвучно упала в песок, а грязные руки крепко схватились за мои плечи. Я видел, как через повязку она изо всех сил открывала рот, будто пытаясь что-то сказать, но затем ее тело лишь так же беззвучно, как и шпага, свалилось в пыль…

Сал же тем временем на моих глазах отрубил нежити обе руки и затем всадил свой меч прямо в забинтованную голову… Но после этого он лишь с тяжелым вздохом упал на землю.

– Сал! Сал, что же ты! Не уходи! Сал!

Я только поднес руки к его шлему, чтобы снять его, но Сал резко остановил меня.

– Нет… Я давал… обещание… – через боль говорил последний рыцарь. – Я могу тебе… навредить… иди дальше один…

– Но как же так?! Я тоже давал обещание, что не оставлю никого из вас!

– Забудь… Все то и делают, что их дают… но никто не… выполняет… Ступай… Фрейд…

С грустью и мокрыми глазами я решил исполнить волю последнего рыцаря… Я накинул на себя плащ нежити и повесил на пояс чудесную серебряную шпагу.

– Прощай, Сал…

Рыцарь лишь кивнул мне вслед…

Когда я уже отошел от него, раздался громкий стон, а стоило мне развернуться, как я увидел, что Сал воткнул в себя свой меч, дабы никому не навредить, когда он обратится…

Я продолжил в одиночку свой путь к Бездне… путь к Элизабет…

Глава IV
Огонь Бездны

Бесконечные спирали сменились запыленной равниной, тьма здесь была столь сильна, что даже свет факела был все тусклее и тусклее с каждым шагом… Ноги устали и ужасно вопили, но нельзя было останавливаться, ведь чем больше растягивалось мое пребывание в Бездне, тем быстрее моя душа умирала внутри меня… именно здесь я это впервые начал чувствовать…

Пламя факела уже затухало, а сумка с голубым порошком осталась у последнего рыцаря, если в скорейшее время я не найду новый свет своего пути… мне придется продолжить его в кошмарной и глубокой темноте…

Невозможно было сказать, большая ли это пещера или маленькая – тьма занимала все пространство, лишь я один был маленьким огоньком в ней, словно те самые бабочки над озером…

Вдруг твердый камень сменился приятным темным песком. Присев на одно колено, я взял горстку себе в кулак – медленными струйками он вытекал из моих пальцев… прямо как и мое время…

Видна была лишь тьма – факел проживал свои последние секунды жизни. Маленький огонек медленно уходил внутрь древа, оставляя за собой покрасневший уголь. Я смотрел, как мой последний путник в виде света тоже не выдерживал моего бремени… медленно… медленно… пламя уходило навсегда… Держа в руке лишь дымящуюся ветку, я погрузился в вечную тьму… Дальше путь лежал вслепую…

Держась за рукоять шпаги, я в полнейшем страхе быстро шагал по тьме… Я не знал, что меня окружает, и не хотел этого знать… страшные чудища, проклятая нежить или же просто глубокая дыра, ведущая в сердце Бездны… я не мог этого узреть…

Спускаясь по песчаному склону, я вновь вышел на ровную гладь. Пройдя несколько шагов, пугающе раздался некий шорох, я сразу же начал оглядываться по сторонам, но видел лишь пустоту. На секунду моя нога дотронулась до чего-то твердого. Приспустившись на колени, я своей рукой пытался выяснить, что это, как вдруг я дотронулся до чего-то мягкого и холодного… Я обхватил неизвестное пальцами, и ко мне пришло осознание того, что это чья-то рука…

– Мертвец… – непроизвольно прошептал я.

Вновь резко раздался шорох, я посмотрел в сторону звука и увидел яркое пламя от фонаря – его нес высокий темный силуэт в широкой шляпе. Я быстро поднялся и, схватившись за рукоять верной шпаги, начал медленно пятиться назад. Сделав еще несколько шагов, силуэт остановился.

– Зачем ты здесь?

