Андрей Бурнашев
Утраченная иллюзия

Пролог.

Я внезапно очнулась и открыла глаза.

«Что произошло?! Где я?! Ощущения очень странные. Что-то не так. Душа сжимается от ужаса, но я не понимаю в чём угроза».

Зрение затуманено и здесь очень темно. Что-либо понять очень сложно. Окружающее меня пространство похоже на небольшую, тесную и круглую пещерку, с бугристыми, влажными стенками, наполовину заполненную тёплой жидкостью, издающей слабое зеленоватое свечение. Я погружена в эту жидкость по самую грудь, словно в ванну. Поверхность сзади мягкая. Я опираюсь на неё спиной и чувствую какие-то странные пульсации и шум. Кажется, что стенка живая. Она вздрагивает и шевелится.

«Что это за место? И что со мной? Моё тело, словно чужое. Я его почти не ощущаю. В голове туман и сложно… О, Боже!!! Нет!!! Мамочки!!! Как же так?!»

Я бы, наверное, закричала, если бы могла. Но просто замерла с дрожащими губами, не в силах произнести ни звука. Только что мой взгляд скользнул вдоль тела, и я чуть с ума не сошла от ужаса.

«У меня нет ног. В левом боку огромная дыра, чуть ниже груди, и в ней видно рёбра, позвоночник и часть костей таза. Ниже ничего нет. На костях висят желеобразные капли того, что раньше было моей плотью. Никаких внутренних органов в животе не сохранилось. Сами кости тоже похожи на желе. Просто они значительно плотнее всего остального. Правой руки нет. Обрывок рукава медленно тает, словно снег на солнце. От него отделяются кусочки. Мои роскошные волосы слиплись, склеились и почти разложились. Бантик и розочка на груди превратились в комки слизи».

Я приподняла левую руку. В жидкость стали падать густые капли того, что некогда было моей кожей, плотью и остатками одежды.

«О, боже! Теперь я всё вспомнила. Меня съели. Я в желудке огромной твари. Эта светящаяся жидкость – её желудочный сок, и я растворяюсь в нём медленно и неотвратимо. Вся эта муть вокруг была раньше мной, моими органами, моей кожей и одеждой. А ног и правой руки у меня нет, потому что тварь так меня откусила, только верхнюю часть, и сразу же проглотила. Остальное, видимо съели другие монстры. От болевого шока я потеряла сознание и должна была сразу же умереть. Но не понимаю, как сейчас мне удалось очнуться. В чём держится жизнь? Насколько я могу судить, сердце не бьётся. Я не дышу. Да и боли нет. Но я открыла глаза, слышу звуки и способна думать и испытывать эмоции. Господи! Какой в этом смысл? Я полупереваренное желе. Остались лишь плечи, грудь и голова, да остатки левой руки. Всё это растечётся липкой массой через минуту, другую. Мне конец. Всё пошло прахом. Меня предали, бросили одну, и я пошла на корм огромной виверне. Боги оставили меня. Можно сдаться, закрыть глаза и перевариваться дальше. Или же нет?»

Мои губы искривились в безумной улыбке.

«Я всё ещё ощущаю магическую силу в остатках того, что некогда было мной».

Я повернула руку и сжала зубы, чуть прищурив взгляд. В воздухе, над полуразложившейся ладонью, появился ослепительно белый шарик света.

«Ещё хватит сил на один последний сокрушительнейший удар. Конечно, меня саму раскидает на липкие капельки, но виверну я заберу с собою, во тьму. Жаль, конечно, что она даже не успеет раскаяться в том, что съела меня. Я всю жизнь была жалкой неудачницей, глупой, наивной и неуклюжей. Я из кожи вон лезла, пытаясь нравиться людям, а мною только пользовались все, кому не лень. Я всё прощала и страшно боялась остаться одна. Но всё пошло прахом, и умирать придётся в одиночестве. Ладно. Поздно теперь жалеть об этом. Хоть уйду ярко. Это будет прощальный салют в мою честь. Получай, тварь!»

Я спустила силу с цепи, уже не заботясь, что будет со мной и моей последней, оставшейся рукой. Свет мгновенно заполнил тесное пространство и разметал влажные стенки, неудержимо вырываясь наружу. Я потонула в этом сиянии и исчезла так, словно меня никогда и не было.

«Гори всё синим пламенем! Жизнь одна! Другой не будет! Я потеряла свой шанс! Очень жаль!»

Не знаю, сколько прошло времени. Я снова очнулась, на этот раз от звука голосов.

«Что?! Быть не может! Почему я всё ещё не исчезла окончательно? Так не бывает. Небо решило поиздеваться надо мной?»

Я попробовала открыть глаза, но не смогла.

«Возможно, у меня уже нет глаз. Боже! А магия всё ещё есть и она медленно, но верно восстанавливается сама собой. Похоже, что сейчас я стала чем-то средним между элементалем и человеком. У меня всё ещё остаётся какая-то оболочка, и она удерживает душу внутри. Непонятно как я пережила взрыв и не сгорела в нём дотла. Наверное, рефлекторно задействовала защиту, даже не отдавая себе отчёта, что делаю. Но, видимо, я всё ещё, подсознательно, не готова умирать».

Используя магию, я смогла определить, что нахожусь на вершине холма, полностью заваленного остатками тела виверны. Снизу сюда поднимаются два человека, приглушённо переговариваясь между собой.

– Не поскользнись! Господи! Что здесь произошло?! Мясо, кровь! Смотри! Там крыло валяется!

Судя по голосу, слова произносились мужчиной средних лет. Звук постоянно менялся, становясь то громче, то глуше. Вероятно, человек обеспокоенно крутит головой, озираясь вокруг.

«Пожалуйста! Быстрее!» – думала я, едва не плача. – «Я здесь! Заметьте меня. Прошу. Мне нужна помощь! Спасите! Умоляю! Пока я ещё не окончательно превратилась в духа».

– Глазам не верю! – продолжал мужчина. – Это был дракон?

– Не думаю, – голос второго мужчины раздался чуть правее и дальше. Он значительно ниже, чем у его товарища и немного с хрипотцой. Похоже, принадлежит какому-то старцу.

– Скорее всего, это был не дракон, а очень большая виверна, – говорил старик задумчиво и его голос тоже становился то тише, то громче. Видимо, он тоже крутит головой, озираясь вокруг.

– Но что её убило? – ужаснулся первый мужчина. – Смотри, как далеко раскидало куски.

– Кто знает? – старик вздохнул. – Я уже много лет живу на свете, но такое вижу впервые. Создаётся впечатление, что чудовище лопнуло, словно вздувшийся бурдюк забродившего вина. Его разорвало изнутри и тут явно не обошлось без очень сильной магии. До сих пор ощущаются её следы.

«Люди! Пожалуйста! Хватит рассуждать! Присмотритесь! Я рядом с вами, но не могу кричать, наверное, потому, что лёгкие не сохранились».

– Ай! – первый мужчина вдруг истерично взвизгнул. Возглас был настолько тонкий, что очень напоминал поросячий визг. Я бы вздрогнула, если б могла, так он напугал меня своей внезапностью. Потом послышался какой-то резкий шум, а следом за ним звуки, с которыми рвота вырывается наружу.

– Ты чего? – испугался старик.

– Там человеческие останки, – с трудом прохрипел первый мужчина и снова стало слышно, как он блюёт.

«Боже! Ведь, правда. Я, очевидно, жутко выгляжу. Думаю, меня саму бы стошнило, увидь я такое. Но я ещё жива. И хочу прожить ещё хоть немного. Как мне подать им знак? Тело не подчиняется. Я полностью потеряла над ним контроль».

– Фу! Ну что ты делаешь? Весь ужин коту под хвост! – судя по звуку шагов, старик подошёл ко мне почти вплотную. Но его не стошнило и, кажется, мой вид его не напугал.

– Да. Жуткое зрелище, – сказал он со вздохом. – Очевидно, это было в желудке у чудовища, как раз перед его смертью. Останки девушки. Почти полностью переваренные. Не хотел бы я закончить, как она.

– Господи! Зачем я только на неё посмотрел?! – причитал первый мужчина. – Теперь этот образ мне всю жизнь в кошмарах являться будет. Наверное, до самой смерти не смогу от него избавиться. Чем я заслужил такое?!

– Ничего не поделаешь, – философски изрёк старик. – Все мы ходим под небом, и никто не знает, какой его ждёт конец. Малышке не повезло. Совсем ещё юная была, и толком пожить не успела. Как жаль. Просто слов нет. Такая красивая девочка стала чудовищу кормом.

«Хватит меня обсуждать!» – мысленно стонала я, и сходила с ума от отчаяния. – «Присмотритесь. Я живая. Я слышу всё, что вы говорите. Сделайте что-нибудь вместо того, чтобы вести пустые разговоры над моим телом!»

– Ты издеваешься, говоря, что она красивая? – возмутился первый мужчина. – Хочешь вынудить меня снова на неё взглянуть?

– Ну, так чего ты, как ребёнок?! – старик усмехнулся. – Пора уже привыкнуть к виду обезображенных мёртвых тел. А девушка, правда, была красивой. Я не шучу. Если уж и не самая красивая, то определённо при жизни была очень милой. И грудь у неё выразительная. Жаль только, что остальное тело не сохранилось.

– Боже! Морган! Ты меня пугаешь! – мужчина сплюнул. – Как ты можешь говорить всё это, спокойно разглядывая подобный ужас? Ты некрофил что ли? И что бы ты там не говорил, я больше не буду на неё смотреть. Мне и первого раза хватило. Пошли отсюда.

«Не будет от них помощи», – поняла я. – «Всё зря».

– Мы не можем её так оставить, – возразил старик. – Нам придётся её похоронить.

– Не выдумывай! – мужчина опять сплюнул. – Я к ней не прикоснусь. Хочешь для неё погребения, просто спали тело магией, и пошли дальше. В лесу уже темнеть начинает.

«Что?!» – я не на шутку испугалась. – «Не нужно меня жечь! Я всё ещё безумно хочу жить. Как угодно. Не важно, сколько там от меня осталось. Пожалуйста, не убивайте».

– Много манны уйдёт на то, чтобы сжечь эти останки, – вздохнул старик.

«Так! Ладно! Мне срочно нужно что-то делать! Пожилой мужчина колеблется. Но если решится, я сейчас обращусь в пепел, и всё будет кончено. Может ударить по ним магией, ориентируясь на голоса? Проклятье! Наверное, это плохая идея. Они слишком близко. Зацеплю себя, и мы вместе отправимся во тьму».

Я снова задействовала заклинание обнаружения, пытаясь точнее определить местоположение противников.

«Это ещё что? Не могу сказать наверняка, но, кажется, в пределах досягаемости есть какой-то крупный зверь. На медведя не похож. Скорее всего, огромный кабан роется в кустах. Довольно далеко отсюда. Нас он, похоже, не чувствует. Ветер дует в другую сторону и запах людей не достигает его рыла. Ладно. Такой шанс упускать нельзя. Этот зверь может стать моим спасением. Нужно как-то попробовать натравить его на мужчин. Ели всё пойдёт как надо, они отдалятся от меня хоть немного, и можно будет накрыть всех одним ударом, вместе с кабаном».

Магией я подняла в воздух горсть мелких камней возле ручья, и ударила ими животное со всей силы, какую только смогла приложить на таком большом удалении. Конечно, серьёзных ран крупному зверю, жалким щебнем, мне не удалось нанести. Но, наверняка, я посекла ему шкуру до крови. Часть камней вообще не попали в цель, а изрешетили листья и посбивали веточки окружающих кустиков. Кабан завопил от ярости и вылетел из зарослей, бешено озираясь и пытаясь понять, кто его атаковал.

– Твою мать! – выругался молодой мужчина. – Только этого не хватало!

– Проклятье! Вот уж сюрприз! Серый, задержи его! – скомандовал старик. – Я сейчас убью вепря заклинанием. Мне нужна минутка на подготовку.

– Ясно.

– Только не отходи от меня. Похоже, мы здесь не одни.

– Чего?!

– Готовься! Нападает!

Судя по звукам, старик ещё на шаг отступил ко мне. Снизу стремительно приближался стук копыт.

«Проклятье! Что-то пошло не так. Мои ожидания не оправдались. Люди не стали от меня отдаляться, а наоборот подошли ещё ближе. Зря только пожертвовала бедным животным».

Земля вздрагивала от шума сражения. Что происходит, я не могла уследить. Слышались лишь крики, пыхтение, топот ног и звон стали. Потом последовал звук тяжёлого удара и, кажется, кабан кубарем покатился с холма.

– Фух! – молодой мужчина, по кличке Серый, шумно выдохнул. – Это было опасно. Ты чуть меня не зацепил.

– Прости, – извинился старик. – Пришлось рисковать, чтобы нам не ударили в спину.

– Ясно. Ладно. Объясни, что тут за цирк? Кто должен был ударить? Я не понимаю. Здесь где-то прячутся враги? Где они?

– Судя по всему, прямо здесь.

Голос старика начал меняться. Кажется, он повернулся ко мне лицом.

– Эй!

Мне в плечо стукнул носок сапога. Естественно, боли я не почувствовала. Меня просто качнуло и в голове появилось неприятное ощущение.

– Слышишь меня?

– Ты что делаешь?! – возмутился Серый. – С ума сошёл?

– Ни капли.

Зашелестела ткань. Появился звук дыхания. Наверное, старик склонился к моему лицу.

– Ты же слышишь меня? – сказал он мне почти в самое ухо. – Подай какой-нибудь знак.

«Кажется, он ко мне обращается. Но какой знак я должна подать? Тело не слушается. Я не смогу пошевелиться и приветливо помахать рукой!»

– Морган, одумайся! – Серый с шумом забросил свой клинок в ножны. – Ты пытаешься говорить с головой без тела. Она давно умерла, и её почти полностью переварили.

– Нет, – кажется, старик тряхнул головой. – Как бы дико это не звучало, но она всё ещё в сознании. Поверь мне. Это она магией вепря ударила. Я явственно это почувствовал.

«Боже! Вот оно что!» – удивилась я. – «А Морган оказался сильным и опытным волшебником. Мало кто может почувствовать действие чужой магии, и тем более определить её источник».

– Издеваешься?! – возмутился Серый, и, через секунду, снова стали слышны рвотные позывы.

«Наверное, он опять посмотрел на меня».

– Даже не думал, – Морган усмехнулся. – Она не до конца мертва. Умерло только тело, но дух всё ещё остаётся где-то там внутри и очень хочет жить. Это она виверну разорвала. Изнутри. Представляешь? На свете нет никого, кто смог бы сделать что-то подобное. А эта девочка смогла. Мы заговорили о том, чтобы сжечь её, и она натравила на нас вепря.

– Так сожги её быстрее! Она уже зомби, а не человек! – перебил Моргана Серый.

– Нет. Зачем её жечь? В отличие от зомби, она всё ещё способна думать и принимать решения. Это потрясающе! Рассказать кому-нибудь, никто не поверит. У меня просто сердце трепещет от восторга!

– Но мы всё равно не сможем её воскресить. Какой смысл мучать её душу. Упокой её. Для неё самой это будет лучше.

– Нет! – упрямо возразил Морган и снова тряхнул меня. – Эй! Если хочешь жить, подай знак. Зажги магией маленький огонек, и я увижу, что ты меня понимаешь. Иначе, действительно обращу в пепел.

«Да, конечно, вот тебе огонёк. Только не убивай».

Я зажгла крошечную точку света над своим правым плечом

– Пресвятая дева! – только и проговорил Серый и, кажется, отошёл прочь, чтобы снова прочистить желудок.

– Отлично, – Морган усмехнулся очень довольный собой. – Всё же я не ошибся. Это действительно была ты. Теперь я чувствую поток магии в твоём растерзанном теле. Хочешь жить?

«Конечно, хочу! Давно бы сожгла сама себя, если бы не хотела».

– Если собираешься дать положительный ответ, зажигай огонёк ярче, – сказал старик. – Если твой ответ отрицательный, притуши свет. Тебе ясно?

Я тотчас сделала свет сильнее.

– Отлично. Теперь верни, как было.

Я покорно притушила свечение.

– Молодец. Давай ещё раз. Хочешь жить?

«Да! Да! Я на всё готова! Я сделаю всё что угодно, только за одну надежду снова услышать, как бьётся моё сердце. Пожалуйста, помогите мне!»

Я зажгла огонёк ярче.

– Понятно. Я так и знал.

Судя по звуку, старик уселся рядом на траву. Наверное, у него затекли ноги от сидения на корточках.

– Хорошо. Ты сейчас самая настоящая нежить. Порождение тьмы, возможно появившееся из злости и отчаяния. Но уже не человек. Думаю, ты сама это отлично понимаешь. Мы должны, были бы, немедленно от тебя избавиться как от опасного монстра. Таковы правила. Да и ты, при жизни, поступила бы именно так, а не иначе, если б встретилась с чем-то подобным. Тем более, что обратно в живую девушку, тебя обратить, практически невыполнимая задача. Я такого не могу и не знаю никого, кто способен на подобное чудо. Но я всё равно помогу тебе, если и не воскреснуть, то хотя бы вернуть некое подобие жизни. Ты практически не будешь отличаться от обычных людей. Мало кто вообще сможет заметить подмену, если, конечно, ты будешь осторожна и не выдашь сама себя.

«Господи! Неужели всё получится? Я опять вернусь?»

– Притуши огонь! – усмехнулся старик. – Рано радуешься. Я не стану тебя возвращать бесплатно.

«Что?!» – я испугалась. – «Боже! Что ты задумал?!»

– Мне придётся потратить на тебя много времени и сил, – продолжал Морган. – Жизнь вообще дорогая штука, – он вздохнул. – Мало кто из людей могут себе позволить купить её снова, однажды потеряв. А вот у тебя будет такой шанс. Благодаря мне, конечно. Естественно, за свои труды и хлопоты, я хочу получить что-то взамен. Мне не нужны от тебя деньги. У тебя их всё равно нет, да и много заработать ты вряд ли сможешь, даже за десять лет. Поэтому, будешь служить мне в другом деле. Станешь покорным инструментом старого мага в достижении моей давней, сокровенной мечты, – Морган странно захихикал. – Если всё получится, и ты преуспеешь, я тебя освобожу. Будешь жить дальше, наслаждаясь отпущенным тебе временем. Ну, или погрузишься во тьму, если удача оставит тебя, – старик усмехнулся. – Только мне кажется, ты должна быть невероятно удачлива. Судьба благоволит тебе. И я уверен, что у тебя всё получится. Готова служить мне?

«А какой у меня выбор? Окончательно исчезнуть я всегда успею. Естественно, я сейчас готова соглашаться на что угодно».

Я заставила огонёк светиться ослепительно ярко.

– Договорились.

Старик встал.

– Серый! Соберись. Не раскисай. Ты сейчас зеленый, словно сам стал зомби. Выпей что-нибудь и принимайся за работу. Нужно постараться до темноты разбить здесь лагерь, поставить палатку и развести костёр. На ужин пожарим шашлык из кабана. Нужно хорошенько отметить этот день. Как закончишь с костром, помоги мне собрать куски виверны. Будем девочке тело восстанавливать. На это уйдёт ближайшие пару дней и нельзя допустить, чтобы мясо затухло.

Глава 1: Встреча с директором

Аромат цветов плыл вдоль аллеи, и я невольно зажмурилась, глотая этот воздух, словно дорогое вино. Сейчас всё ещё было раннее утро. Дорожки в парке пусты. Вокруг тишина и спокойствие. Только лениво шелестит ветерок в листве, играя пятнами света в ровно подстриженной, зелёной траве, под сенью крон огромных вязов. В ветвях беззаботно поют птицы. Журчит фонтан, распространяя вокруг тонкую водяную пыль. В голубом небе застряло одинокое белое облачко. Экипаж высадил меня у ворот, и оставшийся путь, до крыльца академии, мне пришлось преодолевать пешком. Но я была не против небольшой прогулки. От долгой поездки устала попа. Кроме того, мне хотелось хоть немного размять ноги и подышать свежим утренним воздухом. Тем более, что у меня снова есть ноги и я чувствовала прилив радости от возможности их использования. Я очень люблю гулять. Вернувшись к жизни, я стала безумно ценить эти маленькие моменты счастья. Запах роз, мимо которых я шла. Тёплые лучи солнца. Приятный ветерок. Великолепный вид на центральную аллею с прекрасными статуями из белого мрамора и фонтанами, чередующимися с пышными клумбами цветов. Никогда прежде я не умела наслаждаться жизнью по-настоящему. Не чувствовала великолепия каждого мига своего существования. Только потеряв всё, я поняла, как же это волшебно просто жить, шагать по дорожке навстречу начинающемуся дню, полному новых впечатлений, встреч, слов, действий, решений и их последствий. Каждое мгновение для меня было сейчас, словно увлекательное приключение и я спешила насладиться им в полной мере, и запечатлеть в своей памяти. За моей спиной прячется ужас смерти. Он постоянно дышит мне в затылок, но я стараюсь не думать о нём. Меня саму сейчас сложно назвать живой. Бог знает, что я такое. Мне не нужно есть или спать. Я даже не дышу, а просто делаю вид, чтобы люди не заподозрили неладное. Если сейчас приложить ухо к моей груди, можно заметить, что сердце не бьётся. Но всё хорошо. Это не беда. Я верю, что всё ещё вернется, однажды, и я снова буду жить в полном смысле этого слова. Сейчас мне просто нужно хорошо постараться, выполняя свою часть контракта. Для этого я здесь, на пороге столичной академии. Моя первая цель спокойно живёт своей обычной жизнью, где-то в этих стенах, и даже не подозревает, что я уже явилась по его душу.

Я с интересом окинула здание взглядом, поражаясь его великолепию. Стиль позднего барокко. Очень красиво. Без сомнения, всё это сооружение является выдающимся шедевром искусства, завораживающее своим изысканным видом каждого, кто видит его впервые. В огромных окнах верхних этажей отражается небо. Внутри тишина. Не слышно голосов или какого-либо шума, словно здесь вовсе нет других людей. Обогнув фонтан, окружённый целым морем разноцветных гиацинтов, я начала подниматься по ступеням из белого мрамора, отполированным до зеркального блеска, к стеклянным дверям центрального входа. В ту же секунду там открылась створка, и наружу вышел человек в ливрее.

«Меня заметили. В принципе, нет ничего удивительного, что у этого места есть охрана. Всё же в академии обучаются дети из самых высших слоёв общества, и кого попало в эти двери не впустят».

– Мадмуазель, доброе утро, – человек чуть склонил голову.

– Доброе утро.

– Могу я узнать ваше имя и причину, ради которой вы соизволили посетить нашу академию?

– Моё имя Алиса Лиседж. Я недавно была зачислена сюда в качестве студента первого курса, и сейчас должна встретиться с директором.

– Да. Мы вас ждём. Пожалуйста, входите.

– Спасибо.

Слуга распахнул двери, и я, чуть кивнув ему в знак благодарности, шагнула в просторный, пустой холл с невообразимо высоким потолком. Далеко впереди возвышалась огромная статуя девушки с крыльями, отражаясь в полу из мраморной плитки, словно в водной поверхности спокойного пруда. С обеих сторон статую, полукругом, обхватывали белые ступени парадной лестницы. Лестница поднималась к стене, где между окон блистал герб академии, и расходилась в разные стороны, на широкие балконы, охватывающие помещение по кругу. Выше, через равные промежутки, висели огромные флаги ведущих домов королевства, давя на меня, маленькую, своим холодным величием. Я, конечно, тоже из знати. Но мой род слишком мелкий и незначительный. Вряд ли хоть кто-нибудь знает, как выглядит мой герб.

– Госпожа! – ко мне подошла девушка в платье горничной. – Прошу следовать со мной. Я проведу вас к кабинету директора.

Я кивнула и мы, покинув холл с его гулким эхом, вошли в прохладный и тихий боковой коридор. Здесь цветы в вазах, расставленные через равные промежутки вдоль стены, а на окнах тяжёлые шторы, красиво собранные широкими лентами. На паркетном полу – мягкий ковёр. Под потолком люстры из хрусталя. Стены отделаны панелями из дорогих пород дерева. Такое впечатление, что мы в королевском дворце. Я, честно говоря, не ожидала подобного. Буквально всё в этой академии поражает своей изысканностью и великолепием. Интерьер коридора радует взгляд своей утончённой красотой. Я невольно вздохнула. Прежде я не могла бы здесь учиться. Это стоит больших денег, и моя семья не стала бы за меня платить. Сейчас деньги даёт Морган. Но он, естественно, не планирует оплачивать моё обучение все четыре года. Ему нужно только, чтобы я выполнила свою роль в его загадочном и коварном плане. После этого моё дальнейшее пребывание в академии потеряет всякий смысл.

Я мрачно усмехнулась сама себе.

«План Моргана. Хочу я или нет, мне придётся следовать ему и делать то, что мне велят. Я завишу от старого мага и вынуждена быть его марионеткой. И раз я лишь марионетка, старик не спешит посвящать меня в подробности своего замысла. Чего он хочет на самом деле, для меня остаётся загадкой. Сейчас мне поставлена простая и конкретная задача, найти и познакомиться в этой академии с молодым человеком по имени Серж ди Минкасье. Он виконт и наследник рода Минкасье. Я должна любыми путями втереться к нему в доверие и получить доступ в его родовое имение. Как я смогу это осуществить, пока что не имею ни малейшего понятия. Я не так хороша собой, чтобы все парни сходили по мне с ума. Кроме того, мой собственный род слишком незначительный. Я мало кому могу быть интересна в качестве невесты. А виконт уже обручён с девушкой из весьма достойной семьи. Как ни посмотри, мои шансы равны нулю. Никакой возможности достичь своей цели я не имею, но права сдаться и отступить, мне изначально предоставлено не было. Сделай или умри. Третьего не дано».

Служанка остановилась у богато отделанных и массивных дверей.

– Госпожа, прошу подождать здесь одну минуту. Я сообщу директору о вашем прибытии.

Я опять кивнула, и девушка оставила меня в коридоре.

«Ладно», – думала я, разглядывая золотую табличку на двери. – «Во времени я не ограничена, так что буду наслаждаться жизнью столько, сколько смогу. Нет смысла отчаиваться и лить слёзы. Это не изменит ничего. Нужно просто верить в лучшее и делать всё, что от меня зависит, чтобы мои часы не остановились окончательно. Но если это произойдёт, что ж поделаешь. Чудо уже то, что я смогла прожить ещё хоть немного, хотя уже давно должна была исчезнуть во тьме».

Дверь отворилась.

– Пожалуйста, входите, – служанка чуть отступила в сторону и склонила голову. Я осторожно вошла в полумрак кабинета директора.

«Какой необычный запах! Это первое, на что обращаешь внимание, когда входишь сюда. Запах приятный, но мне незнаком. Он навевает ощущение таинственности».

– Доброе утро, – я сделала изящный реверанс, пытаясь в этот момент осмотреться и понять, куда попала.

«Вокруг множество книг. Все стены скрыты шкафами, а в свободных промежутках висят великолепные портреты неизвестных мне людей. На полу толстый ковёр. Напротив входной двери два окна, но они скрыты плотными шторами и в помещении мягкий полумрак. Возле окон большой письменный стол и там кто-то есть. Женщина? У этой академии директор женщина? Признаться, я удивлена».

– Пожалуйста, подойди ближе, Алиса, – женщина за столом откинулась на спинку кресла, внимательно изучая меня холодным взглядом поверх очков. – Не заставляй меня разговаривать с тобой через всю комнату.

– Простите, госпожа, – я подошла к столу и остановилась в метре от него.

«Она проигнорировала моё приветствие. Могла бы тоже пожелать мне доброго утра. Но, кажется, директор не особо рада меня видеть. Не знаю почему. На вид ей лет пятьдесят. Видимо, в молодости была настоящей красавицей, да и сейчас выглядит весьма неплохо. Только волосы полностью седые, лицо изрезанно морщинами, и на носу толстые очки. Сиреневое платье весьма изысканно, а на груди сверкает дорогое ожерелье».

– Ещё ближе подойди, – поморщилась директриса. – Хочу тебя рассмотреть, как следует.

– Да. Как пожелаете, – я подошла к столу вплотную, но теперь вынуждена была смотреть на женщину сверху вниз.

– Моё имя Силестина Форс, – представилась она. – Меня уговорили зачислить тебя в академию без экзаменов и посреди учебного года, но ты должна понимать, что никаких поблажек тебе не будет и я не стану тебе покровительствовать.

– Да, мадам, – я кивнула.

– Все остальные студенты твоего курса начали обучение в первых числах сентября, а сейчас конец апреля. Ты безнадёжно отстала от них и мне непонятно, как ты собираешься догонять. Если ты не наберёшь проходных баллов, на тестах в мае, то будешь немедленно отчислена из академии. Ты это понимаешь?

– Да, мадам, – я снова кивнула, но кажется, начала бледнеть от волнения. В этот момент Силестина бросила на стол, передо мной, толстую папку перетянутую ленточкой. От хлопка тяжёлой папкой по поверхности стола я невольно вздрогнула.

– Это вопросы тестов, – сказала Форс, холодно глядя мне в глаза поверх очков. – За оставшееся время ты должна выучить их все или у тебя не будет никаких шансов сдать экзамены.

«Что?» – признаться, я даже растерялась. – «Ко мне вдруг решили проявить милосердие? Довольно неожиданно, после столь холодного приёма. Неужели я ошиблась, и эта женщина на самом деле очень добрая и просто старается казаться излишне строгой? Или же это Морган подсуетился, чтобы меня не выбросили отсюда сразу же через месяц после поступления?»

– Я крайне признательна, – я склонила голову.

– Учти, что никто не должен увидеть у тебя эту папку, – Форс поморщилась. – Надеюсь, ты не глупая и понимаешь это. Если папка всплывёт, ты будешь обвинена в том, что как-то украла её и будешь с позором отчислена, а возможно даже взята под стражу.

– Ясно.

– Но ты можешь не брать её сейчас, и пытаться подготовиться самостоятельно, – директорша усмехнулась. – Для этого тебе потребуется, как минимум, репетитор или даже два, и всё твоё время. Двадцать четыре часа в сутки тебе нужно будет посвятить учёбе, для того, чтобы покрыть отставание от остальных учеников. Выбор за тобой.

– У меня нет денег на репетитора, – я вздохнула. – Если позволите, я возьму папку, а отставание как-нибудь компенсирую естественным образом.

– Хорошо, – Форс кивнула и бросила на стол тонкую книжицу. – Это правила академии. Обязательно, первым делом, тщательно их изучи. Имей в виду, что несоблюдение многих из них будет иметь очень тяжёлые последствия, вплоть до помещения в карцер или даже телесных наказаний прилюдно. Разумеется, от любого наказания можно будет откупиться деньгами, при условии, конечно, что они у тебя есть, – директорша криво усмехнулась. – За тебя внесена минимально возможная оплата, так что никаких привилегий не будет. Ты можешь рассчитывать лишь на базовый уровень услуг, предоставляемый академией своим учащимся. У тебя будет комната в женском общежитии самого низкого класса, но с одной соседкой. Должна быть с двумя, но тут тебе повезло. Сейчас свободна только эта. Свой ключ получишь у коменданта общежития. Там же получишь три набора формы академии – для учёбы, для работы и для повседневного ношения во внеурочное время, а так же весь набор необходимых вещей личного пользования. Другие личные вещи в академии иметь запрещено кроме тех, что входят в разрешённый список. Этот список найдёшь на восьмой странице правил. На территории академии можно находиться только в одной из утверждённых форм. Другая одежда не допускается и за это предусмотрено наказание. Будь осторожна.

– Поняла, – я кивнула.

– Тебе запрещено иметь своих слуг, что прежде прислуживали тебе дома, – продолжала директорша. – За это взымается дополнительная плата и учащиеся со слугами должны жить в отдельных апартаментах, а не в комнате, как у тебя. Но имей в виду, что может возникнуть ситуация, когда кто-то из сверстников заставит тебя быть ему слугой или ты сама найдёшь себе слугу среди других учащихся. Академия не вмешивается в подобные отношения, предоставляя студентам самим решать свои проблемы, но помни, что проявление открытого насилия запрещено и если ты будешь поймана на этом, тебя накажут. Всё ясно?

– Да, – я опять кивнула.

«Ситуация когда представители более слабых родов прислуживают ведущим родам королевства или отдельным их представителям не нова и практикуется сплошь и рядом. Я ни капли не удивлена, что среди учащихся этой академии происходит что-то подобное. Тем более что местные власти закрывают на это глаза. Вот только мне до этого дела нет. У меня конкретная цель и нет времени на то чтобы меряться с кем-то силами, в споре за своё место на вершине «Олимпа». Лишь бы меня не доставали, и мне этого будет достаточно».

– Писчие принадлежности, книги и тетради академия предоставляет бесплатно в необходимом объёме, – продолжала Силестина. – За порчу книг предусмотрен штраф. Питание в столовой трёхразовое в уставленное время. Опоздаешь, останешься голодной. Базовые блюда бесплатны. Если хочешь большего, придётся платить.

– Я поняла.

– Раз в неделю, каждую пятницу, тебя будут привлекать к самым различным работам. Если не хочешь заниматься физическим трудом, достаточно заплатить фиксированный, ежемесячный сбор в пять серебряных реалов.

– Ясно.

– В субботу баня. Есть бесплатная для всех и платная для тех, кто может позволить себе заплатить за это.

– Понятно.

Форс усмехнулась.

– Имей в виду, что люди будут оценивать тебя, в том числе и по тому, можешь ли ты себе позволить хоть что-то из того, за что нужно платить или будешь пользоваться всем бесплатным. Но мой тебе совет, не старайся из кожи лезть, пытаясь казаться тем, кем ты на самом деле не являешься. Обычно ни к чему хорошему это не приводит. Никто не сможет прыгнуть выше головы.

– Да, мадам.

– Хорошо. Надень это на руку, – директорша положила на стол браслет. – Это устройство блокирует твою магию. Все рядовые студенты, первого и второго года обучения, должны постоянно носить их на руке и не снимать даже в ванной. Снятие браслета без команды преподавателя, хоть на одну минуту, приведёт к отчислению.

– Поняла, – я взяла браслет и сделала вид, что пытаюсь его надеть, а потом уронила на пол. – Простите.

Я нагнулась и спрятала браслет в рукав. На самом деле у меня на руке уже был браслет, который выглядел практически так же, как и браслет академии. Только он не блокировал мою магию, а скрывал её от посторонних. Браслет академии я надеть не могла, потому что не могу существовать без магии. Отбери её у меня, и я превращусь в неподвижную куклу, без каких-либо признаков жизни. Я поднялась и показала директорше браслет на своём запястье, словно только что надела его на руку. Форс кивнула.

