Демоны
Артем Рудик

© Артем Рудик, 2024

ISBN 978-5-0062-1874-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Проект «Кукуруза»

НИИ «Агрокомплекс имени Т. Д. Лысенко», в котором мне посчастливилось проходить свою студенческую практику, было одним из многих научных учреждений, медленно умиравших после развала СССР. Работа давно уже не кипела в его стенах, а просторные залы, кабинеты и лаборатории, лишь покрывались толстым слоем пыли, вместе со всеми достижениями, произведёнными в стенах комплекса.

Немногочисленные оставшиеся сотрудники, целыми днями только и занимались тем, что перебирали все эти груды никому не нужного хлама, для последующей консервации. В основном здесь доживали свой век седые и морщинистые профессора, когда-то, словно атланты, держали небесный свод над Союзом, двигая его науку вперёд и стремясь накормить весь мир. Теперь же они больше походили на анатомические экспонаты, которые нам как-то демонстрировали на парах в Институте Общей Генетики.

Впрочем, кроме них тут были и студенты вроде меня, помогавшие старшим и мудрым умам, разбирать величественное здание сего НИИ, по кирпичикам. Работа эта не пыльная, знай себе сортируй бумаги, таскай оборудование, да гоняй чаи вместе с профессорами, крайне любившими потравить давнишние байки своей бурной юности. Да и платили мне хорошо. Как-никак, а сорок тысяч рублей лишними не бывают. Особенно, когда ты работаешь всего пару часов поздним вечером.

При чём, основной деятельностью, а именно отправкой всего древнего барахла на консервацию, все занимались крайне медленно и неохотно. В конце концов, все понимали, что как только процесс завершиться, всех умудрённых опытом старцев отпустят по домам, а величественное шестнадцатиэтажное здание, расположенное в самом центре города, отправят под снос или приспособят под торговый центр.

Моей главной задачей была сортировка старой документации, касающейся исследований НИИ, которую, однако, мне строго на строго запретили читать старшие товарищи. А потому, сортировал я её лишь по названиям и категориям, что были напечатаны кое-где стёршейся жирной чёрной краской, прямо на толстых бурых папках.

На удивление часто мне попадались папки с грифом «Секретно», имевшие до ужаса привлекательные и таинственные названия: «Проект Вавилон», «Проект Улыбающийся Будда», «Проект 245», «Проект Ярмо», «Проект Гавана» и так далее. Как же сильно мне хотелось вскрыть хотя бы один подобный документ! Вот например «Проект Кукуруза», датированный шестидесятым годом, во времена «Кукурузной лихорадки» Хрущёва.

Я уверен, что советские генетики пытались сотворить с этим несчастным злаковым нечто абсолютно невероятное. Может вот, прямо тут, в этих пожелтевших от времени листах скрыт секрет озимой кукурузы, которую можно было бы рассадить по всем просторам нашей необъятной, как и планировал генсек. Может, по каким-то политическим причинам столь масштабный проект забросили и оставили до лучших времён. А теперь я, обычный московский студент-генетик, возьму да и откопаю скрытое наследие, получив все лавры первооткрывателя. Да, это немного нечестно по отношению к тем учёным, что занимались этим проектом в те далёкие годы, но разве я виноват в том, что они так и не воспользовались своей возможностью накормить мир?

Да и даже, если я всё же тешу себя наивными мечтами о славе, изучить подобный исторический документ, погрузившись в глубины времён, пусть и не очень давних.

В любом случае, пока рядом со мной постоянно находятся мои коллеги, я вряд ли смогу прикоснуться к подобному сокровищу, ибо сразу же рискую навсегда покинуть данное заведение. А может и уехать в Сибирь в тюремной робе. За разнюхивание государственной тайны, например.

А потому, остаётся только дождаться окончания рабочей смены и лишь затем, в ночной тиши, изучить наконец вожделенные бумаги. В том, чтобы остаться в НИИ после закрытия не было ничего сложного. Нужно только заранее отпереть одну из чересчур массивных ставень, чтобы потом, сделав вид, что я ухожу с практики вместе с остальными, залезть внутрь. Благо, на ночь, в здании не остаётся ни единой живой души, даже на пресловутого охранника никто решил не тратиться.

Да и зачем, если это внушительное строение вряд ли возьмёт и взрыв ядерной бомбы, настолько крепкие у него стены и окна. Да и кто, в самом центре города, решиться ограбить практически пустующее здание, откуда давно вынесли все ценности?

В моём плане мне сильно подсобило то, что одна сторона Агрокомплекса выходила на его внутренний двор. А потому, всё что мне оставалось сделать, так это просто положить деревянный брусок, позаимствованный из рабочей кладовки, между открытыми ставнями, чтобы случайный порыв ветра случайно их не захлопнул.

Всё прошло довольно гладко и я без лишних проблем пробрался внутрь, спокойно пройдя в кабинет, где ещё недавно разбирал документы, чтобы наконец спокойно приступить к чтению.

