Елена Полярная
Твоя роковая ошибка

Глава 1

Порой любовь может быть настолько сильной и всепоглощающей, что ты закрываешь глаза на изменения в поведение самого любимого человека, ты не чувствуешь его холода и резкости, не замечаешь отстранённость и равнодушие. Тебе кажется, что он просто устал, что его вымотали на работе, что он эмоционально истощён, и ты раз за разом придумываешь новые объяснения и пытаешь его оправдать. Глупо ли это? Ещё как глупо. Ты пытаешься что-то исправить, поговорить и снова вернуть некогда утраченную связь, но всё это лишь бьёт по твоей самооценке и приводит в никуда.

И самое большое из заблуждений, которым ты себя тешишь, что ваши отношения можно сохранить благодаря наличию двух детей и целых шести лет брака… некогда счастливого брака. В то время как ты с таким трудом пытаешься спасти вашу любовь, он разрушает её в одно мгновение, сжигая мосты и оставляя после себя только боль и разбитую на осколки надежду.

* * *

– Большое спасибо, Наталья Григорьевна. – Я с улыбкой посмотрела на хмурую свекровь, чувствуя, как к горлу подбирается волнение.

Ну вот, снова она чем-то недовольна, хотя я сделала всё, как она хотела. Закончила с уборкой к её приезду, так что её цепкому взгляду не за что было зацепиться, заранее приготовила ужин и для нас, и для малышей, купила её любимый кофе и аккуратно сложила её пальто, которое мне было нужно отвести в химчистку. Но почему-то её губы снова раздражённо сжаты, превратившись в тонкую линию, а по бокам от них пролегли две изогнутые складки, как и появилась складка на лбу – слишком явный знак, что свекровь пребывает в настолько плохом настроении, что от неё лучше держаться подальше.

– Вы ведь вернётесь к девяти, да? Просто помни, что я не буду задерживаться, и если ты не успеешь, то я просто уйду.

– Да, я постараюсь успеть. – Снова улыбнувшись, я подавила тяжёлый вздох, уже готовый сорваться с губ.

Наталья Григорьевна вела себя со мной, как и всегда, ничего в её отношении ко мне так и не поменялось за столько лет. А я по глупости думала, что как только у нас с Егором появятся дети, она будет относиться ко мне хоть капельку теплее, но этого не произошло. Как видно, женщине с твёрдым стержнем внутри, закалённой серьёзной работой и привыкшей к беспрекословному подчинению, никогда не принять такую мягкую и простую натуру, как я. Странно только, что своего сына она обожает, а на его детей порой смотрит как на грязных дворняжек, не желая их признавать. Почему? За что? Всё дело в настолько сильной обиде, что Егор, вопреки её ожиданиям, женился не на Кате, а на мне? А почему она обижается на меня, а не на сына? Да и как-то сложно представить, что ненависть, направленная на одного человека, может ещё и затронуть его детей. Они-то здесь причём? К тому же они её внуки.

Да и если бы не они, то я бы не позволяла ей так собой помыкать. Хотя здесь ещё существенную роль играет просьба Егора относиться терпимее к его матери. Вот только мне кажется, что о таком он должен был просить именно свою мать, ну или хотя бы уговорить её прятать агрессию, направленную на меня.

– Нет, Лена, – холодно произнесла Наталья Григорьевна, зло прищурив карие глаза, – такой ответ меня не устраивает. В твоём возрасте пора избавиться от слов «постараюсь», «попробую» и «попытаюсь». Если ты обещаешь что-то сделать, то сделай это любой ценой, а не мямли как глупая девчонка, не способная корректно распланировать своё время. В любом случае знай, я не собираюсь укладывать детей, и если они снова будут визжать, то я уйду. А вообще, тебе стоит больше времени уделять их воспитанию. Чем ты вообще занимаешься целыми днями? Мало того, что ты не реализована как женщина, так ты до сих пор не реализована как мать.

Я вздрогнула как от пощёчины, отшагнув назад. А это больно, очень больно. Её слова сравнимы с ковырянием в груди тупым предметом.

Уже было собираясь ей ответить, я всё же не решилась на это, вспомнив о просьбе Егора, да и опасаясь, что свекровь уйдёт и мне не с кем будет оставить детей.

Чем я занимаюсь целыми днями? Я? Мать трёхлетнего мальчика и двухлетней девочки, проживающая в огромной трёхкомнатной квартире, чей муж не терпит присутствия посторонних людей, из-за чего он категорично против няни и домработницы, но зато он не против, чтобы его жена, знающая немецкий, помогала ему по вечерам проверять договора с его иностранными партнёрами? Хм, ну я даже не знаю, чем я таким могу быть занята целыми днями.

– Хорошо, я попрошу Кирюшу и Светочку вести себя хорошо, – всё с той же, уже раздражающей меня улыбкой, ответила я свекрови.

Хотя если бы она уделяла внимание детям, а не сидела в гостиной с кофе и планшетом, то они бы не плакали, чтобы добиться её внимания или дать понять, что они голодны. Да они же ещё совсем маленькие! Вот что она от них хочет? И что-то я сильно сомневаюсь, что Егор в два года мог самостоятельно ходить на горшок и готовить для себя еду.

Видя, что Наталья Григорьевна собирается сказать что-то ещё, я быстро с ней попрощалась, поцеловала перед уходом малышей, почувствовав неприятную резь в сердце и увидев в их серых глазах нежелание оставаться с «плохой бабуйкой», как её называл Кирюша, пытаясь научить этому и Светочку. И уже у самой двери посмотрела на своё отражение в зеркале, впервые за столько недель оставшись довольной своим внешним видом. Что сказать, сегодня я постаралась выглядеть на все сто, закрутив длинные тёмно-русые волосы в лёгкие волны, немного накрасившись, сделав акцент на серых глазах, и надела красивое кофейное платье до колен. Единственным неудобством были туфли, но когда ты хочешь сделать мужу сюрприз, то и узкая обувь ни за что тебя не остановит.

Схватив пакет с пальто моей «любимой» свекрови, я мысленно пожелала себе и детям хорошего вечера, после чего вышла из квартиры.

Глава 2

Несмотря на волнение о малышах, я всё равно чувствовала лёгкий прилив радости, который опьяняюще бил в голову, наполняя тело лёгкостью и свободой. Как давно я вот так вот не выбиралась куда-то одна? Как давно я не готовила сюрпризы для Егора, встречая его с работы и просто наслаждаясь совместным времяпровождением? Боже, что-то я от всего этого так отвыкла, что даже теперь немного нервничаю.

Сегодня не было никакого праздника, как и не было никакой годовщины, просто несколько дней назад я вдруг загорелась мыслью, что мне необходимо хотя бы маленькое разнообразие в устаканившейся жизни. Хотя бы один вечерок, чтобы провести его в компании любимого мужчины, а не бегать впопыхах по квартире, стремясь успеть всё сразу и удовлетворить желания и детей, и мужа, и свекрови, если её какая нечистая сила занесёт к нам в гости.

Но всё же день был выбран не наобум. Так как на работе у Егора сейчас полный завал и у него появился шанс занять место генерального директора компании, он пропадал в офисе не только в будние дни, но и на выходных. И, подсмотрев его планер, я нашла самый незагруженный день, когда он освобождался в шесть часов. Это было просто идеально! К тому же мы с ним разговаривали в обед, и настроение у любимого было довольно хорошим, так что мне оставалось надеяться, что никто не сможет испортить его к концу дня.

Отдав пальто в химчистку, я посмотрела на время. У меня в запасе имелось ещё двадцать минут, и так как до офиса Егора было не очень далеко, я решила прогуляться, наслаждаясь одиночеством, которого мне, как бы странно это не было, сильно не хватало. Вот только, как оказалось, остаться наедине со своими мыслями порой бывает не так уж и хорошо.

Сначала я, конечно же, думала о всякой беззаботной ерунде, что мне надо купить, как сделать так, чтобы Наталья Григорьевна больше не переступала порог моей квартиры, как мы отпразднуем повышение Егора, когда его изберут генеральным директором, а его изберут, уж я в своём мужчине не сомневалась. А потом мои мысли неожиданно круто поменяли направление, вместе с этим изменив моё настроение, и изменив его не в лучшую сторону. Я задумалась о своей жизни, о постоянно преследующей меня усталости, вызванной желанием выложиться на все сто и всем угодить; о раздражительности, которая возникала каждый раз, стоило носу свекрови показаться в дверях квартиры; о грусти, сковывавшей меня, когда я пыталась разговорить Егора, а в ответ не получала даже банального вопроса «как прошёл твой день, любимая?». А вот от последнего мне было больнее всего. Я, конечно, понимаю, что мужу сейчас тяжело и он выжимает из себя все силы, но даже капелька внимания с его стороны могла бы сделать меня чуточку счастливее.