– Сейчас иди в общежитие, получи всё необходимое, а когда будешь готова, приходи в свой класс. Ты должна успеть к третьему уроку. Не опаздывай.

– Хорошо. Спасибо за уделённое время и вашу помощь.

– Ещё увидимся, – сказала директорша и как-то криво улыбнулась на прощание.

Я поклонилась и вышла в коридор, осторожно притворив дверь за собой.

«Боже! Кажется, эта академия не будет для меня курортом. Ладно. Я и не рассчитывала на многое. В первую очередь очень жаль, что комната у меня будет с соседкой. Придётся ночами лежать на кровати с закрытыми глазами, изображая сон и ждать рассвета множество томительных часов, умирая от скуки. Иначе девушка, с которой мне предстоит вместе жить, быстро поймет, что со мной что-то не так. Кроме того, придётся регулярно посещать столовую и поглощать пищу, от которой мне одни неудобства. Ну да бог с ним. Никто и не говорил, что это будет легко. Как-нибудь справлюсь. Хорошо хоть в бане не нужно снимать браслет, иначе я попала бы в глупое положение».

В коридоре меня ожидала служанка.

– Госпожа, позвольте проводить вас в общежитие, – сказала она, склонив голову.

– Да. Благодарю, – я кивнула. – Идёмте.

Глава 2: Красавчик

Я получила у коменданта всё необходимое. Хорошо, что меня сопровождала служанка. Вещей оказалось неожиданно много и я не представляю, как бы я всё это донесла до комнаты, если бы была одна. Мы поднялись на второй этаж и, немного пройдя вдоль коридора, остановились у комнаты номер двадцать три. С чувством лёгкого волнения я открыла дверь и шагнула внутрь небольшого помещения, которому предстояло стать моим новым пристанищем в этом мире, хоть и ненадолго.

«Собственный угол. Место, где вечером можно будет лечь на кровать, закрыть глаза и расслабиться, спрятаться от всех под одеялом, завернувшись в него с головой и хоть ненадолго забыть о всевозможных проблемах. Маленький кусочек моей собственной территории, куда нет необходимости кого-либо пускать. Правда у меня здесь будет соседка, и я пока не представляю, как сложатся наши с ней отношения».

Служанка вошла следом, аккуратно сложила мои вещи на тумбу у дверей, поклонилась и вышла, пожелав хорошего дня. Застилать мне кровать или помогать разложить вещи по местам, она не стала. Наверное, в её обязанности такое не входит. Я ещё не знаю местных правил и, конечно же, не стала спорить, чтобы не попасть в глупое положение. Проводив служанку и закрыв за ней дверь, я с интересом осмотрелась. Потолок в комнате значительно выше, чем в прихожей. Он светлый, но лежит на тёмных балках и с него, на цепочке, свисает светильник с цветными стёклами. Светильник очень приятный на вид, но я сомневаюсь, что он даёт много света. На стенах добротные тканевые обои светло-зелёного цвета с золотистым, цветочным рисунком. Ниже, на треть стены, тёмные дубовые панели. В центре комнаты паркет закрыт мягким ковром, с восточным орнаментом. Напротив входа большие стеклянные двери на балкон, прикрытые невесомым, воздушным тюлем, с очень красивым узором, и обрамлённые тяжёлыми шторами из зелёного бархата. Одна створка приоткрыта и в комнату проникает тихий шум листвы, и запах цветов из сада. Я с удовольствием вдохнула свежего воздуха, полную грудь, чтобы в полной мере насладиться этим ароматом.

«Замечательно!»

Справа, от выхода на балкон, двухъярусная кровать. Судя по всему, нижний ярус уже занят. Там на покрывале лежит книжка с бирюзовой ленточкой между страниц, очевидно использованной моей соседкой в качестве закладки. Рядом с кроватью платяной, двустворчатый шкаф с зеркалом во всю левую створку. У другой стены два письменных стола с антресолями. Левый стол пустой. Похоже, что он предназначается мне. На правом столе множество книг и тетрадей, но всё сложено в аккуратные стопочки и мне бросилось в глаза, что у этих стопочек педантично выровнены края.

«Боже! А вот это интересно. Кажется, меня поселили с явным перфекционистом в одну комнату. Уживёмся ли мы с ней?»

Я невольно поёжилась.

«Самой мне бы и в голову не пришло тратить своё время на что-то подобное. Я не неряха, но и маниакальным стремлением довести порядок до абсолюта, тоже не страдаю».

В прихожей была ещё какая-то дверь. Открыв её, я обнаружила крошечный санузел, отделанный светло-бежевой кафельной плиткой.

«О! Чудесно! Весьма приятный сюрприз. Я думала, что здесь удобства общего пользования где-нибудь на этаже. Но всё оказалось под рукой. Можно даже вымыться».

Я открыла кран. Из душа на кафель полилась холодная вода.

«Ну не ледяная и то хорошо. Примерно комнатной температуры. Наверное, отлично бодрит по утрам».

Я закрыла кран и вернулась в комнату. Раскладывать вещи по местам или застилать свою кровать выданным свежим бельём, было некогда. Я быстро переоделась в школьную форму, завязала сзади волосы лентой в конский хвост, заперла дверь и отправилась искать свой класс.

Королевская академия весьма обширна, и по ней можно ходить часами, каждый раз двигаясь новым маршрутом. Кроме центрального здания, на территории есть ещё два больших учебных корпуса, зал для собраний, оранжерея, крытый стадион, сдвоенное здание для досуговых занятий, множество строений хозяйственного назначения, а так же общежития – мужские и женские и особняки для вип-учеников. Всё это в окружении великолепных парков с хорошо продуманным ландшафтным дизайном, цветниками и беседками, с мраморными статуями и фонтанами. Кроме того, на территории есть весьма обширный пруд с несколькими островами, вблизи западного берега, а так же участок леса, обнесённый забором, в центре которого располагается самый настоящий замок. Построили его давно, видимо в целях безопасности, чтобы высокопоставленные дети могли укрыться в нём при возникновении каких-либо нештатных ситуаций. Женские общежития тоже обнесены ажурным, кованым забором и на этой территории редко встретишь парней, хотя, как мне кажется, вход им сюда не запрещён. В воротах на входе я не заметила какого-либо контроля. Нужно будет не забыть уточнить это в правилах. Мужские общежития располагаются на другой стороне академии, на такой же огороженной территории. До них довольно далеко, так что видеться с мальчиками я буду, в основном, лишь в классе или при каких-либо совместных мероприятиях. Меня заселили в женское общежитие, предназначенное для тех, кто платит за обучение по минимуму. Другое здание более фешенебельное и у него больше номера. Проживающим там разрешается иметь одного или двух слуг. А самые богатые ученики проживают на отдельной территории в роскошных особняках с десятком человек прислуги. Скорее всего, без веских причин, меня туда даже близко не подпустят.

«Ладно. Время в запасе ещё есть. Сделаю небольшой круг по академии, чтобы осмотреться и полюбоваться красотами этого места. Выйду не в ворота, а в калитку северо-западной части ограды. Пройду мимо оранжереи, сверну к озеру и пройду по его берегу, потом у стадиона, поверну налево и, мимо столовой, подойду к учебному корпусу. Максимум потрачу на прогулку пятнадцать минут. Пока немного подышу свежим воздухом и попытаюсь свыкнуться с мыслью, что теперь я действительно учусь здесь».

На самом деле мне, наверное, немного страшно было идти в класс и встречаться со своими одноклассниками. Я не знала, как меня примут. Они вместе уже полгода. Все отношения давно сформировались. Друзья и единомышленники собрались в свои тесные группки и не ждут кого-то со стороны. Все симпатии и неприязни чётко обозначились.

«Смогу ли я хоть как-то влиться в их коллектив или останусь вечной белой вороной для всех?»

Пройдя мимо беседки увитой цветущим плющом, я остановилась, чтобы посмотреть на кувшинки в пруду.

– Эй, ты!

Голос сзади заставил меня вздрогнуть. Вокруг никого не было. Все дорожки пусты. Впрочем, не удивительно. Учащиеся на занятиях. На всём пути мне не встретилось ни одного человека.

– Глухая что ли! Подойди сюда!

У голоса приятный баритон, но он пугает меня грубым обращением. Прямо поджилки трясутся от каждой новой фразы. Я покрутила головой и, наконец, увидела парня, вальяжно развалившегося в беседке на лавочке. Он почти лежал, завалившись на левый бок. Одна нога вытянута на всю длину, а другая подогнута под лавку. Голова запрокинута. Я не заметила его сразу за плотной листвой и цветами, оплетающими стойки беседки. Да и сейчас рассмотреть его было довольно сложно.

«Пьяный что ли? Угораздило же меня с ним встретиться. Проклятье. Всё романтическое настроение испортил. Интересно, сможет ли меня догнать сильно пьяный человек, если я быстро побегу прочь? Подходить к нему точно не хочется. Потом проблем не оберёшься. Бог его знает, что ему нужно от одиноко идущей мимо девушки в этом безлюдном и тихом месте».

– Ну, долго тебя ждать? Ты глухая или слепая? Я здесь? Подойди.

«Еле языком ворочает. Кажется, я зря так испугалась. Вряд ли он сможет встать. А если и сможет, то тут же упадёт. Нажрался, как свинья. А теперь, видимо, решил самоутверждаться за счёт слабой девушки, проходившей мимо. Недоделанный альфа-самец, какой-то».

– Сударь, кто дал вам право грубить незнакомой даме и обращаться к ней на «ты»? Вашим родителям должно быть стыдно за такого сына, – мрачно сказала я, и начала поворачиваться, чтобы пойти прочь.

«Вообще не надо было с ним разговаривать. Какое мне дело до его воспитания? И мои слова, в голове таких, как он, ничего не изменят».

– Дама? – парень попытался чуть приподнять голову, видимо для того, чтобы рассмотреть меня получше. – Простите, мадмуазель, мадам, леди, я думал, что идёт цветочница подстригать кусты. В голове всё плывёт. Постойте! Не уходите! Уделите секунду. Прошу.

Он сделал какое-то неловкое движение. Представления не имею, что было у него на уме. Может, хотел помахать рукой? Но в результате он соскользнул с лавки и пропал из поля моего зрения, за ограждением беседки. До моих ушей долетел звук глухого удара. Признаться, я уже собиралась идти прочь, но сейчас вздрогнула и замерла на месте.

«Боже! Ну что такое? Теперь я не смогу спокойно уйти, не убедившись, что с ним всё в порядке, и он там голову себе не разбил. Иначе постоянно буду терзаться от собственных же переживаний».

Потоптавшись немного на месте и тяжело вздохнув, я подошла к беседке, чтобы заглянуть внутрь. Парень лежал на левом боку словно большая, сломанная кукла. Глаза закрыты.

«Ай! Мамочки! Глазам не верю! Он почему такой красивый? Словно принц из моих тайных, романтических фантазий. Кажется, это именно о нём я мечтала всю свою сознательную жизнь, изнывая от сладостной истомы в своей кровати. Сказочный образ, являвшийся мне лишь во снах. Я никогда даже не думала, что могу встретиться с подобным человеком в реальности».

Дрожа от возбуждения, я сделала шаг ближе.

«Это ещё что такое?!» – меня даже передёрнуло от неожиданности. – «Кровь что ли? И почему так много? На полу, под лавкой, целая лужа!»

Теперь мне было видно, что парень серьёзно ранен. Судя по всему, ножевое ранение в правый бок. Аристократы иногда выясняют отношения с помощью дуэлей друг с другом. Вероятно, сейчас произошло что-то подобное. Парню здорово досталось но, судя по тому, что ранение в правый бок, а не в сердце, убивать его не планировали. Вот только он всё равно умрёт от потери крови в ближайшие несколько минут. Лицо уже белее снега, а губы синюшного цвета. Не удивительно, что он меня не узнал. Хорошо хоть правильно смог определить пол, как-то отличив меня от мужчины.

«Так ладно. Нужно срочно что-то делать. Тем более что парень редкостный красавчик и будет очень обидно, если он действительно умрёт. При одном только взгляде на него моё сердце начинает биться быстрее. Учитывая, что я сама имитирую собственный сердечный ритм это явление несказанно меня же и удивляет. В других условиях я бы решила, что влюбилась в него с первого взгляда. Боже, какое у него лицо! Не могу наглядеться. И губы, и скулы! Интересно, какого цвета у него глаза?»

Я поспешно расстегнула на парне камзол и рубашку, добравшись до раны.

«Ранение глубокое. Очевидно, внутренние органы повреждены, но лёгкое не задето. Тело бугрится мышцами. Пресс накачанный. Парень определённо не был слабаком. Сильный, стройный и высокий красавец. Боже! Прикосновения к нему заставляют трепетать мои нервы».

«Так! Ладно! Соберись. Нечего слюни пускать! Он мне никто и мы никогда не были бы вместе. Но нельзя отдавать его в лапы смерти. Пусть живёт дальше и сделает счастливой какую-то другую девушку. Представляю, какие же красивые у них будут дети.

Я легко порвала его шёлковую сорочку на неширокие ленты и перетянула ими рану, словно бинтами.

«На какое-то время это остановит кровь».

«Хорошо. Теперь лечение. Пользоваться магией на территории академии запрещено, но авось никто не заметит. А даже если и поймают, объясню, что у меня была критическая ситуация. Даст бог, меня пощадят. В любом случае, я лучше собой пожертвую, только бы его вытащить».

Я приложила к ране свою ладонь поверх бинтов, и задействовала магию исцеления на пару секунд. Парень вздрогнул и закашлялся.

– Эй! – я тряхнула его за плечи. – Очнись! Хватай меня за шею!

– Чего? Ты ещё кто?!

«Похоже, его сознание затуманено. Он меня не узнаёт. Забыл уже, как только что грубил мне, принимая за садовницу».

– Не задавай глупых вопросов! – я приподняла молодого человека, придав ему сидячее положение. – Соберись и делай, что я говорю! Быстро! Я тебя понесу!

Я присела, рядом опустившись на одно колено.

– Ты меня не поднимешь, – парень криво усмехнулся и помотал головой.

– Слушай! Ты со мной спорить будешь? Лучше помогай мне, чем можешь. Надеюсь, у тебя хватит силы, чтобы за мою шею держаться?

– Это бесполезно.

Парень всё же обхватил меня левой рукой.

«Только бы платье мне кровью не испачкал!»

Вцепившись в его руку и прижимая её к себе, я, кряхтя от натуги, подняла молодого человека с земли.

– Отлично! Пошли. Не теряй сознание. Держись за меня и постарайся нас не свалить. Сейчас вернёмся к общежитию, и я тебя коменданту сдам. Всё будет хорошо.

«Конечно, проще всего было бы оставить парня в беседке и сбегать за помощью одной. Но я боялась оставлять его одного. Пока я рядом, могу бесконечно долго поддерживать его жизнь своей магией. Если ему станет хуже, снова применю лечение. Так же на несколько секунд, чтобы не привлекать внимание. Я могла бы вообще полностью исцелить его прямо на месте. Это не особо сложно. Но тогда меня обязательно заметят и схватят. Раскроется мой обман с поддельным браслетом. Очевидно, я со скандалом покину эту академию уже сегодня, так и не приступив к занятиям. А потом Морган разделается со мной. Лучше потерпеть. Если всё получится я смогу иногда любоваться этим парнем хоть издали и представлять, как он обнимает меня и целует в губы, прижимает меня к своему сильному телу и его запах кружит мне голову. Боже! Какая же я дура. Мне никогда рядом с ним не бывать. Вряд ли он хоть раз взглянул бы в мою сторону. Да и цели у меня здесь другие. Нет времени сохнуть по красавчикам».

Мы преодолели более ста метров в направлении ограды женских общежитий, когда из-за поворота вдруг вышли двое мужчин в рабочих комбинезонах. Один, что ниже ростом и с лысой головой, нёс пару лопат, а его высокий и седой товарищ катил тележку с рассадой тюльпанов. Пока они нас не заметили, я быстро приложила к ране парня ладонь и задействовала лечение. Потом, на глазах у других людей, я уже не смогу ему помочь, не привлекая внимания. Молодой человек вздрогнул и открыл глаза.

– Эй! – я завопила, размахивая свободной рукой, пытаясь привлечь внимание мужчин. – Помогите нам! Быстрее! Здесь раненый!

– Ты кто?! – с трудом пробормотал парень.

«Боже! Ты опять меня забыл?!» – моё лицо скривилось от разочарованной усмешки.

– Заткнись! Тебе нельзя разговаривать, – сказала я вслух.

Мужчины бросили тачку и лопаты, и подбежали к нам.

– Что случилось?! – обеспокоенно спросил седой.

– Молодой человек потерял много крови. Его немедленно нужно к врачу. У него страшная рана в правом боку.

– Святые угодники! Как так?! – толстый побледнел.

– Не время топтаться, – седой нахмурился. – Марк, хватай его за ноги. Понесли, быстро.

Мужчины забрали у меня молодого человека и спешно потащили его мимо общежитий. Я последовала за ними. По дороге они пытались узнать у меня, что с парнем произошло, но мне нечем было удовлетворить их любопытство. Я сама ничего не знала.

– Наверное, он сам расскажет, когда придёт в себя, – я пожала плечами. – Я обнаружила его в таком состоянии в беседке у озера. Там, кстати, целая лужа крови на полу. Кому-нибудь из учащихся может стать плохо, если они это увидят.

– Не беспокойтесь, госпожа, – Марк качнул головой. – Мы всё уберём.

– Юная леди, а вы не боитесь крови? – немного удивлённо спросил второй мужчина.

– Слава богу, нет, – я улыбнулась.

«Мне за мою короткую жизнь довелось наблюдать кое-что и похуже, чем не слишком большая лужа крови на полу. От такого моя голова не закружится».

Через пару минут мы добрались до лазарета, где и сдали пострадавшего целителю. Убедившись, что с ним всё будет хорошо, я поспешила в класс.

«Боже! Я опаздываю на занятия в первый же день! Представляю, какое мнение обо мне сложится у учителя и у моих будущих одноклассников.

Глава 3: «Знакомство с классом»

В пустых коридорах учебного корпуса висит таинственная тишина. Невольно хочется ступать тише, чтобы звук моих шагов не нарушал покоя этого места. Я здесь одна, иду сквозь потоки тёплого солнечного света, что льются на меня сквозь высокие окна, бросая на паркет косые, слепяще-яркие квадраты. Арки потолка прячутся в тени. В лучах танцуют редкие пылинки. Вокруг никого нет. Прямо сейчас идут занятия и все учащиеся в своих аудиториях. Я остановилась у своего класса и прислушалась. Сквозь двери едва долетает голос преподавателя. Слов не разобрать. Звук глухой и невнятный, словно идёт из-под земли.

«Ладно! С богом! Пусть у меня всё сложится здесь хорошо!»

Я осторожно постучала в створку, повернула ручку и чуть приоткрыла дверь, заглядывая в образовавшуюся щель. Аудитория поражает великолепием, как и всё здесь. Всюду позолота, блеск полированного мрамора и лакированного дерева. Огромные окна ослепляют светом. Кафедра, за которой стоит учительница, прямо напротив дверей, на небольшом возвышении, словно на сцене. За спиной учительницы огромная доска, изгибающаяся полукругом. Выше портреты знаменитых людей в тяжёлых, золочёных рамах. Ещё выше герб академии, между двух флагов, королевства и рыцарского ордена, и девиз этого учебного заведения. Места для учеников расположены напротив, амфитеатром. Самих учеников не много. Видно большое количество пустых мест.

– Алиса! – пока я осматривалась, преподавательница меня заметила. – Входи, не стесняйся.

Я открыла дверь шире и с замиранием сердца шагнула через порог.

– Дети! – продолжала учительница, глядя в класс. – У меня для вас небольшое объявление. С сегодняшнего дня у нас будет на одну ученицу больше.

Шагая к кафедре, я видела, как на меня уставилось множество любопытных глаз. Я словно под перекрёстным огнём. Любопытство и удивление. Множество недоумённых взглядов, но есть и холодные, как лёд.

«Во втором ряду два парня шепчутся и хихикают. Без сомнения, обсуждают меня и мою фигуру. Ручаюсь, у них какие-то пошлости на уме. Парень у окна очень привлекателен внешне. Но он взглянул на меня и тотчас отвёл взгляд. Видимо, я ни капли его не заинтересовала. Немного обидно. Тем более что он, кстати, очень похож на описание моей цели. Боже! Надеюсь, что это всё же не он. Иначе мне, видимо, придётся сильно попотеть, чтобы завоевать его внимание. Вон тот рыжий парень, на заднем ряду, буквально раздевает меня глазами. Ладно хоть слюна не капает на парту, – я мысленно усмехнулась. – Жаль, но он явно не виконт Минкасье. У виконта тёмные волосы. Вообще, на описание моей цели подходят, как минимум, четверо парней в этом классе, – я невольно вздохнула. – И ни один из этих четверых не сморит на меня хоть сколько-нибудь дружелюбно. Парней в классе чуть больше пятнадцати, а девочек только шесть. Видимо, я буду седьмая. Знатные семьи не особо спешат тратить деньги на обучение своих дочерей в академии. Я уже слышала об этом. Считается, что в этом нет особой необходимости. Девочка всё равно выйдет замуж, уйдёт из семьи и будет жить где-то своей жизнью в тени своего мужа. При наличии хорошего приданого на неё, и без высшего образования, найдётся жених».

– Алиса была зачислена в наш класс ещё осенью, – продолжала учительница. – Но она долго болела, и было не ясно, когда сможет приступить к учёбе, в этом или следующем году. Поэтому в списках учеников её не было, и даже я о ней не знала. Но сейчас она поправилась и готова продолжить учёбу вместе со всеми.

Было слышно, как по рядам покатился гул приглушённых голосов. Учительница повернулась ко мне, ожидая, когда же я, наконец, дойду до неё.

«Ладно. Не волноваться. Нужно постараться хоть немного расслабиться и вести себя естественно. Первое впечатление очень важно. От него, в какой-то степени, зависит моя дальнейшая судьба».

Стараясь сохранять на лице милую улыбку, я дошла до кафедры, остановилась и повернулась к аудитории, чуть склонив голову.

– Добрый день. Меня зовут Алиса Лиседж. Я третья дочь барона Карла Лиседжа. Буду рада учиться вместе с вами, – представилась я.

В это мгновение мне бросилось в глаза, как нахмурилась девушка с вьющимися, светлыми волосами в третьем ряду.

«Боже! Что случилось? Почему она так разозлилась? У неё есть какая-то неприязнь к моему роду?»

– Алиса, пожалуйста, садись вон туда, – учительница показала мне парту в четвёртом ряду. – А мы продолжим урок.

Я кивнула и поднялась к своему месту.

– Садись, пожалуйста, – девушка с длинными, каштанового цвета волосами улыбаясь, подвинула мне стул.

– Спасибо, – я кивнула и села с ней рядом.

– Меня зовут Кристина. Будем знакомы.

– Очень приятно. Я Алиса.

– Да. Я знаю. Мы с тобой соседки по комнате. Меня предупредили, что ты сегодня заселишься и придёшь в наш класс. Будем дружить, – Кристина улыбнулась.

«Ах вот оно что! Это и есть моя соседка. Ну что ж. Внешне очень милая девочка. Выглядит прелестно. Как с картинки».

– Хорошо. Я рада.

Я бегло осмотрелась. Учительница уже продолжала вести урок, и большинство учеников смотрели в направлении доски. Но были и те, кто продолжали бросать взгляды в мою сторону.

– Скажи, ты же всех учеников в классе знаешь? – обратилась я к Кристине шёпотом.

– Конечно, – девочка кивнула.

– Кто эта блондинка? – я головой показала на девочку в третьем ряду, которая только что злобно смотрела на меня, узнав фамилию.

– Дочь герцога Стефана Брайта, Оливия.

«Герцогиня! Боже! Странно, что люди такого уровня вообще замечают моё существование. Вряд ли я или мой род могли когда-либо насолить ей. Скорее всего, я просто не понравилась ей внешне».

– Постарайся подружиться с ней или хотя бы не ссориться, – продолжала Кристина. – Она староста и негласный лидер нашего класса. Страшно представить, что будет, если ты её разозлишь.

– Ты с ней дружна?

– Я бы так не сказала, – Кристи покачала головой. – Я стараюсь угодить ей всем, чем могу. Но, конечно же, Оливия не снизойдёт до дружбы со мной. Всё-таки, мы очень далеки друг от друга. Мне достаточно уже того, что она относится ко мне по-доброму. Главное, её не раздражать.

– Понятно, – я кивнула. – Все девочки в классе стараются угодить Оливии?

– Нет, – Кристина захихикала.

«Кажется, она оживилась. Ей явно нравится беседовать со мной об остальных ученицах. Очевидно, что Кристи по натуре сплетница и мне явно повезло, что мы с ней в одной комнате. В будущем я могу выпытывать у неё всё, что угодно об остальных учениках в классе».

– Посмотри, – Кристина указала влево. – Видишь ту девушку с изумрудом в волосах? Это маркиза Эльза Конрад. Они с Оливией соперницы почти с самых первых дней обучения.

Чуть поддавшись вперёд, чтобы голова Кристи не мешала обзору, я взглянула на красивую, стройную ученицу с тёмными волосами, завитыми в изящные локоны. Возле её виска действительно блестит великолепная, серебряная заколка с крупным драгоценным камнем зелёного цвета. Без сомнения, этот камень подбирался под цвет глаз девушки.

«Эльза не замечает моего взгляда. Спокойно и внимательно слушает учителя. Я не видела, какова была её реакция на моё появление в классе, поэтому не представляю, как она настроена в отношении меня».

– У неё есть сторонники? – спросила я Кристину.

– Нет. Кажется, они ей не нужны. Её больше интересует учеба, чем взаимоотношения с остальными людьми.

– Понятно, – я кивнула.

«Ладно. Информация всё равно полезная».

– Кроме того, у нас есть ещё и принцесса, которая вообще сама себе на уме, – Кристи опять захихикала. – Только она не часто ходит на занятия. Вот и сегодня её нет. Кто знает, что творится в её голове?

– В нашем классе есть принцесса? – я удивилась до глубины души.

– Да. София Ливон. Старшая из дочерей короля союзного государства Лемиренд. Она единственная из нас, кому разрешено ходить без браслета на руке.

– Почему она здесь, а не в классе «А» или «Б»? Мы же класс «Си»!

– Ну, хорошо уже то, что она не в «Ди» или «Ф», – Кристина опять усмехнулась. – Принцесса крайне плохо относится к учёбе. Академия вряд ли может её исключить, а Софи этим пользуется.

– Понятно.

– Кстати, обрати внимание вон на ту девочку, – Кристи показала правее, на первый ряд. – Это Мила Листвард.

Я посмотрела на светло-русую девушку внизу. Лица не видно. Всё же она ко мне спиной. Платье немного мешковато, словно сшито не по фигуре. И мне кажется, что ей не мешало бы подстричься. Сейчас её причёска выглядит странно. В волосах виднеется жёлтый ободок, украшенный искусственной розочкой.

– Старайся не общаться с ней без необходимости, – продолжала шептать Кристина.

– Почему?

– Не принято с ней разговаривать, – Кристи вздохнула. – К ней особое отношение у всех. Скоро сама увидишь. Старайся, чтобы её тень на тебя не упала.

«Понятно. Очевидно, остальные ученики издеваются над этой девочкой. Ладно. Это не моё дело. У меня собственных забот хватает».

Кристина тем временем представила мне остальных девочек и перешла на мальчиков. Мне сложно было запомнить столько новых имён. Я лишь отметила для себя, что привлекательный парень у окна оказался графом Эдвардом Дэнвером, а вовсе не моей целью. Виконт Серж ди Минкасье сидел с другой стороны, справа на один ряд выше меня. Когда я оглядывалась, чтобы на него посмотреть, он повернул голову и наши взгляды встретились. Я тотчас отвернулась.

«У него серые глаза, но взгляд какой-то пустой. Я ему любопытна, но не более того. Жаль, что он не такой привлекательный, как Эдвард, например. Немного глупо будет биться за внимание подобного парня. Но ничего не поделаешь. Работа есть работа».

Кроме этих двоих, я запомнила ещё, пожалуй, только рыжего парня на заднем ряду. Им оказался маркиз Генрих Аванис. Его фамилия произносится с ударением на вторую буку «а». Его род довольно знаменит и богат. Я не раз слышала о нём и прежде. Заметив, что я оглянулась, маркиз снова улыбнулся мне своей плотоядной улыбкой.

«Кажется, виверна, что меня съела, перед этим улыбнулась как-то также, – я невольно поежилась, вспомнив тот жуткий момент.

«Хорошо. Примерную расстановку сил в этом классе я поняла. Но прямо с первых дней ничего предпринимать не стану. Сейчас люди должны ко мне привыкнуть, а я затеряться в их толпе. Пока сосредоточусь на подготовке к экзаменам. Скорее всего, битва за сердце виконта окажется долгой и мне нужно постараться не вылететь из академии прямо на полпути к своей цели. В школе я училась весьма неплохо. Выдающихся результатов, правда, так и не достигла. Но, думаю, легко успею запомнить вопросы тестов за оставшееся до экзаменов время».

В пол уха слушая учительницу, я открыла тетрадь на последней странице и начала записывать имена и титулы одноклассников, пока они не вылетели у меня из памяти. Так мне будет легче их запомнить. По какой-то причине я лучше запоминаю что-то, если запишу это на бумаге. Когда меня одолевали сомнения, я толкала свою соседку и просила её ещё раз повторить для меня, как зовут того или иного ученика. За этим занятием меня и застал конец урока. Учительница пожелала нам доброго дня и вышла из аудитории. Дети повскакивали со своих мест. Стало шумно. Я закрыла и убрала тетрадку.

«Ладно. Потом перечитаю это ещё раз».

Я подняла глаза и в ту же секунду обнаружила, что ко мне идёт Оливия. То, что именно ко мне, не было никаких сомнений. Она просто сверлила меня взглядом, сердито выгибая брови и сжав губы в тонкую линию.

«Что такое?! Она меня пугает! Решила сразу устроить скандал?»

Я поневоле занервничала, ожидая приближения герцогини, но в этот момент на моё плечо легла тяжёлая и широкая мужская ладонь. От неожиданности я вздрогнула. Было видно, что Оливия тоже удивилась и остановилась, не дойдя до меня буквально десять шагов. Кажется, её лицо на секунду стало растерянным.

– Алиса!

Голос парня, над моим ухом, заставил меня поднять глаза на говорившего.

– Привет!

– Маркиз Аванис! Вы что-то хотели от меня? – я повела плечом, пытаясь стряхнуть с себя мужскую ладонь, но парень сжал пальцы, схватив меня за платье, и мне не удалось освободиться. Краем глаза я заметила, как моя соседка Кристина вскочила с места и заспешила прочь, оставив меня одну разбираться со своими проблемами.

– Зови меня просто Генри! – парень усмехнулся, склоняясь к моему лицу. – Алиса! Ты мне очень понравилась, буквально с первой секунды. Мне нужно с тобой поговорить.

Я видела, что герцогиня развернулась и пошла прочь.

«Что происходит вообще?» – признаться, я растерялась.

– Ты же не будешь против встретиться со мной во время обеденного перерыва для короткой беседы? – продолжал парень, сжимая моё плечо.

«Ты, конечно, очень впечатлил меня своей решительностью. Но я в шоке, если честно. Как мне реагировать? Я совершенно не была готова к такому повороту. Могу, конечно, ударить его по руке и наговорить грубостей. Но не хотелось бы начинать жизнь в академии ссорой с одним из учеников. Наверное, просто сразу наживу себе врага, а может и не одного и это будет сильно мешать моим целям».

– Я не против разговора, но пожалуйста, уберите с меня руку, сэр Аванис, – я вежливо улыбнулась. – Кто-то может подумать, что вам незнакомы нормы приличия и вы, тем самым, подорвёте уважение к себе и вашему роду.

– Не говори ерунды! – Генрих снисходительно усмехнулся и похлопал меня по плечу. – Жду тебя в беседке возле столовой, сразу как начнётся обеденный перерыв. Не вздумай заставить меня ожидать тебя напрасно.

«Он продолжает упорно обращаться ко мне на «ты», словно не замечает, что я пытаюсь всеми силами разговаривать с ним уважительно. Это раздражает, но видимо придётся терпеть. Другого выхода нет».

– Не беспокойтесь, – я качнула головой. – Я обязательно буду там. Сейчас мне самой очень любопытно, что именно вы собираетесь мне сказать.

– Ага, – маркиз ещё раз хлопнул меня по плечу и пошёл прочь, довольно ухмыляясь. Я огляделась по сторонам. Было видно, что другие ученики смотрят на меня, но тотчас отворачиваются, чтобы не встречаться со мной взглядами.

«Да. Похоже, что-то назревает. Пока не знаю что, но теперь мне самой это становится интересным. Ладно. Придётся потратить время на маркиза и послушать, что он собирается мне сказать. Как на всё это реагировать и что делать, буду решать по ходу пьесы».

В это мгновение я заметила, что Мила Листвард тоже смотрит на меня, и она, в отличие от остальных, не стала отводить глаза, когда наши взгляды встретились. Правда и никаких чувств в её лице я не заметила.

«Какой-то у неё совсем пустой взгляд. Происходящее её заинтересовало, но не более того. На самом деле ей дела нет до меня или до Генриха».

Ученики постепенно покидали аудиторию, и я пошла вслед за остальными.

«Насколько помню расписание, следующие занятия у нас на специальном стадионе для тренировки в использовании магии. После них обеденный перерыв. Хорошо. Сейчас я, наверное, смогу увидеть, каковы магические способности моих одноклассников. Это должно быть интересным».

Между занятиями предусмотрен пятнадцатиминутный перерыв. Можно было бы сходить куда-нибудь, но я пошла сразу на стадион, следуя за Милой на некотором отдалении.

«Странная девочка эта Листвард. Вполне красивая внешне. Мне она кажется даже милой. Как получилось, что её сделали изгоем? Она кому-то перешла дорогу? Может Оливии? Признаться, герцогиня меня саму немного пугает. Даже сильнее, чем сэр Аванис. Интересно, что она хотела от меня?»

Я покрутила головой, но Брайт нигде не было видно.

«Ладно. Постепенно на все вопросы появятся ответы, вполне естественным образом. Нет смысла забивать сейчас этим голову».

