Борис Вадимович Соколов
Третий рейх

© Б. Соколов, текст, 2024

© Издательство АСТ, 2024

Почему гитлеровский рейх был Третьим

30 января 1933 года президент Германии фельдмаршал Пауль фон Гинденбург назначил лидера Национал-социалистической рабочей партии Германии (НСДАП) Адольфа Гитлера рейхсканцлером, т. е. главой германского правительства. С этого момента берет свое начало история Третьего рейха, бесславно завершившаяся через 12 лет и три месяца, в мае 1945 года, после поражения в развязанной Гитлером Второй мировой войне – самой кровопролитной в истории человечества. А ведь 4 сентября 1934 года рейхсканцлер Адольф Гитлер заявил на съезде Национал-социалистической рабочей партии Германии в Нюрнберге: «Немецкий порядок жизни бесспорно предопределен на тысячелетие вперед. Эпоха нервозности девятнадцатого столетия нашла свое завершение в наше время. Никакой другой революции в Германии не будет тысячу лет!». Отсюда идет выражение «тысячелетний рейх». Но реальный период существования Третьего рейха оказался в 80 с лишним раз короче.[1]

Адольф Гитлер пожимает руку рейхспрезиденту Паулю фон Гинденбургу. Потсдам, 21 марта 1933. Федеральный архив Германии

Впрочем, Йозеф Геббельс, будущий министр образования и пропаганды и гаулейтер Берлина, в своем романе «Михаэль, или Судьба Германии в страничках дневника», написанном в 1924 году, но опубликованном только в 1929-м, утверждал: «Если мы одержим победу, создав новый тип немца, то мы воцаримся на земле на следующее тысячелетие… Панславизм! Пангерманизм! За кем же будущее? Нет, я не отступник. Я верю в нас, Германия… Мир принадлежит тому, кто в состоянии овладеть им». Однако роман «Михаэль» так и остался малоизвестным. Поэтому мечта о «тысячелетнем рейхе» стала популярна в Третьем рейхе после гитлеровского выступления в сентябре 1934 года. Десятки миллионов немцев искренне верили, что созданная Гитлером империя достигнет пика своего могущества, будет диктовать свою волю сначала Европе, а потом всему миру и будет существовать на протяжении многих веков. Тем горше оказалось разочарование в 1945 году.[2]

К власти НСДАП пришла вполне легальным путем, посредством демократических выборов, но буквально в первые недели пребывания у руля отбросила все демократические нормы и принципы, установив жесткую тоталитарную диктатуру, сочетавшую режим личной власти Гитлера и партийную диктатуру НСДАП.

Так почему же все-таки этот рейх назывался Третьим? Первым рейхом в германской истории считалась Священная Римская империя германской нации, существовавшая с 962 по 1806 год, а Вторым рейхом – Германская империя, созданная в результате объединения Германии вокруг Пруссии и существовавшая в 1871–1918 годах. Правившая в Первом рейхе католическая династия Габсбургов в ходе Тридцатилетней войны 1618–1648 годов пыталась преодолеть феодальную раздробленность Германии, подчинив все германские государства своей власти, и завоевать гегемонию в Европе. Однако протестантские княжества в союзе с Швецией и Францией смогли отстоять свою независимость от империи Габсбургов, чьим союзником выступала Испания. В результате по Вестфальскому миру все германские государства сохранили фактическую независимость, а вероисповедание правителя (короля, герцога или князя) определяло вероисповедание его подданных. Власть императора в германских государствах превратилась в номинальную, и фактически Первый рейх как реальное государственное образование, объединяющее почти все германские земли, перестал существовать, хотя формально он сохранялся до 1806 года.

Первый рейх после Тридцатилетней войны в качестве централизованного государства включал в себя только наследственные владения Габсбургов – нынешние Австрию и Чехию. В 1713–1792 годах к ним добавились Австрийские Нидерланды – нынешняя Бельгия. Кроме того, империя Габсбургов владела территориями современных Венгрии, Словакии, Хорватии, Словении, частью Румынии (Трансильвания), частью Польши, Северной Италии и некоторых других современных государств. Но все они не входили в состав Первого рейха. В результате поражения Габсбургов в войнах с Наполеоном Священная Римская империя перестала существовать в 1806 году, а владения Габсбургов образовали новую, Австрийскую империю.

После поражения Наполеона Австрийская империя и Пруссия вели борьбу за создание Второго рейха – объединение вокруг себя всех германских государств. Австрия потерпела поражение в австро-прусской войне 1866 года, и в итоге Германская империя была создана во главе с Пруссией после победы пруссаков и их союзников – южно-германских государств во франко-прусской войне 1870–1871 годов. Но в состав Германской империи не вошла Австрийская империя, с 1867 года превратившаяся в двуединую Австро-Венгерскую монархию.

Крах Второго рейха в результате поражения в Первой мировой войне, сопровождавшийся распадом Австро-Венгрии, и тяжелые для побежденных условия Версальского мира вызвали сильнейшие реваншистские настроения в Германии, которые способствовали приходу Гитлера к власти. В Австрии же было сильно движение в пользу аншлюса (присоединения к Германии). Присоединиться к Германии стремились также немцы Чехии, составлявшие большинство в пограничной Судетской области. Десятки миллионов немцев, задыхавшихся под гнетом версальских репараций, и особенно миллионы тех, кто эмигрировал из отторгнутых от Германской империи территорий Польши, Эльзас-Лотарингии и Мемеля, жаждали реванша. Нужен был человек, который мог бы воодушевить немецкий народ на борьбу за восстановление империи.

И таким человеком, к несчастью, оказался Адольф Гитлер. Мало кто из немцев тогда думал, что освобождение от пут Версаля вызовет еще одну мировую войну, куда как страшнее первой. Все короткое время существования Третьего рейха было посвящено подготовке и ведению войны за мировое господство «германской расы», сопровождавшейся истреблением «расово неполноценных» элементов, прежде всего евреев. При этом для реализации иррациональной по сути расовой доктрины, равно как и идеи мирового господства, использовались вполне рациональные средства в виде первоклассной армии и военно-промышленного комплекса. А для ее обоснования фюрер изрядно подправил культурную историю человечества, поставив во главе ее «германскую расу», будто бы нуждавшуюся в новом «жизненном пространстве».

