Александр Тапилин
Они встретились во сне

Предисловие

В своей очередной фантастической повести автор пытается понять и осмыслить влияние сна на поведение человека, а также на его психическое состояние. Могут ли сны при определённых условиях, что-то подсказать человеку, может ли человек оценить свой сон, как нечто реальное, давно с ним происходившее, либо это простые выдумки?

Автор пытается развить гипотезу о «вещих» снах, которые могут, хотя бы косвенно, напомнить человеку его прошлые жизни, приводя для доказательства этого, конкретные, выдуманные им примеры. В фантастической книге делается предположение о том, что мы проживаем на земле не одну жизнь, иногда интуитивно чувствуя присутствие с нами людей из прошлых жизней. Люди, проживающие вместе многочисленные жизни, встретившись вновь пытаются выручать друг друга из сложнейших ситуаций совершенно сознательно, чувствуя друг в друге «родную душу». В этой фантастической повести приводится множество подобных примеров из различных эпох человеческой истории, как из древних времён, так и из современной жизни.

Но самое главное, по мнению автора, является вывод о том, что в какую бы эпоху ни жил человек, в какие бы тяжёлые и сложные ситуации не попадал, он всегда должен быть честным, смелым, бескорыстным. Человек всегда должен приходить на помощь другим людям, бороться с враждебными силами, не жалея для этого всех своих духовных и физических сил.

Глава 1

Всю ночь ему снилась какая-то ерунда. Проснувшись, он толком даже не мог эту ерунду вспомнить. Кажется, он был в чьём-то образе, и этот его Герой (но не двойник) всё время переживал какие-то мучения, всё время подвергался бесконечным испытаниям. А вот как же это всё закончилось? Он, напрягая память, пытался упорно вспомнить, но главная ниточка всё время ускользала. «Как же так, ведь ТАМ что-то произошло, а я, бестолочь, не могу, практически, ничего вспомнить».

Вечером он сидел на диване и смотрел телевизор. Но сюжет сна предыдущей ночи так и не отставал от него. «Странно, – подумал он, – сколько раз мне снилась различная чушь, и я никогда на эту чушь не обращал ни малейшего внимания, и, тем более, никогда не вбивал себе в голову нелепицу о том, что я обязан вспомнить, что мне именно снилось. Почему же теперь, словно кто-то невидимый упорно шепчет мне, что я ОБЯЗАН вспомнить? Нет здесь явно что-то не так. Может это своеобразное психическое расстройство? Но нет, не похоже. Я воспринимаю мир совершенно нормально, как, собственно, всегда воспринимал».

Но на подсознательном уровне этот человек продолжал упорно искать ту невидимую ниточку, зацепившись за которую, он должен вытянуть весь смысл того, что ему приснилось. Хотя он до конца не понимал, зачем, собственно, ему это нужно, но чувствовал, что вспомнить основные подробности сна ему просто НЕОБХОДИМО.

Только на третий день (в последующие две ночи сны у него были обыкновенные, и никакого беспокойства не вызывали), он вдруг отчётливо вспомнил, что в том самом загадочном непонятном сне был ребёнком, вернее подростком лет тринадцати – четырнадцати. И с этим подростком произошло что-то из ряда вон выходящее.

Но он чётко помнил, что подросток не погиб, хотя по всем сложившимся обстоятельствам, должен был погибнуть. Кажется (здесь он никак не мог припомнить), кто-то его совершенно случайно (а, может, и не случайно) спас, потому что сам он не мог спастись, ему не хватало совсем немного времени. И вот этот кто-то как раз, появившись совершенно случайно, помог ему, и он оказался спасённым.

Он долго думал и размышлял, почему именно этот сон оказался особенным для него, почему он интуитивно чувствовал, что сон этот – всё-таки не совсем сон. Но тогда что же это могло быть?

Если это не сон, то тогда получалось, что всё это происходило на самом деле, то есть, было явью. Но это не могло быть явью именно потому, что всё ЭТО ему снилось.

Прошла уже целая неделя, а он всё не прекращал думать об этом странном сне. Вернее, это сам СОН упорно преследовал его. И он вдруг понял, что не может, просто так, взять и отделаться от сна, перестать думать и размышлять о нём. То есть, получалось, что он попал в своеобразную западню, которую подставил ему сон, из которой теперь он не в состоянии выбраться.

Но ведь такого не может быть? Как это так? Попасть в западню сна? Ведь сон это не материальная, а духовная, или, скорее, психологическая или психическая категория.

Он не заметил, как более внимательно стал присматриваться к окружающим его людям – как к прохожим на улице, так и к работникам того учреждения, где он работал. Ему казалось, что присматривается к ним чисто машинально, но очень скоро понял, что это не так.

Однажды перед сном, анализируя прошедший день, он ясно осознал, что кого-то упорно искал в толпе. Но вот кого? Пока для него это было неразрешимой загадкой.

Недели через две после того, как он увидел этот удивительный сон, который так толком и не вспомнил, его пригласили на один из праздничных вечеров, которые любили устраивать его коллеги по работе. Разрешено было приходить с родственниками – с жёнами, детьми, родителями, в общем, это был достаточно широкий и открытый вечер.

Но он жил в гордом одиночестве, несмотря на то, что ему уже стукнуло тридцать пять. Сам он не был женат, а его дальние и близкие родственники жили в других городах и населённых пунктах. Он не хотел идти на этот вечер. Он вообще был домосед, и не любил никакие вечера и мероприятия. Но он знал, что уже пропустил два последних общих мероприятия, и коллеги уже посматривали на него довольно косо. Поэтому он решил всё-таки пойти, чтобы окончательно не портить отношения с товарищами по работе, а, главное, со строгим начальством. Его Высокое начальство неизменно считало, что на общих корпоративах обязаны быть все. Оно же считало, что те, кто не приходит, игнорирует эти корпоративы, тот, следовательно, не уважает тот коллектив, в котором работает.

На работе он всегда занимался только работой, хотя «звёзд с неба не хватал», но работа его вполне устраивала. Конечно, он знал всех сотрудников своей и соседних лабораторий, всегда чисто формально здоровался со всеми, но в особо близкие дружеские отношения не вступал, так что настоящих преданных друзей у него не было, как на работе, так и нигде. Но, он к этому и не стремился, живя холостяком в однокомнатной квартире.

Теперь же, на вечеринке, сидя за накрытым столом, когда многие отправились танцевать (он, естественно не пошёл, да и не собирался танцевать), он от нечего делать стал рассматривать самые разные лица людей. Они, действительно, были самые разные, абсолютно непохожие друг на друга.

Женщин в коллективе было всего несколько. Они в этот момент все уверенно танцевали со своими кавалерами. Он рассеянно начал переводить взгляд с одной на другую. Все они ему были глубоко безразличны. Он считал, что и в этот раз ничего особенного не произойдёт, что взглянет разок, другой, на каждую из них, и на этом дело «смотрин» окончится. Он, собственно, и стал их рассматривать, в первую очередь, для того, чтобы как-то протянуть время до окончания вечеринки.

Он уже рассмотрел их почти всех и, как и предполагал, ничего особенного в них не заметил – ни загадочной женской красоты, ни обаяния, ни нежности. Всё было ему настолько привычно, что он уже, фактически, решил, вообще оставшихся не рассматривать, как, совершенно внезапно, с ним произошло именно то, чего он никак не ожидал.

Конечно, эту женщину, примерно его ровесницу, которая работала в соседнем отделе, он прекрасно знал, и всегда так же формально здоровался с ней, как и со всеми другими. Но сейчас он что-то почувствовал. Что он почувствовал, он сам не понял. Нет, это, безусловно, не была какая-то там любовь с первого взгляда. Но всё равно, ЭТО было что-то необычное, абсолютно непривычное ему.

Мало знакомое чувство заинтересованности именно этой женщиной внезапно поселилось в его голове. Чем же она его так неожиданно заинтересовала? Нет, не женской таинственностью и загадочностью, а чем-то большим. У него на несколько секунд создалось впечатление, что он ЗНАЕТ эту женщину. Но знает он её совсем не в том плане, что просто работает в одной организации, он почувствовал, что с ней хорошо знаком. Это было что-то другое, вынесенное им из далёкого раннего детства, когда ему было, скорее всего, не более трёх-пяти лет.

«Может быть тогда, когда я был совсем маленьким, мы с ней жили в одном подъезде, или ходили в один и тот же детский садик?» – Подумал он вначале.

Но, к сожалению, ничего не сходилось. Жил он в раннем детстве у своей бабки в деревне, и ни с одной девочкой, своей ровесницей (это он точно помнил), никогда не встречался. Это происходило потому, что большую часть времени, он сидел в бабкиной ветхой избушке, лишь изредка они выходили с ней прогуляться по маленькой деревеньке или в сельский магазинчик.

Поэтому, когда он жил несколько лет в деревне, то совершенно не запомнил не только местных девочек, но даже среди мальчишек у него никаких знакомых и, тем более, друзей, не было. Единственного мальчика, которого он знал в то далёкое время, был его двоюродный брат, с которым иногда приходила к его бабке в гости его родная тётка. Этот его брат был на два года старше, и ничего общего у этих двух мальчиков не было. Когда брат, иногда, приходил, то садился на диван и отсиживался там до тех пор, пока его тётка не уходила домой вместе с ним. Он же сам в это время с братом никогда не разговаривал, а тихо сидел на продавленном диване в соседней комнате этого старенького домика.

В садик же он пошёл довольно поздно, в шесть лет, когда мать забрала его в город. Но как ни силился он вспомнить хотя бы одну девочку из его детского садика, у него ничего не получалось. В памяти остались какие-то расплывчатые образы, скорее не девчонок, а их косичек, за которые он так любил дёргать, и за что ему сильно доставалось от строгой воспитательницы.

Что касается школы или университета, где он учился впоследствии, то это было уже другое время, которое не касалось его нынешнего психического состояния. Он прекрасно понимал, что только самое раннее детство может вывести его на подобное, нет, не воспоминание, а внутреннее чувство, которое, может быть, что-то подскажет ему.

Но все дальнейшие его попытки ни к чему не привели. Ниточка ловко ускользала из его головы. Тогда он переключился на другое.

Он подумал: «А, может быть, эта довольно красивая, ещё молодая женщина, приснилась ему совершенно случайно (ведь такое бывает) в том самом заманчивом сне».

И он снова стал упорно вспоминать свой примечательный сон, но вскоре убедился, что кроме каких-то отдельных несвязанных друг с другом мелькающих образов, он не в состоянии ничего вспомнить. Тогда он опять ухватился за образ подростка, с которым произошло какое-то невероятное событие (теперь он в этом был абсолютно уверен), и которым, скорее всего, был он сам. Но кроме этой зацепки, которая уже сама по себе перепуталась в его голове, ничего конкретного он так и не вспомнил.

И тогда он решил рискнуть. Он решил напрямую подойти к этой притягательной женщине, ближе познакомиться с ней и, может быть, если, конечно, ему повезёт, постараться вытянуть ту загадочную цепочку, которая, вот уже две недели, не давала ему покоя.

Он подошёл к её столику и пригласил на следующий танец. Это было настолько необычно для присутствующих на вечеринке, которые его прекрасно знали, что все сразу прекратили свои разговоры и уставились на него удивлёнными глазами.

Во-первых, он всегда был отчуждённым от всех человеком. Кроме делового общения, ни на какие посторонние темы не общался даже с мужчинами. От женщин вообще бегал как от огня. Во-вторых, сейчас он подошёл к замужней женщине, у которой был ребёнок, и первый довольно смело заговорил с ней, предложив потанцевать (насколько все помнили, он никогда не танцевал).

И вот они танцуют медленный танец. Он долго молчит, она тем более. Наконец, он понимает, что время танца не бесконечно, и давно уже пора начинать действовать. Правда, с чего он должен начать, он так и не придумал, и. поэтому, решил начать экспромтом, то есть с чего попало.

«Вам часто снятся сны?» – Задал он первый вопрос. Этот вопрос был настолько неожиданным для неё, что она никак не могла придумать, что ответить, и, упорно стала вспоминать, что ей снилось в последнее время.

После продолжительной паузы, она всё-таки очень неуверенно ответила: «Да, снятся и довольно часто».

И здесь он понял, что нашёл зацепку и сразу перешёл в наступление.

«А в последнее время, вам не снилось, случайно, чего-нибудь такого, не совсем обычного, такого, что вас сбило с толку или запутало?»

Здесь он сделал паузу, подбирая слова, чтобы выразить довольно сложную мысль. Затем он попытался её выразить.

«И, самое главное, вы никак до сих пор не можете понять, что же всё-таки вам тогда приснилось, хотя вспомнить сон почти не можете, так только, отдельные фрагменты».