Ну а потом стало ещё хуже. Я задумалась о своём внешнем виде, расстроившись, что у меня совсем не остаётся сил на саму себя, хотя мне хотелось и дальше выглядеть привлекательной в глазах не только мужа, но и других людей. Не скажу, что я совсем себя запустила, но и на все сто я уже давно себя не чувствовала. А ещё я никак не могла вспомнить, когда я в последний раз общалась с кем-то из подруг. Раньше мне всегда было с кем поговорить, разделить радость и пожаловаться, но после того как я завязала отношения с Егором, закончившиеся свадьбой, мы с девчонками стали стремительно отдаляться друг от друга. У меня банально не хватало на них времени, то я не могла ни с кем оставить детей, то Наталья Григорьевна доводила меня чуть ли не до нервного срыва, отбивая желание куда-либо идти, то я просто не могла себе позволить отдых.

М-да, как-то всё совсем нерадостно.

Но что-то я совсем раскисла! Надо взять себя в руки и настроиться на позитивное мышление. Вот почему я грущу, у меня ведь всё есть, разве это не так? Мне двадцать восемь, я замужем за прекрасным мужчиной, у которого только один недостаток – его мама, я всем обеспечена и ни в чём не нуждаюсь. Да, всё хорошо! Я счастлива!

Продолжая себя подбадривать, я уже видела впереди тёмно-синее здание, в котором располагался офис мужа, и, заставив себя приободриться, уверенным шагом направилась к нему. Ну, как уверенным, я всё ещё немного нервничала, прямо как школьница перед первым свиданием. Но стоило мне представить, как удивится Егор, увидев меня, мои губы сами собой расплылись в улыбке. А уж когда он узнает, что я забронировала нам столик в одном хоть и маленьком, но хорошем ресторане, он точно будет шокирован, поразившись моей инициативностью.

Мне осталось преодолеть каких-то метров тридцать, может чуть больше, когда из здания вышел Егор в компании своего помошника, Алексея. При виде мужа, сердце радостно сжалось, тут же забившись в два раза быстрее, а радостная улыбка чуть ли не вызывала боль в щеках. Ну вот, я радуюсь, прямо как ребёнок!

Егор был очень красивым мужчиной и внешностью сильно напоминал Наталью Григорьевну, которая в молодости, я уверена, разбила ни одно сердце. Да и продолжает их разбивать, только уже без разбора, и мужские, и женские. Мой муж отличался высоким ростом, широкими плечами, правда его фигура уже не была такой же подтянутой, как в начале наших отношений, но с его напряжённой работой и образом жизни это было более чем оправдано. У него была довольно смуглая кожа, запоминающиеся черты лица, красиво очерченные губы, тёмно-карие глаза и шикарные чёрные волосы, среди которых не было ни одного седого волоска. В своём строгом, тёмно-графитовом костюме и белоснежной рубашке, так соблазнительно оттеняющей его кожу, Егор выглядел эффектно, дорого и желанно. Как, впрочем, и всегда.

И я так залюбовалась собственным мужем, которого я в последние дни особо и не видела, разве что когда он уставший и без настроения возвращался домой, что не сразу заметила стройную девушку, державшую его за правую руку.

Улыбка медленно сошла с моих губ, и я застыла на месте, уже чувствуя что-то неладное, внимательно рассматривая незнакомку. А она хорошенькая, даже очень хорошенькая, и это не считая минимального количества косметики.

Девушка была среднего роста, стройная, с превосходной фигурой, точёными, немного кукольными чертами лица, густыми, платиновыми волосами, с лёгким серебристым оттенком, и у неё была просто невероятно обворожительная улыбка. У неё даже взгляд был ярким, живым и горящим. Да и одета она более чем хорошо. На ней была облегающая чёрная юбка, благодаря чему её ноги казались длиннее, белая рубашка с пышной горловиной, и чёрный, укороченный жакет. И это совсем не официальный и деловой стиль одежды, так что она точно не сотрудница. Хотя одета модно, да и не считая короткой длины юбки, она не выглядит пошло и вульгарно. Так кто же она? И почему она прижимается к моему мужу?

Наверное, самым лучшим вариантом для меня было подойти и узнать это лично, посмотреть на реакцию Егора при моём приближении и увидеть, как поведёт себя незнакомка, которой было лет девятнадцать или двадцать. Но мои ноги словно приросли к асфальту, и я никак не могла заставить себя сдвинуться с места. Я просто наблюдала, как эта троица подходит к машине Егора, как Алексей прощается с ним, пожав на прощание руку, как мой муж открывает дверцу пассажирского сидения, приглашая девушку сесть, а потом и сам садится за руль. Прошло всего несколько секунд, как машина сорвалась с места, куда-то увозя Егора и незнакомку.

Крайне нехорошая догадка пронеслась в мыслях, послав по телу болезненный импульс, от которого мне стало холодно и я поёжилась. Нет, всё совсем не так. Скорее всего, это просто сотрудница… очень молодая сотрудница, которую он позвал с собой на незапланированную встречу… и поэтому она держала его за руку и прижималась к его плечу…

Я честно старалась контролировать  свою  ревность, пытаясь найти какое-нибудь логичное оправдание, которое смогло бы меня утешить, но всё было напрасно. В памяти клеймом выжглась улыбка Егора, когда он открывал дверцу для девушки, его горящий взгляд, когда она кончиками пальцев провела по его плечу, и всё это отозвалось едкой болью в сердце. Как же давно он не улыбался и не смотрел на меня с такой же игривостью, мягкостью и затаённой страстью. Нет, эта девушка не просто коллега, так что не надо тешить себя глупыми надеждами.

Но всё равно… Может, ещё рано делать выводы? Есть же шанс, что я просто…

– Лена?

Звучный, немного хриплый мужской голос, прозвучавший совсем рядом, заставил меня испуганно отшагнуть в сторону и сосредоточить взгляд на подошедшем ко мне Алексее, про которого я совершенно забыла.

– Привет. А ты чего тут стоишь? – Помощник моего мужа улыбнулся так натянуто и неискренне, я бы даже сказала с долей сожаления, что моя надежда дала трещину.

Он понял, что я видела Егора с молодой девушкой, и его реакция на меня только сильнее укрепила мои подозрения.

Глава 3

Шесть лет брака. Двое детей. Я ведь всегда была хорошей женой, не спорила с ним, не позволяла своему плохому настроению просачиваться наружу, всё держала в себе… терпела его мать. Так за что он так со мной? Это подло. Это низко. Если его что-то не устраивало, то почему он мне об этом не рассказал? Мы могли бы всё обсудить и найти выход.

Но ведь ничего ещё неясно. Может я не так поняла. Придумала себе, нарисовала фантазией то, чего на самом деле не было. Не так расценила улыбки, жесты и взгляды. Егор ведь не целовался с девушкой, не прикасался к ней… Боже, я готова всё оправдать, лишь бы эта ноющая боль прошла и я снова почувствовала стабильность. Потому что после стольких лет размеренной жизни, когда каждый день проходит почти точно так же, как и предыдущий, я не могу представить, как я справлюсь с изменой мужа, при этом имея на руках двух детей.

Ещё и Алексей смотрит на меня с жалостью, хотя и пытается её скрыть. Жалость. Разве это то, что я заслужила? Именно жалость, не сочувствие?

– Лена, ты в порядке? – Алексей подошёл слишком близко, не сводя с меня своего жгучего взгляда, который вызывал во мне болезненную дрожь.

Этот мужчина прекрасно знает, что со мной не всё в порядке, так почему он задаёт мне такой глупый вопрос? Разве он только что не прощался с моим мужем и его любовницей?

Любовница.

Почувствовав, как во мне всколыхнулась неизвестная до этого момента ярость, я с силой сжала руки, пытаясь вернуть себе контроль.

Надо успокоиться и не рубить с плеча. Первое, что я должна сделать, так это поговорить с Егором и уже от него узнать, кем же ему приходится эта девушка. А если он меня обманет? Точнее не так, если он меня обманет и я захочу ему поверить?

Не знаю! Мне надо хорошенько всё обдумать.

Посмотрев в зелёные глаза Алексея, я выдавила из себя улыбку, не желая казаться слабой и показывать свою боль. Я просто сделаю вид, что всё хорошо, по крайней мере, до тех пор, пока не разберусь в себе и не узнаю правду.