Услышав его загадочный и суровый голос, я опешил… Разумное существо на такой глубине… Это явно не была обычная нежить, что-то более сильное и мудрое…

– Мне нужно углубиться в Бездну, дабы найти свою возлюбленную!

Раздался тяжелый усталый вздох, силуэт опустил фонарь чуть ниже, и я успел увидеть, как он схватился за рукоять шпаги.

– Поворачивай назад! – сурово сказал силуэт. – И надейся, что твоя душа выдержит дорогу обратно…

Мои ноги крепко утопились в песке, а рука со всей силой сжимала рукоять клинка. После всех утрат и всей безумной тьмы, что мне довелось пройти, я не мог повернуть назад…

– Не хочешь? – продолжал силуэт. – Я дарю тебе свое милосердие, которое другим и не снилось!

– Я не поверну назад… – упорно говорил я. – Либо дай мне продолжить свой путь, либо доставай свой меч!

Силуэт стоял неподвижно в раздумьях.

– Что же всеми вами правит? – со вздохом рассуждал страж. – Обещание? Долг? Честь? Вера? Или же…

– Память! – перебив, сказал я. – Пока я помню себя, свое имя и свое прошлое, то обещание, что я дал Элизабет… я не отступлю ни на шаг…

Как только прозвучало имя королевы, силуэт невзначай дернулся и склонил голову слегка вправо, пытаясь разглядеть меня в темноте.

– Так громко… и так самонадеянно… – шептал силуэт. – Ты всего лишь неприкаянная нежить, которой правит остаток души!

Напряжение в вечной тьме росло, мы оба понимали, что бой неизбежен, но силуэт продолжал:

– Уходи… Другого шанса уже не будет…

Я лишь молча со звоном вынул шпагу и опять, сам того не понимая, встал в боевую стойку.

– И вновь… – со вздохом, уже переходя на крик, говорил страж. – Ты, как и все остальные, даже не знаешь, что делаешь! Но ничего… Я затушу до конца огонь твоей души!

– Остальные?

Не отвечая, силуэт бросил свой фонарь с грохотом в сторону, и вдруг разожглось сильное пламя, которое окружило нас и заперло в горящем круге. Всмотревшись в пламя, я осознал, про кого говорил силуэт: десятки, а может, и сотни мертвых воинов, которых полностью поглотила тьма, и все проткнуты, как один, создавали этот самый круг. Их тела медленно сгорали, пытаясь осветить тьму, но это было невозможно: все, что было за пределами круга, оставалось такой же бездной… Силуэт же невообразимо преобразился в ярком свете огня: половину его лица закрывала тканевая маска, и были видны лишь его желтые глаза и бледная кожа, на нем был длинный черный плащ, который как будто был сшит из самой тьмы, а коричневые сапоги также окопались в песок, как и мои.

Страж медленно вытянул шпагу, чья гарда была схожа с переплетением роз, и мы некоторое время просто смотрели друг другу в глаза… Я не знал, что он такое, но раз, находясь так глубоко, он сумел сохранить свой облик, то его душа была необычайно сильна…

– Пути назад нет… Неприкаянный… – прошептал страж.

Резкий выпад в мою сторону, но я со звоном его отразил, и мы вновь разошлись. Затем с разбега страж начал свою нескончаемую атаку, по ходу которой мы то уходили в центр, то сражались близ самого пламени… Удар за ударом я ловко отражал атаки противника, как будто я их уже знал наизусть… Спустя долгое мгновенье страж начал выдыхаться, и я понял, что это идеальный момент для моей атаки. Отведя лезвие противника в сторону, я сделал резкий выпад вперед, и моя шпага аккуратно прошлась по плечу стража… Тут же, отойдя назад, он принялся глазеть на свою рану широкими глазами: небольшой кусок ткани висел на плече, а за ним виднелся широкий порез, из которого вытекал маленький ручеек красной крови.