Все три германских рейха были по преимуществу континентальными империями, в чем было их принципиальное отличие от Британской и Французской империй, основу которых составляли заморские колониальные владения. Правда, в период Второго рейха у Германии были колонии: Германская Юго-Западная Африка, Германское Того, Германский Камерун, Германская Восточная Африка. Кроме африканских владений, у Второго рейха были владения и в Океании: Германская Новая Гвинея, Архипелаг Бисмарка, остров Науру, Каролинские острова и Марианские острова (кроме Гуама) и Германское Самоа, а также китайский город и военно-морская база Цзяо-Чжоу (Циндао) (прилегающая к нему китайская провинция Шаньдун являлась германской сферой влияния). Но все эти колонии были потеряны в результате поражения в Первой мировой войне. Одним из пунктов программы Гитлера было возвращение бывших германских колоний, однако из-за отсутствия у Германии сильного флота никаких попыток вернуть потерянные колонии он не предпринимал. Но все-таки все три рейха в основе своей внешней политики имели экспансию в Европе. Гитлеру в 1942 году удалось даже оккупировать почти всю Европу и прилегающую к ней значительную часть Северной Африки, что не спасло его от конечного разгрома и гибели вместе с Третьим рейхом.

Германская империя во всех трех ее исторических проявлениях была ближе всего к таким континентальным европейским империям, как Австро-Венгерская двуединая монархия и Российская империя. Строго говоря, Российская империя тоже владела колониями – территориями Кавказа и Центральной Азии, а также Аляской в Северной Америке. Но, за исключением Аляски, колонии являлись непосредственным продолжением континентальной части империи. Австрийская империя же фактически была Первым рейхом после Тридцатилетней войны, но при этом в нее входил только минимум собственно германских земель.

Принципиальное же отличие Германской империи от Российской и Австро-Венгерской империй заключалось в ее относительной монононациональности. Немцы резко преобладали по численности уже во времена Второго рейха, но тогда существовали довольно крупные национальные меньшинства – эльзасцы, лотарингцы, поляки, датчане, не говоря уже о евреях. В Третьем же рейхе изначально присутствовали в качестве значительных по численности национальных меньшинств только евреи и поляки, причем первые были лишены всех гражданских прав и в конечном счете подлежали уничтожению, а вторые тоже считались неблагонадежными, хотя формально не ограничивались. В отличие от Германской империи, Австро-Венгерская и Российская империя были многонациональными государствами. В Австро-Венгрии ни одна нация не составляла даже ярко выраженного относительного большинства. По последней переписи 1910 года немцы составляли 23,5 % от всего населения, венгры – 19,1 %, чехи и словаки – 16,5 %, сербы и хорваты – 10,5 %, поляки – 10 % и украинцы (русины) – 8 %. В Российской империи титульный этнос, собственно русские (великороссы) составлял только около половины всего населения. В наследовавшем Российской империи Советском Союзе за счет отпадения Польши и Финляндии, а также стран Балтии и Бессарабии доля русских сначала повысилась и в 1926 году составляла 52,9 %. Но в дальнейшем из-за присоединения Западной Украины и Западной Белоруссии, а также Бессарабии и стран Балтии, равно как и более высокого естественного прироста у народов Центральной Азии и Кавказа, доля русских вновь снизилась и в 1989 году, за два года до распада СССР, составляла только 50,8 %. Вплоть до конца своего существования Советский Союз оставался многонациональным государством. И он же стал главным противником Третьего рейха во Второй мировой войне и сломал хребет вермахту. [3][4]

Третий рейх в начале пути: установление диктатуры и подавление несогласных

Первое, чем занялись нацисты после прихода к власти, это устранение других партий с политической арены. Первоначально правительство Гитлера было коалиционным. НСДАП поддерживала Немецкая национальная народная партия, также представленная в правительстве. Но уже в июне 1933 года ее штаб-квартира была разгромлена штурмовыми отрядами (СА) НСДАП. Немецкую национальную народную партию вынудили к самороспуску. Часть ее членов влилась в НСДАП.

Первоначально кроме Гитлера в составе кабинета министров было лишь двое нацистов. Герман Геринг, летчик-герой Первой мировой войны и второй человек в партии после Гитлера, возглавил министерство внутренних дел Пруссии и стал комиссаром рейха по делам авиации. Лидер парламентской фракции нацистов Вильгельм Фрик возглавил министерство внутренних дел. Но этого было вполне достаточно для установления диктатуры, так как сторонники Гитлера контролировали основные силовые структуры, кроме рейхсвера. К тому же у НСДАП была своя мощная военизированная организация – более 400 тыс. штурмовиков Эрнста Рема, бывшего капитана кайзеровской армии и рейхсвера, объединенных в штурмовые отряды (СА) (после прихода Гитлера к власти число штурмовиков увеличилось). Кроме того, у партии были охранные отряды (СС). В отличие от Рема, Генрих Гиммлер, назначенный в 1929 году рейхсфюрером СС, делал упор не на количество, а на качество бойцов, стремясь сделать из СС отборную гвардию партии. Личный состав он формировал, исходя из двух основных критериев: безусловная преданность идеям и целям национал-социализма и полное соответствие «нордическому» расовому типу.

Кабинет министров под руководством Адольфа Гитлера. Гитлер – в центре, Герман Геринг – сидит слева от него, Вильгельм Фрик – стоит между ними. 30 января 1933 года. Федеральный архив Германии

С самого начала правления нацистов особое внимание уделялось «расовой чистоте» государственных служащих. С государственной службы изгонялись не только евреи, но и те, у кого была хотя бы половина еврейской крови. К членам же НСДАП и ее военизированных структур предъявлялись повышенные расовые требования.

Забота о расовой чистоте «Черного ордена», как неофициально называли СС, была настоящей «идеей фикс» для его главы – Гиммлера. В январе 1932 года он издал кодекс о браке для членов СС. Там, в частности, говорилось:

«Каждый служащий СС, который намерен жениться, должен получить для этой цели брачный сертификат рейхсфюрера СС.

