Александр Вавилов
Клерки

Клерки

Глава 1. Новый сотрудник

– Анна Петровна сказала мне по секрету, что к вам приняли нового сотрудника.

– Но у нас нет вакансий.

– Это ты так думаешь. Главный поменял штатку, и теперь у вас в управлении новый отдел.

Ирина удивлённо округлила глаза:

– Новый отдел мониторинга и отчётности? Очередная любовница топа будет греть задницу в окружении подружаек, собирая никому ненужные показатели эффективности?

– Ошибаешься, Иришка. Анна Петровна шепнула, что это мужчина. Холостой, красивый, образованный. Говорит так, будто песня льётся: timeline, deadline, management, cash flow и так далее, и тому подобное.

– Владелец МВА-диплома?

– Точно. Говорят, его взяли с прицелом на будущее. Копнёт низы, освоится; поймёт, кто собирается в курилках, а кто в спортзале, и в перспективе полетит наверх к кормушке.

– Родственник?

– Нет, откуда пришёл – неизвестно, кто за ним стоит – тайна. Одним словом, загадочный мужчина. А ещё пахнет «Paco Rabanne».

– И когда выходит?

– Завтра.

Ирина прикусила губу, вырисовывая в голове картину маслом «Роскошная жизнь жены миллионера». Жизнь, полная атрибутов богатой, красивой и ухоженной женщины, не принимающей участия в создании ВВП государства, а занимающейся исключительно творчеством, призванным вдохновлять любимого мужчину и открывать в себе чертоги великого океана космической энергии.

Если Родина начинается с картинки в твоём букваре, то офис – с парковки у здания размером 200 квадратных метров. Кто не успел, вынужден искать место в закоулках близлежащих домов и заезжать на тротуары, предназначенные для ног пешеходов, а не шин европейского автопрома. Зона, отделённая шлагбаумом, размечена номерами элитных машин бизнес-класса принадлежащих верхушке управления.

Главный вход, над которым величественно словно над воротами Колизея, красуется надпись: «Строительный холдинг Атлант», распахивает двери для скреплённых обязательствами трудового договора работников. Заспанные лица сотрудников сухо приветствуют грозные охранники с кирпичными выражениями лица. Далее система контроля и управления доступом сканирует электронный пропуск, и человек пересекает черту, за которой оканчивается мирская жизнь.

Лестницы, лифты и коридоры наполняются единицами, имеющими сухую маркировку. Должность. Отдел. Управление. Департамент. Каждая единичка двигается по строго определённому маршруту. Здание поделено на территории, отведённые бухгалтерам, юристам, финансистам, инжинирингу, проектантам, строителям, комплектовщикам и закупщикам. Кадровики и безопасники занимают особые пролёты, оборудованные дополнительными камерами видеонаблюдения.

Кабинеты похожи друг на друга как две капли воды, расплескавшейся из стаканчика у кулера в зоне отдыха. Шкаф для верхней одежды, шкаф для папок и канцелярии, угловатые столы мрачных оттенков с одинаковыми телефонами и компьютерами, чёрные кресла сотрудников и неказистые стулья для посетителей. Чем-то напоминает салон ритуальных услуг, особенно в преддверии новогодних праздников, когда цветная мишура словно венки обволакивает пластмассовые рамы окон и пустые стены, впитавшие аромат химических средств для дезинфекции.

– Ну вот я и дома, – сказал Владимир, осматриваясь на новом рабочем месте.

Часы, рабочий календарь, а вот, как раз, и место для грамот и сертификатов: «Максимизация личной эффективности», «Тайм-менеджмент», «Деловые коммуникации», «Личный брэндинг», «Критическое мышление и принятие решений», «Награждается за вклад в развитие корпоративного управления», «Лучший репутационный проект», «За участие в семинаре «Мотивационный аспект на рынке строительства нефтегазоперерабатывающих предприятий».

– Достаточно, – похвалил себя Владимир, украсив пустующие метры стены позади мягкого кресла, – красиво, лаконично и придаёт веса в глазах новых коллег. Пусть знают, зачем я пришёл сюда. Заявим о себе с первой встречи.

Глава 2. Коллектив

– Коллеги, вы знаете что произошли изменения в структуре нашего департамента, и я рад вам представить начальника нового отдела управления проектами, на которого возложены функции консолидации и анализа данных по всем объектам строительства, курируемых холдингом. Владимир Алексеевич Годинский. Прошу любить и жаловать.

– Спасибо, Захар Иванович. Добрый день, коллеги! Я рад влиться в ваш коллектив и надеюсь, что наше сотрудничество будет плодотворным. Я уже сделал рассылку всем присутствующим с номерами телефонов, почтового сервиса и приват коммуникаций, по которым я круглосуточно онлайн и готов ответить каждому в личной беседе.

