Александра Черчень
Хозяйка магической лавки – 4

Глава 1

Мой выход в свет получился поистине грандиозным – красивое дорогое платье, прическа и макияж. Внимание влиятельного мужчины и даже предложение руки и сердца. Звучит волшебно, правда?

Только платье выбрала не я, образ тоже шел вместе с ним, а мужчина вообще не тот, которого хотелось видеть рядом. Предложение пожениться и вовсе даже не предложение – меня великодушно поставили перед фактом, что скоро я стану женой. Хотя если бы прислали открытку после бракосочетания с поздравлениями и просьбой явиться на первую брачную ночь, думаю, это было бы куда хуже.

Но даже с моим оптимизмом было трудно даже не смириться – переварить произошедшее на балу. Просто в голове не укладывалось, как я умудрилась влипнуть в такие неприятности, только, по сути, выпутавшись из прошлых. И то не до конца – как вспомню взгляд, которым буквально обжигал меня Рей…

– Повтори исчо раз, пожалуйста. – Сарочка нервно зашуршала страницами. – Или таки я сошла с ума, и у меня галлюцинации, или ты сейчас на полном серьезе заявляешь, шо тебе мэр сделал предложение прямо посреди переполненного зала. И ты согласилась.

– А у меня не спрашивали, согласна ли я, – мрачно отозвалась я. – Там если и был выбор, то примерно такой: между «конечно» и «да».

– А ведь там еще бракосочетание Рея и Эванджелины на носу. Если ты сейчас скажешь, что вы собираетесь играть двойную свадьбу, то можешь меня выносить. И желательно в ту лечебницу, куда поместили Натана… – пробормотала волшебная книга, а затем воскликнула: – Есть у нас водка? А лучше спирт! На чистую голову думать об этом просто-таки неприлично!

– Ты не волнуйся так, закладка моего сердца, – гладил свою ненаглядную темный гримуар. – Всегда можно устроить темный ритуал с кровавыми жертвоприношениями и избавиться от всех проблем!..

Это ничего, что меня воротит от слова «ритуал»?

Я, до этого просто сидевшая на постели, со вздохом откинулась на подушки прямо в пышном платье. Только скинула туфли, а на остальное не осталось сил. Первый бал, который я посетила, вымотал куда сильнее ритуалов, учебы в академии и работы, вместе взятых! Мало того, что мне пришлось столько танцевать, так приходилось все время сдерживаться и ничего и никого не подпалить. Хотя очень хотелось. К концу вечера я сама уже гордилась своей выдержкой.

Я не леди, которых с пеленок учат вести светские беседы, кружиться на паркете до утра и контролировать свои эмоции. Мне после речи лорда Ибисидского хотелось лишь одного: заявить, что он, так скажем, ошашел и замуж я за него никогда не выйду. И желательно закрепить свое заявление огненным фейерверком. Но я могла лишь сжимать кулаки, в которых уже теплилось пламя.

Первые ноты вальса, так не вовремя начавшегося, спасли мэра от пожара в его резиденции. Потому что он потащил меня танцевать! Обнял меня за талию одной рукой, второй взял в захват мою ладонь. Мне осталось положить вторую на его плечо и позволить вывести себя на середину зала.

– Будет очень невежливо, если бал откроет не хозяин с будущей госпожой, а кто-то другой, – опалив горячим дыханием мое ушко, произнес мужчина.

Ой, какой правильный! Только вот и не спрашивать у леди разрешения, прежде чем сделать своей невестой, – это тоже моветон.

– Вот поэтому я вам не подхожу, лорд Ибисидский! – вдохновленно прошептала я в ответ. – У меня скудные знания об этикете. И вообще, у меня много минусов!

Аристократ ответил не сразу – он властно кружил меня по паркету. Сначала мы были одни, и все гости смотрели на нас, а затем потихоньку выступили и остальные пары.

– И я далеко не идеальный, милая моя. Надо с философией относиться к собственным недостаткам. В конце концов, минус на минус дает плюс.

Дальнейшей беседы, а точнее, скандала не получилось. Вокруг нас всегда вились люди. Даже подошла Эва – выразить свою «радость» нашему неожиданному союзу. Я еле сдержала на лице улыбку. Если сейчас еще магистр Рейвенс подойдет…

Но Рей так и не пришел – я видела издалека, как он с каменным лицом что-то говорил мэру. Тот лишь продолжал кривить губы в усмешке. Их диалог длился не больше двух минут. Потом лорд Ибисидский вернулся ко мне, а магистра я больше не видела. Лишь иногда чувствовала спиной жгучий взгляд…

Я выдержала всего пару часов. Когда уже нестерпимо начали ныть ноги, не привыкшие к туфлям с высоким каблуком, а мышцы лица уже не могли изображать улыбку, я пришла к выводу, что сегодня у меня уже не будет возможности выяснить отношения с «женихом». Да и сил, впрочем, тоже. Придется объясняться позже.

Может, мэр за ночь и вовсе передумает!

Я – далеко не идеальная кандидатура для жены градоначальника. Даже с полученным титулом все равно незавидная невеста для высшего аристократа.

– Можно мне поехать домой? – Я отставила бокал с шипучим вином, которое так и не выпила. Лишь пригубила, чтобы поддержать тост грузного чиновника, хотя очень этого не хотелось делать. Потому что тот желал своему градоначальнику… хм… большую семью, скажем так. Только все бы ничего, но эту большую семью родить ему должна была я, а не пузатый чиновник. – Это мой первый бал, и я устала.

– Я понимаю, Адель. – Мужчина поправил мой локон, выбившийся из прически, потом скользнул ладонью по щеке. Что удивительно – его прикосновение не вызвало отвращения, хотя я честно приготовилась держать лицо. – Провожу тебя до кареты.

Ох, если бы моя рука не покоилась на вашем локте, я бы после первой фразы убежала бы. От дома мэра до родового поместья Харвисов можно вполне дойти пешком.

– Так даже будет лучше – дома у тебя будет время проникнуться моим предложением. А завтра я приглашу тебя на ужин, где мы обсудим нашу свадьбу.

Мне кажется, дома до меня наконец дойдет, что мне сделали предложение, и я буду в ужасе!

– А мне нравится другой вариант, – с воодушевлением сообщила я мужчине. – В котором вы всю ночь размышляете о том, какая я неподходящая пара для вас. А завтра мы объявим всем, что передумали жениться.

– Как бы банально ни звучало, но я не бросаю слов на ветер, моя нежная Адель. – Мэр при этом улыбнулся, но в его льдистых глазах заблестела сталь. – Тебе стоит это запомнить, чтобы стало легче.

– Легче что? – вскинула я бровь.

– Воспринимать новую действительность. Наш союз – дело решенное.

– Решенное только вами, между прочим, – тут же напомнила я. – А мое мнение вы забыли учесть.

– Хм… – Лорд Ибисидский выглядел искренне удивленным. – Я вызываю в тебе отвращение?

– Нет.

– Тогда почему ты все еще против?

Волшебно! Железная логика!

– К тому же я описал перспективы – с моей благосклонностью твоя жизнь круто изменится. Ты обезопасишь своих… хм… пусть будет друзей, твой бизнес будет процветать, а род Харвисов возродится.

У меня было тысячи доводов, я бы с радостью все выложила аристократу, но у меня просто не осталось сил. Тем более что мы миновали лестницу и теперь направлялись по галерее к выходу. Сейчас не время, да и не место. К тому же с таким собеседником, как мэр, нужно лучше подготовиться заранее.

– Мне сейчас сложно вам объяснить свою позицию в нескольких словах, поэтому предлагаю третий вариант. Вы также всю ночь думаете о том, какая я неподходящая партия. А утром станем ругаться, пока вы не поменяете свое решение.

По четко очерченным губам внезапно молодого и очень симпатичного мэра столицы скользнула усмешка, а потом он изрек:

– Прелестно, значит, будет скандал. Практически анонс семейной жизни. Мне нравится!

Вообще не то я хотела от него услышать, если честно.

Но на этом наша беседа закончилась. Первый этаж в это время практически пустовал, если не считать слуг. Один из нарядно одетых лакеев принес мою накидку и вручил лорду Ибисидскому. А он уже накинул ее мне на плечи и даже собственноручно завязал тесемки.

Я несколько растерялась от подобной близости с мужчиной – я даже чувствовала его дыхание на лице. К тому же он стоял на таком расстоянии… Будто собирается целовать, а не помогать с верхней одеждой!

Во мне плескались неловкость, смущение и абсолютное нежелание целоваться. Я уже напряглась и готовилась оттолкнуть – ну очень неприличное количество времени он провел в опасной близости, просто смотрел на меня, и все.

Но потом наконец сделал шаг назад. Посадив в приехавшую темную карету с золотистым гербом по бокам, он попрощался и ушел.

Громкий голос Книжули вернул меня из воспоминаний в собственную спальню.

– Вот шо ему нужно от нашей девочки? Хотя чего я спрашиваю – Адель у нас красавица! У него взрослая дочь, не стыдно? Он еще наверняка старый, мерзкий и пузатый! Извращенец!

Я потерла лицо руками и пробормотала:

– Наоборот, неожиданно молодой, статный и красивый. Почему-то я раньше не видела его фотопортретов… И почему?

– А портрет прошлого мэра был везде – наравне с ликом короля. Этот, видимо, скромный, – задумчиво ответил Фоля.

У меня вырвался непроизвольный смешок.

– Ну да, через слово мямлит, и руки от волнения трясутся.

– Правда, что ли? – округлил нарисованные глаза Фолиант.

Ответила ему Сарочка:

– Думаю, что если было бы так, то мы бы сейчас не хлебали проблемы полным половничком.

– Так пока же ничего не случилось. Подумаешь – замуж. Вас тут убивали недавно, и ничего страшного. А потом вы убивали, и тоже ничего страшного.

Я нервно посмотрела на темный гримуар. Если честно, то его бравые речи и попытки приободрить обернулись обратным. Я вспомнила, как все было плохо, и захотела всплакнуть, потому что сейчас не стало хорошо!

– Фоля. – Нарисованное лицо Сарочки перекосилось.

– Мэ?

– Как есть козлик, – вздохнула мудрая Книжуля. – Дело в том, что мы не знаем, на кой демон мэру жениться на Адель.

Фолиант воодушевленно махнул закладкой.

– Так это же совсем просто. На Адельку же глаз, а периодически и не только глаз, клал магистр Рейвенс. Который вроде как жених дочки мэра!

– Не складывается, – покачала я головой. – Из-за Рея на мне жениться – это очень мелко. И я сказала, что не претендую на магистра!

– А он прям поверил? Детка, тебе даже мы не очень поверили! – хохотнул Фолик.

– Ну и зря, – недовольно посмотрела на него я. – Потому что то, что предлагал Рей, в мои планы на будущее не укладывается. Да, я в него влюблена, но это не отключает мои мозги. Лучше давайте подумаем о мэре. Платье, приглашение, предложение… Мы ведь впервые увиделись на этом шусовом балу!

– Ну может, вы видитесь не первый раз?

– Я бы запомнила – у него выделяющаяся внешность. Я точно вижу его в первый раз!

– А вдруг он тебя видел? – воодушевленно предположила Сара.

– Намекаешь на любовь с первого взгляда? Смешно.

У меня вообще веселая жизнь. Тот, кого люблю я, о браке со мной даже не думает. А кого я вижу первый раз в жизни – с ходу делает предложение.

Мы немного помолчали, а после Сара встряхнулась и, пошевелив страничками, решительно заявила:

– Ничего, выберемся! Все узнаем! Этот ваш «замуж» не так страшен, как его малюют. Оттудова таки можно выбраться с нехилым гешефтом! Я же рассказывала, как мы с пятым мужем разводились?

– Три раза, – очень недовольно ответил ей Фолиант, которого явно не радовал свой номер в длинном списке Сарочкиных возлюбленных. Или то, что она про них рассказывала? Сама же, кстати, не придерживалась своего совета о том, что каждый твой следующий кавалер навсегда второй. Приличная девушка дальше двух не должна уметь считать!

– Угу, – кивнула я и, задумчиво поболтав ногами, изучила взглядом трещину на противоположной стене. – Как вы думаете, где мы можем найти строителей?

– В смысле?..

– Ну, в прямом. Ремонт особняку не помешал бы.

– Адель, у тебя тут замужество на горизонте. Какой ремонт?

– Знаешь, ситуация с кровавой луной и ритуалом кое-чему меня научила. Если ты ничего не можешь изменить прямо сейчас, то стоит заняться бытом. Или работой. Работа всегда спасает!

– Но тут нет лавки!

– Зато есть здоровенный дом, который разваливается. А я теперь его хозяйка. И глава рода Харвисов. Думаю, кроме красивого титула, за этим следует еще и море обязанностей.

– Кстати, про это. Может, мэр сделал тебе предложение потому, что ты теперь леди Харвис? Хочет титул?

– Он маркиз. И без меня как бы…

– Да, проблема. Тогда алтарь? Бабка Мириам говорила, что за ним многие охотились.

– Не знаю, Сарочка. В любом случае, думаю, сейчас стоит отоспаться, а завтра уже со свежими аргументами идти на завтрак и рассказывать, почему ему не стоит на мне жениться.

– А как его зовут-то хоть?

– Одар Ибисидский.

– Звучит не очень, – подметила Сара.

– И веет проблемами.

Я была согласна с Фолиантом, но от разговора уже устала, а потом поднялась с софы и отправилась в ванную комнату. Уже там сняла платье, а вместе с ним и чары, что превращали меня в красотку.

Тяжелый бархат остался лежать на полу зелено-золотистой грудой, а я подошла к зеркалу и грустно улыбнулась уставшей девушке в отражении.

И вот ее могущественный столичный мэр хочет видеть своей женой? Без права сказать «нет»? Он точно не перепутал?

Все, чего мне хотелось, – это забиться в какой-нибудь угол и плакать-плакать-плакать. Ответственность ложилась на мои плечи камень за камнем. И вместо того, чтобы сбросить с себя этот груз, почему-то получалось лишь добавлять новый.

Я была не готова! Я просто была не готова ко всему этому.

Вдобавок единственный мужчина, который подставлял мне плечо, куда-то исчез после ритуала. Я, конечно, его там немного убила… но он же сам просил!

А Рей… Помнится, Сара говорила, что сильные мужчины отлично могут справляться с проблемами, которые сами же организовали. Но все настолько запуталось, что я даже не знала, могу ли обращаться к нему за помощью.

Когда я вышла обратно в халате, то в комнате меня уже дожидались не только гримуары, но и поднос с чаем и конфетами.

– Это, конечно, не стряпня Кота, но покажите мне девушку, которой в трудные времена не помогала шоколадка!

– Спасибо, Книжуль.

Я села за стол и задумчиво потрогала крупные бутоны присланных недавно цветов. Утром, а такое ощущение, что в прошлой жизни. Они мягко, тонко пахли, и этот аромат словно успокаивал меня.

После чаепития я заползла в постель и заснула под ворчание Сарочки и причитания Фолианта. Он кружился надо мной и время от времени повторял громким шепотом:

– Вот почему никто не понимает, что всего один кровавый ритуал может спасти ситуацию?!

– Изыди, без твоих ритуалов проблем много, – отбивалась Книженция.

