Эвелина Блэйк
Сосед (не) на час

Глава 1

«Агата Кристовская с удовольствием вытянула свои длинные бронзовые от загара ноги, откинувшись на шезлонге. С ленивой улыбкой она нацепила солнечные очки на переносицу и прикрыла глаза.

– Доброго утра! Местечка рядом не найдется? – ее покой нарушил вкрадчивый мужской голос, резко разрушив тишину.

Агата еле видимо скривилась, но тут же спохватилась и натянула вежливую улыбку.

– Доброе утро! – она была нейтрально доброжелательна. – Как видите, я специально выбрала этот шезлонг, потому что он стоит в стороне от других. Хотелось бы отдохнуть в одиночестве.

На лице мужчины – кстати, довольно симпатичного – промелькнуло легкое разочарование. Однако уходить он не спешил. Агату это раздражало, но виду она не подавала.

– Тогда я могу примоститься прямо на песке. У Ваших ног, – последнюю фразу он интонационно выделил и вдобавок пошловато улыбнулся.

Агату тут же передернуло, хоть она и пыталась себя сдерживать. Вот эта улыбочка уж явно была лишней.

– Спасибо, мне не нужна компания, – ее звонкий голос слегка подрагивал от волнения и раздражения.

Настроение портилось. Как же она устала от всеобщего внимания! И она совершенно точно понимала, что это внимание ей дарит вовсе не профессия актрисы – Агата в громких фильмах еще не снималась, была малоизвестной актрисой. Все дело было в ее внешности, роскошной и эффектной, это надо признать. В наследство от мамы ей передались тонкая талия и шикарная грудь, от папы она получила обворожительную улыбку. Ноги выросли сами по себе – этот факт удивлял всех, потому что в семье Кристовских все были среднего роста, – в кого такая высокая? Агата даже подумывала пойти в модели, но ее не прельщало постоянно сидеть на диетах, держать себя в строгих рамках…

– Так что же? – отвлек ее от мыслей приставучий мужчина.

Агата еле слышно вздохнула. Как бы она хотела сейчас накричать на этого кретина! Но мама учила ее вежливости, поэтому переступить через себя было трудно. Она слишком хорошо воспитана, чтобы устраивать скандалы. Хотя, вообще-то, учитывая специфику ее профессии, жаркие разборки могли бы пойти на пользу ее карьерному росту.

Тем не менее, Агата взяла себя в руки, выпрямилась и безмятежно улыбнулась.

– Спасибо, я вроде бы сказала, что не ищу компанию, – повторила она уже более твердо.

Можно было подумать, что она была скромницей, но это вовсе не так. Красавицы вроде нее просто не могли знать, что такое скромность, потому что всю жизнь их сопровождают жаждущие и завистливые взгляды, балующие их своим постоянным вниманием. Агата получала достаточно мужского внимания, никого не подпускала близко, но не упускала шанса немного повеселиться, если ей самой этого хотелось.

И теперь, вспомнив последний курортный роман, она невольно покраснела. Тогда она практически не узрела красот острова Бали, потому что в один из первых дней во время пребывания в этом райском месте она попала на вечеринку к одному молодому бизнесмену, отдыхающему на своей вилле от шумной Москвы. Ох, они тогда почти пять дней кряду не вылезали из постели…

Сейчас Агата находилась на Кипре, и свой отпуск ей хотелось провести немного иначе. Точнее, совершенно иначе, а это значит – никаких мужчин.

Поэтому она еще раз обворожительно улыбнулась незнакомцу, который никак не хотел уходить, и гордо поднялась ему навстречу. Тот уже обрадованно сделал шаг вперед, но Агата ловко обогнула его и ровным модельным шагом отправилась к океану. Когда ее стройное тело опустилось в воду…»

Ба-бах!

Я оторвалась от ноутбука и вздрогнула от неожиданности. Мои пальцы резко стукнули по клавиатуре, и вместо слов на экране появилось непонятное впыпииоам. Опустив руки, я замерла и испуганно прислушалась.

Тук – что-то еле слышно стукнуло, затем наступила тишина. Я опасливо взглянула на облупившийся потолок – с него слетело несколько шматков штукатурки. Я обреченно наблюдала за тем, как штукатурка, словно пудра, растворяется в воздухе, микроскопическими частицами оседая на мебели, которую я так долго и старательно вычищала.

Бум! – я вздрогнула от резкого стука, вновь раздавшегося на втором этаже дома. Штукатурка посыпалась еще сильнее, причем прямо мне на голову, поэтому пришлось второпях убегать в сторону.

Я тяжко вздохнула – нужно сходить проверить, что там такое творится, пока потолок не обрушился мне на голову. Я опасливо покосилась в сторону старой шаткой лестницы – перила вот-вот обвалятся, безопасно ли по ней идти? Заехав в этот дом, я зарекалась подниматься на второй этаж, но видимо, все-таки придется это сделать.

Подойдя к лестнице, я ступила на первую ступеньку. Она тут же предательски заскрипела подо мной. Сжав челюсти, я взялась за перила и сделала еще один шаг. Деревянная ступенька слегка прогнулась под моим весом, но выдержала. Так, хорошо, теперь еще один шаг.

Треск! – когда я была где-то в середине лестницы, одна из ступенек с грохотом разломалась на две части, и моя нога ухнула куда-то вниз, не найдя опоры.

– А-а-а! – закричала я от неожиданности и страха.

Приведя нервы в порядок, я осторожно потянула ногу на себя. К счастью, она не застряла, да и не особо пострадала.

Осторожно, чуть ли не полусидя, я вернулась на безопасный пол и, сложив руки на груди, принялась думать, что же делать дальше.

Уныло разглядывая шаткую лестницу, я тяжко вздохнула. Так далеко дело не продвинется…

Но, сколько бы я себя ни уговаривала, дело не двигалось с мертвой точки – не то чтобы мне и раньше хотелось лезть на второй этаж, так теперь, после того, как моя нога побывала в плену у прогнившей половицы, мне совсем расхотелось что-либо предпринимать. Я никак не могла собраться с духом и закончить начатое.

Скри-ип, скри-ип! – словно издеваясь над моими страданиями, донеслось со второго этажа. Я обреченно скривила нос – отлично, к нам на праздник развалюх еще и старая форточка пожаловала. Или окно…

Оконный ставень продолжал надрывно скрипеть под натиском ветра, поэтому я поняла, что путешествия на второй этаж мне не избежать, иначе моя голова просто взорвется от этого противного звука, работать я так точно не смогу.

Однако покидать первый этаж, который так успокаивающе близко находился к земле, я не спешила. Для начала я нашла веник с совком и убрала щепки, оставшиеся от развалившейся половицы. Посредине лестницы теперь зияла дыра. Будто бы изо рта выдернули гнилой зуб, – передернула плечами я и отошла от лестницы.

Так что же будем делать с перемещением на второй этаж? Я задумчиво оглядела помещение. Не найдя ответа внутри, я нацепила куртку – несмотря на то, что стояла середина мая, вечер был достаточно прохладным, – я вышла во двор и медленно обошла дом, стены которого были покрыты облупившейся краской. Ладно, мне все равно не нравится этот грязно-синий цвет, я бы выбрала что-то более нежное, светлое… Но о покраске еще думать рановато, нужно дождаться, когда погода устаканится, чтобы дом мог поскорее высохнуть на солнышке.

Пробираясь к правому боку дома, я ступала осторожно, потому что на моем пути были препятствия в виде зарослей, за которыми давно никто не ухаживал – сразу видно, что в доме долгое время никто не жил. И за что мне такое «счастье»?

Наконец, я достигла своей цели и чуть не подпрыгнула от восторга – рядом со стеной стояла приставная лестница! И как раз-таки прямо над ней находился тот самый скрипучий ставень. Ну, после несчастья должно же найтись и немного везения, верно?

Я осторожно тронула лестницу и потрясла ее. Ступеньки от моих прикосновений в пыль не превратились. Это вселило в меня надежду, и я затрясла лестницу сильнее. Хорошая лестница, ей повезло не сгнить на этом густо заросшем участке. Удивительно, как только она перенесла сезон дождей? Ведь стоит прямо на улице, даже не в сарае…

Успокоенная крепостью лестницы, я взялась по краям ступенек и полезла наверх. Я хотела всего лишь закрыть ставень, но любопытство взяло верх надо мной – нужно же все-таки узнать, что там стучало на втором этаже, да и вообще оценить обстановку.

Держась за подоконник, я дождалась, пока глаза привыкнут к темноте – не шагать же в неизвестность. Раньше бы это меня не остановило – в детстве я часто лазила по деревьям и постоянно падала с них, поэтому синяки и царапины меня не страшили, – но в моем сегодняшнем положении такое поведение могло быть небезопасным.

Когда глаза привыкли к темноте, передо мной открылась нелицеприятная картина – все вокруг было покрыто пылью. Я увидела старую мебель – проржавевшую кровать, небольшое кресло, чудом сохранившийся комод – ох, выглядит неплохо, достаточно вместительный, пожалуй, заберу его себе – большой шкаф и маленькое трюмо. По всей видимости, раньше здесь была спальня моей покойной тети. Даже несмотря на пыль, комната могла выглядеть довольно неплохо, но весь вид портила балка, разорвавшая натяжной потолок и наискось перечеркнувшая пространство комнаты.

Я грустно вздохнула – понятно теперь, что это так громко стукнуло! И вообще, кому в голову пришло делать такой странный потолок? С первым этажом все нормально. А мне теперь с этой ерундовиной разбирайся, будто бы других проблем нет!

Осторожно наклонившись вперед, я вошла в комнату прямо через окно. Тихонько тронула балку – хорошо, вроде падать дальше не собирается. В этом я нашла для себя и плюс, и минус – падать ей дальше некуда, но и легко убрать эту преграду тоже не получится. Я начала было напирать на балку обеими руками, но в следующую секунду одернула себя – так я все равно ничего не добьюсь, только спину надорву!

Я грустно смотрела на упершуюся в пол толстую громоздкую балку, будто бы от моего взгляда она может встать и уйти самостоятельно. Нет, тут потребуются рабочие… Но в том-то и беда – если бы я могла позволить себе нанять рабочих, проблем с домом не было бы вовсе. Но чтобы зарабатывать, нужно, чтобы меня ничего не отвлекало, а я как раз оторвалась от написания книги, когда что-то стукнуло в потолок и отвлекло меня… Замкнутый круг какой-то получается!

Ну, ладно, оставим грустные мысли, все равно в данную секунду ничего не решится! А пока я здесь, на втором этаже, можно осмотреться. Осторожно перешагнув основание балки, я добралась до двери и тронула пыльную ручку. Та со скрежетом повернулась, и я оказалась в коридоре.

Света, поступавшего из окна, через которое я влезла сюда, не хватало, чтобы осветить покрытый пылью и мусором коридор, зато хватило, чтобы я смогла нашарить на стене выключатель.

Щелк! – и перед моими глазами предстала еще более унылая картина, чем в предыдущей комнате – все было покрыто пылью, на полу почему-то валялись какие-то обрывки бумаги и обломки стульев. Может, в дом влезали, пока он был заброшен? От одной только мысли о том, что я не первая, кто посетил этот дом за последние несколько лет, меня пробрала дрожь. Я невольно навострила уши. К моему счастью, на этаже было тихо, слышалось только поскрипывание ставня на окне.