Он, наверно, никогда в своей жизни не произносил такой запутанной, такой нелепой фразы не только перед женщиной, но ни перед кем вообще. И он посчитал, что после этих абсолютно бестолковых, как ему казалось слов, женщина живо отправит его на место, да ещё скажет при этом что-нибудь колкое вроде:

«Вы что, меня за дурочку принимаете? На себя сначала посмотрите. Не пора ли вам уже давно обратиться к психиатру с вашими подозрительными снами?»

Но после его слов, произошло, казалось, неожиданное. Женщина как-то очень заинтересованно взглянула ему в глаза и не торопясь, с остановками (видимо, это ей нелегко давалось) начала говорить:

«Вы, знаете. Я вас, честно говоря, обманула. Мне вообще сны не часто снятся, да и что снится, я никогда не запоминаю, да и не ставлю себе такой цели. Но недели две назад (он сразу вздрогнул) мне приснилось что-то такое необычное, и это «необычное» настолько сильно заинтересовало меня, что я до сих пор не могу успокоиться. Мне показалось (здесь она сделала небольшую паузу), что и вы присутствовали в этом сне (он сразу покраснел), но не в своём обычном виде, а совсем в другом, то есть вы были кем-то совершенно другим, хотя и я, конечно, тоже была совсем не такой, какая есть на самом деле».

Здесь женщина внезапно замолчала, и он, воспользовавшись этой её заминкой, сразу спросил:

«А вы не помните, хотя бы приблизительно, хотя бы чуточку, кем был я, и кем были вы, и что, хотя бы в общих чертах, с нами происходило?»

Женщина смущённо ответила (всё лицо её залилось краской, что его очень удивило):

«Вы знаете, мне кажется, что мы с вами были совсем не взрослыми, а детьми, но не маленькими детьми, а, наверно, подростками. Мы как будто от кого спасались, или кто-то из нас спасался. Или, скорее наоборот, один из нас пытался спасти другого, но получилось у него или нет, этого я не помню. А, затем, мы всё куда-то бежали, но вот кто нас преследовал, я совершенно не поняла. И ещё. В том месте, в котором это всё происходило, было много каких-то непонятных людей».

Здесь она замолчала, напрягая память, но затем, как-то совсем неуверенно проговорила:

«Там вообще, люди были какие-то странные, нелепые и даже страшные. Но вот удалось ли мне, – здесь она быстро поправилась, – вернее, нам, спастись от этих людей, этого я совершенно не помню, хотя я не знаю, зачем, вообще, мы должны были от них спасаться. Всё так запутано, всё так необъяснимо, в общем, я ничего, так, и не рассказала вам толком. Но вы, пожалуйста, не обижайтесь, я такая глупая, сама не знаю, зачем всю эту ерунду начала вам рассказывать? Теперь вы меня точно за дурочку примете».

Чем больше вслушивался он в рассказ этой, в общем-то, малознакомой женщины, тем больше волнение охватывало его, а, затем, совершенно некстати, его начал бить озноб. Он мысленно уже всё проанализировал:

«Снились нам ОЧЕНЬ похожие сны в одну и ту же ночь. Я – подросток, который влип в какую-то непонятную историю, и которого просто необходимо спасти. Эта девушка предполагает, что она кого-то спасала или же мы с ней спасались вместе. Окружение и вокруг меня и вокруг неё довольно странное. Объяснить, что это вообще за окружение ни она, ни я, не можем. Выходит, мы или убегаем от этого самого окружения, либо окружение не даёт нам никакой возможности убежать».

И он решил рассказать этой женщине то, что он видел очень похожий сон именно в то же самое время, в которое видела свой сон и она сама. Он объяснил ей, что «тоже представлял себя (или ему казалось), бедным подростком, с которым случилось что-то из ряда вон выходящее. Затем у него было ощущение, что он погибает, или, почти, погибает. И в этот самый момент его кто-то попытался спасти, но спасли его или нет, это он уже не помнит, потому что абсолютно всё вокруг него обволок плотный туман».

Он замолчал, и они стояли и смотрели друг другу прямо в глаза, словно пытаясь разглядеть в них, знакомые до боли черты. Они не заметили, что танцы давно закончились, музыка прекратилась, все уселись за свои столики и смотрят на них, стоящих посреди пустой танцевальной площадки с некоторым недоумением, если не сказать больше.

Некоторые сотрудники стали шептаться с ехидными улыбочками на довольных сытых лицах. Другие смотрели с огромным удивлением, третьи в недоумении качали головами. На лицах некоторых можно было ясно прочитать: «И не стыдно ведь. При всём честном народе он ей объясняется в любви (о чём же наши люди ещё могут подумать?). Пользуется, что мужа среди гостей нет. А она, дурочка, уши развесила, и слушает его комплименты».

Наконец, они опомнились. С глубоким недоумением посмотрели вокруг, и сразу оба догадались, в каком нелепом положении оказались. Он проводил её к столику и галантно усадил на её законное место, а сам сел за свой столик. Но он и она прекрасно понимали, что им просто необходимо продолжить обсуждать поднятую ими тему. Но как это сделать тактично и незаметно? Случайность помогла им.

Сидящая за её столиком одна из женщин не могла долго задерживаться на вечеринке, в связи с тем, что ей необходимо было срочно бежать за своим маленьким ребёнком в детский садик. Поэтому, она, буквально, через несколько минут после того, как ОНИ уселись на свои места, поднялась и, извинившись перед коллегами за то, что так рано их покидает, ушла с вечеринки. Место около той самой женщины освободилось.

Он недолго размышлял, как ему поступить. Буквально, через три минуты, он оказался около ЕЁ столика и попросил разрешения у сидящих за ним, присесть на освободившееся место. За столиком, кроме НЕЁ, сидели ещё мужчина и женщина. Они с явным недоумением посмотрели сначала на НЕЁ, затем на НЕГО, но всё же с нескрываемым неудовольствием разрешили ему присесть на освободившееся место.

Они прекрасно понимали, что при свидетелях не смогут открыто продолжить обсуждение их странных снов, которые совпадали в главном. Поэтому, когда снова загремела музыка, он сразу пригласил ЕЁ на танец. Теперь уже все коллеги смотрели на них не только с явным неудовольствием, но и с явным осуждением.

Но они, казалось, не обращали ни на кого внимания. Они полностью переключились на их такие странные, непонятные, но такие любопытные сны. ОН спросил её:

«А не могли мы с вами раньше где-то встречаться, может быть, даже, в далёком детстве?»

ОНА чуть улыбнулась, видимо, посчитав его вопрос слишком наивным, и не спеша ответила:

«Нет, не могли. Я родом совсем не из этих мест, а приехала сюда уже после того, как вышла замуж всего три года назад. А вы откуда родом?»

«А я вот, как раз, родом из этого самого города. Правда, почти всё раннее детство провёл у бабки в деревне. Мои родители развелись, когда мне всего три года было, вот моя мать и отправила меня сразу после развода родителей в деревню, к своей матери, а забрала меня оттуда почти перед самой школой, когда мне шёл уже седьмой год. А теперь расскажите о себе и, тогда, может быть, мы найдём кое-какие точки соприкосновения наших с вами снов».

Спрашивая её о семье, он даже представить не мог, какую боль причиняет этой женщине. Дело в том, что её муж, сразу после свадьбы, когда они переехали из маленького посёлка в этот город и поселились в общежитии, стал часто пить, играть в карты, проигрывая всю её зарплату (сам он нигде не работал) и, наконец, стал избивать её. После очередных сильных побоев, она не выдержала и заявила на него.

На суде он рыдал, клялся, божился, что делал это по-пьяни, что никогда себе больше этого не позволит. Она простила его. Но на суде выяснились ещё кое-какие его грехи, связанные с азартными играми, с воровством, которым, оказывается, он часто занимался. Но суд, учтя его раскаяние, ограничился тремя годами лишения свободы в колонии строгого режима.

И вот всего месяц назад её муж вышел на свободу. Многие сотрудники знали об этом и удивлялись, как недавний уголовник мог запросто отпустить жену на вечеринку. Но об этом знали далеко не все, потому что отделов в том учреждении было достаточно много. К тому же, она старалась тщательно скрывать свою жизнь перед коллегами, и, поэтому, он никакого понятия не имел о её печальной судьбе.

На его вопрос, она, как-то дико, озираясь кругом, ответила почти шёпотом:

«Очень прошу вас, не задавайте мне подобные вопросы».

«Хорошо, не буду», – очень просто и чуточку смущённо ответил он.

Но на самом деле всё было гораздо сложнее. Не случайно некоторые сотрудники, которые хорошо знали историю её жизни, с подозрением и даже некоторой боязнью наблюдали их довольно тесные контакты. Они прекрасно понимали, что этот мужчина может нарваться на крупную неприятность. Они понимали, что если муж случайно (или, не случайно) узнает, о его ухаживаниях, то дело может закончиться настоящей трагедией. И они не ошиблись, хотя он, конечно, ничего не подозревал.

В их коллективе нашёлся стукач, тоже замешанный в нехороших делах, правда, избежавший тюрьмы по причине дачи крупной взятки должностному лицу. Он был верным осведомителем её мужа. К тому же ему очень хотелось испортить настроение её благоверному, потому что в своё время её благоверный смухлевал во время карточной игры и обманом выудил у этого человека крупную денежную сумму.

Поэтому, этот человек, не теряя времени, набрал номер сотового телефона мужа этой женщины, отошёл в коридор и тихонько дал мужу «дельный» совет:

«Твоя тут, закрутила, с одним идиотом, хихикает всё с ним, «глазки» ему строит. Влюбилась, поди, а ты дома сидишь и ничего не подозреваешь, как жена при всех сотрудниках открыто тебе изменяет».

Это был чистой воды обман – никакие «глазки» она ему не строила. Но, тем не менее, «друг» мужа моментально разработал план мщения ревнивого мужа. Он посоветовал мужу:

«Я считаю, пока приходить в ресторан не надо, необходимо выждать время. Постепенно все или большинство сотрудников разойдётся. Он, я в этом не сомневаюсь, отправиться провожать твою ненаглядную. Как тебе известно, здесь, недалеко от ресторана, находится небольшой парк с довольно густыми рощами. На улице к тому времени будет полная темнота. Народу, я думаю, там тоже к тому времени быть не должно. Но вот случайных прохожих, которые всё же могут появиться, я могу под благовидным предлогом быстро увести. Мужик он хиленький. Ты, я уверен, с ним без труда справишься. Но всё же, пока есть ещё время, свяжись с кем-нибудь для подстраховки. Всё-таки лучше, если вас будет двое. Ну, в общем, жди моего звонка и тщательно ПОДГОТОВЬСЯ».

«Друг» её мужа не ошибся. Сотрудники постепенно расходились, на улице быстро темнело, так как стояла уже осенняя пора. Вскоре опустел столик, за которым они сидели, а ещё через некоторое время последние сотрудники уже покидали гостеприимный зал. На улице стояла полнейшая темнота, пошёл уже двенадцатый час ночи.

Когда они остались вдвоём за столиком, то сразу же заговорили о том необычном сне, но к единому мнению прийти так и не смогли. Она почему-то считала, что это простое совпадение, он же видел в этом нечто большее.

«Ну и что, по-вашему, это может быть?» – Спросила ОНА его с нескрываемым любопытством.

Он, стараясь чётко подбирать слова и выражения, высказал своё мнение. К этому мнению, он пришёл ещё несколько дней назад, и считал его близким к истине. Он сказал женщине:

«Видимо, мы с вами встречались в прошлой жизни. И тогда, когда я был подростком, может быть, даже, вы пытались спасти меня. Правда, я понятия не имею, чем это могло закончиться».

«А вы разве верите в прошлые жизни и тем более в то, что именно НАМ С ВАМИ посчастливилось там, в одной из прошлых жизней встретиться?»

Всё это она произнесла с улыбкой, потому что у неё не вызывало никаких сомнений, что прошлых жизней не существует.

Он старательно ответил ей:

«Я так не считаю. Прошлые жизни вполне могут быть. И наш общий сон (он решил выразиться именно так), как раз есть этому неплохое доказательство. Ведь сами подумайте, сколько интересных совпадений в этом сне. Да ещё и приснился нам с вами очень похожий сон одновременно. Это же так любопытно?»

Тогда она ответила ему:

«То, что это любопытно, я абсолютно с вами согласна. Но мы всё-таки видели не один и тот же сон. Да, в наших снах есть кое-какие совпадения, но это ничего не доказывает».

Тогда он возразил ей:

«Мы и не могли с вами видеть общий сон, который совпадал бы во всех деталях, во всех мелочах. Я видел сон как бы от себя, что происходило со мной. Вы же видели те же самые события, с точки зрения вашего их восприятия. Но если соединить эти обе половинки, то получается, я уверен в этом, довольно стройная картинка. Да, да, именно картинка, в которой нарисован один и тот рисунок».

Здесь женщина снова улыбнулась:

«Ну, если вы так считаете, то я не буду вас разубеждать, но сама останусь при своём мнении. Я по-прежнему считаю, что отдельные детали совпали случайно, и мы видели с вами совершенно разные сны».