– Мои ритуалы – это про избавление от проблем, вообще-то!

– И добавление новых – в виде повышенного внимания ордена инквизиции.

– Мы принесем в жертву таракана! Ну хотя бы жука или комара! Их же никто не любит! Думаешь, эти букашки на учете и за них хватятся? Всего один ритуальчик…

– Ты знаешь про общество защиты насекомых? Эти зеленые те еще фанатики…

Чем закончился спор я не услышала – все же провалилась в сон. И совсем неудивительно, что мне снились всю ночь кровавые ритуалы с участием насекомых. Только их жертвой была я – комары нещадно кусались, и я грозилась вырвать все страницы Фоле.

Из-за таких непонятных и беспокойных сновидений я проснулась невыспавшаяся, злая и еще более кровожадная, чем комары. Но времени полежать не было – предстоял разговор с мэром.

Полчаса заняли принятие душа и мой ежедневный уход за кожей, и я не думала, что выбор наряда займет больше времени.

Я стояла у распахнутого шкафа и не представляла, что мне надеть. Нарядов было всего несколько: два платья простого кроя, еще два повседневных и одно «нарядное» – из хорошей ткани и с кружевом ручной работы. Конечно, со вчерашним зеленым платьем не сравнится, но мне оно нравилось – нежно-персиковый цвет мне очень шел.

– Ох уж эта извечная женская дилемма – что надеть, – закатил нарисованные глазки Фолиант, взлетев с полки. – Вот мне хорошо!

– Пф-ф-ф, – насмешливо фыркнула Сарочка. – Думаешь? Ходим же в одном и том же, Фоля! Шо в этом хорошего?

– Зря ты. – Темный гримуар завис рядом с гардеробом, томно провел по себе закладкой и поведал: – На мне идеальный наряд уже две сотни лет – переплет из кожи девственника и закладка из волос девственницы. И все, я красивый, мне большего не надо.

– Напоминаешь моего третьего мужа, – вздохнула Сара. – У него тоже было две рубашки на все случаи жизни. В пир, и в мир, и в добрые люди! В одной его и похоронили! Новая еще была, и пяти лет не проносил…

– Вот-вот! – судя по всему не уловил иронии Фолиант. – У нас, мужчин, все просто. А вы, женщины, сегодня просите обложку этого оттенка, закладку из того материала, а завтра…

– В смысле? Так я у тебя не первая?! – Книжуля внезапно зло вздыбила странички.

– Дорогая, ты единственная, – тотчас залебезил гримуар. – Крайняя!

– Что?!

– В смысле последняя! На твоем фоне блекнет весь мир!

Я лишь закатила глаза и прервала их очередное выяснение отношений. Хотя бы потому, что была не готова к знаниям о том, что даже у магических книг есть личная жизнь. И бывшие.

Ужас.

– Вернемся к нашим баранам. То есть нарядам. Красивое платье надену – посчитают, что я прихорашиваюсь для мэра. Пойду в обычном – полезут сплетни, что я простушка и не ровня блистательному лорду Ибисидскому. Вообще, мне второй вариант нравится, но хочется еще и достоинство сохранить.

– Тогда надень самое красивое платье, – уверенно произнесла Книжуля. – Для мужиков наряжаются девицы с низкой самооценкой, а сильные и независимые леди в первую очередь для себя. И плюй на всех!

И я послушалась совета умудренной жизнью гримуара. Нежно-персиковое платье село на меня лучше, чем когда я заказывала его. Даже настроение поднялось, едва увидела себя в отражении.

Бледную, уставшую, но все равно красивую.

Дальше собиралась очень быстро – заглянула Бетси и сообщила, что меня ожидает экипаж. До планов градоначальника мне не было дела, но не хотелось заставлять просто так терять время кучера. Возможно, другие аристократы и не сильно заботятся о слугах, но в моей памяти еще были слишком свежи трудовые будни в лавке. Потому чужой труд для меня не был пустым звуком. Да и погода испортилась – похолодало, лошадям будет лучше в теплой конюшне.

– Какой романтик! – вдохновенно протянула Книженция. – Тут всего ничего до его дома, а он позаботился и карету отправил. Так за тобой даже Рей не ухаживал!

Пока я собирала волосы, Сара продолжала вещать:

– Нет, конечно, шантаж – это плохо, но вдруг он действительно влюбился с первого взгляда и по-другому не надеялся получить твое согласие?

Магический гримуар унесло в романтические дебри, я даже сначала подумала, что ее подменили. Но затем раздалось:

– Фоля, скажи-ка, какое у этого мэра имя?

– Одар Ибисидский, – тотчас напомнил он.

Нарисованное личико сморщилось.

– Имя вообще не подходит для главного героя твоего романа, Адель. Нельзя за него замуж – фамилия дурацкая. Ты-то ладно, перетерпишь, но о детях подумай! Им жить с таким отчеством!

– Что такое отчество? – Из всей тирады я зацепилась почему-то только за это.

– Это неважно, – отмахнулась закладкой. – Главное, что Одарович звучит ужасно! Может, он сменит имя? И после брака станет Харвисом? Или…

– Подожди! – ошалев, прервала словарный поток Книжули. – Я иду сейчас делать так, чтобы детей как раз не было. Соответственно, свадьбы и некрасивой фамилии.

– Ну да, не будет брака – не будет всей проблемы с именем, – покивала она. – Но ты все равно подумай над тем, шо я тебе предложила.

Если честно, даже мысли о том, что все же придется выйти замуж, я не допускала. Ни за что! Я обязательно уговорю мэра передумать, и надеюсь, что это произойдет сегодня. Он наверняка сейчас думает, какую ошибку совершил. Ну какая из меня жена градоначальника? Причин, по которым я нужда лорду Ибисидскому, просто не находилось. Ну реально ведь не из-за внимания Рея он ко мне прицепился?

Глава 2

Особняк Харвисов выглядел неприглядным домишком по сравнению с величественным зданием из белого камня и с мраморными колоннадами. Вчера я особо не разглядывала окружающее пространство, но сейчас с любопытством осматривала все. Ухоженный сад, часть которого была закрыта магическим пологом – оттого там цвели пионы и розы. Кованый забор, аккуратные скамейки и дорожки из мерцающего камня.

Лакей поклонился и тут же провел меня по шикарным коридорам. Все в доме мэра было красиво, стильно и продумано, но не вычурно. Я откровенно любовалась интерьером – здесь каждая деталь говорила о богатстве хозяина, но это не выглядело кричащей роскошью. Надо бы взять отсюда парочку идей по грамотному обустройству пространства – так-то мне предстоит ремонт.

Нужная гостиная находилась на втором этаже. В нее вела белая двустворчатая дверь с серебристым тиснением.

Еще раз поклонившись, слуга распахнул их.

Я сделала короткий вздох и шагнула вперед. Дверь за мной мягко закрылась, отрезая путь назад.

Стены комнаты были выкрашены в теплый молочно-белый. Такого же оттенка висела тюль на панорамном окне, а вид, кстати, открывался на ту самую, заколдованную часть парка. А все остальное убранство в комнате было в разных оттенках фиолетового. Обивка стульев и дивана цвета благородного королевского пурпура, небольшие лавандовые пуфики и декоративные бархатные подушки в стен.

Мэр тоже очень подходил под интерьер – в белых штанах, рубашке с небрежно расстегнутым воротом, с распущенными светлыми, почти платиновыми волосами. Только сапоги выбивались из образа чернильно-черным цветом.

– Доброе утро, моя милая Адель. – Мужчина преодолел расстояние между нами за считанные секунды. Только моргнула, а он уже поцеловал мою ладонь и после устроил ее на своем локте.

– Здравствуйте, – несколько смутилась я от подобного.

Он повел меня к накрытому на две персоны столу. Кипенно-белая скатерть и салфетки в тон, приборы из серебра, дорогой огненный хрусталь и гельский фарфор.

Усадив меня за стол, мужчина пододвинул вперед стул.

– Присаживайтесь, моя леди.

Мне захотелось совершенно не по-благородному заорать, что я не его, выпрыгнуть в окно и удрать огородами. Непременно в светлое будущее. Где есть я, моя лавка, нечисть, магические гримуары и нет места всяким красивым, но очень-очень странным мужикам. Честное слово, я даже согласна поменять их на налоговую! Готова ежемесячно биться в очередях! Там, конечно, Благовейные Кущи бюрократии, но хотя бы все понятно. А что непонятно, обязательно где-то мелким шрифтом написано!

Но к сожалению, мне уже не десять лет.

Я не могу заорать и убежать.

А жаль!

Потому я грустно тронула ногтем салфетку, которую расстелила на коленях, и со вздохом сказала:

– Спасибо, лорд Ибисидский.

– Дорогая Адель, к чему такие церемонии между практически родственниками? – усмехнулся мэр, обходя стол и опускаясь на свое место напротив.

Я с тоской оглядела столовую.

– Кстати, про родственников…

– Что тебя интересует? – тотчас живо спросил мужчина.

– А где Эванджелина? Разве мы не должны завтракать вместе?

Не то чтобы я горела желанием, тем более что семейный завтрак, на котором есть Эва, подразумевает также наличие магистра Рейвенса. С которым мы вот-вот станем… а кем станем? Я буду тещей?.. Какой ужас.

В общем, я, конечно же, не горела желанием их видеть, но ведь это действительно странно!

– Я решил, что, пока ты еще не осознала своего счастья, нам стоит побыть вдвоем.

Угу, чтобы я слишком громко не возмущалась на тему того, как же мне повезло?

– Ясно.

– Вот и отлично. – Он повернулся к вышколенному лакею, что стоял навытяжку возле двери, и велел: – Можно начинать.

Вот и поговорили.

Спустя минуту в столовую уже вносили серебряные блюда под круглыми крышками.

И надо заметить, выбор удовлетворил бы даже самого взыскательного гурмана.

Пышный омлет с идеальной корочкой сверху, тонкие ажурные блины с разнообразной начинкой, мясные и сырные нарезки, каша двух видов – все было очень красивым и наверняка очень вкусным, если судить по аромату.

Но видимо, от стресса у меня аппетит пропал, потому что я с неохотой попросила себе кашу с орехами и ягодами. На другие блюда и вовсе смотреть не хотелось.

Зато я наблюдала за мэром, у которого с аппетитом было все в порядке! Он набрал себе несладкой каши, а тарелку с тонкими ломтиками мяса, колбас и сыра и вовсе забрал целиком. Последним лакей принес блюдо с уже разрезанным на ровные ломти огромным ростбифом. Хозяину положили сразу два кусочка, а я вежливо отказалась.

Ели мы молча. Каша была очень вкусной, ягоды сладкие и свежие, но мне не удалось съесть больше нескольких ложек.

Сначала я глядела в свою тарелку, а потом случайно кинула взгляд на лорда Ибисидского и так застыла. Аристократ с непринужденной ловкостью разделывал кусок мяса в своей тарелке. Не то чтобы я впервые вижу, как едят ростбиф, но первый раз наблюдаю, как кто-то ТАК крутит столовый нож. Если бы рядом со мной не лежал точно такой же, я подумала, что у него в руках как минимум кинжал. И вот этим опасным оружием он аккуратно и аристократично режет блюдо…

А когда мэр заметил мое повышенное внимание, с улыбкой отложил приборы и спросил:

– Хочешь попробовать мясо?

Покраснев, я покачала головой и, пожелав приятного аппетита, вновь взялась за свою несчастную ложку.

К счастью, пытка едой закончилась, и начались чайно-десертные муки.

Проворные лакеи сноровисто убрали со стола использованные приборы и тарелки. Перед нами поставили чашки, разлили ароматный травяной чай и принесли мягкие булочки, пирожные с пышной кремовой шапочкой, печенья в форме цветов, сверху раскрашенные цветной глазурью, дорогие конфеты ручной работы – я однажды пробовала такие, и мне их приносил магистр… Неважно.

Короче, меня решили задобрить вкусностями. И если честно, то почти получилось, потому что я потянулась к одной пироженке. Потом к печенью. Мужчину же мало волновало сладкое, он просто смотрел на меня, тем самым напрягал. Очень так напрягал.

Наконец, сделав несколько глотков терпкого чая, решила начать разговор, ради которого затевался завтрак:

– Лорд Ибисидский, вы не можете на мне жениться!

Светлые брови мужчины поползли вверх, он растянул губы в снисходительной улыбке и спросил:

– Вот как. Интересно. И почему же?

– Я практически простолюдинка! Родилась в семье торговца. Да, сейчас у меня есть титул, но это ни на что особо не влияет – мое происхождение не станет более благородным. Высший свет, да что там, ваша семья не одобрит такой невыгодный союз.

Я выпалила это как на духу. Высказалась – выдохнула и взяла самую притягательную конфету из вазочки.

В отличие от меня, мой «жених» был спокоен как удав – смотрел на меня с полуулыбкой и был полностью готов отразить мои горячие заверения, что ему не нужна невеста с вагоном недостатков.

– Я взрослый мужчина, а не мальчишка, Адель. Мне плевать на мнение остальных, если я уже сделал свой выбор. Я бы женился на тебе, даже если у тебя было самое неблагородное происхождение. К тому же у меня нет семьи, кроме Эвы.

Угу. Мое мнение только забыли спросить, когда делали свой выбор.

– Ваша дочь вам не простит…

Он жестом оборвал меня.

– Эванджелина мне не родная дочь. Она дитя моей погибшей сестры.

Моя конфета чуть ли не застряла в горле. Я поспешно запила сладость чаем и едва не поперхнулась им, когда мужчина продолжил:

– Я этот факт особо не афиширую, но и не скрываю. Но теперь ты знаешь, что наш с тобой ребенок станет моим первенцем. Так что насчет Эвы не беспокойся – она примет тебя.

Из горла вырвался непонятный хрип, когда я все же справилась с чаем и попробовала продолжить беседу. Сглотнула, вновь открыла рот, только мои губы лишь выдохнули воздух, потому что в следующую секунду произошло невероятное. Лорд Ибисидский внезапно извлек откуда-то небольшой серебристо-серый квадратный футляр. Я не успела никак отреагировать – мужчина просто поймал мою ладонь, и спустя секунду на моем безымянном пальце уже сверкало кольцо из белого золота с крупным прозрачным камнем. И судя по характерному теплу – это был артефакт, который теперь мне самой не снять. Это сможет сделать лишь мэр. Если захочет.

Вот и поговорили… Вот ты и отговорила его жениться, Адель…

Но видимо, это стало последней каплей моего терпения. Сжав с силой кулаки, в которых начали теплиться искры, я в переменку со злостью и обидой высказалась:

– Да как вы не поймете, что нельзя вот так вот просто решать за других людей?! В конце концов, у объекта вашего интереса могут быть свои планы на жизнь и свои симпатии!

– Не про лорда Рейвенса ли ты говоришь? – Лицо мэра окаменело, но при этом его губы сложились в усмешку. Серые глаза опасно сверкнули.

Я задышала чаще и сжала салфетку, лежащую на коленях.

– Крайне не рекомендую обращаться к нему с просьбой спасти тебя от меня, который коварно хочет официально и со всем полагающимся размахом жениться. Вернее, ты можешь попытаться, но тебе совершенно не понравится итог.

– Например?

