Илья Першин
Семь бед – один…

Обжора

На небольшом ранчо штата Монтана в благополучии и полном согласии с собой жил отставной офицер полиции Билли Милти. Жизнь его теперь была легкой, можно сказать – воздушной. Пенсии хватало на все, чего бы он не пожелал, даже больше. Внуков он не имел, а детей отправил учится в Калифорнию пять лет назад.

Страсть у него было одна – вкусные блюда, десерты и напитки. Часами он мог сидеть и работать челюстью над какой-нибудь сахарной косточкой, выедая последние кусочки хрящиков или же смаковать брауни с шоколадной начинкой, медленно раздавливая языком об нёбо каждый кусочек. Жареное мясо и сладости – рецепт удачной пенсии, как он утверждал. С утра обыкновенно он любил слопать запеченного на гриле гуся или, что еще лучше, колбаски в беконе. Если же к нему приезжала родня, стол его буквально ломился от яств, случалось это на праздники.

Сейчас он бодро шлепал по рынку в поисках самой большой индейки всего северо-запада США. Народу была тьма-тьмущая – все хотели успеть закупиться как можно раньше и начать готовится к Рождеству. Билли любил рынки в Сочельник, потому что там в суете можно было напробоваться всевозможных вкусностей, не заплатив.

«Моя будет! Моя!» – крикнул он сквозь толпу продавцу мяса, выхватил самую крупную индюшку из его рук, кинул денег с лихвой и побежал к своему Гранд Чероки в обнимку с ней. Проехав мимо католического храма он нарочито кивнул головой и полетел дальше.

Целый день он крутился вокруг птицы, мазал специями, начинял и мариновал, параллельно растапливая свой гриль во дворе.

Наконец, ближе к десяти вечера, священная индейка стояла на белоснежной скатерти стола и парила незабываемым ароматом, от которого у Билли начиналась тахикардия. Он с трудом контролировал свое слюновыделение и «забивал» это чувство литрами воды. Когда же его давление достигало отметки «180 на 110», он убегал из гостиной, пил валерьянку и даже жмурился от бурчания в желудке. Помогало, но ненадолго.

Как опытный шериф, он скользил вдоль стенки в прихожей и аккуратно заглядывал в гостиную в вожделении лучшей индюшки на свете.

Звонок телефона.

– Да! Ало!

– Папуля! Мы выезжаем к тебе. Будем через час.

Билли посмотрел на часы: «22:15»

– Хорошо. Жду! – Трясущимися губами отвечал Билли и клал трубку.

«Боже мой! Прошло всего пятнадцать минут! Чертов час! Я помру… Нет! Я точно помру!» – ревел Билли на весь пустой дом.

Он стал ходить взад-вперед и причитать: «Черт! Черт! Черт! Когда же наступит! Когда эти стрелки встанут наверх, а?! О-о-о, черт возьми, какой запах!»

– Звал? – прозвучало в тишине.

– Что? Кто здесь? – встрепенулся Билли.

Его лоб взмок, а на рубашке проступили полосы пота от живота. Он протер мокрый подбородок и спросил еще раз: «Кто здесь, черт возьми?»

– Пока нет, рановато… Хорошо держишься. – ответил голос.

«Все… Все! Галлюцинации! Ах, я сошел с ума! Чертова индюшка!»

Его руки затряслись, как у дряхлого старика, которыми он вытирал слюни с мокрых губ. Не отводя глаз от стола, он бросился к нему, как молодой гепард, взял двумя мокрыми руками священную индейку и откусил кусок грудки вместе с ребрами. Потом еще раз, потом еще. Он пожирал так, будто он долго сидел на строгой диете и наконец-то сорвался. Это мало было похоже на эстетическое наслаждение – больше на животный инстинкт. Заглотив, почти не жуя, целую ножку он замычал, как раненый бык, и упал на стул, который под ним немного прохрустел. Тяжело выдохнув, он схватил бутылку вина, зубами откупорил и стал заливать свое жерло с той же жадностью. Еще раз тяжело и громко выдохнул.