Дойдя до поля, я села на лавочку в тени акации, чуть правее остальных учеников. Солнце поднялось уже достаточно высоко, и воздух постепенно разогревался всё больше и больше.

«Очевидно, сегодня будет довольно жаркий день. Весна в этом году выдалась аномально теплой, а мы всё ещё в зимней форме из плотной ткани. Летнюю выдадут, наверное, лишь в начале мая».

Вытянув ноги, отставив руки назад и закрыв глаза, я запрокинула голову, выгибая спину. До меня долетал запах цветов жасмина, и я с наслаждением вдохнула этого аромата полные лёгкие.

– Что о ней думаешь?

Приглушённый голос долетел до моих ушей чуть сзади. Кажется, говорит кто-то из моих одноклассников. Я невольно прислушалась.

– Да что о ней думать? – ответил говорившему другой парень с более низким голосом. – Она красивая, как кукла, но нам всё равно не достанется. Её Аванис себе заберёт.

«В смысле, заберёт?» – я насторожилась. – «Это вы обо мне сейчас? Я вам вещь что ли, чтобы меня забирать друг у друга?»

– Ну а ты что? – первый парень усмехнулся. – Не хочешь поставить маркиза на место? Наберись мужества и брось ему вызов. Будешь мяться, и вся юность пройдёт впустую. Девушек мало. Всякие Генрихи их разберут и тебе ничего не достанется.

– Тише ты! – зашипел второй парень. – Она тебя услышит!

«Уже услышала. Боже. Ладно. Зато я теперь примерно представляю, как тут собираются решать мою судьбу. В принципе, я даже не удивлена. Что-то подобное происходит повсеместно. Кто сильнее, тот забирает то, что ему хочется. Остальным придётся довольствоваться тем, что останется или же просто смириться, если им не достаётся ничего. А моё мнение, видимо, учитывать не планируется. Вот только меня это ни капли не устраивает».

Глава 4: Предложение

Постепенно на стадион стали подтягиваться остальные ученики. Оливия пришла прямо перед учителем и, кажется, не заметила меня в толпе. Наконец подошёл и преподаватель. Им оказалась неожиданно высокая и стройная женщина, примерно тридцати пяти лет с длинными каштановыми волосами.

– Пожалуйста, постройтесь в одну линию, – сказала она.

Я встала с лавки и заняла своё место в ряду остальных учеников возле Кристины.

– Алиса – учительница остановилась напротив, с интересом разглядывая меня с ног до головы. – Меня зовут Гертруда Джикерс. Сегодня мне сказали, что ты будешь учиться в этом классе.

– Приятно познакомиться с вами, мадам, – я сделала лёгкий реверанс, склонив голову. Присесть больше мне не позволяла теснота строя.

– Да, – Гертруда странно усмехнулась. – Говорят, ты сдавала вступительные экзамены ещё осенью, а потом болела и не могла приступить к занятиям.

Краем глаза я видела, что все повернули головы и смотрят на меня. Чуть дальше строй вообще сломался. Мои одноклассники на флангах вышли вперед, чтобы другие дети не загораживали им обзор.

– Всё верно, – я кивнула, сохраняя дежурную улыбку на лице.

– Напомни мне, кто принимал у тебя экзамен по магии? – Гертруда чуть прищурила глаз.

«Это что за допрос?! Блин! Я и без того вся на нервах в мой первый день в академии».

– Кажется вы, мадам, – я чуть пожала плечами, стараясь не выдавать своего постепенно нарастающего волнения.

– То есть ты не уверена в этом?

– Простите, – мне пришлось сделать чуть виноватое выражение лица. – Прошло много времени и со мной так много всего произошло. Да и цели запомнить события осени я для себя не ставила.

– Но ты же не старая бабка, чтобы забыть, как ты сдавала экзамены в королевскую академию.

– Я не говорю, что я что-то забыла. Но вы должны меня понять. Вряд ли можно запомнить слишком много новых людей, при коротких и мимолётных встречах, когда все мысли только о том, как бы получше сдать экзамен. В момент сильного душевного волнения вряд ли я могла думать о том, чтобы всматриваться в лица экзаменаторов.

– Хорошо. Но ты помнишь, какой у тебя был результат?

– Средний, я полагаю.

– Ясно, – Гертруда оглянулась назад, на стену учебного корпуса, а потом посмотрела на мою соседку. – Кристина, будь добра, возьми вон там, в углу метлу и встань в десяти метрах от нас.

– Слушаюсь, – Отис кивнула и заспешила к стене здания почти бегом.

Преподавательница окинула взглядом остальных учащихся и нахмурилась.

– Быстро все вернулись в строй! – грозно сказала она. Студенты тотчас выстроились в линию.

– Я готова! – крикнула Кристина.

Гертруда оглянулась на неё.

– Отойди ещё чуть назад, буквально на два шага. Да. Вот так. Отлично. Держи метлу справа от себя на вытянутой руке. С места не двигайся.

– Хорошо, – девочка кивнула, но вид у неё был озадаченный. Учительница повернулась ко мне.

– Алиса. Сними браслет и попади любой магической атакой в кончик древка метлы.

Я невольно нахмурилась.

– Мадам? Вы хотите, чтобы я била атакующей магией в полуметре от лица своей одноклассницы?

Мне было видно, что Кристина за спиной учительницы, начала стремительно бледнеть.

– Конечно, – Гертруда кивнула, улыбаясь. – Если ты показала на экзаменах средний результат, то, очевидно, должна суметь попасть по метле не зацепив Отис. Или ты сомневаешься в этом?

– Хорошо, – я сняла браслет и положила его на траву.

«Надеюсь, она понимает что делает. Всё же Гертруда преподаватель и, видимо, опытный маг, значительно превосходящая меня по силе. Наверное, наложила на Кристину защиту», – я мысленно усмехнулась.

– Пожалуйста, остановитесь! – встревоженно сказала Оливия. – Зачем понадобился этот ничем неоправданный риск?

«У герцогини приятный голос», – отметила я про себя.

– Всем тихо! – учительница скользнула взглядом по строю учеников. Все тут же замерли. Повисла пугающая тишина. Кажется, студенты от волнения даже дышать перестали. Женщина повернулась ко мне. – Ты готова?

– Да, – я кивнула и сделала шаг вперёд, перешагнув свой браслет.

– Не вздумай повредить стену позади метлы…

Не дожидаясь окончания фразы, я резко взмахнула рукой. Крошечный, но невероятно горячий шарик света метнулся вперёд с невообразимой скоростью, вытянувшись для человеческого глаза в нечто, напоминающего очень тонкий и ослепительно яркий луч. Меньше мгновения ему потребовалось, чтобы прошить древко метлы и рассыпаться крошечными искорками. В палке, точно в центре и на сантиметр ниже верхнего края, как раз на уровне глаз Кристины, осталось дымящееся сквозное отверстие, примерно восемь миллиметров диаметром.

– Ах! – девочка немного запоздало зажмурилась и шарахнулась в сторону, бросив метлу.

– Ты что делаешь?! – Гертруда вздрогнула и нахмурилась. По строю учеников покатился гул голосов.

– Что-то не так? – признаться, я растерялась.

«А чего вы ожидали от меня? Разве не в этом была цель испытания?»

– Где твоя волшебная палочка?!

«Что?! Палочка?! Какая ещё палочка?! Ой! Блин! Точно! Как я могла забыть?! Это же дети. Они палочками пользуются».

– Простите, – я смутилась. – Вы не дали мне команды её достать и я полагала, что целью испытания было узнать, смогу ли я произвести атаку с пустыми руками.

– Ты можешь такое без волшебной палочки? – учительница покачала головой. – Разве это средний уровень?

«Понятия не имею, что ты считаешь средним уровнем».

– Я всю зиму старалась совершенствовать свою магию, – я скромно пожала плечами.

– Понятно. Надевай браслет. У меня к тебе больше нет никаких вопросов. За сегодняшнее занятие ты получишь свою первую отличную оценку. Поздравляю.

– Благодарю, – я чуть склонила голову.

– Кристина, отнеси метлу на место и становись в строй.

– Госпожа Джикерс, – вдруг подала голос Оливия. – Не кажется ли вам, что на браслет Алисы необходимо надеть дополнительный запор, чтобы она не могла снять его без помощи учителя?

Я как раз защёлкнула браслет на запястье и удивленно посмотрела на герцогиню, а потом на Гертруду.

– Дорогая Оливия Брайт, – учительница покачала головой. – Такой запор является мерой пресечения, которую академия применяет к некоторым ученикам, когда есть сомнения в их адекватности и благонадёжности. Разве к Алисе требуется применять такие меры?

– А разве она не кажется вам опасной? – Оливия нахмурилась. – Она взмахом руки может мгновенно продырявить кому-нибудь голову, тогда как всем остальным сначала придётся достать свои магические палочки и зачитать заклинание.

– Зачем ей делать такое? – Гертруда усмехнулась. – Она же не сумасшедшая. Подумай сама. Мы аристократы можем пользоваться магией, а простолюдины ею совсем не обладают, за редким исключением, конечно. Но мы же не идём и не убиваем всех подряд только потому, что имеем магические силы, а они нет. Это глупо и лишено всякого смысла. И если уж Алисе надевать запор на браслет, то тебе он тоже необходим. А кроме тебя такой запор нужно надеть ещё на пару сотен человек в академии, потому что они значительно превосходят по силе других учеников.

Оливия скривилась, как от зубной боли, но ничего не сказала в ответ.

– Мадам Джикерс! – поднял руку один из парней. – Можно спросить?

– Да, Марк. Говори, – Гертруда повернулась к ученику.

– Как вы думаете, кто сильнее, Оливия или Алиса? – спросил он, улыбаясь.

По строю опять прокатился гул голосов.

– Сложно сказать, – учительница пожала плечами. – У них разная магия. Оливия, скорее всего, метлу в пыль обратит. Уборщик сильно расстроился бы, не найдя своего инструмента на привычном месте. А вот Алиса пользуется магией света. У неё значительно больше дальность и очень высокая точность. Можно сказать, что она атакует с помощью арбалета, в то время как Оливия бьёт тяжёлым молотом.

«Это не так», – подумала я про себя. – «У меня много чего есть в арсенале. Могу накрыть огненным дождём территорию в десять таких полей и сравнять с землёй несколько зданий. Правда сил хватит лишь на один удар, и дальше буду вынуждена защищать себя разве что палкой от метлы».

– Давайте устроим дуэль между ними! – крикнул кто-то из толпы. По строю учеников покатился смех.

– Никаких дуэлей! – Гертруда нахмурилась. – У нас вообще-то урок. Если на фестивале в мае, обе эти девочки захотят принять участие в одиночных поединках, за право обладания кубком академии, тогда-то и узнаете, кто из них сильнее.

Я встала в строй. Кристина уже отнесла метлу и сейчас заняла своё место возле меня.

– Боже! Я так испугалась, когда ты по мне магией ударила. Чуть не описалась, – тихо зашептала она почти в самое ухо. – Я тоже думала, что ты сначала палочку достанешь. А ты бах, и всё!

– Прости, что напугала, – так же тихо ответила я. – Я знала, что тебя не задену.

– Как ты вообще без заклинаний магией пользуешься? И главное без палочки, и без посоха. Разве тебя обратным эффектом не бьёт?!

– Я его компенсирую. Тоже магией.

– Но это же невероятно сложно! – Кристина удивлённо округлила глаза. – И сколько же магии на всё это нужно?! Как ты справляешься?

– Да ничего сложного, – я пожала плечами. – Я привыкла уже. Давно всё само собой получается. Уже на уровне инстинктов. Это как дышать. Ты же не задумываешься, как тебе сделать вдох.

– Жуть какая! – девочка покачала головой. – Тебя в армию что ли готовили?!

– Ну, почти, – я криво усмехнулась.

– Эй вы! Прекратите шептаться! – грозно прикрикнула на нас Гертруда. – Слушайте, что я говорю.

Мы с Кристиной испуганно притихли.

«Армия», – думала я про себя, слушая речь учителя. – «Конечно, никто не готовил меня к службе в армии. Да я и не согласилась бы прежде использовать свою магию против живых людей. Причинять кому-то боль или отнимать жизни казалось мне неприемлемым. Но мы живём в мире, где магия является основной ударной силой. Именно наличие у государства достаточного количества опытных и сильных магов определяет его военную мощь, а вовсе не мечи и копья. Для того всех аристократов и обучают магии практически с младенчества. Власти надеются, что в случае необходимости мы встанем на защиту своей родины и своих земель, раз уж на то пошло. Ведь у всех нас есть хоть какой-то клочок земли в собственности. Даже у моего незначительного рода есть собственная крошечная провинция. Конечно, есть и те, кто хотел бы эти земли у нас отнять», – я вздохнула. – «Сейчас мир и бояться нечего. Наша страна сильна и с соседними государствами нет никаких разногласий. Надеюсь, моему поколению повезёт и нам никогда не доведётся познать ужасы войны. Кроме того, разумеется, никто не ждёт от девушки, что она пойдёт воевать. Мои магические возможности – это просто гарантия, что у меня, с большой вероятностью, будут рождаться дети так же наделённые магическими силами. Магия причисляет меня к аристократическому кругу. По ней меня бы оценивали потенциальные женихи. Считается, что чем сильнее в магии оба родителя, тем больше вероятность, что их ребёнок тоже будет иметь значительные магические возможности», – краем глаза я покосилась на Оливию. – «Сильнее ли она меня? Сложно сказать. Мои силы не так уж велики. Наверное, в этой академии есть множество людей, превосходящих меня. А я совсем недавно имела возможность познать свой предел и в результате лишилась жизни. Хотя нет. Ерунда. Я не в магии своей ошиблась, а в людях, которым доверилась. Я знала, что мне не выстоять, но была уверена, что меня прикроют. Я и мысли не могла допустить, что этого не произойдёт. Моих сил тогда хватило, чтобы нанести один необычайно сокрушительный удар по большой площади. Я разом убила больше половины чудовищ в их логове. Остальные выскочили и бросились на меня. Я совершила ещё пару ударов, не слишком большой силы, немного сократив количество врагов. Магия закончилась. Её совсем не осталось, и я больше ни на что не была способна. Но это была не беда. Меня должны были прикрыть. Я была уверена в этом. Прошла секунда, потом другая, я растерянно оглянулась и обнаружила, что за моей спиной никого нет. Совсем вдалеке я увидела лишь Рика и, кажется, он улыбнулся мне на прощание, прежде чем скрыться за поворотом. Я же просто остолбенела от ужаса и от осознания непоправимости всего произошедшего. Это был конец. Ничто больше не могло меня спасти. Земля дрожала, а я смотрела вслед оставившим меня друзьям, словно до последнего надеясь, что они вернутся за мной. Или так я прощалась с ними? Со своими надеждами и иллюзиями. Со своей верой в людей. Кажется, я даже не плакала. Просто не догадалась заплакать. Потом я повернулась лицом к приближающейся виверне и растерянно взглянула на её оскаленные зубы. Мгновение и меня раскусили пополам. Свет пропал. Стало слишком темно. Я заскользила по пищеводу твари в её желудок».

– Ты чего? – Кристина толкнула меня локтём. – У тебя слёзы на лице. Что случилось?

– Прости, – я поспешно достала платочек и вытерла глаза. – Просто вспомнился крайне неприятный момент из прошлого, когда магия меня подвела.

– У меня таких моментов, знаешь, сколько накопилось?! – Отис качнула головой. – Если я из-за каждого плакать буду, мне в теле жидкости не хватит, – девочка улыбнулась. – Забудь старые неудачи. Пора делать новые.

– Да, – я кивнула. – Это точно!

Занятия продолжались ещё примерно полчаса. Гертруда объясняла нам различные магические приемы, показывая, как это делается на практике и заставляла учеников самостоятельно использовать эти приёмы. У кого-то получалось хорошо. У других не очень. Мне же было откровенно скучно. Был только один момент, когда я увидела для себя что-то новое. Всё остальное было уже давно знакомо и неоднократно применялось мною в различных боях. Время подходило к полудню, когда нас, наконец, отпустили на обеденный перерыв.

– Пошли в столовую, – позвала меня Кристина.

– Хорошо, – я кивнула. – Только по дороге мне нужно ещё будет встретиться с Генрихом Аванисом, где-то в беседке возле столовой.

– Ты пойдёшь к нему?! – ужаснулась Кристи.

– Конечно. Я же обещала. Думаешь, не стоит?

– Боже! Я не знаю, к чему это приведёт. Маркиз неприятный человек. Он когда-то и меня пытался запугать, но за меня вступилась Оливия, и Аванис отстал.

– Понятно. Не переживай. Я как-нибудь справлюсь.

– Может тебе тоже с герцогиней поговорить?

«Кстати, неплохая мысль», – я оглянулась. – «Сразу узнаю, почему она злится. А то я в шоке от её поведения и не понимаю, что стало причиной неприязни ко мне».

Но Оливии нигде не было видно. Казалось, теперь она начала избегать меня.

«Ладно. Ничего не поделаешь».

– Идём в столовую, – сказала я Кристине. – Я поговорю с маркизом, а ты мне место займёшь.

Мы вышли на аллею и направились в сторону озера, мимо кустов роз источающих дивный аромат. Солнце нещадно нагревало камни дорожки. Земля дышала зноем, словно сейчас был самый разгар лета. Над цветами кружило множество шмелей, и Кристина спряталась за меня, чтобы быть от насекомых подальше. Вот и беседка, а в ней трое парней.

– Иди дальше. Не жди меня, – сказала я девочке.

– Хорошо, – Кристина кивнула и заспешила прочь. Я прошла меж кустов по узкой тропинке, из больших круглых камней, и вошла в беседку.

– Добрый день, господа. Прошу прощения, что заставила вас ждать.

– Пришла, всё-таки! – Генрих усмехнулся.

– Конечно. Мы же договаривались. Можно мне сесть?

– Садись, конечно. Просто эти двое были уверены, что ты струсишь и к герцогине побежишь защиты просить.

– Чего мне бояться? – я пожала плечами и села на лавку напротив маркиза.

– Думаешь, что нечего? – Аванис снова улыбнулся мне своей неподражаемой плотоядной улыбкой.

«Словно съесть меня хочет. Может они с виверной родственники?» – я невольно усмехнулась. – «Только вот он не дотягивает до чудовища и, скорее всего, подавится мной, если сожрать захочет».

– Мы на охраняемой территории, – сказала я. – Тут нет диких зверей или посторонних людей со злыми помыслами. Я действительно думаю, что мне нечего бояться.

– А если кто-то из учеников, – Генрих весело взмахнул рукой, – задумают сделать тебе что-то плохое. Если тебя трое парней, с грязными фантазиями, заманят в какое-нибудь безлюдное место, разве хватит тебе сил защититься от них. Ведь ты не можешь снять свой браслет. Вне стадиона для тренировки магии тебя сразу же схватят и выгонят из академии.

– К чему вы клоните, маркиз? – я улыбнулась, чуть обнажив зубки.

«Вы для того здесь трое собрались, чтобы запугать меня? Так вы мне ничего не сделаете. Не боитесь сами вылететь из академии?»

– Алиса! Как я уже сказал, ты мне очень понравилась.

– О! Маркиз! – я захихикала, прикрывая рот рукой. – Вы решили признаться мне в своих чувствах?

– Разумеется, нет, – Генрих слегка поморщился. – Я уже обручён и мне не особо интересна баронесса из богом забытого рода.

«Вот не надо мне грубить!» – признаться, я испытала лёгкое чувство досады.

– Я хочу предложить тебе своё покровительство. Конечно же, в обмен на некоторые услуги с твоей стороны. В принципе, можно считать, что я предлагаю тебе свою дружбу, – маркиз снова оскалился, очевидно, очень довольный собой.

– И какого рода услуги вы хотите от меня получить? – поинтересовалась я, продолжая улыбаться.

– Ничего сложного, – Аванис пожал плечами. – Для начала ты будешь помогать мне с учёбой и делать за меня домашние задания.

«Ну, в принципе, всё действительно довольно невинно. Вот только я боюсь, что ты на этом не остановишься и скоро захочешь чего-то большего. Может мне и не придётся делить с тобой постель, но в твою служанку я превращусь в полной мере».

– Я поняла вас маркиз. Если позволите, я обдумаю ваше предложение и дам вам ответ в ближайшие дни.

– Хорошо, Алиса, – Генрих кивнул. – Только я не хочу ждать несколько дней.

Маркиз сделал парням знак, и они встали на входе в беседку, загородив мне путь к побегу.

– Тебе придётся поторопиться с ответом, иначе ты пропустишь обед, – маркиз усмехнулся. – Но, конечно, если ты решишь перелезть через заборчик, мы не будем этому мешать. Думаю, нам будет интересно посмотреть, как ты сделаешь это в своей юбке.

Глава 5:

«Встреча с Лисси»

Я несколько секунд смотрела на парней.

– Как интересно! – сказала я, наконец. – Неужели вы ради меня готовы пропустить свой собственный обед?

– Ничего страшного, – маркиз покачал головой. – Поедим чуть позже.

– Сэр Генрих, вы, кстати, так и не представили мне своих друзей.

– А, прости, – Аванис кивнул. – Это барон Дюк Либрен. А это барон Никас Роксфен.

– Очень приятно, – я чуть склонила голову. А я баронесса Алиса Лиседж.

– Мы знаем, – Дюк кивнул. – Мы твои одноклассники. Сидим сзади, чуть правее тебя.

– Да. Я помню. Хорошо. Господа, а давайте сыграем в карты, раз уж у нас есть целый час свободного времени, – я вытащила колоду. – Не умирать же нам со скуки. Садитесь к столу.

– Алиса, ты издеваешься? – маркиз выхватил карты у меня из рук.

– Боже! Ну чего вы такие скучные? – я вздохнула. – Знала бы, книжку какую-нибудь взяла почитать.

– А она отлично держится, – Никас усмехнулся. – Не ожидал. Думал, она истерить начнёт.

– Так она девушка, – Дюк пожал плечами. – Её не напугать тем, что она без обеда останется. Они вообще мало и редко едят.

– Да я не о том, – Никас покачал головой.

– Алиса, – маркиз вздохнул, засовывая мою колоду карт в свой нагрудный карман на камзоле. – Пойми уже, что нет смысла брыкаться. Тебя всё равно кто-то подомнёт под себя, рано или поздно. Ты сама по себе никто. Твой род пустое место. Ты от дочери лавочника отличаешься только тем, что у твоего отца есть клочок земли где-то на задворках королевства. Не понимаю только, откуда вы взяли деньги на обучение. Кажется, вы всю жизнь жили впроголодь. Может, ограбили кого-то? – Генрих засмеялся.

– Боже! Маркиз, вы такой фантазёр! – я захихикала. – Я девушка. Мой титул временный. Это просто титул вежливости. Когда замуж выйду, буду именоваться титулом мужа. Может, я тоже маркизой буду или же герцогиней.

– Почему бы не принцессой сразу? – Аванис усмехнулся.

– Ну, кстати, да. Почему бы и нет.

– Наивные мечты.

– Хорошо. Господа, можно я немного посплю здесь, а то я целую ночь до академии добиралась, а с вами скука смертная, – я положила руки на столик и опустила на них голову, как на подушку.

– Ладно. Давайте кончать с ней. А то, правда, это начинает надоедать, – сказал маркиз.

«Чего?!» – я удивилась, но больше сделать ничего не успела. Сильная мужская ладонь прижала мне голову к столу. Парни схватили меня за руки и ловко завели мне их за спину.

– Вы чего делаете?! – испугалась я.

– Расслабься. Всё с тобой хорошо будет, – сказал маркиз, продолжая удерживать мою голову. В этот момент мои запястья стянула пеньковая верёвка.

– Посидишь тут немного, отдохнёшь. Можешь, правда, спать. Но на послеобеденные уроки уже не попадёшь. А вечером мы тебя развяжем.

– Вы с ума сошли?

– Алиса, – Генрих склонился к самому моему уху. – Я не желаю тебе зла. Но чем больше ты упрямишься, тем только хуже делаешь себе. Одумайся. Давай дружить!

Он засмеялся и отпустил мою голову.

Парни ушли. Я подёргала веревку, но это было бесполезно. Меня крепко привязали к ограде беседки. Конечно, я могу мгновенно обратить верёвку в пепел своей магией. Маркиз думал, что в таком положении я не смогу расстегнуть свой браслет и совершенно беспомощна, но на самом деле это не так. Браслет мне ни грамма не мешает. Вот только лишний раз пользоваться магией я не хочу. Меня же, правда, могут поймать, однажды, и исключить из академии. А этого нельзя допустить ни в коем случае. Я снова положила голову на столик и закрыла глаза.

«Парни не боятся ответственности за то, что сделали со мной. Даже если происшествие вскроется или я сама пожалуюсь на них. Это всего лишь мелкое хулиганство. Никаких особых последствий за него не будет. Мальчики скажут, что просто пошутили. Кроме того, директорша говорила, что от наказания можно откупиться деньгами. Маркиз достаточно богат. Для него это не будет проблемой. Боже! Что мне делать?! Не с верёвкой, конечно. Нет. Посижу немного на привязи. Ничего страшного со мной не случится. Что делать с маркизом? Вряд ли он теперь просто так отстанет от меня. Может уступить и правда поделать за него домашние задания? По крайней мере, какое-то время я буду в безопасности, пока он не захочет от меня услуг интимного плана. Но всё равно. Как-то нет никакого желания, чтобы об меня вытирали ноги. Да и как я буду соблазнять виконта, будучи собачкой на цепи у маркиза Аваниса? Все же будут знать, что я его питомец».

– Давно тут сидишь? – тихий голос над ухом заставил меня резко открыть глаза и поднять голову.

– Мила Листвард?

– Да. Прости, что сама подошла к тебе. Но кажется, тебе сейчас нужна чья-нибудь помощь, – девушка грустно улыбнулась. – Я слышала, как маркиз тебя позвал в эту беседку для какого-то разговора. Потом я увидела, что он с друзьями пришёл в столовую, а ты там так и не появилась.

– Спасибо, что волнуешься обо мне…

– Я о тебе не волнуюсь, – перебила меня Мила. – Мне просто было любопытно, что они с тобой сделали.

– Хорошо. Я поняла. Пожалуйста, помоги мне освободиться.

– Без проблем, – девушка внезапно, словно по волшебству, вытащила самый настоящий кинжал откуда-то из складок одежды. У меня просто глаза на лоб вылезли.

– Ты носишь с собой оружие?

– Ага. Не рассказывай никому. – Мила ловко перерезала веревку, снова спрятала клинок и шагнула к выходу из беседки.

– Спасибо! – я вскочила на ноги, потирая запястья.

– Забудь, – Листвард отмахнулась и ушла прочь, не оглядываясь.

«Странная она какая-то. На лице нет ни тени эмоций. Взгляд пустой. Очень загадочная девушка. Ладно», – я вскинула руки над головой и максимально изогнулась назад, разминая затёкшую спину. – «Кажется, у меня есть ещё немного времени, чтобы посетить столовую. Я, конечно, не нуждаюсь в еде. Но, наверное, Кристина уже заждалась меня. Не стоит заставлять её волноваться».

Я вышла на аллею и заспешила к большому и длинному зданию впереди, полностью состоящему из колонн, ажурных арок и цветного стекла. Толкнув большие витражные двери, я шагнула в зал и замерла у входа. Учеников в столовой можно пересчитать по пальцам. Но это не удивительно, ведь обеденный перерыв закончится совсем скоро.

«Ну и где Кристина?» – я удивлённо вскинула брови. – «Я-то думала, что она уже вся извелась, ожидая меня, но, кажется, она просто пообедала и вернулась в учебный корпус. Без меня. Как так? Не могла же она просто взять и забыть обо мне, словно меня никогда не существовало? Боже! Что творится в её голове? Ничего не понимаю. Как-то странно это всё. Могла бы хоть посмотреть, что со мной стало. Вдруг меня убили? Неужели ей не интересно было?»

На всякий случай я прошла вдоль столов вглубь зала, чтобы точно удостовериться, что Кристины здесь нет.

– Леди Алиса!

Кто-то окликнул меня по имени. Я обрадовалась, и на губах сама собой начала расцветать улыбка, но в то же мгновение до меня дошло, что голос принадлежит не Кристине, а какой-то другой девочке.

«Голос приятный, но, кажется, слышу его впервые. Кто это решил заговорить со мной? И зачем?»

Я оглянулась. Со стороны открытых дверей дополнительного выхода в сад, меня догоняла девушка с угольно-чёрными волосами, отливающими, как воронье крыло. Признаться, я растерялась.

«Впервые встречаю здесь стопроцентную брюнетку. Кроме того, у неё короткая стрижка, на подобии каре. Никто из моих одноклассниц не носит подобной причёски. Волосы прямые и едва касаются плеч, чуть загибаясь внутрь кончиками. Незнакомка примерно моего роста. То есть она такая же невысокая, как и я. Но, кажется, у неё чуть больше грудь, более пухлые губы и очень плавный овал лица. Выглядит необычайно мило и даже немного по-детски. Такая внешность, без сомнения, должна мгновенно располагать к себе собеседника, так как от такой обаятельной девочки сложно ждать какой-нибудь неожиданной пакости».

– Я не ошиблась! Это действительно вы, – улыбка девушки стала ещё шире, и она игриво прищурила свои глаза, редкого, тёмно-сиреневого оттенка.

– Мы знакомы? – глядя в её лицо, я непроизвольно сама начала улыбаться. В эту секунду я почувствовала на себе ещё чей-то напряжённый взгляд. Словно кто-то, прямо сейчас, буквально сверлил меня глазами. Я мельком оглянулась, но не заметила ничего необычного. Лишь на секунду мне показалось, что в глубине зала кто-то отступил за одну из колонн, словно решив от меня спрятаться.

«Может Кристина хотела подойти, но увидела, что я разговариваю с другой девушкой? Ладно. Узнаю об этом позже», – я снова повернулась к своей внезапной собеседнице.

– Нет. Мы ещё не знакомы, – девушка качнула головой. – Сейчас мы встречаемся в первый раз. Меня зовут Лисси Миналье. Я глава ученического совета академии.

«Ого! Не ожидала!»

– Очень приятно, – я учтиво склонила голову, а сама насторожилась. – Я Алиса Лиседж. Вы что-то хотели от меня?

– Да, – Миналье кивнула. – Я хотела бы поговорить. Но не прямо сейчас. Скоро начнётся урок, и у нас нет времени для спокойной беседы. Вы не против встретиться со мной снова в более уютной обстановке?

– Почему бы и нет? – я пожала плечами.

«Не знаю, что нужно от меня учсовету, но, кажется, это будет интересным».

– Хорошо, – Лисси улыбнулась, чуть обнажив зубки. – Тогда подходите сразу после ужина в кафе у оранжереи. Я буду ждать вас там.

– Договорились.

– Удачного дня. Не опоздайте на урок.

– Спасибо, – я сделала было шаг в сторону, но тут же вернулась. – Простите, а можно один вопрос?

– Конечно, – Миналье кивнула.

– Откуда вы меня знаете?

– А! – девочка захихикала, хитро прищурив глазки. – Сегодня утром я просматривала ваше досье и решила, что должна встретиться с вами и поговорить. Я рассчитывала перехватить вас в столовой за обедом, но вы никак не приходили. Признаться, я подумала, что мне не повезло, и вы решили пропустить сегодняшний обед. Уже собираясь уходить, я оглянулась ещё раз и увидела, как вы идёте по залу.

– Понятно. Но зачем вам понадобилось смотреть моё досье?

– Копии документов на каждого из учеников академии обязательно попадает в руки учсовета. Мы заводим на каждого из них личное досье. Это наша работа. Все это знают. Но ваш случай, дорогая леди Алиса, оказался особенный. Вплоть до вчерашнего дня все ваши документы хранились у директора в её личном сейфе и к нам не попадали. Странно, не правда ли?

Миналье с любопытством заглядывала в мои глаза и я не нашла ничего лучше, чем просто пожать плечами.

– Я впервые сталкиваюсь с чем-то подобным, – продолжала глава учсовета. – Естественно, мне захотелось взглянуть на Вас собственными глазами.

– Чем вообще занимается учсовет?

– Если это интересно, могу всё рассказать подробно сегодня вечером. Сейчас просто нет времени. Если говорить в двух словах, то на нас возложены все организационные вопросы, а также контроль за соблюдением порядка среди учащихся. В моём непосредственном подчинении находится дисциплинарный комитет, который следит за тем, чтобы все студенты неукоснительно соблюдали правила академии.

– Понятно. Я думала, что за соблюдением правил следят учителя.

– И они тоже, – Миналье кивнула. – Но основная задача учителя – учить своих учеников. Чем они и занимаются. Поэтому, фактически, все вопросы по управлению академией возложены на наши плечи.

– Выходит, я могу обратиться к вам, если увижу, как кто-то нарушает правила?

– Леди Алиса, – глава ученического совета покачала головой, продолжая мило улыбаться. – На самом деле вы обязаны, – она интонацией выделила слово «обязаны», – сообщать обо всех нарушениях правил академии учсовету или в дисциплинарный комитет. В противном случае, вы сами будете считаться соучастницей таких нарушений и тоже понесёте наказание.

– Поняла, – я кивнула.

– Вы уже хотите что-то сообщить?

– Я не уверена…, – изображая сомнение, я пожала плечами. – Кажется, у одного из моих одноклассников, Генриха Аваниса, в нагрудном кармане колода карт. Но я не помню, можно ли иметь карты, согласно правилам академии.

– Конечно же, нет. Карты и любые азартные игры запрещены. За это предусмотрен карцер на сутки или штраф в восемь реалов.

– Боже! – я испуганно прикрыла рот рукой. – Зачем я только это сказала?! Он же мне голову отвернёт.

– Не беспокойтесь, леди Алиса, – Миналье смеясь, мотнула головой. – Маркиз ничего не узнает о нашем разговоре. Даю слово. Но сейчас вам нужно со всех ног бежать в класс, чтобы успеть к началу урока. Пожалуйста, поторопитесь. Ещё увидимся.

– Хорошо. Спасибо, – я покинула столовую и заспешила к учебному корпусу так быстро, как только могла. Но, разумеется, бегать по академии я не стала. Мне же не пять лет.

«Маркиз, конечно, догадается, кто его подставил, но наплевать. Не особо-то я его боюсь. Гораздо сильнее меня пугает неожиданный интерес ко мне ученического совета. Только бы они не нарыли чего-нибудь. Вполне возможно, что им по силам исключить меня из академии. Подготовят бумаги, подадут директору, Форс их подпишет и мне придётся возвращаться к Моргану. Не хочу! Что угодно, но только не это».