Налив кружку горячего зелёного чая прямиком из казённого чайника и взяв казённые же плюшки, я развалился на кресле и взялся за «Проект Кукуруза». За окном хлестал лёгкий дождик и завывал игривый ветерок, создавая идеальную атмосферу для погружения в историю…

**

Удобрение. Я чувствую. Оно здесь, наверху. Солнце зашло. Нужна энергия. Вернуться к дыре в потолке. Вернуться полным энергии и питательных элементов. Я посажу новые семена. Да. Нужна почва для семян. Нужна энергия, чтобы дать им жизнь. Сколь не двигал стеблем? Долго. Слишком долго. Должен размножиться. Есть и размножиться. Я должен найти удобрение.

**

Что… Что это было? Я только взялся за чтение, как тут же мне показалось, что я был в совершенно ином месте, где-то среди непроглядной тьмы, где единственным источником света является маленькая дырочка в потолке, пропускающая лишь тусклый и бледный свет луны. Это ужасное место, однако я чувствовал себя там… словно дома.

Кажется я просто уснул. Всё хорошо, я просто утомился за день. Сейчас я просто возьму и спокойно вернусь к документу. Фух… Выдохнул, теперь к чтению:

«Комментарий главы КГБ СССР В.Е.Семичастного о провальном проекте Лысенковщины, под кодовым именем Кукуруза.

Передать лично в руки товарищу Л.И.Брежневу.

Проект Кукуруза был разработан по прямому приказу Никиты Сергеевича Хрущёва. Он был призван создать нового советского человека, который навсегда бы избавился от проблем с голодом. Всё, что для этого нужно – дать человеку фотосинтез, и тогда он сможет полностью себя обеспечить благодаря энергии солнца.

Этим проектом занимались наши лучшие генетики, однако, все они были смещены новым главой НИИ генетики, доктором Лысенко. Он не поддерживал идею постепенного скрещения генов человека и растения, считая, что она не принесёт должного результата. В итоге, в результате кардинальных перестановок и сжатие сроков подготовки начального образца, товарищем Лысенко было принято решение – действовать крайне рискованно.

Выбрав добровольца из числа ассистентов, доктор предпринял попытку использовать для эксперимента нечто, выходящее за грань моего понимания. Возможно в этом замешаны демонические силы, не знаю. Бог не способен сотворить что-то подобное, а вот человек вполне… Не гоже, конечно, так глаголить атеисту, но то, что использовал товарищ Лысенко во время своего проекта, сложно описать не прибегая к теологической лексике.

Ибо доктор действовал с фанатизмом, свойственным редкому верующему. Во время эксперимента, юношу-комсомольца опускали в чан с химикатами, прививали ему разные растения прямо в кожу, мучали двумя продолжительными операциями, и только затем, пропустив огромный разряд тока через добровольца, доктору удалось соединить его с повиликой, превратив в нечто ужасающее и практически не похожее на человека.

Мне удалось наблюдать его лишь пару минут, однако этого было достаточно, чтобы выписать ордер на арест Трофима Лысенко и отправить группу оперативников Пятнадцатого Главного Управления КГБ на зачистку подвальных помещений комплекса.

Ибо прямо на моих глазах, сие нечто набросилось на одного из учёных, махом осушив его. Этот, с позволения сказать, испорченный комсомолец, за несколько секунд буквально выпил все внутренности из лаборанта. Позже, мы обнаружили, что он также успел посадить семена в высохший труп. Видимо, из них потом должно было вырасти что-то похожее на сей порочный союз человека и растения, а потому мной было принято решение сжечь всё что осталось от бедолаги, от греха подальше.

К сожалению, самого человека-растение найти не удалось, вполне вероятно, что он скрылся где-то в технических помещениях подземного комплекса. Вряд ли оно протянет там долго, а потому, ради безопасности своих людей, я решил законсервировать нижние уровни и временно закрыть лаборатории Агрокомплекса. Уверяю вас, группа зачистки Пятнадцатого Управления сейчас неусыпно следит за территорией НИИ, а потому прекращать работу верхних этажей и информировать их сотрудников о возможной угрозе, не считаю рациональным.»

Признаться честно, данное письмо, напугало меня до чёртиков. Неужели всё это время, прямо подо мной находились старые секретные лаборатории? Видимо, они законсервировали их слишком хорошо. Хотя всё мной прочитанное казалось чем-то невероятным, практически фантастическим. Я ожидал чего угодно, однако это… Тем не менее это был лишь первый документ из огромной папки, а потому мне ещё только предстояло исследовать и другие бумаги.

Через пару минут в моих руках резво чередовались записки, заметки и протоколы, связанные с объектом Кукуруза. Так, например, из них я узнал, что ЭТО может воздействовать на разум своих жертв странным образом. А также то, что электрические приборы неподалёку от ЭТОГО просто сходят с ума и порой вовсе ломаются. Однако, все эти наблюдения, хоть и были интересны, лишь наращивали растущую в нутре тревогу. Ибо я так и не нашёл никакого отчёта о том, что данное существо было устранено или хотя бы умерло своей смертью. А это значит…

Чёрт, кажется хватит с меня сегодня секретных документов! Выбрал, понимаешь, время и место… Пора выбираться из этого проклятого здания. Я только схватил куртку…

**

Он рядом. Тут. Выше. Осталось только забраться. Лифт мешает мне. Чёртова кабина. Надо убрать её… Я схватился своими псевдоконечностями за дно лифта и с силой потянул вниз, кабина со скрипом полетела вниз. Я вжался всеми стебельками в углубление шахты, а потому остался цел. Путь был свободен.