Те члены СС, которые женятся, не получив сертификата, будут исключены из СС; им будет предоставлена возможность аннулирования брака.

Детальная обработка прошения о браке – задача Расовой службы СС.

Расовая служба заведует Книгой кланов СС, в которую будут внесены семьи членов СС после выдачи брачного сертификата.

Рейхсфюрер СС, управляющий Расовой службы и специалисты службы дают честное слово в том, что сохранят секретность». [5]

Кодекс предписывал каждому эсэсовцу получить сертификат одобрения для своей невесты, дабы чистота нордической расы, представителем которой он является, оставалась нетронутой в крови его потомков. Специальная Расовая служба вела родословные каждого члена СС, ему на руки выдавалась его генеалогическая книжка. Невеста и ее родители должны были доказать, что здоровы физически и психически, девушку тщательно обследовали и оценивали врачи СС, которые должны были убедиться, что она может быть достаточно плодовита. Арийская кровь предков, не испорченная славянами, евреями и другими низшими расовыми элементами, для каждой женщины, выходящей замуж за члена СС, должна была быть установлена вплоть до 1750 года. Помимо нордических черт лица, образцовые жены должны были хорошо знать историю, владеть иностранными языками, уметь ездить на лошади, плавать, управлять автомобилем, стрелять из пистолета. Кроме того, они обязаны были образцово вести домашнее хозяйство и уметь готовить. После соответствующего экзамена кандидатка в жены члена СС получала соответствующий диплом.

Гиммлер считал, что руководящие кадры НСДАП и СС должны иметь возможность покинуть своих жен и выбрать новых в соответствии с упомянутым эталоном. Как Гитлер, так и Гиммлер были единодушны в том, что после войны следует ввести легализованное двоеженство для стимулирования рождаемости. Гиммлер говорил: «Если та хорошая кровь, которая лежит в основе нашего народа, не будет приумножаться, то мы не сможем установить господство над миром… Народ, который имеет в среднем по четыре сына в семье, может отважиться на войну, ибо если двое погибнут, то оставшиеся двое продолжат свой род. Руководители же, которые имеют одного или двух сыновей, при принятии любого решения будут колебаться. На это мы не можем пойти».[6]

Генрих Гиммлер. 1938 год. Федеральный архив Германии

Для невест СС были учреждены специальные школы, где помимо политического образования будущих жен членов СС обучали ведению домашнего хозяйства, гигиене деторождения и принципам воспитания будущих детей в традициях национал-социализма.

4 июня 1932 года Гиммлер впервые встретился со Рейнхардом Гейдрихом, капитан-лейтенантом кайзеровского флота, в свое время изгнанным из флота за нарушение офицерского кодекса чести – отказ от обещания жениться. Его познакомил с Гиммлером Карл фон Эберштейн, в будущем полицай-президент Мюнхена и обергруппенфюрер СС, чья мать была крестной Гейдриха. Они встретились в Вальдтрудеринге. Гейдрих одно время служил в военно-морской разведке, в политическом секторе разведотдела Балтийского флота, и Гиммлер решил поручить ему организацию в рамках СС собственной Службы безопасности (СД) (Sicherheitsdienst). В ее функции входила слежка за самими эсэсовцами, за всеми членами НСДАП, а в особенности за штурмовиками, так как амбиции их вождя Эрнста Рема все больше беспокоили Гитлера и Гиммлера.

Гейдрих сделался для Гиммлера поистине незаменимым человеком. Позднее рейхсфюрер говорил своему мануальному терапевту Феликсу Керстену, что Гейдрих «обладал безошибочным чутьем на людей… Будучи сам расколотой личностью (из-за осознания того, что в нем четверть еврейской крови. – Б. С.), он с уверенностью мог ощутить такой раскол в других. Он предвидел поступки врага или друга с совершенно поразительной ясностью. Его коллеги почти не осмеливались ему лгать; он всегда чувствовал ложь. Он мог читать их побуждения, как открытую книгу… Начальником он был нелегким, и его справедливо боялись. Он навязывал подчиненным собственное беспокойство и подгонял их так, словно что-то постоянно подгоняло его самого. В целом он был воплощением недоверия – «сверхподозрительным», как его называли, – и никто не мог этого долго выдержать. Если, презрительно скривив губы, он заявлял: «Господин рейхсфюрер, этот человек – негодяй», то в этом всегда что-то было, и довольно скоро он с триумфом предъявлял доказательства. На многих докладах, которые мне приносили, а я передавал их ему, чтобы он высказал свое мнение, он писал резолюцию: «Не верьте этому – просто слух – дикое измышление». Когда я спрашивал, предпринимал ли он расследование по данному вопросу, он отвечал – еще нет, это просто его ощущение. Обычно он оказывался прав. Он никогда не забывал раз услышанных имен; его дар к сопоставлениям превосходил все прочие таланты, он был живой картотекой, мозгом, в котором хранились и сплетались воедино все нити. Короче говоря, он был прирожденным офицером разведки и идеальным главой полиции безопасности… Он презирал любых льстецов, а тех, кто клеветал на других, считал морально дефективными. Любой, пытавшийся организовать интриги внутри СС, возбуждал его ненависть. Он настаивал на строжайшей научной независимости исследований, проводившихся СС во всех областях, которые находились под его надзором. Конечно, затем он по-макиавеллиевски пользовался имеющейся информацией ради своих целей. Решая какую-либо задачу, он не щадил ни себя, ни других».[7]

Сеть СД к концу 30-х годов насчитывала тысячи осведомителей (как правило, внештатных). Их ранжировали по категориям: доверенные лица, агенты, поставщики сведений, помощники, ненадежные. Данные, стекавшиеся с мест в штаб-квартиру СД, классифицировались по содержанию, после чего эксперты обрабатывали и анализировали их. Из отраслевых анализов составлялся затем общий отчет. К его редактированию привлекались чиновники центрального аппарата – юристы, врачи, педагоги, экономисты, журналисты и пр. Отчеты о настроениях населения также представляло гестапо и гаулейтеры. Доклады последних попадали к заместителю Гитлера по партии Рудольфу Гессу, а после его полета в Англию – к Мартину Борману.