– Да, всё отлично. Я просто шла к Егору, хотела… встретить его после работы. – Голос предательски дрогнул, но я скрыла это деланным кашлем, продолжая вымучивать из себя улыбку.

И не передать словами, как же тяжело мне было находиться рядом с Алексеем. Меня не покидало ощущение, что он прекрасно знает, какая буря сейчас бушует внутри меня, и какие усилия я прилагаю, чтобы сдержать непрошенные слёзы. Нет, я не должна заплакать, иначе я этим подтвержу слова Натальи Григорьевны, что я слабая и бесхарактерная. А я не такая… я не хочу быть такой.

– Егор буквально только что уехал, – зачем-то произнёс Алексей.

Он что, думает, что я не узнала своего мужа? Или это сказано с целью заполнить повисшую между нами тишину? Не понимаю. Да и не хочу понимать. Мне сейчас не до этого мужчины.

– Да, я видела. Ну ладно, я тогда пойду. Хорошего тебе дня. – Развернувшись, я быстро зашагала вдоль улицы, неожиданно испытав непреодолимо сильное желание перейти на бег, чтобы оказаться как можно дальше от этого здания, от этого места и от помощника моего мужа, который что-то крикнул мне вслед и даже, по-моему, попытался схватить меня за руку. Но от напряжения и боли у меня звенело в ушах, и я уже не совсем отдавала себе отчёта в собственных действиях, так что всё это как-то смазалось в моей памяти. Я помню только, как кто-то коснулся моей руки, но я резко её выдернула, что-то прокричав и ускорившись.

Всё моё самообладание, которое я до этого момента удерживала в руках, лопнуло, заставив меня почувствовать себя слабой и беспомощной.

Плохо, Лена, очень плохо. Но как же больно и тошно! Нет, я должна прямо сейчас узнать, кто эта девушка, иначе я просто не выдержу.

Достав мобильный, я чуть не уронила его, только сейчас заметив, как же сильно дрожат мои руки. Остановившись у ближайшего столба, я постаралась успокоиться, снова убеждая себя, что я сильная и всё у меня будет хорошо, позволив треснутой надежде болезненно вспыхнуть в груди. Но стоило мне разблокировать экран, как я заметила сообщение от мужа, полученное несколько минут назад. И что-то мне подсказывало, что его содержание только усугубит ситуацию, ведь я не прочту что-то наподобие  – «Любимая, я освободился пораньше, так что скоро буду дома».

Несколько секунд я сомневалась, опасаясь, что я сейчас слишком уязвимая, чтобы справиться с ложью Егора, но я всё же открыла сообщение, быстро его прочитав. К тому же читать особо было нечего, мой муж умел быть кратким.

«Задержусь на работе. Буду поздно»

Ревность с новой силой резанула по сердцу, подталкивая меня к скандалу. Но что это даст? Егор запросто может сказать, что девушка – это его новая помощница или секретарь, ещё и назовёт меня мнительной.

Устроила, называется, сюрприз любимому мужу.

Мрачно усмехнувшись, я медленным шагом направилась домой, думая, что же мне стоит сделать в данной ситуации. И сейчас мне особо остро не хватало близких подруг, с которыми можно было бы разделить свою боль и открыть душу. Я, конечно, могу позвонить маме и попросить её мне помочь, но у неё в последнее время совсем слабое здоровье, и я опасаюсь, что она может отреагировать слишком бурно и эмоционально. А ведь она тоже была против этого брака. Забавно, моя мама не одобряет Егора, относясь к нему холодно, а Наталья Григорьевна не одобряет меня, открыто это демонстрируя в виде колких фраз и постоянных замечаний.

– Что-то ты рано. Ещё и без Егора, – встретил меня строгий голос свекрови, стоило мне зайти в прихожую и разуться. – А я тебе говорила, что он может быть занят. У человека серьёзная работа, в отличие от некоторых, кто просто сидит на шее, а ты всякой глупостью страдаешь. И вообще, приглашать на свидание должен мужчина, а если он этого не делает, то это повод задуматься.

Вот так сходу выпалила Наталья Григорьевна, построив выводы опираясь на свою неприязнь ко мне. Теперь я сильно жалела, что поделилась с ней своими планами. Но в противном случае она бы отказалась сидеть с детьми, если бы я не объяснила, куда же мне надо уйти на несколько часов. Жаль, что я не умею искусно врать, а то с этой женщиной данный навык просто необходим.

– Это поэтому вы такая злая, что вас больше двадцати лет никто не приглашает на свидания? – хмуро спросила, вспомнив, что родители Егора разошлись, когда ему было пятнадцать лет. Ну и за это время, насколько мне известно, больше никто не соблазнился тираном в юбке.

– Что-о-о? – угрожающе протянула свекровь, смотря на меня с такой злостью, словно я только что послала её не в самое приятное место. А ведь она даже не представляет, сколько раз я хотела отправить её в данном направлении, но всегда сдерживала себя.

Ничего не ответив, я заглянула в детскую и, убедившись, что с детьми всё хорошо, не слушая, что мне там в след рычит Наталья Григорьевна, зашла в нашу с мужем спальню, обессилено сев на кровать, впервые чувствуя себя настолько подавленной и истощённой.

Глава 4

Свекровь давно ушла, напоследок назвав меня неблагодарной, эгоистичной тварью, и меня всегда удивляло, как человек, неспособный держать эмоции под контролем, который так легко опускается до оскорблений, мог когда-то занимать высокий пост. Она ведь совершенно не умеет разговаривать с людьми. По крайней мере, со мной. Ну или уровень её вежливости зависит от изначального влияния человека, его значимости в обществе и размеру кошелька.

Детки уже крепко спали, так что я старалась сильно не шуметь, но проблема заключалась в том, что я никак не могла успокоиться, поддавшись настолько сильному волнению, что мне просто необходимо было что-то делать. Поэтому, несмотря на то, что на часах было уже десять вечера, я ходила по кухне, что-то переставляла, что-то двигала, ставила на плиту чайник, всё пытаясь заставить себя хотя бы выпить чай, делая всё это на автомате.

«Задержусь на работе. Буду поздно» – раз за разом крутилось у меня в голове, пробуждая раздражение и страх. И я бы никогда не подумала, что их можно испытывать одновременно. Раздражение было связано с ложью мужа, а причиной страха была вероятность развода, ведь я не смогу жить с изменником, как бы сильно я его не любила.

Уже было начало одиннадцатого, а Егор так и не вернулся домой! Вот чем он может быть занят? Той красоткой или он и правда погружён в работу?

Чувствую, что ещё чуть-чуть, и я просто взорвусь. Мне и хочется верить в лучшее, но я не хочу обманывать саму себя, ведь вдруг самообман будет настолько сильным, что он затронет и мужа, заставив меня ему поверить. Так что я не собираюсь убеждать себя, что я всё не так поняла, что мне всё показалось, что Егор любит меня и только меня. Потому что когда он придёт и подтвердит ложью мои надежды, я могу сразу же ему поверить, по той простой причине, что буду заранее ждать подобных ответов.

Только когда стрелка часов достигла одиннадцати, я услышала, как повернулся ключ в замке и открылась дверь.

Вернулся!

Я на мгновение застыла на месте, почему-то так не вовремя растерявшись и не зная, как начать этот непростой для меня разговор. Пока я тратила время впустую, стоя посреди кухни и оттягивая неизбежное, Егор успел снять обувь и верхнюю одежду, сходить в ванную и после этого появиться в дверной арке, чтобы оттуда с удивлением посмотреть на меня.

– Ты почему ещё не спишь? Решила поесть? И это в одиннадцать вечера?

А он прямо как и его мать, ещё ничего не знает, но уже строит свои предположения. И я бы раньше не обратила на это внимание, но сейчас я была слишком ко всему восприимчива, пытаясь найти ответ на мучивший меня вопрос в жестах или во взгляде мужа. К тому же он задал эти вопросы с осуждением, словно я не человек и мне не знаком голод, ну или я вешу больше ста килограмм, так что я априори не должна посещать такие места как кухня.

– Я ждала тебя, и…

– Зачем? Я ведь тебе написал, что задержусь на работе. – Егор недовольно нахмурился, даже не посчитав нужным меня выслушать.

Опять он был уставшим и злым, раньше я списывала это на стрессовую работу и огромную ответственность, которая на нём лежит, но сейчас мне что-то начинает казаться, что причина во мне. Вдруг это именно я ему неприятна? И неприятна настолько, что он не хочет банально со мной поговорить, не говоря уже о том, чтобы провести вместе время. А ведь я даже не помню, когда мы в последний раз занимались любовью. А когда он меня целовал? Именно целовал, по-настоящему, со страстью, а не просто в щёку, перед уходом на работу и с таким видом, словно он делал мне одолжение. Хотя до сегодняшнего дня я списывала это на спешку.