**

Что… Неужели опять? Это так странно, я словно бы видел себя самого через стены. Наблюдал за собой, изучал. Неужели это оно… Если это так, что пора убираться с удвоенной скоростью. К чёрту вещи, я ухожу! Возьму только увесистую статуэтку медведя, стоявшую на одном из столов, вряд ли это остановит неведомую тварь, но лучше всё же иметь хоть какое-то оружие, чем не иметь ничего.

Вне кабинета меня ждал крайне неприятный сюрприз. В другом конце коридора, там где был лифтовый холл что-то упало с адским грохотом. Я чуть не оглох от столь резкого звука, однако, стоило мне оправится и наконец посмотреть туда, откуда шёл шум, как моё сердце чуть не остановилось.

Там стояло нечто, состоящее из тысяч кроваво-красных вьющихся стебельков, образующих из себя высокую и широкую гуманоидную фигуру, что медленно и неумолимо приближалась ко мне.

И мало того, что в мою сторону двигалось неведомое нечто, так ещё и свет в коридоре предательски замерцал. Сначала, лампы мигали совсем не сильно и короткими очередями, затем перерывы стали длинными, словно работала световая сирена. Но самое страшное произошло, когда старенькие лампочки накаливания стали излучать столь яркий свет, что на него практически нельзя было взглянуть. Продолжалось это пару секунд, пока наконец нити накаливания не выдержали, и весь свет разом погас.

Я остался в кромешной темноте, один на один с ЭТИМ. Оно характерно хлюпало при передвижении, но и без этого я прекрасно понимал, что оно продолжает тянуть свои стебли в мою сторону. А потому стал отступать. Не знаю куда. Я просто пятился в темноту, всё дальше от спасительных лифтов и лестниц

Может там будет пожарная лестница, может тупик, а может и ещё один кабинет, в котором можно попробовать скрыться. Но есть ли в этом толк? Оно скорее всего способно выбить дверь, или просочиться сквозь неё, или сделать ещё чёрт знает что… Тут уж как повезёт.

**

В темноте… Его запах силён. Он боится. Я вижу его страх. Я уже рядом. Я наблюдаю за его следами. Мои стебли проголодались. Я покормлю их.

**

Вновь я наблюдал за собой со стороны. Оно не видит меня, но чувствует, благодаря запаху. Почему оно медлит? Пока я задаюсь вопросами, спина упёрлась в стену, на которой мне удалось нащупать переключатель. Дай бог, что лампочки, которые он активирует были ещё целы. Мне нужно хоть немного света.

Щелчок. Красные лампы аварийного освещения, недружелюбно мигая, прояснили картину происходящего.

Чудовище нависло прямо надо мной огромным клубком стеблей, что копошились и мельтешили, словно опарыши в гнилом мясе. Между нами было не более десяти сантиметров. Монстр дёрнулся, и множество стеблей, изображавших верхнюю конечность гуманоида, вцепились в мою руку.

Мучительнейшая боль и жжение прокатились по всему телу. Я чуть было рефлективно не согнулся в три погибели. Вместо этого я машинально замахнувшись свободной рукой, со всей силы, влепил прямо по «голове» этой растительной туше. Удивительно, но это сработало. Громадина качнулась и отстранилась от меня, подарив мне несколько спасительных секунд. Ловко, насколько это только возможно, я отскочил за спину монстру и рванул в сторону лифтового холла.

За несколько секунд проскочив весь коридор, я оказался прямиком у главной лестницы. Судя по ускорившимся хлюпающим звукам, человек-растение оправился и теперь быстро преследовал меня. Дальнейшее решение необходимо принять быстро.

Спрятаться? Атаковать? Сбежать? С последним будет сложнее всего, ибо если и бежать, то через окно. Но будет ли у меня время отпереть и распахнуть тяжёлые ставни? А если и будет, то не заставлю ли я чудовище выйти наружу вместе со мной? Судя по документам, которые я прочёл, оно может размножаться, а значит, что если ЭТО выйдет наружу, то мигом создаст множество себе подобных. Нет, я просто не могу позволить этому случится!

Значит, я должен придумать, как его убить. Но прежде, мне нужно где-то спрятаться и перевести дух. Архив! У него крепкая металлическая дверь, а внутри могут найтись ещё документы касательно этого чудовища. Но он находится на пятом этаже, а значит мне, с третьего, необходимо преодолеть два пролёта вверх и ещё пробежать длинную галерею…

Раз, два, пошёл!

Ноги сами понесли меня по ступенькам вверх и я в несколько мгновений оказался на четвёртом. Существо, однако не отставало и уже добралось до лестницы, чтобы, ползя прямо по стене, перегородить мне дорогу на следующий пролёт. Нельзя не признать, что оно на удивление проворно для клубка стеблей.