– Кровь… Та самая… – удивленно прошептал страж. – Кровь Бога…

Стоило его словам только закончиться, как его грозная атака продолжилась с удвоенной силой. Удары становились тяжелее и быстрее, а отражать их стало еще сложнее… И вот мы снова боремся у самой огненной стены, наши клинки сошлись вместе, и мы начали давить на них с необычайной силой… Взгляды вновь сошлись…

– Говоришь… – через сжатые зубы говорил страж. – Помнишь свое имя?

– Фрейд… Мое имя Фрейд! – зло выкрикнул я.

Страж услышал мое имя, и его зрачки резко расширились, и он на секунду ослаб – это очередной момент для атаки… Продолжая давить на его клинок, я со всей силой оттолкнул его назад, в центр. Придя в себя, страж молча смотрел на меня, быстро дыша. Замотав головой, он стал медленно надвигаться в мою сторону. Реки пота стекали по моему лицу, сердце дико билось в страхе и напряжении. Огненная стена позади не давала шансов на отступление, а приближение стража перекрывало все другие пути… Вдруг показался желтый яркий взгляд из-под широкой шляпы… Он как будто хотел что-то сказать, но так и не решился… Коричневые сапоги быстро двинулись по песку, а шпага уже неслась на меня, красиво отражая в себе огонь… Мои руки сжали рукоять… Ноги вдавливались в землю… Ловким движением клинка я отбиваю его выпад в сторону… Крепко схватившись за его плечи, я меняюсь с ним местами и толкаю его изо всех сил прямиком в пламя…

Ни крика, ни стона, лишь красивая шпага осталась лежать в песке, а темный силуэт пропал в огне, который уже начинал медленно затухать… Тяжело дыша, я с грохотом свалился на землю, не переставая смотреть на огненную стену, в которой исчез мой враг…Тут же в моей голове появилась мысль, и губы невольно произнесли ее вслух:

– Куда же мне теперь идти? В каком направлении?

Моя голова все крутилась по сторонам, пытаясь найти хоть малейший ориентир, но все было без толку…

– А может, это все лишь сплошная темнота, в которой нет ни малейшего огня…

Снова посмотрев на затухающий огонь, я продолжил:

– Кем он был?

Но вдруг раздался знакомый шорох… Обернувшись, я увидел, как из угасающего огня, словно феникс, выпрыгнул все тот же страж. Его длинные черные волосы были слегка опалены, как и все его черное одеяние. Молча он поднял шпагу и устремился в мою сторону. Тяжело дыша, я встал и выставил оружие в оборону, но страж лишь со звоном выбил мой клинок, и он со свистом воткнулся в песок, а затем тяжелая рука схватила меня за горло и начала медленно душить. Воздуха становилось все меньше и меньше, а вдохнуть никак не получалось… Изо всех сил я держался за его руку, но он был слишком силен… Его желтые яростные глаза… это все, что я видел…

– Прошу… – смог из себя выдавить я.

Желтые глаза лишь заморгали в ответ, и уже через мгновение я лежал в песке, впуская в себя желанный воздух… Он пощадил меня, но зачем? Его темный силуэт возвышался надо мной, но его взгляд… Он смотрел на меня как на равного себе… Затем я увидел перед своим лицом рукоять шпаги… моей шпаги… Я молча схватился за нее и вынул лезвие из рук стража, встав на ноги, мы лишь молча смотрели друг на друга, а затем он медленно пошел к затухающему огню. Мертвые воины медленно тлели, и мы снова окунулись в бесконечную и тихую тьму…

– Почему… – шептал я. – Почему ты меня не убил?

Страж, не отвечая, копался в сгоревших телах, что-то усердно ища, и через время из самой большой кучи он достал второй фонарь:

– Что-то внутри меня говорит… – серьезно объяснял страж. – Что у нас один путь… И ты в нем важен для меня…

Медленно подойдя, он вручил мне горящий фонарь.

– Ты правда поможешь мне найти Элизабет? – спросил я.