Но не может быть такого, чтобы я стала настолько слепой, что не замечала всего этого. Это просто не может оказаться правдой. Потому что я не знаю, как мне справиться с болью, пробуждающуюся во мне от таких мыслей и буквально выворачивающую меня наизнанку.

– Нам надо поговорить. – Заметив, что Егор собирается уйти, я быстро подошла к нему, встав так близко, что родной запах болезненно коснулся носа.

– Поговорить? Сейчас? Лена, ты и правда думаешь, что я в такое время настроен на разговор? Если ты забыла, то я с девяти утра был на работе и только сейчас вернулся домой. Так что дай мне просто отдохнуть, я жутко устал.

Егор круто развернулся, но я не собиралась так легко его отпускать, поэтому преградила ему дорогу.

– Как странно, а вот поболтать с красивой блондинкой ты готов в любое время, даже после работы. Кстати, как вы провели время? Хорошо отдохнули? – Вопреки ожиданиям, мой голос прозвучал резко и холодно, так что сразу было понятно, что у меня есть кое-какие претензии к мужу.

И сразу же после этого в голове мелькнула мысль, что я не должна говорить с ним так резко. Но раз он позволяет себе подобное неуважение ко мне, то почему я не могу сделать то же самое?

Тёмно-карие глаза мужа удивлённо округлись и он застыл как вкопанный. Но всего на секунду. Всё-таки Егор, с учётом его работы, мог быстро брать под контроль свои эмоции, как и подбирать правильные слова. Но этой секунды мне хватило, чтобы в его взгляде прочесть ответ на мучивший меня вопрос.

Он и правда мне изменяет.

– Лена, я не понимаю, ты разве чем-то недовольна? Я дал тебе всё, что ты хотела. Я уже сделал для тебя больше, чем многие мужчины делают за  всю свою жизнь для своих жён. У тебя всё есть, я тебе ни в чём не отказываю и ничего не запрещаю. Я ни разу не говорил тебе грубого слова и не поднимал на тебя руку. Так к чему всё это? Тебе больше нечем заняться, кроме как следить за мной? С кем я провожу своё личное время это сугубо моё дело. Не забывай, что это я кормлю нашу семью, я её обеспечиваю, так что я имею право на отдых и общение с кем-то помимо моего семейного круга.

Сказав всё это со скрытым в голосе укором, Егор просто отодвинул меня в сторону и зашёл в нашу спальню, оставив меня в растерянности стоять посреди коридора.

Из его слов я могла сделать только один вывод – мой муж не уважает меня и, как бы больно не было это признавать, он уже не испытывает ко мне любви. Может, я ему удобна, или он ко мне привык. Дома его ждёт порядочная жена с двумя детьми, а на работе красавица любовница, с которой он не обременён общими проблемами. А может с моей помощью он создаёт образ хорошего семьянина, чтобы выглядеть более статусно в глазах общества. Хотя что-то я не заметила, чтобы сегодня он пытался скрыть свою блондинку.

И вообще, он думает, что сказав мне всё это, я просто стисну зубы и буду мириться с тем, что он завёл интрижку на стороне? Я ведь тоже женщина, к тому же ещё молодая и красивая, так же жаждущая его любви и поддержки. Это ведь он первый отвернулся от меня. И снова меня укололи тем, что я не работаю! Да он ни разу не провёл целый день с детьми, когда кроме них у тебя есть другие обязанности по хозяйству!

Нет, как бы сильно я не была привязана к Егору, но я уже устала слушать вечные упрёки от его матери, чтобы теперь мириться с таким пренебрежительным отношением с его стороны. Он ведь может увлечься блондинкой настолько сильно, что ему будет легче оставить меня и детей. Глупо пытаться спасти брак, если тебя настолько не ценят, что даже не хотят с тобой по-человечески всё обсудить, правильно? Значит, у меня есть только один выход из этой ситуации.

Глава 5

На следующее утро мы с Егором не разговаривали. После нашего разговора, он вообще стал вести себя отстранённо, так сильно поменяв своё отношение ко мне, что меня это, мягко говоря, поражало. В каждом его движении и взгляде я чувствовала направленную на меня злость и обвинение, словно это я подтолкнула его к разводу. Но если это не то, что он хотел, так почему же он так легко согласился?

Накормив деток, я отвела их в детскую, достав их любимые игрушки, а сама вернулась на кухню, быстро наводя порядок после завтрака.

В голове была такая путаница, что я ни на чём не могла сосредоточиться, раз за разом вспоминая разговор с мужем, чувствуя себя опустошённой и обманутой. И где моя уверенность, которая вчера придала мне сил, чтобы подойти к Егору и гордо ему сказать, что я не намерена терпеть измену и я хочу развестись? Вот её мне сейчас очень не хватает, потому что мне уже начинает казаться, что я сделала самую большую ошибку в моей жизни.

Признаюсь, мне стало страшно, очень страшно. Связав свою жизнь с этим мужчиной, я ни разу не задумывалась о том, что мы можем расстаться, что он обратит внимание на другую женщину, вынудив меня уйти. В моих фантазиях всё было радостно и всё неизменно заканчивалось «и жили они долго и счастливо». Но прожили мы не так уж и долго, да и далеко не так счастливо, как мне бы этого хотелось.

Что мне делать, когда мы разведёмся? Как я буду жить? Как я справлюсь со всем одна?

Конечно, мысль, что Наталья Григорьевна наконец-то исчезнет из моей жизни, доставляла мне удовольствие, ведь она вряд ли захочет и дальше поддерживать со мной какую-либо связь, но я что-то опасаюсь, как бы из моей жизни полностью не исчез Егор. Вот как я объясню детям, почему мы больше не живём с папой и почему он нас не навещает? Но что-то я слишком быстро стала сомневаться в его порядочности. Всё-таки это его родные дети, и раз он больше меня не любит, это не значит, что он их тоже не любит. И я очень надеюсь, что это так.

А ещё меня заставляет напрячься тот факт, что у меня нет работы, чтобы самостоятельно себя содержать, и мне придётся какое-то время полностью зависеть от Егора, надеясь на своевременный перевод алиментов. Но я уверена, что как только я преодолею свои страхи и справлюсь с разъедающей болью и желанием забиться в угол и расплакаться, я найду выход из ситуации и что-то придумаю, чтобы зависеть только от самой себя. Отдам детишек в садик, устроюсь хоть куда-нибудь, лишь бы не мучиться, что в один прекрасный день Егор может отказать мне в алиментах.

Алименты! Боже, неужели мы и правда разводимся? Как же сложно в это поверить. У меня словно внутри стоит какой-то блок, который не позволяет мне принять неприятную действительность в полной мере.

И снова я вспомнила, что мне без колебаний ответил Егор, словно заранее знал, что я собираюсь ему сказать – «Ты хочешь развод? Хорошо. В следующий четверг я буду свободен с двух до трёх, так что подадим документы». Всё. Больше он мне ничего не сказал. Он просто разделся и лёг в кровать, а вот я ещё долго не могла заснуть, мучаясь от стольких противоречивых чувств, что меня даже бросило в жар. И этой ночью я впервые спала в детской, не желая делить кровать с мужчиной, которому было на меня наплевать.

– Мамочка… бабуйга пришла, – услышала я голос Кирюши, снова сосредоточившись на реальности. Как оказалось, я настолько сильно ушла в себя, что несколько минут стояла у раковины, с силой сжимая в руках тряпку. – Она радостная. – В серых глазах сына застыло непонимание и удивление. Ну да, он же никогда не видел Наталью Григорьевну в хорошем настроении. И совсем не трудно догадаться о причине, вызвавшей у неё радость.

Как я посмотрю, Егор оперативно созвонился со своей матерью, рассказав ей о нашем разводе. Даже слишком оперативно. Не понимаю, куда исчезла его любовь ко мне, которая раньше читалась не только в его тёмно-карих глазах, но и в поступках?

– Да, милый, я сейчас её встречу. А ты пока посиди с сестрёнкой в вашей комнате.

– Хорошо. – Кирюша тут же убежал, а вот я тяжело вздохнула, приготовившись к злорадству и гадостям, которые на меня вот-вот обрушит Наталья Григорьевна. Ведь не просто так она решила зайти к нам так рано, правильно? Правильно.

Сполоснув руки, я уже хотела выйти в прихожую, так сказать, встретить свою почти бывшую свекровь, когда она сама вошла на кухню, ещё и с улыбкой победителя. Но окинув меня внимательным взглядом, она почему-то нахмурилась, резко скрестив руки на груди и смотря на меня как на врага народа.