Быстро росла численность СС. В декабре 1930 года там значилось 2727 человек, в декабре 31-го – 14 964, а к тому времени, как правительство распустило СС и СА в апреле 1932-го, в СС насчитывалось 30 000 членов. В мае же 1933 года, после установления нацистской диктатуры, эсэсовцев было уже 52 тысячи. Столь большой массой было непросто управлять, тем более из Мюнхена. Для усиления своего влияния Гиммлер использовал досье, которые собирала на каждого эсэсовца служба Гейдриха, официально именовавшаяся отделом информации. Там же велись досье и на противников НСДАП.

Гиммлер создал отряды «Мертвая голова», главным предназначением которых стала охрана концлагерей, что стало важным шагом к его будущей победе над Герингом. Их возглавил Теодор Эйке, отставной унтер-офицер, ветеран Первой мировой войны. В марте 1933 года рейхсфюрер СС подписал приказ об открытии лагеря в Дахау, в 12 милях северо-западнее Мюнхена. Там говорилось: «В среду 22 марта близ Дахау будет открыт первый концентрационный лагерь. В нем будет размещено 5000 узников. Планируя лагерь такого масштаба, мы не поддадимся влиянию каких-либо мелких возражений, поскольку убеждены, что это успокоит всех, кто уважает нацию, и послужит к их пользе. Генрих Гиммлер, начальник полиции Мюнхена». 1 ноября 1933 года Эйке ввел в действие правила внутреннего распорядка в Дахау. Они гласили: «Срок заключения в концентрационном лагере будет открыто объявлен как “до особого распоряжения”»… В особых случаях рейхсфюрер СС и начальник немецкой полиции отдает приказ о телесном наказании в дополнение к содержанию в концентрационном лагере… В этом случае также ничто не препятствует распространению слухов об этом возросшем наказании… для усиления устрашающего эффекта. Естественно, для распространения подобных новостей будут отбираться подходящие и надежные люди. [8]

Массовая перекличка войск на съезде НСДАП. Фотограф Ч. Рассел. Нюрнберг, 11 сентября 1935 года. Вашингтон, Национальное управление архивов и документации

Будут повешены следующие преступники, считающиеся агитаторами: все, кто… произносит провокационные речи и проводит митинги, организует клики, бездельничает; все, кто с целью поддержания пропаганды оппозиции рассказывает истории о зверствах, собирает верную и ложную информацию о концентрационном лагере…»[9]

Использовав в качестве предлога пожар рейхстага, который был устроен террористом-одиночкой голландцем Маринусом Ван дер Люббе, психически неуравновешенным человеком, членом Коммунистической партии Нидерландов, всерьез рассчитывавшим своей акцией поднять антинацистское восстание в Германии, нацисты развернули террор против коммунистов и социал-демократов, которых обвинили в поджоге здания парламента. Доказать эти обвинения в суде не удалось, но дело было сделано.

24 февраля по приказу Геринга, который с августа 1932 года являлся председателем рейхстага, полиция заняла Дом имени Карла Либкнехта в Берлине – штаб-квартиру компартии. Геринг объявил, что там были найдены бумаги, содержащие планы коммунистической революции и предусматривающие, в частности, поджог правительственных зданий и вообще крупных зданий в столице. Это заявление было подготовлено в виде меморандума для членов правительства. Там утверждалось: «Поджог рейхстага должен стать сигналом к восстанию. Планировались многочисленные теракты против отдельных лиц и частной собственности, причем впереди террористических групп предполагалось пускать женщин и детей». У коммунистов, действительно, были собственные военизированные отряды – Союз красных фронтовиков «Рот фронт», но они значительно уступали по численности штурмовикам Рема. К тому же на стороне Гитлера теперь были силы полиции и армии. В этих условиях начинать вооруженное восстание для коммунистов было бы чистым безумием. Никто из независимых наблюдателей не поверил, что коммунисты в преддверии очередных выборов, где они еще имели шансы склонить избирателей на свою сторону, готовы были пойти на столь самоубийственный шаг. Гораздо более вероятным казалось, что план коммунистической революции – это сработанная Герингом фальшивка, призванная оправдать репрессии против ротфронтовцев. Во всяком случае, ни полиция, ни штурмовики не были приведены в повышенную готовность, а здание рейхстага не было оцеплено кольцом усиленной охраны.[10]

Вечером 27 февраля, когда рейхстаг действительно подожгли, внутри здания находился только один ночной вахтер, а снаружи его охранял всего один полицейский.

Сразу же после поджога рейхстага Гитлер добился у Гинденбурга издания декрета, временно приостанавливающего действие семи ключевых статей Конституции. 1 марта 1933 года специальным законом «О защите народа и Рейха» было приостановлено действие статей Конституции, гарантирующих основные демократические права и свободы. Под предлогом необходимости противодействовать «актам насилия со стороны коммунистов, угрожающим безопасности государства», были ограничены права на личную свободу, свободу слова, свободу собраний, вводилась цензура почты, телеграфных сообщений и телефонных разговоров. Отныне также разрешались аресты и обыски без судебного ордера. Подразделения СС и СА получили право действовать самостоятельно, без какого-либо контроля со стороны полицейского начальства. Фактически был введен запрет на митинги всех партий, кроме НСДАП. Гитлер как рейхсканцлер наделялся чрезвычайными полномочиями. Ряд депутатов рейхстага от левых партий были арестованы, в том числе лидер коммунистов Эрнст Тельман. [11]

Лидер левой оппозиции в самой НСДАП Отто Штрассер, возглавлявший так называемый «Черный фронт», вспоминал: «После поджога Рейхстага у меня уже не было никаких сомнений, что вскоре последуют жесточайшие репрессии. Я слишком хорошо знал Адольфа Гитлера. Той же ночью я собрался и на рассвете отправился в небольшой курортный город в Тюрингии, в котором располагалась наша новая штаб-квартира.