Я успела в класс буквально на последних секундах. Было видно, как вытянулось лицо Аваниса и его дружков, Дюка и Никаса, но я лишь усмехнулась на их вопросительные взгляды. Практически сразу, следом за мной, в класс вошла учительница. Я едва успела занять своё место.

– Ты чего так долго? – шёпотом поинтересовалась Кристина. – Где ты была?

– Да, с мальчиками общалась, – я беспечно улыбнулась. – А ты почему меня не дождалась?

– Прости. Я подружку встретила, – невинно улыбаясь, моя соседка чуть качнула головой. – Мы с ней заболтались и вместе ушли из столовой. Про тебя я совершенно забыла.

– Ясно.

– И как с мальчиками пообщалась?

– Да чуть не уснула там, – я вздохнула. – Было безумно скучно.

– Правда? – Кристина удивлённо округлила глаза.

– Ага. Но потом я Лисси Миналье встретила. Вот с ней мы довольно интересно поговорили.

– Главу учсовета?

– Ага.

– Девочки! Можно потише там?! – прикрикнула на нас учительница, и мы вынуждены были замолчать. Другие ученики начали оглядываться на нас.

«Всё, успокойтесь!» – подумала я про себя с неудовольствием. – «Тут нет ничего интересного. Смотрите на доску!»

В то же мгновение я обнаружила, что Эдвард Дэнвер смотрит на меня с задумчивой улыбкой на губах. Но стоило нашим взглядам встретиться, как он тотчас отвернулся и, кажется, на одно мгновение я заметила смущение на его лице.

«О, как интересно!» – я мысленно усмехнулась. – «И о чём таком вы думаете, граф, разглядывая меня с высот своего положения? Может, тоже хотите предложить мне стать вашей служанкой? Так я, наверное, с радостью согласилась бы на это, будь мои обстоятельства иными. Но сейчас мне точно не до того, чтобы думать о внимании красивых парней».

Я чуть повернула голову и краем глаза покосилась на Минкасье, стараясь сделать это так, чтобы он не заметил моего взгляда. Но Серж что-то старательно писал в своей тетрадке, слушая объяснения учителя, и казалось, ему ни до чего нет дела, кроме учёбы.

«Боже! Ну, вот и зачем его трогать? Обычный, ничем не примечательный парень. Серый, как мышка. Прилежно учится, ни во что не лезет. Вряд ли хоть на секунду может представить, что я прибыла сюда только ради него. С кем он там обручён? Нравится ли ему хоть немного его будущая невеста или он просто покорился воле родителей? Что нужно, чтобы подобрать ключи к его сердцу?»

Дальше урок продолжался без каких-либо происшествий, но в конце его всех нас ждал неожиданный сюрприз. За пару минут до звонка двери открылись и в аудиторию вошли пять парней с повязками дисциплинарного комитета на рукавах. По рядам учеников покатился встревоженный гул.

– Прошу внимания, – немного устало сказал старший из представителей комитета, подняв руку над головой. – Мы проводим рейд по всем классам. Много времени это не займёт. Буквально пару минут. Прошу всех парней встать в проходе рядом со своими партами и выложить всё из своих карманов на столы. Не пытайтесь что-то спрятать. Это бессмысленно. Мы всё равно проверим вас магией. У нас есть на это разрешение.

Приглушённо ворча и ругаясь, парни начали подниматься со своих мест.

– Себастьян, что случилось? – обеспокоенно поинтересовалась учительница.

– Есть информация, что кто-то из учеников пронёс на территорию академии запрещённый журнал для взрослых, – пояснил старший. – Где этот журнал сейчас, мы не знаем, поэтому проверяем всех подряд. Прошу прощения.

– Боже! Какая мерзость! – учительница скривилась, а я едва могла усидеть на месте. Мне безумно хотелось оглянуться и посмотреть на выражение лица Аваниса, но я держалась изо всех сил. А ещё меня распирало от смеха.

«Неужели это Лисси устроила? Поверить не могу! Да она дьявольски хитра! Нет ни слова о доносе. Комитет ищет вовсе не карты, а какой-то журнал. Маркиз попадётся под это случайно и ничего не сможет мне предъявить».

Парни в повязках пошли между рядов. Один прошёл мимо меня к месту Генриха, а я сидела, боясь пошевелиться, напряжённо прислушиваясь к тому, что происходит за моей спиной.

В аудитории гнетущая тишина. Слышны лишь звуки неторопливых шагов представителей комитета.

– Я нашёл его, – раздался удовлетворённый голос одного из парней, как раз от места маркиза.

– Отлично! – Себастьян кивнул.

– Но у него тут ещё и карты есть, – продолжал парень.

– Это не моё! – тотчас заявил Генрих. – Журнал я в беседке нашел, а карты вообще у Алисы отобрал!

«Что?!» – я вздрогнула от неожиданности. – «Мало того, что у него действительно оказался порно-журнал, который до этого казался просто выдумкой, так он ещё и меня сдал, не задумываясь ни на секунду. И этот парень считает себя человеком благородных кровей? Вот уж не ожидала от него. Боже! Фу! Теперь мне настойчиво хочется отмыть волосы, после того, как он хватал меня за голову».

– Что за Алиса? – спросил парень из комитета.

– Вон она, сидит чуть ниже. С серыми волосами которая.

Все в классе уставились на меня, а я не знала, что делать.

«Может мне следует встать?»

– Как поступим? – парень из комитета посмотрел на Себастьяна, но тот махнул рукой.

– Наша задача была найти журнал, – сказал он. – Мы его нашли. Разбираться с картами будем потом. Девушку оставьте, а парня забирайте и пошли уже.

Глава 6: Игра в прятки

Последним уроком было практическое занятие на улице. Нас привели к входу в лес, окружавшего замок, и жеребьёвкой разбили на две группы. Так получилось, что я оказалась в одном отряде с Оливией, а Кристина в другой команде. Признаться, я думала, что герцогиня будет категорически против, чтобы я была в её группе, но она лишь взглянула на меня своим коронным холодным взглядом и не сказала ни слова.

– Хорошо, дети, слушайте цель задания, – сказала учительница. – Сейчас, по моей команде, все кто вытянул синие ленточки идут в лес и прячутся. У вас на это десять минут. Ленточки необходимо иметь при себе и повязать их на видное место. Можно на руку.

– Или на голову, – усмехнулся кто-то из парней.

– Можно на голову, – учительница кивнула и продолжила. – Через десять минут, те, кто вытянул красные ленточки, так же, по моей команде идут в лес и ищут синих. Найдя «синего», «красный» забирает ленточку. «Синие» обязаны беспрекословно отдавать свои ленты, если будут пойманы за руку.

– А если за ногу? – спросил ещё один парень, смеясь.

– Да за что угодно, – учительница усмехнулась. – Ученик из «красной» команды, собравший максимальное количество ленточек получит три балла к общему зачёту академии. Соответственно, ученик, занявший второе место, получит два балла, а за третье место предусмотрен только один бал. Кроме того, если «красная» команда до конца урока найдёт всех учеников «синей» команды, то за сегодняшнее занятие все они получат оценку «отлично». Если кто-то один так и не будет найден, то оценка будет снижена до «хорошо». За двух ненайденных группа получит «удовлетворительно». Если не удастся найти трёх и более «синих», у «красной» команды вообще не будет оценок. «Красные», всё понятно?»

По толпе учащихся покатился гул голосов, выражающих согласие.

– Хорошо, – учительница повернулась к другой группе. – У «синих» будет обратная ситуация. За трёх и более ненайденных «красных» членов их команды все получат «отлично», за двух «хорошо» и за одного «удовлетворительно». Те, кто смогут остаться непойманными до конца урока, получат по три балла в общем зачёте. Тот, кто будет пойман последним, получит два балла. Предпоследним – один балл. Всё ясно?

– Можно вопрос?! – тотчас поднял руку один из парней в команде «красных».

– Да, – учительница повернулась к нему. – Я слушаю.

«Кажется, этого парня зовут барон Орифлам», – я попыталась вспомнить, что мне говорила о нем Кристина.

– Если мы так и не найдём, к примеру, троих из команды «синих», то получается, каждый из них получит по три очка в общем зачёте, – начал объяснять барон, – в то время как у нас, столько же получит лишь один человек, собравший максимальное число ленточек. Не кажется ли вам это немного несправедливым?

– Нет, – учительница качнула головой. – Подумай сам. В команде «красных» тоже может возникнуть ситуация, когда трое учеников, каждый, собрали по четыре ленточки, например. Это будет максимальным результатом и все трое, естественно, получат по три балла в общий зачёт.

– Понял. Простите, – парень склонил голову.

– Хорошо, – учительница повернулась к нашей группе. – Команда «синих», отправляйтесь в лес и помните, что у вас лишь десять минут на то, чтобы спрятаться. Влезать на деревья и подходить к замку ближе пяти метров нельзя. Так же нельзя пользоваться магией. Желаю удачи.

Ей ответил нестройный хор голосов, и моя группа направилась в лес, а я вслед за ними.

«Похоже, это просто какая-то игра – цель, которой дать возможность одноклассникам провести время вместе, коллективными усилиями решая те или иные задачи. Три балла к общему зачёту слишком маленький показатель. Про этот общий зачёт я уже мельком успела почитать в правилах. Грубо говоря, так обозначается рейтинг конкретного учащегося в стенах академии. За какие-либо проступки рейтинг снижается, а за те или иные достижения, повышается. Если упадёт до минуса в тысячу очков, ученика отчислят из этого учебного заведения».

– Господа, минуточку внимания, – парень, шедший впереди, остановился и поднял руку. – У меня есть предложение.

Все остановились.

– Мы можем заработать каждому по два очка к общему зачёту…

– Не пойдёт, – тотчас перебила его Оливия и нахмурилась. – Хочешь, чтобы мы вообще не прятались и нас всех нашли одновременно?

– Да. Разве это плохо?

– Это неинтересно, – Оли усмехнулась и махнула рукой. – Девушки, следуйте за мной. И вы двое, она указала на парней, остановившихся у неё за спиной, а потом посмотрела на меня. – И ты тоже иди с нами.

«О!» – я удивилась, но ничего не стала говорить, а лишь пожала плечами и пошла следом за Оливией и её группой. В итоге, вся команда «синих» распалась на маленькие обособленные кучки, и каждая из них пошла своей дорогой. Мы углубились в лес, забирая чуть влево.

«И где тут можно спрятаться. Хороших укрытий нет. Скоро «красные» пойдут на нас охотиться и нам, видимо, придётся отсиживаться в зарослях или стоять за каким-нибудь стволом, надеясь, что охотники пройдут мимо и не заметят добычу».

Но Оливия продолжала уверенно и быстро идти вперёд. Две её подружки еле за ней поспевали. Следом шли два парня, и последней я замыкала этот строй. Местность постепенно пошла под уклон, и мы вышли к овражку с небольшим ручейком, протекающим по его дну. Оливия повернула на север и пошла вдоль ручья.

«Да. Здесь намного больше возможностей, чтобы спрятаться», – подумала я, озираясь вокруг. – По оврагу целые заросли каких-то кустов и густая трава».

Но Оли продолжала двигаться дальше, очевидно собираясь достичь ещё какого-то, одного ей известного места. Никто из учеников с ней не спорил и не пытался узнать, что она задумала. Было очевидно, что все они доверяют ей безоговорочно, а Оливии нет нужды интересоваться их мнением.

«Очень интересно», – подумала я усмехнувшись. В этот момент мы вышли к какому-то вонючему озеру в небольшой котловине. Прямо посреди обширной лужи затухшей воды, на крошечном острове торчали развалины непонятного сооружения, и к нему вели насквозь прогнившие мостки, поросшие толстым слоем мха и сочной зелёной осокой. У самого берега мостков не сохранилось, и тут лежал ствол старого дерева без коры, обломками веток на земле, а другим концом на досках в трёх метрах от суши.

– Отлично, – Оливия удовлетворённо усмехнулась. – В этих развалинах мы спрячемся, и нас за сотню лет никто не найдёт.

– Шутишь? – усомнился один из парней.

– Ни капли, – девушка покачала головой. – Если не знать правды, кажется, что эти доски давно сгнили и по ним не пройти. Но на самом деле они слона выдержат. Как думаешь, сколько весит это бревно?

– Понятия не имею, – парень пожал плечами.

– Много, – сказала за него Оливия. – Но как видишь, мостик его легко держит, даже не прогибается. Главная проблема, как по бревну пройти и в эту смердящую жижу не свалиться.

Оливия достала моток верёвки и повернулась ко мне.

– Алиса, сможешь пройти по бревну и не упасть? Нужно верёвку к дереву вон на той кочке привязать, – девушка показала на иссохший ствол в десяти метрах впереди, справа от мостков. – Если всё получится, мы, держась за верёвку все туда перейдём, спрячем верёвку в траве, и никто даже не догадается, что мы там.

«Ясно. Хорошо, что Оливия начала со мной общаться. Но плохо, что она, кажется, уже считает меня своей служанкой. Почему именно мне выпала почётная роль пройти по бревну с верёвкой, рискуя искупаться в болоте?» – подумала я с явным раздражением. – «Ладно. Выбора нет. Придётся подчиняться. Если начну сейчас спорить, вряд ли в обозримом будущем смогу рассчитывать на дружеские отношения с герцогиней».

– Думаю, смогу, – я кивнула головой.

– Парни, держите дерево за ветки, – скомандовала Оливия. – Не дай бог оно шевельнётся. Тогда и Алиса в воду упадёт и наша затея провалится.

– Хорошо, – кивнул один из парней, и они оба присели возле бревна, прижав его ветки к берегу. Я взяла у герцогини моток. Свободный конец остался у неё в руках. Сбросив первую петлю, я осторожно ступила на бревно.

«Интересно, откуда у неё вообще взялась верёвка? Не могла же она заранее знать, что нам придётся прятаться в этом болоте?»

Под моим весом ствол немного просел в вонючую жижу и на поверхность стали всплывать пузыри, лопаясь с противным звуком, напоминающим чавканье. Одновременно с этим усилилась вонь. Появилось настойчивое желание зажать нос, но в одной руке у меня была веревка, а другой я пыталась балансировать, стараясь сохранить устойчивое положение на бревне.

«Что-то мне всё меньше и меньше нравится эта затея», – подумала я. – «Мы все провоняемся в этой смердящей луже. Придётся платье стирать, чтобы избавиться от запаха. И волосы…»

– Парни, выдёргивайте бревно! Роняйте её в болото! – скомандовала Оливия за моей спиной.

«А?!» – я вздрогнула от неожиданности и опасно покачнулась, чуть сама не упав с бревна. Сейчас я как раз прошла больше половины его длины, и до замшелых досок осталось около метра.

– Чего?! – удивлённо спросил один из парней. – Вы серьёзно, герцогиня?

– Быстро! Делайте, что я говорю! Пока она не опомнилась, – гневно воскликнула Оливия.

У меня не было времени на то, чтобы оглянуться и посмотреть на своих одноклассников. Ствол шевельнулся под моими ногами, а я, бросив веревку, метнулась к мосткам. В последнее мгновение бревно соскользнуло в воду, и меня обрызгало холодной грязью. Только я уже была на досках, но чуть не утопила сама себя, поскользнувшись на мху. Ещё немного и болото приняло бы меня в свои гостеприимные объятия. Всё же мне повезло, и я смогла удержаться, замерев в нелепой позе, согнувшись в три погибели, с растопыренными руками и ногами, едва не сев на шпагат. Под моим весом мостик натужно закряхтел и начал опускаться в вонючую жижу. Вокруг забурлили сотни пузырей, наполняя воздух смрадом.

«Твою мать! Я плавать не умею! Да и вряд ли вообще можно плавать в такой густой каше чёрного ила. Меня просто засосёт. Я, конечно, вряд ли умру, погрузившись на дно. Но и утонуть в болоте нет ни капли желания».

– Вы что творите?! – я испуганно оглянулась на своих недавних товарищей. – Зачем? Что я вам сделала?

Было видно, что парни растеряны и чувствуют свою вину за происходящее, но Оливия лишь злорадно усмехнулась.

– А ты, как будто, не знаешь? – она покачала головой.

– Разумеется, я не знаю. За что ты взъелась на меня?

– Ага. Кого ты надеешься обмануть, Алиса Лиседж? – герцогиня вздохнула. – Ладно. Потом поговорим. Если не утонешь, конечно. Сейчас на тебя времени нет, – Оливия повернулась к остальным, – Идёмте быстрее. Нужно где-то успеть спрятаться. Двадцать минут почти истекли. Давайте, шевелитесь! Чего встали? Ничего с ней не случится. Пошли уже.

– Постойте! Вытащите меня отсюда! – взмолилась я, но ученики все двинулись прочь, словно стадо подгоняемое пастухом, лишь пару раз оглянувшись на меня напоследок. В вонючем болоте я осталась одна. Хорошо хоть мостик перестал погружаться сразу, как немного осел чуть ниже поверхности воды. Но выбраться на сушу у меня не было ни малейшей возможности. Парни полностью вытащили бревно, и теперь оно валялось на берегу в траве.

«Блин! Да что происходит?! Я вообще ничего не понимаю. И что мне делать?»

Я оглянулась по сторонам.

«Пытаться дойти до развалин в центре лужи? Но какой в этом смысл? Сейчас мне не до игры в прятки. Мне бы просто вылезти отсюда. Перепрыгнуть не вариант. Слишком далеко. Магией не воспользуешься. Рядом учитель и она, наверное, следит за тем, чтобы её ученики не попытались снять свои браслеты. Боже! Что же делать? Я с ума с ними сойду. Детский сад какой-то! Зачем вообще Оливия решила меня утопить? Ну, упала бы я в болото и пошла на дно, захлебнувшись в вонючей жиже. Это же банальное убийство, да ещё и при таком большом количестве свидетелей. Не слишком ли глупо для герцогини? Понятно, что она могла бы сослаться на несчастный случай, а бревно дёргала не она, а парни. Но мне кажется, моя смерть всё равно бросила бы тень на неё, и на весь её род, на всю оставшуюся жизнь. Десятки лет все знатные дамы шептались бы по углам, обсуждая, как Оливия в юности утопила свою одноклассницу. Зачем ей такое счастье? Я в растерянности. Конечно, в своём теперешнем состоянии я не смогла бы умереть, погрузившись на дно болота, но была бы обречена на вечные страдания, там, в холодной глубине, одна без солнечного света. Даже представить себе такое жутко. А если бы меня всё же вытащили, зацепив багром, например, то сразу поняли, что я нежить. Страшно представить, что бы люди сделали со мной. Хорошо, если просто сожгли и не стали мучить» – я грустно вздохнула. – «Очевидно, мне пришлось бы пользоваться магией, чтобы избежать всего этого. Наверное, в этом и был план герцогини. Она хотела напугать меня, чтобы я сняла браслет и нарушила главное правило академии. Да. Скорее всего, в этом и была идея. Оливия не собиралась меня топить. В таком густом желе на дно стразу не уйдёшь и я, оказавшись схваченная илом и не имея возможности выбраться, в отчаянии начала бы спасать свою жизнь единственным доступным способом, сбросив браслет».

В лесу послышался шум и треск веток. Это вывело меня из раздумий, вынуждая поднять взгляд. В это мгновение на берег вышли два моих одноклассника из красной команды.

– О! Маркус, смотри! – парень, шедший первым, увидел меня и толкнул товарища в плечо. Тот поднял взгляд и, кажется, даже вздрогнул.

– Твою мать! Новенькая, ты чего там делаешь? – спросил он растерянно.

– Меня Алиса зовут, а не новенькая, – я невольно поморщилась. – Парни, вытащите меня отсюда. Пожалуйста.

– Ну, так-то у нас тоже имена есть, – первый парень усмехнулся. – Я Локи Бушвальд, а это Маркус Макинес.

– Очень приятно, – я сделала реверанс, из-за чего мостик качнулся и угрожающе заскрипел, – Алиса Лиседж, к вашим услугам.

– Ха, ха! – Локи рассмеялся. – Впервые вижу, как кто-то использует столь изящный поклон для выражения своего презрения.

– Боже! Парни! Ну что за балаган? Какое ещё презрение? Вытащите меня уже, наконец, а то я правда утону, и моя смерть будет на вашей совести.

– Как ты вообще туда попала? – спросил Маркус.

– Долго объяснять, – я нетерпеливо махнула ручкой. – Слева от вас бревно. Бросьте мне его, чтобы я могла вернуться на берег.

Маркус оглянулся.

– Сейчас, – он кивнул головой и схватил товарища за форму. – Локи, помоги мне.

– Постой, – Бушвальд выдернул одежду из его руки и снова посмотрел в мою сторону. – Алиса, ты же с Оливией была? Это она тебя туда загнала?

– Да, – я вздохнула. – Она меня разыграла.

– Локи, давай потом это обсудим, – поторопил товарища Макинес, – Помоги мне с бревном.

– Нет. Стой, – Бушвальд положил руку Маркусу на плечо. – Хочешь, чтобы герцогиня теперь на нас взъелась? Вряд ли она будет в восторге от того, что мы в её планы вмешаемся.

– И что теперь? – Маркус удивлённо вскинул брови. – А если она, правда, утонет?

– До сих пор не утонула, значит и дальше ничего с ней не случится.

Локи наклонился, отломил от бревна ветку и кинул мне. Ветка упала рядом в грязь, едва меня не зацепив, но обрызгала мне ноги чёрными кляксами.

– Ты чего делаешь?! – я нахмурилась.

– Баронесса, будь добра, привяжи свою ленточку к этой ветке и кинь нам, – сказал Бушвальд, широко улыбаясь. – Пожалуйста.

– Я отдам ленточку, только если поможете мне выбраться, – я покачала головой.

– Баронесса, не упрямься. Нам ещё нужно остальных ловить. Нет времени на глупые споры. Мы тебя нашли, и ты должна беспрекословно отдать свою ленту.

– Коснёшься моей руки и получишь ленту, – я усмехнулась.

На берег вышли ещё два человека из красной команды, но они пока просто смотрели на нас и прислушивались к разговору.

– Господа, помогите мне выбраться, – обратилась я к ним. – Я отдам ленточку тому, кто меня спасёт.

– Нет! – Локи предупреждающе поднял руку в направлении парней. – Лента моя. Я первый её нашёл и получу ленточку любой ценой.

– Давай всё же поможем ей выбраться, и получишь ты свою ленту, – сказал Маркус.

– Да вот фиг она угадала, – Бушвальд зло усмехнулся. – Ну, будет девушка указывать мне, что делать. Тем более, дочь нищего барона.

При этих словах я невольно сжала зубы так сильно, что стало больно челюсть. Локи, тем временем, оглянулся и поднял в траве камень.

– Алиса, последний раз добром прошу, брось нам ленточку, и мы пойдём дальше искать остальных из вашей команды.

– Локи Бушвальд, неужели ты опустишься до того, чтобы кинуть в леди камнем? – я покачала головой, мило улыбаясь. Правда улыбка моя была фальшивая. На самом деле мне стало страшно, что он правда кинет в меня этой каменюгой и мне придётся принять удар, ведь уклониться у меня нет никакой возможности.

– Разумеется, нет, – парень усмехнулся, подбрасывая булыжник в руке. – Просто пока жду твою ленточку, покидаю камушки в болото.

– Не делай этого! – воскликнул Маркус. В ту же секунду Локи бросил камень, и я еле успела закрыть лицо. Не долетев полметра до меня, булыжник хлопнулся в ил, и меня всю окатило грязью. Чёрные капли попали даже на макушку.

– Локи! Ты что делаешь?! – возмутился один из вновь прибывших парней.

– Ой! Алиса, прости! Я не специально! – крикнул Бушвальд так, словно пытаясь докричаться до меня на другом берегу реки. – Пожалуйста, отойди дальше, а то тебя опять обрызгает.

Он поднял ещё один камень.

– Мне некуда отходить, – сказала я, пытаясь стряхнуть грязь с волос. – Шевельнусь и пойду на дно вместе с мостиком.

– Ну, как знаешь. Я тебя предупредил. Если опять обрызгает, сама будешь виновата.

И он опять бросил камень. Так же, как и в прошлый раз, мне удалось лишь защитить лицо, да и то не полностью. Одна из грязных капель попала мне в лоб над левым глазом.

– Ну что, Алиса? – улыбнулся Локи. – Не хочешь отдать свою ленточку, чтобы мы пошли дальше или мне продолжать кидать камни?

Делай, что хочешь, – я со вздохом пожала плечами. – Но мою ленту ты, теперь, уже никак не сможешь получить. Даже если перебросишь сюда бревно. Можешь сдаться и идти дальше или продолжать кидать камни. Мне, в любом случае, придётся стирать форму, так что уже всё равно.

– Уверена? – Локи усмехнулся и кинул очередной камень.

– Пойдём отсюда, – сказал один из парней, что стояли сзади, своему товарищу. – На это невыносимо смотреть.

«Если невыносимо смотреть, могли бы вступиться за девушку», – подумала я про себя с досадой, оттирая грязь со щеки рукавом. – «Неужели не видите, что мне нужна помощь? Проклятье! Тоже мне, будущие благородные рыцари королевства. Парни такие жалкие».

В эту секунду Локи бросил очередной булыжник, стараясь попасть в ил, как можно ближе ко мне. Но камень попал в кочку с чахлым кустиком осоки и, отскочив от него, ударил меня по ноге чуть выше щиколотки.

– Ай! Больно! – я инстинктивно присела и схватилась за место удара рукой. При этом весь мостик опасно накренился, ещё больше уйдя под воду, и вокруг начали лопаться зловонные пузыри.

– Прости! – Локи явно испугался и побледнел. – Вот видишь, до чего довело твоё упрямство.

– То есть это я виновата?

– Конечно. Если б сразу сделала так, как я просил, всего этого не было бы.

В эту секунду на берег вышла Эльза Конрад. Пару секунд она смотрела на меня и на парней, сначала недоуменно, а потом внезапно помрачнев.

– Что здесь происходит? – спросила она Маркуса с угрожающими нотками в голосе.

– Ничего, – парень пожал плечами, отводя взгляд.

– Ты лжёшь!

– Она ленту не отдаёт! – пожаловался Локи.

– И потому вы решили, что можете кидать камнями в леди?

– Мы не в неё! Это случайно произошло, – Бушвальд надул губы, изображая обиду. А я про себя отметила, что он говорит «мы», хотя Маркус никаких камней в меня не кидал. Но, кажется, Локи даже не осознает, что прячется от личной ответственности за свои проступки, пытаясь разделить вину с товарищем, который просто стоял рядом и ничего не делал.

– Тем не менее, вы ранили девушку и опозорили своё имя и честь.

В это мгновение на берег вышла Кристина и, увидев меня, испуганно охнула, прижав пальчики к щёчкам.

– Алиса! Что случилось?! Зачем ты туда зашла?

– Так получилось, – я вздохнула. – Брайт меня обманула.

– Ты как раз кстати, – маркиза повернулась к Отис. – Приведи сюда учительницу. Скажи, что новенькая попала в беду и срочно нужно разрешение на использование магии.

– Не нужно, – Локи криво усмехнулся. – Мы сейчас с Маркусом ей бревно бросим, и она сама на берег выберется.

– Заткнись, – Эльза злобно покосилась на парня. – Твоего мнения вообще никто не спрашивал. У новенькой все туфли в грязи. Она с бревна соскользнёт и утонет, а нас всех из академии исключат. Или, может, ты её спасать кинешься, Бушвальд Локи?

В словах маркизы было столько желчи, что мне невольно стало жаль парня.

– Ты ещё здесь?! – Конрад повернулась к Кристине.

– Уже бегу! – испуганно промямлила Отис и действительно побежала прочь, забыв о гордости девушки из знатной семьи.

– Алиса, да?– Эльза повернулась ко мне.

– Да, маркиза. Я рада, что вы запомнили моё имя, – я улыбнулась.

– Обращайся ко мне на «ты», – сказала Конрад. – Мы же одноклассницы. Покажи рану.

Я убрала руку.

– Ссадина большая и, видимо, будет жуткий синяк, – Эльза вздохнула. – Сейчас вытащим тебя, и пойдёшь со мной в медпункт. Ссадину нужно обработать, чтобы инфекции не было. В этой воде любая зараза может быть.

Девушка повернулась к парням.

– А вам двоим, придётся оплатить Алисе ванну с пеной и прачечную. Готовьте пять реалов, как минимум.

Глава 7: Прошлое

Пришла учительница и разрешила мне снять браслет, чтобы я могла воспользоваться магией. И когда я выбралась, наконец, из болота, урок закончился, и моя синяя ленточка так и осталась при мне. Я оказалась в числе трёх счастливчиков, которых не смогли схватить за руку члены «красной» команды. А значит, я заработала три очка в личный рейтинг и помогла товарищам получить отличную оценку по итогам этого занятия. Разумеется, как только я ступила на берег, учительница сразу же отпустила меня в медпункт и в баню, а Эльза взялась меня сопровождать.

– Спасибо, конечно. Но кажется, тебе не стоило тратить на меня время, – сказала я маркизе, когда мы чуть отошли от остальных.

– Ничего страшного, – Конрад качнула головой. – Немного прогуляюсь с тобой. Ты сегодня первый день тут и как бы не заблудилась во всех этих дорожках и аллейках.

– Понятно.

– Ты мне понравилась, – продолжала Эльза, улыбаясь. – Даже не ожидала, что ты скроешь от учительницы то, что эти два недоумка в тебя камнями кидали.

– Кидал только Локи…

– Ну а Маркус смотрел. Тоже ничего хорошего. С его молчаливого согласия всё и случилось. Жаль только, что я подошла слишком поздно.

– Ты меня спасла.

– Да. Но не рассчитывай, что я буду защищать тебя раз за разом и снова вмешиваться в твои отношения с другими учениками. У меня своих дел полно.

– Конечно. Я на это не рассчитываю. Как-нибудь справлюсь сама.

– За что на тебя взъелась Оливия?

– Сама пока не знаю. Кажется, мне нужно поговорить с ней, чтобы понять это.

– А мне кажется, что тебе надо было пожаловаться на неё учителю.

– Нет, – я покачала головой. – Я сама была слишком легкомысленна и позволила себя провести. В следующий раз буду осторожнее.

Встречные ученики бросали на меня изумлённые взгляды, и иногда за моей спиной слышался смех. Но это было неудивительно, ведь я вся заляпана грязью с ног до головы. Наверное, на территории академии, где учатся выходцы благородных семей, такое зрелище редко кому доводилось увидеть. В медпункте моему виду тоже удивились, а потом и в бане, но к счастью, сильно допытываться, что со мной произошло, не стали. Служанка забрала мою форму в прачечную и принесла другую, точно такую же на подмену. А я в это время сполна насладилась горячей ванной, полной ароматной пены, пахнущей лавандой. Тем более что платила за это удовольствие не я.

«Боже! Как хорошо!» – вздыхала я, сдувая с ладони невесомые радужные пузырьки и наблюдая за их полётом в облаках пара над моей головой. – «Я словно в раю! Так бы и нежилась здесь до самого утра. Сюда бы ещё бокальчик хорошего вина и шоколад. Как жаль, что Морган не выделяет мне дополнительных средств. Каждую неделю блаженствовать в этой роскошной дубовой ванне не получится. Проклятье! Неужели мне больше никогда не полежать здесь?» – я вытянулась во всю длину, высунув ноги за край и погрузившись в воду с головой. – «Блин! Это не справедливо! Чем я хуже остальных? Только тем, что родители не дают мне денег? Так это не моя вина. Я не выбирала своих родителей и хорошо уже то, что я родилась аристократкой, а не в какой-нибудь крестьянской семье. Кроме того, я родилась девочкой, и отец не стал бы тратиться на моё обучение здесь. Да и вообще…», – я невольно поёжилась. – «Сейчас обстоятельства сложились так, что от своей семьи мне нужно держаться как можно дальше. Если папа узнает, где я, он будет в ярости и, наверное, попытается забрать меня из академии. Хотя, возможно, он уже давно поставил на мне крест и ему плевать, что со мной стало. Господи. Ладно. Забудь! Неважно это всё! Воспоминания о родне вгоняют в депрессию и лучше совсем не думать о них. У меня своих забот хватает. Нужно как-то налаживать новую жизнь и наслаждаться тем, что имею, пока у меня ещё есть время», – перевернувшись на живот, я положила локти на край ванны и, опустившись на них щекой, как на подушку, закрыла глаза. – «Дерево такое тёплое и приятно пахнет. Морёный дуб. Кажется, это очень дорогой материал. Я не особо разбираюсь в древесине, так что не могу сказать точно. Но дубовая ванна это нечто. Никогда раньше мне не доводилось купаться в такой», – я вздохнула, не открывая глаз. – «Блин! Всё же не хочется постоянно пользоваться только бесплатными услугами академии наравне с остальными нищебродами. И как же мне быть? Что придумать, чтобы заработать немного собственных средств? У многих учеников денежки есть. Причём не малые. Только что я могу предложить им, кроме себя самой, чтобы они согласились поделиться своими финансами? Девочек здесь, конечно, очень мало, и на меня, без сомнения, должен быть очень большой спрос среди парней, страдающих без женского общества. Только становиться их игрушкой я не могу. Это сразу же поставит крест на моём задании. Так или иначе, я должна буду достаться виконту и потому сближение с какими-либо другими парнями недопустимо. Да и собственная репутация имеет значение. Но всё равно…», – я усмехнулась, чувствуя, что видимо, нашла для себя новую цель в жизни и меня уже одолевает столь знакомое ощущение азарта. – «Голова у меня не только для того, чтобы заколку было на чём носить. Я непременно что-нибудь придумаю. Должна придумать. Уверена, какой-то выход должен быть, и я смогу его найти, если постараюсь».

Ласковым, тёплым вечером, переодевшись в повседневную форму одежды, я подошла в кафе, где меня ожидала глава ученического совета Лисси Миналье. Ужин закончился пятнадцать минут назад, но почти все столики на открытой веранде были заняты. В основном посетительницами кафе были девочки, но были парни и даже пары, парень и девушка.

«Наверное, влюблённые проводят здесь романтический вечер наедине друг с другом, прежде чем их разгонят по общежитиям и запрут ворота», – подумала я с какой-то странной и непонятной грустью.

Лисси сидела одна за столиком на самом краю террасы. Увидев меня, она улыбнулась и приветливо помахала рукой.

– Алиса, садись, пожалуйста, – сказала она, отодвигая стул.