Удвоив усилия, я просто взлетел на верхний этаж, подгоняемый противным хлюпаньем. Дорога до архива также была проделана столь стремительно, что я даже не успел понять, как оказался внутри, захлопнув практически бункерную дверь. Запах древней бумаги и злобные удары по металлу за спиной, наконец позволили выдохнуть. Честное слово, не прилей слоновья доза адреналина к голове, тут бы и слёг.

Не время расслабляться! Среди сотен высоких шкафов, мне предстояло найти хоть какую-то новую информацию об этом чудовище. Чем собственно я и занялся, зайдя в отдел с секретными папками и начав со шкафа с буквой «К». На этот раз удача мне улыбнулась. Я быстро выудил с одной из полок тоненький листик с названием: «Новые правила сдерживания – проект Кукуруза».

«Постановление для оперативников Пятнадцатого Управления прикреплённых к НИИ Агрокомплексу им. Т. Д. Лысенко. Год 1991.

В целях безопасности и во избежание лишних денежных затрат, всех бойцов, а также учёных, знающих о существовании проекта Кукуруза, следует перевести на иные, более важные объекты, расположенные не менее чем в пятнадцати километрах от данного комплекса. Все документы, повествующие о данном существе рекомендуется вывезти с территории НИИ, а затем уничтожить.

Данное решение принято в связи с урезанием бюджета КГБ и политической нестабильностью данной структуры. В связи с недавно выясненной особенностью существа, которая показало, что оно реагирует лишь на тех, кто о нём знает и думает в данный момент (таким образом оно выслеживает жертв). А также в связи с ночным образом жизни объекта (днём, оно занимается фотосинтезом в неизвестном месте), руководство ведомства решило оставить существо в покое.

Приказ Л. И. Брежнева о взятии его живым, аннулируется. Во избежание несчастных случаев, выдан запрет на работу НИИ в ночное время. Иные средства сдерживания не требуются.»

Иные средства сдерживания не требуются… Я даже не знаю, кого теперь винить за ту ситуацию, в которой я оказался. Развал союза за хаос, который не позволил вывезти эти документы из комплекса? Брежнева, который зачем-то решил взять объект живым? Хрущёва, который всё это организовал? Лысенко, который создал этого монстра? Или своё любопытство, которое на свою голову заставило меня сунуть нос в эти чёртовы документы?

Пожалуй да, любопытство и поставило меня в такую ситуацию. Чёрт бы побрал моё научное мышление, требующее новых открытий!

**

Внутри. Среди пыльных книг.

Я ползу по узкому стальному проходу, он сдавливает моё тело. Но трапеза того стоит! Я вижу его отсюда… Надо только сбить решётку.

**

Резкий грохот вернул меня в своё тело. Он опять залез мне в голову, а я опять оказался в его. Неужели он уже здесь? Там, за шкафами, слышался до боли знакомый мерзкий звук. Потолочная лампа с треском замерцала…

Чёрт, вряд ли ему потребуется много времени, чтобы меня найти. Надо придумать, как его отвлечь, чтобы быстро сбежать за дверь.

А куда я направлюсь дальше? Никаких подсказок, как его убить, я так и не нашёл. Быть может будь у меня дробовик или что-то вроде того… Я бы не справился, я же не разу в жизни не стрелял, я студент-генетик, а не чёртов спецназовец!

Ладно, хорошо.

Чего боятся растения? Жуков? Вряд ли я найду колорадского жука по размеру. Может химикатами? А какими? Ладно, вспоминай, чему тебя учили на парах по растениеводству! Как борются с повиликой? Карантином. Что ж, кажется, сотрудники КГБ действовали не так уж и глупо… Пока не появился я.

Огонь! Точно, его боятся все. И я сожгу чёртово растение переросток до тла! Где взять огонь? На кухне. Столовая НИИ крайне приятное место, да и готовят там неплохо. Заманю человека-растение туда, оболью маслом и зажгу спичку!

Теперь, чем его отвлечь? Оно реагирует на запах и залезает в голову, чтобы понять, где я. Значит, нужно дать ему ложный след. Так, я вспотел столь сильно, что свитер, футболка и брюки превратились в мокрые половые тряпки. Наверное, провоняли они знатно. Пора от них избавиться. Лучше потом буду объяснять полиции, что я делаю в трусах посреди ночи в закрытом Агрокомплексе, чем стану грядкой для семян этой дряни.

Так, одежда отправляется на пол. А монстр уже приближается к тому месту, где я нахожусь. Нужно кинуть в него что-то чтобы ненадолго вывести из равновесия и позволить мне спокойно выскользнуть из столь сложной ситуации. Какая-нибудь увесистая книжка подойдёт. Вот, «Староград», прости, но сегодня тебе суждено пришибить жуткое чудище…

План сработал почти идеально. В первый раз, я промахнулся по монстру, а потому вслед за первой книжкой, сразу же полетела вторая «Капитал» Маркса, менее увесистая, но не менее действенная. Дальше всё словно в тумане, рёв монстра, новый хлопок стальной дверью, спуск по лестнице. Кухня.

