Говард Филлипс Лавкрафт
Мифы Ктулху. Безымянный город

УДК 821.111–312.9(73)

ББК 84(7Сое)-44

Howard Phillips Lovecraft

LE CARNETS LOVECRAFT. LA CITE SANS NOM

Печатается с разрешения EDITIONS BRAGELONNE

Text by H. P Lovecraft and illustrations by Armel Gaulme

© Editions Bragelonne, 2019

© Armel Gaulme

© Д. Афиногенов, перевод на русский язык

© Я.Хусаенова, перевод на русский язык

© М. Тютина, перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Говард Филлипс Лавкрафт (1890–1937) родился и умер в городе Провиденс. Он несомненно является самым выдающимся писателем ХХ века, работавшим в жанре мистики, фэнтези и «космических ужасов». Порожденные богатым воображением Г.Ф. Лавкрафта литературные образы вдохновили целые поколения писателей, художников, кинематографистов, музыкантов и создателей игровых вселенных от Нила Геймана до Мишеля Уэльбека и группы Metallica.

Армель Гольм родился в 1981 году в семье этнолога и известной журналистки и окончил Академию Жюлиана в Высшей школе искусств Пеннинген. Вдохновленный работами художников Джона Хоу и Алана Ли, произведениями Беатрикс Поттер и мультипликацией Вольфганга Райтермана, он иллюстрирует детские книги, работает концепт-художником в рекламе и индустрии развлечений, а также занимается преподавательской деятельностью. Книги с его работами, вышедшие в издательстве Caurette, – артбук «Бестиарий» и богато проиллюстрированный рассказ Редьярда Киплинга «Человек, который хотел стать королем» – были тепло встречены читателями.

Рассказ Г. Ф. Лавкрафта «Безымянный город» впервые был опубликован в год своего написания (1921), в ноябрьском выпуске любительского журнала The Wolverine. Позже, в 1936 году, он появился в Fanciful Tales Of Time and Space[1], а затем, в 1938 году, – в Weird Tales[2].

Данный рассказ повествует о древнем, погребенном в песках городе, что населен необыкновенными существами. В своих произведениях Лавкрафт еще не раз будет обращаться к данному месту и его удивительным жителям. В этом же рассказе впервые упоминается вымышленный обезумевший поэт Абдул Альхазред.

ВЕК СПУСТЯ…

В 2017 году Армель Гольм решил запечатлеть в рисунках образы, навеянные произведениями Г. Ф. Лавкрафта. Это было вызвано не только желанием отдать дань уважения знаменитому писателю, чье творчество послужило источником вдохновения для молодого художника, но и своего рода катарсисом, переживаемым им после прочтения, настоятельной потребностью поделиться мыслями и чувствами. Спустя два года рассказы Г. Ф. Лавкрафта с иллюстрациями Армеля Гольма увидели свет.

Я знал, что над безымянным городом, к которому я приближался, тяготеет проклятие. Я ехал по выжженной, залитой лунным светом долине и уже различал вдалеке очертания городских строений, что выступали из песка, словно трупы из плохо засыпанных могил. Искрошившиеся от времени камни этого пережитка прошлого, прадеда древнейших пирамид, как будто источали страх. Ужас, встававший у меня на пути невидимой преградой, замедлял поступь моего верблюда; мне казалось, некто убеждает меня отступиться, не доискиваться зловещих тайн, которые не открывались никому и никогда.

Безымянный город располагался в самом сердце Аравийской пустыни, его полуразрушенные стены были теперь немногим выше песчаных дюн. Он погиб еще до того, как были заложены первые камни Мемфиса или обожжены первые кирпичи Вавилона. Не существует предания столь древнего, что могло бы поведать о его названии или о той поре, когда в нем кипела жизнь. Однако слухи об этом городе передаются шепотом из уст в уста у костров простолюдинов и в шатрах шейхов, и кочевники сторонятся его, не зная сами почему. Именно о нем безумный поэт Абдул Альхазред грезил той ночью, когда сложил свой исполненный темного смысла стих:

Над чем не властен тлен,
                                   то не мертво,
Смерть ожидает смерть,
                                   верней всего.

Мне следовало бы знать, что у арабов есть веские основания обходить безымянный город стороной. О, этот город, породивший множество легенд! Никто из людей не может похвалиться тем, что видел его воочию. Да, мне следовало бы послушать арабов, однако я пренебрег их советами и, оседлав верблюда, отправился в пустыню. И добился своего: я единственный зрел безымянный город, и оттого на лице моем навеки запечатлелся страх, оттого я вздрагиваю, когда по ночам хлопает ставнями ветер. Я набрел на него, застывшего в ненарушимой тишине бесконечного сна; он явился мне в холодных лучах луны среди пышущей жаром пустыни. Глядя на него, я понял: моя радость от того, что поиски увенчались успехом, куда-то улетучилась; я расседлал верблюда и решил дождаться рассвета.