– Спасибо, Владимир Алексеевич. Коллеги, прошу быть в коннекте. К концу недели мы должны собрать отчёт и сделать предварительный прогноз по налоговой нагрузке для финансовой службы. Прошу предоставить информацию, требуемую отделу управления проектами в нужном разрезе.

Системы связи сделали ненужным личное присутствие сотрудников на оперативных совещаниях. Это позволило сократить впустую потраченное время для каждого члена департамента. Кроме того, это избавило людей от созерцания коллег воочию, ощущения их стойкого аромата тела, перебиваемого парфюмами и дезодорантами, что в целом усилило корпоративный командный дух.

Однако в общих кабинетах всё ещё царила атмосфера собранных в коробке дикобразов, пытающихся найти оптимальное расстояние друг от друга. Владимир Алексеевич быстро освоился среди тех, с кем ему предстояло делить территорию до поры, когда он не заслужит привилегии работать в отдельном кабинете.

Хотя, казалось, командный дух ничуть его не расстраивал и не мешал в работе. Он быстро нашёл общий язык с каждым. Умел шутить с тем, кто хотел посмеяться; разделить возмущение с тем, кто привык недовольно бурчать; посплетничать с тем, кто не мог обойтись без трёпа и обсудить последние новости с тем, кто любил поумничать. На всё у него были готовы ответы, стендаперские остроты, инсайдерская информация и глубокомысленные философские изречения.

Среди мужчин он говорил о женщинах, среди женщин говорил о мужчинах. Он знал гороскопы, лунные календари, предсказания бабы Ванги и алхимика Нострадамуса, неплохо разбирался в сортах виски и двигателях автомобилей. Мог дать совет как приумножить финансы или избежать лишних переплат по кредитам, устроить личные отношения и даже подсказать, как наладить интимную связь с партнёром. Вот какой был уникум Владимир Алексеевич!

При этом никому и в голову не приходило общаться с ним панибратски, на равных. Он вроде бы был и другом, но исключительно старшим, у кого всегда ищешь физической защиты; вроде бы был и добрым, но ни как мама, готовая простить любую шалость, а, скорее, как папа, готовый дать подзатыльник, если начать пренебрегать хорошим к тебе отношением; понимающим как священник, но в то же время строгим как прокурор. Темы спорта, политики и религии словно семечки отскакивали от его белоснежных ровных зубов.

В целом, его улыбка очаровывала, а сдвинутые брови заставляли прислушиваться. Одет он был как с иголочки, крепкое тёплое рукопожатие говорило о твёрдом уверенном характере, а уложенная под теннис причёска завершала образ идеального мужчины с дневной щетиной, волевым подбородком и ровным прямым носом, сошедшим с обложки глянцевого журнала «Men Today».

Ирина Александровна пыталась ему понравиться, хотелось ей того или нет. Ничего нельзя поделать с природой меж половых отношений. Особенно, когда ты, во-первых, молодая, стройная, красивая, свободная девушка; во-вторых, имеешь на руках ребёнка от первого брака; в-третьих, живёшь хоть и не в плохих условиях, но с мамой, являющейся по документам хозяйкой квартиры, и, в-четвёртых, рядом с тобой появляется холостой привлекательный перспективный мужчина.

Сначала это было острожное поползновение в сторону улыбающегося самодовольного самца. Эдак, пройтись рядом со столом, обдавая шлейфом душистого аромата с неуловимыми для обоняния феромонами и сверкая ровными загорелыми ножками, обнажёнными ровно до тех пор, до каких позволяет дресс-код холдинга.

– Великолепно выглядите, Ирина Александровна, – всегда отмечал Годинский.

Вроде бы заметил, но почему тогда улыбнулся и продолжает работать? Значит, приманка арканит не должным образом. Что делать в такой ситуации? Необходимо нарушить дресс-код, нацепив на упругую задницу что-то более обтягивающее и более короткое. Сказано – сделано. Мужская половина коллектива в восторге; трут, кучкуясь человек по пять, истории о былых похождениях и великих победах в постели над такими, с позволения сказать, девушками лёгкого поведения. Женская половина недовольно бурчит, сбиваясь в галдящие стайки, тоже, в принципе, награждая смелую завоевательницу нехорошими для коллеги эпитетами. А вот главный виновник торжества всё также непреклонен. Даже замечание сделал:

– С каждым днём ваша красота, Ирина Александровна, проступает всё отчётливее для мужских и женских глаз холдинга. На входе вам не сделали “комплимент” о слишком короткой юбке?

– Какая зарплата, такая и юбка!

Ирина была в бешенстве. Мужчина продолжал работать, вместо того, чтобы как заколдованный пудель крутиться возле её сладкого места. Тогда, памятуя песню молодости «Вечером на лавочке» в исполнении Юрия Клинских, она решила, что надо как-то намекнуть более прямолинейно:

– Владимир Алексеевич, может быть в обед сходим в кафе, отметим ваше трудоустройство?