Страж заморгал и с вдохом ответил:

– Моя душа заставляет меня помочь тебе…

Вместе сквозь тьму мы подошли к черным каменным вратам, на них были выгравированы различные рисунки, а в центре был громоздкий круг. Страж медленно повернул голову в мою сторону и произнес:

– Дальше мы идем только вместе… Только так мы сможем исполнить волю твоей души и… моей…

Я ответил лишь кивком головы, и страж, подойдя в упор к вратам, медленно прокрутил круг два раза… Из всех щелей посыпался песок, а врата стали медленно, но громко открываться. Перед нами предстала все та же тьма, но еще темнее прошлой. Переглянувшись со своим новым спутником, я тихо сказал:

– Идем…

И так мы отправились в угнетающую Бездну…

Все больше и больше по пути нам встречались различные строения: то остатки забытого города или же часть замка, то гигантские башни, и все это было погребено в темном песке.

– Почему здесь… в Бездне… их так много? – спросил уставшим голосом я.

– Чем глубже мы спускаемся, тем ближе мы становимся ко всему королевскому… к тому, из чего пошло проклятие…

– Правда? – удивленно спросил я. – Откуда ты это знаешь?

– Это лишь моя догадка… Я много лет здесь блуждаю и при помощи жалких остатков своей памяти пытаюсь понять этот кошмарный мир… – проговорил страж.

Мы прошли еще одну пустынную равнину, и перед нами появился хорошо сохранившийся то ли город, то ли деревня.

– Устал? – спросил страж.

– Немного, но мы можем идти дальше… – с тяжелым дыханием говорил я.

– Значит, сделаем здесь привал.

В городе было так темно, но и уютно одновременно: множество деревянных покосившихся домиков, брусчатка, утопленная в земле, и каменная церковь, бок которой был полностью залит песком.

– Уютно, правда? – серьезно спросил страж.

– Да… И так тихо…

Мы собрали палки, которые валялись рядом, и, когда я стоял спиной, страж зажег костер.

– Как… Как ты это сделал?

– У меня свои секреты… – с усмешкой проронил страж.

Костер приятно трещал, а мой живот изредка издавал громкое урчание.

– Здесь пищу можешь не искать…

– Не может быть, – разочарованно говорил я. – Но как ты здесь выживаешь?

Немного помолчав, страж ответил:

– Я нашел иной способ утолять голод… Я питаюсь душами…

Мои зрачки моментально расширились, и повисла тишина, но затем, отойдя от удивления, я задал еще один вопрос:

– Получается, если бы ты меня тогда сразу одолел, то мою душу тоже бы забрал?

– Нет… Мне не хватает силы, дабы забрать твою душу целиком… я способен лишь на маленькие кусочки…

– То есть все те воины, которых ты одолел, они…

– Они такие же неприкаянные… как и ты… – резко перебив, сказал страж. – Многие мертвецы, что лежат неподвижно долгие годы, иногда встают по зову собственной души… Но чаще всего они уходят во все тот же сон, как только становятся на ноги… Лишь желания кровавой мести заставляют некоторых скитаться дальше…

Окунувшись в раздумья, я пытался все понять, но никак не выходило, а расспросить стража не получалось, и тогда мне пришла идея:

– Ты… помнишь себя прошлого?

Собеседник опустил голову и через мгновение поникшим голосом заговорил:

– Нет… У меня лишь остались мои знания и умения, но… память… Лишь редкие просветы, но… они так и остаются просветами… – Затем страж поднял голову и добрым взглядом посмотрел на меня. – Но что-то внутри меня говорит, что с тобой… я вспомню себя…

Дальше мы сидели в полной тишине, только костер все никак не замолкал. Я поднял голову наверх, дабы посмотреть в уже привычную темноту, но тут я заметил маленький огонек, что летал по тьме.

– Смотри! – громким шепотом говорил я. – Наверху!

– А, это… Это огненная бабочка – они иногда залетают сюда через глубокие дыры в верхних пещерах, – по-доброму сказал страж. – Но долго они здесь не живут, их пламя быстро затухает, и они теряются среди тьмы.