– Ну надо же, я думала, что она расстроена, что она вся в слезах и уже сожалеет о самой большой глупости в её жизни. А она стоит здесь как ни в чём не бывало. Хотя о чём это я, это ведь именно ты, Ле-еночка, решилась в кой-то веки освободить моего сына из своего заточения. – Наталья Григорьевна так противно протянула моё имя, что меня даже передёрнуло.

«Самая большая глупость в её жизни» – она озвучила то, о чём я теперь постоянно думаю. И как ей всегда удаётся попасть в самое больное место?

– Извините, но я не привыкла рыдать из-за кобелей, которые не могут удержать своих дружков в штанах, – ответила со всей скопившей во мне злостью, при этом порадовавшись тому, как сильно вытянулось лицо женщины.

Её грудь резко приподнялась, словно она решила вдохнуть сразу весь воздух в комнате, а глаза зло сощурились.

– Да как ты только смеешь так о нём говорить! И это после всего, что он для тебя сделал?

– То есть, я должна была прыгать от радости и расхваливать его, говоря, какой он молодец, какую красивую любовницу он себе завёл? Ай да, Егор, ай да удалец! – в тон ей ответила, почувствовав себя значительно лучше. Как оказывается, очень приятно не просто молча кивать, а отвечать на резкость свекрови, уже не боясь, что она побежит жаловаться Егору или раскричится ещё сильнее.

Пусть вообще что хочет, то и делает. Мне уже всё равно. А если она не может ничего, кроме как рычать и огрызаться, то это её проблемы, потому что её слова меня уже не трогают и не причиняют той боли и унижений, которые я испытывала по вине этой женщины. И да, я понимала, что Наталья Григорьевна не сдаётся так просто, скажи ей слово, как она тебя тут же закопает в своей словесной грязи, к тому же я уже видела, как покрылось красными пятнами её лицо, а руки задрожали от неконтролируемой агрессии. Ну да, моя свекровь привыкла только к беспрекословному подчинению и лобызанию перед ней, ничего другого она просто не воспринимает.

Ну а мне было хорошо уже от одной мысли, что скоро к слову «свекровь» добавится ещё одно – «бывшая».

– Мой сын наконец-то понял, на кого он тратит лучшие годы своей жизни! Уверена, на этот раз он выберет себе достойную спутницу, а не нечто наподобие тебя. Ты только посмотри на себя, ты же простушка с тупым взглядом. Да ты никогда не была парой для Егора и я всегда знала, что это помутнение скоро спадёт и он одумается.

– Боже, да лучше бы вы так следили за собой и занимались своей личной жизнью, чем совали свой два раза переделанный нос в чужие дела! Мне просто интересно, вам от самой себя не бывает противно? Вы не испытываете отвращение, смотря на себя в зеркало или видя, с какой затаённой ненавистью на вас смотрят люди?

– Вот значит как ты со мной заговорила, да? Смелая стала? Так я это исправлю. На что ты вообще надеешься? Думаешь, что теперь мой сын будет тебя содержать и продолжать исполнять любые твои капризы? Ну уж нет, я подобного не допущу. Да я тебя всего лишу, и поверь мне, Ле-еночка, я могу сделать так, что дети тебе не достанутся.

До этого момента я чувствовала себя просто превосходно, ненадолго забыв о боли и страхе, просто наслаждаясь злостью Натальи Григорьевны, которая уже не могла никак повлиять на меня… В чём я заблуждалась и в чём я только что убедилась. Страх за детей сжал горло спазмом и отозвался слабостью во всём теле, из-за чего я чуть не пошатнулась.

Нет! Я не позволю ей это сделать. Я не отдам им Кирюшу и Светочку. Да как она вообще смеет говорить мне такое? Она!? Эта женщина никогда не проявляла ни любви, ни симпатии к нашим с Егором детям, а теперь она угрожает мне, что заберёт их. Они ведь не нужны ни ей, ни её сыну, который даже не знает, как надо заботиться о маленьких детях. А с учётом того, что Егор не любит присутствие чужих людей в доме и постоянно занят на работе, то кто будет ими занимать? Не его же любовница! Как и не его мать, брезгливая ко всему, кроме себя самой и своего сына.

Это же насколько надо быть жестокой, чтобы забрать у меня детей просто из-за ненависти? И опять она думает, что все мои мотивы сводятся только к деньгам. Деньги-деньги-деньги – уверена, у неё в голове это звучит по сотню раз за день. И несмотря на то, что у неё нет никаких проблем с финансами, она о них так печётся, словно боится, что я зубами вырву их у неё из рук.

Видно, мои эмоции слишком ярко отразились на лице, потому что Наталья Григорьевна гордо выпрямилась, смотря на меня с жестокой усмешкой, и в её карих глазах читалось только одно желание – добить меня.

– А что это ты Ле-еночка язык проглотила? Что, испугалась, мерзавка? Придётся тебе тащить свою задницу на работу и самой добывать себе на еду и шмотки. Хотя много ли ты сможешь себе позволить работая продавцом? А что ты на меня так смотришь? Думаешь, что ты сможешь потянуть нормальную работу? Ты? Да это смешно. Я оставлю тебя без копейки и всё, что ты сделаешь, так это вернёшься к своей мамаше и будешь работать в ближайшем продуктовом. И поверь, это то, что ты заслуживаешь и на что ты способна. Так что мучайся от осознания этого, потому что твоя ошибка…

– Нет, это ваша ошибка, – резко перебила женщину, собрав в кулак всю оставшуюся силу и гордость, – ваша и Егора. Я не позволю вам забрать детей и не позволю себя запугивать. И вы, как я понимаю, думаете, что сможете просто меня уничтожить, унизить и лишить всего, но я вам обещаю, этого не будет. Так что разворачивайтесь и уходите из моей квартиры, я больше не хочу вас здесь видеть.

– Твоей квартиры!? – От возмущения, Наталья Григорьевна подавилась слюной, так сильно раскашлявшись, что её лицо покраснело только сильнее, особо контрастирую с дорогим бежевым костюмом.

– Ну не ваша же, правильно? – с наимилейшей улыбкой спросила, стоило ей откашляться. – Кстати, чтобы найти выход, вам всего лишь надо повернуть направо и пройти семь метров вперёд.

– Ты об этом сильно пожалеешь, я тебе клянусь. – Тяжело дыша от ярости, Наталья Григорьевна резко шагнула ко мне, приподняв руку, словно собираясь дать пощёчину, но так же резко передумала, круто развернувшись и выйдя из кухни.

А спустя пару секунд я услышала, как с силой хлопнула входная дверь.

Глава 6

Моя свекровь была очень странным человеком. У неё всё есть, но она по какой-то причине такая озлобленная, словно ей ничего не нравится, и она просто не умеет наслаждаться жизнью. Вот за что она так со мной? Я ведь не пыталась её придушить, не издевалась над ней, ничего у неё не брала… ну разве что её сына. Похоже, ответ только один, Наталья Григорьевна прогнивший человек, в котором злоба преобладает над другими чувствами. Нет, я, конечно, за свою жизнь уже встречала плохих людей, но сейчас я с уверенностью могу сказать, что моя свекровь занимает среди них первое место.

Чувствуя неприятный осадок после такого разговора, я села на стул, коснувшись висков пальцами, медленно их массируя, словно это могло бы помочь мне избавиться от режущей боли. Так, мне надо собраться с мыслями и придумать, что делать дальше. Как бы я не храбрилась перед Натальей Григорьевной, но сейчас я нахожусь в довольно печальном положении. Живя с уверенностью, что у меня всё будет хорошо, что муж никогда меня не бросит, я ни разу не задумывалась о том, чтобы как-то себя финансово обезопасить, так что сейчас у меня есть только сделанная для меня карточка Егора, которую он пополняет каждый месяц, и которую с лёгкостью может заблокировать, оставив меня без копейки. Своей квартиры у меня нет, я всё ещё прописана у мамы, а вот наши с мужем дети прописаны здесь. Значит по закону, если что, мой уже бывший не сможет оставить их ни с чем. Хотя с его-то связями я бы особо на это не рассчитывала. Но опять же, я знаю Егора очень хорошо, хоть мы и не были близки в последнее время, и он не принадлежит к тем типам мужчин, которые могут выгнать бывшую жену и двух маленьких детей на улицу. Хотя… Может я наоборот слишком плохо его знала, раз так поздно заметила, как он закрылся от меня, потерял интерес и стал равнодушным?