Когда женщина произнесла эту фразу, к ним подошёл один из официантов и предупредил, что через пять минут ресторан закрывается, и он убедительно просит как можно быстрее покинуть помещение.

Они оглянулись вокруг и увидели, как последняя группа их коллег покидает ресторан. Поэтому, им ничего не оставалось делать, кроме того, чтобы быстро собраться и выйти из ресторана на ночную прохладную улицу.

Стояла почти полночь. На улице, действительно, было очень прохладно, к тому же ни луны, ни звёзд на небе не было, они были скрыты сплошными тучами, поэтому, когда они немного отошли от светящихся окон ресторана, то сразу оказались в кромешной темноте. Он предложил ей:

«Я вас провожу, вы в какой стороне живёте? Если далеко, то мы можем заказать такси, я заплачу».

Он сразу подумал, что про плату зря сказал, она подумает, что он хвастается своим бескорыстием.

«Нет, я живу довольно близко, – сразу ответила она, – если идти быстро через парк, то за пятнадцать минут я спокойно доберусь до дома, так что провожать меня не надо, да и такси вызывать тем более не стоит».

«Нет, нет, – уверенно сказал он, – я, как мужчина, просто обязан вас проводить. Как же вы одна-то пойдёте?»

«Ну, хорошо, – произнесла она тихим уставшим голосом, – вы меня проводите, только не до самого дома. Мы с вами перейдём через парк и дальше вместе пройдём ещё один квартал. Оттуда до моего жилища останется пройти всего два небольших дома. Это расстояние я пройду сама, без вашей помощи. Там ходу не больше трёх минут, согласны?»

«Согласен», – как-то вяло проговорил он и хотел взять её под руку, но она сразу отстранилась. Он не стал настаивать, и они пошли довольно быстро по направлению к парку.

За пять минут до этого, когда они ещё только собирались покинуть ресторан, осведомитель набрал сотовый номер мужа этой женщины.

«Через несколько минут они выходят. Ты должен поторопиться, чтобы встретить их ещё тогда, когда они будут пересекать парк. Уже выходишь вместе с Коляном? Ну, вот и прекрасно. Я буду стоять на стрёме и следить, чтобы случайно не появился какой-нибудь запоздалый прохожий, или, не дай Бог, конечно, ночной наряд полиции. И самое главное: я сразу, как вы появитесь, возьму под руку твою жену и быстро уведу её из парка и провожу к вашему дому. Согласен? Ну, вот и прекрасно. Вам с Коляном советую увести этого наглого типа подальше в лесную парковую зону, а там делайте с ним, что хотите. Твоя жена ничего не узнает. Это я тебе гарантирую. Я её моментально уведу».

Они подошли к парку, но и в парке свет был очень тусклый, так как горело всего несколько слабеньких фонарей. По парку, по его расчётам им идти минут семь, если они не будут сбавлять заданного темпа.

Вот они уже почти на середине. Здесь он почувствовал, что его напарница, почему-то стала сильно нервничать, а затем, неожиданно резко остановилась и уверенно произнесла:

«Товарищ, меня больше не стоит провожать. Идите домой, я прекрасно знаю, что вам в другую сторону».

Это ЕЁ фраза шокировала его. ОН откровенно растерялся и не знал, как ему поступить. Но он понимал, что бросить женщину одну в ночном парке не имеет никакого права. Но вот только что-то в ЕЁ словах показалось ему не то предупреждением, не то какой-то боязнью за него. «Тогда тем более, я не должен ничего бояться и идти уверенно, провожая свою даму».

Ей же он твёрдо сказал:

«Не брошу я вас здесь одну. За кого вы меня принимаете? За труса что ли, никогда им не был и не буду».

Но не успел он закончить эту фразу, как где-то сбоку, в кустах услышал зловещий голос: «Не был, говоришь, никогда трусом? Вот это мы сейчас и проверим».

Он резко взглянул в том направлении, откуда раздался этот, поистине, угрожающий голос, и увидел, как из кустов, которые росли прямо напротив, вышли двое мужчин, примерно одного с ним возраста.

В это время он увидел, как женщину, с которой он шёл, кто-то резко взял под руку и очень быстро уводит её. Он не смог в темноте разобрать человека, так быстро уводящего женщину, но что-то знакомое показалось ему в его фигуре и манерах. Но теперь ему было уже не до воспоминаний.

Двое мужчин, вышедшие из кустов, которых он видел впервые, быстро и грубо схватили его под руки и поволокли через довольно густые кусты в сосновую рощу, где росло множество деревьев и кустарников.

Они, буквально протащили его на значительное расстояние от парковой аллеи. Один из них, крепкий мужчина среднего роста, в тёплой, кажется, тёмной куртке и в довольно широких брюках, с кепкой на голове, резко схватил его за ворот пиджака и, грубо приблизив его лицо к своему, зловещим голосом прошептал:

«Значит, жена моя тебе понравилась? Вполне одобряю, красивая она, потому на ней и женился. Только вот, понимаешь, нехорошо, очень нехорошо так поступать. Чужих-то жён отбивать, заигрывать с ними, соблазнять. За энто дело, знаешь, что полагается?»

От волнения и испуга он не мог вымолвить ни слова. Он был очень сильно растерян, поэтому понятия не имел, как ему поступить в сложившейся ситуации. Но всё же ему с огромным трудом удалось пересилить себя. Набравшись храбрости, он смог сказать:

«Это неправда. Ничьих жён я не отбивал. Мы с этой женщиной просто обсуждали наши сны».

Он даже не представлял, как нелепо выглядит его объяснение для этого уголовника (хотя, он не знал, что мужчина, стоящий перед ним – уголовник).

Мужчина был настолько потрясён этими его словами, что даже не понял их смысл. Он ожидал, какого угодно оправдания, только не такого глупейшего. Он даже в первый момент немного растерялся, но затем, ехидно произнёс:

«А, что, интересные сны, правда? Эротические, наверно? Их приятно смотреть. Но вот теперь ты за них и расплатишься по полной программе. Так что, готовься, дружок, сейчас тебе будет очень больно. Но орать ты не будешь, потому что не успеешь».

И в этот самый момент он увидел в руках у мужчины острый нож, и только тогда до него окончательно дошло, что дело принимает серьёзный оборот. Он всё-таки сделал отчаянную попытку остановить мужчину, но понял, что все его действия бесполезны. Тем более, что сзади первого, стоял второй, видимо его товарищ, который явно поддерживал действия первого.

Что же ему оставалось делать? Кричать, звать кого-то на помощь? Во-первых, он не успеет, а во-вторых, кто его может спасти в такую темень?

Но всё-таки, он приготовился к отпору и сжал кулаки. Он их сжал точно так же, как боксёр на ринге, и можно было подумать, что двое мужчин, ночью, в тёмной роще, решили выяснять отношения в честном бою, как это делают настоящие боксёры. А третий мужчина был их секундантом.

Его нелепая боксёрская стойка вызвала злобный смех противника. Но противник пока не нападал на него открыто, видимо, он чего-то выжидал.

Он видел перед собой налитые кровью глаза своего ненавистного врага, поэтому, всё внимание, сосредоточил именно на нём. Он настолько сосредоточил на нём внимание, что совершенно забыл о втором человеке, который ещё совсем недавно, стоял рядом с первым. Это была его непростительная ошибка. А, может, он просто рассчитывал на честный бой – один на один, ведь он всё-таки был благородный человек. Но его противники вовсе не были благородными людьми. Они, наоборот, не собирались рисковать и действовали наверняка.

Поэтому, он даже и представить не мог, что в это время второй мужчина, напарник первого, осторожно обходит его сзади. Он услышал позади себя шорох сучьев слишком поздно, он даже оглянуться не успел, как сильные руки со всей мощью, крепкими клещами обвили его довольно мягкое тело и сдавили так, что ему трудно стало дышать.

А дальше он успел почувствовать резкую боль в районе груди (это первый мужчина – муж той женщины, нанёс ему удар ножом), и даже успел понять, что падает на мягкую листву, но дальше уже ничего не чувствовал, потому что потерял сознание.

Глава 2

Это было очень давно, около трёх тысяч лет тому назад. Сначала жители довольно большой территории, расположенной на берегу тёплого моря, жили родовыми общинами, но к тому времени родовых общин уже не было, а появились общины, которые объединяли не только родственников, но и, например, соседей. Постепенно каждая соседская община возвела для себя отдельный город. Таким образом, постепенно, на этой довольно тёплой территории, появилось множество городских соседских общин. Иначе говоря, каждая соседская община теперь проживала в отдельном городе, который считала своим маленьким государством.

Городом – государством, о котором мы хотим рассказать, правили мудрые, справедливые, но довольно жестокие правители. Простой народ этой страны, обязан был трудиться с утра до позднего вечера. За любой, даже малейший проступок следовало жестокое наказание – надсмотрщики, которые подчинялись администрации и правителю этого города, секли кнутом провинившегося до потери сознания. Учёные-Жрецы помогали правителям держать народ в повиновении.

У правителей этой страны было огромное войско, с помощью которого, они совершали грабительские походы в другие страны. Но правители имели изысканный вкус. Например, их постоянно развлекали умелые музыканты. Искусные архитекторы возводили многоступенчатые башни, каждый этаж которых был выкрашен в особый цвет.

Такие башни имелись в каждом городе – маленьком государстве и были посвящены главному богу – покровителю этого города. Город – государство, о котором мы вам рассказываем, имел своим покровителем Великого лучезарного Бога Солнца – Шамаша.

На самый верх подобных башен имели право подниматься только Жрецы. Простые люди верили, что, поднявшись на вершину башни, Жрецы беседуют с Великими Богами.

Учёные Жрецы занимались многими науками, в том числе и математикой, считая число шестьдесят – священным числом.

Но в этой стране совсем не росли деревья, там не было гор, строительного камня и леса. Поэтому абсолютно всё – дворцы, храмы, жилые дома, строили из больших глиняных кирпичей. Кирпичи не обжигали, а просто сушили на солнце. Как известно, необожжённый кирпич легко крошится. Поэтому городские стены делали из множества рядов подобных глиняных кирпичей.

Но драгоценную древесину необходимо было где-то добывать. Для этого снаряжали специальные экспедиции к далёким северным горам. Такие экспедиции были долгими, трудными и опасными. Поэтому дети и подростки в них участия не принимали. Но, однажды, было сделано исключение.

У одного мальчика рано умерли родители, оставив его круглой сиротой. У этого мальчика, которого звали Адрахас, был богатый дядя. Готовилась очередная экспедиция в горы за необходимой древесиной. Руководителем экспедиции правитель города назначил дядю мальчика – богатого вельможу, но в то же время умного и смелого воина, которого звали Утултар.

Так как оставить мальчика, которому в это время было всего одиннадцать лет, было не с кем, то дядя уговорил правителя города взять смышлёного мальчугана в экспедицию. Правителю, собственно, было всё равно, поэтому он дал такое разрешение. Только перед отправлением экспедиции он предостерёг вызванного к нему для беседы, мальчика:

«Смотри, если станешь обузой в пути, я разрешаю тебя убить. Так что старайся и помогай».

Это было грозное предупреждение, и мальчик Адрахас сначала сильно испугался, но дядя успокоил его:

«Ничего, поедешь на телеге, меньше будешь уставать».

Много дней длилось это путешествие. Днём ехали на телегах, ночью разбивали лагерь, разводили костёр, выставляли охрану. Дядя, руководитель экспедиции был немногословен и редко разговаривал с племянником.

Наконец, вдали показались долгожданные горы. Приблизившись к ним, путешественники убедились, что у подножия гор и на их склонах растёт множество разнообразных деревьев, среди которых выделялись различного вида сосны.

Так получилось, что они подъехали к подножию гор вечером, поэтому решили сначала хорошо отдохнуть, выспаться, а на следующий день с утра приступить к тяжёлой работе. Им необходимо было срубить огромное количество деревьев, освободить их от листьев и погрузить на множество дополнительных привязанных друг к другу телег, которые они везли за собой.

Когда члены экспедиции готовили пищу на костре, они неожиданно увидели, что к ним приближаются какие-то подозрительные люди. Дядя Адрахаса моментально сосчитал их. Оказалось, что к ним подходят двенадцать человек, их же было шестнадцать (не считая Адрахаса и трёх женщин).

Когда люди приблизились, руководитель экспедиции, по их внешнему облику и одежде, сразу понял, что это люди соседнего с ними племени и принадлежат к близкому им народу. Это его немного успокоило.

Действительно, эти люди были такими же, как и они смуглыми, с курчавыми или волнистыми волосами, с выпуклыми или прямыми носами и с довольно большими и широкими бородами, которые как бы делились на несколько ярусов. Интересно, что нижняя часть большинства бород была заплетена в косички. Париков, покрашенных волос, каких-либо богатых украшений начальник отряда на этих людях не увидел, поэтому он сразу решил, что к знатным и богатым людям они не принадлежат, что ещё больше придало ему уверенности в том, что это не враги.