Мой прогноз оказался абсолютно точным. В день моего отъезда гестапо, усиленное отрядами полиции Геринга, захватило все покинутые нами помещения. Хотя люди Гиммлера и Геринга перевернули все вверх дном, они не нашли ничего стоящего и устроили настоящий погром, выплескивая наружу накопившуюся злобу. Жертвами их налета стали сторож и человек, который прикрывал наш отъезд. Оба они были схвачены и отправлены в концлагерь Ораниенбург.

В течение недели в Берлине были арестованы сотни членов «Черного фронта». Волна арестов прокатилась и по провинциям, за исключением Баварии и Южной Германии, так как родину национал-социализма Гитлер прибрал к рукам на шесть недель позже, чем завоевал Пруссию…»[12]

В качестве министра внутренних дел Пруссии Геринг провел основательную чистку прусской полиции. Все лица, заподозренные в антинацистских взглядах, как левые, так и правые, были уволены. Пострадали также лица нетрадиционной сексуальной ориентации, на которых имелись соответствующие материалы в досье отдела 1А, ведавшего политическими вопросами. Кстати, в досье на самого Геринга были не только зафиксированы его морфинизм и пребывание в шведской психиатрической лечебнице, но и содержались утверждения о его «латентной гомосексуальности» и склонности к ярким, пышным нарядам и использованию косметики. Геринг был возмущен подобными клеветническими утверждениями и досье уничтожил.

20 февраля 1933 года Геринг издал распоряжение, в котором полиции предписывалось использовать оружие против участников манифестаций, организованных оппозиционными партиями. А уже 22 февраля 1933 года он своим приказом включил в состав прусской полиции членов СА, СС и «Стального шлема». Их отряды стали вспомогательными полицейскими частями. В одном только Берлине насчитывалось 30 тыс. волонтеров «вспомогательных отрядов полиции».

Выступая 17 февраля 1933 года перед полицейскими в Дортмунде, Геринг объявил, что нужно «при необходимости стрелять без колебаний. Каждый полицейский должен хорошо понять, что бездействие есть более тяжкий проступок, чем любая ошибка, допущенная при исполнении приказа». В тот же день он подписал инструкцию чинам прусской полиции, которая предписывала: «Каждая пуля, вылетавшая из дула пистолета полицейского, это моя пуля; если кто-то называет это убийством, значит, это я убил. Именно я отдал все эти распоряжения, и я настаиваю на них. Всю ответственность я беру на себя и не боюсь ее».[13]

Согласно условиям, которые поставил Гинденбург Гитлеру, вручая ему канцлерство, в случае правительственного кризиса следовало немедленно провести новые всеобщие выборы. Гитлера это вполне устраивало. Вскоре он спровоцировал разногласия с консервативным большинством кабинета и назначил на 5 марта 1933 года новые выборы. Поскольку полиция была уже под контролем нацистов и пополнилась сотнями тысяч штурмовиков и эсэсовцев, НСДАП рассчитывала эффективно пресекать любую агитацию, направленную против нее, не говоря уже об антифашистских демонстрациях, а левую оппозицию предполагалось нейтрализовать еще до выборов.

20 февраля Геринг в резиденции президента рейхстага принял группу промышленников во главе с бывшим президентом Рейхсбанка доктором Яльмаром Шахтом. На этой встрече выступил Гитлер, пообещавший, что с улиц и фабрик исчезнут марксисты, будет оздоровлена экономика и восстановлена армия. Главное же, фюрер попросил денег на выборы, заявив, что в следующий раз доить бизнес будут нескоро – новые выборы состоятся, в лучшем случае, лет через десять. Бизнесмены собрали 3 млн марок.

5 марта 1933 года в обстановке всяческого запугивания противников нацистов прошли выборы в рейхстаг. Геббельс назвал это «днем пробуждения нации». Ко дню выборов был убит 51 противник национал-социалистов и несколько сотен ранены. Потери среди национал-социалистов составили 18 убитых и более сотни раненых. Выступая в Кёнигсберге накануне голосования, Гитлер обратился к немецкому народу с патетическим призывом: «Теперь опять высоко и гордо держи свою голову! Больше ты не порабощен и не закабален, теперь ты опять волен… милостивой помощью Божией».[14]

НСДАП получила около 44 % голосов. Компартия была запрещена и в выборах не участвовала, но за поддерживаемый ею список проголосовало почти 12 % избирателей. Социал-демократы получили 18 % голосов. Немецкая национальная народная партия, выступавшая как Черно-бело-красный боевой фронт, с привлечением фракции, отколовшейся от партии Центра, получила около 8 % голосов, и вместе с ней нацисты получили, наконец, абсолютное большинство, хотя и не смогли сформировать однопартийное правительство, на что они очень рассчитывали. У НСДАП стало 288 мандатов, Партия Центра имела 73, СДПГ – 120, коммунисты – 81, Черно-бело-красный боевой фронт – 52 мандата.

23 марта, на заседании рейхстага нового созыва, Гитлер выступил с программным заявлением: «Чтобы получить возможность выполнить задачи в пределах обрисованных выше общих рамок, правительство выносит на рассмотрение рейхстага от имени двух партий – Национал-социалистической и Немецкой национальной – проект закона о чрезвычайных полномочиях… Духу национального возрождения и поставленной цели не отвечал бы такой порядок, при котором правительство просило бы одобрения своим мерам у рейхстага от случая к случаю, торгуясь и выпрашивая. У правительства нет намерения упразднить рейхстаг как таковой. Напротив, оно и в будущем будет время от времени информировать его о своих мероприятиях… Правительство собирается использовать этот закон лишь настолько, насколько это необходимо для осуществления жизненно необходимых мер. Никакой угрозы существованию рейхстага и рейхсрата не возникает. Позиция и права господина рейхспрезидента остаются неприкосновенными… Существование земель не упраздняется…». И бросил вызов социал-демократам и другим оппозиционерам, протестовавшим против фактической ликвидации рейхстага: «Поскольку правительство располагает явным большинством, число случаев, когда в силу внутренней необходимости потребуется использовать закон, будет само по себе ограниченным. Ввиду этого правительство национального возрождения тем более настаивает на принятии закона. Оно предпочитает в любом случае четкое решение. Оно предоставляет партиям рейхстага возможность спокойного развития Германии и намечающегося на этой основе в будущем взаимопонимания, но оно столь же исполнено решимости и готово ответить на выражение неприятия и тем самым на предупреждение о сопротивлении. Теперь решайте сами, господа депутаты, быть миру или войне». [15]