Но всё это уже неважно! Сейчас я не должна тратить время на вопросы «почему?» и «за что?», я должна думать только о себе и о своих детях, как и о том, как нас обеспечить. Всё же слова Натальи Григорьевны меня пугают и я сильно опасаюсь, что эта мстительная женщина может надавить на своего сына, заставив вышвырнуть меня и малышей из его жизни. К тому же он лишь раз ослушался свою мамочку – когда женился на мне. А сейчас я и дети для него не более чем обуза, которая мешает ему развлекаться с блондинкой, а может и ещё с кем. И я часто слышала, что люди, добившиеся успеха и сколотившие себе состояние, часто меняются и отворачиваются не только от старых друзей, но и от своих родных. Егор уже поменялся и отвернулся от меня, а что с ним будет, когда он займёт пост генерального директора строительной компании? Как бы новая власть и влияние слишком сильно не ударили ему в голову. А такая вероятность есть, если вспомнить, какая властная и жадная женщина его воспитывала.

И так, у Егора есть деньги и влияние, если он захочет оставить меня ни с чем и забрать детей, то ему не составит труда кого-то подкупить или на кого-то надавить, но я буду надеяться, что до такого не дойдёт. Жить в этой квартире вместе, это, конечно же, не вариант. Да и поведение Егора дало мне понять, что нам стоит разъехаться как можно быстрее. Вопрос только заключается в том, уедет ли он сам, или укажет мне на дверь? А это значит, что мне стоит перестраховаться и всё-таки позвонить маме, в надежде, что она справится с такой новостью и её антипатия к Егору ей в этом поможет. Жалко только, что я могу заставить её очень сильно понервничать, я ведь из-за её слабого здоровья даже не решалась просить её посидеть с внуками, с которыми, в таком маленьком возрасте, ей всегда было довольно трудно справиться. В любом случае я должна ей всё рассказать и попросить приютить нас с детками если Егор окажется куда более прогнившим человеком чем я думаю. А чтобы обезопасить себя материально, лучше на всякий случай отвести ей сегодня что-то из украшений и снять наличные с карточки. Так сказать, ну а вдруг пригодятся, правильно? Правильно.

Разложив мысли по полочкам, убедив себя, что я поступаю верно и я не заслуживаю, чтобы об меня вытирали ноги и просто брали и выкидывали как какой-то мусор, я позвонила маме. Разговор у нас вышел долгим и, несмотря на то, что я старалась держаться молодцом, но вот тихий, ласковый голос мамы, которая выразила мне сочувствие и дала необходимую в такое время поддержку, заставил меня расплакаться.

Слёзы всё текли и текли, и я чувствовала, как сильно содрогаются мои плечи, как дрожат руки и как дыхание болезненно перехватывает. Я уже была не в состоянии что-либо ответить на утешения мамы. Вся та боль, что копилась во мне со вчерашнего дня, с того самого момента, когда я увидела своего мужа в компании красивой блондинки, вспыхнула с новой силой, терзая не тело, а душу. Мне было плохо, я чувствовала себя одинокой, раздавленной и никому не нужной. Странно, да? У меня есть дети, которым я уж точно нужна и которые искренне меня любят, и у меня есть мамочка, которая так сильно распереживалась, что тоже заплакала.

Но зато когда я успокоилась, я чувствовала себя намного лучше, словно весь груз, давивший на меня, волшебным образом исчез, позволив мне ощутить долгожданную лёгкость. И дав самой себе обещание, что это первый и последний раз, когда я плачу из-за Егора, я вытерла слёзы и проглотила комок в горле.

– Так что вот так, мамочка. Мы с ним скоро подаём на развод и я… снова свободная женщина.

– Ты всё делаешь правильно. Молодец, что не оправдываешь его и не прощаешь, потому что если человек изменил раз, он будет изменять снова и снова. Надо просто принять, что его любовь уже прошла и он будет в поиске чего-то новенького. К тому же с твоих слов я поняла, что он даже не извинился и не постарался себя оправдать.

– Да, вот только он ещё и дал понять, что он и дальше будет ходить налево, потому что у него на это есть полное право.

– Козёл! Точнее кобель! – с чувством выдохнула мама и я усердно закивала, хотя она и не могла это увидеть.

– Единственное, что меня теперь пугает, так это то, что Наталья Григорьевна сдержит угрозу и заберёт у меня детей.

– Да к то ж позволит-то ей забрать у родной матери таких крох!

– У их родной матери даже нет собственной квартиры и работы, – сухо пробормотала, в полной уверенности, что даже и без этих двух факторов моя бывшая свекровь найдёт ещё сто причин и возможностей исполнить свою угрозу.

– Какие глупости! Не волнуйся, моя хорошая, мы этого не допустит. И давайте лучше сразу переезжайте ко мне, пока эта семейка ещё чего не учудила. Места у меня достаточно, да и я за детишками присмотрю, пока ты будешь со всем разбираться. И не надо отказывать, так ведь будет только лучше. Куда уж тебе с малышами жить в квартире мужчины, от которого ты уже не знаешь чего ожидать?

А мама права. У меня не осталось доверия к Егору, и хоть в груди иногда шевелится старая привязанность, я не могу позволить себе надеяться на его порядочность. Мне уже и алиментов от него никаких не надо, лишь бы мы более менее мирно разошлись. Но вот как всё отразится на наших детях? Он хоть сам задумывается об этом или ему всё равно? Может быть, он так влюблён в свою новую пассию, что он не в состоянии сосредоточиться ни на чём другом кроме стройной красавицы?

– Да, мамуль, думаю, ты права. – К тому же не стоит забывать, что у Натальи Григорьевны есть ключи от квартиры, а скоро полнолуние, так что вдруг у этой ведьмы окончательно снесёт крышу и она снова здесь появится, задумав что-то нехорошее.

Ещё немного поговорив с мамой, я окончательно успокоилась, так что стоило мне закончить разговор, я написала сообщение Егору. Да, написала, ну и что? Может мне просто не хотелось с ним разговаривать, а не потому что я боялась услышать его голос, который мог быть отстранённым и холодным.

На моё предложение переехать с детьми к моей маме, он просто ответил – «Хорошо. Но потом не вини себя».

И вот за что мне себя винить, я так и не поняла. А ещё хочется отметить, что сейчас всё происходит слишком быстро. Вчера у меня был муж, а теперь мы собираемся разводиться, так что я только сейчас поняла, что нам с Егором надо ещё многое обсудить и решить, пока за него это не сделала его мама. Мы ведь с ним всё-таки взрослые люди, так что у нас не должно возникнуть никаких проблем, правильно? Надеюсь, что так оно и будет.

В любом случае я сделаю всё, чтобы Егор не оставил собственных детей без копейки.

И только я встала со стула, как от него пришло второе сообщение – «В четверг подадим документы, с этим проблем не возникнет, и всё обсудим. Так что сначала подъезжай в полпервого в мой офис и подготовь сразу свои требования».

Требования! Как же сильно меня разозлило это слово. Я требовала от него только одного – верности, но он не смог мне её дать. Уверена, Наталья Григорьевна приукрасила свой утренний визит, припомнив мою фразу «уходите из моей квартиры», так что она теперь будет вдалбливать в голову Егора, что мне нужны только квадратные метры и деньги, потому что я ни кто более, чем меркантильная стерва с тупым взглядом.

Ух! Это только мои предположения, но уже от них я начинаю заводиться от злости.

Скажу сразу, быстрый переезд – это дело непростое. Хорошо ещё, что мама вызвалась мне помочь и пока я складывала одежду, она приехала за малышами и отвезла их к себе, иначе я не представляю, как бы я со всем справилась. Но зато мой день прошёл так продуктивно и быстро, что у меня больше не было ни минуты снова погрустить или подумать о Егоре, что было просто превосходно.

Затащив последнюю сумку в прихожую маминой двухкомнатной квартиры, я устало упала на пуфик, чувствуя, как гудят от напряжения ноги и руки. Можно сказать, что я посетила занятие в спортзале, при этом попросила тренера хорошенько так надо мной поиздеваться. И сейчас я даже не представляю, как завтра будут болеть мои мышцы. Надеюсь, у меня получится хотя бы встать с кровати, а то у меня ещё полно дел. Вещи-то я перевезла, но их же ещё надо разобрать и разложить, что тоже займёт немало времени.

– Мамочка, – услышала я звонкий голос Кирюши и, с трудом выпрямившись и улыбнувшись, я потянула руки к прибежавшему ко мне сыну, крепко его обняв.

– Как вы тут с бабушкой, не скучаете?

– Мы мультики смотрим, – улыбнулся мне в ответ Кирюша, прижавшись щекой к моему животу.