– Отличная идея, – поддержал её Николай Петрович, специалист по организации строительно-монтажных работ, сидящий рядом.

– Спасибо за приглашение, Ирина Александровна, но мне нужно работать, задания сыпятся как из рога изобилия.

– Вы никогда не обедаете, как вам это удается?

– Что именно?

– Работать по 10 часов без перерыва на обед и чай?

– Тибетская практика. Современная культура питания негативно сказывается на человеческом организме. Я сторонник интервального голодания.

– Как интересно, заодно и расскажите мне о древнем методе, пока я буду отравлять желудок обедом, – улыбнулась Ирина. – Нельзя же работать без остановки!

– Если мы хотим добиться результата для холдинга, то это необходимо. Прозрачная обоснованная отчётность требует максимизации усилий каждого из сотрудников, и принцип Парето в данном случае не будет работать. «Атлант» переживает период стагнации по привлекаемым инвестициям, что пагубно отражается на сотрудниках. Только личная самоотдача каждого из нас может изменить ситуацию.

– Боже мой, – протянула ошеломлённая Ирина, показывая Николаю Петровичу, что Годинский не то, чтобы сошёл с ума, но, как минимум, является мужичонкой со странностями.

Тем не менее, попыток раздёргать его, привлекая к себе внимание, она не оставила и прибегла к ещё одному из древнейших способов завоевания сильных мира сего.

– Володя, можно вас попросить помочь передвинуть стол?

Годинский вопросительно посмотрел на неё, словно на уверенного в себе пешехода, переходящего дорогу в неположенном месте. С каких это пор он превратился из Владимира Алексеевича в Володю?

– Знаете, решила изменить положение относительно окна, чтобы свет падал слева, – улыбнулась девушка, завершая обманный трюк.

Старая как мир практика: наносится основной удар, а после внимание жертвы уводится в сторону забавным комментарием. Но Годинский был на страже:

– Вы хотели сказать Владимир, Ирина Александровна?

Ушки коллег навострились, почувствовав неловкое напряжение, повисшее в кабинете.

– А какая разница? – не ожидавшая защитной реакции спросила девушка.

– Володя меня называла мама, вскармливая грудью и раскачивая на руках до тех пор, пока я самостоятельно не научился пользоваться ложкой. В вашем обращении нет ничего предосудительного, но я бы предпочёл, чтобы мы использовали корпоративный этикет при общении.

– Хорошо, Владимир Алексеевич, если не хотите мне помочь, то могли бы так прямо и сказать, – обиженно проворчала Ирина.

– В холдинге «Атлант», насколько мне удалось разобраться во внутренней структуре, есть специальные службы, которые занимаются установкой компьютеров и передвижением мебели. Нужно всего лишь оформить заявку через «Service Desk». Можно сделать всё самому, обесценив, тем самым, эволюционный процесс предыдущих поколений, закончившийся, в итоге, разделением труда. Однако, во-первых, это будет сделано в нарушение стандартов холдинга и регламентов взаимодействия между службами, а, во-вторых, это не входит в мои обязанности, соответственно, и не оплачивается работодателем. А из своего кармана вы, я предполагаю, платить мне не собираетесь.

– Да, господи, какая тирада! Я просто попросила по-человечески сделать доброе дело и помочь девушке. Наверное, не осталось больше настоящих мужчин!

– Все настоящие мужчины уже с настоящими женщинами, Ирина Александровна.

– Коллеги, не ссорьтесь по пустякам. Ирина, давай я помогу тебе. Как ты хочешь передвинуть стол? – вмешался в диалог Николай Петрович, словно бы был каждой бочке затычка.

– Спасибо, Коля! Хоть кто-то нашёлся не обременённый знаниями об эволюции.

После Николай спросил у Владимира, поймав его в коридоре у лифта, зачем он так обошёлся с самой красивой в департаменте девушкой? Все её любят и хорошо с ней ладят, никогда ни в чём не отказывают. Она молода, симпатична, всегда красиво одета и обворожительно морщит носик. Стройная, с ребёнком, без мужика, поэтому любит флиртовать с коллегами. Как итог, любимица коллектива, а он с ней так неделикатно! Так негалантно, словно бы она была не хрупкая женщина, а крепкий суровый дровосек, не знакомый с профессией барбера и понимающий сугубо язык первобытной животной силы, перемешанный с отборными ругательствами и матом.

– Если тебя, Николай Петрович, устраивает обращение Коля, то это твоё личное дело.

– А при чём здесь это? Тебя же попросили помочь со столом.

– Неважно, что меня попросили, важно, кто и как это сделал? Нет такого имени Володя.

– Как это?