Бабочка медленно спускалась к нам, я поднес свой палец, и она аккуратно на него приземлилась. Такая красивая и… такая теплая… ее крылышки изящно горели, выписываясь в различные узоры… Действительно – маленький огонек Бездны…

– Глядя на нее, что ты чувствуешь? – прошептал страж.

Огонь уже потихоньку начал обжигать мне палец, но красота была слишком завораживающая.

– Надежду… – с теплотой произнес я. – А ты?

Недолго поразмышляв, страж с некой утратой произнес:

– Память…

Замахав крыльями, маленький огонек скрылся во тьме… Вдруг привычную тишину разрушил некий шорох со всех сторон.

– Что это? – спросил я.

– Сзади!

Рука быстро вытянула шпагу, я развернулся, и мой клинок встретился с ржавым мечом. Передо мной стояла темная нежить в порванной одежде, а лицо было все покрыто серыми морщинами. Тут я услышал шаги со всех сторон, и из тьмы начали выходить еще мертвецы. Развернув ржавый меч к земле, я мигом пронзил нежить, ее вопль был последним произнесенным словом. Меня начали окружать около четырех силуэтов, и я принялся медленно отходить спиной к церкви. Из-за голов нежити мне довелось увидеть, как страж сражался с пятью противниками одновременно – так изящно и так храбро… Вдруг моя спина уперлась в хлипкую деревянную дверь. Это был тупик, я выставил шпагу в сторону нежити и стал надеяться на лучшее, но надежда угасала с каждым шагом толпы… И внезапно, раздвигая всех на своем пути, в мою сторону бежал сломя голову безоружный темный силуэт. Ноги окопались в песке, а руки взялись за шпагу покрепче… Нежить налетела на лезвие моего меча и завалилась вместе со мной внутрь церкви, выломав дверь. Сбросив с себя дрянное тело, я поднялся и с противным звуком вытащил из нежити свою шпагу. Тьма… Ничего не видно… Ни противников, ни стен… ни собственных рук… ни своего оружия… Но я слышал… слышал каждый шаг вокруг меня – они меня окружали… Что мне делать? Я… я не знал этого… Безысходность… Но что самое главное… моя надежда… я перестал ее чувствовать… Это конец… Конец моего пути… Но если уж умирать… То умирать достойно! Я взялся за шпагу покрепче и начал кричать:

– Ну, давайте, твари! Подходите!

Раздался громкий шаг впереди меня, ни секунды не думая, я с криком махнул шпагой. Лезвие что-то разрезало быстро и громко, возможно, руку, а может быть, даже и шею. И тут во тьме передо мной я увидел ту самую огненную бабочку, которая медленно поднималась вверх. Подняв голову, я увидел, как внутри золотого купола храма друг за дружкой зажигаются бабочки…

– Вот где вы прячетесь…

Их яркий свет отражался от запыленного золота и освещал всю церковь. В это же мгновение появились красивые витражи с изображением священников и королевской семьи, поломанные деревянные скамьи и пятеро мертвецов, что окружали меня, а передо мной лежало уже обезглавленное тело.

– Надежда… – прошептал я и взялся за меч покрепче.

Изящно отражая все удары и гордо протыкая своих врагов, я разобрался почти со всеми. Осталась лишь одна крохотная нежить, она, испугавшись меня, выбежала из церкви вон, но затем раздался дикий вопль – страж ее не отпустил… Внезапно мои ноги подкосились, и я тут же рухнул на колени… Силы… Они уходили от меня… Сила проклятия настигала меня все сильнее и сильнее… Отпустив рукоять окровавленной шпаги, я поднял голову и начал просто наблюдать за бабочками, что создавали тот самый… огонь Бездны… Раздались громкие шаги – это страж шел ко мне, весь его плащ поблескивал от крови. Остановившись возле меня, он стал наблюдать за огнем, как и я.

– Я и подумать не мог, что они здесь способны жить… – прошептал страж. – Поднимайся, нам нужно продолжить путь

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.