Я погладила его по светлой головке, снова убеждая себя, что я не позволю разрушить мою жизнь и забрать моих детей всяким там бывшим свекровям.

Глава 7

Следующие несколько дней прошли для меня не так насыщенно, как я на это надеялась. Оказалось, что приближение пятнадцатого числа, того самого дня, когда я должна буду встретиться с Егором, всё с ним обсудить и подать документы на развод, заставляет меня испытывать мандраж. Мне снова не верилось, что вот-вот настанет день, когда я разорву почти все связи с мужчиной, которого я любила долгих семь лет.

Семь лет, это, вроде бы, довольно мало, но вместе с этим непростительно много. И вот что мне делать с воспоминаниями, которые связывают меня и Егора? У меня их такое огромное количество, что кажется, что если я от них избавлюсь, я просто сотру из памяти все эти семь лет, словно их и не было.

Но если я всё происходящее переживала с боями, запрещая себе грустить и пытаясь сосредоточиться на своей жизни, уже даже подбирая работу и планируя своё будущее, то сын с дочкой чувствовали себя в квартире моей мамы просто прекрасно. Кирюша так вообще только один раз вспомнил о папе, что вызвало у меня облегчение, что он не страдает из-за его отсутствия, и грусть, что родной отец не уделял ему достаточно внимания, что бы ребёнок к нему привязался. Но несмотря на это я всё ещё не знала, как я заведу с детьми разговор про их папу и всё им объясню. Конечно же, не сейчас, они ещё слишком маленькие, Светочке вообще только недавно два годика исполнилось, но ведь этот разговор всё равно состоится и я боюсь, что он может быть очень непростым.

Когда же наступил заветный четверг, время тянулось как резина, словно специально желая меня помучить и поиграть на моих нервах. Всё утро я не могла ни на чём сосредоточиться и совсем не представляла себе, что скажу Егору при встрече, не говоря уже о том, как мы будем обсуждать алименты и всё прочее. И это при том, что за день до этого я всё для себя решила, составив мини-сценарий своих действий.

– Милая, ты так нервничаешь потому что до сих пор его любишь? – услышала я тихий голос мамы.

– Конечно же нет. Как я могу любить человека, который чуть ли не в буквальном смысле вытер об меня ноги? Скорее я разочарована и… напугана.

– Напугана? – Мама подошла ко мне, приобняв за плечи и мягко улыбнувшись. В её серых глазах читалось столько любви и поддержки, что я смогла немного успокоиться. – Ты боишься, что с Егором придёт его мать?

– Нет, просто после стольких лет брака мне как-то страшно смотреть на собственного мужа и не узнавать его, видеть перед собой совершенно чужого мне мужчину. Я уже предчувствую, как неловко мне будет рядом с ним.

Но стоит признаться, что теперь я не только боюсь увидеть в некогда любимых карих глазах отстранённый холод, но и встретиться с Натальей Григорьевной. Вот зачем мама про неё напомнила? Я ведь так удачно не вспоминала о ней все эти дни. И теперь я только и буду думать о «любимой» свекрови, потому что есть и правда очень большая вероятность, что она придёт.

Мама немного помолчала, раздумывая над моими словами, после чего грустно улыбнулась и крепко сжала мою руку.

– Честно, моя милая, я даже не знаю, что тебе сейчас сказать. Думаю, самым глупым было бы ляпнуть, что я с самого начала видела, что с Егором что-то не то, что он не многим отличается от своей матери, которая, возможно, так его задавила, что он уже и сам до конца не понимает, чего он собственно хочет и зачем заводил семью. Может он сделал это назло ей, в попытке взбунтоваться, или в начале по-настоящему тебя любил и мечтал о детях. И я понимаю, что ты любила этого человека и, возможно, внутри тебя, за обидой и злостью, до сих пор прячется любовь. Ты ведь у меня не тот человек, который так легко расстаётся с людьми и становится озлобленным, если его как-то задели.

Сначала я хотела согласиться с мамой, но что-то внутри меня не дало мне этого сделать. Её слова, что я всё ещё могу любить Егора, пробудили новую вспышку боли, словно сердце кто-то сжал когтистой лапой, глубоко впиваясь в него когтями. Нет, я его точно не люблю. Сейчас, когда мы с ним сепарированы, когда я больше не вижу и не слышу его, я всё больше осознаю, какой же слепой дурой я была.

Любовь. Это ведь она во всём виновата. Из-за неё я не замечала пренебрежение со стороны Егора и позволяла его матери надо мной издеваться. Моя любовь была какой-то больной и нездоровой, по-другому и не скажешь. А я ещё дура осуждала других людей, докапываясь до их отношений, всё время повторяя – а вот у меня не так, у меня всё хорошо. Мне всегда казалось, что женщины, ослеплённые своими мужьями, которые стали для них центром мира и в которых они просто растворились, мягко говоря, глупые. А теперь выходит, что глупой как раз таки была я.

А вот слова мамы, что я не из тех, кто так легко расстаётся с людьми, могли бы меня рассмешить, если бы всё не было так грустно. Что-то я не помню, чтобы с трудом расставалась с подругами, хватая их за ноги и прося не исчезать из моей жизни. Это ведь я не находила на них время и постоянно отказывалась от встреч, сначала помогая Егору по работе, а потом занимаясь детьми.

Теперь же тот счастливый случай, который нас свёл, уже не кажется таким уж и счастливым. Несколько лет мы с мамой прожили в Германии, так что школу я заканчивала там, а уже в России я поступила на филолога английского и немецкого языков. И один из преподавателей, оценив мои способности в этом направлении, предложил мне поучаствовать в ежегодном экономическом форуме, проходящем в отеле «Принц Плазе», в качестве волонтёра. Ничего сверхъестественного, я была просто девочкой на побегушках, которая, в случае чего, могла бы сориентировать иностранца. И мне повезло пообщаться с одним милым журналистом из Германии, что и обратило на меня внимание директора по персоналу компании «Спектр». Именно в тот день мне предложили должность переводчика и уже спустя пару дней я встретилась с Егором в главном офисе компании, и попала именно в его отдел. Вот так мы и познакомились.

Одно хорошо, у меня была хоть какая-то практика в крупной компании, хоть в основном я перепроверяла документы за главным переводчиком и была его заменой в момент непредвиденных обстоятельств.

Но что насчёт озлобленности? Я, вроде бы, не питаю ненависти к Егору и, что удивительно, к его матери. Во мне даже нет банальной злости. Разве что я до сих пор разочарована в своём муже и обижена на него из-за его мерзкого поступка. Хотя стоит подождать до момента встречи с ним, а то вдруг, когда я увижу его спустя почти неделю, мои чувства к нему резко изменятся. Прошло шесть дней, а он даже не соизволил отправить сообщение с вопросом как там его дети, всё ли с ними хорошо и ничего ли им не надо.

И от таких мыслей в груди всё же шевельнулось что-то тёмное.

Вот только я не смогла до конца разобраться в этом чувстве. Часовая стрелка уже остановилась на одиннадцати, так что я стала быстро собираться и, поддавшись желанию показать Егору, что я тоже ещё красивая молодая женщина, я, выглянув в окно и поёжившись от холода, подобрала себе чёрные брюки, чёрное боди и ярко-малиновый пиджак, после чего собрала волосы в высокий хвост и сделала лёгкий макияж. Ну вот, в кой-то веки выгляжу как женщина, а не домохозяйка.

А всё же погода сегодня была слишком мрачной, что вгоняло меня в уныние. Небо затянуто тёмно-серыми дождевыми тучами и на улице было так темно, что я чувствовала, что вот-вот пойдёт дождь, ещё и холодный ветер раскачивал деревья, тоскливо завывая. Такое ощущение, будто весна резко поменялась местами с осенью. Хотя это довольно символично, в день нашей свадьбы погода была просто превосходной, а в день развода всё кардинально наоборот.

Дождавшись, когда за мной приедет такси, я взяла сумку и зонт, получила от мамы пожелание удачи и благополучного разрешения нашей с Егором, скажем так, непростой ситуации, поцеловала детей и отправилась на встречу с мужем.

Глава 8

Заходя в высотное здание, в котором находился офис Егора, я всё-таки немного разнервничалась и даже разозлилась, считая нечестным, что разговаривать о нашем неудачном браке мы будем на его территории, а не в каком-то нейтральном месте. Егор сразу же представлялся мне серьёзным и преисполненным чувством собственного превосходства, гордо сидящим в большом кресле, за дорогим столом, на котором были аккуратно разложены документы. А я буду сидеть перед ним на стуле, не чувствуя ничего подобного, разве что дискомфорт от нахождения рядом со своим бывшим мужчиной.