Я исследовала этаж дальше, но здесь не было ничего интересного – еще пара комнат, требующих ремонта, одна из них оказалась совершенно без мебели – видимо, раньше она никак не использовалась. Кроме комнат, здесь оказался запасной туалет, который находился в абсолютно непригодном состоянии. Глядя на покрытый толстым слоем пыли унитаз, я порадовалась, что ванная находится на первом этаже.

Убедившись, что больше ничего не собирается падать или рушиться – по крайней мере, в ближайшее время, – я вылезла из окна и прикрыла ставень, а затем вернулась на первый этаж уже нормальным способом, через дверь.

Оказавшись в более-менее нормальной обстановке, я оглядела себя – ох, ну и чумазая же! Наверное, всю паутину на себе собрала!

Кинув в корзину грязную одежду, я полезла в старую ванну, чтобы принять душ. Я поморщилась – чугун, из которого была сделана ванна, неприятно холодил кожу.

Управившись, я укуталась в халат и вернулась к ноутбуку.

К сожалению, мои злоключения выбили из меня весь рабочий настрой, и я не могла выдавить из себя ни строчки. А переживать было о чем – скоро подходили все сроки по сдаче книги издательству, а у меня написано только чуть больше половины произведения. А не будет книги – не будет денег.

В эту секунду я на себя разозлилась – конечно, ничего не получается! Как ты, обычная девушка с типичными проблемами, вообще можешь писать истории о длинноногой красотке, отдыхающей на райских островах? Что ты вообще знаешь о такой жизни?

Я оглядела большую комнату, наполненную старой мебелью, которую я кое-как отмыла и привела в порядок – просто чтобы было, где спать и на чем работать. Да, о райских островах мне только мечтать…

Я вернулась к созерцанию экрана, отвлекаясь от гнетущей обстановки. Хорошо было бы сейчас оказаться в своей собственной книге, где-то там, по ту сторону экрана. Чтобы вокруг тебя вертелись красивые парни… Хотя, нет, парней не надо, о них только сплошные проблемы – оставьте мне только море, песок, теплое солнышко и официанта, который будет подносить мне коктейли. Эх, мечты, мечты…

Мои реалии очень сильно отличались от жизни Агаты Кристовской, героини книги «Любовь и успех». Все, что есть в названии книги, придет к ней рано или поздно – мы же все прекрасно знаем, что не может не прийти, иначе хэппи-энда не получится, – а вот от меня последние крупицы нормальной жизни умчались, словно ветер. Теперь остается только собирать осколки и начинать все заново…

Не в силах больше пялиться в экран, – все равно не могу выжать из себя ни строчки! – я устало опустила голову на сложенные на столе руки, невольно погружаясь в воспоминания о своей собственной жизни…

Глава 2

Тот день, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову, начался обычно. Буднично. Как у всех. Как говорится – ничего не предвещало беды.

Наоборот, все было более чем отлично – я уже месяц как согласилась на уговоры своего парня Никиты переехать к нему. И этот месяц был прекрасен – совместные ужины, кино, которое мы очень редко досматривали по известным всем причинам, походы в спортзал и просто ленивые дни, когда мы позволяли себе подолгу валяться в кровати и обсуждать все на свете.

Мне казалось, что я нашла самого близкого человека на свете. Я была по-настоящему счастлива. Никита был единственным, кто понимал меня до конца даже без слов. Правда, у нас редко возникали разговоры о чем-то серьезном. Нам казалось, что это глупо, что нужно жить сегодняшним днем и наслаждаться моментом.

Точнее, там ему казалось.

А мне стоило бы задуматься.

В общем, в тот день я решила побегать перед тем, как засесть за книжку. Слава Никите – благодаря ему я могла работать в удобном для меня темпе, потому что знала, что могу рассчитывать на финансовую поддержку с его стороны. Не подумайте, я не содержанка, да и считаю, что женщине нормально быть самостоятельной и зарабатывать хорошие деньги, но когда у тебя есть опора в виде сильного мужского плеча – это всегда плюс. Правда, после переезда убираться приходилось почаще, но тогда это было мне в удовольствие.

Я довольно часто бегала по утрам, и сегодня выбрала для себя привычный маршрут – озеро, откуда открывался вид на храм, высокие дома и деревья. Мне очень нравился этот вид – в районе, в котором я раньше жила, такого не было, приходилось бегать вдоль заброшенного поля, не отличающегося живописностью, поэтому я не слишком сильно любила этот вид спорта.

Сделав небольшую разминку, я побежала вдоль озера. И тут же резко остановилась, согнувшись пополам от непривычных ощущений, скрутивших мои внутренности. Живот заболел, меня слегка затошнило.

Я глубоко задышала и удивленно выпучила глаза – у меня никогда не было такого, когда я бегала. Что происходит?

Отдышалась. Стало легче. Я осторожно выпрямилась, чтобы не спровоцировать еще и головокружение. Мысли лихорадочно забегали у меня в голове. Так, что же я ела на завтрак?.. Бутерброды с колбасой, кофе… Вроде и привкус у колбасы был какой-то странный, но Никита съел целых три… Хм, а может, и правда, стоит уже отказаться от майонеза?.. А то со спортом отношения улучшились, а вот питание все никак наладить не получается.

Пока я размышляла о причинах своего недомогания, минутное помутнение окончательно прошло, и я распрямила плечи, чтобы возобновить пробежку. Однако не тут-то было – не прошло и пары минут, как меня снова затошнило. На этот раз прибавилась еще и головная боль.

Я вытащила наушники из ушей и мешком рухнула на скамейку, стараясь отдышаться. Да что же такое творится? Может, я заболела?

Дрожащими руками я открыла телефонную книжку на смартфоне. Друзей у меня было немного, можно сказать – вообще практически не было, но приятельницы имелись. Одной из таких была Ксюша, которая работала медсестрой в больнице. Да, медсестра – это, конечно, не врач, но вдруг она что посоветует?

– Привет, Ксюша! Как дела? – спросила я, набрав номер приятельницы.

Мы перекинулись парой незначительных фраз, и я перешла к сути:

– Я сейчас бегаю… Ну, точнее, пытаюсь… – я нервно прокашлялась. – И тут вдруг меня как скрутило! – я коротко перечислила все симптомы. – А мне казалось, что от здорового образа жизни одни только плюсы! – я нервно хихикнула, маскируя под шутками свои переживания.

Повисла пауза. Ксюша задумалась на минуту.

– Думаю, тебе нужно проверить желудок, это может быть гастрит, – задумчиво произнесла она. – Хотя, я не исключаю и обычную слабость, да и еще варианты есть… Когда у тебя в последний раз были месячные?

Я резко выпрямилась – этот вопрос застал меня врасплох.

– А при чем тут это? – я непонимающе свела брови.

– Просто ответь на вопрос, – голосом профессионала сказала Ксюша.

Я хотела было произнести дату, чтобы отмахнуться, но вдруг взволнованно осознала, что совершенно не помню ее.

– Сейчас гляну в календаре, – сказала я, находя в смартфоне календарь, где обычно отмечала дни цикла.

Месяц подходил к концу, но в календаре я не нашла никаких отметок. Это что, шутка какая-то? Видимо, я просто о нем забыла. Ох, никак не приучу себя к этим отметкам!

– Извини, забыла отметить, – скривила нос я.

– Ну, тогда делай тест на беременность на всякий случай, – докторским тоном продолжала Ксюша. – Если он окажется отрицательным, будем смотреть желудок.

Я непроизвольно фыркнула – вот ведь глупость какая!

– Мне кажется, ты ошибаешься! Мы с Никитой не планируем детей! – воскликнула я. – Мы об этом даже не говорили…

– Всякое бывает, – знающим тоном сказала Ксюша. – А даже если так, то чего тебе стоит? Ты просто убедишься, что я не права.

– И то верно… – хриплым от накрывающих меня эмоций голосом произнесла я.

Закончив разговор с Ксюшей, я поплелась в аптеку на ватных ногах. Идти туда было страшно – очень страшно. Но я боялась вовсе не положительного результата. Наоборот – я желала его всей душой.

Я делала тесты ранее, и все они были отрицательными. А мне бы очень хотелось стать мамой. Столько разочарования от этих одиночных полосок!

С Никитой я эту тему не обсуждала, да и, мне кажется, ему было как-то все равно. Но я знаю, что он разделит мое счастье в тот момент, когда оно наступит. Да, непременно разделит. Я в этом уверена.

Но время шло, а единичные полосочки только множились. В аптеку заходить я не спешила – как же не хочется снова разочаровываться…

Я взяла два теста – чтоб наверняка, – и отправилась домой. К моменту, когда я вошла в ванную, меня уже вовсю колотила мелкая нервная дрожь, поэтому я никак не могла справиться с упаковкой, пытаясь соскрести ее дрожащими от волнения руками.

В этот момент я снова почувствовала тошноту и, отложив коробочку с тестом, принялась нервно мерять квартиру шагами.

Так. Спокойно. Все будет в порядке. Не концентрируйся на этом. Сейчас главное – узнать, что со здоровьем все в порядке, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

С помощью глубоких вдохов мне еле как удалось себя успокоить, и я снова вернулась в ванную.

Сделала первый тест и принялась ждать, нетерпеливо топая ножкой. Мне стоило большого труда не смотреть на тонкую полоску, которая решала мою судьбу, каждые пять секунд.

Наконец, что-то стало проявляться. Яркая синяя полоска… Одна.

Губы предательски задрожали, и я прижала ладони к лицу, тяжело вздыхая, чтобы сдержать свои эмоции. Н-да, не стоило и надеяться…

Я замахнулась, чтобы кинуть использованный тест в мусорку, но тут меня что-то остановило. Я внимательно пригляделась. Рядом с синей полоской что-то было – маленькая такая, расплывчатая, но явная… вторая полоска!

Я удивленно подпрыгнула, не веря своим глазам. Не может быть! Я смотрела на две полоски, задержав дыхание, так, будто бы у меня в руках покоилось сокровище. В принципе, отчасти так оно и было…

Мне все равно до конца не верилось в то, что я видела. Зная, что тесты могут ошибаться, я тут же вскрыла второй – специально взяла от разных фирм, этот был подороже.

И-и-и… Результат совпал с первым!

Мой радостный визг, наверное, было слышно на другом конце города! Я бы пустилась в бешеный пляс, если бы меня не тошнило от резких движений. Но это было неважно, ведь это симптомы чего-то хорошего – я беременна!

Мурлыча себе под нос радостные песенки, я потерла руки в предвкушении – это обязательно нужно отпраздновать!

Накинув легкую куртку, я отправилась в магазин. Невозможно же усидеть на месте!

К приходу Никиты все было готово – торт, шампанское, – конечно же, для него, себе я взяла апельсиновый сок, – разноцветные гелевые шарики, которыми я украсила кухню. Это даже на сотую долю не передавало всей моей радости, но, думаю, мне удалось создать дух праздника. Правда, за работу в этот день я так и не принялась, но совесть меня не грызла – тут такой повод!

Наконец, я услышала, как в двери поворачивается ключ и подпрыгнула в волнении – мне не терпелось поделиться с любимым радостной новостью.