После этого был принят закон, передавший правительству на четырехлетний срок все права парламента. Для того чтобы получить необходимое при голосовании конституционное большинство, Гитлер заручился поддержкой партии Центра. Для этого пришлось пообещать подготовить письмо рейхстагу насчет отмены тех положений принятого после пожара рейхстага чрезвычайного декрета, которые нарушали гражданские права и политические свободы. Выполнять данное обещание Гитлер не собирался. Его правительство больше не вернуло никаких полномочий рейхстагу, превратившемуся в простую декорацию.

Декрет, подписанный Гинденбургом утром после пожара рейхстага, давал полиции право, не считаясь с парламентской неприкосновенностью, арестовывать также депутатов рейхстага, которые в этом случае лишались своих полномочий. Геринг предложил арестовать всех депутатов-коммунистов и часть депутатов-социалистов. Остальные депутаты, оставшиеся на свободе, тогда вряд ли рискнут голосовать против закона о чрезвычайных полномочиях. Все депутаты-коммунисты и 26 социал-демократов были арестованы, и 23 марта 1933 года необходимое большинство при голосовании было получено. «За» голосовал 441 депутат, «против» рискнули выступить лишь 84. Перед голосованием, отвечая на критику со стороны социал-демократов, Гитлер заявил:

«Вы говорите о преследованиях. Я думаю, лишь немногие из наших представителей здесь не испытали на себе преследований с вашей стороны, не побывав в тюрьме… Вы, кажется, совсем забыли, как с нас годами срывали рубашки, потому что вам не подходил их цвет… Мы выросли на ваших преследованиях!

Вы говорите далее, что критика оказывает целительное воздействие. Конечно, кто любит Германию, пусть критикует нас, но тот, кто поклоняется Интернационалу, нас критиковать не вправе! И в этих вещах истина доходит до вас, господин депутат, с изрядным опозданием. Целительность критики вам следовало бы осознать в то время, когда мы были в оппозиции… Тогда запреты нашей печати шли один за другим, годами запрещались наши собрания! А теперь вы говорите: критика исцеляет!..

Отныне мы, национал-социалисты, откроем немецкому рабочему дорогу к тому, что он вправе требовать. Мы, национал-социалисты, будем выразителями его интересов. Вы, мои господа, больше не нужны… И не путайте нас с буржуазным миром. Вы считаете, что ваша звезда опять может взойти! Взойдет, господа, звезда Германии, а ваша закатится… Прогнившее, старое и дряхлое в народной жизни исчезнет и больше никогда не вернется».[16]

За несколько месяцев, прошедших с тех пор, как Гитлер стал рейхсканцлером, были смещены правительства во всех землях, где нацисты не были у власти, и там стали править гаулейтеры НСДАП. Все политические партии, кроме НСДАП, были запрещены. В течение пяти месяцев после прихода нацистов к власти численность национал-социалистической партии возросла втрое и достигла 2,5 млн человек.

В марте 1933 года Геринг основал первые концентрационные лагеря, следуя примеру испанцев, боровшихся таким образом с повстанцами на Кубе в конце XIX века, и англичан, с помощью концлагерей для мирного населения сломивших сопротивление партизан-буров в начале XX века.

24 октября 1933 года, выступая в берлинском «Шпортпаласте», фюрер демагогически заявил: «Если я буду заблуждаться или если народ сочтет мои действия недопустимыми, то он может казнить меня. Я готов к этому». Но в условиях однопартийной диктатуры, которая одновременно была личной диктатурой Гитлера, никто не мог даже критиковать действия первого лица в государстве, а не то что пытаться привлечь его к судебной ответственности. В апреле отдел 1А прусской полиции стал именоваться государственной тайной полицией (гестапо). Руководители штурмовиков даже стали создавать собственные концлагеря. Но Герингу удалось добиться от Гитлера ликвидации подобных «частных» концлагерей. Последним был ликвидирован лагерь в Оснабрюке, основанный эсэсовцами Гиммлера.[17]

9 ноября 1933 года центральные органы СД, находившиеся в Мюнхене, были преобразованы в Управление безопасности СС и переведены в Берлин. Тем самым был подтвержден их общегерманский статус.

Но в январе 1934 года прусская полиция была подчинена германскому МВД, а вскоре последнее поглотило и прусское МВД. Герингу остался контроль над наиболее многочисленной прусской полицией, но ненадолго. 20 апреля 1934 года рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер был назначен заместителем Геринга как руководителя гестапо Пруссии, но фактически он стал главой тайной полицией. Под его контроль перешла вся полиция за пределами Пруссии и гестапо на всей территории рейха, а также все концентрационные лагеря. Гестапо Гиммлер называл «национальной уборщицей, которая выполняет необходимую грязную работу».[18]

19 февраля 1936 года Гитлер наконец издал декрет, что гестапо является особой политической организацией, чья власть простирается на всю Германию. Девятью днями ранее в Пруссии появился закон о том, что против решения, принятого гестапо, не может быть применена никакая судебная апелляция: «Приказы и действия тайной полиции не подлежат рассмотрению в административных судах». 17 июня того же года Гиммлер был назначен начальником полиции в Министерстве внутренних дел. Рейхсминистр внутренних дел Вильгельм Фрик был лишь формальным начальником Гиммлера, будучи лишен возможности вмешиваться в проводимые СС и СД акции, направленные на преследование и уничтожение политических противников. В августе – сентябре 1936 года политическая полиция всех земель была подчинена центральному органу гестапо в Берлине.[19]

Инспектором концлагерей был назначен Теодор Эйке. В 1937 году был основан образцовый лагерь Бухенвальд вблизи Веймара, на севере появился Заксенхаузен, а после аншлюса лагеря были организованы и в Австрии. В целом ГУЛАГ рейха к началу Второй мировой войны насчитывал более сотни лагерей. После начала войны охрана концлагерей набиралась преимущественно из фольксдойчей, а также из тех иностранных добровольцев войск СС, которые были признаны негодными для службы на фронте. Именно таким людям и приходилось делать основную грязную работу. Множество узников умирало от бесчеловечного обращения или скудного питания, многие были казнены.