Жесткая складка залегла рядом с губами мужчины, а его взгляд стал непроницаемым, жестким.

– Например, в этом случае единственный допустимый для него вариант – это украсть тебя. Поселить в укромном месте. – На его лице ярко обозначились желваки. – Иногда захаживать в гости. Следует ли сообщать, что, конечно же, не будет идти и речи о каких-либо законных отношениях? Тебе придется забыть о том, что ты леди Харвис, глава рода, забыть о своей лавке и нечисти. А дети… дети будут лишь бастардами, которых род Рейвенс никогда не признает.

У меня запылали щеки – то ли от злости, то ли от смущения, потому что он затронул подобные моменты.

– Лорд Рейвенс никогда не переходил границы…

– И почему? Потому что ты не хотела, чтобы эти отношения так быстро… прогрессировали.

Он с такой насмешливой интонацией произнес это слово, что мне вдруг пришла в голову мысль, что он может знать о том, что именно вкладывал в это слово Лаор. Хотя нет, не может ведь?!

– Что лорд Рейвенс вообще для тебя сделал? Ты все проблемы решала всегда сама.

– Он меня вообще-то спас от темной ведьмы, – сообщила аристократу я. – Приставил ко мне охранника.

Он не впечатлился. Хотя, наверное, было бы странно, если бы вмиг начал хлопать в ладоши и велел устроить пир, ведь магистр Рейвенс такой хороший.

– И что, Адель? Это его прямые обязанности – всецело защищать население от темной магии. Если бы он пренебрег обязанностями, то вылетел бы из ордена инквизиции. Его не спасло бы даже родство с королем.

Я залпом выпили весь свой чай. Хрупкий фарфор издал жалкий звук от столкновения с блюдцем, когда я вернула чашку на место.

– Но лорд Рейвенс в отличие от вас насильно жениться на мне не собирался, – напомнила я и прикусила губу, чтобы не продолжить, хотя фраза так и норовила сорваться – «он так-то жених вашей племянницы, которую все считают вашей дочерью».

– Ну да, он хотел приступить сразу к самому интересному, пропустив такую малость, как женитьба. Как благородно с его стороны, – издевательски протянул мэр. – А вообще, я ведь не насильно женюсь. Я лишь подобрал правильные аргументы, почему именно я идеальная кандидатура на роль твоего мужа.

У меня было состояние, очень близкое к истерике. Я нервно хихикнула.

– Вот жила я восемнадцать лет и не подозревала, что мне надо срочно замуж! За вас. Как хорошо, что вы такой молодец, пришли и сообщили.

Моя шпилька не достигла цели – мужчина, наоборот, широко улыбнулся и совершенно невозмутимо парировал:

– Вот видишь, ты уже начала понимать.

Я недовольно вздохнула. Как любила говорить Сарочка, в гробу в белых тапочках я видала ваше бесценное предложение!

С досады я съела еще одну конфету. С тоской посмотрела на остальные вкусности – вот почему к такому замечательному завтраку прилагается такой неудачный разговор? Который, как оказался, еще не завершился. Пока я сосредоточенно жевала шоколад и думала, как объяснить мэру, что я вообще неподходящая партия, лорд Ибисидский чинно попивал свой чай.

Может, плюнуть в блюдечко? Ну мало ли, вдруг это покажется высокородному аристократу настолько отвратительным, что он передумает.

А если сообщить, что я храплю?..

– Я понимаю тебя, Адель, первая влюбленность в твоем возрасте воспринимается очень серьезно. Ты считаешь, что будешь любить его вечно, – четко очерченные губы мэра сложились в тонкую линию. – Но мой тебе совет – чем быстрее ты забудешь о своих симпатиях к лорду Рейвенсу, тем лучше. Сейчас он в твоих глазах герой, просто потому что не знаешь его хорошо. Любовь имеет свойство приукрашивать.

– Предлагаете заменить его вами? – На всю тираду я вскинула лишь бровь.

– Ну было бы неплохо, конечно. Но я не спешу. Я больше по зрелым отношениям, когда люди узнают друг друга постепенно, принимают и не идеализируют.

– Постепенно? Это вы про нас?

– Как видишь, мои представления тоже не сходятся с реальностью. Я ведь говорил, любовь вводит в заблуждение.

– Ну знаете ли, лорд Ибисидский!..

Рывком сдернув салфетку с колен, бросила ее на стол. Протяжно звякнуло столовое серебро. Резко подскочила со своего места и быстрым шагом направилась к дверям.

Мэр, сначала наблюдавший за мной с каким-то холодным недовольством, догнал в коридоре. Ухватил за ладонь, удерживая за руку.

– Пустите, я хочу домой!

– Хорошо. Я отведу тебя к экипажу.

Зло сдула тонкий локон с лица.

– Сама дойду!

– Тогда провожу тебя.

Мне хотелось кричать «а-а-а» и махать руками!

– Давайте дойдем до экипажа, – чуть ли не рыча, согласилась я на первое.

– Какая ты самостоятельная и сильная девушка, – демонстративно восхитился он. – Мне такие и нравятся!

Мне резко захотелось стать несамостоятельной! Это лучше, чем гулять с ним под ручку по элитному поселку.

Молча дошли. Он посадил и откланялся.

А когда я ехала домой в экипаже повышенной комфортности, куда меня посадил сам мэр, то поняла, что не задала главный вопрос.

Почему я? Ведь найдется много желающих стать женой лорда Ибисидского. Мало того, что он из высшей аристократии, так еще хорош собой и богат. Но он из всех выбрал меня, ту, которую он не знает и которая против выходить замуж…

Или он меня все же знает? А я каким-то образом просто забыла? Или не замечала его?

Хотя бред. Такого, как наш градоначальник, и не заметить?

Глава 3

В поместье меня встретили оба моих гримуара. Сарочка шуршала страницами от нетерпения и с порога напала на меня с вопросами:

– Ну шо там? Я уже начала грызть свою закладку! Вот мой дядя Моня, ну который всех неприятно удивил своим воскрешением, помнишь?

– Угу, – выдала я, снимая с себя шарф и плащ. Хотя если честно, то за полетом мысли Книжули я не успевала и не могла осознать, как именно дядя Моня применим к моей ситуации.

– Забудешь тут твоих родственников, – пробурчал Фоля, но на меня косился с любопытством и ожиданием.

– Так вот, он же изначально умер, когда узнал, шо Мавроди всех обдурил.

У меня аж голова пошла кругом от незнакомых имен и связанных с ними ассоциаций. Но моральных сил на выяснение деталей не было. Но Фоля со всем справлялся без меня!

– Дядя этому аферисту денег дал, что ли? – вопросил Фолиант, который был куда осведомленней меня.

– Оскорбляешь! – возмутилась она. – Дядя Моня запустил свою лотерею, только билетики внуки закончили отрисовывать, и бац! Такой скандал. Вот сердце дяди и не выдержало такой несправедливости – какой-то Мавроди смог сколотить состояние, а он не успел. К чему я? К тому, шо сердечные болезни это у нас семейное. Адель, если не хочешь побывать на моих похоронах, не тяни с новостями! У тебя получилось?

– Не нервничай, чернила моей души, – тут же приобнял возлюбленную темный гримуар.

Не стала сообщать, что Сарочке уже не светит инфаркт, как и вторые похороны, и послушно поведала всю нашу с мэром беседу.

Я уже сменила сапоги на домашние туфельки, и мы перебрались в гостиную.

– Собственно, ничего не поменялось, – подытожила я. – Я все так же не горю желанием выходить замуж, а лорд Ибисидский уже планирует свадьбу.

– Мне нравятся самоуверенные властные мужчины, – мечтательно заявила вдруг Сарочка. – Которые закидывают на плечо, рычат и тащат в храм венчаться. Так что мое мнение – мэр нам в мужья подходит, но пусть обязательно сменит имя. Или станет тоже Харвисом. В этом я непреклонна.

У меня от заявления Книжули глаза округлились. И рот приоткрылся – я просто сначала не нашла слов.

– Рот закрой, а то мухи залетят, – посоветовал Фоля.

Я поджала губы, несколько секунд в замешательстве разглядывала гримуары, а потом возмущенно выдохнула:

– Подожди, то есть ты поддерживаешь мэра?

– Нет. – Она махнула легкомысленно закладкой. – Я только сказала, что если убрать то, что у него вообще не геройское имя и принуждать к браку это не совсем хорошо, то я с ним полностью согласна. Присмотрись к нему, влиятельный, красивый – почему бы нет?

– Но я его не люблю! – У меня был железный аргумент.

– И что, Адель? Вот ты Рейчика своего любишь, он вроде тебя любит, но тащить он собирается тебя в постель, а не жениться, – включился в беседу Фолиант. – А тут у мужика определенные цели, он честно признался во всем. И детей хочет. Законнорожденных, между прочим! Для мужчин это куда ценнее признаний в любви, знаешь ли.

Пока я переваривала их слова и то, что мои гримуары выступили против меня, Сарочка внезапно взмахнула страничками и полетела куда-то.

Вернулась через минуту с письмом – причем распечатанным.

– Я же говорила, у меня высокий риск инфаркта, переживать вредно, – объяснилась она, заметив мой внимательный взгляд. – Я залезла в конверт только кончиком закладки! Лаор пишет.

Лаор? Я, если честно, уже испереживалась, ведь от него не было ни весточки эти несколько дней, но меня обнадеживало одно – тот ритуал должен был стать его билетом в свободную жизнь. И я предполагала, что он сейчас настолько счастлив, что пока не до всяких старых знакомых. К тому же я просто не знала, как с ним связаться.

Я тут же схватила конверт, вытащила плотный лист и вчиталась.

«Здравствуй, Адель. Прости, что не написал сразу. Обустраивался на новом месте.

Как ты? Надеюсь, не вляпалась в неприятности? Твой дядя с кузеном сбежали, я кое-что на них нарыл и отправил в орден инквизиции, поэтому они тебя больше не беспокоят.

Я всегда буду рад помочь тебе – звони по переговорщику в любое время суток».

Далее шел сплошной набор цифр – вероятно, номер его переговорного артефакта – и витиеватая размашистая подпись лорда Лаора Эрдана Ин-Куэба. И даже печать поставил!

Молодец, официальненько.

А я, к своему стыду, куда-то сунула мешочек с родовыми перстнями-печатками и совершенно о них забыла.

– Вот поганец, а? Не мог он перед своим романтичным исчезновением с алтаря сразу пару слов черкануть? – над правым ухом возмутилась Сара.

– А что романтичного в исчезновении жертвы с окровавленного алтаря? – это прогудел подруге Фолиант уже в мое левое ушко. – Жертва на алтаре должна только мучительно погибать, иначе этот темный ритуал – полное гуано!

– Тебе не понять, даже объяснять не буду, – махнула закладкой Книжуля.

– А ты попробуй докажи, что такого приятного в полутрупе! – продолжать настоять на своем темный гримуар.

– Как минимум то, что он избавил нас от чести отмывать кровь с алтаря и драить пол!

– Алтарь настоящего черного ведьмака должен быть в нескольких слоях крови! Иначе он не мужик! Это делает алтарь…

– Рассадником бактерий и насекомых, дорогой мой Фоля. А уж про то, что это вообще негигиенично – класть жертву на алтарь, когда еще после предыдущей кровь не смыл. Хотя бы клееночку, что ли, стелить надо!

– Клееночку! На алтарь! – нервно расхохотался Фоля, тряся страницами.

Пока они препирались, у меня в голове активно работали шестеренки. Я взвешивала все за и против. Если ничего не сделаю – окажусь окольцованной и втянутой в очередную игру. В чувства мэра я не верила. Обратиться за помощью к Рею мне не позволяла гордость, поэтому оставался лишь Лаор.

Уже через полчаса я сидела в переговорной. Одна. Сара пожелала мне удачи, еще просила передать ее пламенный привет бывшему наемнику и ушла на свидание к Фолику.

Итак, немного подрагивающими от волнения пальцами я открыла шкатулку с переговорным артефактом. Активировала, ввела номер, сверяясь с письмом.

Через минуту мягкое сияние превратилось в полупрозрачный экран. На нем отразился свежий и довольный жизнью Лаор. Без бинтов! Не мертвецко-белый после кровопотери! А я уже в голове представила, что беспокою только пришедшего в себя наемника, и даже стыдилась.

Из одежды на нем были короткие штаны – длиной до колена, поэтому плечи и торс с отчетливо проработанными мышцами уже тронул легкий бронзовый загар, и так белокурые волосы выгорели на солнце и сильнее завились от влаги. Он лежал на тахте под странным деревом с тонким длинным мохнатым стволом, а крон у него не было – лишь много длинных продолговатых листьев. Под инкубом был золотистый песок, позади виднелся клочок лазурного моря.

– Адель, я, конечно, очень рад тебя видеть. – Представитель клана Ин-Куэб серьезно на меня посмотрел. – Но ты ведь по делу позвонила. Поэтому вопрос – как ты умудрилась вляпаться в неприятности за три дня?

Мне оставалось лишь пожать плечами. Я и сама не знала, как так получилось!

– И тебе привет, Лаор. Как дела? Как вижу, умирающим ты не выглядишь, – с намеком протянула я. – Мог бы написать раньше.

– Как видишь, я в отпуске. Впервые за пару сотен лет, между прочим! – ответил он, приподнимаясь.

Мне снова стало стыдно, что беспокою его.

Лаор взял со столика стакан на длинной ножке с какой-то разноцветной жидкостью. Через прозрачное стекло было видно, что внутри еще лед и кусочки фруктов. Сделал несколько неторопливых глотков и потребовал безапелляционным тоном:

– Слушаю тебя, милая. И рассказывай, ничего не скрывая!

Я примерно это и собиралась сделать, потому поведала ему все. Начиная от приглашения на бал, на который невозможно было не пойти, затем предложение пожениться, которое также нельзя было отвергнуть. И в конце показала кольцо. Которое опять-таки не снималось!

– Адель, я чего-то о тебе не знаю? – Наемник озадаченно крутил в пальцах уже полупустой стакан. Вздохнул и поставил с громким стуком на стол. – Иначе я не понимаю, как ты привлекла таких мужчин, как лорд Рейвенс и лорд Ибисидский. Сейчас меня уже не сдерживает клятва, и я могу тебе сказать, что наш мэр темная лошадка на политической доске. Он потомок свергнутой династии, но у него слишком много влияния, чтобы можно было просто убрать его. Ты понимаешь теперь, что означает брак племянника короля, то есть магистра Рейвенса, с леди Эванджелиной?

– То есть это политический союз? Во избежание возможного бунта и свержения власти? – Я нахмурилась.

Заерзала от нетерпения и покусала губу от злости.

Их брак всегда был делом решенным! Магистр это знал и все равно ухаживал за мной. Он изначально планировал лишь кратковременную интрижку с глупенькой лавочницей. А я посмела пожелать большего!

Стало больно. И так было, но рана на сердце почти зажила, покрылась корочкой, которую сейчас безжалостно сдернули.

А я глубоко в душе надеялась, что а вдруг Рей откажется, вдруг… Этого никогда не будет. Он вряд ли пожертвует миром в королевстве ради привязанности ко мне. И есть ли у него ко мне чувства, кроме влечения?..