Одежда ещё больше подтвердила его предположения. Все встреченные были мужчинами, одетыми в «канди», так называлась рубашка с коротким рукавом. Сама рубашка была тоже довольно короткая. Начальник отряда прекрасно знал, что чем богаче человек, тем длиннее его одежда. Понятно, что в короткой одежде гораздо легче работать. Никакого верхнего платья, пурпурной бахромы на одежде, которую разрешено носить лишь вельможам или царским придворным, на встреченных людях не было. Всё это, ещё раз доказывало, что им встретились не богатые и не знатные особы, а простые скромные труженики.

«Скорее всего, – подумал начальник отряда, которого, как помнит читатель, звали Утултар, – это такие же люди, как и мы, которых правители отправили к далёким горам за драгоценной древесиной».

Но всё же какое-то смутное подозрение зародилось в мыслях Утултара, когда он взглянул на слишком строгие, даже зверские лица, встреченных ими людей. Но он постарался быстро отвести от себя все эти подозрения.

«Эти люди, как и мы, прошагали и проехали (хотя, повозок, он, почему-то не увидел) огромное расстояние и очень устали. Скорее всего, им дали слишком короткий срок, чтобы исполнить приказ и доставить дерево в их поселения. Поэтому, естественно, здесь не до веселья и не до смеха. Они просто выбились из сил».

Утултар пригласил встреченных людей присесть к костру и поесть вместе, но незнакомцы отказались, причём сделали это в довольно грубой форме, что очень удивило Утултара, Адрахаса и остальных.

«Некогда нам с вами здесь рассиживать, у нас срочные дела», – довольно неприветливо ответил коренастый человек, видимо, руководитель группы.

Язык этих людей, фактически, не отличался, от языка наших героев. Замечалось лишь небольшое отличие, связанное с использованием встреченными людьми, их местного диалекта.

Незнакомые мужчины, не задерживаясь, прошли мимо и направились в сторону гор. Вскоре они исчезли из вида. Тогда Утултар моментально сделал распоряжение, высказав при этом своё мнение.

«Сегодня ночью необходимо расставить дополнительные караулы. Хотя, я прекрасно вижу – это люди из соседнего племени. Их одежда, внешность, и их язык прекрасно подтверждают это. Но всё же, я считаю, что дополнительные меры предосторожности предпринять не помешает. Тем более, что встреча наша прошла далеко не гостеприимно».

Дополнительные караулы были выставлены. Поздним вечером все улеглись спать. Некоторые спали в телегах (например, трое женщин и Адрахас), другие, подстелив под себя довольно много густой травы и всякой одежды, улеглись прямо на земле.

Ночью Адрахас неожиданно проснулся. Он удивился этому обстоятельству, потому что, как правило, всегда спал крепко и почти никогда не просыпался. Он проснулся и решил сходить по малой нужде поближе к горам. Кроме того, смутное подозрение, заставило сильнее биться его пылкое сердце.

Он встал и сразу увидел, что ближайший от него караульный крепко спит на своём посту и подумал:

«Здорово же ты нас охраняешь. А если остальные караульные также дремлют на своих местах, то, выходит, мы вообще находимся без всякой охраны. Надо бы посмотреть другие посты тоже, но это на обратном пути. Сейчас я пройду немного поближе к горам и быстренько сделаю своё маленькое естественное дело, а потом уж решу, стоит мне проверять караулы или нет?»

Он машинально прошёл довольно значительное расстояние по направлению к горам, но внезапно остановился и подумал:

«Зачем я зашёл так далеко? Для моего дела достаточно было только чуточку отойти от спящего лагеря. А я вон куда упёрся, чуть ли не до самых гор, зачем я это сделал, вот глупышка».

Он посмотрел вперёд и увидел, что совсем рядом растёт довольно плотный кустарник, а за ним высокие деревья, примыкающие к самым горам.

«Ну, уж ладно, всё-таки такое дело лучше проделать в кустах, чем на открытом месте», – подумал подросток, – столько прошагал, неужели ещё немного не пройду?»

И Адрахас быстрым шагом направился по направлению кустарника и через короткое время зашёл в него. Кустарник полностью скрыл мальчишку. Он быстро сделал своё дело и уже собирался выходить из кустарника, чтобы направиться обратно в свой лагерь, как вдруг, совершенно не ожидая этого, услышал негромкие голоса, которые раздавались совсем рядом, на другой стороне того кустарника, в котором он находился. По тембру голоса мальчик сразу определил, что это разговаривают те самые люди, которые встретились им сегодня и которые ему сразу не понравились своим пренебрежительным отношением к его землякам.

Некоторых из этих людей он мог хорошо видеть, осторожно раздвинув кусты. Мальчик невольно начал прислушиваться к их, как ему показалось, подозрительному разговору и то, что он услышал, потрясло его.

«Эти люди, которые встретились нам, видимо имеют золото, серебро и множество драгоценных вещей, – говорил тот самый коренастый человек, предводитель отряда, – конечно, они их тщательно скрывают в своих обозах и умело прячут от посторонних глаз. Их шестнадцать, то есть немногим больше, чем нас. Сейчас они там все спокойно дрыхнут, без задних ног, видимо, устали с дороги. Я послал разведчиков, и они мне доложили, что дозорные тоже крепко спят, так что их лагерь, фактически, находится без охраны».

«Ты хочешь предложить напасть на них, но как мы должны действовать, дай нам полные указания. Мы должны убивать всех подряд, даже женщин и ребёнка, или кого-то всё-таки оставить и захватить в плен?»

Это спросил один из бандитов (теперь Адрахас понял, что это самые настоящие бандиты). Последовал немедленный ответ:

«Убивать всех подряд, никого не жалеть. И действовать чётко и быстро, чтобы никого не упустить. Ты и ты (он ткнул пальцем в двух стоящих рядом с ним бандитов) должны пробраться на тот обоз, где находится их руководитель. Вы обязаны очень быстро ликвидировать его, и всех тех, кто окажется в этом обозе. То есть на вас возлагается самая ответственная задача».

«Ясно, командир, – ответил один из этих двух головорезов, – за нас не беспокойся, выполним всё быстро и чётко».

«Остальные быстро ликвидируют тех, кто спит на остальных обозах, в том числе, женщин и мальчишку», – дал чёткое указание предводитель.

Здесь задал вопрос руководителю отряда пожилой бандюга, стоящий чуть подальше от остальных:

«Но многие из них спят не в обозах, а на земле, плотно укутанные в мешки, да ещё скрытые в траве. Мы можем не заметить и пропустить их. Тогда они могут неожиданно вскочить и нанести нам значительный урон. Что мы должны делать, чтобы не упустить ни одного из этих мерзавцев?»

Главарь банды ненадолго задумался, а затем поручил троим самым зорким и ловким воинам взять на себя такую довольно сложную работу – убить всех лежащих на земле, укрытых мешками и всяким тряпьём. Это задача была очень нелёгкой, потому что не исключался тот факт, что кто-то вообще устроился спать под телегой. Поэтому, под всеми телегами, они тоже должны были успеть пролезть за достаточно короткий промежуток времени.

Адрахас очень хорошо умел считать (этому обучил его богатый дядя), поэтому он быстро прикинул:

«Двое ликвидируют руководителей отряда на главной телеге. Ещё трое ликвидируют лежащих на земле и под телегами. Остаётся вместе с руководителем семь человек. Это не так много, потому что телег, на которых спят люди, по его подсчётам, не считая телеги руководителя, не менее семи. Так что всё у них получается, фактически, впритык и действовать они должны не просто быстро, а молниеносно, иначе им окажут такое сопротивление, от которого никому из них не поздоровиться. А если ещё учесть, что и женщины тоже здорово умеют сражаться, то тогда тем более», – с гордостью подумал Адрахас.

Но здесь он как бы очнулся и услышал самый страшный вопрос, обращённый к главарю банды:

«Когда прикажете приступать к ликвидации этих мерзавцев, господин?»

«Почему, они нас постоянно называет мерзавцами? – Мысленно задал себе вопрос Адрахас, – что такое плохое мы натворили? По-моему этим сумасшедшим людям мы не причинили ни малейшего вреда, а, как раз, наоборот, по-дружески пригласили их на свой ужин. Мы их не оскорбляли, не обижали, за что же они хотят убить нас?»

Здесь Адрахас вспомнил, что главный бандит говорил о каких-то драгоценностях, якобы, которые они везут с собой. И, как считает главарь шайки, у них этих драгоценностей великое множество. Тогда мальчик сразу подумал:

«Неужели по нашему виду непонятно, что мы не богатые люди, и никаких драгоценностей и ценных вещей у нас, практически, нет. Так что, и грабить у нас, фактически, нечего. Разве они этого не понимают?»

Но в это время он услышал чёткий ответ главаря банды на поставленный вопрос:

«Начнём ликвидацию этих мерзавцев сейчас же. Единственное и самое важное, прикиньте и чётко рассчитайте свои быстрые действия. Поймите, малейшее промедление, может стоить нам жизни. К тому же и к спящему лагерю необходимо подобраться очень тихо, незаметно, так осторожно, чтобы случайно себя не обнаружить».

Здесь Адрахас понял, что ему необходимо срочно начинать действовать. Но бежать, когда вокруг почти сплошная темнота ни в коем случае нельзя. Если он побежит, то его быстрый бег сразу зафиксируют их злейшие враги. Под ногами валяются различные ветки, сучки, мелкие камешки и довольно большие камни. Если он быстро побежит, то всё это в полнейшей ночной тишине захрустит под его ногами, к тому же он может просто споткнуться о большой камень и поднять, вообще, огромный шум.

Поэтому он решил, сначала крадучись, очень осторожно отойти от кустарника на значительное расстояние, а затем, когда до лагеря останется не слишком далеко, пуститься бежать во весь опор.

И он тихонько стал отходить от кустарника. Медленно, но верно он отходил от него всё дальше и дальше. Здесь ещё одно сомнение проникло в его душу – получится ли у него в темноте выйти точно к лагерю, не промахнётся ли он на своём опасном пути? Если он выйдет не к самому лагерю, а на значительном расстоянии от него, то он просто может не успеть предупредить своих земляков о грозящей им смертельной опасности.

Поэтому, он продолжал идти очень осторожно, но внимательно вглядывался вперёд. Кое-где он заметил свои собственные следы, оставленные на вязкой земле тогда, когда он ещё только приближался к кустарнику.

Внезапно Адрахас услышал далеко за спиной негромкий разговор и небольшую возню. Кроме того, сразу с небольшим шумом зашевелились кусты. Мальчик понял, что бандиты двинулись через кусты и уже находятся примерно на том же месте, где он совсем недавно случайно подслушал их разговор.

Поэтому он решил больше не терять времени и быстро побежал в сторону лагеря. Он бежал так, как позволяли ему его детские силы. Но вот он уже пробежал значительное, как ему показалось расстояние, а лагеря пока нигде не было видно. Это очень сильно насторожило и даже встревожило его.

«Неужели я сбился с пути? Как же так? Этого не должно было случиться», – подумал Адрахас с испугом. Но в этот самый момент он услышал окрик первого дозорного: «Стой! Кто это там бежит? Сейчас же остановитесь и подойдите спокойно».

Все подозрения сразу отпали, и он быстро подошёл к дозорному, который охранял лагерь с этой стороны и по счастливой случайности не спал, а был начеку. Но ведь когда Адрахас покидал лагерь в этом же примерно месте, его никто не окликнул, значит, по всему выходило, что в то время дозорный крепко спал. Да и разведчики бандитов доложили своему предводителю, что все дозорные благополучно дрыхнут. «Выходит, – подумал Адрахас, – этот дозорный, скорее всего, уже просто выспался, или я его разбудил своим небольшим шумом».

Адрахас быстро сказал дозорному;

«Срочно поднимайте тревогу. К нашему лагерю приближается бандитский отряд, который очень скоро окажется здесь. Намерения у бандитов самые страшные. Они хотят всех убить, пока мы спим. А после этого хотят захватить всё наше имущество».

«А ты не ошибся, мальчик?» – Засомневался дозорный, но Адрахас грубо перебил его:

«Как вы не понимаете? Необходимо как можно быстрее приводить лагерь в боевую готовность. На нас сейчас нападут те самые люди, которых мы вчера встретили здесь, около гор. Это – обыкновенные бандиты, которые убивают всех подряд».

Видя сомнения дозорного (видимо, он боялся поднять ложную тревогу), Адрахас сам бросился в лагерь и закричал во весь свой голос:

«Вставайте, берите в руки оружие! К нам приближаются враги, которые хотят застать нас врасплох! Берите как можно скорее ножи, пики, луки, стрелы и вылезайте с телег, поднимайтесь с земли и готовьтесь к бою!»