– Спасибо. Простите, что заставила ждать.

– Обращайся ко мне на «ты». Я не старше тебя ни возрастом, ни титулом.

– Хорошо, – я кивнула.

– Что будешь заказывать? Рекомендую чизкейк, – Миналье кивнула на тарелочку перед собой. – У него изумительный вкус. Думаю, ты обязательно должна его попробовать.

– Нет, – я покачала головой, улыбаясь. При этом мне стоило некоторого труда, чтобы оторвать взгляд от аппетитно выглядящего лакомства, что само по себе было странно, ведь я не нуждаюсь в еде. – Благодарю, но я откажусь. Только что был ужин, и я должна серьёзнее относиться к своей фигуре.

– Брось, Алиса, – Миналье рассмеялась. – Ты такая стройняшка. Вряд ли на тебя хоть как-то повлияют сто грамм десерта. Ну же. Соглашайся, – Лисси сложила руки у груди. – Иначе получится глупая ситуация, когда я ем чизкейк, а ты сидишь и на меня смотришь.

– Я, в любом случае, не взяла с собой денег, – вздохнула я, опуская взгляд.

– Ерунда, – тотчас отмахнулась Лисси. – Я за тебя заплачу.

– Не стоит…, – начала было говорить я, но глава ученического совета не стала слушать.

– Считай это выражением моей признательности за то, что согласилась встретиться со мной. Думаю, у тебя и своих дел хватает.

Миналье подозвала официантку и сделала заказ, добавив к десерту ещё и какао.

– Чем занималась сегодня после уроков? – спросила меня Лисси, как только работница кафе отошла от столика.

– Делала домашнее задание, – я пожала плечами. – Больше ничем.

– Получается?

– Что? Ну, да, – я опять пожала плечами.

– Наверное, сложно догонять остальных, присоединившись к классу практически в конце учебного года?

– Я знала, на что шла, – я улыбнулась. – Потому была морально готова к этому.

– Понятно, – Миналье кивнула. – Ты же с соседкой живёшь?

– Да.

– Как тебе эта девочка? Вы подружились? Она помогает тебе с учёбой?

– Пока в этом нет необходимости. Я справляюсь сама. Мы, действительно, подружились, но вечером Кристина была занята в своём кружке и я имела возможность позаниматься в тишине и одиночестве.

– Хорошо, – Лисси улыбнулась. Подошла официантка и поставила передо мной десерт и ажурную чашечку ароматного какао.

– Спасибо, – я кивнула.

Глава ученического совета поставила локти на стол и, положив подбородок на кулачки, несколько мгновений наблюдала, как я пробую чизкейк и какао, едва заметно улыбаясь чему-то.

«Надеюсь, она не думает, что я теперь буду должна ей за это угощение?»

– Очень вкусно. Благодарю.

– Я рада, что тебе понравилось, – Миналье кивнула. – В этом кафе всегда очень хорошо готовят, и тут так приятно посидеть вечером, отдохнуть от дневных дел, с чашечкой кофе или какао. Жаль, что у меня почти никогда не бывает на это времени.

Я кивнула головой с выражением сочувствия на лице.

– Алиса, кстати, а ты решила уже, какой кружок хочешь посещать?

– Нет, – я вздохнула. – Боюсь, у меня на это тоже нет времени. Нужно каждую свободную минутку посвятить учёбе. Иначе я не успею подготовиться к экзаменам в мае.

– Напрасно, – Лисси покачала головой. – Нельзя всё время сидеть над книжками. Голове обязательно нужен отдых и возможность переключиться на что-то другое, с учёбой не связанное. Иначе ты просто загонишь саму себя.

– Ну, может быть ты и права, – я пожала плечами.

– Обязательно пройдись по кружкам и выбери себе какой-нибудь по душе, – настоятельно сказала Миналье глядя на меня серьёзным взглядом. – Чем ты любишь заниматься?

– Сложно сказать. Когда-то давно я неплохо вышивала. Но, наверное, уже растеряла все навыки.

– Интересно, – Миналье улыбнулась. – Может пора вернуться к этому роду занятий? Возможно, вышивка как ничто другое поможет расслабиться и отвлечься от повседневных дел.

– Ага, – я кивнула.

– А вообще, какой род занятий тебе больше по душе? Что ты больше предпочитаешь, сидеть неподвижно по несколько часов над рукоделием в тишине или заняться чем-то, требующим приложения физических сил на свежем воздухе?

Я пожала плечами.

– Наверное, ни то, ни другое. Больше всего мне нравится читать интересную книжку, а не монотонная работа над вышивкой или тренировки на стадионе.

– Понятно.

– А чем ты сама любишь заниматься в свободное время? – спросила я, хитро улыбаясь. – Может, сможешь посоветовать мне интересный кружок?

– У меня свободного времени практически нет, – вздохнула Миналье. Кроме учёбы мне ещё нужно заниматься делами ученического совета, так что тут уже не до кружков. Сейчас я очень рада, что мне выдалась минутка спокойно посидеть с тобой в кафе за чашечкой какао.

– Тяжело, наверное, – я вздохнула. – Тем более, если приходится встречаться так с каждым из вновь поступающих учеников. Тут же учащихся несколько тысяч.

– Разумеется, я не встречаюсь с каждым из них, – Лисси улыбнулась, чуть обнажив свои зубки. – Просто твой случай особенный и я не могла пройти мимо.

– И в чём же моя особенность? – чуть нахмурилась я.

– На данный момент ты одна из самых загадочных учениц академии, – Миналье ложечкой отрезала кусочек чизкейка и отправила себе в рот. – Мало того, что ты возникла из ниоткуда, и о тебе никто не знал до сегодняшнего дня…, – девушка, улыбаясь, смотрела мне в глаза, пытаясь следить за моей реакцией, а я старалась сохранять невозмутимое выражение лица. – Никто из преподавателей не помнит, как ты сдавала им экзамен.

– Ну, это не удивительно, – я пожала плечами. Прошло полгода, почти. Да и вряд ли они смогли бы запомнить всех абитуриентов.

– Наверное, – Лисси кинула. – Но странности на этом не заканчиваются. За твоё обучение платит не семья и даже не ты сама, а некий Морган Форгис. Нам удалось кое-что раскопать про него.

«Вот как! И что же?» – подумала я про себя, невинно улыбаясь собеседнице.

– Это оказалась весьма одиозная фигура, талантливый маг, прославившийся в прошлом целым рядом громких скандалов, – продолжала Миналье. – В итоге, он был исключён из гильдии магов страны, не смотря на все свои прошлые заслуги, и многие с презрением вспоминают его имя. К нему есть претензии у церкви и дворца. Ему вменялось в вину использование магии, которая повсеместно запрещена. Какое-то время его даже хотели взять под стражу, за его тёмные делишки, но он смог уйти от ответственности. Обвинений ему так и не смогли предъявить за недостаточностью улик.

– Всё это дела давно минувших дней, – я вздохнула. – Какое я имею к этому отношение? Я ещё в пелёнках была, когда у старика Моргана были проблемы с гильдией и дворцом.

– Наверное. Но как ты вообще оказалась связана с таким человеком?

– Познакомилась случайно. Можно сказать, что он мне помогает, а я с благодарностью принимаю его помощь. Никак иначе мне было не достать денег на своё обучение.

– Ну почему не достать? – Миналье улыбнулась. – Если сможешь войти в сотню лучших учеников академии, то получишь возможность претендовать на бесплатное обучение. Тем более, если тебе удастся набрать тысячу очков в личный рейтинг или сдать дополнительные экзамены на золотой значок, легко можешь избавиться от старого мага и своей зависимости от него.

«Не всё так просто», – подумала я про себя. – «Само моё существование зависит от Моргана, а вовсе не обучение в академии».

– Насколько мне известно, ты покинула отчий дом в тринадцать лет, – продолжала Лисси. – Фактически ты сбежала оттуда. Можешь рассказать, что послужило причиной?

«А не слишком ли ты любопытна?» – подумала я с явным неудовольствием. – «Кроме того, без сомнения, ты уже давно всё выяснила сама, а сейчас просто мучаешь меня этими вопросами. Тебе это удовольствие доставляет что ли?»

– На мне собирался жениться престарелый граф Барав Кунишен, – сказала я вслух, опустив взгляд. – Отец не стал брать во внимание моё нежелание идти за него. Когда я решила сопротивляться, меня заперли и решили выдать замуж насильно. Мне лишь чудом удалось бежать из дома, чтобы не попасть в лапы жуткого, безумного старца.

– Странно. Обычно за богатых стариков девушки идут с удовольствием. Совсем немного потерпев дряхлого сумасброда, могла бы стать богатой, счастливой вдовой.

– Вряд ли, – я мрачно усмехнулась. – Говорят, старик замучил до смерти свою вторую жену, да и от чего умерла первая, так и осталось тайной для всех. Я тоже могла закончить как они. Барав Кунишен очень страшный и жестокий человек. Да и вообще. Даже просто находиться рядом с ним мне было крайне неприятно. И я лучше бы умерла, чем стала его собственностью.

– Ясно. Наверное, отец не обрадовался твоему поступку?

– Думаю, да.

– По нашим сведениям, сбежав из дома, ты примкнула к авантюристам.

– Всё верно, – я кивнула. – Другого пути просто не было. Нужно было как-то жить дальше. Я из дворянской семьи и не могла бы пойти прислугой или на панель. Мне бы и гордость не позволила, да и необходимых навыков у меня нет. А магические способности у меня всегда были на достаточно высоком уровне. Потому мои таланты нашли своё применение в гильдии авантюристов.

– У тебя золотая карта, – Миналье кивнула. – И мне уже рассказали, как ты сегодня продырявила метлу, просто взмахнув рукой.

Не зная, что сказать я лишь пожала плечами.

– Не страшно было? – Лисси загадочно улыбнулась, глядя мне в глаза. – Судьба авантюристов очень опасна. Немногие из них доживают до преклонного возраста.

– Наверное, – я вздохнула.

– Гильдия, кстати, уверена, что ты погибла на одном из заданий чуть больше двух недель назад, – продолжала Миналье, улыбаясь. – Тебя растерзали чудовища в чёрных горах. Память о тебе даже почтили трауром. А мы сидим сейчас с тобой на террасе кафе академии, пьём какао и едим десерт. Не объяснишь, что всё это значит?

– Очевидно, что у них ложные сведения, – я вздохнула. – Думаю, члены моей группы заявили о том, что я умерла, а гильдия не стала проверять это, доверившись их словам. Но на самом деле, в той вылазке, я никак не пострадала и, конечно же, не лишилась жизни.

– Зачем твоим товарищам было врать про то, что ты погибла? – ужаснулась Миналье.

– Не такие уж они мне и товарищи, – грустно сказала я, отрезая ложечкой очередной кусочек от чизкейка. – Мы разругались из-за добычи, и они бросили меня одну, против стаи виверн, а сами скрылись, воспользовавшись тем, что все чудовища отвлеклись на меня. Только я не погибла, а смогла сбежать с поля боя.

«Правда, сделала я это в желудке одной из тварей», – подумала я про себя, горько усмехнувшись.

– Почему ты не вернулась в гильдию и не потребовала справедливости? Ведь тебя предали! – Миналье покачала головой.

– Я уже давно задумывалась о том, чтобы порвать с судьбой авантюриста, – сказала я вздохнув. – Мне шестнадцать лет и я баронесса. Хотелось уже остепениться и жить нормальной жизнью. Для того я и пыталась поступить в академию. Я подала документы и прошла экзамен, но не смогла приступить к учебе, потому что заболела. Болезнь продолжалась долго и нудно. Прежде, чем я поправилась, все мои деньги закончились. Кроме того, я сильно отстала от своих одноклассников, и решила, что вернусь в академию в следующем году. Чтобы заработать немного средств к существованию, я снова отправилась на задание с авантюристами и чуть не погибла, в итоге. Это стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. Я поняла, что больше не хочу возвращаться в гильдию и снова видеть этих людей. Мой старый знакомый маг Морган пообещал дать денег, и я с радостью ухватилась за эту возможность. Плевать мне на гильдию. Знать их больше не хочу.

«Это не совсем правда, но истинного положения дел главе ученического совета знать не стоит».

– Понятно, – Миналье кивнула. – Это многое объясняет, хотя и не всё.

– Ну, как-то так, – я развела руками.

– Хорошо, – Лисси улыбнулась. – Спасибо, что рассказала мне свою историю. Признаться, это было очень интересно. Но, конечно же, я хотела встретиться с тобой не за этим.

– А зачем? – насторожилась я.

– Видишь ли, – глава учсовета странно улыбнулась, чуть обнажив свои зубки. – Сегодня утром на территории академии дважды, необычайно дерзко, применялась магия. Кто-то полностью наплевал на правила и главный запрет. Это было, словно пощёчина дисциплинарному комитету. Кажется, кто-то возомнил, что ему всё дозволено, и он может не считаться с нами и нашими порядками. Честно говоря, у нас давненько не было ничего подобного. Сказать, что мы удивились, это вообще ничего не сказать, – Миналье захихикала, чуть прикрывая рот ладошкой. – Кроме того, сам уровень магии был оценён как «божественный». Применялась необычайно быстро. Так быстро, что не удалось определить ни само заклинание, ни место, где оно было использовано. Ясно только, что событие произошло где-то в северной части академии. От первого применения наблюдатели впали в состояние шока и оказались совершенно не готовы к тому, что немного погодя, магия будет применена снова, так же мгновенно и с такой же силой. В этот момент все ученики находились в своих классах, кроме десяти человек. Из этих десяти только трое могут считаться действительно сильными магами. В эту тройку, очевидно, входишь ты, Алиса Лиседж, хотя твой уровень силы нам пока не известен. Возможно, ты и не сильнее некоторых из учеников академии, но у тебя просто невероятный боевой опыт, которого ни у кого больше здесь нет. Ведь ты бывшая наёмница, заслужившая золотую карточку.

– И ученический совет решил, что это сделала я? – я изобразила недоумение и даже обиду на своём лице.

– Нет, – Лисси улыбнулась. – Но ты, конечно же, оказалась под подозрением. Ведь в тот момент тебя не было в классе, и никто из учителей не знает, чем ты занималась.

– Понятно.

– Не переживай, – Миналье сделала странный жест в мою сторону. – Никто не обвиняет конкретно тебя. Тем более что доказательств твоей вины нет. Да и каких-либо негативных последствий применение магии не имело. Сейчас я просто опрашиваю всех, кто мог быть замешан в этом деле. Всё же случай произошёл вопиющий и ученический совет должен как-то на него реагировать. Директор скоро с нас спросит, и мы должны будем предоставить ей какие-нибудь результаты. Возможно, завтра Форс сделает какое-то заявление или даже сформирует указ по всей академии. Только в итоге, весь этот случай, будет спущен на тормозах. Вот увидишь. Всё будет хорошо. Но впредь, пожалуйста, будь осторожна.

– Хорошо, – я кивнула.

– Ты можешь что-то сказать мне по поводу этого происшествия?

– Нет. Я ничего не знаю.

– Можно посмотреть твой браслет? – Лисси протянула ко мне руку.

– В смысле «посмотреть»? – я удивлённо вскинула брови. – Вот он на руке. Его прекрасно видно. Да и что в нём может быть интересного?

– Сними его, пожалуйста, и дай мне.

– Это шутка такая? – я нахмурилась. – По правилам разрешить снять браслет может только кто-то из учителей.

– У меня такие же полномочия, – Миналье кивнула и задрала рукав, демонстрируя мне свою руку.

– Где твой браслет? – я растерянно посмотрела на запястье девушки, а потом на неё саму.

– Ученический совет не носит браслеты, – Лисси улыбнулась. – Наш статус равен учителю и мы подчиняемся директору напрямую.

– Понятно. Прости, но я всё же не буду снимать свой браслет, и давать его тебе в руки. Не хочу, без причины, волноваться лишний раз, по поводу того, что меня за это могут исключить из академии. Кроме того, в правилах написано, что преподаватель может дать разрешение на снятие браслета, но не сказано, что у него есть право заставить ученика сделать это против его воли. Так что я откажусь.

– Алиса, ты такая интересная, – Миналье покачала головой, продолжая улыбаться. – Боже! Как ты мне нравишься! Хочу познакомиться с тобой ещё ближе. И, надеюсь, тогда ты станешь больше мне доверять.

– Я тоже на это надеюсь.

– Спасибо, кстати, за журнал. Благодаря твоей наводке мы, наконец, смогли найти его. А ведь до этого он считался просто слухом.

– Рада была помочь.

– Ага, спасибо за беседу, – Миналье повернулась, собираясь встать из-за стола.

– Подожди секундочку, – я вскинула руку. – Скажи, пожалуйста, как я могу сама вступить в ученический совет.

– О! – Лисси засмеялась. – Весьма неожиданно. Тоже хочешь ходить без браслета?

– Ну не только это, – я улыбнулась.

– Ты должна хорошо зарекомендовать себя в академии и отлично учиться. После фестиваля можешь попробовать подать заявку. Если против твоей кандидатуры не будет слишком много возражений, сможешь занять своё место в ученическом совете.

– Понятно. Спасибо.

– Доброго вечера. Ещё увидимся, – Лисси чуть поклонилась и пошла прочь.

– До свидания, – сказала я ей и, откинувшись на спинку стула, повернулась в сторону разгорающегося на западе изумительной красоты заката.

Надо мной пролетела пара птиц, наполняя пространство свистом ветра и звуками хлопков крыльев, а я неподвижно сидела на своём стуле, задумчиво любуясь на розовое зарево, заливающее край неба над зубчатой стеной академии и далёкими горами. Красный солнечный диск постепенно склонялся к россыпи фиолетовых облаков, на горизонте, намереваясь нырнуть туда, словно в мягкую постельку и готовясь спать там до завтрашнего утра. Зной дня уходил, и я чувствовала прохладу. Нужно было вставать и возвращаться в свою комнату. Но мне хотелось посидеть ещё хоть немного на опустевшей веранде, под бесконечно огромным куполом небес, где совсем скоро покажутся первые робкие звёздочки подступающей ночи.

«Вот и закончился мой первый день в академии», – мысленно сказала я себе, чуть улыбнувшись и с наслаждением вдохнув вечернего воздуха, наполненного своими неповторимыми ароматами. – «Первый шаг сделан. Никто ничего не заподозрил. Я отлично отыгрываю свою роль. Всё будет хорошо».

Глава 8: Разговоры о парнях

Когда я вернулась в свою комнату, там уже была Кристина. Она сидела за столом и занималась домашним заданием. Рядом с ней зажжённый фонарь, а в комнате полумрак. По-прежнему приоткрыта дверь на балкон. Из сада лениво втекает вечерняя прохлада и аромат цветов. Потоки воздуха едва заметно колышут тюль. Кроме того, снаружи доносятся приглушённые голоса, периодически прерываемые тихим и мелодичным смехом. Видимо, где-то совсем рядом, на другом балконе, две девушки что-то весело обсуждают между собой. Но слов не понять. Говорят слишком тихо.

– Алиса! Наконец-то! Я тебя потеряла. Где ты была? – обрадовалась моему появлению Отис.

– Встречалась с Миналье, а потом прогулялась вдоль пруда, – я усмехнулась. – Тебе голоса из окна не мешают уроки делать?

–Нет. Это Карина и Сильвия. Они этажом выше живут и всегда в это время на балконе чай пьют. Я привыкла уже. Алиса! Скажи лучше… Ты сделала свои уроки?

– Да, – я кивнула.

– Посмотри у меня эту задачу, пожалуйста. Что-то я сомневаюсь в ответе.

– А ты думаешь, я в математике разбираюсь лучше тебя? – я, смеясь, покачала головой.

– Нет что ли? – Кристина изобразила страдание на своём лице. – Математика даётся мне так тяжело. Ты не представляешь. Я надеялась, что ты, наконец-то, станешь моим спасением.

– Ну, давай посмотрим, – подвинув стул, я села к ней за стол.

– О чём говорили с Миналье? – как бы невзначай поинтересовалась Отис.

– Сегодня утром кто-то, без разрешения, применял магию. А я, как назло, оказалась в числе десяти подозреваемых, – я вздохнула, – потому что в тот момент была вне класса и учителя не видели, чем я занимаюсь.

– А разве это не ты была? – Кристина странно на меня покосилась.

– В смысле?! – я удивлённо посмотрела на девушку, и меня разобрал смех. – Ты на меня что ли думаешь? Зачем мне делать такое?

– Прости, – Отис немного смутилась. – Просто когда ко мне подходил член дисциплинарного комитета и расспрашивал о тебе, мне показалось, они абсолютно уверены в том, что это ты использовала магию. Им только не понятно было, что именно ты сделала.

– Серьёзно?

– Такое впечатление, – Кристина пожала плечами.

– Ты, кстати, неправильно задачку решила, – сказала я, улыбаясь. – Посмотри ещё раз во втором действии. Ничего тебя не смущает?

Девушка уставилась в свой листочек.

– Хочешь сказать, здесь не двенадцать должно получиться? – наконец спросила она после непродолжительных раздумий.

– Конечно, нет. Посчитай ещё раз, а я пока схожу за кипятком. Тоже попьём чай на балконе, когда с задачей закончишь. Чем мы хуже остальных?

– Хорошо, – Кристина кивнула головой, улыбнувшись в предвкушении. – У меня шоколадные конфеты есть.

– Отлично.

Потом мы действительно неспешно пили чай, сидя на балконе и любуясь прекрасным видом на тёмный сад с редкими фонарями в изумрудной листве. Между делом Отис рассказывала мне о своём детстве и семье, а я слушала в пол-уха, наслаждаясь покоем и умиротворением. По словам девушки, её отец достаточно богат и считает долгом чести дать своим детям достойное образование. Вот и Кристине пришлось, вслед за братьями, поступать в академию, хотя сама она какой-либо тяги к учёбе не испытывала и едва смогла сдать вступительные экзамены.

– Ты не представляешь, как я уже устала учиться, – жаловалась девушка, страдальчески заламывая руки. – А ещё три года находиться здесь, вдали от дома и семьи, без служанок и горничных. Я помру с тоски за это время.

– Тебе выделяют деньги? – спросила я, грея руки о тёплую чашку.

– Да, – Кристина вздохнула. – Но не так много, как хотелось бы. То и дело приходится брать бесплатные блюда в столовой и ходить в бесплатную баню. А там очень некомфортно и мыло отвратительное. Такое, наверное, матросам выдают.

– Понятно, – я кивнула, задумчиво глядя в темноту.

– А у тебя как с деньгами? – осторожно поинтересовалась Кристина, видимо, боясь испортить мне настроение своим вопросом.

– У меня их совсем нет, – я усмехнулась. – Ничего платного позволить себе не могу. Хорошо хоть сегодня за меня заплатили Локи и Маркус, и мне удалось в роскошной ванне погреться целых двадцать минут.

– Давно хочу спросить, – Отис захихикала. – Ты точно баронесса?

– А в чём дело? – я нахмурилась.

– Нет. Прости. Не сердись, пожалуйста. Просто я впервые вижу, как девушка сидит в плетёном кресле, закинув ноги на перила балкона, и пьёт чай при этом. Думаю, если тебя сейчас кто-нибудь увидит снизу, он будет в глубочайшем шоке от этого зрелища. Здесь, конечно, нет мальчиков, и никто из них не сможет заглянуть тебе под юбку. Но всё равно…

– Прости, – я смутилась и села нормально. – Старые привычки…

– Будь осторожна, – Кристина улыбнулась. – А то заработаешь себе дурную славу, как принцесса София.

– А у неё дурная слава?

– Ага, – Отис захихикала, заговорщицки наклонившись ко мне. – Эта девушка хоть и королевских кровей, но ведёт себя, как заблагорассудится, совершенно не считаясь с чувствами и мнением окружающих людей. О ней ходят всевозможные и порой очень непристойные слухи. Но, кажется, принцессу это ни капли не волнует. Она сама себе на уме. Иногда создаётся впечатление, что она какая-то дурочка, но при этом она удивительно хорошо учится и у неё одни из лучших показателей в классе.

– То есть она не на первом месте?

– Нет. Первое место, среди девочек, принадлежит Эльзе Конрад, а второе Оливии Брайт. Принцесса всегда третья.

– Понятно, – я кивнула головой. – А у тебя какое место?

– Последнее из всех, – Кристина грустно вздохнула. – Анна Юмия, Анжела Пенэр и даже Мила Листвард, всегда обходят меня по оценкам.

Дальше разговор скатился к сплетням обо всех учениках в классе, и я узнала много новой и интересной информации. В основном Кристина рассказывала о мальчиках. Похоже, эта тема волновала её более всего. К тому же, как оказалось, сама она до сих пор ни с кем не обручена. И причиной этого оказался отец Отис. А вернее, его излишняя щепетильность в вопросе выбора жениха для своей дочери. Папа Кристины раз за разом отвергал все возникающие варианты, считая их недостаточно удачными. Непонятно чего он собирался добиться в итоге. Но сама Кристина постепенно начала опасаться, что так и останется одинокой и никому не нужной, когда у всех знакомых сверстниц уже обозначены будущие супруги.

– В нашем классе двадцать парней, – говорила Отис, шелестя оберткой очередной конфетки. – Самый высокий титул у Оливера Стоуна. Он старший сын эрцгерцога Фландского Дженифера Стоуна. Сегодня его опять не было на занятиях, и ты его ещё не видела. Оливер вообще крайне наплевательски относится к учёбе, но вот экзамены сдаёт хорошо и из академии его не выгоняют. Так что ему всё сходит с рук. А так он парень очень ветреный и несерьёзный. При этом, редкостный красавец и все девушки от него без ума. Смотри не попадись под его очарование, – Кристина загадочно улыбнулась. – Конечно, он вряд ли станет смотреть в сторону таких, как мы с тобой. Но всё равно, будь осторожна. Оливер повеса. Девушек он меняет как перчатки и, наверное, когда перепробует всех, дойдёт и наша очередь. Вот только если сдашься ему, всё закончится слезами и разбитым сердцем. Таких несчастных тут уже пол академии.

– Ясно, – я усмехнулась.

– Оливия, кстати говоря, от Стоуна без ума и одно время они были очень близки, но потом что-то у них не заладилось. А Эльза, наоборот, относится к сыну эрцгерцога глубоко равнодушно. При этом все они знакомы с детских лет. И Оливия, и Эльза, и Оливер. Бог их знает, что у них за отношения. Сейчас Стоун, по некоторым слухам, крутит с принцессой. И их обоих, сегодня, не было в классе. Если так пойдёт дальше, Оливер, наверное, женится на Софии, – Кристина захихикала, прикрывая рот ладошкой. – Ну, или вынужден будет жениться.

– Понятно, – я вздохнула. – Мне казалось, что самый красивый парень в классе, это Эдвард Дэнвер.

– О! – Кристина мечтательно закрыла глаза. – Конечно! Эдвард тоже очень красив. Немного уступает Оливеру, но зато он такой утончённый и загадочный. Как жалко, что к нему совершенно не подступиться.

– Почему? – я удивилась.

– Кто знает, что у него в голове, – Отис вздохнула. – Дэнвер умён, всегда спокоен и немногословен. Его взгляд холодный, а сердце закрыто для всех. Никто так и не смог подобрать к нему ключи. Он тёмный принц нашего класса.

– Тебе он нравится?

– Нравится, конечно. Только, если бы я могла выбирать, то выбрала бы не его, а Алферда Гимени. Ты его видела. Высокий, черноволосый парень с густыми бровями. Он из семьи безземельных дворян, но очень позитивный и весёлый. С ним никогда не бывает скучно. Тоже очень красив и хорошо учится, а кроме того, необычайно ответственный и надёжный. Истинный рыцарь, – Кристина мечтательно вздохнула, сжимая пустую чашку, жмурясь, как кошка и улыбаясь непонятно чему. – Всем в классе он очень нравится. Его популярность почти сравнима с Оливером и выше, чем у Эдварда.

– Понятно – я кивнула.

– У него друг Дэвид ди Пашена, – продолжала увлечённо рассказывать Отис, заваривая себе новую чашечку чая. – Барон. Полная противоположность Алферда. Ты должна была его видеть. Парень в очках. Очень серьёзный и безэмоциональный. Тоже очень красив собой. И у него лучшие показатели по успеваемости в классе среди юношей.

– Да. Его трудно не заметить, – я улыбнулась. – Слишком сильно он выделяется в своих очках, на фоне остальных парней.

– Тебе вообще кто из мальчиков понравился? – Кристина хитро прищурила глазки.

– Сложный вопрос, – я пожала плечами. – Мне сегодня довелось встретиться с ними впервые и с кем-либо пообщаться, ещё не удалось. Я ничего о них не знаю. А от Генриха Аваниса и его друзей Дюка и Никаса у меня остались очень неприятные впечатления. Впрочем, как и от Локи с Маркусом.

– И те, и другие – хулиганы, – Отис захихикала. – Лучше держаться от них подальше. Кроме них есть ещё компания Фридриха Макени. С ними тоже будь максимально осторожна.

– Тоже хулиганы?

– Не совсем, – Кристина поморщилась, как от кислого. – Фридрих сын маркиза. Вполне воспитанный, спокойный и расчётливый. Сам по себе он не особо приятный тип. Скользкий, какой-то. Но от него пока не было проблем. А вот его дружки недавно попались на подглядывании за девушками в бане.

– Серьёзно?! – я рассмеялась.

– Ага, – Отис хихикая, чуть не разлила свой чай. – У Фридриха в друзьях Людвиг Шимон, Карл Биксел и Ричард де Валорьен. Первые двое безземельные дворяне, а Ричард – виконт и, вроде бы, неплохой парень, но озабоченный, как и его дружки. А конченый извращенец в этой компании, конечно Людвиг. Идея забраться на чердак и подглядывать в женскую раздевалку через отдушину вентиляции, говорят, родилась именно в его голове.

– Боже! Парни такие дураки!

– Не то слово.

– Как они попались?

– Ну, вентиляционная дырочка была маленькая. Юноши, видимо, возились и толкались возле неё, стараясь каждый рассмотреть, как можно больше. Вниз начала падать сажа и мелкий мусор. Кто-то из девушек решил, что в вентиляции крыса и ткнул туда палкой от швабры. Но из темноты сначала послышался вскрик боли, а потом затрещал потолок и трое парней, вместе с досками и всей пылью, провалились прямо в раздевалку, в толпу голых девушек, каким-то чудом никого не задев. Конечно, было много визга и криков. А о голову Карла кто-то даже деревянный тазик разбил. Теперь у него шрам над глазом.

– Господи! – еле выговорила я, смеясь так, что даже слёзы из глаз выступили. – Биксел, это же тот накачанный парень с шеей как у быка, очень похожий на шкаф?!

– Да.

– Не удивительно, что под ним доски сломались. Он один весит килограмм сто или даже больше. Настоящий богатырь. Хорошо, что он на голову никому не упал. Иначе раздавил бы.

– Ага. Он когда за парту садится, под ним постоянно сиденье скрипит. Я всё жду, когда стул сломается, – Кристина усмехнулась. – Они, в принципе, неплохие парни. В нашем классе есть намного хуже. Но от этой компании лучше держаться подальше. У них одни пошлости на уме.

– Понятно. А кто хуже них? Кого ты имеешь в виду?

– Ну не особо хочется о них говорить, – Отис вздохнула. – Ну да ладно. Наверное, тебе будет полезно знать, чтобы не иметь неприятностей в будущем.

– Я вся во внимании.

– Ну, во-первых, Лукас Саджини, безземельный дворянин. Это очень грубый, вспыльчивый и неуживчивый человек. Никто в классе его не любит. Старайся вообще не иметь с ним дел или он испортит тебе настроение на весь день.

– Поняла.

– Потом барон Орифлам ди Бешамон. Можно сказать, что он самовлюблённый нарцисс. Если будешь расхваливать его по поводу и без, то он обязательно обратит на тебя внимания. Но не жди от него взаимности. Этот человек умеет любить только себя. Да и сам по себе он неприятный. Слишком въедливый, нудный и скучный. Если с ним общаться, быстро голова заболит.

– Ясно, – я усмехнулась.

– Ну и напоследок сын графа Бикмарка, Алистер. По какой-то причине он ненавидит женщин или боится нас. Общаться с ним крайне тяжело. Однажды я попала с ним в пару, на тренировке, и это был сущий ад. В итоге мы не справились с заданием, и у нас был худший результат, а Алистер, похоже, решил, что это целиком моя вина. Его дружки, барон Мишель де Аварон и Симон. Симон простолюдин из семьи богатого торговца. Но в отличие от своих товарищей он достаточно умён и, похоже, нужен барону и графу, чтобы помогать им в учёбе.

– Понятно.

– Ну что ж, – Кристина улыбнулась. – Пойдём спать? Время позднее. Завтра с утра опять на занятия.

– Подожди, – я качнула головой. – Ты не обо всех мальчиках рассказала.

– Разве? – лицо Отис выразило недоумение.

– Да. Остались ещё Марк Кунасье и Серж ди Минкасье.

– А, эти…, – Кристина усмехнулась. – Так они совсем ничем не примечательные. Не удивительно вообще забыть об их существовании. Марк безземельный дворянин. Пару раз показал себя решительным и смелым. Кроме того, он дружит с Оливером Стоуном и, конечно же, теряется в его тени. А Серж совсем неприметный, ни с кем явной дружбы не водит. Разговаривает с одноклассниками, только если его спросят о чём-нибудь. Всё своё время посвящает учёбе.

– Очень интересно, – я, задумчиво улыбаясь, кивнула головой.

– Думаешь? – Кристина озадаченно пожала плечами. – Неужели он тебе понравился?

– Ну, может быть, – теперь уже была моя очередь пожимать плечами.

– Шутишь? – Отис захихикала. – Что вообще может нравиться в таком парне?

– Сложно сказать сразу, – я вздохнула. – Но я люблю спокойных и уравновешенных людей.

– Понятно. Только имей в виду. Говорят в самом тихом омуте наиболее изощрённые черти.

– Я учту, – ответила я, смеясь.

– Ладно. Идём, всё же, спать. Глаза сами закрываются.

– Хорошо. Дверь закрывать?

– Если не мешает, оставь открытой, – Кристина зевнула, прикрывая рот рукой. – Я никогда её не закрываю. Иначе в комнате быстро становится душно.