– Привет, малыш, ты дома? – услышала я его голос, доносившийся из прихожей.

– Да, я здесь! – мой голос звенел от радости.

Никита прошел в кухню и остановился на пороге от неожиданности. Да, его можно понять – праздновали мы что-либо не так часто, на это вечно не хватало времени.

– Что празднуем? – он удивленно улыбнулся. – Жизнь? Годовщина поцелуя?

– Вообще-то, она была в прошлом месяце! – я попыталась притвориться обиженной, но была слишком счастлива, поэтому быстро бросила эту затею.

– Так что же? – Никита приподнял брови.

– Я беременна! – эти слова, вылетевшие из моего рта, вызвали у меня очередной приступ радости. – Вот! – в доказательство своих слов я показала ему тесты на беременность.

Никита уставился на тонкие полоски в моих руках и замер как вкопанный, слегка приоткрыв рот. Я ожидала более бурной реакции, но ладно, полагаю, ему нужно свыкнуться с этой мыслью, как и мне этим утром.

– Я… А… – он не находил слов. На его лице не было никаких эмоций.

– Правда, здорово? – я широко улыбнулась.

Никита медленно взял положительные тесты из моих рук и поднес к глазам, глядя на них недоверчивым взглядом.

– Понимаю, это так неожиданно! – щебетала я. – Нужно привыкнуть. Но мы обязательно со всем справимся! Я так об этом мечтала! А ты? – я вопросительно и слегка настороженно посмотрела на Никиту.

К моему ужасу, на его лице удивление перемешалось с… разочарованием.

– Это катастрофа, – сказал он. Он обессиленно опустил руку, и тесты тут же стремительно упали вниз, как и мое сердце. – Самая настоящая катастрофа.

Глава 3

Я почувствовала, как в моих глазах начали медленно закипать слезы. Так, Ника, не хнычь! Он просто в шоке. Просто очень сильно удивился. Он очень сильно удивился и сам не знает, что несет. Все поправимо, он сейчас извинится. Верно?

– Я-я… я понимаю, ты удивлен, это для меня самой стало неожиданностью… – у меня дрожали губы.

Никита поджал губы и медленно покачал головой.

– Нет, это не только удивление, – твердым голосом сказал он. Я поежилась – в этот момент мой родной Никита начал меня пугать. Раньше никогда такого не было. – Как это вообще могло произойти?

– Ну, может, я забыла принять таблетку… – пожала плечами я. – Теперь это уже совершенно не важно!

– Думаешь, это какая-то шутка? – от его громкого вскрика я вздрогнула и чуть не подскочила на месте. – Не важно! – он передразнил меня. – Думаешь, к этому можно относиться так легкомысленно?

– Все в порядке, я готова иметь детей, я хочу этого, – я слегка приподняла руки, будто бы защищаясь. Паника хватала меня за горло. Боже, даже не могла подумать, что дойдет до такого!

– Зато я – нет! – интонация его голоса стала грубее. – Ты вообще собиралась меня спросить?

– Когда я заговариваю на подобные темы, о будущем, ты всегда отнекиваешься и переводишь тему, – слегка обвиняющим тоном произнесла я.

Никита стрельнул в меня глазами.

– Я не хотел это обсуждать, потому что говорить тут не о чем! – воскликнул он, потрясая руками. – Потому что нам и так хорошо вместе, зачем все рушить пустой болтовней? Зачем все рушить… этим? – он неприязненно показал на мой живот. Еле сдерживаемые слезы медленно покатились по моим щекам.

– Как… как ты можешь так говорить? – простонала я. Сейчас мне было очень страшно – я совершенно не узнавала Никиту. Да и знала ли я его по-настоящему? – Это же… Это же твой ребенок!

Никита презрительно фыркнул и схватился за голову.

– Я не хочу детей, – он говорил намного тише, но голос его был тверд, интонация – неумолима. Я тихо проглотила очередную слезу, тело колотила мелкая дрожь. – Меня совершенно не привлекают все эти вещи, связанные с пеленками-распашонками, да и с женитьбой, кстати, тоже.

Мой рот приоткрылся в легком непонимании.

– Но… как же я? – спросила я, обреченно всплескивая руками. – Мне казалось, ты не просто так попросил меня переехать к себе…

– Мы же всегда были на одной волне, Ника! – воскликнул он, словно в оправдание, разводя руками. – Совместное времяпрепровождение, жаркий секс, вкусная еда, которую ты мне готовила… Все это круто, и это то, чего я для нас хочу! И мне казалось, что ты на моей стороне!

Н-да, хорошо устроился, ничего не скажешь.

Я устало рухнула на стул и покачала головой.

– Поверить не могу, – сил говорить не оставалось, и я шептала, не в силах поверить, что это все происходит со мной по-настоящему.

– Придется, – твердо буркнул Никита.

– Не может быть… – я продолжала качать головой от безысходности.

Никита смотрел на меня. Краем глаза я заметила, что из его взгляда начинает пропадать злоба. Ее место заняла растерянность. Все еще не та эмоция, которую бы мне хотелось видеть на его лице, но уже гораздо лучше. Думаю, он на пути к принятию. Только вот приму ли его я после такой вспышки?

– Малыш… – Никита подошел ко мне ближе. Я задержала дыхание. – Не бойся меня, я не хотел тебя напугать, – он ласково положил свою ладонь на мою руку, лежавшую на столе. Я напряглась, но руку убирать не стала. Это придало Никите уверенности, и он легонько сжал мою ладонь. – Это так неожиданно… Я ведь не со зла. Ты мне очень дорога.

Я с надеждой подняла глаза.

– Ты меня очень напугал, – сказала я, еле дыша. – Но все-таки я рада, что твоя вспышка закончилась.

– Ты не злишься? – осторожно спросил он.

Я медленно покачала головой, почти придя в себя.

– Отлично, – он с облегчением выдохнул. – О деньгах не волнуйся, я дам тебе, сколько нужно.

– На что? – я недоуменно приподняла брови.

Никита ответил мне таким же вопросительным взглядом.

– На аборт, конечно же! – воскликнул он так, будто бы говорил о само собой разумеющемся.

Я ахнула и резко поднялась, отскакивая в сторону. Человек, которого я любила, смотрел на меня как на сумасшедшую, а я все хотела проснуться – что это, если не страшный сон?

– Ты серьезно? – он скривился, глядя на мою реакцию. Глубоко вдохнув, Никита взял себя в руки. – Да брось, нам же было так хорошо вместе! Только ты и я!

– Как ты посмел произносить такие кошмарные вещи? – я снова чуть не разрыдалась.

Никита закатил глаза, и это разозлило меня еще больше.

– Ты самый настоящий предатель! – воскликнула я.

Никита приподнял брови, глядя на меня.

– Это я-то предатель? – изумился он. – А кто решил завести ребенка, не посовещавшись со мной?

– Отлично! – фыркнула я. – Значит, мы оба игнорировали желания друг друга!

Он посмотрел на меня как-то растерянно.

– Но ведь еще можно все исправить! – он одарил меня умоляющим взглядом. Я растерянно застыла возле окна.

– Правда? – с легкой надеждой спросила я, понимая, что прощу ему все, если сейчас он примет нашего будущего ребенка. Слабохарактерно, да, но я слишком измучена, чтобы продолжать ругаться.

– Конечно! – Никита с энтузиазмом кивнул. – Только откажись от ребенка, и все будет по-прежнему!

В сердце резко кольнуло. Ну, конечно. Наивная. Он не отступится. Боже, как же это больно!

Я опустила глаза, лишенные всех эмоций. У меня не осталось сил на слезы. Мне просто хотелось уйти и больше никогда не говорить с этим чужим человеком, в которого превратился мой Никита.

– Нет, – бесчувственным голосом обронила я.

Слегка приподняв голову, в глазах Никиты я заметила тревогу.

– Послушай… – он протянул ко мне руки и начал тихонько приближаться. Я непроизвольно шагнула назад и уперлась спиной в подоконник. Путь к отступлению был закрыт, и я это вовсе не об окне, в которое уперлась. – Все еще может быть как прежде…

– Как прежде уже не будет, как ты не понимаешь? – устало пробормотала я, потрясывая головой. – Я очень сильно хочу быть мамой, и я надеялась, что ты тоже хочешь создать со мной семью. Если все не так, то зачем все это? Наши отношения! Неужели ты никогда не относился ко мне серьезно?

Никита хмуро отвернулся и уперся руками в спинку стула. Болезненно сглотнув, я утвердительно кивнула самой себе – его молчание было красноречивее любых слов, больше мне доказательств не требовалось.

– Конечно, не относился, – сказала я. Мой голос уже почти не дрожал. Никита никак не отреагировал на мои слова. – Весело тебе со мной, клево… Но я не подружка на вечер, Никита. Это уже давно можно было понять.

Он порывисто обернулся.

– Я никогда так о тебе и не думал, – твердо сказал он. – Просто не хочу усложнять себе жизнь.

– Это не усложнение, а новый этап, – покачала головой я. – К которому ты, очевидно, не готов.

В ответ я получила очередную порцию молчания. Ох, и как же раньше я не замечала, какой он все-таки мальчишка!

– Думай, что хочешь, но я так не смогу, – он задумчиво покачал головой. – Если хочешь растить этого ребенка… – Никита с трудом сглотнул. – Тебе придется делать это без меня.

Я удивленно приподняла брови. Его бездушность поражала.

– Ты вот так запросто выставишь беременную женщину на улицу? – спокойным голосом проговорила я.

Мои слова попали в яблочко – Никита болезненно скривился. Ну, видимо, он все-таки что-то ко мне испытывал. Однако эмоции схлынули уже через пару секунд.

– У тебя есть выбор, – пожал плечами он.

– Ясно, – еле слышно выдохнула я. – Свой выбор я уже сделала.

Я медленно поплелась к выходу из кухни. Мысли витали, словно в дымке – я еще не до конца осознала, что со мной происходит. Чемодан. Нужно думать о чемодане. Он должен быть где-то в спальне, а может, в кладовой…

– Ника! – услышав отчаяние в голосе Никиты, я остановилась на пороге. – Я же тебя не выгоняю! Мы еще можем все исправить!

Я посмотрела на Никиту равнодушным взглядом.

– Ты готов изменить свое решение по поводу ребенка? – спросила я.

Никита отвернулся к окну и уперся руками в подоконник.

– Больше не задерживаю, – буркнул он, и я навсегда закрыла за собой дверь его кухни.

Глава 4

На следующий день в квартире Никиты меня уже не было. Так как ни родственников, ни друзей у меня в городе не было, я сняла комнату в одном из самых дешевых отелей, какой только нашла. Задерживаться я здесь не планировала – район был не самый благополучный.

Рассмотрев несколько вариантов квартир для съема, я почувствовала безысходность – все было слишком дорого для меня, а в районе, в котором я раньше жила, квартир под сдачу не было.

Откинувшись на спинку отельной кровати, я отпихнула в сторону ноутбук и устало закрыла глаза. Черт. Как это все не вовремя. Я абсолютно не готова к такому повороту событий! Хотя как к такому вообще можно подготовиться?

Внутренне я себя поругала – конечно, доверилась Никите, расслабилась, совсем перестала деньги откладывать. И какая из тебя мама выйдет?