Поднявшись на лифте на одиннадцатый этаж, я шагнула в светлый коридор, мысленно дав себе подзатыльник и приказ собраться, и уверенно направилась к самой дальней двери, за которой находился кабинет Егора. И чем ближе я к ней подходила, там настойчивее в голове крутилась мысль, что я сейчас увижу его секретаршу и узнаю, работает ли у него ещё Ксюша, серьёзная и целеустремлённая девушка, которую я видела несколько раз, или её место уже заняла невысокая, фигуристая блондинка, которая вряд ли окончила университет, чтобы честно получить должность секретарши одного из директоров в такой крупной компании. Разве что Егор выделил её среди других благодаря «особым», ясно каким талантам.

Наверное, было глупо злиться на девушку и во всём её обвинять, ведь какой бы красивой она не была и как бы не пыталась соблазнить мужчину, любящий муж никогда не поддастся провокации, но я всё же почувствовала уколовший меня импульс ненависти. Слабой, но всё же ощутимой. Даже интересно, как она сейчас на меня отреагирует? Будет победно ухмыляться или высокомерно смотреть? Или она наоборот смутится? А может нагло мне улыбнётся? Хотя это надо быть полной дурой, чтобы гордиться, что увела мужа из семьи. Но я помню, что одна из моих старых подруг, Рита, как-то встречалась с женатым и не видела в этом ничего плохого, оправдывая это тем, что ей рядом с ним хорошо и это главное. И её ни капельки не волновало, как бы их интрижка отразилась на жене её любовника, узнай она правду.

И вот зачем я сейчас об этом думаю?

На мгновение застыв у двери, я коснулась прохладной ручки и, повернув её, шагнула в приёмную, сразу же посмотрев на сидевшую за столом девушку, увлечённо что-то рассматривавшую в своём телефоне.

Что-то колючее неприятно коснулось сердца и я почувствовала лёгкое напряжение в теле. А я, в принципе, не особо удивлена, скорее снова разочарована, ведь сажать такую молоденькую девушку в приёмную в качестве секретаря – это было очень глупо со стороны Егора. То ли она была довольно хваткой и сообразительной, то ли моему мужу нужна была разрядка во время рабочего дня, но тогда ему плевать на качество выполнения работы.

Бывшего мужа, Лена, бывшего. Документы о разводе ещё не подписаны, но пора привыкать к новым реалиям.

Блондинка была так погружена в свой телефон, что совершенно не заметила, как я вошла в приёмную, остановившись напротив её стола. И снова я отметила, насколько же симпатичной она была. Миниатюрная, с таким красивым лицом, что от него было сложно оторвать взгляд, с на удивлением хорошими волосами, которые явно пережили несколько обесцвечиваний, умудряясь после такого издевательства выглядеть гладкими и блестящими. Или всё дело в уходе? Вот забавно будет, если я сейчас заведу разговор с любовницей Егора и буду просить у неё совет, как сделать волосы такими же послушными и здоровыми.

Сегодня девушка была одета в чёрное приталенное платье с пышными рукавами, вполне приличное и закрытое, но что-то мне подсказывает, что оно довольно короткое. Наверное, она ещё и на каблуках, так что в глазах мужчин она будет выглядеть желанной и сексуальной.

Шли секунды, а блондинка так и не замечала меня, зато я, уже устав её рассматривать, всё же не выдержала и довольно громко, чтобы её напугать, произнесла:

– Добрый день!

Девушка так и подпрыгнула на стуле, чуть не выронив из рук телефон. Её карие глаза испуганно округлились, а светлые, идеально накрашенные брови забавно изогнулись. Какое-то время она просто смотрела на меня, глупо хлопая ресницами и застыв наподобие манекена. Можно подумать, что я попала не в приёмную её начальника, а забралась к ней домой.

Что сказать, хорошая у Егора секретарша, дальше своего телефона ничего не видит.

– Добрый день, – справилась с испугом блондинка, тут же мило улыбнувшись, так и источая дружелюбие. – Извините, я не услышала, как вы вошли.

И честно, мне было бы намного легче, если бы она смотрела на меня с вызовом или презрением, так и показывая своим видом «да, я увела у тебя мужа», чем чувствовать её словно не наигранную, а искреннюю вежливость. Может быть, она не знает, кто я такая? Но ведь Егор должен был её предупредить, что у него на полпервого назначена встреча. Или он не уточнил, кто именно придёт?

– Ничего страшного, бывает, – довольно сухо ответила, пытаясь зацепиться хоть за что-то в лице девушки, что дало бы мне понять, что она знает, кем я прихожусь Егору, и узнать её отношение ко мне.

Зачем? А вот не знаю. Это желание возникло спонтанно и оно оказалось настолько неконтролируемым, что я ничего не могла с собой сделать. Даже любовница Егора заметно смутилась от моего взгляда, неловко поджав губы, пока она не вспомнила, что я оказалась в приёмной не просто так.

– Вы ведь к Егору Николаевичу, правильно? – Девушка встала со стула, видно желая меня проводить, и я снова обратила внимание на её рост. Она была ниже меня почти на целую голову, из-за чего казалась хрупкой и слабой.

Значит вот какие нравятся Егору. А ведь мы с ней полные противоположности, так что мне трудно понять, почему у него так круто поменялись предпочтения.

– Нет, я просто проходила мимо и решила зайти к вам в гости, – зачем-то ляпнула, тут же почувствовав себя глупо.

Пусть даже передо мной стоит любовница Егора, это не значит, что я сейчас должна воинственно распушить перед ней павлиний хвост и как-то задеть. Тем более она даже косо на меня не посмотрела, продолжая мило улыбаться. И опять же, мне было бы намного легче, если бы она не была такой хорошенькой. Почему? Может в таком случае я смогла бы приободрить себя словами «какой же Егор дурак, бросил меня ради молодой стервы, а ведь я в разы лучше, чем она». М-да, стервой тут и не пахнет.

– Ой, да, простите. Глупо было о таком спрашивать, ведь Егор Николаевич предупреждал меня о вашем приходе.

Никак не отреагировав на мою колкость, девушка подошла к двери кабинета своего начальника, после чего посмотрела на меня. Похоже, мне надо было пройти следом за ней, но что-то я была совершенно обескуражена поведением этой блондинки, в которой, в эту секунду, мне очень сильно захотелось найти хоть один недостаток, хоть что-то неидеальное, за что можно было уцепиться и… Ой, что-то мне стало противно от самой себя. Не хватало мне ещё опуститься до уровня Натальи Григорьевны и цепляться ко всем людям, пытаясь их как-то поддеть, да как можно больнее.

– Да, спасибо. – Сама не понимаю, за что я её поблагодарила, но я тоже подошла к двери. В это же время девушка постучала и заглянула в кабинет.

– Егор Николаевич, к вам пришли, – нежно протянула блондинка и, когда она повернулась ко мне, я увидела как ярко заблестели её глаза.

Они у меня тоже когда-то так же ярко блестели, когда я влюблённым взглядом смотрела на этого же самого мужчину.

– Да, пусть заходит, – услышала я твёрдый голос Егора, который на работе всегда приобретал властные и строгие нотки, так характерные для больших начальников.

А ещё я тут подумала, что Егор не просто назначил мне встречу на своей территории, но ещё и заставил встретиться со своей любовницей. Похоже, ему совершенно не жаль моих чувств, раз он не подумал о том, как тяжело мне будет видеть девушку, из-за которой я лишилась своего мужчины. И вот за что он так со мной? Его поведение наталкивает на мысль, что его устраивал наш брак, как и устраивало иметь от меня детей и развлекаться на стороне. Хотя даже не так. Скорее всего, всё это было для него чем-то нормальным, так что он теперь на меня в обиде и винит в решение развестись. А для меня всё это странно, непонятно и глупо.

Но я, естественно, не собиралась показывать ему, как же сильно меня задевает его потребительское и неуважительное отношение ко мне. Наоборот, я хотела создать образ женщины, которая настроена решительно и ни о чём не сожалеет, которой не нужен мужчина, не видящий ничего плохого в изменах, и она ни за что не будет терпеть любое проявление неуважения.

Поблагодарив блондинку лёгким кивком, я немного приосанилась и вошла в кабинет, первым делом заметив, что Натальей Григорьевной здесь и не пахнет, что не могло не порадовать меня. Значит, у нас с Егором есть шанс по-нормальному обсудить наш развод и поговорить о детях. Это придало мне сил и я уверенно посмотрела на сидящего за большим столом мужчину, который, как оказалось, не сводил с меня внимательно, сосредоточенного взгляда. Ну прямо хищник заметивший свою добычу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.