– Не переживай ты так, Адель! – с широкой улыбкой произнес Лаор. – Дай мне пару дней, я узнаю кое-какую информацию и решу, как нам с тобой действовать дальше.

Я благодарно улыбнулась наемнику – у меня были опасения, что инкуб откажется помогать. Все же Рей из ордена инквизиции, и мне подумалось, что он не захочет связываться с ними после стольких лет, когда был в подчинении.

– Спасибо, Лаор. Я даже не знаю, что бы стала предпринимать в такой ситуации, если бы действовала одна, – честно сказала я.

– Да пока не за что, милая, – отмахнулся инкуб. – Ты только за эти дни новым ухажером не обзаведись. И под венец не беги – развестись будет уже сложнее, чем расторгнуть помолвку. Все, до следующего сеанса связи, Адель.

И звонок прервался.

Моей запоздалой реакцией на шутку наемника стал нервный смешок, вырвавшийся не по моей воле. А потом я вовсе начала хохотать. И смех этот был скорее истерическим. Еще недавно нечисть делала ставки на короля – вот совершенно не удивлюсь, если увижу на своем пороге сразу его величество! Которому тоже приспичит на мне жениться!

Просто события, которые происходят в моей жизни, уже дали понять – может случиться всякое! Но от короля я, пожалуй, откажусь.

Я несколько минут просидела, буравя прекратившую светиться шкатулку с артефактом. Хотелось позвонить Коту, услышать Марель и пообщаться с паучками. Но не нашлось моральных сил на звонок – мои друзья увидели бы, что я расстроена, а рассказывать еще раз всю историю с мэром не хотелось. Не сегодня.

Я так и не решилась связаться с лавкой. Привела стол в порядок, вернула на место переговорный артефакт и покинула комнату.

К поместью я бежала, придерживая рукой ворот плаща. Ветер тут же опалил холодом щеки, покусал не закрытые одеждой участки кожи. В воздухе уже чувствовалось приближение зимы. Уже вечерело. Кое-где покрылись тонкой ледовой корочкой лужи, последние листья с деревьев слетели разом, оставив после себя голые ветки. Приметив кучку мусора в виде поломанной ветоши и полусгнившей листвы, я сделала мысленную пометку нанять работников для очищения сада.

Входную дверь открывала с особым предвкушением – что поем что-нибудь сытное и потом сяду у камина с чашкой чая и буду… собственно, составлять план действий. А именно – с чего начну ремонт и сколько денег я могу выделить на это.

– Слушай, магистр, хватит делать нам нервы. У нас с Фоликом тонкая душевная организация, можем и порчу навести, – услышала я раздраженный голос Книженции, едва переступила за порог. – Адель с тобой даже разговаривать не будет, поэтому чеши-ка отсюда к своей невесте!

Ответ Рея я не услышала – он говорил спокойно, холодно и отстраненно. Его голос заглушали стены, гобелены и магия самого поместья.

Я торопливо сняла сапожки и, наспех сунув ноги в домашние туфли, побежала в гостиную, откуда доносился разговор.

Лорд Рейвенс восседал на диване и со снисходительной полуулыбкой смотрел на гримуаров, которые нависли над ним. От злости у Сарочки трепыхались страницы, а ее оттопорщенную к магистру закладку придерживал Фолиант. Видимо, во избежание драки, потому что мой гримуар готова была наброситься на Рейанара.

– Сарочка, успокойся, пожалуйста. – Я подбежала к ней, взяла в руки и прижала к себе. Погладила по корешку. То, что она так защищала меня, как-то растрогало.

– Адель, посмотри на меня, – позвал Рей бархатным ласкающим голосом. И он подействовал так, как действовали чары Лаора на других девушек.

Я злилась, даже не так – я была в ярости от того, что он водил меня за нос. А сейчас – только он поманил, и у меня в голове возник розоватый туман, который будто бы стер мое негодование. Пульс участился, кожа заныла, требуя его прикосновений. Душа захотела близости.

Я скучала. Ревновала. Бесилась. А еще держала в себе эти чувства, прятала, потому что стыдилась их. Потому что лорд Рейвенс – чужой жених.

Я ведь изначально не хотела этих чувств. Он завоевал меня, приручил, а когда я готова была отдать ему всю себя, захотел забрать только тело. Но глупое сердце никак не хотело понимать, что это предательство. Как жаль, что чувства и разум существуют по отдельности. И нельзя по щелчку пальцев разлюбить. Чтобы не было так больно.

Почему я могу варить и продавать зелья, которые помогают людям, но себя вылечить не могу? Всего-то нужно снадобье, которое бы убило любовь.

– Адель, любимая, нежная, желанная. – Слова магистра отдавались дрожью в теле.

Я все же повернулась к нему. Из ослабевших пальцев высвободилась Сара. Она что-то пробормотала, но я даже не поняла, что именно.

Мое внимание полностью привлек Рейанар. Он уже поднялся и подошел почти впритык ко мне. Высокий, сильный, красивый – просто дыхание захватило. Мужчина был одет только в темные брюки и белую рубашку, закатанную до локтей. Черные волосы струились по плечам, зеленые глаза сверкали.

Отчего-то в голове я провела параллель между мэром и магистром. Лорд Ибисидский одевался более официально и строго, а Ре позволял себе проявлять некоторую небрежность и легкость.

– Я скучал. – Вкрадчивый голос мужчины мурашками прошелся по спине. Он сделал шаг вперед, почти обнял, но я опомнилась и отошла.

Магистр Рейвенс снова подался вперед, а я – назад.

– Зачем вы сюда пришли? – взяв себя в руки, холодно спросила я. Хотя внутри же пылал пожар. – Мне показалось, мы в нашу прошлую встречу все друг другу сказали.

Мужчина смерил меня внимательным взглядом, ласково улыбнулся и напомнил:

– Я сказал, что отступать не намерен, дорогая.

– А я сказала, что меня не устраивает та модель отношений, которую вы мне предлагаете, – нервно проговорила я. – С того дня ничего не изменилось. Так зачем вы пришли, магистр?

Я уже почти полностью взяла себя в руки – разве что сердце продолжало бешено биться от того, что лорд Рейвенс не сводил с меня взгляда. Но теперь мной руководил разум, а не чувства.

Он больше не улыбался, но продолжал пристально смотреть. И я четко увидела тот момент, когда его зеленые зрачки начали наполняться синевой. Будто бы зелень леса поглощает бескрайний и беспощадный океан.

– Я пришел, чтобы забрать тебя отсюда и отвезти подальше от лорда Ибисидского. Ты ведь не хочешь за него замуж, Адель.

– Допустим, – осторожно отозвалась я. – А куда отвезете?

– В свой дом. Он далеко от столицы и надежно скрыт. Там мэр тебя не найдет.

Мне стало горько. Я сглотнула, будто бы так эта вязкая горечь пройдет.

– Предполагаю, что посещать меня будете только вы?

– Я бы перевез туда и твою нечисть, но из-за привязки к лавке это будет проблематично. Гримуары поедут с тобой. С нечистью я постараюсь что-то придумать, но не обещаю, – продолжил Рей. И выглядел он так, словно не сомневался в моем ответе. – Вещи можешь не брать, я куплю тебе все, что ты захочешь.

Просто волшебно! Я сейчас начну от счастья танцевать! Ведь предел моих мечтаний – это лишиться всего, к чему я стремилась, и стать… по сути постельной игрушкой. Сомневаюсь, что магистр будет заходить просто чай попить да новостями делиться. И самое печальное в этой ситуации то, что совершенно серьезно это предлагает мне любимый мужчина. Уверенный в том, что я соглашусь.

– Неожиданно, конечно, – наконец нашлась чем ответить я.

Покрутила головой в поисках своих гримуаров, и мои догадки подтвердились. Они висели в воздухе, окутанной дымчатой магической сетью. Иначе бы Сара не молчала и учинила бы скандал. И в выражениях, в отличие от меня, не стеснялась бы.

– Выпустите, пожалуйста, моих гримуаров, – попросила я.

Магистр и бровью не повел.

– Только тогда, когда ты дашь свой положительный ответ, – заявил этот наглец.

И мое терпение лопнуло.

В голове вспыхнуло воспоминанием тот день, когда я стала главой рода, и те знания, что я получила от леди Мириам. Заклинание призыва защитников рода легко на язык. Потянуло холодом от активации старинной охранки.

– Мой ответ – идите-ка вы к шусам с такой помощью, лорд Рейвенс! – с наслаждением сообщила я, когда расслабленного и не ожидавшего атаки Рея спеленали духи, а потом и вовсе вынесли из поместья.

Глава 4

Надо признать, что где-то в глубине души я боялась, что магистр Рейвенс настолько силен, что ему нипочем даже защита древнего рода. И ему вполне удастся повторить подвиг Лаора и разметать призрачную стражу.

Кстати, интересно, почему получилось… Этот вопрос я тотчас задала бабке Мириам.

– Потому что позволили, – пожала она призрачными плечами. – Нас уже давно не устраивала кандидатура твоего дяди.

– М-да…

– Боишься? – насмешливо спросила старая леди.

– Опасаюсь, – не постеснялась признаться я. – Весьма смущает то, что твоя призрачная гвардия защищает тебя ровно до того момента, пока сама этого хочет.

– С тобой все будет иначе. Кондрату мы подчинялись скорее номинально, так как он был официальным, а не фактическим главой рода.

– Это как?

– Клятву на алтаре не приносил.

Ага, то есть у меня они не забалуют? Просто чудесно!

Но все равно окончательно выдохнула, лишь когда духи вернулись и с поклоном сообщили, что мое приказание исполнено. Встряхнула руками, сбрасывая остатки заклинания.

Призраки пропали.

С уходом магистра растаяли и его чары. Книженция и Фолиант освободились, и тишине особенно громко прозвучали аплодисменты. Они хлопали закладкой, а Сарочка гордо произнесла:

– Мое воспитание, моя радость! Адель, ты умница!

– Не баба, а огонь, – поддержал подругу темный гримуар. – Как его перекосило-то, а? Ты видела, драгоценная обложка моей души?

– Так ему и надо! Нечего на чувствах нашей Адель играть! – в сердцах воскликнула Книжуля. Затем подлетела ко мне, коснулась руки и спросила: – Ты как?

Я слабо улыбнулась.

– Нормально.

Навалилась дикая слабость пополам с облегчением. Я, оказывается… боялась. Боялась, что не сдержусь и сдамся. Тяжелее всего бороться не со всем миром, а с самой собой.

Ладно, прошло и прошло!

– Мне срочно нужно выпить чай.

Если чему меня жизнь с Котиком и научила, так это тому, что всегда есть время и место для чаепития. Особенно когда у тебя на душе осенняя погода.

– С градусом, может? – воодушевилась Сарочка.

– С мелиссой и ромашкой, – покачала головой я.

Сарочка сникла, но, пробормотав что-то типа «Еще никому не мешали несколько капель коньяка», улетела искать служанку. За ней тут же увязался Фоля.

Я осталась в гостиной одна. Села с размаху на диван, где до этого вальяжно располагался Рейанар.

Раздался едва слышный хруст.

– Что за?.. – удивилась я, вытаскивая из-за… допустим, спины тонкую серебристую пластинку.

Она была прямоугольной формы и помещалась в мою ладонь. На блестящей отполированной поверхности с двух сторон были выгравирован текст на незнакомом языке. Я несколько минут крутила ее в руках, пытаясь понять, что там написано и откуда у нас эта вещица.

Скорее всего, пластина выпала из кармана Рея.

Припомнив уроки Сары, я выплела заклинание, чтобы понять, что это за вещица и хотя бы к какой магической школе относится. По идее она должна засветиться, и оттенок сияния нам все расскажет.

Но вместо этого вещица предупреждающе нагрелась.

Ага, защита от сканирования стоит? Очень интересно.

Наверняка это артефакт.

Еще раз внимательно осмотрев найденную вещь, я решила, что разберусь с ней потом. И сунула в карман, скрытый в складках в подоле платья. И кажется, вовремя.

Я услышала шаги. Уже начала предвкушать, как буду пить горячий отвар, но в комнату вошла не Бетси.

– Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила я, подскочив на ноги.

И если честно, больше всего мне хотелось без лишних слов выставить незваную гостью! Но как вежливая девочка, я все же решила начать с диалога. Тем более мы на моей территории, а стало быть, здесь у меня больше возможностей.

Вот один слишком наглый магистр в этом недавно убедился.

– Где бы ты ни оказалась и какой бы ты титул ни получила, ты так и остаешься жалкой лавочницей, – искривила пухлые губы Эванджелина. – Никаких манер.

Я была готова увидеть всех, но не ее. Однако напротив меня стояла именно невеста Рея и дочь… моего жениха. Как выяснилось – названая. Впрочем, приятнее это ее не сделало!

Выглядела Эва, как всегда, великолепно. В красивом пышном платье винного цвета, с открытым декольте и с собранными наверх волосами. Так обычно наряжаются на свидание или на бал – четко подобрав образ, начиная от украшений, заканчивая шпильками с бриллиантовыми наконечниками, сверкающими в прическе. Как она вообще сюда попала?!

Из горла вырвался смешок. Видимо, уже сдают нервы. У меня не поместье, а просто-таки проходной двор!

– Во-первых, Эва, я тебя не звала в гости. Не тебе говорить о манерах, – уже спокойным тоном парировала я. – А во-вторых, следи за словами, иначе у нас не выйдет дружеского разговора. Ты же пришла поговорить?

Эва сморщила красивое личико.

– Я здесь не для того, чтобы вести с тобой беседы. Я хочу только предупредить.

У меня машинально поползла вверх бровь. Сложила на груди, готовая выслушать претензии.

В комнату влетела Книжуля, левитируя перед собой поднос с чаем. Озадаченно зависла в воздухе глядя на скандальную визитершу. Но к ее чести, в диалог не вмешивалась, а то, чувствую, это все переросло бы в базарную склоку. Сарочка слов все же не выбирает, а Эва очень… эмоциональная. Ругаться любит.

– Держись подальше от Рея и моего отца, вертихвостка! Иначе придется показать, где твое место, лавочница!

Мне даже интересно стало: где же мое место? Медленно из груди по телу расползлись горячие импульсы силы. Мой дар реагировал на мою злость. Но я сдерживала горячий поток, стремящийся вырваться и как минимум смести низкий чайный столик. Сдерживало то, что вообще-то это мой дом, мне же потом за эти разрушения платить.

– Знаю я таких прожженных, как ты! И прогоняла уже не одну почуявшую легкую добычу девицу, – не успокаивалась Эва.

Я подошла ближе и раздраженно сказала:

– Слушай, Эванджелина, я буду только рада, если ты заберешь и своего отца, и своего жениха. Я не гонюсь за их вниманием!

В гробу я такую востребованность видела, если честно.

– Ну-ну, – зло протянула девушка. – Все вы так поете. Предупреждаю – еще раз увижу, как ты рядом с ними вьешься, тебе не поздоровится!

Изящно развернувшись, Эванджелина легкими шагами направилась к выходу из комнаты. Видимо, дорогу ей подсказывать было не надо – она двигалась уверенно. Да и сюда же как-то добралась. Интересно, кстати, с чьей подачи? Дом большой, гостиных в нем много. Не обшаривала же она его весь.