Вспомнив о будущем ребенке, я в панике прижала руку к животу. Ладно я, а ему-то как теперь? Нужно же хорошее питание, комфорт, а главное спокойствие. Об этом мне только мечтать и мечтать!

Нежно погладив живот, я глубоко вдохнула и тихонько выдохнула. Так, Ника, ну-ка, давай без паники. Ты теперь не одна, не будь эгоисткой.

Я выпрямилась и оперлась головой о ладони, задумавшись. Проблемы были и требовали незамедлительных решений, а у тебя ни денег, ни помощников… Да, ситуация та еще.

Вернувшись к ноутбуку, я открыла текстовый документ с недавно начатым романом.

– Рождайся поскорей, родной мой, у тебя великая миссия – прокормить меня, – бормотала я себе под нос.

Да, теперь я не смогу позволить себе былой роскоши и подолгу думать над сюжетом, выдавая за день всего лишь по два-три листа романа, а иногда и того меньше. Теперь от этой книги буквально зависела моя жизнь. Я судорожно вздохнула – придется работать в поте лица, а то и те денежные крохи, которые имелись у меня на банковской карте, закончатся.

Видимо, безысходность и спартанские условия сделали свое дело – оторвалась я от компьютера только где-то около двух часов ночи. Давно не замечала за собой такой продуктивности! Думаю, это можно объяснить еще и тем, что с помощью придумывания истории я убегаю из своей жизни, скрываюсь от проблем. В общем-то, это и было одной из причин, по которым я стала писательницей. Кроме неуемной фантазии, конечно.

Сохранив файл и отложив ноутбук в сторону, я заставила себя подняться с кровати и пойти в ванную, чтобы принять душ перед сном.

– Ай! – залезая в душевую кабинку, я ушибла локоть, потому что та оказалась непривычно маленькой – у Никиты была целая ванна…

Вспомнив своего парня – ох, нет, бывшего парня! – я грубо махнула головой, выгоняя всякие мысли о нем. Это не помогло, и через минуту я уже стояла, захлебываясь в собственных слезах…

Утром я решила продолжить свою продуктивную работу. Я положила ноутбук в сумку и решила отправиться поработать в кафе неподалеку – гостиничный номер вгонял меня в уныние.

Найдя закусочную с приемлемыми ценами, я заказала панини и кофе и устроилась за столиком у окна.

Написав страницу, я ненадолго застопорилась – переломные моменты давались мне нелегко, я всегда подолгу над ними размышляла. А тут еще и у моей героини Агаты возник конфликт с родителями – они не принимали всерьез ее занятие актерством.

Уставившись на деревянный стол, я невольно вздохнула – тема родни для меня очень сложная.

Я не знала своих родителей – папа с мамой расстались давным-давно, и о нем я не слышала никаких вестей, даже толком не знала, как он выглядит. С мамой у меня были неплохие отношения, но потом она заболела и умерла. Больше родни у меня не было. Конечно, мама рассказывала мне о каких-то своих двоюродных братьях, живших в другой части страны, но она с ними не общалась.

Еще у мамы была сестра, моя тетя, но о ней я тоже почти ничего не знала. Помню только, что она дарила мне игрушки, когда я была маленькой, а потом вроде как переехала в Германию, и связь с ней тоже постепенно оборвалась.

Именно поэтому я стремилась к созданию собственной семьи, чтобы узнать, каково это – быть ее частью. Значимой частью.

Мои тяжелые вздохи раздражали уже меня саму, но делать было нечего – видно, судьба моя такая. Ладно, сама затеяла эту историю – нужно выкручиваться.

Эпизод шел с трудом, но шел – все-таки я прочитала достаточно книг и посмотрела большое количество фильмов, чтобы иметь хоть какое-то представление о взаимоотношениях родственников. Да дело было даже не в книге, нафантазировать-то можно практически все, что угодно – просто мне было тяжело от осознания того, что я одна в этом мире.

Теперь уже не совсем одна, – напомнил внутренний голос.

Ах, ну да, пока еще не могу привыкнуть. Хотя, на данном этапе это слабое утешение – сейчас ребенок нуждается во мне, я его единственная опора, а вот мне рассчитывать не на кого.

Поработав еще немного, я вернулась в номер отеля.

Впрочем, дальше не происходило ничего необычного – я работала, вела свой одинокий быт как могла – мы все понимаем, что жизнь в гостинице не то же самое, что жизнь в доме. Я планировала экономить по максимуму, затем дописать книгу, сдать ее в издательство, и на полученный гонорар переехать в какую-нибудь небольшую, но уютную квартирку. Я понимала, что комната в коммуналке могла бы обойтись мне дешевле, но в своем теперешнем положении я наотрез отказывалась рассматривать этот вариант.

Не скрою, что меня порой накрывали моменты, когда я остро чувствовала одиночество, аж хоть волком вой. Пару раз встретилась с Ксюшей, попили с ней кофе.

– Да, я знала, что я права! – она с удовольствием прищелкнула пальцами, когда я рассказала ей о своей беременности.

Об остальных деталях своей жизни я умолчала – мы были для этого недостаточно близки. С Ксюшей хорошо было поболтать, я отвлекалась от насущных проблем, слушая ее рассказы о работе.

– Кстати, у моей сестры сын растет не по дням, а по часам, – рассказывала она, прихлебывая из чашки капучино. Я же уже пару дней как перешла на чай – он стоил дешевле. – Как соберусь к ней, могу взять старые вещички ребенка. Они уже без надобности, а тебе как раз нужны будут на первое время. Там много всего, подойдет и девочке, и мальчику. Хотя, конечно, ты, наверное, захочешь купить ребенку новые вещи… – поспешно добавила она.

Я улыбнулась ей.

– Ох, это было бы весьма кстати! – она даже не знает, насколько кстати.

Но вот обед заканчивался, и я снова оставалась одна.

Вечерами, уставая работать, я могла подолгу залипнуть в окно. Рука то и дело порывалась взять телефон и набрать номер Никиты. Иногда я даже нажимала на кнопку с изображением зеленой трубки, но тут же поспешно нажимала на красную, когда вспоминала, какие слова он сказал мне в тот последний вечер, когда мы виделись.

Он мне не звонил, не писал, и это тоже останавливало меня от того, чтобы выйти на связь с бывшим парнем. Видимо, ему лучше без меня. Видимо, Никита меня и вправду никогда не ценил, я была всего лишь забавной игрушкой, с которой можно приятно провести время.

Что ж, может, оно и к лучшему, что мы сейчас не вместе.

На следующий день вечером я отправилась в магазин, чтобы пополнить свои запасы пищи. На это ушло достаточно времени – нужно было найти максимальное количество продуктов по минимальной цене, поэтому я внимательно изучала все скидки и акции.

Вернувшись, я привычным жестом кивнула пожилой администраторше Валентине Георгиевне, которая обычно имела скучающе-сонный вид. Сегодня ее вид отличался – она была тревожна. Наверное, все дело было в том мужчине, опершемся на стойку и без умолку болтавшем. Я потянула носом воздух и невольно поморщилась – от него еще и спиртным несло.

– Так вот, я ей и говорю, что не могу найти работу, работы нет! – он что-то эмоционально рассказывал Валентине Георгиевне, энергично размахивая руками. – А она только отмахивается! Говорил же – ну, схожу я к Паше, ну, погоди ты, у него вакансия освободится! Обязательно освободится! А она такая: «Нет!» – подражая женской интонации, он произнес это более тонким голосом. – И показала на дверь! Представляете, что творит?

Мужчина в сердцах стукнул кулаком по столу, мы с Валентиной Георгиевной аж подпрыгнули. Последняя заметила меня и поспешно переместила в мою сторону умоляющий взгляд.

– Здравствуй, Ника! – она сказала это нарочито громко – видимо, надеялась, что мужчина поймет, что Валентине Георгиевне вовсе не интересен этот разговор и уберется восвояси.

– Здравствуйте! – тихо пробормотала я, проходя мимо.

К сожалению, вместе с администраторшей меня заметил и этот странный мужчина.

– Ох, привет, красотка! – беспардонно воскликнул он, нагло разглядывая меня с ног до головы.

Ох, только этого не хватало!

– И Вам добрый вечер, – я быстро улыбнулась навязчивому господину и попыталась прошмыгнуть мимо.

– Хэй, не спеши так! Давай я помогу тебе с пакетами, они наверняка тяжелые! – продолжал мужчина.

– Спасибо, я справлюсь, – сказала я и поспешно поднялась по лестнице.

Добравшись до своего номера, я выдохнула. Конечно, мне стало немножко стыдно, что я оставила Валентину Георгиевну один на один с этим мужчиной, но это ее работа, как-никак, а мне было бы неплохо приняться за свою.

Но для начала нужно поужинать. Я взяла куриное филе и овощи и отправилась на кухню. Она была общей на этаж, и здесь обычно мало кто бывал – в отеле кроме меня постоянных жителей было немного.

Тихо напевая себе под нос, я разожгла конфорки и принялась разогревать сковородку.

Через некоторое время, когда курица была практически готова, а овощи помыты, порезаны и превращены в салат, тишину в коридоре нарушил свист. Кто-то насвистывал мелодию. Судя по звуку, этот кто-то приближался сюда.

– О, привет! – услышала я знакомый голос.

К моей досаде, в кухонный уголок завернул тот самый мужчина, который ранее досаждал Валентине Георгиевне. Ох, только не говорите, что мы живем с ним на одном этаже!

– Здравствуйте! – я выдавила смазанную улыбку.

– Да брось, никаких Вы, я всего лет на семь тебя старше! – взмахнул руками он.

Я напряглась. Он не выглядел опасным, но сама ситуация вызывала во мне дискомфорт.

– Как тебя зовут, красавица? – спросил он.

– Ника, – нехотя сказала я.

– Необычное имя, – протянул мужчина, снова одаривая меня изучающим взглядом. – А меня можешь звать просто Серегой.

– Приятно познакомиться, – пробормотала я и переключилась на курицу.

– Ух ты, какой ужин! – воскликнул он, с удовольствием глядя на мою еду. – Праздник какой-то?

– Да ничего особенного, просто от супов быстрого приготовления живот болит, – повела плечом я, перекладывая курицу со сковородки в глубокую миску.

Я переключилась на мытье посуды. Я надеялась, что Сереге станет скучно, и он уйдет, но он принялся нарезать круги по кухне, насвистывая себе под нос.

– Можно попробовать? – спросил он, неожиданно приблизившись.

Ну, может, хоть сейчас отстанет?

– Сейчас я отрежу кусочек, – сказала я, слегка отступая назад.

Серега попробовал курицу и одобрительно хмыкнул.

– Эх, мне бы такую жену! – мечтательно воскликнул он и вдруг громко расхохотался, наткнувшись на мой испуганный взгляд. – Да не боись, Никусь, в ЗАГС тащить не буду! Ну, нафиг, не надо мне такого счастья! Сначала начинаешь с девчонкой жить, заботишься о ней, а потом она – бац! – и выгоняет тебя! Тут уже не до ЗАГСа, сама понимаешь!

Я раздраженно вздохнула – началось. Нытье отвергнутого любовника может продолжаться вечно. До его следующего похождения, конечно же.

Вежливо улыбнувшись и кивнув новому знакомому на прощание, я подхватила свои пожитки и поспешила в свою комнату.