Подсолнечного масла здесь было в достатке, можно всё здание облить. Кроме него из горючих материалов была разве что кем-то припрятанная бутылочка сидра. Она тут же отправилась ко мне в нутро. Для смелости.

Так, теперь зажечь комфорки. Чудовище кажется ещё не оправилось от шока, ибо всё ещё не залезло ко мне в голову. Значит есть время подготовить план Б и открыть окно. Кухня находится на первом этаже, так что я запросто улизну, если всё пойдёт не по плану, а затем попытаюсь захлопнуть окно с той стороны, чтобы оно не выбралось.

Окно открыто, комфорки горят, помойное ведро, приспособленное для десяти литров масла, в руках. Как только оно подойдёт к комфоркам, я оболью его маслом и буду надеяться, что огонь с них перекинется прямо на ЭТО. План идиотский. Но лучше я пока не придумал.

**

Он тут. За дверью. Корм прямо на кухне. Почему я помню что это такое? Не важно. Важно то, что сейчас я поем. От него так и веет жаром. Я аккуратно захожу на кухню. Пища видит меня, но не убегает. Почему? Сдался?

Хорошо, я приму его поражение и позволю стать частью себя. Остаётся лишь подойти и взять то, за чем я столько гонялся.

Самое время привести план в действие! Я быстро плеснул всю жидкость из ведра на своего противника. Жадное пламя кинулось на свою жертву, заставив корчится в адских муках. Я с восхищением наблюдал, как эта тварь бьётся в агонии и молил всех богов, которых знал, о том, что от подобной прожарки она погибнет.

Я смотрел на горящее тело минут пять, а затем ещё полчаса на тлеющие останки. Дело сделано, тварь повержена. Что теперь? Уйду. Да, просто выйду через окно и отправлюсь домой, словно ничего и не произошло. Хороший план.

Правда холодно на улице. Особенно если ты в одних трусах. Влитый внутрь сидр тоже, почему-то не слишком согревал. А вот голову мутил знатно. Еле передвигая конечностями я выбрался на улицу. Было ещё темно. По всей Москве горели фонари, однако прохожих на улице не было. И это тот знаменитый город, который никогда не спит? С другой стороны это тихий древний район в центре, лишённый каких-либо клубов и ресторанов. Кому тут бесчинствовать в ночи? Разве что мне.

Вон, идёт какая-то женщина. Попрошу у неё телефон, позвоню в такси, пусть увезёт меня домой. Надеюсь, она не примет меня за маньяка или извращенца какого, в таком-то виде…

Подхожу к ней, прямо под неприветливо мигающим фонарём, и трогаю её за плечо. Она в замешательстве оборачивается, но почти сразу же меняет удивление на невероятный испуг. Затем нечеловеческий визг. И она убегает.

Я конечно понимаю, что выгляжу не слишком и приглядно, однако не настолько же, чтобы вот так от меня сбегать. Я взглянул на своё отражение в луже под ногами. Множество копошащихся ростков посмотрели в ответ. Лампа уличного фонаря лопнула…

Туман

Неделю назад на наш город опустился туман. Белёсая непроглядная мгла, в которой дальше вытянутой руки ничего и не видно. Помнится, в первый день, когда она походила на лёгкий дымок и ещё не заволокла собой солнце, на всех устройствах трещало предупреждение от правительства:

– В городе вводится режим повышенной готовности. В связи с утечкой на химическом предприятии, все въезды и выезды из вашего населённого пункта перекрыты. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие! Армия, при содействии Службы Национальной Безопасности, ведёт работу по устранению последствий. Ни в коем случае не выходите на улицу и ждите спасательной команды. Плотно закройте все окна и двери, наденьте и не снимайте свой гражданский противогаз…

Противогаз. Он, кажется, был у каждого дома. Вместе с месячным запасом фильтров. Словно, все изначально знали, что расположить относительно густонаселённый город рядом с опасным предприятием, было просто отвратительной идеей.

Ну или всё дело не в заводе. Там, как мне известно, была принята целая куча мер по предотвращению подобных утечек. Да и не похож этот туман на какую-либо составляющую пестицидов. Или что они там производят…

Он вообще мало походит на что-либо из того, что я видел ранее. А потому, как мне думается, причина закрытия нашего городка совсем в другом. Если быть точнее, то я подозреваю закрытый военный объект, что располагается прямо в центре. Это был такой город в городе, со своей школой, больницей и магазином, скрытый от обычных гражданских за высокой бетонной стеной и слоем плотной промышленной застройки. Частью которой являлась и та фабрика, которую сейчас обвиняют в утечке.

Чёрт знает, что они там делали. Кто-то, кажется, говорил, что за высокой стеной клепают биологическое оружие массового поражения, но подтвердить что-либо не могли. На то этот объект и секретный. Что бы они там не делали, теперь это ударило по всему городу.

И вот уже целую неделю я сижу и жду, когда они, наконец, решат проблему с этим чёртовым туманом. Как и было сказано я плотно забаррикадировался внутри, так, что в квартиру практически не попадает воздух с улицы.