Час проходил за часом. Наконец небо на востоке посерело, звезды померкли в свечении розовой полосы с золотой каймой. И тут я услышал стон. Должно быть, несмотря на то, что небосвод был чистым, а в воздухе не ощущалось ни малейшего дуновения, мне угрожала опасность быть застигнутым песчаной бурей. Внезапно над дальним краем пустыни возникла ослепительная кромка солнечного диска. На какое-то мгновение его заволокло взвихренным песком, и мне, в моем смятенном состоянии, почудилось, будто из неведомых глубин донесся мелодичный звон. Он словно приветствовал светило, подобно Мемнону на нильских берегах. Кое-как обуздав разыгравшееся воображение, я повел верблюда к городу, который не видел никто, кроме меня.

Я долго бродил по развалинам, не находя ни изваяний, ни надписей, которые рассказали бы мне о тех людях – людях ли? – что построили в незапамятные годы этот город и жили в нем. В самой древности места было нечто нездоровое, и мне хотелось отыскать хотя бы одно свидетельство того, что этот город – творение человеческих рук. Его руины отличались такими пропорциями и размерами, что показались мне поистине странными, если не сказать больше. Я прихватил с собой кое-какой инструмент, а потому принялся за раскопки внутри обвалившихся зданий. На первых порах ничего интересного мне не попадалось. Потом, вместе с лунной ночью, возвратился холодный ветер; он принес с собой страх, и я не осмелился остаться на ночевку в пределах городских стен. Только я пересек незримую границу, за моей спиной взвился и пронесся по серым камням смерчик, который взялся неизвестно откуда – ведь на небе ярко светила луна, а пустыня хранила величественный покой.

Проснулся я на рассвете и с немалым облегчением, ибо ночь напролет меня донимали кошмары. В голове моей звучал металлический звон. Над безымянным городом бушевала песчаная буря, сквозь пелену которой виднелось багровое солнце, но вокруг все было по-прежнему тихо и спокойно. Выждав, пока она утихомирится, я вновь устремился к обломкам седой старины, что едва проступали из-под песка, укрывавшего их исполинским ковром, и потратил все утро на бесплодные поиски реликвий древнего народа. В полдень я передохнул, а после долго ходил по засыпанным улицам и пробирался вдоль крепостных стен, нанося на карту местонахождение почти исчезнувших строений. Я установил, что город и впрямь был когда-то велик, восхитился его былым могуществом и попробовал вообразить себе чудеса, которых он был полон в минувшие дни и которых не застала даже Халдея. Мне почему-то вспомнился обреченный Сарнат, гордость человечества и столица края Мнар, я подумал о вырубленном из серого камня Ибе, который существовал за много тысячелетий до появления на свете людей.

Совершенно неожиданно для себя я вышел к выступавшей из-под песка скале. Меня охватил восторг, ибо я наконец-то увидел то, что предвещало, как мне хотелось верить, обнаружение следов, оставленных загадочными жителями города. В скале имелось отверстие – наверно, то был вход в храм, где скрываются тайны эпохи, слишком от нас далекой, чтобы мы могли назвать ее по имени. Скорее всего, на поверхности невысокого утеса высечены были буквы или фигуры, однако песчаные бури потрудились на славу: камень на ощупь был ровным и гладким.

Рядом виднелись и другие отверстия, но я остановил свой выбор на том, какое попалось мне на глаза первым. Раскидав лопатой песок у входа и прихватив с собой факел, я заполз в мрачный ход, который вывел меня в пещеру, очевидно служившую когда-то храмом и содержавшую предметы, что принадлежали, по-видимому, тем, кто молился тут еще до того, как пустыня стала пустыней. Я различил примитивные алтари, колонны, странно невысокие ниши, многочисленные камни, чья причудливая форма свидетельствовала о том, что их касался инструмент каменотеса, но не заметил ни фресок, ни статуй. Своды пещеры были весьма низкими – я едва мог выпрямиться, даже стоя на коленях, – однако стены отстояли друг от друга на столь значительное расстояние, что свет моего факела выхватывал из мрака лишь крохотную часть скалистого грота.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Полупрофессиональный журнал о научной фантастике и фэнтези. – Здесь и далее прим. пер.

Вернуться

2

Американский популярный журнал, публиковавший произведения в жанрах мистики, саспенса, фэнтези и научной фантастики. Считается одним из наиболее влиятельных периодических изданий своего времени, сформировавших жанр ужасов в фантастической литературе.

Вернуться