– Эй! Куда это ты? – ох, нет, он решил увязаться за мной!

Я бы успела скрыться за дверьми комнаты, если б не одно но – спеша отвязаться от докучливого мужчины, я взяла все свои вещи в обе руки, и теперь мне просто нечем было достать ключ и отпереть дверь. Вот зараза!

– Только начали общение, а ты уже убегаешь! Боишься меня, что ли? – он спросил это практически миролюбиво.

– Немножко, – честно призналась я.

Серега снова заливисто расхохотался.

– Да брось ты, я безобидный! – воскликнул он.

– Подержите, пожалуйста, – я сунула ему в руки сковороду и освободившейся рукой отперла дверь.

Ну, вот, отлично, теперь он знает, где я живу! Ладно, ничего страшного, как-нибудь разберусь…

– Спасибо за помощь, – миролюбиво пробормотала я и замерла на пороге, мол, давайте прощаться.

Однако навязчивый господин уходить явно не собирался.

– Уютная комнатка, – он одобрительно хмыкнул. – У меня вот не получается все в таком порядке держать, вечно все из рук валится. Моя могла содержать, а я… – он обреченно покачал головой.

Тут его взгляд остановился на моем ужине.

– Тебе не кажется, что здесь чего-то не хватает? – прищурившись, спросил он.

Я покосилась на еду и даже попробовала курицу.

– Соли достаточно, – пожала плечами я, не понимая, к чему он клонит.

Серега фыркнул, будто бы я сказала что-то смешное.

– Да не в этом дело! – махнул рукой он. – Ох, вроде не деревня, а все туда же! Жди, сейчас все будет!

И он стремительно скрылся за дверью.

Я взялась за дверную ручку и поколебалась – хотелось закрыть дверь на замок, но воспитанная во мне вежливость не позволяла этого сделать. Черт! Как это некстати!

В итоге я уже было решилась на то, чтобы захлопнуть дверь, но на пороге вновь возник Серега. Размышления заняли у меня слишком много времени. Я обреченно попятилась в сторону.

– Смотри, что у меня есть! – с довольным видом Серега продемонстрировал мне початую бутылку коньяка и две рюмки, которые держал в руках. – Теперь наш ужин можно назвать полноценным.

Я чуть не поперхнулась. Наш. Чувствуется явный перебор.

– Вы знаете, я совсем не ждала сегодня гостей… – начала было я, на что Серега весело развел руками:

– Ты не ждала, а они пришли! И теперь тебе не нужно грустить в одиночестве! Здорово же, правда? – он улыбнулся.

Да, теперь я понимаю, почему девушка, с которой он встречался, выставила его за дверь.

Я устало обрушилась на краешек кровати и принялась вяло ковырять вилкой в своем ужине, не забыв при этом положить немного еды незваному гостю. Может, ему просто нечем закусить, и он поест и уйдет?

– Ох, Ника, вижу, что девчонка ты хорошая, – бодро проговорил он, разливая коньяк по рюмкам.

От алкогольного запаха меня слегка замутило, и я немного отодвинулась от стола.

– Что, не нравятся крепкие напитки? – Серега удивленно приподнял брови, как будто бы увидел перед собой марсианина.

– Не нравятся, – в доказательство своих слов я выразительно покачала головой. – Да и вообще, такое лучше пить только по праздникам.

– Ох, обижаешь! – он цокнул языком, будто бы пытаясь меня пристыдить. Мне вдруг стало неуютно, и я заерзала на месте. – Разве жизнь – это не вечный праздник?.. Хотя, вот, да, у меня же горе… – он вдруг задумался на минуту. На его лице на мгновение отразилась такая грусть, что мне даже стало его жаль ненадолго. – А, было и было! – легкомысленно отмахнулся он. Интересно, это самовнушение или он и правда испытывает кучу совершенно противоположных эмоций раз в секунду?

Серега торжественно поднял руку с рюмкой коньяка.

– Давай за все хорошее! – громко произнес он.

– Вы забыли, что я не пью? – тихонько напомнила я.

Серега покривился, будто бы я резко ткнула его в бок.

– Обижаешь, красавица! – проворчал он. – Причем целых два раза за одну фразу! Выкает и не пьет – вот как с тобой дело-то иметь после этого?

– Никак, – пожала плечами я. Может, ему станет со мной скучно, и он уйдет? – Вот такая я скучная и правильная. Думаю, в этой гостинице найдутся другие люди, те, которые смогут Вам составить достойную компанию.

– Да брось, ты хорошая, не надо на себя наговаривать! – он снова оглядел меня с головы до ног, задерживая взгляд на ногах, и я поежилась. – Только вот выкать ты все-таки прекращай.

Он снова поднял рюмку и замер в неуверенности.

– Точно не будешь? – он покосился на меня.

Я отрицательно покачала головой. Серега равнодушно пожал плечами и залпом выпил содержимое своей рюмки. Недолго думая, он опрокинул в себя и вторую рюмку. С каждой секундой я все больше ощущала дискомфорт.

С удовольствием выдохнув, Серега закусил алкоголь курицей.

– Ох, хорошо сидим! – вынес он свой вердикт, с которым я не была согласна. – Никусик, а ты чего не ешь?

Как бы объяснить. Прямо так и сказать – рядом с незнакомыми навязчивыми мужчинами у меня пропадает аппетит?

Однако я промолчала и продолжила ковыряться в своем салате. Когда же он уйдет? Мне еще и поработать надо.

– Никусь, а ты чего в гостишке-то? – вдруг спросил он. – Девка ты видная, неужели достойного парниши не нашлось, который бы тебя замуж взял? – он усмехнулся, глядя на меня.

– Так сложились жизненные обстоятельства, – холодно сказала я. Разумеется, в подробности своей личной жизни Серегу посвящать я не собиралась.

Он хмыкнул, думая о чем-то своем.

– Ну да, у всех сейчас жизнь сложная. Хотя, когда она была простой? Но ведь это все мы! Мы, люди, сами себе все усложняем! – воскликнул он, глядя куда-то в пространство.

Ну, вот, теперь и философия пошла, как же без этого. Я уныло подперла рукой щеку, просто ожидая, когда это все закончится.

– А мы ж не такие, правда, Никусь? Не такие же, правда? – в сердцах продолжал он свой монолог. – Зачем все усложнять, когда можно просто наслаждаться вкусной едой, выпивкой… – он обвел руками содержимое стола. – Друг другом… – его голос понизился до полушепота, а во взгляде прочиталась двусмысленность.

Я напряглась.

– Ведь правда же? – спросил он слегка хрипловатым голосом, придвигаясь ко мне на кровати и глядя потемневшими от похоти глазами.

От охватившей меня паники сердце застучало быстрее, а тело покрылось мурашками. Ну, все, с этим пора завязывать.

– Вы… ты знаешь, я так устала, – осторожно начала я. – Завтра трудный день, на… на работу идти надо. О-очень рано, – говорила я, постепенно отодвигаясь от Сереги, который вдруг перестал казаться безобидным.

– Да не боись ты, все хорошо будет, – говорил он противным полушепотом. – Я тебя не обижу.

Он придвинулся вплотную, схватил меня за руку и попытался поцеловать. Я резко вскочила. Руки тряслись.

– Уходите отсюда! – громко сказала я. В моем голосе слышались истерические нотки.

К моему ужасу, Серегу моя реакция, кажется, только больше раззадорила.

– Я понимаю, что мы плохо знаем друг друга, – сказал он, поднимаясь со своего места и медленно приближаясь ко мне, словно зверь, загоняющий свою добычу в угол. Я попятилась назад и уткнулась спиной в стену. Больше отступать было некуда, мужчина перегораживал мне путь к двери. Вот добыча и попала в ловушку. – Просто позволь мне показать себя…

Грубо поцеловав меня в губы, он мазнул губами по моей шее и неприятно схватил меня за грудь. Я попыталась вырваться и вмазать ему пощечину, но он перехватил мою руку в воздухе.

– Без резких движений, пожалуйста, – он пошловато усмехнулся и попытался снова поцеловать меня в плечо.

Я увернулась, и его губы встретились со стеной. Я кинулась к двери, но большие мужские руки грубо схватили меня за талию.

И тут я сделала единственное, на что было способна в этой ситуации – закричала.

Мужчина недовольно фыркнул и тут же зажал мне рот рукой, но я была услышана. Через мгновение дверь распахнулась, и на пороге возникла Валентина Георгиевна. Оказывается, тонкие стены бывают и плюсом.

– Что здесь происходит? – ошарашенно глядя на нас, она ввалилась в комнату, размахивая на ходу большой шваброй.

– Ничего такого! Ника просто пригласила меня в гости, – мужчина оправдательно вскинул руки.

Пользуясь моментом, я стремительно отбежала к двери за спасительную спину администраторши гостиницы, поправляя на ходу одежду.

– Неправда! Это он за мной увязался и начал приставать! – мой голос дрожал, по щекам катились слезы от испуга и перенапряжения.

– Ах ты, урод! – возмущенно воскликнула Валентина Георгиевна, угрожающе размахивая шваброй. – Пошел вон отсюда!

Серега сдаваться не собирался, я подскочила к столу и принялась лихорадочно шарить по его поверхности. Увидев в моих руках нож, мужчина начал сдавать свои позиции.

– Ну, и пожалуйста! – возмущенно воскликнул он, попятившись к двери. – Сама же потом будешь жалеть! – с этими словами он покинул мою комнату.

Валентина Георгиевна подбежала к двери и гневно крикнула:

– И чтоб духу твоего не было в этой гостинице! Иначе я вызову охрану!

Тут она блефовала – в такой дешевой гостинице охрана не была предусмотрена. Но, надеюсь, угроз будет достаточно.

Выпроводив этого урода, Валентина Георгиевна обратила на меня озабоченный взгляд.

– Ты в порядке, дорогая? – в ее голосе не осталось и капли гнева.

– Я… Да, спасибо… – я еще никак не могла отдышаться, от пережитого испуга меня колотило.

– Нужна какая-то помощь? – заботливо спросила она.

Я отрицательно покачала головой и выдавила слабую улыбку.

– Все в порядке… По крайней мере, будет, – в это мне и самой хотелось верить.

– И как только подобных монстров земля носит? – Валентина Георгиевна неодобрительно покачала головой, глядя в сторону выхода. – Не волнуйся, Ника, я прослежу, чтобы ноги его здесь больше не было. И ему подобных тоже.

Я снова попыталась улыбнуться.

Когда Валентина Георгиевна скрылась за дверью – она осталась на чай, побоявшись так быстро оставлять меня одну, – я обессиленно рухнула на кровать. Прорыдавшись, я поняла – так продолжаться больше не может. Несмотря на заверения администраторши гостиницы, я осознавала, что пришло время что-то менять – после произошедшего я больше не смогу здесь оставаться, стану параноиком, который оглядывается по углам, и больше никогда не выйду готовить на общую кухню.

Но что же делать? Я замерла в размышлениях. К кому я могу обратиться за помощью?

Через несколько минут в памяти всплыл образ хозяйки квартиры, которую я снимала до того времени, как съехалась с Никитой. Татьяна была очень добродушной женщиной, относилась ко мне с теплотой. Она вроде рассказывала о каких-то своих подругах, которые тоже вроде как сдают какое-то жилище… Может, стоит попытаться хотя бы спросить?