Пока Отис ходила умываться перед сном, я убрала посуду и собрала книжки для завтрашних занятий. Потом в санузел пошла я и потратила минут пятнадцать, чтобы вымыть голову и смыть с себя усталость. Холодная вода меня не сильно беспокоила. Но, конечно же, я не отказалась бы разбавить её, хоть немного, тёплой водой. Когда снова вернулась в комнату, моя соседка уже мерно сопела под одеялом. Я тоже забралась в кровать и минут тридцать просто лежала на спине, глядя в потолок и размышляя над событиями прошедшего дня.

«Интересно, чем занят сейчас Серж? Мирно спит в своей постельке, закончив домашнее задание? Надеюсь, он хорошо подготовился к завтрашним урокам? Чем вообще занимается этот парень по вечерам? Может, посещает какой-нибудь кружок? Если это так, то я могла бы записаться к ним, и таким образом была бы к нему чуть ближе. Кажется, это очень хорошая идея и мне нужно завтра постараться узнать всё, что можно, об увлечениях виконта. Пора сделать первый шаг к главной цели», – я улыбнулась. – «Как странно! Чувствую себя хищным зверем, осторожно крадущимся к своей добыче. Боже! Не стоит слишком увлекаться этим, а то втянусь, и кто знает, к чему это приведёт. Ладно. Надеюсь, Серж действительно посещает какой-нибудь кружок. И только бы это был не клуб любителей кулачных боёв. Туда меня просто не возьмут, потому что я девочка. Но, глядя на Минкасье, сложно предположить, что он увлекается чем-то подобным».

Я прислушалась к дыханию Кристины.

«Кажется, Отис крепко спит. Ладно. Хватит валяться в постели. Никакого толка от этого нет. Если соседка проснётся и заметит, что я встала, сошлюсь на то, что не могу уснуть в непривычном для себя месте».

Я вытащила заветную папку с ответами на предстоящие тесты, вышла на балкон и удобно устроилась в кресле, опять забросив ноги на перила ограждения. Частично потеряв человеческую сущность, я приобрела ряд возможностей, людям не свойственных. Например, я неплохо видела в темноте и свободно читала текст на листе при свете луны и сиянии туманности «небесного дворца».

«Хорошо. Но лишь бы со временем всё не стало хуже, и меня не начала мучить жажда крови, например», – подумала я усмехнувшись. – «Будет довольно грустно, если придётся загрызть Кристину. Всё же она моя первая подруга в академии, и мне будет её очень жаль. Но, надеюсь, она хотя бы окажется вкусной».

Усмехнувшись своей шутке, я перевернула листочек. В этот момент до моего слуха долетели осторожные шаги, внезапно нарушившие вязкую тишину ночи. Кто-то, мягко ступая, шёл по аллее мимо балконов нашего общежития и, судя по звуку шагов, это была девушка. Парни ходят совсем не так. Я пугливо пригнулась, опасаясь, что меня могут заметить с земли.

«Что происходит? Разве в такое время можно гулять? Сейчас примерно час или два ночи. Я не взяла с собой часы, потому что в этом не было необходимости. В любом случае, увидев рассвет, я вернулась бы в комнату притворяться спящей. Но кто ходит в такой поздний час в полной темноте? Все огни в парке давно погасли. И куда эта девушка может направляться?»

Шаги проследовали мимо меня в сторону ограды. Из-за плотной листвы я никого не увидела.

«Очень осторожно ступает, надеясь остаться незамеченной. Но у меня отличный слух и я всё ещё слышу её поступь, несмотря на то, что она отошла от меня уже очень далеко».

В этот момент от ограды долетел тихий скрип калитки, а потом створка осторожно стукнула о стойку.

«Ещё не лучше! А разве проходы в ограде не запираются на ночь?»

Вокруг опять была давящая тишина. Лишь стрёкот сверчков в тёмной траве да трели соловья где-то за пределами общежитий. Больше никаких звуков. Нет даже ветра.

«Ладно. Всё это интригует, конечно, но наплевать. Кто и куда ходит тут по ночам, не моё дело. У меня своих забот хватает».

Я снова углубилась в изучение ответов на предстоящие тесты.

Глава 9: Противостояние

Ранним утром по коридорам общежития пошли служанки. Они стучали в двери комнат и будили студенток. Я, к тому времени, давно вернулась в кровать, потому что не знала, как рано встаёт Кристина и решила подстраховаться.

«Однажды она, конечно, может заметить, что я странно себя веду по ночам и придётся как-то выкручиваться, придумывая объяснения своей бессонницы. Но сейчас хочется как можно дальше оттягивать этот момент».

Только, кажется, я зря волновалась. Кристина безмятежно спала в своей кроватке, даже не обращая внимания на стук в дверь. Мне пришлось ответить служанке, что мы встаем, а потом будить свою соседку самой.

«Вот уж не ожидала, что мне придётся нянчиться с ней. До этого она казалась достаточно ответственной».

– Кристина! Просыпайся! Ты меня слышишь? Открывай глаза. Боже! Ты чего такая соня? – стянув с Отис одеяло и немного растормошив её, мне удалось заставить девочку сесть в кровати.

– А?! Алиса? – Кристина подняла на меня сонный взгляд, вяло улыбнувшись. – Прости. Мы вчера так поздно легли. Можно я ещё немножечко посплю. Пол часика. Сходи на завтрак одна, пожалуйста.

Она опять упала в кровать, с наслаждением обняла подушку и свернулась калачиком.

– Не выдумывай! Какие ещё «пол часика»?! Вставай! – я забралась к ней в кровать и села на Отис верхом. – Я не дам тебе спать. Буду тормошить тебя и щекотать, пока не проснёшься окончательно. Я предупредила.

– Блин! Алиса! Ну, чего ты такая вредная? – Кристина поморщилась, не открывая глаз. – А ещё тяжёлая. Слезь с меня, пожалуйста. Лучше тоже ложись, под одеялко. До уроков ещё час времени. А в кроватке так тепло и уютненько…

Она сладко вздохнула и действительно едва не уснула в конце фразы.

– Нет! – я зажала ей нос пальцами. – Завтрак пропускать нельзя. Как ты потом на уроках будешь сидеть голодная, до самого обеда? Вставай и иди, умывайся. Холодная вода тебя взбодрит. Или я тебя сейчас сама оболью. Мигом проснёшься.

«Это для меня еда совершенно бесполезна и я существую благодаря магии», – думала я про себя. – «А у тебя молодой, растущи+й организм. Не хватало ещё, чтобы ты потом с желудком мучилась из-за своей лени».

– Больно! Блин! Баронесса, ты чего делаешь?! – Кристина схватила меня за руку, пытаясь освободить свой нос из моих пальцев, а мне стало смешно от того, какой гнусавый сделался у неё голос. – Кто же так с девушкой обращается? Отпусти меня!

– Проснулась?

– Да! Проснулась! Слезь с меня! Боже мой! Ты чего такая злюка?!

– Прости, но это со мной ты почти до полуночи засиделась, и я буду чувствовать себя виноватой, если теперь завтрак пропустишь или на уроки опоздаешь. Тебе ещё расчёсываться минут пять. Ты сейчас такая лохматая, словно пугало огородное. Иди, умывайся. Я заправлю твою кровать.

– Спасибо. – Отис тяжело и обречённо вздохнула, опустив босые ноги на ковёр. – Господи! Как я ненавижу вставать по утрам. Кто бы знал. Почему нельзя было сделать начало уроков позже на два или три часа, а лучше вообще после обеда?

– Тогда б они продолжались до девяти вечера, и у нас совсем личного времени не было, – усмехнулась я. – Мы бы только учились и спали.

– Да нет, – Кристина покачала головой. – Думаю, все бы вставали в прекрасном настроении, с первыми лучами солнца, зная, что до начала уроков ещё очень далеко.

Пока мы умылись и привели себя в порядок, женское общежитие полностью опустело. Все девочки уже ушли в столовую и служанки начали приборку в коридорах.

– Давай поспешим, – сказала Кристина, ускоряя шаг. – Раз уж ты меня всё равно подняла, то будет жалко, если не успеем позавтракать.

На улице начиналось замечательное, солнечное утро. Вдоль аллеи плыл запах роз и жасмина. Светило ещё не поднялось над деревьями и лишь бросало косые лучи сквозь листву на мраморные плиты дорожки. Я с наслаждением вдыхала свежий воздух, радуясь новому дню. Но недалеко от столовой нас ждал весьма неприятный сюрприз. В тени одной из статуй стояли Генрих и Дюк. Увидев меня, маркиз оттолкнулся от пьедестала и вышел на середину прохода, неприятно улыбаясь, словно скалясь. Его товарищ последовал за ним и в итоге они встали у нас на пути.

«Блин!» – подумала я поморщившись. – «Вот прилипчивые парни! Никак не успокоятся. Такое светлое и приятное было утро. Но нет же. Обязательно найдётся кто-нибудь, кто испортит всё настроение».

– Ой! – Кристина съёжилась и замедлила шаг. – Кажется, нас поджидают.

– Всё хорошо, – я ободряюще улыбнулась. – Они меня ждут, а не тебя. Обходи их и иди в столовую. Я скоро тебя догоню. Ничего не бойся.

– Хорошо, – Отис неуверенно кивнула и, пугливо втягивая голову в плечи, пошла вперёд, обходя маркиза по широкой дуге. При этом она старалась смотреть в землю перед собой, чтобы не встречаться с парнями взглядом. Аванис и Либрен проводили её глазами, но останавливать не стали.

– Изображаешь отвагу? – Генрих повернулся ко мне и снова улыбнулся. – Алиса! Что с тобой не так? Может у тебя с головой не всё хорошо?

– Маркиз, барон, доброе утро. Как ваши дела? – взявшись пальцами за юбку, я сделала небрежный реверанс, чуть склонив голову и сохраняя улыбку на лице.

– Плохо наши дела, – сказал Аванис, усмехаясь. – Ты нас подвела, и мы из-за тебя лишились денег и ценной реликвии.

– Понятно, – я кивнула головой. – Хотите, чтобы я вам посочувствовала? Так мне не сложно. Я вообще-то девочка добрая и очень отзывчивая. Идёмте в столовую. Пока завтракаем, расскажите мне о своих проблемах.

– Хватит паясничать! – Генрих скривился. – Ты нанесла мне убытка в тридцать реалов, и я намерен вернуть свои деньги.

– Почему в тридцать-то? – удивилась я.

– А что? Ты торговаться хочешь?

– Разумеется, нет. Я и одного реала бы вам не дала.

– Конечно, – маркиз кивнул, мерзко улыбаясь. – Потому что у тебя денег нет. Но ты не волнуйся. Просто отработаешь мне необходимую сумму. Только и всего. Дай твою сумку.

– Ещё чего? – я нахмурилась и попятилась.

– Куда же ты? – маркиз рассмеялся. – Неужели думаешь, что сможешь убежать от нас в своей юбке? Да и мы всё равно от тебя не отстанем. Тебе никуда не деться из академии. Так или иначе, расплатиться всё же придётся.

Мимо проходили другие студенты и бросали на нас недоумённые взгляды. Я могла бы обратиться к ним за помощью, но не хотела втягивать посторонних в свои проблемы.

– Что происходит? – Возле нас остановилась Мила Листвард.

– О! Мила! Доброе утро! Ты уже позавтракала? – я улыбнулась девушке.

– Ага, – Листвард кивнула, немного озадаченно. Почему-то у неё в руках была тяжёлая мужская трость с массивным шаром на конце, в качестве ручки.

– Иди отсюда! – угрожающе сказал Аванис, нахмурившись. – Ты не видишь, что у нас с ней разговор?!

Мила посмотрела на него и снова повернулась ко мне.

– Может мне позвать кого-нибудь, – спросила она чуть тише.

– Нет, – я, улыбаясь, качнула головой. – Всё хорошо. А ты почему с тростью ходишь?

– Меня попросили отнести эту штуку в медпункт.

– Отлично. Можешь одолжить мне её на минуточку?

– Конечно, – Мила протянула мне тяжёлую палку. Я покачала её в руке, оценивая вес, а потом ловко прокрутила, перебирая пальцами, изображая мельничное колесо, так быстро, что трость превратилась в мельтешащий круг, и послышался свист ветра.

– И что ты задумала? – Генрих скептически усмехнулся. – Неужели полагаешь, что тросточка тебе поможет? Дюк, ты это видел? Кажется, нас собираются палкой побить.

– Ага!

Парни рассмеялись.

– Тебе бросили вызов, маркиз! – давясь смехом, сказал Либрен.

– Воистину. Поверить не могу, что этот день настал. Господи! Ну и цирк! Я сейчас со смеху помру, – Аванис пальцем потёр под глазом. – Ладно. Кажется, пришло время кое-кого проучить, чтобы не зазнавалась. Дюк, будь добр, принеси мне вон ту метлу.

Вокруг собиралось всё больше зевак, шедших из столовой, но решивших остановиться, чтобы поглазеть на это бесплатное представление.

– Будь осторожна, – сказала Мила тихо. – У Генриха четвёртое место в зачёте по фехтованию. Думаешь, ты справишься с ним?

– Сейчас посмотрим, – я улыбнулась. – Спасибо. Отойди, пожалуйста, на тридцать шагов. Мне нужно пространство.

«Представления не имею, справлюсь я с ним или нет. Я волшебница, а не мечник. Если этот парень, действительно, талантливый фехтовальщик, то мне несдобровать. Но в первую очередь, это дети. Вряд ли кто-нибудь из них был в реальных боях. Опыта у них ноль. Поэтому кое-какая надежда у меня есть. Генрих физически сильнее меня. Но я, возможно, более проворная и ловкая. Если же это не так, то мне конец».

Пока Дюк ходил за метлой, я закинула трость на плечи и начала делать простые упражнения, разогревая мышцы и готовясь к бою. По толпе зевак покатились удивленные голоса.

– Они драться будут? Что происходит вообще? Ты когда-нибудь видел такое?

Аванис, глядя на меня заметно помрачнел, и у него пропала улыбка с лица.

«Ну что?» – думала я про себя. – «Начинаешь относиться ко мне серьёзнее? Думал, всё будет просто и легко? Достаточно немножко запугать новенькую, чтобы она покорно служила тебе, как верная собачка? Но всё постепенно заходит слишком далеко. И последствия могут стать весьма неожиданными. Правда, я сама пока плохо представляю, что буду делать, если меня сейчас побьют. Как я отмоюсь от такого позора? Ну, да ладно. Будем надеяться на лучшее. Я неплохо переношу боль. Таким меня не напугать. Буду стараться сделать, что смогу. Может мне удастся просто измотать противника».

– Вы чего затеяли? – откуда-то слева подошёл Никас Роксфен и схватил Аваниса за руку.

– Отстань, – маркиз нервно дёрнул локтём. Не видишь, у нас битва намечается? Девчонка бросила мне вызов…

– Если бросила вызов, прими его и назначьте официальную дуэль, – перебил Генриха Никас. – Чтобы всё было по правилам.

– Плевать мне на правила, – Аванис усмехнулся. – Она первая начала. Я из неё сейчас отбивную сделаю, и мне никто слова не скажет.

– Скажут, – Роксфен покачал головой. – Драки, в любом случае, запрещены. Вас обоих в карцер запрут или ты опять кучу денег потеряешь. Оглянись. Вон парни из дисциплинарного комитета стоят и на вас смотрят, но ближе не подходят. Видимо, спугнуть добычу не хотят.

Я посмотрела в направлении, куда указал Никас. В тридцати метрах впереди был полукруг декоративных колонн, вокруг большой изящной чаши с водными растениями. Там действительно стояли два парня с гербами дисциплинарного комитета на форме и делали вид, что беседуют между собой, но при этом они внимательно следили за нами краем глаза.

– Проклятье! – маркиз сморщился, как от зубной боли. – Она первая палку в руки взяла.

– И что? – Никас усмехнулся. – Будешь драться с девушкой, опозоришься на всю академию. А если ещё и проиграешь ей, никогда не сможешь оправиться от такого позора.

– Да быть не может, чтобы я ей проиграл, – маркиз смерил меня презрительным взглядом. – Полтора метра ростом, и то благодаря бантику. Руки не намного толще, чем её трость. Пару раз стукну, и все кости ей переломаю.

– Думаешь, она не знает об этом?

– Что с метлой? – спросил Дюк, видимо, устав стоять рядом, изображая дворника.

– Отнеси туда, где взял, – отмахнулся от него Никас и снова повернулся к маркизу. – Генрих. Эта девочка тебя ни грамма не боится. Очевидно, что она рассчитывает на что-то. Задумайся и не пори горячку. Наверное, у неё уже есть какой-то план, о котором ты даже не догадываешься, и сейчас всё происходит, согласно этого плана. Её возможностей ты не знаешь. Алиса здесь второй день. Если поддашься эмоциям, она воспользуется этим и раздавит тебя.

– Эта дура блефует, – не слишком уверенно сказал маркиз.

– Думаю, что нет, – покачал головой Никас.

«Думаю, что да», – подумала я про себя, изображая невинную улыбку на лице.

– Алиса, – Роксфен повернулся ко мне. – Инцидент исчерпан. Можешь расслабиться и опустить свою трость. Никакой драки между вами я не допущу. Между тобой и маркизом будет назначена официальная дуэль, – Никас оглянулся на Генриха, усмехнулся чему-то и снова повернулся ко мне. – Хотя нет. Для дуэли надо будет указать веские причины, а у вас их нет. Потому мы подадим заявку на спарринг за награду (примечание: «спарринг» – учебный бой). Ты же не станешь отказываться от поединка?

«Ну, в принципе, звучит неплохо. Если бой будет официальным, и мне позволят использовать все свои возможности, я мгновенно закатаю маркиза в песок своей магией. Хотя расслабляться не стоит. Генрих не настолько глуп. Наверное, он подсуетится и что-нибудь подготовит против меня. К тому же, его магические способности мне неизвестны. Ладно. В любом случае, если мне удастся победить, парни от меня отстанут. Вынуждены будут отстать. Иначе это будет выглядеть так, словно они мстят мне за своё поражение».

– И какова награда?

– Как насчёт тридцати реалов?

– Сто! – я усмехнулась, стараясь сделать усмешку максимально коварной, рассчитывая постараться посеять как можно больше сомнений в душе маркиза. В толпе зевак кто-то присвистнул и стали слышны удивлённые голоса.

– Пятьдесят, – улыбнулся Никас.

– Ладно. Пусть будет пятьдесят. Я не знала, что вы на мели.

– Где ты возьмёшь эти деньги? – поморщился Аванис.

– Отработает. Ты же этого хотел, – Роксфен хлопнул друга по плечу. – Всё! Расходимся. Пока, Алиса. Ещё увидимся.

– Ага, господа, приятного дня.

Я вернула трость Миле.

– Прости, что задержала. Кажется, ты уже не успеешь отнести её в медпункт.

– Ничего, – Листвард качнула головой. – Была рада помочь. А трость отнесу на следующей перемене.

Толпа зевак, недовольно ворча, начала расходиться по своим делам.

– А ты необычайно отважная, – похвалила меня Мила всё тем же своим тусклым и лишённым эмоций голосом. – Я бы померла со страха, если б эти парни мне угрожать начали. Бросить им вызов я никогда бы не решилась.

– Меня просто загнали в угол. Пришлось как-то выкручиваться.

– Понятно. Ладно. Прости. Я пойду. Тебе нельзя со мной разговаривать.

Листвард шагнула прочь, но я схватила её за руку.

– Почему нельзя разговаривать?

Мила пожала плечами.

– В классе меня не любят. Будешь общаться со мной, и это бросит тень на тебя тоже.

– Да ерунда. Как видишь, у меня уже не получилось со всеми дружбу завести, – я интонацией выделила слово «уже». – Особенно с герцогиней. А ты меня выручила дважды. Я перед тобой в долгу. Когда у меня будут деньги, давай в кафе посидим, поболтаем. Хочу как-то отблагодарить тебя за доброту. Да и просто познакомиться с тобой, я буду рада.

– Если хочешь в кафе со мной посидеть, я за тебя заплачу. Мне будет очень приятно. Но подумай ещё раз. Нужно ли тебе общение со мной? Не лучше ли попытаться наладить отношения с другими девочками? А помогать тебе я решила вовсе не для того, чтобы получать какую-то плату за это.

– Понятно. Отлично! – я улыбнулась. – Тогда давай вечером встретимся в кафе, сразу после ужина. Деньги я потом верну. Когда с маркизом разделаюсь.

– Хорошо. Я буду ждать.

– Девушки. Вы опоздаете в класс, – сказал проходящий мимо парень.

– Марк Кунасье! Доброе утро! – улыбнулась я ему. – Спасибо, что заботитесь о нас.

– Алиса Лиседж! Доброе утро! Как я рад, что вы запомнили моё имя. Мила Листвард, вам тоже доброе утро. Почему вы с тростью? Это для Оливера?

– Да, – Мила кивнула.

– Давайте её мне. Я сам отнесу тросточку в лазарет и передам Стоуну, что это вы несли её для него, но вас задержали.

– Спасибо, – девушка отдала ношу парню.

– Марк обращайтесь к нам на «ты». Мы же одноклассники, – предложила я, улыбаясь.

– Как я могу? – Кунасье покачал головой. – Алиса, вы на два ранга выше меня, а Листвард на ранг. Да и воспитание не позволит мне говорить «ты», девушке из знатной семьи.

– Жаль, – я вздохнула.

– Простите. Я оставлю вас, – Марк чуть склонил голову. – Ещё увидимся.

– Ага. Доброго дня.

Кунасье ускорил шаг и быстро вырвался вперёд.

– Такой забавный! – я усмехнулась. – Но кажется, парень он не плохой.

– Согласна, – Мила кивнула.

– Кстати, он вполне общается с тобой. А ты говорила, что тебя все избегают.

– Но он общается только по делу. У меня в руках была трость для Оливера, потому он со мной заговорил.

– А что с Оливером? Он в медпункте?

– Да. Я не знаю что случилось. Какой-то несчастный случай. Говорят, скоро его выпустят, и он вернётся к занятиям.

– Понятно.

Мы подошли к учебному корпусу и вошли внутрь. Кристина уже была в аудитории на своём месте.

«Не понимаю, как и когда она успела меня обойти. Ну да ладно. Лишь бы не задавала мне вопросов о завтраке и не заметила, что я не страдаю от чувства голода».

Глава 10: Рисунок

Первым уроком была история, и мне стоило немалых усилий, чтобы следить за Кристиной, и не давать ей возможности уснуть. Не то, чтобы я сильно беспокоилась об её успеваемости или о том, что учитель заметит, как она спит, положив голову на парту. Просто мне нельзя был допустить, чтобы она выспалась днём и мешала мне ночью заниматься своими делами. В итоге, на протяжении всего урока, Отис клевала носом и записала в тетрадку лишь несколько строчек. Потом был урок искусств. Он проходил в большом пустом зале с огромными окнами, выходящими в зелёный сад. Знойный день уже набирал свою силу, потому большинство окон было открыто настежь и по залу гуляли лёгкие сквозняки. Но они почти не дарили прохлады. Втекающий снаружи воздух был уже чрезвычайно тёплым. Нас рассадили за мольберты, и преподаватель художеств несколько минут рассказывал про перспективу и пропорции, а также о приёмах использования света-тени и бликов, позволяющих оживить картину и придать ей объём. Я слушала вполуха, предаваясь своим собственным мыслям. Сейчас мне удалось сесть от Сержа ди Минкасье максимально близко, и я с интересом следила за ним, пытаясь понять, интересно ли ему то, что говорит учитель. Но виконт, похоже, и к этому уроку относился очень серьёзно. Он прилежно слушал наставника и моего взгляда не замечал.

– Перед каждым из вас стоят мольберты, – говорил учитель. – Используйте их, чтобы изобразить кого-нибудь из своих товарищей. Кого угодно. Значения не имеет. Или, если кто-то захочет нарисовать себя, здесь на столе лежат зеркала. Возьмите их и поставьте себе на мольберт. В конце урока ученики, послужившие для своих товарищей моделью, при желании, могут забрать получившийся портрет себе.

– А можно вас нарисовать? – спросил Фридрих Макени и по толпе учеников прокатился смех.

– Можете меня, – учитель кивнул. – Но это будет не просто, потому что я сейчас оставлю вас до конца урока, и у вас не будет натуры.

– Жаль, – Фридрих изобразил разочарование.

– Не забудьте подписать свою работу и указать, кто на ней изображён.

– А нас не побьют те, кого мы нарисовали? – Ричард де Валорьен с сомнением покачал головой. – Давайте мы всё же не будем подписывать работы.

– Ну, нет, – преподаватель улыбнулся. – Как я тогда буду вам оценки ставить? Я должен понимать, кто автор работы и что он хотел запечатлеть. Если сомневаешься, изображай себя. Но мне кажется, никто не обидится, если ты нарисуешь его портрет. Конечно, если ты не будешь намеренно делать это каким-либо оскорбительным способом.

– То есть рога, хвост и коровье вымя нельзя пририсовывать? – разочарованно спросил Ричард. По рядам опять покатился смех.

– Обсуди это с тем, кого хочешь использовать в качестве модели. Если твой товарищ не против, то почему бы и нет, – преподаватель, улыбаясь, махнул рукой. – Всё. Прекращаем разговоры или вам не хватит времени на ваши рисунки. Приступайте к работе.

– Алиса! – Кристина повернулась ко мне и её глаза загорелись азартом, – Давай друг друга рисовать! Я тебя, а ты меня. Потом обменяемся портретами и повесим их у себя в комнате.

«Очень мило», – я вздохнула про себя. – «Но извини. У меня другие планы».

– Нет, – я покачала головой, изображая сожаление. – Я отвратительно рисую. Не хочу тебя расстраивать.

– Ничего страшного, – Отис немного погрустнела, но всё равно продолжала улыбаться. – Я тоже далека от совершенства.

– Хорошо. Я не против того, чтобы ты меня рисовала. Но ты слишком красивая и милая, и я не могу покушаться на твой лик своей мазнёй.

Я осмотрелась, словно выбирая себе жертву.

– Серж ди Минкасье, вы не против, если я нарисую вас?

– А? – виконт удивлённо взглянул мне в лицо. Краем глаза я заметила, что Кристина нахмурилась.

– Алиса, вы же только что сознались, что отвратительно рисуете, – Серж усмехнулся.

– Нельзя? – я изобразила печаль. Парень пожал плечами.

– Рисуйте то, что сами считаете нужным. Как я могу вам запретить?

– О! Благодарю. В ответ вы можете изобразить меня, как вам будет угодно. Я не обижусь, даже если решите нарисовать меня обнажённой, – я улыбнулась, стараясь придать своей улыбке лёгкую тень загадочности. В этот момент я заметила, что несколько парней оглянулись, видимо услышав наш разговор, и даже кое-кто из девочек неодобрительно покосились в мою сторону.

– Как я могу позволить себе такое?! – Серж смутился и растерялся. На какое-то мгновение его лицо даже отразило тень испуга.

«Понятно. Этот парень слишком робкий», – подумала я про себя, слегка разочарованно. – «Нужно быть осторожной, чтобы не спугнуть его, и он не начал меня сторониться. Ну да ладно. Первый шаг сделан, и я добилась определённого успеха. Мне наконец-то удалось поговорить со своей жертвой, а Серж впервые посмотрел мне в глаза. Первый барьер, разделяющий нас, сломан. Но от своей цели я по-прежнему очень далека. Серж вряд ли решится сам пойти мне навстречу. Потому сближаться с ним предстоит мне, медленно и осторожно, как бы невзначай, чтобы виконт ничего не заподозрил. Иначе сразу сорвётся с крючка, стоит совершить хоть одну ошибку».

Грифелем я начала наносить штрихи на холст, то и дело, поглядывая на виконта и улыбаясь ему, когда наши взгляды встречались. В зале висела тишина. Было слышно пение птиц в саду и шелест ветра в листве.

«Довольно тихо!» – я покрутила головой, осматриваясь. – «Все так прилежно трудятся над своими картинами. Не ожидала. Казалось, парни не будут настолько серьёзно относиться к этому заданию».

В этот момент я обнаружила, что меня разглядывает Ричард де Валерьен и странно улыбается при этом. Увидев, что я заметила его взгляд, он тотчас отвернулся.

«Странно это и подозрительно!»

Прошло примерно полчаса, когда в зал вернулся преподаватель. Поинтересовавшись, как у нас идут дела, он попросил сдавать работы.

– Я немного не дорисовал! – возмущенно вздохнул Ричард.

– Ничего страшного, – учитель улыбнулся. – Покажи, что там у тебя получилось.

Виконт передал ему холст.

– Ну что ж! Весьма неплохо. Думаю, у тебя есть определённый талант к этому виду искусства. Только картина твоя вышла довольно специфическая, – смеясь, преподаватель почему-то посмотрел в мою сторону.

«Что это значит?», – подумала я с недоумением. Вместе с остальными учениками мне пришлось отнести свой рисунок на стол учителя. Потом мы снова расселись по местам, ожидая вынесения вердикта своему творчеству.

– Хорошо, господа, – сказал наставник, перебирая работы. – Все вы вполне достойно справились с заданием, и скоро узнаете свои оценки. Сейчас могу сказать только, что весьма посредственно рисунки получились лишь у Мишеля, Дюка и Карла. Все остальные могут рассчитывать на «хорошо» и «отлично».

– Нет у меня таланта к рисованию, – с мрачным видом вздохнул Карл Биксел и помотал головой, с явно слышимым хрустом разминая свою могучую шею.

– Рисовать самих себя решили всего два человека, – продолжал преподаватель. – Остальные изобразили своих одноклассников. При этом у нас обозначилась тройка лидеров, кого выбрали в качестве модели сразу несколько человек. Алиса! – он снова посмотрел на меня, улыбаясь. – Пожалуйста, встаньте.

– А? – я немного растерянно поднялась со своего места. Впрочем, это не сильно помогло. Со своим ростом я была не намного выше мольберта и, наверное, большинству учеников меня всё равно не было видно.

– Алиса Лиседж сегодня абсолютный лидер по количеству написанных с неё картин. Целых пять человек вдохновились её образом для своих полотен.

«Забавно!» – подумала я про себя немного растерянно.

– Лиседж, вы всего второй день здесь учитесь, а уже так популярны, – преподаватель чуть склонил передо мной голову. – Признаться, я восхищён. Моё имя Поль Бертран. Будем знакомы. Простите, что не представился в начале урока.

– Очень приятно, – я кивнула. В этот момент я заметила, как Оливия злобно косится на меня со своего места.

«Чего тебе опять?» – подумала я с неудовольствием. – «Бесишься, что меня нарисовало больше человек, чем тебя? Так я на твоё лидерство в классе совсем не претендую. У меня своих забот хватает».

– Хорошо, – сказал Поль. – Давайте продолжим. Кроме баронессы Лиседж, ещё две картины изображают портрет Эдварда Дэнвера и две Оливера Стоуна. Но сегодня его нет в классе, и авторы, видимо, писали портреты по памяти.

– Он мой друг, – Альфред Гимени пожал плечами. – Я хорошо знаю, как он выглядит.

– Скорее соперник! – усмехнулся Марк Кунасье.

– Одно другому не мешает, – Альфред рассмеялся, но смех получился немного с самодовольными нотками.

– Ладно. Алиса, – преподаватель снова посмотрел на меня. – Я думаю, вы можете выбрать себе одну из работ на память. Подойдите к столу.

– Э! Мы так не договаривались! – всполошился Ричард.

– Не жадничайте, виконт Валорьен, – Поль усмехнулся. – Если баронесса выберет созданную вами работу, считайте это признанием вашего таланта с её стороны. Кроме того, вспомните, я ещё в начале урока говорил о том, что ученик послуживший моделью, сможет забрать себе картину, если захочет.

– Да она её на куски разорвёт!

– Когда картина станет собственностью Лиседж, она сможет сделать с ней что пожелает. Но не расстраиваетесь. Свою отличную оценку вы получите в любом случае.

«Боже! Да что там изображено?!» – с ужасом думала я, подходя к столу. Бертран разложил передо мной пять холстов, чтобы я могла посмотреть их и выбрать понравившийся.

«Хорошо. Посмотрим, что они здесь нарисовали».

На первом полотне изображена девушка за мольбертом с грифелем в руках. Рисунок неплох, но довольно посредственный. То, что это я, можно догадаться только по причёске и бантику. Лицо не выразительное. Возможно, автор пытался придать мне задумчивый вид. Подписано Сержем ди Минкасье.

«Понятно. Всё же виконт меня нарисовал. Только я сама, практически, уговорила его на этот рисунок», – я посмотрела на парня, но он глядел куда-то в направлении окон, и мне не удалось пересечься с ним взглядами.

«Опять застеснялся меня что ли?» – улыбнувшись, я шагнула дальше.

«На второй картине снова девушка с моей причёской, только в рыцарских доспехах, с огромным мечом на плечах. Уверенная стойка и тяжёлый взгляд. Вряд ли я со своим ростом могла бы выглядеть так величественно, даже одетая в доспехи. Впрочем, лицо определённо имеет мои черты. Но, честно говоря, выгляжу я здесь, пугающе. Подписано Марк Кунасье», – я опять не удержалась и посмотрела на автора работы, а он тотчас смутился и отвёл глаза. – «Понятно», – я невольно улыбнулась, чуть прищурив взгляд. – «Видимо, такой я показалась этому парню, пока стояла, вооружившись тростью, ожидая начала сражения с Аванисом».

Я прошла дальше и взглянула на третий холст.

«Боже мой!» – от неожиданности я даже вздрогнула. – «Рисунок невероятно хорош и полон экспрессии, но и необычайно пошлый при этом. Глядя на него, мне сложно самой не испытывать чувство смущения. И поза и взгляд, да ещё эта развратная улыбка на губах, а одежды минимум и она почти ничего не прикрывает. Впрочем, изображённая девушка походит на меня слишком мало. У меня не такая фигура и не настолько пышные формы. Похоже, что парень изобразил не меня, а свои сексуальные фантазии с моим лицом. Но выполнен рисунок на потрясающем уровне, а у лица практически портретное сходство со мной. Вот только Ричард чрезвычайно сильно приукрасил каждую деталь моего тела, и я испытываю сейчас странное чувство досады, понимая, что выгляжу, не так ярко, как в фантазиях де Валорьена».

Я взглянула на автора работы, а он спокойно выдержал мой взгляд, невозмутимо улыбаясь в ответ. Усмехнувшись, я шагнула дальше.

«Тоже весьма неплохая картина. Я за столом с чашкой в руках мило улыбаюсь, чуть прищурив один глаз. Получилось довольно забавное и игривое выражение лица. На картинке только моя голова, плечи и руки, но от неё исходит неожиданно тёплое ощущение. Весь рисунок дышит позитивным настроем. Подписано Кристина Отис. Понятно! Это нарисовала Кристина. Я сидела к ней почти что спиной, но, видимо, она уже хорошо запомнила моё лицо и рисовала по памяти».