Он продолжал кричать, но увидел, что люди в телегах и на земле просыпаются очень медленно. Поэтому он бросился к главной телеге и быстро объяснил уже проснувшемуся дяде – командиру отряда, всю опасность складывающейся ситуации.

Тогда дядя поднял специальную сигнальную трубку и затрубил в неё. Его помощник стал сильно бить в барабаны. Это были сигналы общей тревоги, и все люди их прекрасно знали.

Теперь уже очень быстро с оружием в руках мужчины стали соскакивать со своих телег и выстраиваться в боевой порядок. Люди, спящие на земле и под телегами, тоже быстро стали вставать и, беря в руки оружие, присоединяться к остальным.

У некоторых людей в руках были острые пики, у других – короткие железные мечи – акинаки, у некоторых луки и стрелы. Почти все были надёжно защищены крепкими кожаными или железными щитами.

Итак, лагерь за очень короткое время, несмотря на тёмную ночь, был подготовлен к обороне от неожиданного нападения врагов, и заслуга в этом принадлежала только одному мальчику. Этот мальчик совершенно случайно, тайно вышел глубокой ночью из лагеря, тем самым нарушив жёсткую дисциплину, и обнаружил притаившихся совсем недалеко врагов, которые готовились внезапно напасть на лагерь и поубивать всех людей, которые находились в нём.

По всему лагерю зажгли факелы и, поэтому, стало очень хорошо видно не только сам лагерь, но и подходы к нему. И все сразу увидели людей, в основном, с короткими мечами и щитами, которые в быстром темпе приближались к лагерю. Всем сразу стало понятно, что врагам не хватило совсем немного времени, чтобы неожиданно атаковать лагерь.

Вражеский предводитель, прекрасно видя, что лагерь, который они приготовились атаковать, полностью готов к обороне, хотел дать своим воинам приказ отступать, понимая явное преимущество врага. Но страшная ярость битвы, жажда крови, ненависть к людям в лагере и, наконец, просто обида за то, что враги разгадали его коварный замысел, взыграли в нём со всей силой, и он ещё яростнее, возглавляя свой немногочисленный отряд, рванулся вперёд и первый, размахивая мечом, ворвался в лагерь противника.

Но командир бандитов почти сразу был поражён метко пущенной стрелой. Лучники открыли сплошной огонь по врагу, а стреляли они отменно. Поэтому несколько бандитов были повержены, даже не успев ворваться в лагерь. А стрелы продолжали поражать врагов, которых очень быстро осталось всего пять человек. И эти пять человек позорно бежали с огромной скоростью, спасая свои жизни. Преследовать их не стали.

Как только оставшиеся враги скрылись, руководитель экспедиции, дядя Адрахаса, велел внимательно осмотреть поверженных врагов. Он вполне резонно считал, что не все они убиты, а среди них могут быть и раненые.

Меткие стрелы поразили семерых врагов. Трое из них, в том числе и командир отряда бандитов, были мертвы. Но четверо подавали определённые признаки жизни. Опытный Жрец, он же врач внимательно их осмотрел и пришёл к выводу, что двое из них ранены, безусловно, смертельно, и очень скоро умрут. А за жизнь ещё двоих вполне можно побороться, хотя полной гарантии того, что они выживут, не было.

На следующий день мужчины начали рубить деревья, которые росли около гор, срезали с них ветви и листья, а стволы пилили и аккуратно складывали на телеги. Это была, драгоценная для всех, древесина, которой в их стране не было. Работа продолжалась с утра до вечера, потому что никому не хотелось задерживаться здесь надолго, да и обратный путь был не близкий. Тем более, что продуктов взято было с собой не так много. Решили заполнить до самого верха десять пустых телег, которые были запряжены выносливыми и сильными лошадьми.

Вскоре двое тяжелораненых бандитов скончались. Из двух оставшихся явно выздоравливал только один. Что касается второго, то скоро всем стало ясно, что он тоже не выживет. Несмотря на то, что к его ранам прикладывали специальные мази, растирали специальными маслами, давали пить лечебные настои, он увядал на глазах. Ещё через несколько дней он умер.

Тогда единственный оставшийся в живых бандит, как-то подозвал к себе Утултара – начальника отряда, и сказал ему:

«Я прекрасно понимаю, что я ваш бывший враг, но теперь вы спасли меня и я должен, чем могу помогать вам. Работать с вами у меня ещё не хватает сил, а вот дельный совет дать могу».

«Я слушаю тебя внимательно», – произнёс Утултар.

«Хорошо, я скажу тебе всё, что считаю необходимым сказать, – проговорил почти выздоровевший пленный, – вы зря отпустили тех пятерых. Наше племя расположено гораздо ближе, чем ваше. Они быстро доберутся до своих, и скажут им всё наоборот».

«Это как понять?» – Спросил удивлённый Утултар.

«Это понять очень просто, – ответил пленный, – они скажут соплеменникам, что вы специально коварным образом напали на них, что они лишь случайно спаслись, спрятавшись под горой или в овраге. Это вызовет огромный гнев и ненависть к вам моих земляков. Они быстро соберут огромный отряд и на выносливых конях прискачут сюда, чтобы расправиться с вами. Поэтому, мой тебе совет. Ты, как можно быстрее, должен увести людей отсюда на значительное расстояние, то есть переменить место сбора драгоценной древесины».

Услышав эти ужасы, Утултар с недоумением проговорил:

«Я не могу поверить, неужели ваше племя такое жестокое и поверит в детские сказки о, якобы, кровожадности нашего племени? Ведь мы с вами соседи и всегда, насколько я помню, жили в мире и согласии».

Тогда пленный объяснил:

«Да, ты прав, долгие годы мы жили мирно и не нападали друг на друга. Но год тому назад в нашем племени произошёл переворот. Прежний мудрый руководитель был жестоко убит, а власть захватил жестокий и завистливый Абди-Или, который сразу начал строить всяческие козни. Наш отряд, один из нескольких, был сформирован специально, для того, чтобы убивать людей, прибывающих из разных племён к далёким от них северным горам, чтобы добыть драгоценное дерево. Эти отряды убивают невинных людей с целью грабежа. Они даже телеги захватывают, не гнушаются ничем. Мы и вас хотели ликвидировать с целью полного ограбления».

Пленный попросил воды и, выпив её немного пересохшими губами, продолжал говорить:

«Вас спасла простая случайность. Иначе все вы были бы жестоко убиты, никого бы из вас не пощадили. Кстати, хитрый и жестокий Абди-Или постепенно готовит нападение и на ваше племя, хотя корчит из себя вашего друга. Пока он ещё не решается напасть, потому что понимает, что ваше племя – это очень сильное племя, и вы дадите ему достойный отпор. Но он постоянно увеличивает количество своего войска и настанет день, когда он нарушит все договоры и глубокой ночью, неожиданно нападёт на вас. Тогда он не пощадит никого, уничтожит, практически, всех».

«Значит, – проговорил Утултар, – ты советуешь быстро переменить место заготовки дерева?»

«Да, – произнёс пленный, – как можно скорее вы должны сменить место, уйти подальше отсюда, чтобы бандиты вас не нашли, дорог каждый день. Я почти уверен, что сюда уже скачет большое войско моих соплеменников, чтобы беспощадно расправиться с вами».

Был собран экстренный Совет всей экспедиции. На нём было принято решение отправляться в западном направлении следующим утром. Но затем начальник экспедиции сказал:

«Всё это бесполезно. По следам телег они легко прибудут к месту нашего пребывания, куда бы мы ни направились. Поэтому, я не знаю, как нам всё-таки поступить?»

И здесь, к удивлению всех присутствующих на Совете, слово взял мальчик Адрахас:

«Я предлагаю, чтобы телеги ехали строго друг за другом, и ни одна не выбивалась из ряда. Два человека будут заметать следы тележных колёс специальными метёлками. Чтобы сильно не уставать, будем это делать по очереди».

«А, что, дельное предложение, – произнёс Утултар, – только тогда нам придётся двигаться гораздо медленнее».

«Ну и что из этого? Дело не в скорости, а в том, чтобы враги нас не обнаружили. Нам не обязательно уходить слишком далеко. Я думаю, три дня подобного пути со средней скоростью передвижения телег вполне должно хватить, мы успеем уйти на достаточное расстояние».

С планом Адрахаса согласились все. Начальник экспедиции лишь посчитал, что два человека это всё-таки маловато, и предложил трёх человек. Так и поступили.

На следующее утро экспедиция тронулась в путь. Это был обоз в количестве восьми гружёных людьми и поклажей телег, и ещё десяти телег на которых лежали мешки с кормом для лошадей, которых в экспедиции было целых восемнадцать.

Начальник экспедиции, после такого трагического поворота событий, больше боялся даже не за людей, питание которых можно и ограничить. Он больше волновался за лошадей, рацион которых, особенно в пути, сокращать было нельзя. Утултар ясно видел, что на обратный путь корма лошадям явно не хватит, тем более, что все телеги будут перегружены – некоторые людьми и припасами, другие драгоценной древесиной.

Поэтому он разработал план, который заключался в следующем. Пока мужчины будут рубить и пилить лес на новом месте, послать Адрахаса с женщинами в ближайшие поселения, где они постараются закупить овёс и сено для лошадей и, немного продуктов для людей. На этот случай средства у него имелись.

Они шли не три, а четыре дня, потому что руководитель решил подстраховаться и уйти всё же немного подальше. На новом месте обосновались быстро и принялись за работу.

…В это самое время, пятеро убежавших бандитов благополучно добрались до своего города-государства. Они, как и предполагал выживший пленный, сразу направились к правителю государства – жестокому и алчному Абди-Или. Они убеждённо заверили его, что представители соседнего племени, которые находились у северных гор и собирали там драгоценную древесину, внезапно, ночью напали на них и хотели беспощадно уничтожить весь отряд, состоящий из двенадцати человек. Врагов было гораздо больше, поэтому завязался кровопролитный долгий бой.

Бандиты также уверили правителя, что в честном бою убили множество врагов, но сами потеряли семерых, которые погибли, проявив смелость и мужество в неравном бою. Им самим удалось случайно спастись, потому что наступила ночь, и они впятером укрылись за высоким холмом. Враги не решились их преследовать в темноте, потому что та ночь оказалась очень тёмной, ни луны, ни звёзд на небе не было.

Тогда Абди-Или сильно разгневался и обещал жестоко отомстить за смерть своих семерых отважных воинов. Хотя, коварный правитель сам приказал сформировать несколько бандитских отрядов именно для того, чтобы они убивали и грабили сборщиков древесины у северных гор. Но здесь он моментально прикинулся «невинной овечкой».

Абди-Или посоветовал этим пятерым воинам попросить помощи у Великих Жрецов, которые, обратившись к Хтоническим Божествам, дадут ценные советы, как эффективно отомстить представителям соседнего племени.

Необходимо пояснить, что Хтонические Божества являлись владыками подземного мира, который населён демонами и душами мёртвых людей. Во главе этой страшной группы Божеств стояла злобная Эрешкигаль, её жестокий сын Ниназу, Бог огня Гирра и Бог чумы Эрра. Представителями Хтонических Божеств, среди земных животных, являлись самые разные «гады», то есть пресмыкающиеся или рептилии – ящерицы или змеи. Также это могли быть рыбы, иногда птицы, в первую очередь вороны. Кроме того, это были вредные членистоногие, некоторые из которых ведут умышленную охоту на людей, и которых людям необходимо остерегаться, так как они представляют серьёзную опасность. Это сколопендра, тарантул, каракурт и, конечно же, клещ – самое опасное членистоногое.

Злобные Жрецы этой страны обратились к этим жестоким Божествам за советом. Жрецы, с помощью специальных заклинаний попросили Божества дать им чёткие указания, каким образом можно быстро расправиться с отрядом из соседнего племени, который в настоящее время добывает древесину около далёких северных гор.

Жестокие Божества, проведя специальные ритуалы, во время которых они принесли многочисленные человеческие жертвы, дали Жрецам следующие сведения и ценные указания. Они прямо объяснили Жрецам:

«Единственный пленный, оставшийся в живых, подробно рассказал врагам о возможном нападении на них с вашей стороны и посоветовал им быстро сменить место добычи древесины, уйдя в западном направлении на значительное расстояние от первоначального места. Вы должны приказать, чтобы люди вашего племени немедленно собирали сильный воинский отряд, состоящий не менее, чем из пятидесяти человек».

Жестокие Божества передали Жрецам карту, на которой был подробно указан путь передвижения экспедиционного отряда соседнего племени.

«Что должен сделать усиленный воинский отряд?» – Сразу спросили хитрые и злобные Жрецы.