В любом случае я медленно пошла за ней, чтобы удостовериться, что дочка мэра действительно покинула мой дом. Хлопнула входная дверь. С потолка посыпались кирпичная крошка и потрескавшаяся краска.

– Вот же зараза! Пусть у себя дома так хлопает! – возмущенно воскликнула я.

Меня даже не разговор настолько вывел из себя, как то, что она так пренебрежительно отнеслась к чужому имуществу. Ей, родившейся с золотой ложкой во рту, не приходилось думать о ценности денег. А я как раз знала цену каждой своей вещи, потому что это мой труд.

– Я бы ее назвала по-другому, с большей экспрессией, но и зараза звучит неплохо, – подлетела ко мне также взвинченная Сарочка. – Ты посмотри на эту, а! Ее жених за тобой бегает, а виновата ты! А вырядилась как! Пусть для своего поца старается, авось и на нее взглянет. Надо ее хорошенько проклясть, Адель. Ведьма ты или как?

– Или как, раз в мой дом ходят как в картинную галерею, – вздохнула я. – Нужно что-то делать. И ремонт! Надо начать сегодня же!

– Аделюшка, пошли чай попьем. Есть у меня один ритуал на заметке, решим этот вопрос, – мягко прошуршала страничками Книжуля. – Может, все же пару капель чего покрепче добавим к ромашке?

– Нет, – твердо ответила я. – У меня много дел, Сарочка, не хочу туманить разум.

– Ты шо, правильная доза коньяка только прочищает мозг!

– Все же откажусь. Давай выпьем чай, я перекушу бутербродами, и будем думать, с какой комнаты начнем ремонт.

После слов Эвы я злилась, потому сил у меня было немеряно. Я готова чуть ли не сама начать делать ремонт. Только отсутствие опыта и инструментов меня остановило. Ну, и отвар, собранный еще Лианой, помог мне немного прийти в себя и успокоиться.

Однако с защитой поместья надо что-то делать! Кто дальше ко мне заявится? Мама Рея с требованиями отпустить ее сына?

* * *

Ближе к вечеру у порога поместья оказался посыльный. Он передал Бетси письмо от лорда Ибисидского.

Мы устроились с бумагами в бывшем кабинете дяди. Я распорядилась вынести оттуда весь хлам, перенесла сюда свой букет, до сих пор радующий меня свежими бутонами. И вот – уже теперь мой кабинет. Я на конверт, запечатанный красным сургучом и личной печатью мэра, смотрела с опаской. Учитывая то, что на меня неприятности сыплются, как снег во Вьюжную ночь, открывать его было страшновато.

– Думаешь, есть что-то хуже ревнивой невесты бывшего и неразделенной любви? – лениво вопросила Сарочка, задумчиво макая свою закладку в чашку с чаем.

Все же процесс потребления жидкостей магическими книжками выглядит весьма интересно!

– Опасаюсь этого, – выдыхаю я, крутя в руках письмо. – Лаор сказал не влипать в неприятности, пока он ищет информацию.

Я глядела на послание как на шкатулку, полную самых страшных заклинаний. Открою – и все они будут обращены на меня.

– Всегда можно сделать вид, шо письмо не дошло до адресата, – проговорила Книжуля. – Прочитай. Если все хорошо – мы его получили, если все плохо – послание внезапно потерялось, мы ничего не знаем.

– Удобная позиция, – оценил совет подруги темный гримуар. – Открывай, Адель. Я знаю заклинание, после которого от бумажки не останется и пепла. И нужна всего одна жертва…

– Фолик, давай без жертв обойдемся, пожалуйста, – попросила я, все же разрывая сургучную печать.

Вытащила наружу сложенную трижды плотную бумагу. Белоснежную, с золотистым тиснением по контуру. Почерк мэра – мне показалось, что писал именно он, – оказался ровным, чуть размашистым, но по его письму сразу было понятно, что он очень властный человек, привыкший все контролировать.

«Моя дорогая Адель, я поддерживаю твое рвение заняться ремонтом родового поместья Харвисов. Ниже представлен список строительных гильдий, проверенных моими людьми. Можешь спокойно обращаться к любому из них – они не посмеют обмануть тебя».

Я изумленно проморгалась. Снова вернулась к чтению – действительно, дальше шли адреса и названия мастерских.

– Ну шо за мужик! – с восхищением протянула Сара. Она парила надо мной и читала через мое плечо, ради этого вытащив закладку из чая. – И помогает, и против шерстки не гладит, решая все за тебя! Адель, брось это все, идем выбирать свадебное платье. Такие женихи на полу не валяются!

– И детей рожать каждый год, угу, – нервно проговорила я, неаккуратно складывая письмо и убирая в самый крайний ящик стола. – Только если бы меня это устраивало, я бы вышла замуж за Кристиана.

– Но там была тетка в виде свекромонстра, – напомнила Сара. – А у мэра вроде только Эва. Она, конечно, капризная девочка, но перебесится. Эй, ты куда список мастеров убрала, Адель?

– Я сама найду работников, – твердо сказала я.

Взяла из стопки чистый лист – эта бумага по сравнению с тем, на которой писал лорд Ибисидский, казалась желтой, грубой. Положив перед собой, потянулась за пером. И принялась писать объявление о поиске наемных работников.

– Серьезно?.. – выдохнула Сара, повернулась к возлюбленному и потребовала: – Фоля, скажи Адель, что это глупо!

– Прости, сокровище моей души, но моя мужская логика пала жертвой гордости Адель. Она у нас упертая, ты ее вряд ли уговоришь. Но если будешь пытаться, лучше подбить ее на кровавый ритуал. Силы будет достаточно, чтобы привести в порядок и поместье, и сад. И никаких лишних затрат!..

– Фоля! – шикнула Книженция.

– Я же о деньгах и нервах Адель забочусь!

– Никаких кровавых ритуалов! – была непреклонна она.

– Да понял я, понял, – сник Фолиант. – Но все равно ничего хорошего из задумки Адель не выйдет. Сейчас столько аферистов развелось, побольше мух, я тебе скажу.

Я лишь слушала их, занятая придумыванием объявления. Вскоре я написала несколько штук, перечитала и, удостоверившись, что все в порядке, решила завтра с утра их раскидать их по деревне. Помощь мэра я категорически не хотела принимать, пусть даже он из добрых намерений мне хочет помочь.

Я сама со всем справлюсь. Ремонт – это ведь несложно, верно?

* * *

Работники нашлись достаточно быстро. В тот же день, как я повесила первое объявление, начали приходить мастера. Но многих я забраковала сразу и даже не допустила к работе. К примеру, один мужчина с порога начал с этого:

– Ну что же, красивишно тут у вас. Во время ремонта я тут поживу, ладно? Но комнату надо большую, у меня две жены, семь дочерей и два брата. Элей, заноси чемоданы, эй!

Этого самоуверенного «мастера» и его родственников, которые, как тараканы, разом заполнили весь холл, пришлось выдворять с помощью магии рода. Призраки мягко выставили за дверь всю семью, а неудачливому соискателю придали ускорения.

Сарочка, пока я решала этот вопрос, смотрела на меня с немым укором. Мол, я ведь говорила, ничего хорошего не выйдет.

А черный гримуар самым натуральным образом ржал на весь особняк.

– Ха-ха, я не могу-у! Зови следующих, Адель!

Я на гримуаров тогда даже обиделась. Но когда я приняла на работу совершенно с виду адекватного мужчину для ухода за садом, а тот в итоге весь день пил и затем полночи дрался с садовыми инструментами… Я истерически смеялась вместе с ними, но не сдавалась. И даже набрала целую бригаду мастеров для ремонта первого этажа особняка. Решено было начать с правого крыла, мы даже составили план комнат. И вроде бы все было хорошо…

Пока они не выставили мне счет.

– Деньги? – Я растерянно уставилась на внушительного такого мужика, который поймал меня выходящую из столовой после ужина. – Какие деньги, вы же только утром приступили!

– Ну дык, хозяйка… первый день работ! Оплатить надобно.

– Так вы только демонтажом начали заниматься!

– Дык разрушение тоже работа! И весьма непростая! – Он гордо выпятил грудь. – Знаете как аккуратно надо действовать, чтобы у вас крыша не сложилась!

Очень аккуратно. Потому что моя несчастная крыша уже в шаге от складывания!

– Какая крыша, если вы начали с первого этажа и полуподвальных помещений?!

– Конструкция – дело такое…

– Такое, – зловеще согласилась я.

– Ну так шо? Пяток золотых в виде аванса? Госпожа, деток кормить надо! Голодные дома сидят! Пятеро по лавкам!

Я не очень благородно почесала нос, а после со вздохом повернулась к стоящему в дверях лакею.

– Ульям, дай работникам два золотых и проводи к… месту приложения их труда, – коротко бросила я.

– Два золотых?! Госпожа…

– Я спешу. Давайте не будем тратить ваше и мое время.

Ну правда, пока еще вообще толком ничего не сделали, а в качестве аванс попросили, между прочим, половину суммы, что я за обучение отдавала! При этом в долги к нечисти залезая.

Когда я зашла в кабинет, там меня уже ждали гримуары. Сарочка ехидно спросила:

– Ну шо?

– Денег хотели, – со вздохом ответила я.

– Оу… быстро! Не надумала воспользоваться списочком от мэра?

– Нет, – отрезала я, но, не удержавшись, бросила косой взгляд в сторону письма, специально отложенного в сторонку.

– Эх, зря. Потому что молоденькую девицу надуть – святое дело! А так по рекомендации от лорда Ибисидского дурачить тебя точно не рискнут!

Я посмотрела в темное окно.

– Сара, я хочу справиться сама. А не чуть что прибегать к пусть и косвенной, но помощи этого мужчины.

– Ладно, таки кто я такая, шобы мешать честной девушке самостоятельно набивать шишки.

Действительно, шишки – это такое дело… сугубо индивидуальное.

Временами даже нужное!

Глава 5

Надо сказать, что в глубине души я все же опасалась того, что зря выдала работникам аванс. И ожидала, что они непременно придут за добавкой, возможно этим же вечером!

К счастью, мои опасения не подтвердились. Наоборот, судя по звукам, строители развернули кипучую деятельность!

Так что я выдохнула и сосредоточилась на документах. К сожалению, фамилия Харвис и титул «графиня Солт» – это не только права, но и куча всяческих обязанностей. О которых я имела весьма смутное представление, но все же запросила учетные книги, а также управляющего.

И тотчас столкнулась с тем, что книги-то мне Бетси принесла, а вот по поводу того, кто ими раньше занимался, ответила лаконичное:

– Так сбег он, ваша светлость.

– В смысле?

В диалог бодро встряла Сарочка:

– Так в прямом, Аделька. Видимо, был в сговоре с твоим дядькой и, как только запахло сменой владельца, решил, что ему пора!

Бетси покосилась на говорящий гримуар, осенила себя кривоватым знаком Единого, но, как ни странно, подтвердила:

– Ваша книга права, графинюшка.

– Бетси, а экономка? – нахмурилась я, впервые озадачившись тем, что для такого большого дома тут служит очень мало людей. – Дворецкий? Лакеи, наконец… Я видела всего одного.

Вернее, раньше эти нюансы тоже вызывали у меня удивление, но особо не трогали, потому как были личным делом Кондратия тэ Харвиса. А потом вступление в права и бал… Мне было достаточно, что в моих покоях чисто и завтрак подают вовремя.

– Предыдущий хозяин всех отпустил. Экономил. А другие сбежали, как только его сместили. Вот лакей Михей, например, да и конюх тоже.

Весьма любопытно. Что это им, интересно знать, не понравилось? Да еще и настолько, чтобы бросать насиженное место. Притом дядя точно не мог предложить им другую должность, так как, по заверениям Лаора, приобрел проблемы с инквизицией.

– А кто у нас остался?

– Кухарка, лакей, поломойка и еще одна горничная, но она стара и на один глаз слепа, потому уже давно выполняет только черную работу. Камины выгрести и тому подобное.

– Ясно. Спасибо, Бетси.

Та с поклоном вышла. А я вздохнула, поняв, что в деревенский новостной листок придется давать еще одно объявление, на этот раз о поиске персонала. Хотя управляющего там не отыщешь, эх…

Хотя…

Я решительно подтянула к себе листок. Напишу-ка я господину Быстрику, которого подарил мне Лаор.

Сам он, конечно, занят ведением моих дел в столице, но, возможно, сможет кого-то посоветовать.

После того, как послание было написано, я погрузилась в изучение домовых книг. Саре и Фолику быстро наскучило общаться с мной, так как в основном я отвечала односложно и не особо прислушивалась. Так что гримуары вылетели из кабинета. Притом Сара томно хихикала, а Фолик сообщил, что они для меня изучат все-все закоулки этого дома.

Взглянув на закрывшуюся дверь, я поморщилась и вновь подумала о Коте.

Бедный, бедный Котик!

Притом молчать о том, что творилось у меня под носом, я уже, если честно, считала неправильным.

Несколько минут помаявшись, я все же решила, что они не маленькие и сами разберутся. А ябедничать – последнее дело!

* * *

За книгами я просидела допоздна.

Зевнув, посмотрела на каминную полку и, увидев, который час, изумленно округлила глаза.

Все, пора спать!

В спальне никого не оказалось, видимо гримуары до сих пор изучали особняк. Так что я, напевая, приняла душ, расчесалась и намазюкалась пятком уходовых средств. Выплыла в комнату, благоухая травами, и остановилась возле столика с пышным подаренным букетом. Он тонко, почти невесомо пах. Все так же притягательно.

Я подхватила вазу и понесла в спальню. Странно, вроде же ставила уже у кровати – кто унес?

Разместила цветы на тумбочке и, не удержавшись, нырнула лицом в ворох шелковистых лепестков. Единый, как же пахнет!

Просто невероятные какие-то цветы! Нужно узнать, что это за сорт, и посадить такие в саду, чтобы после срезать и ставить букеты в каждой комнате дома! И сделать из лепестков саше и прокладывать ими постельное белье! Да что там, немного волшебства, и даже можно создать масляные духи, и тогда этот аромат будет со мной всегда!

Кстати, про это…

Время есть, спать пока не очень хочется. Да и весь необходимый набор юного зельевара я с собой брала в одном из чемоданчиков. Там даже есть маленький котелок!

Распахнув шкаф, я отыскала тот самый саквояж.

Вот он, родимый! А в нем все необходимое…

* * *

Экстракция эфирных масел – дело небыстрое. Вообще, если заниматься этим с толком и с расстановкой, то работать стоит в лаборатории. Так как нужны конденсатор, дистиллятор и несколько стеклянных колб.

В моем дорожном наборе всего этого, разумеется, не было. Зато имелись некоторые навыки, частью приобретенные на курсе в академии стихий, а частью почерпнутые со страниц Книжули.

Ну, и стеклянная колба тоже нашлась. Базовое же масло я отыскала на кухне. Правда, намывающая там пол Бетси так удивилась, что выронила в ведро отжимаемую тряпку. На кухне нашлось и подсолнечное, и оливковое. Я взяла первое, так как, судя по всему, оно проходило весьма хорошую очистку и потому практически не обладало посторонними запахами.