Немного угомонившись, он продолжил свою трапезу, смешивая в себе пюре, соус, стыд и наслаждение. Последнее перевешивало безоговорочно.

«Вот теперь в самый раз! Ха-ха!» – прозвучал голос.

Голос сейчас был намного ближе, будто прямо за спиной. Билли застыл с крылышком во рту, с которого капал соус, и выпучил глаза. Он медленно повернулся и дернулся от неожиданности – перед ним стоял волосатый хвостатый рогатый урод с красноватой кожей и мотал копытом ключ от машины. Билли с усилием сглотнул слюну вместе с крылышком и помотал головой.

– Ты кто, мать твою?

– Это же я, Билл!

– Как ты сюда попал?

– Так ты же меня звал, разве нет?

– Черт…

– Чего?

У Билли было два варианта – либо это галлюцинация, либо это… Да как такое возможно!

– Well, well, well! Как я это люблю! Чревоугодие на самом его пике! Ну посмотрите же на него!

Билли огляделся по сторонам и ничего не ответил. Неизвестный гость продолжал:

– В самый сочельник! Ай-яй-яй! Не хватило чуть-чуть, Билл! Рад за тебя! Я давненько слежу за тобой… Ты, безусловно, наработал себе достаточно, но это… Это настоящий туз в рукаве и красивый финал!

– Ты кто? – тихо прохрипел Билли.

– А ты разве еще не понял? Я же тот, которого ты позвал, Билли! Я все ждал, когда же ты оступишься так, что мне не будет жалко бака бензина, чтобы забрать тебя… И тут на тебе! – подарок! Рождественскую индюшку – да в сочельник! Да в одну каску! Билли, ты просто превзошел себя! Молодец!

– Черт… Ты черт! – Билли выдавил то, с чем уже сам согласился, – И что же теперь?

– Ну черт, ну и что! Что ж теперь ссать-то, Билли? Чего ты выпучил глазенки? Пора тебе уже. – улыбался Черт.

– Как пора? Куда? За что?

– Ну-ну-ну, тьма, куча! Просто куча вопросов от пожирателя крылышек!

– Я ведь… Я же…

– Я все понимаю, Билли, но не мы это придумали, понимаешь? – Черт взял под руку Билли и повел на выход. – Хочешь забрать ножку? – показал он на стол.

Билли молча помотал головой и побрел вместе с ним к двери, уткнув глаза в пол.

– Подожди! Так я живой еще!

– О, это легко исправить! – Черт взял первый попавшийся подсвечник и замахнулся, – ха-ха-ха! Шучу! Как это живой, Билли? Или ты думаешь, что запить двумя литрами вина целую индюшку – это полезно для сердца? Не смеши меня. Это, конечно, не по моей части, но в медицине я немного понимаю.

– А тело где?

– Изволишь взглянуть?

– Нет… Нет. – подумав, ответил Билли.

Он молча подошли к пурпурному тонированному BMW, Черт открыл переднюю пассажирскую дверь и показал копытом на сиденье.

– Почему BMW? …

– Да они тоже хороши, знаешь! – с сарказмом пискнул Черт, – Садись!

Черт сел за руль, завел мотор и вдавил гашетку.

– Вы – мой самый любимый контингент, знаешь! Спокойные, добрые такие, упитанные… Но, тут, как говорится, закон есть закон! – он поднял копыто вверх и пискляво засмеялся. – Но сожрать рождественскую индейку в Со-чель-ник! Ты превзошёл сам себя и многих других! Пару часов бы подождал бы – и опять жди тебя годы. А тут видишь, как совпало…

– Как… совпало?

– Ну, грех? – грех. С отягчающим каким еще! Да и сердечко и так от трепета взволновалось, а тут такой на него гастрономический оргазм! У него просто не было шансов.