Я покопалась в своей телефонной книжке. Черт, контакт не сохранился. Я мысленно отругала себя – была такая радостная, когда съезжалась с Никитой, что решила сжечь все мосты. Вот ведь наивная дура!

Тут я вспомнила, что пару раз переписывалась с Татьяной с помощью электронной почты.

Открыв ноутбук, я вошла в личный почтовый аккаунт. Покривилась – 765 непрочитанных сообщений, в основном, рассылки с различных сайтов и реклама. Я редко пользуюсь личной почтой, сюда мне обычно никто ничего не пишет, для деловых переписок использую только рабочую. Теперь этот спам неделю разбирать буду!

Перед тем, как найти сообщение от Татьяны, я пролистала входящие. В основном, бездумно – тут только реклама, акции, всякие предложения, курсы…

Но одно письмо привлекло мое внимание. Точнее, несколько сообщений от одного адресанта – в моем виртуальном почтовом ящике я обнаружила письма от некоего Дмитрия Калугина. Последнее из них имело следующую тему: «СРОЧНО ОТВЕТЬТЕ НА ПЕРВОЕ СООБЩЕНИЕ!!!»

Именно так. Большими буквами. Этот факт заставил меня несколько поволноваться.

Через минуту я стала волноваться еще сильнее, обнаружив еще три сообщения, в которых содержалась та же информация, и тоже большими буквами.

Тогда я решила долистать до первого сообщения от Дмитрия Калугина. Было оно написано где-то месяца три назад. И чего это понадобилось от меня этому человеку? Я даже имени его никогда не слышала… Может, какой-то навязчивый поклонник, которому нравятся мои книги?

С удивлением я прочитала тему письма: «Наследство». Очень интересно.

Далее я принялась за чтение письма:

«Здравствуйте, уважаемая Ника Константиновна! С прискорбием хочу сообщить Вам, что Ваша тетя, Новикова Е.А., проживающая в Германии, город Франкфурт-на-Майне, скоропостижно скончалась от рака.

Она сообщила, что давно не имела с Вами никакой связи, но составила завещание, в котором заявила, что оставляет Вам в наследство дом, который находится в России. Все подробности сможете узнать при личной встрече. Обязательно свяжитесь со мной. Также Вы можете задать свои вопросы по телефону: 8-901-545-31-54.

Нотариус Калугин Д.И.»

Дальше сообщались название нотариальной конторы и ее адрес.

Я перечитала письмо еще раз и резко выдохнула. В его существование до сих пор не верилось.

Это что, шутка какая-то? Может, письмо случайно попала ко мне на почту? Но имя мое, нотариальная контора находится в моем городе, да и тетя, живущая в Германии, у меня есть… Ой, то есть, была.

Осознав последний факт, я замерла с приоткрытым ртом. Моя тетя умерла. Столько лет у меня не было с ней никакой связи, и тут я узнаю о ее смерти. Вот так просто. Из электронного письма.

Я в очередной раз покосилась на экран ноутбука. Скоропостижно скончалась… Я почувствовала вину – а почему меня не было рядом? Почему я ничего не знала о ней и ее болезни?

Следом за виной пришел гнев – ну, раз уж Дмитрий Калугин смог разыскать меня после смерти тети, почему же она не попыталась связаться со мной, пока была жива?

У меня есть одни вопросы и никаких ответов.

Зато я знаю, где их искать…

Придвинув поближе ноутбук, я достала записную книжку и уверенно переписала в нее адрес нотариальной конторы.

Глава 5

Ночью спалось плохо – я очень сильно волновалась перед следующим днем, нервные мысли никак не покидали мою голову.

У меня есть дом… Уму непостижимо! Еще пять минут назад самой драгоценной вещью, которая у меня только есть, был мой ноутбук, а тут целый дом. Даже звучит нереалистично.

К утру мне так и не удалось свыкнуться с этой мыслью. Не верила я и тогда, когда собиралась, не верила, когда подъезжала на маршрутке по нужному адресу. Вышла, нашла нужное здание и остановилась в замешательстве – может, это правда какая-то шутка?

Я уже было повернула назад, но потом неуверенно огляделась через плечо – а что я теряю, если проверю? Бывают же такие случаи, когда дальние родственники внезапно оставляют родному человеку целое состояние, разве нет? Правда, не припомню, чтобы я натыкалась на подобную историю в жизни, но чисто теоретически такое ведь может произойти, да?

Я глубоко вдохнула. Ну, будь что будет!

С этими мыслями я уверенно поднялась по ступенькам здания нотариальной конторы и быстро, не давая себе времени передумать, повернула ручку двери.

Внутри был длинный коридор, по обе стороны которого располагались двери, ведущие в различные кабинеты. Никаких табличек и пометок тут не было, кроме нумерации, поэтому я наугад нерешительно поскреблась в дверь с номером один.

– Э-э, здравствуйте! – за столом сидела женщина представительного вида. В тот момент, когда я вошла в кабинет, она оторвалась от своих дел и внимательно посмотрела на меня через очки, обрамлявшие ее переносицу. – Скажите, пожалуйста, как мне найти Дмитрия Ивановича Калугина?

– Пятый кабинет, – отрезала она и вернулась к своим делам.

Я поспешила в указанный ею кабинет.

– Войдите! – раздался за дверью бодрый мужской голос.

Распахнув дверь, я увидела небольшой кабинет с письменным столом и шкафом в углу, сплошь заставленным папками с бумагами. За столом сидел светловолосый мужчина лет тридцати пяти, приятный на вид.

– Здравствуйте! – воскликнула я, заходя в кабинет.

Мужчина одарил меня дежурной улыбкой.

– Приветствую! Присаживайтесь. Вы по какому вопросу? – он тут же принял деловой вид.

Опустившись на стул, я начала:

– Вы ведь Дмитрий Калугин, верно?

– Да, я, – кивнул мужчина.

– Меня зовут Ника Лисовская, я… – начала было я.

Когда Дмитрий услышал мое имя, выражение его лица поменялось. Я увидела удивление, перемешанное с облегчением.

– Ну, наконец-то! – воскликнул он, слегка всплескивая руками. – Я все никак не мог с Вами связаться! Ваше дело давно нужно было закрывать, столько проволочек с этим завещанием!

– Так это… это правда? – спросила я внезапно охрипшим голосом.

Мужчина недоуменно посмотрел на меня.

– Что Вы имеете в виду? – спросил он.

– Ну… Моя тетя в самом деле завещала мне дом? – я сказала это и почувствовала себя глупо.

Легкое недоумение все еще отображалось на лице Дмитрия.

– Конечно… – задумчиво протянул он. – Дайте мне пару минут, и я вручу Вам все бумаги.

Я согласно кивнула и принялась ждать, нетерпеливо стуча ногой. Дмитрий принялся копаться в своих бумагах на шкафу.

– Так, так, так… – задумчиво бормотал он себе под нос, перекладывая толстые папки с места на место. – Есть!

Он положил передо мной несколько листков бумаги. Когда я дотронулась до них, сердце застучало быстрее. Дрожащими руками я поднесла листы бумаги к лицу.

Через несколько минут я тяжело выдохнула. Да, все верно. В завещании говорилось о том, что тетя и вправду делает меня наследницей своего дома. Я замерла, путаясь в мыслях. Голова идет кругом от таких новостей.

– С Вами все в порядке? – Дмитрий Калугин бросил на меня озабоченный взгляд. – Может, принести Вам воды?

– Нет, нет, все хорошо, – сказала я, продолжая рассматривать завещание с таким видом, будто оно вот-вот испарится из моих ладоней. – Просто в это не верится… Я ее даже не знала толком. Свою тетю.

– Всякое бывает, – пожал плечами Дмитрий. Наверное, для него как для нотариуса, в этом и в самом деле не было ничего необычного. – Иногда у людей остается куча довольно близких родственников, но ценности они могут завещать совершенно сторонним людям, друзьям. Семейные взаимоотношения – это сложно.

Вот уж точно.

– То есть моя тетя… – я попыталась подобрать слова и вывести себя из ступора, в который ввела меня вся эта ситуация. – Она просто пришла в Вашу контору и оставила это завещание?

Дмитрий сочувственно взглянул на меня.

– Нет, увы, лично я ее не видел, – сказал он, медленно качая головой. – Все бумаги были пересланы сюда из Германии уже после ее смерти. Видимо, такие распоряжения она оставила для местных юристов. Мне же было велено только передать Вам это завещание и проследить за тем, чтобы дом перешел в Вашу собственность.

– Ох… – да, осознать такое непросто. Я пыталась собраться с мыслями и определиться с дальнейшим планом действий. – И что мне нужно сделать?

– Просто подписать бумаги, – Дмитрий показал, где именно. – И тогда Вы получаете ключи от дома.

– И… и все? – глупо захлопала глазами я.

– Не знаю, может быть, есть еще какие-то сюрпризы, которые хранятся у Вас дома, – усмехнулся Дмитрий.

Я прочитала все нужные бумаги, заполнила, поставила подпись в нужных квадратиках и строчках. И вот я уже неуверенно тереблю ключ в своих ладонях. Ключ, который подарит мне дом. Ключ, который откроет мне дорогу в новую жизнь.

– Спасибо Вам, – я осторожно спрятала ключ в сумочке.

Дмитрий только вежливо улыбнулся в ответ.

Вернувшись в отель, я собрала свои немногочисленные пожитки. Да, скорее всего, глупо вот так вот бросаться и ехать в абсолютно незнакомое место, но здесь я оставаться просто не могу.

Прихватив чемодан, я отправилась на остановку. Дом, принадлежавший тете, находился за городской зоной, в пригороде. Я нахмурилась, припоминая, где это вообще находится. Да, это место вроде поселка, слышала о таком.

Не самое удобное расположение, но выбирать не приходится.

Приехав на место, я огляделась – пустынная остановка, вокруг – ничего. Точнее, ничего такого, что было изобретено рукой человека, кроме самой остановки. Я в растерянности посмотрела по сторонам – поля, деревья, дорога. На этом все. Неужели это конечный пункт? Может, я вышла не на той остановке?

Не найдя никого и ничего вокруг, я рухнула на старую скамейку на остановке. Ладно, нужно перевести дух, а потом решить, что делать дальше. Об этом я как-то раньше и не подумала.

Через минуту послышался звук мотора. Я вскинула голову – старенький грузовик остановился прямо передо мной.

– Эй, девчушка! Ты чего это здесь? – из окошка кабины на меня смотрел добродушного вида старик.

Я напряглась – после случая, который произошел со мной в отеле, я опасалась всех подряд.

– Да так, ничего, просто решила немного передохнуть, – я выдавила из себя беззаботную улыбку.

Старик ничего не ответил. Через секунду я услышала, как открывается дверь кабины. Внутреннее напряжение только усилилось.

Старик добродушно улыбнулся мне, присел рядом и затянулся сигаретой.

– Что-то ты да скрываешь, – утвердительно сказал он.

– С чего Вы взяли? – я слегка нахмурилась.

Старик усмехнулся, глядя на меня как на глупое дитя.