Вернувшись в комнату, я аккуратно открыла кейс с иглой, которая помогала добыть руа. Один укол пальца, и в масло срывается крупная, сверкающая капля энергии. Короткое заклинание, и база для моих будущих духов словно расслаивается. Примеси и более тяжелые фракции оседают на дно, а наверх поднимается прозрачная жидкость. Я подняла колбу и аккуратно перелила ее тягучее содержимое в другую стеклянную посуду. С более широким горлом, скорее напоминающим банку.

Посмотрев базу на просвет, я удовлетворенно кивнула. А после поднялась и, подойдя к вазе, вытащила из букета три цветка. Еще раз поднесла к носу, с наслаждением втягивая тонкий аромат. И вернулась к столу, где я разложила все инструменты. Теперь нужно оборвать лепестки. Один за другим, бело-розовые, тонкие как чешуйки, они падали в банку с маслом. Спустя минуту пришлось взять стеклянный же пестик и утрамбовать. Вновь взяться за иглу и добавить каплю руа. А после масла. Лепестков. И вновь примять. И опять руа, вместе с коротким заклинанием.

Вообще, чары, которые должны были ускорить процесс вытяжки, являлись достаточно интересной штукой. Хотя бы потому, что были не единой речевой формулой, а разбивались на несколько этапов.

Тут, конечно, помогало то, что растения очевидно были не простыми, а магическими. Об этом говорило то, что руа, попав на лепестки, рассыпалась по ним серебристыми искрами.

Весьма интересно, вроде как пионовые розы самые что ни на есть обыкновенные цветы. Да и масло никак не могло повлиять…

Хотя что я знаю о последних веяниях в ботанике? Те же хрустальные лилии выводились с помощью магии, вдруг и тут что-то аналогичное?

Когда баночка оказалась заполнена, я закрыла ее стеклянной крышкой и как следует встряхнула. А после произнесла завершающую формулу заклятия. Бутылек полыхнул настолько ярко, что я сдавленно зашипела. Вот говорилось же, что лучше использовать очки, но я про это начисто забыла!

Проморгавшись, я убрала бутылек в шкатулку.

Пока работала, проголодалась, потому второй раз отправилась на кухню. На сей раз Бетси там не было, так что я спокойно, даже, можно сказать, в свое удовольствие пошарилась по ящичкам. Сделала себе кривой, но весьма щедрый на колбасу бутерброд, налила молока и шлифанула свой поздний ужин яблочком.

Уже дожевывая бутер, с тревогой ощупала талию! Но, слава Единому, в целом она оставалась все такой же. Появилась робкая надежда, что то, как я активно использую магию, расходует не только магический, но и физический запас сил.

К тому времени, как я вернулась в комнату, процессы уже были завершены. Лепестки полностью растворились в масле, которого тоже осталось едва ли не десятая часть от первоначального объема. Подрагивающими от нетерпения руками я отвинтила крышку и с самым блаженным выражением лица втянула в себя запах.

О да-а-а! Это оно!

Только более концентрированное, насыщенное… Совершенное.

Не вытерпев, я сразу же намазала маслом запястье и за ушами. И задумалась над тем, что надо бы ввести в лавке новую позицию товара.

А что? Духи – это прекрасно!

* * *

В комнату вплыла Сарочка.

– Магичила? – спросила Книжуля, заинтересованно покрутившись в воздухе.

– Немного. – Я заплетала волосы, уже сидя в постели в одной сорочке. – Решила немного себя порадовать.

– Это правильно, это ты молодец. Себя надо баловать. Подавать пример другим, так сказать.

– А где Фолик?

– Решил изучить подвалы более внимательно. Встретился с бабкой Мириам и улетел с ней… изучать. – Ворчания в голосе Сары стало многократно больше. – Кошелка старая. Давно мертва, а все туда же – кокетничать с чужими мужиками.

– Ты уверена, что это было именно кокетство?

Мой мозг, если честно, ломался на попытке вообразить флирт между призраком и гримуаром.

– Конечно! – возмутилась Сара и пискляво передразнила: – «Пойдем я покажу тебе мой… алтарь. И секретный зал для жертвоприношений». Тьфу!

– А у нас есть такой?

– Угу. Как выяснилось, у тебя есть парадный зал, малый зал и секретный зал.

Какое богатое поместье, а? Приносись в жертву в свое удовольствие.

В общем, спать я ложилась практически счастливая. Чудесный аромат примирил меня с действительностью, и практически все стало видеться в гораздо более радужных красках.

Мэр жениться хочет? Ну, пусть хочет. Помолвка еще не свадьба, глядишь и передумает. В конце концов, всегда есть совсем уж нелицеприятные методы избавления от женишков. Конечно, они могут быть настолько сомнительными, что больше я желающих и не найду. Кто станет жениться на той, кто прилюдно опозорилась?

Но если честно, перспектива умереть старой девой уже некоторое время не внушала мне ужаса. Наоборот. Богатая и независимая старая дева – звучит гораздо лучше, чем несчастная мужняя жена.

Рей предлагает неприличности? Ну что уж. Может, лет через пятьдесят я и соглашусь!

Я даже хихикнула, представив себе лицо магистра, когда через полвека к нему приходит старушенция и кокетливо намекает, что готова на все! На моменте мысленного торжественного снятия нижних юбок и догоняния такого же дряхлого магистра Рейвенса я расхохоталась в голос.

Так что ничего… Главное – не терять чувства юмора и присутствия духа. Я со всем справлюсь.

Раздался сонный голос Сарочки:

– Аделька, таки меня начинают волновать твои нерви, дорогая. Спи уже, похихикаем завтра.

И повернувшись на другой бок, я уткнулась носом в свое же запястье и уснула, окутанная флером цветочного аромата.

Уснула вполне счастливой.

А вот проснулась…

Вернее, будет правильнее сказать, что я не проснулась.

Такой сладкий поначалу сон сначала стал беспокойным, и я ворочалась на влажных простынях, не в силах сбросить с себя липкие оковы дремы. Вроде ты уже и пришла в себя, а вот заставить тело сознательно пошевелить хотя бы рукой не можешь! В ушах стучали барабаны пульса и шумела кровь, а сознание с каждым мигом тускнело. Несмотря на то, что я всеми силами пыталась… пыталась сделать хоть что-то!

Открыть глаза! Сесть? Вообще вскочить на ноги? Неважно, все что угодно, чтобы прервать это странное состояние.

И на каком-то этапе, во время очередного, невероятно сильного рывка, у меня получилось. Я резко села с протяжным выдохом.

Бешеное сердцебиение стихло, словно его выключили. Зато появились другие звуки. Вокруг летали Сара и Фолик, притом Книжуля явно была на нервах!

– Она не просыпается! Мечется и не просыпается!

В смысле? Вот же она я – сижу, на нее смотрю.

– Спокойствие, Сарочка, сейчас мы что-то придумаем.

– Да шо мы можем придумать?! Боже, Фоля, ну не может же она настолько глупо умереть?! Мы столько всего прошли.

Я возмущенно откликнулась:

– Да все со мной в порядке!

Гримуары не отреагировали. Зато раздался веселый, очень знакомый голос:

– Удивительно, конечно! Только заступила на пост главы и сразу пытаешься умереть. Адель, это слишком стремительно!

Развернувшись, я увидела зависшую в углу комнаты бабку Мириам. Притом видела и слышала ее не только я. К ней тотчас повернулись оба гримуара.

– Ты знаешь, что с ней? – требовательно спросила Сара.

– Конечно, знаю. Висит, пребывает в предсмертном состоянии. Вот-вот пополнит свиту мертвых Харвисов. Если так подумать – очень бесславный конец.

Сара немедленно зашелестела страничками и скороговоркой забубнила заклинание. Золотистые искры опустились на мое тело, но практически сразу растворились. И судя по тому, что обратно меня не тянуло, чары не дали результата. Леди Мириам подтвердила мои нехорошие догадки:

– Увы, яд достаточно силен. Связь души и тела практически утрачена, тут может помочь разве что чудо. Ей нужно вливание жизненной энергии, а в вас, дорогие книжки, таковой нет. Разве что по-быстрому где-то найдете жертву.

Фоля взвыл:

– А я говорил! Говорил! У всякой уважающей себя ведьмы обязательно должна быть в заначке девственница. Или, на худой конец, поросеночек! Вот сейчас нам нужна жертва, а ее нет! И поросеночка нет…

Отсутствие оного действительно практически трагедия в данных условиях.

Я наблюдала разворачивающуюся вокруг панику. Повела плечами и попробовала сама лечь обратно в тело. Не удалось. Просто вдруг стало темно, и сознание начало гаснуть, и я побоялась довести этот процесс до конца. Вдруг я окончательно теряюсь, а не возвращаюсь в тело?..

Вновь рывок, но на этот раз я воспарила над кроватью.

– Леди, вы сказали, что меня отравили? Но кто?

Она лишь хохотнула:

– Ты не поверишь…

– Ну же?

– Ты и отравила!

– В смысле? Да не может такого бы… – Я осеклась, и мой взгляд метнулся к столу, где я еще недавно создавала духи. – Вот же… демоны и вся нечисть нижнего мира!

– Согласна, иронично. И теперь действительно ты можешь надеяться разве что на чудо. Или на изобретательность твоих книг.

Я приуныла.

С чудесами у меня по жизни дела обстояли не очень. Так что тут, видимо, только на Сару…

Я воззрилась на Книжулю. Она ругалась с Фоликом, лихорадочно перебирая варианты моего спасения. Спустя пару минут я поняла, что ко мне с угрожающей скоростью приближается уникальная возможность стать призраком в восемнадцать лет после того, как стала главой рода.

И в этот момент чудо, в которое я не верила, все же изволило случиться! Но так оригинально, что у меня отвисла челюсть.

Потому что окно открылось, и в комнату достаточно элегантно забрался высокий мужчина в дорогом вечернем костюме.

Светлые волосы чуть растрепались, выбиваясь из хвоста, а в серых глазах причудливо смешались злость и тревога.

– И кто пос-с-смел? – прошипел мэр, подходя к моей кровати.

Сара на него смотрела с изумленно повисшей закладкой.

– Фоля, а ты как думаешь, это шо за шлимазл?

– А не все ли равно? Эй, парниша, как у тебя обстоят дела с запасными девственницами вообще и навыками спасания ведьм в частности?

Как ни странно, мэр вот ни капли не удивился этим более чем странным словечкам. Наклонившись над моим, к счастью, весьма пристойно выглядящим телом, он спокойно ответил:

– Запасных девственниц нет, но вот ведьму мы как-нибудь да спасем. Фолиант, верно?

– Верно.

– Отлично, где-то на ваших страницах должен быть ритуал разделения жизненных сил.

Фолик пошелестел страницами и сказал:

– Есть такой.

– Отлично. Будьте любезны, продиктуйте заклинание… – И, подхватив меня на руки, он повернулся к бабке Мириам. – Дорогая леди, проводите, пожалуйста, в малый жертвенный зал.

– Мальчик мой, ты настолько осведомлен, что это вызывает удивление. Обычно так много знающие мальчики долго не живут…

– Ничего, у меня с выживанием все в порядке, – оскалился в ответ мэр. – Ведите в зал, мне даже алтарь ваш не нужен. Так, столом обойдемся. И силами поместья.

Глава 6

Огромными от изумления глазами я наблюдала за тем, как Одар Ибисидский в сопровождении духа и двух магических книг вышел из моей спальни.

И немедленно встретил в темном коридоре темную фигуру.

Фигура заорала голосом горничной и с грохотом упала в обморок.

– У меня очень много вопросов, – задумчиво проговорил мэр, обходя служанку.

– Дорогой, боюсь, у нас нет ответов, – в том же тоне ответила Сарочка, следуя за лордом Ибисидским.

Я тоже плыла за их компанией, кинув последний взгляд на Бетси, которая тут же открыла глаза и прислонилась к стеночке, едва процессия удалилась от нее. Кажется, предстоит серьезный разговор со служанкой. Только сначала выжить бы.

Мэр уверенно шел за призрачной фигурой хранительницы рода. А леди Мириам тем временем обратилась ко мне, слегка повернув голову:

– А что это за интересный молодой человек, Адель?

– Ну я бы не сказала, что молодой… – чисто из вредности протянула я. И покосилась на предмет нашего увлекательного диалога.

– Моложе меня точно, – хмыкнула призрак. – Кстати, тебя он не видит, не надо так нервно озираться. Ты, дорогая, сейчас скорее в статусе заблудшей души, чем полноценного привидения. Так что мертвые тебя видят, а вот живые нет. Кстати, Адель, он твой кавалер? Вот как старается, спасает!

– Жених, – ответил за меня лорд Ибисидский. – Почти муж.

– Почти не считается, – буркнула я.

Если бы я могла краснеть, то вспыхнула бы с головы до пяток, потому что леди Мириам знакомилась с моим «женихом» Лаором всего несколько дней назад. Призрачная дама кинула в меня многозначительный взгляд, но тему развивать не стала. К счастью.

Зато за фразу мэра схватилась Сарочка. У нее встрепенулись странички, и она вопросила:

– Жених? Так вы лорд Ибисидский, шо ли?

– Он самый, госпожа Книженция, – самым любезным тоном отозвался «почти» муж.

Ее нарисованные глазки округлились. Затем она посмотрела на мое безвольное тело в руках мэра и сказала:

– Адель, ты там тока не умирай! Я должна еще погулять на твоей свадьбе и понянчить твоих детей!

Она говорила что-то еще, почти без остановки, но отчего-то в ушах начал нарастать гул, и я практически ее не слышала. Звуки окружающего пространства тоже будто бы немного затихали, становились неважными. А мир стремительно терял краски.

– Что со мной? – испуганно спросила я у бабки Мириам. – Я перестала слышать гримуаров!

Почему-то ее я начала слышать гораздо четче. Ее видели отчего-то все, а меня замечала только она.

– Ты уходишь за грань, Адель, – ответила она. В ее голосе больше не было веселья. – Если лорд Ибисидский ничего не сможет сделать, то это будет конец. Мне искренне жаль.

Тем временем мэр уже спустился в подземелье и остановился у небольшой дверцы, максимально напоминающей по покрытию и виду стену – видимо, ее тщательно маскировали. Проход открылся, и мы вошли в небольшое помещение с внушительным плоским светлым камнем посередине. Он был размером с алтарь в натуральную величину, но магии в нем не чувствовалось. Комнатка была почти копией той, где мы проводили ритуал над Лаором.

На себя, кстати, со стороны было странно смотреть. На свои рыжие волосы, россыпь веснушек, молочную бледную кожу, которая почти сливалась с цветом ночной рубашки. Меня аккуратно держал в руках мэр. Он же заботливо переложил меня на тот самый серебристый камень.

Яркие локоны, похожие на языки пламени, рассыпались по каменному ложу. Розовая лента, которая ранее удерживала волосы, мягко упала на темный пол.

Мужчина неожиданно встал на колени у моего… тела. Ему на руку лег Фоля, открытый на нужной странице.

Оторвав взгляд от своего лица, ставшего алебастрового цвета, я перевела его на жениха-спасителя. Если отрешиться от ситуации, то следить за четкими действиями лорда Ибисидского было одним удовольствием. Он двигался уверенно и решительно, словно с дюжину подобных мне девиц спасал посредством этого ритуала.