Машина быстро доехала до каньона и провалилась сквозь землю. Становилось все жарче и жарче, что Билли сам чувствовал себя индюшкой. Он сильно потел и вытирался заляпанной мокрой майкой.

– А! Отмоют! Ха-ха-ха! Есть где! – взвизгнул Черт и потрепал Билли копытом по голове.

Они летели на машине вниз с огромной скоростью, как вдруг машина задергалась и начала сбавлять ход.

– Ах ты! Опять коробка у нее полетела! Ну нечего, доедем. – сказал Черт и переключил передачу.

Они въехали в большой темный холл, в конце которого стоял трон и к нему тянулась красная ковровая дорожка. На троне сидела огромная жирная муха. За троном была красная таинственная дверь.

– Привет, Вельз! – крикнул Черт, – сегодня мы к тебе!

Муха молча и неспешно спрыгнула с трона и открыла красную дверь, за которой погодка была не из лучших.

– Проходи, Билли, остынешь немного – захохотал Черт и толкнул Билли на красную дорожку.

Билли медленно побрел по ковру, смотря в открытую дверь. По мере приближения, холодный ветер и изморось чувствовались все сильнее. В этот момент ему очень хотелось горячего глинтвейна с корицей…

Чемоданчик

Фонари давно погасли на улицах Бирмингема, автобусы уже не ходили, облака закрыли луну – город спал. Казалось, страдал бессонницей во всей Великобритании только Бен Эллис, который был ночным жителем в своем кабинете. Семья Бена давно видела самые прекрасные сны: его Жене Мэри снилась новая сумочка от Гуччи, дочке – модное платье от Кутюр, а сыну – последний Айфон. Бен же работал в поте лица и пальцев от количества нажатых кнопок на клавиатуре.

После работы он обыкновенно приходил в свою большую, просторную квартиру с дорогим ремонтом и проводил семейный вечер, вкусно ужиная, и делился последними новостями. После застолья он отправлял детей спать, жена шла в ванну, а он погружался в мир цифр, как и сейчас.

Он считал копейку за копейкой часами напролет, выискивал, на чем можно сэкономить, а где – получить больше. По большому счету, большинство жителей Великобритании жили похоже, но не так, как Бен.

Любая возможность урвать цент для него была, как красная тряпка для быка – заработать, найти, украсть – как угодно. И тут еще, как назло, все дорожало – что не могло не сказаться на его жизни.

В одно прекрасное утро, большая семья собиралась в отпуск в солнечные Эмираты – сборы, беготня и шум. Бен аккуратно складывал документы, пачки накоплений, свои часы и золотой Паркер в чемоданчик – очень уж хотелось блеснуть состоянием перед арабскими миллионерами. Тем более, что он неплохо знал арабский и мог договорится о сотрудничестве с каким-нибудь шейхом на поставку пасты «Мармайт». Галстук с золотым зажимом дополнил ассортимент, и чемодан закрылся.

– Бен, дорогой, ты можешь думать не только о работе и деньгах?

– Мэри, как же о них не думать? Мы же хотим сумочку? – Бен прижал Мэри и захихикал.

– Ну ладно, только давай постараемся в первую очередь отдохнуть?

Бен молчал, сворачивая в трубочку третью пару носков. Через пару часов они заказали эконом-такси, втиснулись в него и поехали в аэропорт.

Полет шел в штатном режиме, самолет выпустил шасси и зашел на глиссаду.

«retard, retard, retard» – скомандовал бортовой компьютер пилотам.

Самолет коснулся полосы, как вдруг в салоне началась сильная тряска. Пассажиров начало сильно болтать в сиденьях, и Бен как можно сильнее впился в свой чемодан, но это не помогло. Он сидел у окна, и в момент тряски бился локтем об фюзеляж – из-за этого чемодан все-таки выпал из рук Бена, когда самолет выкатился за пределы полосы и затрясся еще сильнее. В салоне паника, запахло дымом, стюардессы организовали спасательные действия, а чемодан потихоньку уползал все дальше под переднее сиденье.