Впрочем, противогаз я всё равно стараюсь не снимать лишний раз. Только чтобы поесть, принять душ или поспать. Так намного спокойнее. Особенно учитывая, что в первые дни я слышал истошные крики из соседних квартир. Словно там целый хор кто-то живьём потрошил. Проверять, я не пошёл. По понятным причинам.

На третий день отключили связь. Уши больше не донимал диктор, бубнящий одно и то же сообщение – мой единственный собеседник. Кажется, прослушай я ещё немного: «Не выходите на улицу!», я бы точно тронулся умом. Хотя, в полной тишине, всё стало ещё хуже. Стало казаться, что весь мир за пределами квартиры – вымер.

Это чувство усилилось, когда на четвёртый день отключили свет и воду. С того времени я не мылся и сидел в полутьме. В углах квартиры, мне стали мерещиться тени. А ночью мне казалось, что кто-то тихо дышит прямо над ухом. Может то были последствия того, что туман стал проникать в дом?

На пятый день я стал слышать странные звуки на улице. Чьи-то стоны, хруст и шипение, исходившие из многих неизвестных источников. Через пелену, из окон невозможно было что-либо чётко увидеть, но я знал, что по улицам бродит кто-то незримый. Может быть даже не один.

И, наконец, перескакивая шестой день, в который практически ничего нового не произошло, я оказался в настоящем, где у меня закончилась еда. Я не слишком задумывался о том, чтобы переживать апокалипсис, а потому не устанавливал в своей скромной квартирке стеллажи с консервами. Всё, что у меня было – еда на пару ближайших дней, которую, в итоге, мне удалось растянуть на неделю.

Разумеется, мне не хотелось умирать голодной смертью, медленно сходя с ума в тёмной и пустой клетке. У меня был противогаз, дедовское охотничье ружье, доставшееся мне по наследству, и надежда, что государство не преуменьшило масштабы проблемы и этот туман где-то заканчивается.

Самым сложным оказалось решиться открыть дверь. Я стоял перед ней пару часов как дурак, не в силах перестать думать о том, что может за ней ждать. Тишина тоже не слишком обнадёживала. А что если за ней кто-то притаился и ждёт моего появления?

Так или иначе я решился, вставил ключ, повернул его и нажал на ручку. За дверью оказался тихий сумрак подъезда. Остальные двери на лестничной площадке оказались распахнутыми настежь. Та же история была и на остальных этажах. Я старался не задумываться о том, что произошло с их обитателями.

Оказавшись на первом этаже, у выхода, я приготовил ружьё и осторожно открыл стальную дверь, больше не сдерживаемую электронным замком. Как и предполагалось, снаружи была лишь непроглядная мгла. Ориентироваться в ней было практически невозможно. Первое время я шёл вдоль стены своей многоэтажки. Когда же она закончилась, я решил идти прямо, смотря под ноги и прислушиваясь к каждому шороху. Единственным постоянным звуком был лишь тихий ветер, что как ни в чём не бывало играл с зелёной листвой. Странно, почему он до сих пор не сдул этот туман?

Неизвестность, простиравшаяся кругом пугала. Из неё то и дело выныривали силуэты. Большинство из них, превращались в обыденные предметы: столбы, заборчики, деревья. Другие же, ввиду того, что я проходил мимо, так и оставались силуэтами. Может, какие-то из них могли оказаться вполне себе живыми…

Впрочем, в том и был главный плюс этой непроглядной пелены. В ней не только я не вижу возможную опасность, но и сама опасность не видит меня. Просто сомневаюсь, что существует глаз, способный легко найти путь сквозь эту невесомую завесу. Так что единственный шанс повстречаться с каким-нибудь чудовищем, столкнуться с ним лоб в лоб.

Надеюсь, в таком случае, я не успею понять что к чему и буду мгновенно убит. Не хочу мучиться.

Сколько я шёл? Не знаю. Нащупав дорогу, я курсировал от одного дома к другому несколько часов, не меньше. Устал я так, словно целый марафон пробежал. Даже один раз остановился передохнуть, сев спиной к стене одной из многоэтажек и ощетинившись ружьём.

Вскоре после этого я прошёл внушительный частный сектор. Высокие заборы не позволили мне оценить обстановку на участках. Однако, чутьё подсказывает, что там всё ничуть не лучше, чем в центре.

Где-то там, туман наконец стал ослабевать. Я словно выходил из зоны, где он был в крайне высокой концентрации, в зону, где он походил на лёгкую дымку. Моему взору предстал высокий холм, находящийся в месте, где частная застройка заканчивалась. Он был достаточно высок, чтобы с него можно было оглядеть весь город.

Я устремился наверх. На сей возвышенности не было уже и следа тумана, так что я впервые, облегчённо, снял противогаз и вдохнул чистого воздуха. За холмом лежал плотный лес, так что в мои ноздри ударил ещё и мягкий запах хвои. Я был на вершине.

Взглянул на город. Он был тих и мрачен. Покрыт туманом, словно бы одеялом, из которого выглядывали редкие высотки. Над городом жужжал военный вертолёт, бороздящий улицы прожектором. Жуткий видок.