«Этот отряд должен быстро обогнать отряд соседнего племени. Сходу на экспедицию нападать не стоит, потому что и люди, и кони, будут слишком уставшими. Поэтому посланный вашими людьми отряд должен незаметно обойти военизированную экспедицию с противоположной стороны гор и устроить и людям и лошадям хороший отдых в небольшом посёлке, который расположен примерно в пяти километрах к юго-западу от места нового расположения экспедиционного отряда соседнего племени. Там воинам необходимо пообедать в продовольственной лавке, накормить лошадей и тайно скрывшись в лесу, который начинается сразу же за продовольственной лавкой, разработать план неожиданного нападения на экспедиционный военный отряд».

Затем Жестокие Божества дали ещё некоторые советы, как именно нужно расправиться с врагами соседнего племени, которые так жестоко уничтожили смелых воинов этого могучего племени:

«Напасть необходимо неожиданно и в полной мере использовать численное преимущество – пятьдесят против шестнадцати. Тем более, что почти все ваши противники будут заняты работой по заготовке драгоценной древесины и, поэтому, застигнуты врасплох. В этом случае, применив элементарную смекалку, разгромить врага будет совершенно не трудно, но пленных брать не надо, – посоветовали жестокие Божества, – необходимо беспощадно уничтожить всех без исключения, включая трёх женщин и подростка».

Жрецы сразу передали указания Жестоких Божеств Правителю государства, и уже на следующий день, сформированный из пятидесяти злобных воинов отряд, имея с собой подробную карту передвижения экспедиции соседнего племени, быстро двинулся в указанном направлении.

…На следующий день Утултар подозвал к себе мальчика и трёх женщин, дав им конкретное задание – пройти по ближайшим сёлам и попытаться достать немного продуктов, но, самое главное необходимое количество корма для лошадей. Он дал им несколько серебряных браслетов, то есть, всё то ценное, что было в экспедиционном отряде.

До ближайшего населённого пункта оказалось довольно большое расстояние, не меньше пяти километров. Они пришли туда только днём. Решили, что женщины отправятся по домам, договариваться с хозяевами насчёт покупки сена, овса и соломы. Адрахас же отправиться в продовольственную лавку, чтобы закупить немного съестных продуктов для членов экспедиции.

Сжимая в кулаке серебряный браслет, мальчик отправился разыскивать такую лавку. Ему это удалось очень быстро, так как ближайший прохожий указал ему знаками (в этой местности был совершенно другой язык), куда следует идти.

Когда Адрахас подходил к лавке, он сразу обратил внимание на большое количество лошадей, привязанных к деревянным перилам, которые тянулись около входа в лавку. Это показалось мальчику подозрительным. Но ещё более подозрительным ему показалось то обстоятельство, что в лавке почти никого не было.

«Чьи же тогда это лошади? – Подумал мальчик, – да ещё в таком значительном количестве?»

Он не стал ни о чём спрашивать хозяина лавки, чтобы не вызвать лишнего подозрения, покупать пока тоже ничего не стал и сразу вышел из лавки.

Его удивило, что лошадей на улице ровно пятьдесят. «Надо же, – подумал мальчик, – такое чёткое количество явно неспроста».

К тому же внимательный мальчик обратил внимание, что лошади около лавки породистые, статные, явно непохожие на местных, некрасивых кобыл, которых он часто встречал, когда проходил по улицам посёлка.

«Значит, это, без всякого сомнения, лошади приезжих, но вот где эти самые приезжие и кто они, вообще, такие?»

Здесь он заметил, что лавка примыкает к огромному сараю, в котором, видимо, хранятся продукты. Сарай тянется на значительное расстояние, а за сараем он с трудом разглядел довольно высокие скалы, поросшие густым лесом.

И здесь у него в подсознании мелькнула подозрительная мысль о том, что здесь недалеко находится отряд, присланный из соседнего племени, чтобы расправиться с его земляками. А, может, это лучезарный Бог Солнца Шамаш подсказал мальчику эту мысль.

«Скорее всего, – подумал смышлёный мальчик, – эти всадники остановились в этом посёлке, чтобы передохнуть перед решающей битвой с нашим экспедиционным отрядом, перекусить и разработать конкретный план нападения на моих товарищей».

Он ещё более задумался и решил поступить следующим образом: незаметно залезть на крышу лавки, оттуда на крышу сарая и осторожно доползти до самого конца крыши, которая с другой стороны, упирается в самую скалу, кустарник и деревья. Он теперь не сомневался, что если это, действительно, вражеский отряд, то они проводят секретное совещание где-то за сараем, или же в самом лесу.

Адрахас обошёл лавку сбоку, но лавка была довольно высокой и ровной, даже выбеленной. Поэтому, он не заметил там какой-нибудь удобной выбоины, с помощью которой он мог бы сравнительно легко забраться на крышу сарая.

Тогда он прошёл немного дальше и добрался до того места, где начинается сарай. Стена сарая, в отличие от стены лавки была неровной, грубо сбитой, поэтому он сразу понял, что очень легко заберётся на крышу сарая.

Мальчик прекрасно понимал, что необходимо соблюдать максимальную осторожность. Поэтому он внимательно взглянул на уголок улицы, который хорошо просматривался с того места, на котором он стоял. Вроде там никого не было и всё было спокойно. Поэтому Адрахас решил больше не терять драгоценного времени и, выбрав удобные выбоины в стене, моментально вскарабкался на крышу сарая.

Он тихонько полз по крыше, и видел, как к нему приближаются скалы и горы, поросшие деревьями и кустарниками. Наконец, Адрахас достиг самого края крыши. Скала и лесной массив были совсем рядом, всего в нескольких метрах от него. Он внимательно прислушался, но ничего особенного не услышал, поэтому в первый момент с грустью подумал:

«Зря я сюда приполз. Видимо, я ошибся и те лошади в большом количестве, которые стояли, привязанные у продовольственной лавки, не имеют никакого отношения к отряду, прибывшему издалека с целью неожиданного нападения на моих соплеменников, когда они будут заняты тяжёлой работой».

Он собрался уже лезть в обратном направлении, как внезапно услышал в ближайшей лесной роще довольно громкий шум. Было ясно, что к краю леса приближаются люди, но Адрахас не мог видеть их из-за деревьев, и, поэтому не мог определить, что это за люди и сколько их.

Тогда он начал внимательно прислушиваться и по резким звукам сучьев под ногами и довольно большому шуму понял, что к нему приближается целая толпа. Внезапно, сильные шорохи прекратились, отдельные разговоры смолкли, и мальчик догадался, что толпа остановилась на самом выходе из леса. Здесь он сразу «навострил уши», внимательно прислушиваясь к тому, о чём уже начали уверенно говорить эти люди.

Люди говорили довольно громко, поэтому он слышал почти весь их разговор. Среди всех голосов выделялся один голос, который говорил приказным тоном распорядителя.

«Это, видимо, их руководитель, – подумал Адрахас, – отдаёт какие-то приказания. Необходимо внимательно слушать и стараться всё запоминать».

И мальчик, напрягая слух, весь затрясся от волнения, так как теперь ему стало ясно, что всё-таки не зря он забрался на эту неудобную крышу сарая. Итак, он внимательно слушал то, что главный предводитель говорил своим товарищам:

«Всё готово. Мы и наши лошади отдохнули достаточно. Да и поели на славу. Ещё совсем немного передохнём, настроимся на решительную схватку. А затем садимся на наших быстрых коней и на полной скорости мчимся к этим лесорубам, которые посмели зверски убить наших товарищей. Мы должны отомстить им по полной программе. Да помогут нам в этом Великие Хтонические Божества».

«Неужели он имеет в виду моих земляков? Выходит, эти мерзавцы, несмотря на то, что мы пытались заметать следы, всё-таки узнали место нашего нахождения и сейчас собираются на полной скорости мчаться к моим землякам, чтобы беспощадно расправиться с ними. Что же делать? Как поступить? Мы же пешие и не успеем предупредить наших товарищей, чтобы они приготовились к суровой битве».

И здесь единственная спасительная мысль чётко промелькнула в голове мальчика. Он быстро прополз по крыше, спустился вниз, выбежал на улицу перед продовольственной лавкой и, взглянув на привязанных к перилам лошадей, сразу определил своим намётанным взглядом, какая лошадь довольно спокойная и в то же время быстрая. Он с детства имел дело с лошадьми и очень хорошо разбирался в них.

«Заодно, одну лошадь стащу у них, будет на одного человека меньше», – подумал Адрахас. Он быстро отвязал лошадь, умело вскочил в седло, и резко дёрнув поводья, поскакал по деревенской улице. Как он и предполагал, лошадь оказалась понятливая, умная и быстрая. Он прекрасно знал, как управлять ею.

Когда мальчик на полном скаку, буквально, вылетел из посёлка, он, неожиданно, вспомнил о женщинах, с которыми пришёл в него. Но предупреждать их об опасности, ему уже было некогда.

«Они ещё долго здесь пробудут, ещё долго будут торговаться, наши враги их всё равно не знают, поэтому за женщин беспокоиться нечего, теперь моя главная задача, как можно быстрее прискакать к своим землякам и предупредить их. Я обязан успеть, хотя расстояние здесь немалое. Но ведь я скачу быстро, неужели враги будут скакать ещё быстрее и смогут настигнуть меня? Нет, я этого допустить не должен. Я обязан гораздо раньше прискакать к своим соплеменникам. Они должны успеть приготовиться к отпору врагам, вот только тогда это будет, по-настоящему, здорово».

Он прискакал довольно быстро, даже сам удивился этому и, соскочив с лошади, бросился к своему дяде, который как раз делал какие-то строгие распоряжения лесорубам.

Дядя Утултар моментально всё понял, отдал срочное распоряжение всех вызвать с работы и сразу разделил всю свою команду на две части, по восемь человек каждая.

Одна группа укрылась около входа в небольшой грот, который надёжно закрывала густая роща, состоящая из нескольких довольно высоких и мощных деревьев. Вторая группа спряталась в небольшом, но тоже густом лесном массиве, который располагался почти напротив грота на довольно значительном расстоянии от него. Все были вооружены луками. Стрел было достаточно много, и все они были разделены поровну.

Старшим группы, укрывшейся у грота, Утултар назначил своего заместителя, а второй группой стал командовать сам. Адрахасу дядя приказал надёжно спрятаться в гроте и ни в коем случае не высовываться. Затем, собрав всех вместе, объяснил главную задачу. После этого обе группы моментально разошлись по своим местам. Утултар решил использовать уже проверенную тактику первого боя. Он прекрасно знал, что все мужчины, включая его самого – меткие лучники. Значит теперь самое главное, это неожиданность для врага и меткость стрельбы.

Он выбрал очень простую тактику. Все восемь воинов каждой группы выстроились в один ряд. Крайний справа воин каждой группы стрелял в крайнего справа с его стороны врага, второй воин во второго справа, и так далее по порядку вплоть до восьмого вражеского воина. В связи с тем, что воины каждой группы стояли напротив друг друга, то получалось, что стреляют они во вражеских воинов, находящихся на противоположных друг от друга сторонах.

В то же время Утултар понимал, что сегодняшний бой будет гораздо тяжелее предыдущего, потому что преимущество врага значительное – шестнадцать против пятидесяти, но он верил в смелость и выдержку, а, главное в меткость стрельбы своего маленького отряда.

Притаившимся воинам ждать пришлось совсем недолго. Почти сразу с западной стороны раздался шум быстро приближающейся кавалерии. Всадники, буквально, на полном скаку ворвались в лагерь и…никого там не увидели, потому что обозы стояли пустые.

Сначала командир отряда подумал, что все ушли в лес, рубить деревья. Но, поразмыслив, он прекрасно понял, что не может быть такого, чтобы их враги никого не оставили в лагере, фактически, бросив его. Атакующие были в полной растерянности, и этой растерянностью, считал Утултар, необходимо было немедленно воспользоваться. Дорого было каждое мгновение. И он начал решительно действовать по заранее обдуманному плану.

Враги крутились по пустому лагерю в разные сторон, не зная, что им предпринять. И в этот момент Утултар дал сигнал, и восемь метких стрел было выпущено по врагам со стороны лесного массива. Семь врагов сразу же упали со своих коней, один, тяжелораненый, удержался, хотя было ясно, что никакого толку от него теперь не будет.

Вражеский отряд быстро поскакал в сторону леса, считая, что все их противники укрылись именно там. На этот обман и был рассчитан весь план. Им в спины было пущено восемь метких стрел со стороны лесного грота. Стрелы были выпущены по точному расчёту, поэтому в этот раз уже все восемь врагов упали со своих коней раненые и убитые.

Оставшиеся враги снова заметались, не понимая, куда им скакать. Они были уже очень близки к лесному массиву, откуда опять вылетело восемь очередных стрел, поразив ещё восьмерых врагов. То есть, фактически половина вражеского отряда была успешно повержена.

В это время было выпущено ещё восемь стрел со стороны леса, расположенного около скалы. Но расстояние теперь было гораздо больше, но всё же шесть врагов слетели со своих коней. Теперь силы становились почти равными. Враги уже подскакивали к лесному массиву, когда в них, оттуда, практически в упор пустили стрелы восемь лучников. На этот раз никто из них не промахнулся.