Гиммлер мечтал создать собственную армию. С 1934 года СС было запрещено принимать участие в любых учениях рейхсвера. Эсэсовцам выдали малокалиберные винтовки. Гиммлер хотел сделать из них «национал-социалистских нордических солдат». Многие служили в СС по совместительству, так сказать, в свободное от основной работы время, продолжая службу в банке, занятие крестьянским трудом или работой на фабрике. Как и военнослужащие, все эсэсовцы принимали присягу на верность фюреру: «Я присягаю тебе, Адольфу Гитлеру, фюреру и канцлеру рейха, в верности и мужестве. Я клянусь тебе и тем, кого ты назначил моими командирами, в повиновении до самой смерти, и да поможет мне Бог». Еще в 1932 году в Бад-Тельце, в Баварии, был создан центр подготовки руководящих кадров СС. С началом войны он был преобразован в офицерскую школу. Среди дисциплин, получивших приоритет в Бад-Тельце, были различные виды спорта, гимнастика, история, преподававшаяся в полном соответствии с идеологией НСДАП, география, военное дело и расовое самосознание. [20]

В ноябре 1934 года началось создание войск СС, когда штандартенфюрер Пауль Хауссер, в прошлом генерал-лейтенант рейхсвера, был назначен ответственным за военную подготовку СС. Он преобразовал школу командного состава СС в Бад-Тельце в офицерское училище, а затем создал еще несколько таких училищ. Гитлер и Гиммлер рассчитывали получить в лице войск СС идеологически надежных солдат, в отличие от проникнутого монархическими симпатиями офицерского корпуса рейхсвера, и использовать их в качестве отборных боевых частей.

17 августа 1938 года Гитлер издал декрет, по которому вооруженные силы СС подчинялись только рейхсфюреру СС и не могли контролироваться армией или полицией.

К концу войны в войсках СС насчитывалось 37 дивизий, из которых 29 успели принять участие в боях. Большинство солдат и офицеров в них составляли уже уроженцы оккупированных и союзных Германии стран. Всего в войсках СС к марту 1945 года насчитывалось почти 830 тыс. человек. Общая же численность СС вместе с охраной концлагерей и зондеркомандами достигла к концу войны 1029 тыс. человек.

В последний год войны некоторые генералы СС заняли высшие командные должности. Оберстгруппенфюрер Пауль Хауссер командовал группой армий «Г», оберстгруппенфюрер Зепп Дитрих возглавил 6-ю танковую армию СС, а обергруппенфюрер Феликс Штейнер – 21-й армию.

Бывший глава партийной разведки Вальтер Шелленберг утверждал в мемуарах: «Организация СС была построена Гиммлером по принципам Ордена иезуитов. Служебный устав и духовные упражнения, представленные Игнатием Лойолой, представляли собой образец, который Гиммлер усердно старался скопировать». С другой стороны, рейхсфюрер СС видел себя магистром нового Тевтонского ордена.[21]

В 1935 году специальным решением Верховного суда членам СС было разрешено практически неограниченное применение оружия против гражданского населения – даже в том случае, если их противники безоружны и для их нейтрализации применение оружие не является необходимым.

Как вспоминал позднее бывший начальник личного штаба рейхсфюрера СС обергруппенфюрер Карл Вольф, еще в 1932 году Гиммлер говорил ему, что хочет создать из СС рыцарский орден, из которого выйдут новые аристократы «крови и почвы».

Для этой цели рейхсфюрер СС заполучил в свое распоряжение тевтонский замок Вевельсбург в лесах вблизи старинного вестфальского городка Падерборна. Он присмотрел его во время выборной кампании в январе 1933 года, когда путешествовал по Вестфалии. В августе 1934 года разрушающийся замок был официально передан СС, которые арендовали его за символическую плату в одну марку в год. Эта крепость якобы была построена гуннами. Свое название она получила от рыцаря по имени Вевель фон Бюрен. Во время средневековых междоусобиц в замке скрывались падерборнские епископы. Вевельсбург стал своеобразным музеем средневековой германской истории и институтом идеологического образования офицеров СС в рамках Главной службы расы и населения. В феврале 1935 года замок перешел под непосредственный контроль личного штаба рейхсфюрера СС. Вевельсбург был перестроен (перестройкой и модернизацией замка занимался архитектор Бартельс) в величавом средневековом стиле, который импонировал Гиммлеру, увлекавшемуся средневековой романтикой.

Там был организован музей исторических реликвий. Над гигантским залом-столовой в южном крыле были устроены личные покои Гиммлера с коллекцией оружия и библиотекой в 12 000 томов. Рядом находился зал заседаний и судебный зал. В том же южном крыле разместились апартаменты Гитлера. В замке находились комнаты для двенадцати приближенных Гиммлера, которые регулярно заседали в главном зале – тридцатипятиметровой длины и пятнадцатиметровой ширины, с круглым дубовым столом посередине, – сидя в огромных креслах, обитых свиной кожей и украшенных гербами. Эти заседания сильно походили на спиритические сеансы. Подвал Вевельсбурга был переоборудован в Зал Высших Начальников, в котором должны были сжигаться гербы высших начальников СС в случае их смерти. Главным залом была огромная круглая комната под сводом в северной башне, украшенной гербом группенфюрера СС; ниже, в зале обергруппенфюреров СС, проводились повседневные церемонии. Во флигелях замка располагались учебные комнаты, названные и оформленные в честь героев «нордической мифологии»: Видукинда, короля Генриха, Генриха Льва, короля Артура и Грааля.