– Просто так никто на эту остановку не попадает, – объяснил он, выпуская дым. Я непроизвольно отодвинулась – еще не хватало дымом надышаться! – По крайней мере, вот так вот праздно точно никто время не проводит. Куда ты едешь?

– Мне нужен пригород. Село Синельниково, – уточнила я. – Только, кажется, я вышла не на той остановке, – я вдруг разоткровенничалась. Наверное, потому что больше не с кем.

– Нет-нет, ты правильно приехала, – разубедил меня старик. – Вот только до самого села автобусы не ходят, для этого им придется сворачивать с дороги. Водители ленятся, что ли… – неодобрительно пробормотал он. – Так что идти нужно в ту сторону около двух километров, – рукой он указал нужное направление, махнув куда-то за остановку.

– Ох, – я поморщилась. К такому меня жизнь не готовила.

– Если хочешь, могу подвезти, – увидев мою реакцию, сказал старик. – У тебя вон чемоданов сколько… – он задумчиво оглядел мои пожитки, потушив сигарету. – Надолго к нам? В гости к кому-то едешь? Точно не местная, я тут всех знаю.

Да, а о личных границах тебе, кажется, вовсе не рассказывали. Однако мне показалось, что старику можно доверять.

– Вы правы, я не местная, – честно призналась я. – Но, кажется, собираюсь ей стать.

– Тогда не будем терять времени, – утвердительно кивнул старик и решительно поднялся. – Как тебя звать-то?

– Ника, – просто сказала я.

– А я – Федор, – старик подхватил мои сумки и направился к машине.

– Как тебя занесло-то в наши края? Неужели в городе плохо стало? – заведя мотор, старик продолжил задавать вопросы. Понимаю его любопытство – наверное, не каждый день в маленькое село кто-то переезжает.

– В городе хорошо, но так сложились жизненные обстоятельства, – я подумала, что такой ответ будет достаточно вежливым, суть раскрывать не хотелось.

Федор кивнул – мол, понял, храни свои секреты. Я понимала, что это все равно ненадолго – в маленьком поселении ничего не утаишь, но сейчас мне хотелось переварить новые обстоятельства своей жизни в одиночестве.

Через несколько минут поля и луга закончились, и я увидела дома, тянущиеся по обе стороны дороги. Выглядели они достаточно хорошо, и это обнадеживало. Интересно, какой из них мой?

– Куда тебя отвезти-то? – приподнял брови старик.

Я назвала адрес, и удивление на лице Федора выросло в два раза.

– Ого! Вот кто хозяйка, оказывается… Там так давно никто не живет, мы думали, уже скоро сносить будут! Дом в таком состоянии… – он так выразительно покачал головой, что мне стало не по себе.

Старик свернул с главной улицы. Мы проехали еще немного и остановились в самом конце ряда стройных домов.

– Вот и твоя остановка! – сказал Федор и вынес мои сумки.

Выйдя на дорогу, я оглядела дом и понадеялась, что старик просто ошибся адресом. Но нет, на покосившемся заборе был тот же самый номер дома, что и в моих документах.

Я ошарашенно разглядывала старый покосившийся дом с облупленной синей краской на стенах. Одна часть дома практически скрылась в зарослях, густо покрывающих стену, тропинка, ведущая к дому, тоже заросла. Все находилось в таком запустении, что, казалось, здесь давно не ступала нога человека. Впрочем, так ведь оно и было.

– Ты уверена, что хочешь здесь жить? – Федор прямо мои мысли озвучил.

Я устало опустила голову.

– У меня нет выбора, – тихо произнесла я.

Федор замер в замешательстве.

– У тебя хоть есть кто? – осторожно спросил он. – Родители, друзья, какие-то другие помощники…

Не в силах говорить, я только отрицательно помотала головой. Рядом раздался тяжелый вздох старика.

– Это… ну… Если вдруг нужна какая-то помощь, я живу в начале той улицы, – он махнул рукой в ту сторону, откуда мы приехали. – Там есть такой дом с зеленым забором, у нас еще флюгер в виде петуха, не ошибешься… Обязательно приходи.

– Спасибо, я справлюсь, – я благодарно кивнула старику.

Он помог донести сумки до порога, и на этом мы попрощались. Я понимала, что как бы сложно мне ни было, дальше мне нужно идти самой. Столкнуться с этим домом один на один, как бы страшно мне ни было. А страшно мне было достаточно сильно.

Стерев пыль с дверной ручки, я вставила ключ в замочную скважину. Заржавевший замок поддался не сразу – пришлось вынимать ключ, протирать его, вставлять снова, дергать дверную ручку.

Наконец, когда у меня уже почти случилась истерика, на шестой раз замок поддался, и я чуть ли не кубарем ввалилась в старый затхлый дом. Я тут же закашлялась – толстый слой пыли, мирно покоящийся на полу и мебели, поднялся в воздух, взбудораженный мною.

Паника подступила с новой силой – как же я буду тут жить? Тут работы – непаханое поле! Если я буду приводить в порядок дом, когда я буду выполнять свою?

Но, как я уже ранее сказала Федору, выбора у меня и вправду не было. Зато теперь у меня есть целый дом, а не только маленькая комнатенка в отеле, которая даже мне и не принадлежала.

Пошарив по стене рукой, я обнаружила выключатель и нажала на него. Мои руки тут же покрылись толстым слоем грязи, зато произошло чудо – электричество было, лампочка заработала! Я оказалась в небольшом коридорчике, где находилась вешалка для одежды и тумбочка для обуви. Отлично, хоть мебель на месте.

Далее я прошла во что-то наподобие гостиной. Здесь я обнаружила лестницу, ведущую на второй этаж, стол – дубовый, очень даже хороший, старый диван, который когда-то очень хорошо выглядел – теперь же я опасалась на него садиться, да он еще и был покрыт какими-то пятнами. Рядом с диваном стоял торшер, который я рискнула включить, но тут же об этом пожалела. От него было больше пыли, чем света – такой он был старый. Прикрывшись локтем, я громко чихнула.

У дальней стены обнаружился большой книжный шкаф, на полках которого ничего, кроме слоев пыли и грязи, не было. Я осторожно подергала дверцу шкафа туда-сюда – отлично, вроде держится крепко, значит, новый шкаф покупать не надо.

Из гостиной вело три двери. За первой обнаружился туалет. Я нажала на кнопку смыва унитаза и облегченно выдохнула – работает.

За второй дверью я увидела ванную комнату. Чугунная ванна выглядела так, будто бы ее делали сто лет назад – впрочем, возможно, так оно и было. Под раковиной обнаружился небольшой шкафчик. Скри-ип! Бум! – хлипкая дверца отвалилась от моего прикосновения и упала на пол, обдав меня слоем пыли. Ох, я никогда от нее не отмоюсь!

Облокотив дверцу о стену и пообещав разобраться с этой проблемой попозже, я вернулась в гостиную, чтобы посмотреть, что находится за третьей дверью.

Ожидаемо, там была кухня. Большая и просторная. Света здесь не было – наверное, лампочка перегорела, поэтому пришлось разглядывать интерьер с помощью подсветки на телефоне. Кухня мне очень понравилась – если бы не огромный слой пыли и прогнившие стулья, тут могло бы быть очень шикарное помещение, где было бы приятно проводить чаепития и званые обеды. Конечно, его можно реабилитировать, но на это понадобится много сил.

В кухне я обнаружила круглый обеденный стол у окна. Аккуратно ощупала стулья, стоявшие вокруг стола – влажные доски под моими руками легко ломались, осыпая щепками грязный пол. Надавив на очередной стул, я победно улыбнулась – выдержал! Я надавила сильнее – стул не сломался. Отлично, будет, на чем сидеть!

Кухонный гарнитур весь был завален каким-то хламом, отдававшим кислым запахом. Зажав нос, я попятилась – даже боюсь притрагиваться ко всему этому.

Рядом был и холодильник. Не особо надеясь на чудо, я нашла розетку и воткнула в нее шнур от холодильника. Услышав тихий гул, я радостно пискнула – работает! Лампочка внутри, правда, перегорела, но это же не так важно, верно?

Отключив холодильник – его наверняка стоит помыть перед включением, и не один раз! – я вернулась в гостиную. Я хотела осмотреть второй этаж, но перед лестницей я замерла в нерешительности – такой шаткой и старой она выглядела, перила кое-где пообломались. Осторожно я ступила на первую ступеньку – та грозно заскрипела под моими ногами, да так, что продолжать свой эксперимент я не решилась. Ладно, на первом этаже и так куча дел, в принципе, здесь есть все необходимое для жизни, поэтому со вторым разберусь как-нибудь потом.

Достав из чемодана одну из своих старых домашних футболок и мысленно с ней попрощавшись, я расстелила ее прямо на полу и уселась сверху.

Так, ну вот мой дом. Похож на какой-то старый заброшенный подвал. Дел много, денег мало. Значит, нужно начинать работу с самого необходимого.

Я тяжело вздохнула – ну вот, работу над книгой опять придется отложить, дня на три точно – я ведь все равно не смогу писать в таких условиях!

Меня замутило – дала знать о себе беременность, – и я кинулась в туалет. Думаю, не стоит говорить, насколько сильно я перемазалась в пыли. Найдя старое зеркало, я повесила его на крючок на раковине и обреченно оглядела себя – одежду было легче выкинуть, чем постирать.

Точно, стирка! Ошарашенными глазами я уставилась в зеркало. Как мне стирать?

Оббежав по новой первый этаж и не найдя даже старой стиральной машины, я пришла к неутешительному выводу – стирать мне придется руками. Ну, вот, пожалуйста! Привет, Средневековье!

Я обреченно рухнула на свою футболку, уже не заботясь о том, чтобы оставаться чистой и сделала то единственное, что могла в этой ситуации – принялась рыдать. Закончив, я утерла слезы, стараясь, чтобы пыль не попала в глаза и уверенно поднялась на ноги.

Глава 6

Пока я смирялась со своими жизненными обстоятельствами и изучала новое жилище, наступил вечер. Сил на то, чтобы приводить в порядок все вокруг, у меня уже не было, но нужно было обустроиться на ночь. В этот момент заунывно застонал мой желудок – да, поесть тоже было бы неплохо.

Я наскоро переоделась, вышла на улицу и огляделась по сторонам – вокруг только сонные дома. Тишина на улице. Какое умиротворенное место…

Мой дом находился на самой окраине, поэтому я пошла в противоположном направлении. Преодолев пару улиц, которые особо ничем не отличались друг от друга, я наткнулась на маленький магазинчик.

Продавщица посмотрела на меня с нескрываемым любопытством. Я почувствовала себя неуютно, но понимала, чем был продиктован этот взгляд – видимо, в этом селе редко увидишь кого-то постороннего. Ну, что ж, принимайте нового жителя!

Я купила печенья, чая и всего по мелочи. Мои глаза остановились на пельменях – ох, мне ж, наверное, и готовить их не на чем!

– Скажите, пожалуйста, а где у вас можно заказать газовый баллон? – поинтересовалась я у продавщицы. – Я только сегодня сюда переехала и ничего совсем не знаю.

– О, так Вы тут живете? – продавщица вскинула брови.

– Да-а… – протянула я. Пора, наверное, уже свыкнуться с удивленными взглядами.