У врага осталось всего двенадцать всадников. Они стремились ворваться в лесной массив и биться в рукопашную, потому что у каждого врага в руке был короткий меч – акинак. Но в это время с противоположной стороны, от того места, где находился в скале пещерный грот, на полной скорости вылетели всадники и пустили восемь очередных стрел.

К сожалению, в этот раз, только четверо врагов оказалось на земле. Тогда Утултар, понимая, что в рукопашной схватке его группу могут всю сразу перебить короткими мечами, потому что у его воинов мечей не было и на рукопашную схватку они не рассчитывали, приказал немедленно отступить. Когда его воины отступали, они в невероятном напряжении, всё же успели снова зарядить стрелами луки и прямо в упор, когда восемь оставшихся врагов подскакивали к ним с мечами в руках, пустили по ним ещё восемь стрел.

Но здесь уже не могло быть точного расчета. Получилось, что каждый выбирал цель произвольно. Поэтому в некоторых врагов попало сразу по две стрелы, а в некоторых – ни одной. Но всё равно четверо врагов слетели со своих лошадей. В это самое время по оставшимся четырём врагам сзади пустили стрелы лучники второй группы, и все враги оказались лежащими на земле. Была одержана уже вторая блестящая победа.

Эта победа была одержана, также как и первая, благодаря мальчику по имени Адрахас, что значит «великий разум». Конечно, героизм и великолепная военная тактика сыграли решающую роль в самой битве. Но если бы не предупреждение Адрахаса, если бы не его быстрота и сноровка, это дело могло кончиться совсем по-другому.

Да, что тут говорить? Честь и хвала этому юному Герою!

Из раненых выжило шесть человек. К нему присоединили ещё одного, выжившего после первого боя. Их всех решили превратить в рабов своего племени.

Утултар радовался. Кроме драгоценной древесины, они привезут ещё в подарок правителю города целых семь рабов, а семь – это счастливое число.

Всё же руководитель экспедиции нервничал. Он прикидывал все, даже самые неблагоприятные варианты развития событий.

«А вдруг в соседнем племени, где у власти сейчас стоит коварный Абди-Или, как-то узнают о разгроме уже второго отряда. Тогда правитель вообще рассвирепеет и пошлёт против них не пятьдесят, а целых пятьсот воинов. Поэтому необходимо торопиться и как можно скорее возвращаться домой.

Женщины к вечеру того дня, когда произошла битва явились с двумя телегами соломы, так что корма для лошадей должно было хватить. Кстати, женщины на обратном пути никого не встретили, и даже ничего не знали о том, что здесь происходила довольно сильная битва.

Утултар решил поработать ещё десять дней и сразу покидать это место. Он объяснил всем мужчинам, что дольше здесь оставаться опасно, но они должны трудиться не покладая рук, а отдохнут они в телегах на обратном пути.

Через десять дней почти все пустые телеги были заполнены деревом, и экспедиция отправилась в обратный путь. Но из предосторожности Утултар решил немного изменить маршрут, сделать небольшой крюк, чтобы близко не соприкоснуться с враждебным племенем.

Экспедиция прибыла в свой город всего на три дня позднее положенного срока. Утултар подробно доложил Правителю города о том, как проходила экспедиция, объяснив, почему драгоценной древесины привезли немного меньше, чем было запланировано.

Он предупредил, что соседнее племя теперь стало враждебным, что жестокий и хитрый Абди-Или готовит нападение. Поэтому он посоветовал Правителю усилить сторожевые посты, послать опытных разведчиков в соседнее племя и, здесь уже ничего не поделаешь, необходимо готовиться к тяжёлой войне, которая, пока у власти стоит коварный человек, мечтающий о многочисленных завоеваниях, становится неизбежной.

Утултар также преподнёс в дар правителю семь новых рабов и выделил особую роль мальчика Адрахаса, который дважды спасал экспедицию от неизбежной гибели. Тогда правитель вызвал к себе Акдрахаса, выразил ему огромную благодарность и предложил стать ему, несмотря на возраст, одним из его главных слуг.

«А когда ты подрастёшь, – сказал ему правитель, – то станешь моим самым главным слугой».

Это очень обрадовало Адрахаса, который до этого был обычным бедным сиротой. Теперь же он посчитал, что судьба смилостивилась над ним, подарив ему такую почётную должность. В знак глубочайшего почтения он упал перед правителем на колени и поблагодарил его, пожелав долгой и счастливой жизни на благо своего трудолюбивого народа.

А затем Адрахас отправился в храм и принёс многочисленные дары Лучезарному Богу Солнца Шамашу, простояв много часов на коленях перед статуей этого доброго и Великого Бога. Если бы только Адрахас мог представить, чем обернётся для него эта новая должность при дворе, он бы содрогнулся от ужаса.

Глава 3

Прошло три года, Адрахас подрос и стал симпатичным подростком с голубыми глазами и курчавыми волосами на голове. Свою службу он нёс исправно, и очень надеялся, что через несколько лет, Правитель города обязательно назначит его главным слугой.

Абди-Или так и не решился напасть на сильное соседнее племя. А вскоре его свергли с престола его же сторонники.

Казалось, всё складывалось, на редкость, удачно для подростка, но недаром говорят, что нельзя загадывать вперёд, что всё предусмотреть невозможно. Так произошло и на этот раз. Случилась большая беда, очень тяжело заболел мудрый Правитель города. Хотя он был ещё не старым человеком, Жрецы-лекари, как ни боролись за его жизнь, как ни старались, спасти его не удалось.

Правителей города хоронили глубоко под землёй, в подземных гробницах. Обычно такие гробницы начинали сооружать ещё при жизни правителя, но в этот раз смерть была слишком внезапной, потому что до этого Правитель на своё здоровье не жаловался. Поэтому гробницу, при жизни правителя, даже ещё не начали рыть.

Место Правителя занял его сын, который, в отличие от своего отца, был недалёким и, главное, жестоким человеком. Он сразу же приказал многочисленным рабам приступить к изготовлению подземной гробницы. Гробница, по его строжайшему приказу, должна быть сооружена в очень короткий срок, что было просто физически невозможно.

Тогда новый Правитель привлёк множество надсмотрщиков, которые с помощью плетей, заставляли рабов трудиться не покладая рук дни и ночи. Многие не выдерживали, и тогда их засекали насмерть. Пригоняли новые партии рабов, и также беспощадно гнали их на это важное строительство.

Адрахас, как-то спросил дядю, почему так жестоко обращается новый Правитель с рабами, совершенно не считая их за людей.

Дядя долго молчал, а затем задумчиво ответил:

«Новый Правитель очень жестокий человек, ты скоро сам убедишься в этом на своей шкуре. Он ещё придумает много ужасных вещей, так что надо быть готовым к любым неожиданностям. Этим он мне напоминает Абди-Или».

Адрахас, услышав это имя, невольно вздрогнул. Неужели, в их родном прекрасном городе – государстве, будет править такой злой человек. Но, к сожалению ни Адрахас, ни даже его дядя, крупный вельможа, ничего не могли изменить в сложившейся ситуации.

Строительство подземной гробницы продвигалось довольно быстро, но всё равно Правитель был недоволен. Он торопил всех, ставя нереальные сроки. И тогда Адрахас явился к Правителю и предложил ему свой план ускорения строительства гробницы.

Повелитель был поражён. Он считал, что такой юный слуга ничего не смыслит в строительстве, и хотел его выгнать. Но рядом с ним стоял его дядя – крупный вельможа, который сразу напомнил Правителю, как здорово проявил себя этот мальчуган во время тяжёлой и долгой экспедиции к северным горам за драгоценной древесиной. Только тогда Правитель разрешил подростку изложить свой план.

Адрахас сказал:

«Мы роем гробницу в глубину в одном направлении. Мы её роем немного наискосок, а это очень неудобно и тяжело».

У Правителя глаза полезли на лоб, настолько он был поражён словами подростка. Но, тем не менее, он сдержался и не наговорил Адрахасу всяких гадостей. Правитель посмотрел на стоящего перед ним на коленях подростка, и многозначительно произнёс:

«Говори, но если это будет какая-нибудь ерунда, я прикажу тебя казнить».

И Адрахас объяснил довольно подробно:

«Необходимо послать определённую команду, чтобы они копали землю прямо сверху, примерно в трёх или четырёх шагах от основных работ. Я уверен, что очень быстро оставшаяся земля провалится в уже вырытый проход и значительно расширят вход в гробницу. Затем снова необходимо отступить на три-четыре шага и сделать то же самое. Таким образом, проделав это несколько раз, мы значительно расширим проход, который окажется достаточным даже для целого войска».

Честно говоря, Правитель почти ничего не понял из слов подростка, но опять подобострастно спросил:

«А ты уверен, что так и будет?»

«Это элементарные законы геометрии, господин. А геометрию я изучал достаточно хорошо».

«А что нам это даст?» – Спросил туповатый Правитель.

«Это даст нам выигрыш во времени и в силах. Ведь посудите сами, после того, как проход значительно расширится, будет гораздо легче и быстрее копать саму гробницу», – моментально ответил Адрахас.

Всё было сделано точно по плану. И работа пошла быстрее. Через определённое количество времени подземная гробница была полностью готова. Главный архитектор, доложив об окончании работ, спросил Правителя города:

«А каким образом мы будем проникать в гробницу? Какой планируется сделать вход в неё?»

Ответ Правителя потряс специалиста по строительным работам. Сначала он даже подумал, что ослышался, но тем не менее, Правитель сказал именно то, что и хотел сказать:

«Никакого входа делать не надо. Мы замуруем подземную гробницу. А как это лучше и надёжнее сделать, решать будешь именно ты».

Конечно, потрясённый главный архитектор уже через два дня принёс Правителю города, подробную схему замуровывания входа. Правитель сразу согласился, так как всё равно в этой схеме почти ничего не понимал.

«Когда прикажете провести захоронение?» – Спросил первый заместитель Правителя в присутствии архитектора.

Правитель знал, что забальзамированное тело умершего уже много дней хранится в прочном саркофаге, который находится в главном зале высокой ступенчатой башни, установленной в самом центре города и посвящённой главному Богу города – Шамашу, Лучезарному Богу Солнца. Эта башня, каждый этаж которой выкрашен в особый цвет является самым главным административным зданием данного города-государства.

Саркофаг сделан из самых дорогих пород дерева и украшен великолепной росписью, скульптурой, изображающей покойного и надписями, прославляющими его великие подвиги в этом мире.

Правитель ответил чётко, что завтра утром вся администрация города -государства должна собраться в красивейшем зале, где на почётном месте установлен богатый саркофаг. Именно около саркофага один из почтенных администраторов города, познакомит присутствующих со всеми необходимыми требованиями, условиями и особенностями почётного захоронения, которые были разработаны новым Правителем и которые обязательно должны быть выполнены во время обряда погребения. Сам обряд погребения состоится через несколько дней, а когда, конкретно, нынешний Правитель объявит позднее.

На следующий день ранним утром все крупные чиновники города явились в основной торжественный зал главной башни, чтобы внимательно выслушать речь одного из почтенных администраторов маленького государства.

Вначале главный руководитель города предупредил всех: «То, что вы сейчас услышите, пока не стоит торопиться доводить до ушей простых жителей, они об этом узнают позднее». Честно говоря, многие присутствующие не поняли, зачем их так строго предупредили о неразглашении, ведь, собственно готовилось лишь обычное погребение умершего Правителя.

Многие чиновники прекрасно помнили погребение предыдущего Правителя, которого похоронили на обыкновенном кладбище, правда, в специально обставленном для этого красивейшем месте, в котором хоронили и всех предыдущих руководителей. Но теперь все понимали, что им предстоит услышать что-то совершенно другое.

Перед почтенным администратором лежали одна на другой глиняные таблички с текстом, покрытым специальными значками в виде клинышков. Так писали жители этого города. Некоторые клинышки обозначили целые слова, а некоторые -= сочетания звуков.

Судя по количеству табличек, речь администратора была запланирована далеко не короткая, но все уважительно смотрели на него, а также на Правителя города, готовясь внимательно выслушать всё, что хотел донести Правитель города, который сам лично написал эту речь, до своих ближайших помощников.

Итак, выступление администратора началось. Он читал не торопясь, чтобы все могли осмыслить суть прочитанного. Но в то же время читал он не слишком медленно, прекрасно понимая, что слишком медленное чтение может задержать представителей администрации в главном здании города надолго, потому что он абсолютно не сомневался, что после окончания чтения может последовать довольно бурное, но не короткое обсуждение.

Сначала всё было понятно, поскольку речь шла о самом главном основном захоронении бывшего Правителя города. Как это будет происходить, всем уже было давно известно, поэтому эту часть выступления присутствующие слушали не очень внимательно.