Ещё жутче он стал, когда в морозном воздухе раздался вой турбин какого-то самолёта. Я успел увидеть только размытую точку высоко в небе. Потом была вспышка.

Мне чуть глаза не выжгло. Я зажмурил их, отшатнулся и покатился вниз по склону, в сторону леса. Чуть было не сломал пару костей и знатно извалявшись в грязи, я всё же встал на ноги. Через пару минут я немного оклемался и кое-как разлепил горящие от боли веки. А затем, забрался обратно на верхушку холма.

На месте города теперь поднимался ядерный гриб…

Тихий лес

Я ничего не помню. Ни то, как меня звали. Ни то, кем я был. Ни то, что привело меня в это место. Вместо воспоминаний в моём сознании только ужасающая, бездонная тьма, пожирающая последнюю надежду обрести самого себя в здравом уме. Сколько бы я не силился заглянуть за непроницаемый занавес памяти, сколько бы не пытался напрячь своё текущее сознание, ничего не выходит. И это пугает, как пугает всякая неизвестность.

Однако, то единственное воспоминание, что до сей поры сохранилось в моей черепной коробке, кажется ещё более страшным. Даже более того, когда я возвращаюсь к нему, мою голову пробивает острая боль, словно изнутри её пронзает невидимый нож. Это очень нечёткая картинка смыкающихся ветвей, перекрывающих солнечный свет.

Не знаю, почему мысль о них так болезненно отдаётся в моей голове. Но, по крайней мере, именно благодаря этим смыкающимся веткам, я точно знаю, что пришёл в этот Лес, а не был рождён им. И вот теперь, по инерции, бреду средь затенённых полян и исполинских стволов, абсолютно не понимая куда и зачем.

За то, мне кристально ясно, что этот лес в абсолюте своём аномален и чудовищен. Ибо местные деревья явно не безмолвны, как то должно быть с растениями. Они шепчут, очень тихо, проникая в самую черепушку. И зовут, настойчиво приглашают объединиться с ними, перейти под защиту их коры, за которой не смогут достать опасности этого леса.

Но меня так просто не взять! Я видел, что бывает, если довериться деревьям. Мне встречались поваленные стволы, в сердцевины которых, словно бы вросли, несчастные человеческие фигуры. Может, все эти похожие на людей образы в древесной плоти, всего лишь отражение душ растений? Или сами деревья ранее были такими же путниками как я, но в один момент погибли и были воскрешены Лесом в новой форме?

У меня нет никакого желания пытаться найти ответы на эти вопросы. Очевидно, что если начинать рыться в тайнах сего места, то можно легко сойти с ума. Правда, я не уверен, что сам сейчас нахожусь в здравом уме. Могут ли эти рощи быть всего лишь фантомом моего воспалённого сознания?

Нет, точно нет! Они слишком реальны. И если уж кто и является фантомом, то это я. Ибо не имея воспоминаний, я не могу с уверенностью заявлять, что являюсь личностью и вообще существовал до прибытия в лесной чертог. Может всё, что со мной происходит, это всего лишь одна большая лесная аномалия? И я просто исчезну, как только она закончиться?

«Лес дышит чужими воспоминаниями»

В пользу этой версии, говорит то, что местные обитатели реагируют на меня слишком спокойно. Вот например странное гуманоидное существо, покрытое чёрной, свалявшейся шерстью, с крючковатыми конечностями и длинными ушами, абсолютно не обращает на меня внимания. Хотя, мы и хрустим сухим мхом в унисон, долгие и долгие часы, странный зверь ни разу даже не посмотрел в мою сторону.

– Мне незачем на тебя смотреть, мой человечий брат, я и без этого вижу всё, что мне нужно. – внезапно оборвало мои мысли существо, – И никакое я не «существо», да будет тебе известно, что я благородный обитатель Тихого леса, Заяц, один из многих.

В моей голове зажужжал рой вопросов, я даже не сразу сообразил, что зверь обращался именно ко мне. Ибо он, как ни в чём не бывало, спокойно продолжал двигаться вперёд. Заяц? Я не уверен, откуда я имею знания о том, как выглядят обычные зайцы, но точно могу сказать, что эти существа не являются трёхметровыми страшилищами, ходящими на двух ногах, вооружёнными двумя рядами острых зубов.

– Как нетактично! Сколько оскорблений! Чтобы ты знал, некоторые местные растения поймать куда сложнее, чем вёрткую лань. И я уже молчу про то, что их потом надо ещё и побороть. Так что лес приспособил меня к подобной охоте. Да и вообще, из лесных зверей, я ещё один из самых миловидных.

Я остановился. Неожиданный собеседник также встал на месте и повернулся ко мне, озирая меня с ног до головы тремя своими глазами, один из которых находился в одной орбите с правым, из-за чего казалось, что тот раздвоился.

– Ты что же, можешь слышать мои мысли?

– В Лесу ты не можешь утаить своих намерений, если не имеешь шерсти. Поэтому нагие редко выживают здесь долго. Жаль мне такое говорить, брат, но скорее всего ты умрёшь и очень скоро.