Он начал что-то говорить, наклонившись к моему лицу. Если бы я могла чувствовать, то ощутила бы его дыхание.

Только слов я не слышала – видела, как двигались губы.

Наблюдала, как нервно нарезала круги обеспокоенная Сара.

Как искрились вокруг искры магии, так напоминающие маленькие звездочки.

– Завораживающе, правда? – Рядом со мной витала бабка Мириам. – Сам ритуал разделения жизненных сил очень красиво выглядит. Только…

Она замолчала, видимо, выдерживая патетическую паузу.

– Он очень сложный. На моей памяти им смогли воспользоваться правильно лишь четыре раза.

– А что будет, если мэр не справится? – спросила я.

Мужчина уже почему-то раскрывал шнуровку на моей ночной рубашке и водил руками по моей… допустим, грудной клетке, при этом не касаясь меня. Выглядело двусмысленно, но я отмела стыдливость подальше. Как-то сейчас главное выжить.

– Вариантов много. – Призрачная леди склонила голову к плечу. – Твой лорд может сойти с ума. Или отправиться за грань за тобой.

Лучше бы я не спрашивала про это! Теперь мне стало еще более не по себе.

– От жизни к жизни, от силы к силе, – вдруг сквозь вязкую пелену пробрался голос лорда Ибисидского. – Элиос виорт тарге, добровольно передаю свою жизнь, добровольно делю свою силу. Да будут луна и солнце мне свидетелями.

Каждое слово отзывалось во мне. Напоминало, что мне нужно дышать. Моргать. Что я состою из плоти и крови.

Меня медленно начало тянуть вниз, к безучастно лежащему на камне девичьему телу. А потом лорд Ибисидский вдруг склонился ко мне и… коснулся моего рта. Только это не было поцелуем. Скорее, так оказывают первую помощь и делают искусственное дыхание. Только он на грудь мне не давил. Просто выдыхал в меня жизнь, и с каждой секундой я начинала чувствовать.

Жесткий скользкий камень. Необработанный скол ложа, впившийся в спину. Запах очень приятного парфюма.

Вся жертвенная озарилась яркой вспышкой света. Я зажмурилась.

* * *

Первое, что увидела, открыв глаза, так это свою комнату. Точнее, потолок. Потом заметила, что там отсутствовал кусок штукатурки.

Кажется, ремонт у меня затянется надолго.

Повернулась к прикроватной тумбочке и увидела хрустальную вазу с букетом чайных роз белого цвета.

Воспоминания захлестнули меня тут же. Я припомнила все: как любовалась букетом пионов, как мне пришла гениальная идея сделать масляные духи и как я чуть не умерла. А лорд Ибисидский пришел и спас меня!

В последнее верилось с трудом. Вдруг у меня были галлюцинации?..

И я бы еще терзалась сомнениями, если бы не раздались шаги, а затем появился лорд Ибисидский собственной персоной. Свежий, в очередном красивом камзоле белого цвета, с узорами серебряной нитью по рукавам, с собранными в хвост платиновыми волосами.

И я – наверняка растрепанная, в одной ночной рубашке.

– Доброе утро, Адель, – раздался бодрый голос мужчины.

– И вам доброе. – Я присела на постели и до подбородка укрылась одеялом. Затем перевела взгляд на букет и настороженно спросила: – Что за цветы?

– Не волнуйся, они от меня. Не отравленные, – краем губ улыбнулся столичный градоначальник, сев на край моей кровати.

По-хозяйки так устроился на одну половину, а не деликатно на краешек.

– Зачем?

Кажется, я теперь буду избегать всячески букетов после этого случая.

– Подарок для невесты, чтобы она не принимала букеты от других. Кто, кстати, тебе подарил пионовые эльвии?

– Эльвии?

– Очень похожи на пионовые розы, но вызывают у жертвы привыкание, дурманные сны и, наконец, смерть. Так от кого они?

Я задумалась. Изначально я считала, что дарителем был Рей, но он бы точно не стал присылать мне отравленные цветы. Просто незачем, наверное. Кто тогда?

Леди Рейвенс? Решила, так радикально завершить «интрижку» сына, раз по-хорошему договориться не получилось?

Эванджелина, которая ревностно относилась и к магистру, и к своему приемному отцу?

Тетя с дядей ведь не могли?.. Или могли?

У меня начала болеть голова от подобных мыслей. Мне до сих пор не верилось, что на меня совершили покушение. Хотя после случая с Лилит возможно все.

– Не знаю, – честно призналась я, начав массировать виски мягкими круговыми движениями. – Букет принесла Бетси, а ей отдал посыльный, сказав, что от неизвестного заказчика.

– А Бетси – это та служанка, которая так рьяно выполняет свои обязанности, что караулит у дверей своей леди со стаканом? – иронично отозвался мэр. – Давно уже не сталкивался с этим методом прослушивания. Разбаловали меня технически подкованные шпионы!

И хотя он даже растянул губы в насмешке, льдистые глаза так и оставались холодными.

– Она самая. – Я несколько смутилась. – Я с ней проведу профилактическую беседу.

Я, наверное, слишком мягкая хозяйка, потому что у меня не получалось управлять прислугой. В доме тети мне было жаль просить о чем-то вечно усталых горничных, поэтому частенько все делала сама. Собственно, поэтому я полностью самостоятельная. Но в этом есть свои плюсы – если останусь без денег на помощницу, то не пропаду.

– Не надо. Я сам с ней пообщаюсь. – Аристократ несколько долгих секунд смотрел на меня очень внимательно. Будто сканировал взглядом…

У меня от напряжения ладошки вспотели, которыми я сжимала одеяло. Мне показалось, что все, разговор окончен, но мэр вновь начал говорить:

– Право слово, Адель, я удивлен, что ты повелась на отравленные цветы. Это же тренд прошлого сезона. Сейчас модно подсыпать яд в пудру.

Точно не леди Рейвенс цветочки прислала! Мне кажется, что эта дама следует последним трендам, а то и задает их лично. Прошлогодними методами она бы не воспользовалась.

Я удивленно похлопала глазами.

– Миленькие традиции, конечно, в высшем свете, – нервно прокомментировала я. – Лорд Ибисидский, я очень благодарна вам за спасение, но… – Запнулась, сделала большой глоток воздуха и все же закончила свою мысль: – Может, вы разорвете помолвку? Видите, я плохая кандидатура в жены, даже не знаю про модные методы отравления неугодных леди.

– А так все хорошо начиналось, – усмехнулся Одар Ибисидский. – Могла бы остановиться на благодарности.

– Еще раз спасибо! – повторила я, вспомнив, что говорила про ритуал, найденный на страничке Фоли, леди Мириам.

Видимо, наш случай пятый успешный исход.

– К вашим услугам, леди Харвис, – насмешливо улыбнулся мэр. Затем мужчина поднялся, намереваясь уйти.

– А как вы узнали, что… что мне плохо? – спохватилась я.

Мэра снова посмотрел на меня. И мне вдруг пришла мысль, что такой необычный цвет я видела лишь однажды, когда мы с тетей, дядей и их детьми ездили на зимний курорт. Там, недалеко от домика, который мы взяли в аренду, находилось большое озеро. В зимнее время он покрывался толстым слоем льда. И на этой поверхности, как в зеркале, отражались небо и верхушки великих ели. Учитывая, что подо льдом была еще вода, когда светило солнце, все цвета смешивались, и получался очень необыкновенный оттенок. Холодный серо-голубой – вот так я бы описала цвет его глаз.

– Кольцо на твоем пальце – артефакт, – лаконично ответил мужчина.

Меня тут же захлестнуло возмущение.

– Ах вы!.. – Я чуть было не поднялась, но вовремя вспомнила, что до сих пор в одной лишь тонкой ночнушке. Прижала к груди одеяло и недовольно констатировала: – Вы за мной следите!

– Такой я вот нехороший, милая моя, не даю безвременно покинуть этот мир своей невесте. В суд подавать будешь?

Лорд Ибисидский откровенно издевался надо мной.

Я сникла. Ведь действительно, если бы не кольцо, получается, сейчас все уже готовились к поминальному обеду и готовили мне местечко в родовом склепе Харвисов. Может, и не теплое, но наверняка очень помпезное.

– Не буду, – тихо сказала, опустив взгляд.

– Вот и молодец. А то обвинение звучало бы странно. «Мой жених подарил мне старинный родовой перстень, который является артефактом, и я очень недовольна этим фактом».

– А вы прям рифмоплет!

– Чего нет, того нет, – расхохотался в ответ лорд Ибисидский. – Боюсь, милая Адель, вершиной моего стихотворного антиталанта являются стишата про кровь и любовь. Хотя нет, в пору наивной юности и первой любви я еще пытался выдать что-то про любовь и морковь.

Я мрачно посмотрела на мэра. Его было сложно представить что юным, что наивным, что влюбленным. Но стишата про «морковь» все равно интриговали, если честно.

– Я поняла. Осознала. Хватит издеваться.

Действительно осознала, между прочим. Если перстень из старых родовых артефактов, то в нем наверняка изначально заложена функция извещения о том, что с невестушкой не все в порядке. Времена были темные, страшные. За невестами надо было следить-с.

– Ладно, я тебя понял, сменим тему.

Вдруг я ощутила прикосновение к щеке. Лорд склонился надо мной. Горячие пальцы мужчины погладили нежную кожу. И пока я с огромными глазами наблюдала за происходящим, мэр сказал:

– Сменим ее… на ремонтную. Милая, я заметил, ты снова не стала принимать мою помощь.

– Вы про что? – переспросила я, облизнув пересохшие губы.

Надо заметить, что скорость, с которой лорд перескочил с одного на другое, меня слегка деморализовала.

Льдистые глаза потемнели.

– Про работников. Ты наняла не профессиональных мастеров по моему списку, а сомнительных личностей. Уверена в своем выборе?

Вот и на что он рассчитывает? Что я вздохну, а после заявлю, что он совершенно прав и работники не то чтобы отличные. А потому спасите меня, дорогой жених, и решите это маленькое затруднение!

Вот так, да? К сожалению, есть вещи, которые, если ты сама в них ввязываешься, нужно самостоятельно же разруливать. А потому…

– Конечно. Я провела собеседование и осталась довольна их умениями. – Я вскинула подбородок, стараясь выглядеть уверенно. – На днях мне обещали закончить ремонт в разрушенной столовой.

– Хм, – задумчиво изрек мужчина. – На днях, значит, закончат? Тогда предлагаю нам с тобой поужинать в этой столовой через… неделю, допустим.

Я не знаю, кто меня тянул за язык, но я согласилась! Согласие вылетело из моего рта, и тут же на меня накатило понимание.

Во-первых, я согласилась на ужин с вообще-то с мэром. От которого хотела отвязаться, между прочим!

Во-вторых, для того, чтобы поужинать, нужны будут хотя бы стол и стулья, которые я велела убрать в подвал. Я хотела обставить столовую мебелью позже, когда отремонтируем весь первый этаж. Возможно, даже заказать что-то новое. А теперь, видимо, придется поторопиться.

– Прекрасно, – протянул довольно мэр. – Тогда договорились. Я внесу этот вечер в свое расписание.

А вот мне прекрасно не было. А вдруг мастера не успеют? Тогда что? Этот вопрос я и задала мужчине.

– Тогда моя очаровательная невеста, несмотря на свою гордость, принимает помощь, и наемная бригада ремонтирует все поместье за несколько дней, – отозвался он.

Я нахмурилась. Конечно, щедрое предложение, только меня это не устраивает. Я хочу сделать все сама!

Значит, я обязательно справлюсь, и через неделю мы будем ужинать в отремонтированной и красиво обставленной столовой.

* * *

Как всегда – сказать оказалось проще, чем сделать.

Я стояла в дверях той самой столовой, за моей спиной парили гримуары. И мы наблюдали поистине пасторальную картину.

На диване с гнутыми золочеными ножками, обтянутом синим бархатом в серебристую полосочку, лежал… бригадир, наверное? Он лениво разглядывал потолок и что-то жевал. Кажется, яйцо. Во второй его руке торчали перышки зеленого лука. Он смачно откусил от них. Потом забросил в рот остатки яйца. Вытер губы обратной стороной ладони. И в заключение издал звук, который уж точно не стоило издавать в присутствии благородных дам.

Его помощники проводили время не менее приятно, чем их предводитель. Положили на два бочонка краски доску, оседлали ее и резались в картишки. Притом доска была из янтарного ясеня, которым ранее была отделана эта комната. И кажется, мы договаривались, что дорогие панели ошкурят, покроют лаком и вновь вернут на южную стену.

Мне нравились современные тенденции на сочетание разных материалов. И в мыслях я уже представляла, как хорошо дерево будет смотреться с покрашенными в спокойный цвет стенами. Стол тоже хотела сделать деревянным, из тех самых панелей. И во время приемов пищи думала использовать не большие скатерти, а индивидуальные круглые или прямоугольные салфетки, на которых бы как раз помещались тарелка, приборы и бокал.

Именно так все было в моем воображении. Элегантно, красиво, сдержанно, но несколько экстравагантно.

А в реальности… в реальности мужики сидели и ничего не делали! И, прости Единый, рыгали в моей столовой!

Один из работяг, не оборачиваясь, бросил:

– Бетси, детка, сбегай нам еще за винишком!

Его компаньон по игре поднял глаза, и те настолько расширились, что я даже стала опасаться, что они выпадут. Он ткнул первого ногой.

– Свен…

– А че? Сама же она говорила, что винища тут много, а хозяйка ничего не считает.

Чувствую, начнет. И вино, и колбасу. И серебряные ложечки!

– Свен!

Парень, заметивший меня раньше, подскочил, но споткнулся и растянулся на полу. Прямо на моем старом, но некогда прекрасном, а ныне поцарапанном паркете!

Таким выступлением заинтересовались все остальные. Сначала они посмотрели на парня, а после уже на стоящую в дверях меня.

– Добрый день, – очень мрачно поздоровалась я, размышляя о том, что в предложениях Фолианта все же было немало дельного.

Иногда жертвоприношение – это благо и очищение мира от жуликов!

Я разозлилась настолько, что на моих ладонях появлялись язычки пламени. Мелькнула и пропала мысль о том, что надо озадачиться огнеупорными платьями. А то уже почти весь гардероб в дырочках и подпалинах. Леди Харвис, называется… графиня.

В зале остался только бригадир, остальные решили тотчас убраться через противоположные двери. Их начальник, разумеется, тоже желал удрать, но я надежно спеленала его сетью. Даже удивительно, что она с первого раза получилась! От злости, наверное.

– Г-г-госпожа? – заикаясь спросил мужик, грустно шевеля конечностями. В таком виде он напоминал не особо симпатичную гусеницу.

– Госпожа, – согласилась я и с неподдельным интересом осведомилась: – И как продвигается ремонт?

Не то чтобы я не видела… но я же леди. А леди должна следовать протоколу беседы, даже если ей все и так понятно.

– Отлично, – громко стуча зубами, ответил бригадир. – Мы как раз это… обдумывали.

– Что? – ласково уточнила я.

– Всякое, – чуть смутился мужик. – И то и это.

– Молодцы какие, – восхитилась я. – Надеюсь, что ваша мыслительная деятельность положительно скажется на темпах работ. Через сколько закончите комнату?