Решено было похоронить Правителя в боевой одежде, как Великого воина. Кроме того, рядом с саркофагом положить золотой шлем, острый кинжал и различные украшения, в основном, из золота, которые довольно долго перечислял администратор. Многие при этом перечислении сразу вспомнили, что предыдущий Правитель был похоронен не только в обычной могиле, но и гораздо скромнее.

А вот дальше началось нечто непонятное и действительно жуткое. Оказывается вместе с Правителем, решено было похоронить значительную часть его свиты, в том числе несколько человек – личных телохранителей бывшего Правителя, а также наиболее отличившихся в сражениях воинов.

Присутствующие, услышав такое жестокое решение, замерли от страха и стояли, боясь даже хоть чуточку шевельнуться.

Правитель заметил реакцию окружающих на это заявление и пояснил:

«Я желаю только восстановить древние мудрые традиции, которые были у всех народов. Неужели мы оставим нашего бывшего Повелителя одного в царстве мёртвых? Неужели вам его не жалко? Нам необходимо обеспечить его надёжными помощниками в загробной жизни, именно теми, которых он хорошо знал и которые верой и правдой служили ему при его жизни. Заодно все приговорённые будут считаться жертвами, принесёнными нашему Повелителю, Великому Лучезарному Богу Солнца Шамашу».

Затем администратор продолжил и, сначала, ещё большее недоумение а, затем, даже уже не страх, а самый настоящий дикий ужас отразился на лицах главных чиновников.

Они услышали, что вместе с Правителем также будет похоронен возница с повозкой, который будет возить бывшего Повелителя по всему загробному миру. Решено было, что повозку будут везти две сильные и выносливые лошади.

А дальше новое потрясение испытали присутствующие в зале. Это было такое неожиданное потрясение, какое, уж, точно, ввело их в настоящий шок. В гробнице будет похоронено множество музыкантов с инструментами. Выходило, что убьют почти всех музыкантов. Чиновники с ещё более нарастающим ужасом подумали:

«Зачем такое коварное решение? У нас прекрасные музыканты. Они могли бы развлекать нового Правителя, здесь, на земле, своей удивительной музыкой и песнями».

Подобные мысли зародились в головах большинства находящихся в зале. По всему выходило, что новый Повелитель не только не любит музыку и не разбирается в ней, но ещё, скорее всего, ненавидит и музыку и музыкантов.

«Значит, – подумали высокопоставленные чиновники, – теперь во время праздничных торжеств у нас на земле, а, именно, в нашем прекрасном городе, некому будет веселить народ, а вот умерший Правитель будет веселиться после своей смерти».

«Неужели на этом бессмысленные убийства не прекратятся? Неужели новый Повелитель задумал ещё кого-то там убивать?» – Присутствующие уже начинали сходить с ума от страха и еле держались на ногах, продолжая выслушивать «великие изобретения», видимо, больного на голову, Правителя.

Ну, конечно, как же они забыли про множество слуг – поваров, парикмахеров, ткачей, гончаров и многих других, которые должны будут обслуживать умершего Правителя в загробном мире. Никого «не обидел» новый Повелитель. Всех перечислил главный почтенный администратор.

Следующим пунктом шли обычные слуги-помощники в повседневных делах. А самым последним в списке, предназначенных к убийству слуг значился четырнадцатилетний подросток Адрахас.

Это было уже слишком. Не пожалеют даже ребёнка. Но высокие чиновники не могли спасти ни мальчика, ни кого-либо другого, потому что отменить или, даже, изменить решение Великого Повелителя было не в их власти.

Ещё долго читал главный администратор распоряжения Повелителя, но его уже никто не слушал, потому что дальше шло перечисление многочисленных предметов – красивейших сосудов разных размеров, великолепных ковров, множество золотых, серебряных и прочих украшений самого разного вида, богатой одежды, оружия, постельных принадлежностей, различных предметов утвари и всего подобного.

В это время мысли подавляющего большинства находящихся в зале людей были заняты совершенно не тем, что говорил главный администратор. Они думали и размышляли о том, что получается очень прискорбная картина. Необходимо будет убить значительное количество совершенно невинных людей. Но каким образом Правитель сделает это чёрное дело? Неужели каждый обречённый будет подходить к палачу, а тот, хладнокровно, ударом кинжала в сердце будет убивать его? Или, может, поставят два или три палача?

В это время администратор закончил перечислять все те предметы и вещи, которые необходимо будет оставить в гробнице, прежде чем её замуруют по специальной методике.

Все уже посчитали, что главный администратор заканчивает свою речь, но непрочитанным оставался ещё одна, последняя глиняная табличка. Бережно взяв её в руки, почтенный слуга Повелителя, начал читать её. Всем сразу стало очень любопытно, что на ней написано и, поэтому, все внимательно прислушались.

Старший чиновник читал:

«В целях самого безболезненного убийства значительного количества людей, Великий Повелитель государства решил, – здесь читающий сделал небольшую паузу, – Великий Повелитель государства решил, чтобы Жрецы изготовили специальный яд, который действует не мгновенно, а в течение двух – трёх минут. Каждому приговорённому будет заранее указано место, где он должен лечь в гробнице. Яд будет перелит в сосуды средних размеров, которые будут стоять внутри гробницы, у самого входа».

Здесь читающий сделал небольшую паузу, которые он делал постоянно, чтобы перевести дух. Это был уже пожилой человек, поэтому ему нелегко давалось чтение такой длинной речи. Но теперь он уже заканчивал, что вселяло в него бодрость духа. Все опять слушали очень внимательно, догадавшись, что конец речи будет очень важен, потому что до всех присутствующих будут доведены сведения, которые представляют несомненный интерес. И присутствующие чиновники не ошиблись, потому что почтенный вельможа прочитал на заключительной табличке:

«Каждый приговорённый, под контролем рядом стоящих Жрецов, обязан выпить несколько глотков этого яда и сразу же, без малейшего промедления, отправиться на отведённое ему заранее место в гробнице. Он моментально должен лечь на это место и быстро закрыть глаза. Смерть наступит через одну – две минуты, иначе говоря, человек спокойно и безболезненно уснёт навечно».

Это был самый конец выступления. Почётный администратор сошёл с небольшого возвышения, на котором он стоял всё время, пока читал речь, и отправился на своё место в толпе присутствующих правителей города.

Воцарилось глубокое молчание, почти все ещё не отошли от того шока, который испытали во время перечисления намеченных жертв, которых замуруют вместе с умершим Повелителем во время обряда захоронения.

Теперь всем стало полностью понятно, почему главный Повелитель страны требовал строить очень просторную гробницу. До этого многие не понимали, для чего строится такая громадина. Многие люди считали, что для того, чтобы в гробнице поместился один, пусть даже, довольно объёмный саркофаг, сосуды, украшения и предметы утвари достаточно площади в три раза меньшей, чем та, которая была прорыта в гробнице.

Но теперь уже возникло противоположное сомнение. Войдёт ли такое количество убитых в данное подземное помещение? Но, видимо, главный инженер и главный архитектор всё рассчитали точно и доложили об этом Повелителю, который теперь был абсолютно уверен, что все люди, которых планировалось привести в жертву, поместятся в построенной усыпальнице.

Новый Повелитель расценил эту тишину по-своему. Он посчитал, что все просто считают, что не имеют права первыми делать какие-то комментарии к выступлению и, поэтому, ждут на это разрешение Главного Повелителя. Поэтому Повелитель не заставил себя долго ждать и спокойно (словно речь шла о сборе урожая) проговорил:

«Всё должно быть исполнено в точности. Единственная заминка будет состоять в том, что тех людей, которые должны будут отправиться за своим господином в иной мир необходимо тщательно подготовить, всё им правильно объяснить, указать им конкретное место, а Жрецам-медикам необходимо быстро изготовить соответствующую разновидность яда. На всё это, я думаю, уйдёт несколько дней, но затягивать мы не имеем права, поэтому необходимо максимально ускорить срок погребения. Я думаю, присутствующие здесь представители государственной администрации очень быстро доведут полученные сведения до своих заместителей, дадут каждому из них задание оповестить определённую группу приговорённых».

Затем Повелитель приостановился и совсем тихим голосом произнёс:

«Необходимо лично оповестить только тех, кто приговорён. Нужно деликатно и осторожно предупредить их, чтобы они не распространялись о принятом для них решении кому-нибудь, кого это не касается. Они не имеют никакого права сообщать об этом даже близким родственникам».

Здесь Повелитель приостановил своё выступление и, посмотрев на своих запуганных подданных, зловещим голосом продолжил:

«Родственники и друзья должны узнать о принятом решении только во время проведения самого обряда захоронения и очень быстро попрощаться с ними. Соблюдать максимальную скрытность необходимо для того, чтобы пресечь лишние разговоры, обсуждения, недовольства. Всё должно пройти чётко и быстро. За это все вы в ответе. Если обнаружится преждевременная утечка информации, я прикажу казнить любого из вас, кто в этом окажется виновен. А сейчас прошу задавать интересующие вас вопросы».

Предводитель прекрасно знал, что вопросов о его злостной жестокости не последует, что его подчинённые просто побояться задавать подобные вопросы. Поэтому, вопросы, конечно, были, но они носили чисто организационный характер:

«Какое количество времени потребуется, чтобы закончить все приготовления к захоронению бывшего Повелителя?»

Новый Повелитель ответил сразу:

«Всё зависит от вашей расторопности, а также от расторопности Жрецов, которые сегодня подробно будут информированы об изготовлении специального яда. Но я думаю, если меня никто особенно не подведёт, то за три-четыре дня мы вполне уложимся».

«Выходит, что через три–четыре дня здесь произойдёт страшная расправа, а люди, которые приговорены к этой расправе, пока, даже не подозревают об этом», – подумали многие из вельмож города.

Действительно, всё прошло на редкость быстро и гладко. Люди, которым сообщали, что им выпала огромная честь, быть похороненными вместе с бывшим Повелителем, испытывали настоящий шок, а когда их просили не распространяться об оказанной им огромной чести, они, конечно, от громадного ужаса молчали, держа язык за зубами.

На следующий день к Адрахасу подошёл его дядя, крупный вельможа и вызвал его на откровенный разговор без свидетелей. Адрахас немного удивился, потому что раньше дядя никогда не вызывал его на подобные разговоры.

Дядя сказал просто, но жёстко:

«Три года назад, после нашей такой сложной экспедиции к северным горам за драгоценной древесиной, я сам рекомендовал тебя в главные слуги к прежнему Повелителю государства. Ты, да и я тоже, рассчитывали, что со временем ты станешь главной слугой. Но обстоятельства складываются иначе. Скажу откровенно, тебе просто не повезло. Прежний Повелитель, который прекрасно относился к тебе, к величайшему сожалению, неожиданно умер».

«Да, мне очень его жаль», – искренне произнёс Адрахас.

«Я тебя понимаю, – ответил дядя, – но дело сейчас не только в самой печальной смерти Повелителя. Дело сейчас в том, что вместе с прежним Повелителем, в той самой гробнице, в сооружении которой ты тоже принимал некоторое участие своими дельными советами, решено похоронить телохранителей, воинов, музыкантов, некоторых слуг».

Здесь дядя сделал небольшую паузу, потому что ему трудно было сообщить племяннику то, что он обязан был ему сообщить. Наконец, он собрался с духом и, стараясь не смотреть в глаза единственному племяннику, негромко произнёс:

«Среди намеченных (он не сказал приговорённых) к захоронению в гробнице вместе с бывшим Повелителем значится и твоё имя. Я прекрасно понимаю, что ты в полной растерянности от того, что примерно через три дня, будешь убит, захоронен в подземной гробнице и навечно замурован вместе с теми остальными, которых новый Повелитель наметил для такого ответственного дела».

Дядя снова остановился, а затем, похлопав племянника по плечу, горестно и неторопливо сказал:

«Это решение нового Повелителя. А в его решения я не имею никакого права вмешиваться. Так что, держись и…готовься. Одно прошу тебя, не надо никому об этом говорить. Правитель не хочет, чтобы возникли лишние подозрительные разговоры и лишняя суета».

Дядя опять немного задумался, видимо, решая, как наиболее быстро успокоить племянника, затем проговорил:

«Ты умрёшь, как и все, без всяких мучений, выпив специальный яд, который действует через несколько минут. На днях к тебе придёт доверенный человек, проведёт тебя в гробницу и укажет точное место, где ты должен лечь, чтобы спокойно уснуть. А сейчас, прощай. Хотя, я думаю, мы ещё увидимся во время самой печальной церемонии».

Через два дня к Адрахасу пришёл какой-то мелкий чиновник. Дело шло к вечеру, поэтому чиновник поторопил юношу. Они быстро пришли к гробнице. Каково же было удивление Адрахаса, когда он увидел, что гробница со всех сторон замурована обожжёнными кирпичами, которые лежали на земле в несколько рядов и покрывали собой всё верхнее пространство гробницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.