– Извините меня, просто сюда редко кто-то приезжает, чаще уезжают, – объяснила она свое поведение и улыбнулась мне. – Ну, здорово, что молодежь еще интересуется этим местом.

– Да, – просто ответила я. Не стоило уточнять, что я оказалась здесь не по собственной воле.

– Доставайте телефон, продиктую Вам номер. Позвоните, спросите Жору, он доставит Вам баллон, куда скажете, – сказала она.

Я благодарно улыбнулась и записала номер. Затем я еще раз оглядела полки магазина.

– Могу я еще чем-то помочь? – заметив мое замешательство, спросила продавщица.

– Есть что-то посерьезней губок? – спросила я. – Мне бы тряпок каких-нибудь – дом, в котором я живу, нужно тщательно вымыть.

– Это на окраине который? – тут же смекнула продавщица.

Я кивнула.

– Ох, тогда, я думаю, Вам понадобится очень много тряпок! – воскликнула она, всплескивая руками. – Тут такое не продается, но я могу поискать что-нибудь подходящее в подсобке.

– Я была бы Вам очень благодарна, – я улыбнулась продавщице.

Та скрылась в подсобке и через некоторое время вернулась с горой тряпок, по форме которых было видно, что раньше они служили одеждой.

– Вот, возьмите, – она передала гору тряпок мне в руки.

– Сколько это стоит? – спросила я, убирая тряпки в пакет.

– Да бросьте! – продавщица всплеснула руками, глядя на меня, как на умалишенную. – Это старье только даром!

Я еще раз ее поблагодарила и отправилась домой.

Первым делом я надела перчатки и помыла кухонный стол и единственный целый стул. Перекусив, я принялась за диван. Конечно же, так легко в надлежащий вид его привести не удалось, но кое-как я смогла организовать себе спальное место. Я осторожно ощупала поверхность дивана – ничего не торчит, только подлокотники слегка порваны.

Оставшимися тряпками я покрыла поверхность дивана, создав имитацию простыни. С подушкой и одеялом дела обстояли труднее, пришлось скатывать в комок собственные джинсы и класть их под голову, а сверху накрываться курткой.

Так я и провела ночь.

Утром я проснулась от собственного чиха. Глаза слезились, пыль оседала прямо на лице. Под лучами утреннего солнца обстановка дома выглядела еще более унылой. Свет был слишком ярким – сказывалось отсутствие штор. Эх, мне б хотя бы занавески себе позволить!

Потянувшись, я отправилась в ванную, чтобы умыться. Оглядев раковину, я покривилась – если я начну здесь умываться, то стану еще грязнее. Таким образом, сперва пришлось помыть раковину и унитаз тоже.

Позавтракав оставшимся печеньем, я задумалась, с какой комнаты мне начать свое обустройство. Голова шла кругом, я терялась от того количества дел, которое мне предстоит сделать прежде, чем я смогу назвать это место уютным домом, ну, или хотя бы пригодным для жизни.

Конечно, нужно срочно купить газовый баллон, иначе я не смогу есть теплую пищу. Неплохо было бы обзавестись мультиваркой и подушкой с одеялом тоже.

Написав список всего, что мне необходимо купить, я поняла, что на автобусе мне столько вещей не перевезти. Ну, Федор же вроде искренне предлагал мне свою помощь, наверное, стоит воспользоваться?

Первым делом я освободила этаж от мусора, вынеся его на ближайшую мусорницу – благо, она была совсем недалеко от дома. Немногочисленные соседи, которых мне удалось заметить, сопровождали меня любопытными взглядами – наверное, они даже и подумать не могли, что кому-то придет в голову жить в этом заброшенном доме.

В кухне было сложнее навести порядок – среди кучи хлама я заметила посуду, кастрюли, вилки и несколько ложек, поэтому все барахло, сваленное кучей на кухонном гарнитуре, пришлось очень тщательно сортировать, чтобы не упустить что-нибудь полезное. И я это делала не зря – нашелся даже старенький электрический чайник. Я помыла его и подключила – работает! Теперь смогу спокойно выпить чаю в обеденный перерыв.

Найдя швабру в ванной, я взяла самую большую тряпку и принялась за уборку гостиной – все-таки эту комнату нужно привести в порядок в первую очередь, я ведь буду здесь спать и работать.

Я понимала, что снимаю только первый слой грязи, лишь частично освобождаю дом от той кучи мусора и пыли, который хранился здесь годами, но дышать все равно стало легче. Чтобы избавиться от затхлого запаха, я открыла почти все окна. Некоторые поддавались с трудом, так как очень давно не открывались.

Во второй половине дня, когда я приводила в порядок кухню, у меня кончились все тряпки. Проблема!

Час был уже достаточно поздний, вряд ли магазин еще открыт, да и не думаю, что у продавщицы что-то для меня осталось.

Выйдя из дома, я решила попытать счастья у соседей. Дом, который стоял практически напротив моего, мне показался милым, и я постучалась в дверь.

– Здравствуйте! – с полувопросительной интонацией отозвалась пухлая женщина, появившаяся на пороге минуту спустя. Выглядела она такой же милой, как и ее дом, на вид ей было около пятидесяти лет. – Чем могу помочь? – интересно, в этом поселке все такие добродушные?

– Здравствуйте! – вторила ей я. – Извините меня за беспокойство, я к Вам, наверное, с очень странной просьбой…

– О-о, так Вы наша новая соседка! – женщина восторженно всплеснула руками, а я смущенно улыбнулась. Интересно, кто про меня здесь еще не знает? – Проходите, чего ж мы на пороге стоим!

– Да я только на пять минут, мне бы только… – замялась я.

Женщина твердо, но аккуратно взяла меня за руку.

– Даже слышать ничего не хочу! Гостей нужно встречать, как положено! Мы же теперь соседи! Надо знакомиться! – затараторила она, и я обреченно двинулась за ней в глубину дома.

Приведя меня в уютную кухню – а для меня сейчас любая кухня, кроме моей, будет уютной, – она тут же суетливо забегала.

– Как хорошо, что у нас после обеда еще остался пирог! Мы как раз собирались садиться ужинать! – воскликнула соседка, роясь в шкафчиках светлого кухонного гарнитура.

Ну, вот, я прервала подготовку к ужину. Боже, как неловко.

– Не хотелось бы Вам мешать… – пробормотала я, но женщина замахала на меня руками:

– Оставьте свою скромность! Здесь она ни к чему!

Тут мне в нос ударил запах мясного пирога, и я чуть не захлебнулась слюной. Да, такой ужин я себе точно не приготовлю в ближайшее время, – пронеслась в голове завистливая мысль.

– Садитесь, пожалуйста! – женщина выдвинула для меня стул.

– Я… Вам чем-нибудь помочь? – спросила я.

– Нет, все в порядке! – с ловкостью фокусника она быстро накрыла на стол и уселась напротив меня.

– Ох, я даже не представилась! – вдруг подскочила женщина, чуть не разлив ароматный чай прямо на скатерть. – Меня зовут Элеонора Степановна.

– Ника, – кивнула я в ответ.

– Красивое имя, – она подарила мне добрую, материнскую улыбку. – Ну, что, Ника, рассказывай, как тебя судьба завела в наши края?

– Так получилось, – я пожала плечами и отхлебнула чая, раздумывая, как начать свой рассказ. – У меня есть тетя… была тетя в Германии, и она оставила мне этот дом.

– О, да, я знаю Лену, – оживилась Элеонора Степановна, отрезая большой ломоть пирога и кладя мне его на тарелку. – Она, получается, теперь не в Германии живет?

Я грустно опустила глаза.

– Она умерла, – в моем голосе не было никаких эмоций, он слышался приглушенно, будто бы со стороны.

– Ох, горе-то какое! – Элеонора Степановна расширила глаза от ужаса и схватилась за сердце. – Что случилось? Как все прошло?

– Я ничего толком не знаю, – я потрясла головой, как растерянный ребенок. – Мы с ней не были близки, я… Я вообще ее толком не помню, она не выходила на связь с тех пор, как переехала во Франкфурт, если не раньше.

Элеонора Степановна задумчиво смотрела на кусок пирога в своей тарелке.

– Давно это было… – задумчиво пробормотала она, словно бы подсчитывая в уме прошедшие годы. – Ох, сочувствую я тебе… Даже не общались столько лет.

– Спасибо, все нормально, – мне хватало жалости от самой себя, еще больше я просто не вынесу.

В эту минуту входная дверь стукнула, и через мгновение в кухню влетела симпатичная белокурая девица лет пятнадцати, разрывая повисшее напряжение.

– Привет, мам! Здравствуйте! – вежливо обратилась она к нам.

– Ох, Ира, где тебя носит полдня? – спросила Элеонора Степановна.

– Да так, просто гуляла с подругами… – замялась девочка, опуская грустные глаза. Я заметила, что она явно не в настроении.

– Ладно, садись ужинать! – Элеонора Степановна достала с полки еще одну тарелку. – Знакомься, это Ника, наша новая соседка.

Девочка вяло кивнула – подростков мало интересуют взрослые приезжие люди.

– Это Ира, моя дочь, в девятом классе учится, – сказала мне Элеонора Степановна.

– Приятно познакомиться, – я улыбнулась девочке. – И как там сейчас в школе?

– Как обычно, – сказала Ира, вяло ковыряя вилкой в куске пирога. – В этом году экзамены сдавать, сил никаких нет, а учителя все нагнетают да нагнетают…

– Справишься, не переживай, ты у меня умная, – поддержала дочь Элеонора Степановна. Та никак не отреагировала на эти слова. – Так что же дальше? Лена решила оставить дом тебе? – она резко переключилась на меня.

– Э-э… А, да, – от такого резкого перехода я растерялась.

Не вдаваясь в подробности, я рассказала своим новым соседям историю своего переезда. О беременности я тоже умолчала на всякий случай, а то Элеоноре Степановне совсем плохо станет от охвативших ее эмоций.

– Дела… – задумчиво вынесла вердикт она, сочувственно глядя на меня.

– В жизни всякие обстоятельства бывают, – я легкомысленно пожала плечами – не люблю, когда другие меня жалеют, хотя иногда и могу порыдать от собственной тяжелой доли. Да и перекладывать на других свои обязанности я тоже никогда не любила.

Ира слушала мою историю вполуха. Ее пирог практически не уменьшился с начала нашего разговора. Элеонора Степановна тоже заметила это и слегка нахмурилась.

– Ты чего не ешь? – спросила она у дочери, тревожно поглядывая в ее сторону. – Невкусно?

– Вкусно, – сказала Ира. – Просто… Я…

Тут у нее зазвонил мобильник, и девочка подскочила от неожиданности. Когда она взглянула на экран телефона, на ее лице заиграло болезненное выражение с примесью надежды.

– Да! – сказала она в трубку. – Нет, я дома… Вот опять ты начинаешь!

С этими словами она выскочила из-за стола и продолжила разговор в коридоре, вдали от посторонних ушей. Судя по тону девочки, разговор был не особо приятным.

– С ней все в порядке? – озабоченно спросила я.

Элеонора Степановна закусила губу, тревожно поглядывая в ту сторону, откуда доносился голос ее дочери.

– Да ничего такого сверхъестественного, – сказала она. – Дела сердечные, сама знаешь. Какие-то нелады с ее парнем, а в этом возрасте все воспринимается особенно остро.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.