– Ну… месяцок.

– Это неправильный ответ.

– Три недели?

– Вы все еще ошибаетесь.

– Но госпожа!

– Неделя, – жестко сказала я и, подавшись вперед, добавила: – Одна неделя и ни днем больше! Иначе я сделаю с вами… – Тут я запнулась, так как угрожать все же не умела, а потому отделалась общей фразой: – То, на что хватит вашего воображения.

Судя по тому, как посерел бригадир, с фантазией у него все было в порядке!

– Понял? – Усилием воли я собрала разрозненные язычки пламени на руках в один шарик и выразительно продемонстрировала его мужику.

Он только нервно слотнул, и я решила счесть это согласием. Ослабила сетку, и мужик рухнул на пол, а после со словами, что пойдет найдет ребят, удалился.

Я же пыталась дышать. Огонь никак не хотел уходить обратно в тело.

– Ша, Адель, таки сейчас на месте этого беспорядка будет пожар! – раздался успокаивающий голос Сарочки.

– У меня тут есть ритуальчик один, где жертву надо торжественно сжечь! – радостно возвестил Фоля, который, конечно, везде следовал за Книжулей. – Можем прямо сейчас и начать.

Но слова Сарочки на меня подействовали лучше. Я выдохнула. Сжала кулаки. Протяжно выдохнула.

– Как думаешь, я была достаточно убедительна? – спросила я Сару, стряхивая с пальцев огненные искры.

Они сорвались с кожи и растаяли в воздухе.

– Ты была прекрасна, дорогая. Но эти… – Сарочка потрясла в воздухе закладкой. – Ну шо за сволочи! А про вино было больнее всего слышать!

Я еще раз тяжело вздохнула и пошла пить чай.

Взрослая и самостоятельная жизнь начала меня утомлять.

Глава 7

После чаепития я решила заняться новой для себя деятельностью. Запугиванием слуг!

– Леди Мириам? – вслух позвала я.

Воздух задрожал маревом, словно в июльскую жару, но в противовес этой ассоциации повеяло холодом. После марево превратилось в туман, из которого соткался знакомый образ главной призрачной дамы моего поместья.

– Да, госпожа? – В интонациях звучала некоторая ирония, но я ее проигнорировала.

– Позовите, пожалуйста, Бетси в мой кабинет.

Леди аж закашлялась.

– Детка, я тебе секретарь?

– Нет, но я надеялась, что вы мне поможете. Если вам неудобно, то попрошу кого-то еще найти служанку. Насколько я помню, у вас немало духов в подчинении.

– Я слетаю, мне не сложно, – тотчас пошла на попятную мертвая леди. – Но ты первая, кто так использует призрачную гвардию.

– Мне показалось, что вам скучно быть просто мертвым знаменем славного рода, – пожала я плечами. – Но повторюсь, если вас смущает, то я стану прибегать к вашей помощи только в… так сказать, регламентированных случаях.

Когда надо кого-то из поместья под белы рученьки вывести. Ну или пинком под зад выпроводить – мне кажется, духам второй вариант даже больше понравился.

После того, как леди Мириам вылетела сквозь дверь, Сарочка ревниво сказала:

– Могла бы и нас попросить.

– Уж мы бы ее привели!

– Несомненно, – немного рассеянно проговорила я, изучая первую страницу домовой книги. Суммы там значились такие, что у меня нервно дергался глаз.

Оказывается, содержать поместье – дорого. Даже если делать это очень плохо.

Честно, еще никогда я так не надеялась, что управляющий проворовался и просто писал в несколько раз увеличенные суммы. Потому что если это все правда, то я сильно переоценила ту кучу денег, что досталась мне после того, как государство заставило Лаора выплатить налоги.

– Так почему бабку попросила?!

– Потому что леди Мириам не просто бабка, а мертвая бабка. И сдается мне, что одна вредная покойница на служанку произведет гораздо более сильное впечатление, чем две милые книги.

– Милые? – подавился воздухом Фоля. – Ты назвала могущественного гримуара, чьи страницы буквально написаны на крови, милым книжным изделием? Я что, бульварный роман, по-твоему?!

– Ша, Фолик, Адель совсем не это имела в виду, – похлопала по корешку возлюбленного Книжуля.

– Да, не это, – покивала я и перефразировала: – Я посчитала, что леди Мириам произведет гораздо сильнее впечатление, потому что заставит ее врасплох своим внезапным появлением. А вы с Сарочкой дожмете ее здесь.

Гримуары еще немного поворчали, что это со мной они милые, а так очень даже страшные, но спорить дальше не стали. А после в дверь раздался стук.

– Войдите! – громко сказала я.

На пороге показалась на удивление бодрая и спокойная Бетси.

– Вызывали, леди Адель?

– Вызывала. Присядь, – кивнула я, с любопытством глядя как на невозмутимое лицо служанки, так и на маячившую за ее плечом пожилую даму. Судя по всему, ей тоже было обидно, что Бетси оказалась настолько стрессоустойчивой. Ни заикания, ни бледности, даже легкой дрожи рук – и той не наблюдалось! Практически фиаско для честного призрака.

Та заняла кресло напротив. Села уверенно, и не на краешек сидения, а заняв его полностью.

– Слушай вас, госпожа.

– Прекрасно. – Я позволила себе легкую улыбку. – Я бы хотела пообщаться с вами на тему некоторой вольности, что вы допускаете в общении со строителями. И полагаю, что не только с ними.

– Не понимаю, о чем вы.

– Я о том вине, что вы таскали бригаде, и том стакане, с которым вы подслушивали возле моей спальни!

Из которой в ночи выбежал мэр с полуголой мной на руках…

Интересно, насколько далеко успела убежать эта сплетня? И сколько еще Бетси успела подслушать и кому это рассказать? У меня же и с магистром Рейвенсом состоялась пара весьма своеобразных разговоров.

– Действительно, такое было, – со сдержанным достоинством кивнула служанка.

И замолчала, выжидательно глядя на меня.

А я… я просто была в шоке от такой наглости! В моей картине мира если вору говорят: «Попался, скотина!», то он как минимум убегает, как максимум кается и посыпает пеплом голову. А уж никак не «Ну да, попался» и пялится в ответ.

И что мне с ней делать? Угрожать? Так она сюда явилась в компании леди Мириам, да и в целом настолько давно служит в поместье, что не может не знать о его особенностях. И о призрачной гвардии. И о том, что сад большой, а розы хорошо цветут, если их удобрять азотом… которого, как известно, много в мертвом теле.

В общем, пугать гораздо проще тех, кто уже и так настроен пугаться. Вот как строителей. Любо-дорого посмотреть, как мы общались!

Мое молчание и лихорадочное осмысление ситуации, как всегда, компенсировала Сара.

– «Такое было»! – возмущенно передразнила служанку Книжуля. – Ви только полюбуйтесь на энту злыдню-падлюку! Смотрит глазами бесстыжими, признается, что лишала последнего имущества, и стыда ни в едином глазу!

Допустим, с бутылкой вина в роли «последнего имущества» Сарочка погорячилась, но в остальном я была полностью с ней согласна! Но выражалась чуть иначе.

И оная злыдня лишь покосилась в сторону гримуара и даже не вздрогнула!

– Бетси, вы же понимаете, что вы уволены? Без рекомендаций.

– Почему?

Ы-ы-ы-ы!

– Потому что вы шпионили! И неизвестно, куда доносили!

– Молодая хозяйка, хочу заметить, что вы неправы, – все с тем же достоинством ответила женщина. И кстати, ее простонародный говорок куда-то пропал! Вот тебе и чудеса прислуги в благородных домах.

– С чего это?

– Во-первых, вот уволите вы меня, и что дальше? Наймете новый штат?

– Найму, – мрачно подтвердила я.

– И совсем-совсем не будете знать, кто из них крыса! А тут – я! Величина уже известная. Даже, надо заметить, отчасти вам преданная.

– Это как?

– Это перед тем, как сдавать информацию заказчику, я могу приносить ее вам.

– На редактуру, – кивнула я.

– Именно!

Единый, а я же шутила…

Когда я уже набрала в грудь воздуха, чтобы высказать, куда именно служанка может пойти со своими предложениями, как меня прервала Сарочка:

– Вообще, в этом что-то есть. Таки хорошо известная и предсказуемая сволочь – гораздо лучше, чем скрытная. Можно сказать, своя родная гадина.

– Гадиной мне быть не очень нравится, но в остальном я согласна с уважаемой… э-э-э… магической книгой.

Я переплела пальцы, пристально глядя на безмятежную служанку. Вот и что мне с ней делать?

Увольнять ее так вот сразу я с самого начала не планировала, скорее, напугать как следует.

Потому что я, конечно, худо-бедно умею вести хозяйство. Но именно что «худо-бедно»! В основном меня учили им руководить, а не самостоятельно стоять у плиты да убирать комнаты. В лавке мне тоже повезло, и для всего этого наличествовала нечисть.

– Хорошо, – я медленно кивнула. – Но надеюсь, что вам не нужно объяснять, как теперь должна строиться работа?

– Доносы сначала приношу вам, – с готовностью кивнула Бетси. – Леди, вы не пожалеете! Особенно когда появятся новые слуги.

– Кстати, а на кого вы работали до этого?

– А я разве не сказала? На лорда Ибисидского. Послания отправляла в дом мэра.

Прекрасно.

Просто чудесно. Великолепно даже.

– И как давно?

– Да пару лет как предложили… Но раньше отчеты о действиях лорда Харвиса отправляла каждый месяц, а вот с вашим появлениям стали просить присылать их раз в неделю.

– Когда ожидается следующий раз? – уточнила я. У меня в голове медленно созревал план.

– Да вот в субботу, леди.

– Чудно. Тогда ближе к делу жду ваше, так сказать, творчество.

Бетси присела в реверансе и вышла за дверь.

Мы с гримуарами немного помолчали, а после леди Мириам прокомментировала:

– Какой у тебя жених… опекающий.

– Теперь это так называется? – усмехнулась я.

– А может, это не сам мэр, а Эванджелина за тобой следит? – встрепенулась Сара, которой был, видимо, слишком дорог светлый образ Одара Ибисидского.

– Угу. А до этого ее тайной страстью был дядя Кондратий, – с нервным смешком прокомментировала эту мысль я.

– Да, не сходится, – поникла закладкой Книжуля. – Но я все же предлагаю не спешить с выводами и спросить у него лично.

Вот и повод для нового скандала. Как же прекрасно быть мной!

Эх.

– А я бы не торопилась раскрывать карты, – встряла в беседу бабка Мириам. – Зачем говорить джентльмену, что вы знаете о его интересе? Гораздо лучше удовлетворять мужское любопытство нужной тебе информацией. Благо служанка оказалась достаточно сговорчива.

Я тоже подумала о чем-то подобном, поэтому решила пока не раскрывать карты. Скандал и вовсе лучше отложить на потом. Как-то с лордом Ибисидским мы и так слишком часто видимся.

* * *

Следующие несколько дней пролетели как один. Во-первых, потому, что я все еще была слаба после отравления, а во-вторых, из-за того, что со всей силы старалась игнорировать этот факт, с головой уйдя в дела поместья.

И тут была такая бездна, что можно было за голову хвататься!

Даже я с моим базовым образованием видела, что в бухгалтерских книгах явные расхождения. Одни вещи замалчивались, а на другие шли слишком большие средства. Мне бы толкового управляющего!

Но где его взять? Я, конечно, созвонилась с Марель и домашней нечистью (чтобы пожаловаться) и с мистером Быстриком (чтобы спросить, нет ли у него нуждающегося в работе коллеги). К сожалению, управляющий моими делами в столице сказал, что специфика ведения дел в поместье сильно отличается от городского бизнеса. И сам он, например, за такую задачу с наскока браться бы не стал, ну а круг общения у него аналогичный. Но обещал, во-первых, поспрашивать, а во-вторых, оставить от моего имени заявку в агентстве по найму персонала.

– Что грустишь? – спросила Сара, вместе с Фолиантом залетая в мой кабинет через полчаса после того, как состоялся диалог с мистером Быстриком.

– Да вот…

Я изложила причину моих страданий.

– Тю, а таки в чем сложность? – не поняла Книжуля. – Тебе же сказали – оставят заявку. После, скорее всего, приедут соискатели должности.

– Скорее всего, мы с ними созвонимся, так как поездка в имение занимает много времени. Ну, и немало денег – вспомни платную дорогу. И вряд ли мне пришлют прямо хорошего специалиста… хорошие на бирже труда не состоят.

– Аделька, таки зашем в тебе столько снобизма? Я неприятно поражена!

– В смысле?..

– В прямом! Без году неделя, как заняла кресло главы рода. Еще в прошлом месяце мы с тобой жука для зелья по всей лавке ловили, так как заказать забыли. Лайну в помощницы вообще, можно сказать, с улицы взяла. И тут бабах – специалисты с биржи труда ей плохие! Разбаловал тебя Лаорушка со своими связями!

Я смутилась и действительно ощутила, как меня затапливает стыдом, а щеки вспыхивают румянцем.

– Сара, да я же не из-за этого! Я переживаю, что обычный работник не справится с тем завалом, что оставил после себя дядя и его управляющий.

– Адель, ты еще завалов не видела, – снисходительно фыркнула Сарочка, но уже гораздо более добрым голосом. – В общем, не переживай. Все будет хорошо.

– А если плохо, то мы всех сожжем, а потом принесем в жертву! – встрял кровожадный Фоля. – А потом…

Прерывая вдохновенный полет фантазии темного гримуара, в дверь постучали.

– Госпожа, вам послание!

Письмецо оказалось от мэра.

Я задумчиво повертела в руках конверт, вскрыла его и вчиталась в ровные буквы.

«Дорогая невеста!

Дни без тебя кажутся мне настолько длинными и грустными, что боюсь, до конца недели и обещанного тобой ужина я скончаюсь от тоски. И будет у нас не свадьба, а похороны!»

Я оторвалась от чтения и насмешливо фыркнула.

– Похороны, как же… Дождешься от него!

Немедленно заинтересовавшиеся похоронными мероприятиями гримуары зависли у меня за спиной. И Сарочка нетерпеливо попросила поднять листик повыше, чтобы ей тоже было удобно читать. Что она немедленно с выражением и сделала.

– Ага, тут вот про смертушку безвременную. Дальше! «Потому, милая моя невеста, я хочу позвать вас сегодня на ужин. Моя столовая, конечно, не может похвастаться столь же новым ремонтом, как твоя, но уверяю тебя – вполне достойно выглядит! Так как у меня есть некоторые опасения, что ты можешь сказаться больной и отвергнуть мое предложение, хочу обратиться к твоему здравому смыслу. Убеждать мужчину в том, что ты не хочешь за него замуж, лучше все же лично. А то вдали от тебя я, напротив, с каждым часом все больше убеждаюсь в том, что нам нужно сочетаться браком как можно скорее».

Я со стоном уронила лицо в ладони, даже не зная, смеяться или плакать.

Книжуля восхищенно закатила нарисованные глазоньки:

– Вот же злыдень-падлюка обаятельный!

– Где? – мрачно спросил Фоля. – Где обаяние?

– Между строк, – указала проницательная Сара и, облетев меня, требовательно спросила: – Ну что, пойдешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.