– Что? Умру? Почему?

– Потому что звери, любящие живую плоть уже взяли твой след. Не пытайся бежать, ибо теперь твоя с ними встреча неизбежна. Ты пахнешь болью, пахнешь благородством и преданностью, такой запах нигде не утаить.

– И что же, ничего нельзя сделать?

– Конечно, ибо Лес закрепил за тобой роль жертвы, а хищники очень уж любят лакомиться гладкокожими. Тебе ещё повезло, что мой род травояден и я не желаю попробовать твоего мяса. Я конечно мог бы, но твоя судьба не в моей власти. Хотя сильно не обольщайся, встреча со мной тоже опасна, ибо если меня вдруг поймают волки, лисы или не дай бог, охотники, то я расскажу им о тебе, чтобы спасти свою шкуру. Благо, местная пища им приелась.

– Вот так просто расскажешь? Ты же говорил, что тебе меня жаль.

– Действительно жаль, братец, но своя душа, всяко дороже души проходимца. Да и Лес меня наградит, если я направлю на тебя волчьи пасти или охотничий нож.

– Но почему?

– Ты же ничего не помнишь, верно? Так бывает с теми, кто пришёл в чащу сохраняя человеческий рассудок. Может, если ты переживёшь встречу с волком или лисой, деревья простят тебя и подарят шерсть, позволив остаться здесь навсегда.

– Но я не хочу здесь оставаться! Можно, вместо этого уйти отсюда?

– Когда обрастешь, то сможешь покинуть лес. Но не захочешь этого, пока ещё никто не захотел…

Он прервался, резко глянув куда-то в сторону и навострив свои уши.

– Кажется… Точно! Лиса идёт прямиком сюда. Слушай брат, и слушай очень внимательно! Не ведись на лисий облик! Не верь картинам своего прошлого! И самое главное, не верь ни единому слову лис, они все говорят лишь половину правды! Если последуешь моим советам, может и переживёшь эту встречу. А я побежал, пока меня самого не затянуло в сети.

Прежде, чем я успел спросить, что же всё-таки значит: «не вестись на облик Лисы», Заяц удрал в неизвестном направлении. А я остался стоять в гордом одиночестве посреди чащи, под баюкающий шёпот деревьев. Правда, вскоре он набирал обороты и становился всё громче, превращаясь… в песню?

«Лес поёт и каждый, кто слышит его голос – становится его частью»

Точно, это было пение, что-то вроде горлового запева языческого жреца далёких степей. И запев этот стал сопровождаться аккомпанементом из невесть откуда взявшихся инструментов: цимбал, бубнов, флейт и органа. Вся эта какофония создавала до ужаса гипнотизирующую атмосферу. А потом из сей атмосферы выплыла она…

Прекрасная дева, обнажённая, дикая, вышла из-за деревьев. Изукрашенная ритуальными узорами, нанесёнными не то кровью, не то краской, Лиса кружилась в безумном, первобытном танце. Двигаясь то соблазнительно плавно, то неестественно резко, она, держа дистанцию, кружилась вокруг того места где в оцепенении стоял я. Не касаясь босыми ногами земли прекрасное создание вылетало то из-за одного дерева, то из-за совсем другого, медленно, но верно приближаясь ко мне.

«Не ведись на облик! Не ведись на облик!» – повторял я про себя, стараясь не вовлечься в это странное представление. Но, она всё равно подобралась ко мне на расстояние одного шага, сначала привычно кружившись вокруг, а затем вдруг остановившись прямо перед моим лицом. Лисья красота была неописуемой, при одном взгляде на неё у меня наворачивались слёзы. Она же протянула к моему лицу свою белоснежную руку и нежно провела по подбородку…

Внезапно показав свой истинный лик. Резкий крик, прервавший гипнотическую музыку. Чудовище возникшее в одном шаге, столь быстро промелькнуло перед глазами, что я не успел разглядеть ни одной детали. Но может это было и к лучшему, ибо неописуемый ужас от этого наваждения заставил меня отпрыгнуть назад на пару метров. Не рассчитав этот манёвр я запнулся о торчащий корень и рухнул наземь.

«Лес и его обитатели наводят блаженный морок»

Когда я опомнился и поднялся на ноги, готовый уже бежать со всех ног прочь, я обнаружил себя не в гуще чащи, а в скромном охотничьем домике, сидящим за дубовым столом, испещрённым множеством порезов.

У единственного входа в сей, однокомнатный домишко стояло двое мужчин. Один молодой и подтянутый, смутно знакомый мне внешне. Второй же напротив был сухим и тощим стариком в потрёпанном пальто.

Сначала заговорил тот, что был старше:

– Втроем идти опасно, особенно студентикам вроде вас. Так что, если хотите, чтобы я отвёл вас к лесу, придётся идти поодиночке, как того требует лес.

– Если вы так говорите, то пожалуй так действительно будет лучше. – ответил ему тот, что был помоложе, – Но никакие мы не «студентики», да будет вам известно, что я благородный искатель правды, один из многих.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.