Я оглянулась на Отис и улыбнулась ей, чуть склонив голову. Девушка тотчас улыбнулась мне в ответ. Я шагнула к последней работе.

«Опять я обнажена, теперь полностью. Но локоны волос и положение ноги прикрывают самые непристойные части тела. Хотя, правая грудь прикрыта совсем мало, и частично видно кое-что лишнее. Сама картинка очень мрачная и от неё не особо приятное ощущение, тем более у меня. Ведь это меня автор изобразил прикованной цепями к каменной стене в какой-то камере пыток. Видно множество крайне отвратительных и пугающих приспособлений. Сама картинка получилась не слишком хорошо и по уровню не отличается от рисунка виконта. О том, что на ней нарисована я, можно судить только по подписи внизу. Портретное сходство со мной, у изображённой девушки отсутствует. Создал это творение Людвиг Шимон».

– Алиса, что вы выберете себе? Решайте быстрее, – поторопил меня Бертран.

– А можно забрать все работы? – робко поинтересовалась я.

– Приятно слышать, что вы так высоко оцениваете творчество своих одноклассников, – улыбнулся учитель. – Только будет несправедливо, если вам единственной в классе достанется пять работ, а многие вообще останутся ни с чем. Поэтому, пожалуйста, выберете только одну картину, либо оставьте их все авторам.

«Боже! И что мне выбрать?» – я снова окинула взглядом рисунки. – «Конечно, хотелось бы избавиться от пошлых картин. Но рисунок Ричарда мне понравился, не смотря на то, как он там меня изобразил. Уничтожить его у меня не хватило бы духу, а хранить у себя нечто подобное было бы очень странно. Да и Ричард таких картин может нарисовать целую сотню. Бороться с этим бессмысленно. Вероятно, следовало бы выбрать работу виконта ди Минкасье. Всё же он старался ради меня. Но тактически верно будет сразу расставить приоритеты. Это я старалась ради него, и именно это должно быть главным. Так что пусть оба портрета остаются у него. И тот где я рисовала его и тот, где мой образ нарисован его рукой».

– Я заберу вот эту, если позволите, – я взяла в руки картину, нарисованную Кристиной.

– Да, конечно, – преподаватель кивнул, улыбаясь. – Очень хороший выбор. Будьте добры, покажите выбранное полотно классу.

Я повиновалась, повернув рисунок лицевой стороной к аудитории. Было видно, как загорелись глаза у Кристины. А вот парни, похоже, расстроились. Все, кроме виконта. Лицо Сержа не выразило каких-либо эмоций. Он просто с интересом посмотрел на картину. Только и всего.

– Я так рада, что ты меня выбрала, – зашептала Карина, как только я села на место. – Спасибо. Теперь эта картина останется у нас и её можно будет в комнате повесить.

– Это тебе спасибо. Ты отлично рисуешь.

– Не так отлично, как ты, – Отис покачала головой. – Зачем ты соврала, что не умеешь рисовать? Твой портрет Сержа просто потрясающий.

– Не преувеличивай.

– Нет. Серьёзно, – Кристина хитро прищурила глазки. – Могла бы просто сказать, что хочешь его изобразить, чтобы произвести на парня впечатление. Я бы поняла. Вот только не пойму, для чего тебе всё это? Осмотрись. Тобой уже заинтересовались мальчики намного лучше виконта. Зачем тебе сдался этот Минкасье?

– Говори тише, – нахмурилась я. – Он услышит.

– Хорошо, хорошо, – Отис покладисто кивнула, улыбаясь. – Дело твоё, конечно. Если ты решила завоевать сердце Сержа, я помогу тебе всем, чем смогу. Но подумай ещё раз. Жизнь всего одна и она очень короткая. Не нужно тратить её на таких жалких парней, как этот виконт.

«Да. Жизнь одна и я её уже потратила. Теперь всё в прошлом, и сейчас решения принимаются не мной, а сумасбродным магом, ведущим свою собственную игру. Я просто пешка в его руках. Конечно, мне отлично видно, что на меня обратил внимание Марк Кунасье. И, кажется, он искренне надеялся, что мною будет выбрана его работа. Только я её проигнорировала. Я должна была так поступить. Мне необходимо отгораживаться от любого мужского внимания непроницаемой стеной, чтобы виконт не пугался возможной конкуренции. Таков план. Но, если бы я сама могла выбирать, то, конечно, склонялась бы к Марку или даже Ричарду. Ричи Де Валорьен кажется мне неплохим парнем, хоть и немного озабоченным».

Я покосилась на виконта. Он как раз держал в руках мой рисунок, рассматривая его со странным выражением лица.

– Знаешь, Кристина, – я посмотрела на Отис и улыбнулась. – Не забивай голову ерундой. Давай лучше попросим у учителя холст, грифель и краски. Я вечером нарисую твой портрет, вложив в него всю душу и у нас на самом деле будут наши портреты в комнате.

– Правда? – девушка обрадовалась.

– Ага, – я кивнула.

Глава 11: Старая библиотека

Следующим уроком была словесность, и проходить она должна была в другой аудитории. Пока мы шли туда по коридору, я догнала виконта.

– Господин Серж, вам понравился мой рисунок?

– Очень понравился. Баронесса, вы замечательно рисуете. Я не ожидал. Почему вы сказали госпоже Отис, что у вас нет таланта к изобразительному искусству?

– Простите виконт. Я, правда, считаю, что у меня нет таланта, а одна прилежность. Так как я, может нарисовать практически кто угодно.

– Вы ошибаетесь. Кто угодно так не нарисует.

– Ладно. Я не буду спорить. На самом деле я подошла извиниться за то, что выбрала не вашу картину, а Кристины. Просто мне показалось, что она очень расстроилась бы, если б её труд не был мною оценён. Возможно, она бы даже расплакалась.

– Я понимаю, – Серж усмехнулся. – Вам не за что извиняться. Если хотите, я всё же отдам вам мой рисунок.

– Огромное спасибо, – я постаралась изобразить на лице неподдельную печаль и вздохнула. – К сожалению, я уже не смогу его взять. Я исчерпала лимит количества личных вещей. Обладать вашей картиной, правила академии мне не позволят.

– Понимаю. Жаль.

– Да. Это так прискорбно. Скажите, а вы ранее обучались изобразительному искусству?

– Конечно, – виконт кивнул. – Практически все дети дворян обучаются рисованию, поэзии, музыке и танцам. Вы ведь тоже?

– Верно, – я улыбнулась и, приблизившись к Сержу максимально близко, доверительно заглянула в его глаза снизу вверх. – Подскажите мне, сэр Минкасье. Я сейчас думаю о том, в какой клуб мне вступить. Может, вы посоветуете что-нибудь? Вы в какой клуб записаны?

– Простите баронесса, – Серж покачал головой. – Мой клуб вам вряд ли будет интересен. А о других я знаю слишком мало, чтобы решиться давать советы.

– Почему не будет интересен? – я удивлённо вскинула брови.

– Я записан в клуб любителей шахмат.

«Что?! О, боже! Вот только этого не хватало! Ну и за что мне это всё?! О шахматах я знаю только то, что там доска в клеточку. А в остальном я так же далека от этого, как рогоз от астрологии».

– А разве азартные игры не запрещены в академии? – недоумённо спросила я.

– Шахматы не считаются азартной игрой, – снисходительно просветил меня виконт. – Это высокоинтеллектуальная игра.

– Понятно. Признаться, я не знала об этом! Как интересно! И как вам? Нравится этот клуб?

– Конечно, – Серж кивнул. – Я с детских лет увлечён шахматами. Меня научил играть отец, и с тех пор я почти всё свободное время посвящаю этому занятию.

Я чуть склонила голову, улыбаясь и изображая понимание во взгляде. Мы дошли до дверей аудитории, и мне пришлось отстать от парня.

«Блин! Шахматы, значит. Полный бред, конечно. Но деваться некуда. Могло быть и хуже. А это вполне приемлемо. Бог с ним, что я совершенно ничего не смыслю в подобной игре. Моя задача просто быть ближе к виконту и только. На сами шахматы мне глубоко наплевать».

Войдя в класс, все разошлись по своим местам. Я снова села за парту с Кристиной. Начался урок и мне пришлось сосредоточиться на учёбе. А вот Отис, похоже, витала в облаках и учителя не слушала, предаваясь своим мыслям.

– Алиса, – она толкнула меня локтём в бок. – Я услышала, как ты Сержа про клуб спрашивала. Хочешь записаться куда-нибудь?

– Да, – я кивнула. – Миналье настоятельно рекомендовала это, чтобы иметь возможность отвлекаться от учёбы.

– Ага! – Кристина обрадованно кивнула головой. – Тогда пошли к нам. Я в клубе садоводства состою. Мы в оранжерее занимаемся.

«Ну, это было ожидаемо», – я улыбнулась. – «Вполне подходящее занятие для девушки».

– Любишь цветы?

– Конечно! – Отис с готовностью кивнула. – Ты же тоже?

– Да. Хорошо. Спасибо за предложение. Я подумаю. А сейчас смотри на доску. Преподаватель уже на нас косится.

«Цветы это хорошо. Я их обожаю. Но, в данном случае, выбор опять зависит не от меня. Конечно, я с большим удовольствием возилась бы с цветами, чем с шахматными фигурами. Впрочем, никто и не запрещает мне записаться в два клуба. Смогу чередовать их по чётным и нечётным дням.

– Алиса Лиседж! – учитель указал на меня указкой.

«Проклятье!» – я вздрогнула. – «Всё же мы доболтались, на свою голову. Сейчас будут отчитывать перед всем классом за разговоры во время урока».

– Мы с вами ещё не знакомы. Меня зовут Карл Банстарье, – продолжал учитель.

– Очень приятно, – я кивнула.

– Вы же у нас пропустили полгода обучения из-за болезни? Всё верно, баронесса? Надеетесь наверстать отставание?

– Да. Конечно. Я буду стараться.

– Очень хорошо, – учитель улыбнулся. – Признаться, я восхищён вашей уверенностью в своих силах. Это достойно уважения. Как я понимаю, лиловую книгу вы ещё не получали?

При этих словах остальные ученики почему-то начали поворачивать головы в мою сторону, очевидно, чтобы на меня посмотреть, что само по себе странно. По идее, меня уже видели и не раз. Ведь я, буквально, на предыдущем уроке выходила к столу учителя выбирать портрет, и все желающие имели прекрасную возможность мной полюбоваться. И вот снова мной заинтересовался весь класс. А я мысленно перебирала в памяти полученные учебники.

«Всего их выдали двенадцать штук. Но, кажется, среди них нет ни одного лилового. Нет даже розового, сиреневого или фиолетового».

– Нет, не получала, – я немного недоумённо покачала головой.

– Понятно, – Карл взглянул на часы. – Нужно получать. Хорошо. Если сейчас пойдёте, как раз успеете до конца урока. Кристина, – учитель взглянул на мою соседку, – будьте добры, проводите Алису в старую библиотеку.

– А?! – Отис вздрогнула и испуганно посмотрела на учителя, а потом на меня.

– Можно я провожу?! – внезапно вскинула руку Оливия.

«Чего?!» – я открыла от удивления рот. – «Это ещё что такое? Брайт сама решила сходить со мной куда-то?»

– Вы хотите? – Карл покосился на герцогиню с некоторым неудовольствием во взгляде.

– Я староста класса, – Брайт кивнула. – Проводить новенькую в старую библиотеку моя прямая обязанность.

– Вы преувеличиваете, Оливия, – учитель усмехнулся. – Кажется, вы просто нашли удачную возможность, чтобы прогулять мой скучный урок.

– Дело не в этом, – герцогиня качнула головой. – Моя успеваемость значительно выше, чем у Отис, потому Кристине лучше оставаться в классе и сосредоточиться на учёбе.

– Хорошо, – Карл кивнул. – Я, конечно, не против, если вы проводите леди Алису. Но постарайтесь успеть до конца урока или хотя бы не опаздывать на следующий урок.

– Мы постараемся, – Оливия кивнула и посмотрела на меня. – Идёмте баронесса. Нам лучше поспешить.

«Что-то мне всё это не нравится», – подумала я про себя, выбираясь со своего места и отправляясь за герцогиней вслед. – «Как бы эта стерва снова не доставила мне кучу проблем. Вряд ли она решила проводить меня по доброте душевной. Скорее всего, опять попытается утопить, удавить или спалить в какой-нибудь печи по дороге, пока никто не видит. Боже! Я уже её боюсь».

– Леди Алиса, пожалуйста, не забудьте, потом переписать конспект у кого-нибудь из одноклассников и внимательно его перечитать. Если будет что-то непонятно, задайте мне вопросы перед началом следующего урока завтра, – преподаватель улыбнулся на прощание. – Искренне желаю вам удачи с получением лиловой книги. Будьте осторожны и берегите себя.

– Благодарю, – я кивнула несколько недоумённо. Что-то в словах учителя мне не нравилось, но я не могла понять что. Мы вышли в тишину пустого коридора.

– Спасибо, что взялась проводить меня, – сказала я Оливии, едва поспевая за нею следом, что само по себе оказалось не просто. Сейчас мне стоило немалых усилий, чтобы просто держаться со старостой рядом. Герцогиня значительно превосходила меня ростом, у неё длиннее ноги и шире шаг. Довольно сложно придерживаться её темпа, не переходя, при этом, на бег.

«Если я буду бегать за ней, как собачка, это будет выглядеть очень глупо. Моя гордость такого не вынесет».

– Не стоит благодарности, – герцогиня усмехнулась. – Я делаю это не ради тебя. Мне просто хотелось прогуляться. На уроке словесности очень скучно, а Карл абсолютно правильно угадал мои намерения.

– Прости. Давно хочу с тобой поговорить…

– О чём это? – Оливия скривила лицо в презрительной улыбке. – Хочешь умолять меня о снисхождении к твоей ничтожной душонке?

– Чего?!

«Боже! Ты чего такая дерзкая? Тебя по лицу давно не били?» – подумала я про себя, поморщившись.

– Нет, конечно. Что за бред? Просто я хотела бы узнать, за что ты на меня взъелась. Может мне правда нужно извиниться. Но я пока что совершенно не представляю, в чём ты считаешь меня виноватой.

– Серьёзно?! – герцогиня даже замедлила шаг, чтобы посмотреть на меня с чудовищной неприязнью во взгляде.– Чего ты пытаешься добиться, говоря это? Поверить не могу. Да и чего тебе даст изображать неведение. Думаешь, это уменьшит твою вину?

– Просто объясни мне, в чём проблема, – я нахмурилась. – Нет причин бессмысленно сотрясать воздух множеством ничего не значащих фраз. Мне не интересно играть с тобой в эти игры. Скажи прямо, что тебя беспокоит. Если я, правда, виновата перед тобой, я извинюсь и постараюсь как-то загладить свою вину.

– Плевать мне на твои извинения, – Оливия раздраженно взмахнула рукой, словно отгоняя муху. – Даже не надейся, что всё сойдёт тебе с рук, и я однажды оставлю тебя в покое. Такого никогда не случится. Я обязательно тебя уничтожу. Уходи из академии сама и больше никогда не попадайся мне на глаза, иначе жестоко пожалеешь о том, что родилась на свет, дорогая Алиса Лиседж.

Мы как раз вышли под яркое солнце и остановились напротив друг друга.

– Понятно, – я вздохнула. – Не хочешь объясняться, флаг тебе в руки. Мучайся дальше от осознания того, что я не понимаю своей вины, и потому меня это ни капли не беспокоит. Я и дальше буду спокойно спать по ночам без назойливых мыслей о том, что чем-то обидела герцогиню. Ведь я уверена, что ничем тебя не задевала и все твои претензии полный бред. А из академии я не уйду. Хочешь меня уничтожить? Ну, попробуй. Только не надорвись от усердия. Если же решишься попытаться забрать мою жизнь, навсегда покроешь позором своё имя, а может, даже лишишься собственной головы. Я не знаю, что у тебя за обида на меня и стоит ли она такого…

– Не буду я тебя убивать, – перебила меня Оливия, усмехнувшись. – Не бойся. В этом нет нужды. Просто превращу твою жизнь в ад. Тогда собственная смерть покажется тебе спасением.

– Вряд ли ты имеешь хоть капельку представления о том, что такое ад на самом деле, – теперь пришла моя очередь усмехаться словам герцогини. – Я успела через такое пройти, что тебе никогда и в худших кошмарах не снилось. Твои детские потуги, скорее всего, будут просто смешны.

– Хорошо. Посмейся, если сможешь.

– Ладно. Жаль, что понимания достигнуть не удалось. Возвращайся в класс. Я найду библиотеку самостоятельно.

– Нет. Не волнуйся. Я обещала тебя проводить, и я это сделаю. Я же староста и за тебя отвечаю, – Оливия улыбнулась. – Иди за мной. Тут недалеко.

Мы углубились в парк.

«Зря я, наверное, поддалась эмоциям и пошла на конфликт», – думала я про себя, семеня за герцогиней. – «Может, разумнее было умолять Брайт о снисхождении, стоя на коленях и заливаясь слезами. В итоге сердце Оливии бы дрогнуло, и она смягчилась в отношении меня. Наверное. Кто знает, что творится в её душе? По какой-то причине герцогиня записала меня в свои враги. А врагов она, возможно, не привыкла жалеть и правда без раздумий убила бы меня, если бы не боялась возмездия от властей за это преступление».

Мы шли вдоль высокой живой изгороди в глубине парка. Внезапно Оливия остановилась у красивой кованой калитки, полностью увитой плющом. С некоторым трудом герцогиня открыла засов и распахнула створку. Натужно заскрипели петли и затрещали стебли плюща, роняя на землю цветы и листья.

«Интересно. Куда она собралась? Как ни посмотри, эту дверку очень давно не открывали. Разве это дорожка к библиотеке? Серьёзно? Что за бред? Оливия меня полной дурой считает? Видно же, что проход ведёт куда-то, где давно не ступала нога человека. Неужели герцогиня решила завести меня в какое-то безлюдное место. Проклятье! Наверное, нужно приготовиться к чему-то вроде вонючего озера, в котором меня пытались утопить совсем недавно».

Впрочем, внешней обеспокоенности я старалась не показывать, чтобы Оливия не подумала, как будто мне стало страшно. Мы вошли в узкий проход. Герцогиня шла вперёд, не оглядываясь. Я за ней.

«Что это за место? Справа, за сплошной стеной кустов, чугунные решётки высокого забора с острыми наконечниками на концах прутьев, полностью затянутые пышной зеленью ползучих растений. С другой стороны тоже плотная заросль кустарника, а за ними кроны деревьев. Ветки давно никем не стриглись. Чтобы идти по проходу, то и дело приходится раздвигать зелень руками. Под ногами множество опавших листьев и прочего мусора. Вот уж не думала, что в академии есть участки, пребывающие в таком жутком запустении, как этот проход. Но сейчас я уверена, что мы идём не в библиотеку. Не знаю, что задумала Оливия. Только, кажется, мне опять предстоит столкнуться с какими-либо неприятностями. Отвратительное ощущение. Ладно. Посмотрим, что приготовила для меня герцогиня на этот раз».

Внезапно мы вышли на небольшую, круглую площадь, окружённую каменным заборчиком из мраморных перил и балясин. Сразу за ограждением сплошные заросли роз и кипарисов, нависающих сюда, через перила, плотной зелёной стеной, укрывая это пространство и создавая странное ощущение уединения и отрезанности от остального мира, словно мы внутри шатра или пещеры с дырой над головой, в которую видно голубое небо. На другой стороне площадки едва просматривается заброшенное двухэтажное здание, полностью заросшее густой зеленью. Некогда оно, очевидно, было очень красиво, но сейчас колонны оплетены стеблями плюща. Лепнина и штукатурка поросли мхом, потрескались и кое-где отвалились, обнажая серые камни стены. В некоторых окнах отсутствуют стёкла. А там, где они есть, поверхность витражей мутная и грязная, затянутая пылью и паутиной. Одна из дверей приоткрыта. На крыльце много мусора и на камнях лестницы прорастают какие-то кусты и травы. Весело желтеют головки одуванчиков. Справа и слева на площадь, к зданию, выходят ступени широких проходов, но они перегорожены решётками и их прутья тоже увиты плющом. Без сомнения, вход сюда закрыт уже очень давно. Наверное, несколько лет. Плющом увиты и статуи по бокам проходов и перила. В стыки мраморных плит лезет высокая трава. Всюду пожухлые листья, кое-где скопившиеся целыми кучами. Посреди площади возвышается великолепный фонтан со стоячей, зелёной водой, полной тины и мусора, и в центре него статуя, изображающая обнаженную девушку с чашей в руках, покрытая сверху плотным чёрным налётом.

«Жуткое место!» – я невольно поёжилась. – Словно из страшной сказки про привидения.

Герцогиня, не сбавляя шага, уверенно обогнула фонтан и подошла к цепи, перегораживающей ступени крыльца здания. На цепи я увидела пыльную табличку с надписью: «Старая библиотека. Вход запрещён!»

– Мы на месте, – сказала Брайт. – Это старая библиотека.

– Вижу, – я кивнула на табличку. – Вообще-то здесь написано: «Вход запрещён».

– Ага, – Оливия кивнула, усмехнувшись. – Но учитель сказал тебе отправляться сюда, чтобы получить лиловую книгу. Я тебя привела. Дальше поступай, как хочешь. Можешь войти туда или вернуться обратно, если думаешь, что я тебя обманываю. Но могу поклясться своим именем, что это именно та старая библиотека, о которой говорил Карл.

– И где я буду искать там книгу? – я с сомнением покосилась на чуть приоткрытую дверь.

– А это не моя забота, – герцогиня рассмеялась. – Или ты думала, что я найду её за тебя и дам тебе в руки?

«Не нравится мне это всё. Чувствую какой-то подвох. Может, правда, разумнее будет вернуться в класс?»

– Я пошла, – Оливия махнула рукой. – Не опоздай на обед.

– Ага, – я снова посмотрела на чуть приоткрытую щель дверей. Внутри темно. Оттуда тянет холодом и ощущением опасности.

«Ладно. Учитель определённо говорил про старую библиотеку. Конечно, старых библиотек может оказаться две и, возможно, герцогиня привела меня к той, куда определённо не стоит соваться. Но мне придётся заглянуть внутрь, хотя бы для того, чтобы разведать обстановку. То, что на территории академии есть такое жуткое место, уже само по себе интересно. Хотелось бы лично посмотреть, что здесь и почему это здание оказалось заброшено».

Герцогиня ушла, оставив меня одну. Я осторожно подняла цепь, стараясь не греметь звеньями, и пройдя под ней, ступила на гранитные ступени широкого крыльца.

«Дверь перекошена, потому что верхняя петля отпала от косяка, и массивная створка упёрлась в пол. Когда отпадёт и нижняя петля, дверное полотно упадёт плашмя на мраморные плиты. Лишь бы она свалилась не на меня, иначе раздавит, как букашку. Очевидно, за ручку лучше не дёргать. Да и сил у меня не хватит, чтобы сдвинуть с места такую огромную и тяжёлую створку. Придётся протискиваться в имеющуюся узкую щель».

Отклонив голову в бок, втянув живот и прижимая грудь ладошками, я боком просочилась в просторный, тёмный холл.

«Боже, как здесь мрачно. Кроме того, к запаху сырости примешивается странный аромат».

Я огляделась. В полумраке видны две большие статуи у начала широких лестниц, ведущих на балконы второго этажа. Прежде на ступенях лежали ковры, но они истлели от времени. Балконы украшены красивыми перилами и охватывают холл по кругу. Там, в полумраке, виднеются какие-то изваяния, затянутые пыльной паутиной, смотрящие на меня сверху вниз пустыми взглядами. Неподвижно висят полуистлевшие тряпки флагов и каких-то занавесей между колонн, с остатками бахромы и золотистых узоров на ткани. В потолке витражное остекление, но снаружи на нём лежит так много мусора, что свет почти совсем не проникает вниз. Впереди широкие стеклянные двери с грязными стёклами, и за ними чуть светлее, чем в холле. Подрагивая от нервного напряжения, я осторожно пошла вперёд, стараясь аккуратно обходить мусор на полу и ни на что не наступать.

«Какая давящая тишина. Мои шаги эхом разносятся вокруг, и я инстинктивно стараюсь ступать как можно тише. Но к чему мне скрываться? Вряд ли эта постройка может обрушиться от звука моих шагов».

Дойдя до дверей, я плавно отворила одну из створок. Поток воздуха коснулся моего лица, и я невольно задержала дыхание, чтобы не задохнуться от нестерпимо сильного запаха, втекающего в холл через дверь.

«Боже! Что это такое?! Так можно и задохнуться! В голове уже странно зашумело, словно я глотнула крепкого вина. Кажется, здесь в воздухе растворён какой-то яд, маскирующийся чудесным, сладким ароматом?»

Я непроизвольно зажала нос пальцами. Действие было настолько глупое, что вызвало улыбку у меня самой.

«Так! Спокойно! Не тупи! Мне не нужно дышать, чтобы жить. Я вдыхаю воздух только для того, чтобы чувствовать запахи, ну и чтобы окружающие не заметили, что у меня отсутствует дыхание, а я не теряю сознание при этом. Вот только отравление всё равно скажется на мне, так или иначе. Я вряд ли умру, но мои возможности существенно снизятся и я стану более уязвима против вероятного противника, что скрывается где-то здесь. А здесь действительно что-то скрывается. Не могу понять, что именно и где это прячется, но я чувствую чужое магическое присутствие. Правда нет ощущения агрессии или жажды крови. Возможно, что источник магии вовсе не живое существо, а некий предмет или артефакт. Может это и есть лиловая книга?»

Прижимаясь спиной к стене и напряжённо вслушиваясь в тишину, я осторожно ступила в обширное помещение, готовясь к возможному нападению. Створка дверей плавно закрылась, стоило мне её отпустить.

«Я перестала дышать, но всё равно чувствую этот странный аромат. От него необычное ощущение на коже и немного щиплет глаза. Господи! Страшно как! Что здесь такое? Может сбежать, поджав хвост, пока не поздно? Сколько раз мне уже приходилось входить во всевозможные, смертельно опасные места, полные жутких монстров или невероятных аномалий, не ведая, смогу ли я выбраться оттуда живой? Этот страх до дрожи в коленях. Я никогда к нему не привыкну. Боже! Ожидание опасности всегда хуже, чем сама опасность. Ждать нападения и гадать, успею среагировать или нет, невыносимо».

Я осмотрелась.

Глава 12: Лиловая книга

Я осмотрелась. Передо мной был обширный, светлый зал, в несколько уровней, с балконами и переходами, своды которого опирались на высокие колонны где-то высоко над головой. Вокруг множество книг, плотно составленных на полках высоких, изящно оформленных стеллажей. Конструкции вздымаются вверх легко и невесомо, на невообразимую высоту. Перила и колонны покрыты великолепной резьбой. Сложные сплетения завитков и листьев из тёмного, лакированного дерева, кажутся воздушными кружевами. А вверху, над всем этим, огромный купол из витражного стекла. Только большая часть остекления обрушилась, и в зал льются лучи солнечного света, озаряя невероятно чудесную картину.

«Боже мой! Как красиво!» – подумала я, покачав головой. – «Это что-то невероятное. Никогда в жизни не видела ничего подобного. Похоже на какой-то болезненный бред сумасшедшего».

Хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я не сплю. Всё пространство передо мной, насколько хватает глаз, тонет в невероятном количестве цветов, и в яркой, изумрудной листве. Побегами опутано всё вокруг. Я словно в каком-то сюрреалистическом саду. Цветочки очень мелкие, формой отдалённо напоминающие цветы яблони, с круглыми и нежными лепестками. В центре бутона тонкие ворсинки с крошечными, жёлтыми головками. Цвет лепестков разнится от бледно-розового и почти белого, до насыщенного, тёмно-вишнёвого оттенка. Цветов так много, что они заполняют всё вокруг, подобно каким-то волшебным облакам из странных и розовых снов. Глядя на них у меня создаётся двоякое ощущение. Я словно внутри милого и нежного кошмара, отдающего совершенно неконтролируемым безумием. Эти цветы я никогда не видела прежде и само растение, полностью захватившее здание старой библиотеки, мне неведомо. Но очевидно, что ядовитый аромат исходит от него. Всюду вьются тёмно-коричневые, узловатые стебли с шершавой, шелушащейся корой, сплетаясь между собой, словно косы и канаты. Ими опутаны все стеллажи, колонны, перила балконов и винтовые лестницы. Стебли свисают сверху, словно лианы тропического леса. Корни прорастают сквозь стеллажи и книги, влезая между страниц старинных томов и пронзая их насквозь. Неведомое растение опутывает всё здание, покрывая своими стеблями стены и потолок. И всё усыпано целым морем цветов. Зрелище одновременно жуткое и завораживающее. А внизу вода. Пол библиотеки скрыт под полуметровым слоем зеленоватой, стоячей воды. На дне видны заросли водорослей, а на поверхности тут и там плавают кувшинки. А ещё над водой вздымаются завалы из книг и обломков рухнувших стеллажей, поросшие мхом и зелёной травкой.

«Какой ужас! Сколько здесь книг! И большинство из них уже никто и никогда не сможет прочесть! На полках всё ещё видны корешки томов с золотым тиснением, но вытащить их не позволят корни. А на полках внизу и у книг, что лежат в воде, страницы давно слиплись от сырости и их уже ничем не разъединить. Да и вряд ли там сохранился какой-либо текст. В относительно хорошем состоянии лишь книги на верхних ярусах. На втором и третьем этаже есть стеллажи, где это странное растение ещё не успело захватить некоторые полки. Интересно, где здесь искать лиловую книгу?»

Было жалко мочить туфли, но я побоялась их снимать и ходить по воде босиком. Тут много обломков от рухнувших конструкций и будет крайне неприятно наступить на какую-нибудь доску с гвоздями. Приподняв подол, я осторожно спустилась в воду и медленно пошла между стеллажей, огибая кучи книг и стараясь не наступать на тома, покоящиеся на дне, чтобы не поскользнуться.

«Библиотека слишком большая. На поиски может уйти много времени. Кроме того, мне не особо понятно, что искать. И что обозначает слово «лиловая»? Это цвет обложки или название книжки?»

Я посмотрела вверх.

«Может, имеет смысл подняться на второй или третий ярус и посмотреть на библиотеку сверху? Правда, для этого нужно найти лестницу, свободную от зарослей, чтобы там можно было пройти, а это довольно непросто».

Обогнув очередную колонну, я внезапно обнаружила слева от себя большое круглое пространство, огороженное дубовым, резным заборчиком, едва поднимающимся над поверхностью воды.

«О Боже! Это ещё что?!» – я вздрогнула от неожиданности. На огороженном пятачке, в воде, стояло шесть столов, с наклонными столешницами, и за дальним из них сидела девочка в форме, точно такой же, как у меня. Вернее она не сидела, а лежала, правой щекой на столе. Серые волосы рассыпались вокруг и свисают с края столешницы. Лица не видно. Правая рука висит вниз, касаясь кончиками пальцев поверхности воды. Левая рука лежит на столе, возле лица, и под ладонью какая-то книга. Тело оплетено стеблями и покрыто цветами. Корни врастают в труп сквозь иссохшую кожу и дыры в истлевшей форме.

«Что здесь происходит вообще?!» – я осторожно начала подходить ближе. – «У неё волосы совсем такие же, как у меня, а это весьма редкий цвет, называемый пепельным. В моём роду все отмечены таким оттенком, но в академии я ещё не видела кого-либо с подобными волосами».

Дойдя до заборчика, я пошла вдоль него, обходя девушку по кругу. Я собиралась дойти до прохода, чтобы не перелазить через перила.

«Вашу Машу! У неё под рукой книга с лиловой обложкой! Интересненько! Кто-то решил подготовить мне сюрприз?»

– Долго собираешься притворяться бездыханным трупом? – спросила я, подходя к жуткому созданию почти что вплотную. – Я чувствую, как ты следишь за мной.

«Без сомнения это какая-то пародия, созданная по моему образу. Если сейчас поднимет голову, то я, очевидно, увижу нечто похожее на своё лицо».

Непонятное существо, изображающее мёртвую девушку, шевельнулось и начало подниматься над столом, поворачиваясь в мою сторону. Послышался скрип и шелест. Я невольно попятилась немного назад, к заборчику.

«Боже, как жутко! Я сама не особо живая, но когда начинает двигаться нечто подобное, у меня просто душа уходит в пятки. Наверное, никогда не смогу к этому привыкнуть».

– Тебе не страшно? – внезапно возник в моей голове неприятный, скрипучий голос.

– Скорее мерзко, чем страшно, – я вздохнула. – Что ты такое?

– Твой худший кошмар.

Проросшая корнями человеческая фигура полностью повернула ко мне лицо и уставилась на меня безумным взглядом, скривив в улыбке чёрную дыру рта.

«Ну, хорошо, что хоть глаза у неё есть», – подумала я про себя, морща нос от отвращения. – «Думала, тоже пустые дыры будут».

– Пугало ты огородное, а не кошмар. Отдай книжку и спи дальше.

– Обними меня и поцелуй, – с сухим хрустом пародия на меня начала подниматься со своего места, протягивая ко мне руки. – Мне так одиноко здесь одной…

– Ага. Размечталась!

Я взмахнула рукой и рассеяла мерзкую фигуру в пыль. Конечно, магией на территории академии, пользоваться нельзя. Но здесь едва ли не вся атмосфера дрожит от концентрации магических сил. Если я не буду выходить за пределы общего фона, никто и никогда ничего не заметит.

– Ах ты, маленькая дрянь! – зашипел голос в голове, заставляя меня морщиться, как от зубной боли, и застоявшийся воздух вокруг, вдруг пришёл в движение. Подул сквозняк, стремительно ускоряясь до состояния урагана, закручиваясь грандиозным вихрем, поднимая вверх брызги воды и лепестки цветов. – Ты поплатишься за свою дерзость! Станешь мне кормом!

– Да вы сговорились все что ли?! – я вынуждена была пригнуться к столу. Ветер разошёлся не на шутку. Он подхватывал книги и обломки стеллажей, кружа их вокруг меня и грозя разбить мне чем-нибудь голову. – Можно подумать, вам здесь покушать больше нечего! Почему все пытаются меня съесть?!