В годы войны Гиммлер задумал строительство грандиозного архитектурного комплекса, состоящего из залов, галерей, башен и башенок, крепостных стен, выполненных в форме полукруга на склоне холма как основная защита первоначального средневекового замка. Проект должен был быть завершен к 1960 году. Гиммлер мечтал о создании здесь духовного центра тысячелетнего Великого Германского Рейха. На модернизацию Вевельсбурга рейхсфюрер успел потратить 13 млн марок. Гиммлер хотел, чтобы «в каждом штандарте (основной административно-территориальной единице в структуре СС. – Б. С.) был создан подобный культурный центр немецкого величия и немецкого прошлого и чтобы его привели в тот порядок и в то состояние, какое было бы достойно народа с древней культурой…».[22]

Все удостоенные чести посещать замок чины СС имели там свой стул и именную серебряную тарелку, перед обедом творили что-то вроде молитвы, рассуждая о духовной сущности СС, а каждая комната была названа в честь какого-нибудь немецкого исторического деятеля. Комната Гиммлера была названа в честь Генриха I Птицелова, основателя Германского королевства.

В 1935 году Гиммлер основал институт Аненербе (нем. Ahnenerbe – Наследие предков), известный также как «Немецкое общество по изучению древней германской истории и наследия предков», для исследования германских расовых источников. Себя Гиммлер сделал президентом этого общества, а директором назначил известного индолога профессора доктора Вальтера Вуста, которого произвели в почетные гауптштурмфюреры СС, а позднее в штандартенфюреры. Главной задачей института было соединить прошлое и настоящее, исследуя притязания нордических людей на принадлежность к индогерманской расе, и восстановить духовное и культурное наследие «этой самой благородной расы в мире». Велись обширные археологические раскопки немецких останков под Науэном и Альткристенбергом, была отправлена экспедиция в Тибет для поисков мифических индо-арийских корней современных немцев.

«Ночь длинных ножей»

Глава штурмовых отрядов (СА) НСДАП Эрнст Рем и его подчиненные мечтали о том, что они будут играть видную роль в будущем национал-социалистическом государстве. И, прежде всего, станут ядром мощных вооруженных сил, далеко превышающих разрешенную Версальским договором 100-тысячную армию. «Коричневый поток должен залить серую скалу», – провозглашал Рем, имея в виду, что коричневые рубашки штурмовиков должны возобладать над серыми мундирами чинов рейхсвера. Намерение же Гитлера сделать кадры рейхсвера ядром будущего вермахта вызывало тревогу у предводителя штурмовиков. Еще в мае 1933 года в приказе по СА Рем объявил: «Хватит праздников. Я не хочу, чтобы СА и СС были захлестнуты вереницей торжеств… Перед нами еще стоит задача завершить национал-социалистическую революцию и создать национал-социалисти[23]ческое государство». Гитлер же считал, что национал-социалистическое государство уже создано, оно вполне способно вобрать в себя рейхсвер и прежнюю бюрократию, а законы можно подкорректировать «в рабочем[24]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ширер У. Взлет и падение Третьего Рейха / Пер. с англ. М., 2015. С. 272.

Вернуться

2

Герцштейн Р.Э. Война, которую выиграл Гитлер. Смоленск, 1996. С. 51.

Вернуться

3

Всесоюзная перепись населения 1926 года. Национальный состав населения по республикам СССР // Демоскоп Weekly – Приложение. Справочник статистических показателей [Электронный ресурс], http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/ussr_nac_26.php (время обращения: 1.07.2023)

Вернуться

4

Всесоюзная перепись населения 1989 года. Национальный состав населения по республикам СССР // Демоскоп Weekly – Приложение. Справочник статистических показателей [Электронный ресурс], http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/sng_nac_89.php (время обращения: 1.07.2023)

Вернуться

5

Васильченко А.В. Арийский миф III Рейха. М.: Яуза-Пресс, 2008. С. 186–188.

Вернуться

6

Первушин А.И. Оккультные войны НКВД и СС. М., 2003. С. 309.

Вернуться

7

Керстен Ф. Пять лет рядом с Гиммлером. Воспоминания личного врача. 1940–1945 / Пер. с англ. М., 2004. С. 122–123.

Вернуться

8

Мэнвэлл Р., Франкель Г. Генрих Гиммлер. Ростов н/Д, 2000. С. 57.

Вернуться

9

Там же. С. 58–59.

Вернуться

10

Fest J. Hitler. N.Y.: Harcourt Brace Jovanovich, 1974. P. 397.

Вернуться

11

Нюрнбергский процесс: в 3 тт. М., 1965. Т. 1. С. 87.

Вернуться

12

Штрассер О. Гитлер и я. Ростов н/Д, 1999. С. 196.

Вернуться

13

Деларю Ж. История гестапо / Пер. с франц. Смоленск, 1998. С. 59.

Вернуться

14

Фест И. Адольф Гитлер. Биография: в 3 тт. / Пер. с нем. Пермь, 1993. Т. 2. С. 292.

Вернуться

15

Фест И. Адольф Гитлер. Биография: в 3 тт. / Пер. с нем. Пермь, 1993. Т. 2. С. 303–304.

Вернуться

16

Фест И. Адольф Гитлер. Биография: в 3 тт. / Пер. с нем. Пермь, 1993. Т. 2. С. 306–307.

Вернуться

17

Мазер В. Адольф Гитлер. Легенда. Миф. Действительность /Пер. с нем. Минск, 2002. [Электронное издание]. С. 883.

Вернуться

18

Керстен Ф. Пять лет рядом с Гиммлером. С. 314.

Вернуться

19

Деларю Ж. История гестапо. С. 142.

Вернуться

20

Longerich P. Heinrich Himmler: A Life. Oxford, 2012. P. 310.

Вернуться

21

Цит. по: Мэнвэлл Р., Франкель Г. Генрих Гиммлер. С. 75.

Вернуться

22

Хене Х. Черный орден СС. История охранных отрядов / Пер. с нем. М., 2003. С. 323.

Вернуться

23

Фест И. Адольф Гитлер. Т. 2. С. 366.

Вернуться

24

Там же. С. 368.

Вернуться