Когда открылись запасные выходы и надулись эвакуационные горки, самолет горел, и все ломанулись к выходам, кроме Бена – он отчаянно в дыму искал свой заветный чемоданчик, в котором было его будущее…

– Бен! Бен! – кричала Мэри у выхода, но ее силой толпы выдавило из салона вместе с детьми.

Последними салон покинули стюардессы и отвели всех на безопасное расстояние. Пожарные машины уже были видны на подъезде к самолету. Никому и в голову не могло прийти, что найдется хоть кто-то, кто задержится в горящем задымленном самолете.

Ах! Вот ты! – схватил Бен чемодан за ручку – Черт возьми!

– Да не нужен он мне! – ответили ему.

– А я его вам и не отдам – ответил Бен, пытаясь вылезти из-под сидения.

– А семья твоя как же?

– Сейчас-сейчас… Я только выберусь… – кряхтел Бен.

Бен вылез из-под кресла и застыл, смотря на источник звука. Перед ним стоял Черт.

– Ну что ж ты так, Бенни? – «ласково» заговорил он, – не успел всего чуть-чуть. Эх! Чемоданчик помешал, да?

– Ты кто, черт побери?! А?

– Черт обыкновенный! Ха-ха-ха!

– Где моя семья?! – озирался по горящему салону Бен.

– Семья твоя меня не интересует… Да и тебя, впрочем, тоже.

Бен ломанулся к выходу сквозь дым, пока не замечая ничего. Он выскочил из салона и скатился с чемоданом в руках по горке.

– Господи! Бен! Мой дорогой Бен! Как же так?! – ревела навзрыд его жена, к которой прижимались дети.

Бен бежал от самолета по грунту к Мэри и кричал: «Мэри! Мэри! Вот он я! Иди ко мне!

– Рано ей пока к тебе-то, Бенни. – сказал Черт из-за спины.

«Надышался, наверное,» – подумал Бен.

– Мэри! – подбежал он к жене и пытался обратить на себя внимание, но это было тщетно.

Он попытался взять ее за плечо, но его руки были будто приклеены к чемодану и отцепить он их никак не мог.

– Мэ-э-эри! Посмотри же на меня!

Мэри только плакала навзрыд и гладила детей по голове. Бен развернулся к самолету и увидел, что от него остался только обгоревший фюзеляж. Еще он услышал обрывок диалога: «Повезло, слава Богу… Как фейерверк вспыхнул… Еще бы секунд двадцать, и все…». Бен смотрел на самолет и на Черта, который стоял неподалеку. Он спешно подошел к нему.

– Что здесь происходит? Ты кто, мать твою?

– Бенни, понимаешь… Когда люди… Эм. Когда люди в заправленном горящем самолете забиваются под сиденье, которое сгорает за несколько секунд… Как бы тебе сказать… Умирают. – Черт наигранно изображал тактичность.

– Чего ты несешь?

– Несу, в основном, справедливость, хотя некоторые… Да что там! Многие! Считают, что это не справедливость, а зло. Но мне до них, впрочем…

– Какое зло? Какая справедливость? В чем справедливость?

– А справедливость в том, Бен, что нагрешил ты на полную катушку! А в момент опасности ты предпочел не спасать и сопровождать семью, а искать свои дешевые серебряники! – закричал Черт. – Иуда прям!

– Я… умер? …

– Во! Во-во-во! Смотри, какая красота! – показал копытом Черт на врачей, которые вынесли обгоревшее тело Бена из самолета. – Посмотри же! Ха-ха-ха! Загляденье!

– Твою мать…

– А почему ты? – Бен рассматривал хвост и копыта Черта.

– А кого ты хотел увидеть? Ха-ха-ха! Пышногрудых девиц с мешками золота? Девиц не обещаю, а вот с мешками проблем не будет! – смеялся Черт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.