– А вот так это. Если ты, Николай Петрович, не догоняешь такие моменты будучи взрослым мужчиной, то это твоё личное дело.

– Объясни.

– Разница между Володей и Владимиром такая же как между Володей и Вовкой. Сегодня тебя называют Володей, а завтра назовут Вовкой. И ты так и будешь двигать мебель для каждого, кто тебя об этом попросит. А я пришёл сюда не за этим.

– А за чем?

– Ты не прокурор, не смотрящий и не мой начальник, чтобы спрашивать о таких вещах, Коля.

Николай Петрович насупился, одновременно почувствовав угрозу со стороны Владимира. Есть определённые слова триггеры, заставляющие человека ощущать не только приливы радости и умиления. Слово «Смотрящий» относится к тюремному сленгу, и в мужской среде, пропускающей в подсознании любое действие через призму, так называемых, «Понятий», обозначает высокий статус уважаемого человека. Соответственно, те, кто используют при общении подобные маркеры из воровского жаргона, ну, как минимум, вызывают опаску. И словно бы усиливая эффект сказанного, Годинский продолжил:

– Мы же не два быка, готовые стучать рогами друг дружку из-за тёлки, переживающей течку. Зачем ты так неосмотрительно изгибаешь колесом грудь и готов защищать пирожок, который тебе никогда не достать из горячей печки? Я не в коем случае не хотел тебя обижать, просто не вижу предмет для ссоры. С Ириной у меня не те отношения, чтобы я был для неё Володей. Я тебя заверяю, Николай Петрович, я не пил с ней на брудершафт Мартини в спальне.

Николай Петрович кивнул, и больше они к теме личных обращений не возвращались. Надо сказать, что почтительное отношение Владимир Алексеевич заслужил не из-за того, что мог поставить на место коллег, находящихся с ним на равных или ниже в должностной иерархии. У него получалось проводить жёсткие разговоры и с теми, кто занимал более высокий статус в холдинге. Это не могло ни придавать ему веса среди сотрудников, с которыми он делал общее дело на рынке ЕРС-подрядчиков.

– Послушай, Алексеевич, мои передали, что ты не принимаешь план на следующий квартал, – звонил ему, например, руководитель одного из проектов.

– Всё верно, мои расчёты не отражают картины, которую вы предоставляете.

– Что значит твои расчёты? Мы дали прогноз! Будь добр свести его в общий отчёт. За цифры отвечаю я, как руководитель проекта, а не ты, чтобы решать верные они или нет!

– Валерий Станиславович, коль уж мы перешли на ты, то будь любезен дать обоснование плану, как прописано в приказе. Рисовать красивую картинку убыточному проекту я не собираюсь. У меня не отдел статистики, чтобы принимать на веру данные проектных офисов. Можешь указать, что не согласовываешь отчёт и вынести предложение по защите собственных показателей на комитет. Акционеров интересует прибыль, а не сопливые отчёты управленцев в конце периода: «Да, мы просчитались, но на то у нас были веские основания – здесь недопоставили, здесь не сумели вовремя заключиться, а здесь нас подвели нехорошие партнёры». Всегда можно обосновать несбыточную надежду, вместо того, чтобы честно оторвать задницы от стула и начать закрывать слабые места в проекте, дабы избежать переноса календарных сроков.

– А с каких пор ты радеешь за интересы акционеров?

– Я надеюсь, Валерий Станиславович, что ослышался, и ты сейчас не кусаешь руку, которая тебя кормит?

– Значит не хочешь меня выручить?

– Я собираю план и защищаю его на комитете, подсвечивая руководству дыры, через которые холдинг теряет деньги. Функция выручайки в моей должностной не прописана.

И скоро все поняли, что Владимир Алексеевич не просто образованный и хороший парень. Он кремень, эмоционально собранный и умеющий сказать нет и красивой девочке в мини юбочке и суровому дяденьке в шёлковом галстучке.

Глава 3. Корпоратив

Первый корпоратив Владимир Алексеевич отмечал уже ближе к телу руководящего состава. Исполнителей и мелких сошек, труд которых не требовал специальных знаний и большого ума, рассадили поодаль от генералитета холдинга.

Надо сказать, что чести быть близким к верхам, Годинский добился заслуженно. От принимающих решения не ускользнула железная дисциплина нового сотрудника, его умение справляться с поставленными задачами, невероятная по масштабам стрессоустойчивость и умение продавливать свою позицию на совещаниях.

Он был не из тех, кто отмалчивается, ожидая скорейшего окончания рабочего дня. На собраниях взяв слово, он чётко выстраивал речь, раскладывая по полочкам то, что хотел получить от коллег, одновременно обрисовывая для руководства очевидные преференции от тех или иных решений. Не чурался инициативы и словно математик, доказывающий теорему, настойчиво добивался исполнения каждого из пунктов своих требований.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.