Тяжёлый том ударил мне в плечо, рассыпавшись на две неравные половинки и множество пожелтевших страниц. Об стол вскользь ударила доска, разлетевшись в щепки, и одна из них воткнулась мне в руку. В столешнице образовалась трещина.

– Свежая, белковая пища восхитительна, – хохотал голос в моей голове. – Как же мне повезло, что ты имела глупость забрести в мои владения. Теперь твой труп будет перегнивать здесь, питая меня и наполняя новыми жизненными силами.

«Ветер унёс лиловую книгу, и я потеряла её из вида. Досадно! И что теперь делать?! Ладно. Нужно срочно убираться с открытого места, где я уязвима для атаки со всех сторон».

Книги, доски и фрагменты деревянных узоров летели сплошным потоком, разбиваясь о столы, сдвигая их и круша столешницы. Заборчик не выдержал натиска и из него повыламывало целые фрагменты, а часть вообще уронило в воду. Закрывая голову руками и пытаясь уворачиваться от наиболее тяжёлых предметов, я поспешила к ближайшей стене. В то же мгновение из воды поднялись чёрные руки, схватив меня за ноги, за платье и за левую руку. На шею накинулась петля из гибкого стебля, пытаясь передавить мне горло. На воду упала тень. Чуть скосив взгляд, я увидела, как в меня летит огромный, тяжёлый шкаф.

«Твою мать! Нет времени дозировать магию или меня сейчас разорвут на части! Плевать на запрет! Будь что будет! Я здесь не пропаду!»

Ударом света я спалила летящий шкаф и большую часть предметов, круживших в воздухе, а потом и схватившие меня руки, оказавшиеся всё теми же корнями неведомого растения. Но какой-то доской меня больно ударило по голове так сильно, прямо до звона в ушах, а углом пролетающего мимо тома разорвало щеку. Хорошо, хоть не выбило глаз. Последовали тяжёлые и крайне болезненные попадания в плечо, в руку и в живот. Вращаясь, надо мной пролетели перила, и я едва успела пригнуться. В левую ногу воткнулась крупная щепка, и капельки моей крови полетели дальше, уносимые ветром. Отбивая или сжигая предметы, я, наконец, добралась до колонны и резных стеллажей, вздымающихся на невероятную высоту.

– Хватит брыкаться, – смеялся голос в голове. – Всё бесполезно. Тебе не выбраться отсюда.

– Кто сказал, что я хочу выбраться?! – злобно усмехнулась я. – Мы ещё не наигрались! Плевать мне на лиловую книжку. Ты меня разозлила. Спалю тебя вместе со всеми книгами и этим зданием.

– Попробуй! Ничтожная. Хватит ли у тебя на это сил?

Воздух наполнился треском. Стеллажи начали заваливаться, обрывая стебли растения, грозя раздавить меня своей массой, и мне на голову посыпались книги. Вокруг закружилась настоящая метель из розовых лепестков, уменьшая видимость, словно густой туман. Закрываясь ладошками от ударов, я метнулась в щель за стеллаж, надеясь выскочить на другую сторону.

– Что же ты бежишь, словно крыса? – голос преследовал меня по пятам. – Ответь чем-нибудь. Позабавь меня. Что с твоей магией?

«Плохо всё с моей магией. Сила чудовища внезапно выросла в разы и достигла невероятных пределов. Я не справляюсь. Нет сил защищать себя. Неведомая тварь легко пробивает мою защиту. А самое плохое, что я совершенно дезориентирована и представления не имею, где можно укрыться от атак. Даже в какой стороне от меня выход из этого проклятого зала, я не знаю. А из-за кружащихся в воздухе лепестков совсем ничего не видно. Нужно срочно что-то предпринять. Попробую обмануть противника».

В узком проходе я применила новое заклинание, а потом улучила момент и выскочила на другую сторону, ударом света спалив кружащиеся в воздухе книги.

«Преодолею открытое пространство и снова укроюсь между стеллажей».

Но тут я, внезапно, увидела летящий в меня клинок. Представления не имею, где чудовище его подхватило. Возможно, где-то здесь стояли доспехи, выставленные в декоративных целях. Охнув от неожиданности, я инстинктивно закрылась рукой. Конечно, в этом не было смысла. Лезвие легко разрубило руку, и моя голова, кувыркаясь, полетела по воздуху, разбрасывая брызги крови, удаляясь от заваливающегося назад тела, а ещё через мгновение шлёпнулась в воду и погрузилась на дно.

«Проклятье! Хорошо, что это была не я, а созданный мною фантом. Не представляю, как бы я ходила на занятия, нося голову с собой под мышкой. И одноклассники, и учителя были бы в шоке от такого зрелища. Тем более, если бы я голову ещё и забыла где-нибудь», – я невольно улыбнулась этой глупой мысли. – «Ну да ладно. Шутки, шутками. Но сейчас чудовище, очевидно, в неописуемой ярости от осознания, что его жестоко провели. Голова отлетела. Фантом растаял, словно дым. И теперь тварь, вопя от злости, бросится искать меня настоящую».

Оставив попытки незамеченной прокрасться вдоль стеллажей второго яруса, я побежала по переходам со всех ног, уже не скрываясь. Мгновение и за мной устремился ураган из книг.

«Вот и клинок! Вынырнул откуда-то снизу, словно хищная рыба. Но ещё раз, так легко зарубить меня, я ему не дам».

Магией я попыталась перехватить оружие.

«Тварь сильна, но ей приходится, кроме того, кружить вокруг множество книг и досок. Мне же, к сожалению, видимо придётся забыть о своей защите. Ладно. Несколько секунд как-нибудь переживу. Если не справлюсь, то действительно стану удобрением. Впрочем, я не знаю, с чем сражаюсь. Похоже, это всё же не злобный дух, вселившийся в растение, а нечто другое. Понять бы ещё, где оно прячется».

Моих сил не хватало, чтобы завладеть мечом. Я могла лишь отклонять траекторию его полёта, постоянно сбивая клинок с цели так, чтобы он не задел меня. В итоге меч кружился вокруг, словно злая оса, со свистом разрезая воздух, выписывая в пространстве петли и зигзаги. Но порой мне им же удавалось отбить или отклонить летящие в меня предметы.

«Ран на моём теле слишком много и они множатся с каждой секундой. Долго мне не выстоять. Голову всё же разбили, и кровь заливает правый глаз. Очень неудобно. Это мешает обзору».

Я отшатнулась за колонну, и очередной шкаф раскрошился об неё. Тяжёлая книга больно ударила мне в горло ребром. Остальные попали вскользь. В плечо воткнулась длинная щепка, глубоко застряв под костью ключицы. Таких ранений на мне было уже множество. Казалось, мои дела совсем плохи. Но как раз сейчас я вышла к обширному пространству, затянутому плотной паутиной, образующей что-то похожее на гнездо фантастического размера. Вокруг виднеется множество коконов яйцеобразной формы. А в центре всего этого сидит огромная моль или мотылёк, серого цвета, с тёмным узором на крыльях. Семь метров длинной, как минимум, если считать от головы до кончика брюшка, покрытого коротким, мягким мехом. Если же расправит крылья, то они, вероятно, окажутся метров двадцать в размахе.

«Боже! Вот это тварь! Давно мне не доводилось убивать что-то подобное. Наверное, уже года полтора прошло. Да и в тот раз был грандиозный, чёрный паук, а не серая бабочка».

– Попалась! – взвизгнула я оскалившись.

– Чему ты радуешься?! – засмеялся голос в голове. – Я тебя сейчас есть буду.

– Ага. Не подавись только!

Вложив все силы в магию, я перехватила контроль над летящим мечом и направила его в голову насекомого.

– Наивная, – усмехнулся голос. – Ты слишком слаба. Это конец. Но мне было интересно поиграться с тобой. Надеюсь, ты окажешься ещё и вкусной.

Скорость клинка стала стремительно падать. Не долетая головы бабочки, он остановился, развернулся и полетел назад, постепенно набирая скорость, целясь мне в лицо.

«Блин. Как жалко, что в руках нет ни волшебной палочки, ни посоха. Сейчас меня обратным эффектом в головёшку превратит. Компенсировать его уже не получится. Но ничего не поделаешь. Восстановлюсь как-нибудь. Главное спалить эту проклятую тварь!»

Отбросив контроль над клинком, я вскинула руки. Меч стрелой метнулся мне навстречу, но мне сейчас было не до него. Воздух задрожал. Кажется, в последнее мгновение, мотылёк осознал, что происходит что-то не то, но было уже слишком поздно. Зал качнулся от страшного удара, и меня ослепило светом. Посыпались книги и начали валиться стеллажи. Затрещали ломающиеся колонны. С тяжким грохотом начали падать переходы верхних ярусов. Облака огня метнулись по всем проходам, заполняя пространство и мгновенно выжигая кислород в воздухе. Я чуть отклонила голову вправо. Лезвие со свистом пронеслось рядом с моим ухом, пробив волосы, и врезалось в стеллаж где-то далеко за моей спиной, раскидав книги.

– Вот моя настоящая сила! Не ожидал?! – злобно усмехнулась я, наслаждаясь чудовищным воплем твари, охваченной болью и ужасом, в своей голове. – Могла б ударить ещё сильнее, но тогда сама бы не пережила последствий этого.

Впрочем, меня и так ударной волной сбросило с балкона и я, перелетев через два прохода, упала спиной в воду между двух куч полуразложившихся книг.

«Больно! Блин! А-а! Это невыносимо! Неужели позвоночник сломала? Или все кости разом? Кажется, нет. Удар пришёлся об воду и рыхлые книги. Только боль такая, что хочется выть в голос. В голове всё кружится и плывет. Тело стягивает судорогой. Боже! Спокойно. Всё хорошо. Сейчас успокоится и отступит. Нужно немного потерпеть и желательно, пока что, не терять сознание. Фух! Досталось же мне сегодня. Давно такого не было. Но всё равно… Боль заставляет меня чувствовать себя живой. Пусть сердце не бьётся, и дыхания нет. Но я всё ещё чувствую боль и страх. Отчаяние и ярость. Приступы злости и неудержимые взрывы восторга, от победы над невероятно сильным противником. Я справилась! Какое счастье! Это непередаваемое ощущение. Я всё ещё жива, пока жива моя душа, и я продолжаю чувствовать боль и испытывать эмоции. Я счастлива от того, что всё ещё могу оставаться на этом свете и двигаться дальше. Боже, как же это хорошо!»

Я раскинула руки в стороны, ладошками вверх, поверх заплесневелых книг, улыбаясь, глядя в пролом над моей головой, в синее и безоблачное небо. Из глаз катились слёзы, стекая в зелёную воду. От меня в воздух медленно поднимался сизый дым, и требовалось хоть немного времени на восстановление магии.

«Ещё немного отдохну и встану».

До конца урока было около пяти минут, когда я вернулась к аудитории и постучала в дверь.

– Можно войти? – спросила я, чуть приоткрыв створку и засунув голову в щель.

– Баронесса Лиседж! Конечно, входите! – учитель удивлённо вскинул брови. – Неужели вы уже прошли испытание? Так быстро?

– Конечно, – я кивнула головой, скромно улыбаясь, и продемонстрировала книгу в лиловой обложке.

– О! Поздравляю! – Карл склонил голову в учтивом поклоне. – Весьма похвально! Признаться, я не ожидал. Теперь вы третья в классе, кому удалось получить этот том.

– Четвёртая! – тотчас поправил кто-то из учеников. – Кроме Оливера и принцессы, ещё Эльза получила эту книжку.

«Серьёзно?!» – я удивлённо взглянула на белую от злости Оливию и не удержалась от того, чтобы ласково улыбнуться ей, чуть обнажив зубки. – «А ты, значит, не справилась что ли, герцогиня? Как же так? Боже! Ты меня разочаровываешь!»

– Хорошо. Но признаться, я думал, что такая милая, маленькая девочка сразу же воспользуется отказом, и не будет подвергать себя столь жестокому испытанию, – продолжал учитель. – Вы меня поразили до глубины души, Алиса Лиседж.

– Чем воспользуется? – тотчас заинтересовалась я.

– Отказом. Почему вы так удивились? Достаточно же было произнести условное слово «аболисьён», чтобы кошмар закончился. Разве Оливия вас не предупредила?

– Ой! Простите! – я изобразила смущение. – Кажется, я так разволновалась, что совсем забыла об этом.

– Как же так?! – учитель покачал головой. – Нельзя так легкомысленно относиться к подобным испытаниям. Всегда нужно держать в голове план отступления и не поддаваться панике. Тем более что ваша психика может и не выдержать давления. Тогда последствия будут ужасными.

– Да. Я поняла. В следующий раз буду осторожна. Но благодаря забывчивости мне пришлось идти до конца и, в итоге, я одержала победу.

«Я поняла уже, что всё, что со мной произошло, было просто миражом, больше похожим на кошмарный сон. Так называемая «старая библиотека» всего лишь арена для испытания психической устойчивости учеников в сложных ситуациях, когда здравый смысл летит ко всем чертям, и рушатся привычные устои мироздания. Но лишиться жизни я там никак не могла», – я мрачно усмехнулась своим мыслям. – «Вот только я ничего не знала об этом. Оливия, зараза, снова меня провела. Я из-за неё чуть не описалась от страха, думая, что опять пойду на корм какому-нибудь противному чудовищу. Блин! Я когда-нибудь поседею с ней. Хорошо, что у меня и без того волосы серого цвета. Так что особо ничего и не изменится. Но в итоге, испытание я прошла и даже получила книжку по магии королевского ранга. Понятия не имею, зачем она мне сдалась. Хорошо, если найду в ней одно или два заклинания, о которых ещё не знала. В противном случае, будет очень жаль потраченного времени».

Глава 13: Назревающий раскол

Вскоре наступило время обеденного перерыва, и мы с Кристиной поспешили в столовую. Я надеялась использовать это время для того, чтобы сесть за один стол с Сержем ди Минкасье и попытаться завести с ним приятную беседу. Если бы всё получилось, я могла стать ещё на один шаг ближе к сердцу виконта. Но меня ждала неудача. Там, где сидел Серж, уже не было свободных мест.

«Ну вот, опять мне не повезло», – подумала я со вздохом. – «Да что ж такое?!»

– Что будешь брать? – Кристина дёрнула меня за рукав, принуждая повернуться к ней.

– Стандартный, бесплатный обед, конечно, – я усмехнулась.

«На самом деле мне совершенно без разницы, что кушать. Кроме ощущения вкуса, человеческая еда, для меня, никаких полезных свойств не имеет. Глотать её я могу, а переваривать, нет. Этим я подобна вампирам. Но, к счастью, мне пока что не нужна человеческая кровь, да и острых клыков у меня нет».

– Тогда я тоже возьму бесплатный набор, – Кристина кивнула головой, разглядывая список блюд.

– Не нужно равняться на меня, – я вздохнула. – Бери что хочешь. Тебе нужно хорошо питаться.

– Нет, – Отис улыбнулась. – Как раз настало время задуматься об экономии. Денежек уже совсем мало осталось, и на этой неделе новых поступлений не будет. Желательно поберечь оставшиеся пару реалов.

Мы сделали заказ, и сели за свободный столик, почти в конце зала, ожидая, когда кто-нибудь из служанок принесёт наш обед. Серж ди Минкасье сейчас оказался очень далеко. Даже в классе он сидит ближе. А здесь нас с виконтом разделяет два ряда столов. Я с тоской посмотрела на парня и вдруг обнаружила, что он разговаривает с какой-то незнакомой мне девушкой.

«Это ещё что такое?! Откуда она взялась? Никогда прежде её не видела. Очевидно она не из нашего класса. Конечно же, если это не принцесса София собственной персоной. Встречаться с ней мне ещё не доводилось, и я не знаю, как она выглядит. Неужели, правда, принцесса? Выспалась и решила прийти на обед? Но зачем пристала к Сержу?» – я недовольно поморщилась. – «Мне кажется, что эта девушка буквально навязала разговор виконту, и Минкасье вынужден отвечать ей, вежливо улыбаясь, с немного растерянным выражением лица. Его даже немножко жаль. Он словно какой-то испуганный хомячок, которого кошка зажала в углу клетки. Незнакомка же что-то увлечённо говорит ему, хихикает и лукаво щурит глазки, кокетливо прикрывая рот пальчиками, словно не замечая, что парень не знает, куда деться от неё и её разговора. Блин! Бесит!»

– Кристина, посмотри, – я постучала пальцем по руке подруги. – Кто это такая? Ты её знаешь? Сидит рядом с Сержем, за одним столом.

– Где? – Отис приподняла голову и осмотрела зал.

– Смотри левее. Только не так явно. Тебя сейчас заметят.

– А мы скрываемся что ли? – Кристина рассмеялась. – Алиса! Ты меня удивляешь! Неужели ты дошла до того, чтобы шпионить за Минкасье?

– Нет, конечно, – я поморщилась. – Мне просто любопытно.

Отис наконец нашла Сержа и усмехнулась.

– Кажется, эту девушку зовут Джесика Винер. Могу ошибаться, конечно. Я с ней не знакома. Она из класса «Б». Зимой попала в десятку лучших, в зачёте по магии. Больше, к сожалению, мне о ней ничего не известно. Извини.

Кристина повернулась в мою сторону и хотела ещё что-то сказать, и даже открыла рот, но не успела. Официантка как раз подкатила тележку к нашему столику, и начала выставлять на скатерть тарелки с заказом. А ещё через мгновение к нам подошли Фридрих Макени и Ричард де Валорьен.

– Баронессы, приятного аппетита, – Ричард изобразил поклон. – Можно ли нам сесть за ваш столик?

– Приятного аппетита, – Фридрих тоже чуть склонил голову.

«Блин! Вы еще, откуда взялись?!» – признаться, я не ожидала.

– Конечно, господа, спасибо, присаживайтесь, – Кристина заулыбалась, и её лицо просветлело. – Мы будем рады вашей компании.

«Отис, ты чего так воодушевилась?» – удивилась я про себя. – «Ты же сама меня вчера наставляла держаться от этих парней подальше, потому что у них одни пошлости на уме!»

– Леди Алиса? – Ричард посмотрел на меня, видимо ожидая теперь моего разрешения, сесть за наш стол.

– Да, конечно, присаживайтесь, – я равнодушно пожала плечами.

«Какой вообще смысл спрашивать то, что и без того очевидно? Не думаете же, что мы решимся выгнать своих одноклассников, когда в столовой и без того почти не осталось свободных мест?»

– Вы сегодня без Людвига и Карла? – спросила Кристина, повернувшись к Макени, пока парни рассаживались.

– Они нас опередили, – вздохнул Фридрих, – Мы надеялись, что они займут нам места. Но ничего не вышло.

– В этот раз, на обеде, неожиданно многолюдно, – сочувственно кивнула Отис.

– Зато нам выдалась счастливая возможность пообедать в обществе двух самых очаровательных девушек нашего класса, – Ричард, улыбаясь, почему-то посмотрел на меня.

– О! Вы нам льстите! – Кристина захихикала, изображая смущение. Получилось у неё довольно фальшиво. Было видно, что на самом деле, она просто тает от комплимента.

«Безмерно льстите», – подумала я про себя, сохраняя дежурную улыбку на лице.

– Леди Алиса, – Ричард чуть склонил голову на бок. Получилось забавно. Совсем как у собаки. – Надеюсь, вы не злитесь на меня за то, что я без вашего согласия осмелился рисовать вас на уроке искусств, да ещё и в столь откровенных одеждах?

Краем глаза я заметила, что Фридрих усмехнулся, а Кристина удивлённо вскинула брови.

«Точно! Отис же не видела, что Валорьен там нарисовал, а сейчас у неё загорелись глаза от любопытства».

– Злюсь, конечно, – я вздохнула. – Но что я могу поделать?

– О, нет! – Ричард сцепил пальцы, и его лицо приняло виноватое выражение. – Простите мне мою дерзость! Я никак не хотел вас расстроить. Чем я могу заслужить снисхождение?

«Просто оставь меня в покое!» – подумала я с лёгким раздражением.

– Боже! Что виконт там нарисовал? – шёпотом спросила Кристина у Фридриха. Маркиз усмехнулся.

– Баронесса. Думаю вам лучше не знать об этом, – тихо сказал он.

– Правда? – Отис округлила глаза.

«Блин! Ты что говоришь такое?!» – я невольно сморщила нос. – «Она же сейчас не бог весть чего нафантазирует в своей голове!»

– Простых извинений будет достаточно, – сказала я Ричарду, снова изображая дежурную улыбку. – Не стоит делать из мухи слона. Картина не настолько ужасна, чтобы я могла долго обижаться на её автора.

Подошла официантка с тележкой и начала выставлять заказы парней на стол.

– Хотите, в знак извинения, я отдам вам свою картину? – предложил вдруг виконт, виновато заглядывая мне в глаза.

– И что я буду с ней делать? – мне стало смешно. – Думаете, я смогу повесить её у себя на стену, чтобы любоваться по вечерам?

– Нет, конечно. Я думал, вы захотите её уничтожить.

– Виконт! Не смущайте меня ещё больше, – я рассмеялась. – Конечно, я никогда бы не стала так поступать. И причина не в том, что мне хоть сколько-то нравится подобный вид искусства. Нет. Но я уважаю ваш труд, ваш талант и те старания, которые вы затратили, создавая свой рисунок. Я ценю плоды чужого труда. Пусть и выглядят они, мягко говоря, развратно. Но вы вложили в рисунок часть своей души, и это вызывает у меня чувство уважения, как минимум. Тем более что вы потрясающе рисуете. Наверное, лучше всех, в нашем классе.

– Вы так думаете?

– Да, – я кивнула. – В этом нет сомнений.

– Боже, я хочу увидеть рисунок виконта! – прошептала Кристина.

Фридрих усмехнулся и ничего не сказал. Ричард секунду смотрел на Отис и снова повернулся ко мне.

– Алиса! Ваша похвала ласкает моё сердце! Я так рад! Означают ли ваши слова, что вам понравилась моя картина? – виконт с надеждой заглянул мне в глаза.

– И да, и нет, – я вздохнула. – Вы очень красиво нарисовали. Но ещё и очень пошло, при этом. И, кроме того…, – я, улыбаясь, чуть обнажила зубки. – Там ведь изображена не я.

– Почему не вы?! – искренне удивился Ричард.

– Ну, у меня совсем не такая фигура, – я усмехнулась. – И уж совсем не такая большая грудь, как на вашем рисунке.

При этих словах все за столом уставились на мой бюст, а Ричард вообще смотрел дольше, чем нужно было, и мне даже настойчиво захотелось закрыться от его взгляда, скрестив руки перед собой, и я еле сдержалась, чтобы этого не сделать. Наверное, это выглядело бы глупо. Словно я стесняюсь сама себя. Наконец, виконт перевёл взгляд на моё запястье, с анти-магическим браслетом, а потом поднял глаза и посмотрел в моё лицо, странно улыбаясь чему-то.

– У вас замечательная фигура, леди Алиса! – сказал он проникновенно. – Один взгляд на вас сводит меня с ума! Позволите ли вы мне нарисовать вас ещё раз?

«Так! Стоп!» – я растерялась. – «Что всё это значит?! Ты ко мне подкатываешь, что ли?! И как я должна на это реагировать?!»

Я посмотрела на Кристину. Но в её глазах, в этот момент, читалось восхищение, смешанное с откровенной завистью.

«Нет! Отис, подожди», – мне стало смешно. – «Не нужно меня ревновать к этим парням. Мне нет никакого дела до них обоих. От слова «совсем». Конечно, мужское внимание греет душу и поднимает мою самооценку, но не более того. В реальности, прямо сейчас, оно мне только мешает. Серж может заметить, что ко мне клеится парень с репутацией озабоченного и это крайне плохо скажется на моих планах в отношении него».

– Простите, виконт, но вы уже один раз нарисовали меня, – сказала я улыбаясь. – Не хотите, в этот раз, изобразить кого-нибудь ещё? Кристину, например? Баронесса Отис ничуть не уступает мне в красоте. А в чём-то даже превосходит меня. Присмотритесь к ней. Разве она не мила?

Парни посмотрели на Кристину оценивающими взглядами, а она смущённо опустила глазки и даже покраснела немного.

– Алиса, не нужно ложной скромности! – улыбнулся Ричард, снова поворачиваясь ко мне. – Я могу, конечно, нарисовать и Кристину. Но хотелось бы, для начала, достойно изобразить вас, чтобы заслужить ваше прощение.

– Я уже сказала, что мне достаточно было извинения, – я качнула головой. – Не волнуйтесь. Я больше не злюсь. Тем более что я уже исчерпала лимит возможных личных вещей. Если вы подарите мне картину, я вынуждена буду избавиться от чего-то своего, чтобы иметь право хранить её у себя в комнате.

– Проклятье! – Ричард поморщился. – Кто вообще придумал эти тупые правила?!

В это мгновение я увидела Милу Листвард. Она и ещё несколько учеников из других классов, стояли в лучах солнечного света посреди зала, растерянно оглядываясь по сторонам, очевидно, в поисках свободных мест.

«О! Баронетесса, ты как раз вовремя», – обрадовалась я. – «Послужишь мне отличной возможностью избавиться от разговоров про картины».

– Мила! – я помахала рукой, привлекая внимание девушки. – Иди к нам!

Листвард заметила меня и улыбнулась, но в следующее мгновение увидела, что со мной за столом уже сидят Макени и де Валорьен и её лицо выразило растерянность. Она замялась.

– Давай быстрее! – поторопила я её. – А то место кто-нибудь займёт!

Парни оглянулись на Милу.

– Леди Алиса, – Ричард усмехнулся и понизил голос. – Кажется, вы не заметили ещё, что с этой девушкой, в классе, стараются не общаться без необходимости.

– Кристина говорила мне об этом, – я кивнула, невозмутимо улыбаясь.

– Да. Я предупреждала Лиседж, – Отис вздохнула. – Только, кажется, у неё своё мнение на этот счёт.

– Госпожа Алиса, видимо, обладает бунтарским характером, – Фридрих усмехнулся. – Чем-то она похожа на принцессу Софию.

– Нет, – Ричард покачал головой. – Маркиз, ты не прав. София считает остальных людей за мусор. Потому ей и плевать на мнение остальных. А Алиса совсем не такая.

Листвард как раз подошла к нашему столу.

– Приятного аппетита, леди, господа, – сказала она немного настороженно и чуть склонила голову.

– Спасибо. Садись, пожалуйста, – я улыбнулась и подвинулась вправо, давая ей место за столом.

– Вы не против? – Листвард посмотрела на остальных.

– Конечно, нет, – Ричард улыбнулся. – Баронетесса! Как мы, с маркизом, можем отказать девушке? Садитесь, пожалуйста. Будем рады вашей компании.

Фридрих кивнул. Кристина ни радости, ни недовольства не проявила. Мила села за стол, скромно сложив ручки на коленях.

«Фактически я навязала её остальным, но никто спорить со мной не решился. Интересно».

Я повернулась к Листвард.

– Ты где так задержалась? – спросила я её. – Уже прошло больше двадцати минут с начала перерыва.

– Меня попросили унести книги в библиотеку.

– Так до неё идти пять минут.

– Да, – Мила вздохнула. – Просто я останавливалась раз десять по дороге, чтобы отдохнуть. Книжки очень тяжёлые. Руки больно.

– Понятно, – я поморщилась. – А кто тебя попросил их отнести?

– Мне в коридоре попались Алистер Бикмарк и Мишель де Аварон. Они и попросили.

– Боже! Так зачем ты согласилась?! – удивилась я. – Ты им прислуга что ли?

Мила пожала плечами.

– Кому-то, всё равно, нужно было нести книги. Алистер и Мишель сказали, что им некогда. Пришлось мне.

– Ну, не удивительно, что граф Бикмарк не захотел быть носильщиком, – Ричард рассмеялся. – Только вот сваливать свою работу на хрупкую девушку… Извините, но это свинство. Да, маркиз?

Фридрих кивнул в ответ, ничего не говоря, а я почувствовала уважение к виконту. Подошла служанка и начала выставлять тарелки с заказом Милы. Я обратила внимание, что обед Листвард значительно лучше, чем мой. Впрочем, как и у парней. Выходит, что бесплатными наборами довольствовались только мы с Кристиной. Да и то, Отис, возможно, взяла стандартный обед только из солидарности со мной.

– Мила, надо было оставить книжки прямо там, в коридоре. Я бы так поступила, – сказала я девушке. – Они вообще не твоя проблема. Это Алистера и Мишеля просили их отнести. С них бы и спросили, в итоге.

– Думаю, парни страшно разозлились бы на меня, – Листвард вздохнула. – Да и учителя не оценили б такого поступка. Я тоже несу ответственность за сохранность книг.

«Хорошо. Но ты совершенно не умеешь постоять за себя», – я вздохнула. – «Хотя девушка, наверное, такая и должна быть. Это, просто, я привыкла бить в ответ или на упреждение, пока по мне самой не попало. Моя жизнь сложилась так, что мне пришлось пролить уже много и собственной крови, и горьких слёз, наполненных злостью и отчаянием. Вероятно, больше, чем кому бы то ни было в этой академии».

– Девушки, я вижу, вы общаетесь друг с другом на «ты», – сказал Ричард, улыбаясь. – Не позволите ли и нам обращаться к вам подобным образом?

«А мы уже настолько близки, что ли?» – подумала я и посмотрела на Кристину.

– Конечно! Я буду только рада! – Отис улыбаясь, закивала головой.

– Ну, я тоже не против. Но следует ли это расценивать, как предложение дружбы? – улыбаясь, я чуть склонила голову.

– Конечно! – Ричард с готовностью кивнул. – Почту за честь дружить с вами.

– И с Милой тоже? – я мотнула головой в сторону Листвард.

– А я никогда и не был настроен против неё, – виконт улыбнулся и пожал плечами. – Просто старался держаться в стороне от происходящего. Мне до сих пор не понятно, почему отношения между ней и остальными девушками сложились подобным образом.

Я посмотрела на маркиза. Фридрих усмехнулся моему взгляду.

– Леди Алиса, вы собираетесь взять Милу под свою защиту?

– Вряд ли я справлюсь с такой задачей, – я вздохнула. – Моих сил на это не хватит.

– Не нужно меня ни от кого защищать! – Листвард покачала головой. – Я справлюсь сама.

– Да, – я кивнула. – Прости. Я могу пообещать лишь поддержку.

– Спасибо, – Мила улыбнулась. – Я очень ценю это.

– Алиса, раз мы уж перешли на «ты», – Фридрих усмехнулся. – Скажи, что у тебя произошло с Оливией? Почему она на тебя злится?

– Она не говорит, – я снова вздохнула. – Это беда какая-то. Я пыталась с ней разговаривать на эту тему, но всё без толку. По-моему, стало только хуже.

– Она, правда, не рассказала тебе, как проходит испытание на лиловую книгу в старой библиотеке?

– Ага! – Теперь пришла моя очередь усмехнуться. – Забыла, наверное.

– Блин! – маркиз посмотрел на своего друга и, улыбаясь, покачал головой. – Герцогиня не будет рада тому, что мы сблизились с Алисой.

– Плевать мне на неё! – Ричард беспечно махнул рукой. – Она давно меня бесит. Иногда так и хочется спустить её с небес на землю.

– Да, – Фридрих кивнул. – Это верно. Но не хотелось бы наживать себе врага в её лице. У меня других забот хватает. Да и папа мой не обрадуется, если между нашими родами возникнут разногласия, – маркиз повернулся ко мне. – Алиса, пожалуйста, пойми меня правильно. Ни в какие склоки я влезать не буду. Но против дружбы ничего не имею.

– Склоки мне самой не нужны, – я кивнула.

– А я постараюсь помочь всем, чем только смогу! – пообещал Ричард, преданно глядя мне в глаза.

– Спасибо, виконт.

– Зови меня Ричи.

– Ага, – я кивнула.

– А я Фрид или Фриди. Как будет угодно.

– Хорошо, господа, спасибо за беседу. Разрешите, я оставлю вас, – я встала из-за стола. – Мне нужно в дамскую комнату, пока не начался следующий урок.

– Тебе спасибо, Алиса, – Ричард склонил голову. – Жаль, что не могу проводить. Постарайся не опаздывать.

«Ладно, господа», – думала я про себя, идя прочь. – «Всё это хорошо. Но обилие мужского внимания создаёт проблемы. Сначала Аванис со своими дружками. Теперь Фридрих и Ричард. А за ними, безусловно, подтянутся Людвиг и Карл. Людвиг уже пытался меня голой рисовать. Наверное, тоже захочет познакомиться поближе. Эти парни слышали, как я разрешила ди Минкасье рисовать себя обнажённой. Это было рискованно, и риск себя не оправдал. Я допустила стратегическую ошибку и произвела впечатление не на тех парней. Ричард де Валорьен, очевидно, вообще решил для себя, что я разительно отличаюсь от остальных девушек класса, и со мной он сможет достичь взаимопонимания. Боже! Страшно представить, что он там напридумывал. Лишь бы не влюбился в меня. Потом хлопот не оберешься. Как избавляться от него буду? Ладно. Буду надеяться на лучшее. Да и друзья, какие бы они ни были, часто делают жизнь веселее. Пусть даже они и озабоченные», – я усмехнулась сама себе. – «Очевидно, что у этой компании есть серьёзные разногласия с Оливией. Они не особо считаются с её авторитетом, потому и не боятся дружить со мной. Интересно, была ли Брайт в раздевалке, когда эти балбесы свалились туда?» – от этой мысли мне стало смешно. – «Если они видели её голой, то такого позора герцогиня никогда им не простит. Потому парням нет большой разницы, будут они дружить со мной или нет. Хуже уже не будет. Но какой мне прок от этой дружбы, кроме того, что они делают мою жизнь в академии, разнообразнее? Пытаться расколоть класс и возглавить оппозицию действующей старосте, у меня и мыслей не было. Зачем? Мои задачи совсем другие. Хотя сама мысль весьма интересная. Завернуть что-то подобное, вероятно, будет довольно весело».

Глава 14: Невидимка

Покидая столовую, я ещё раз попыталась найти взглядом ди Минкасье, но Серж уже ушёл. Джесика Винер тоже исчезла. Мне на глаза попалась только Оливия и её подружки. Герцогиня проводила меня мрачным взглядом, а я улыбнулась ей в ответ.

«Думаешь, я отводить глаза буду? Не угадала. Я тебя ни капли не боюсь. Смотри на меня, сколько влезет. Только не лопни от злости. А то я переживаю за тебя».

В прекрасном настроении я вышла в парк. Немного беспокоил вес съеденного обеда в животе. Мне приятнее было чувствовать себя лёгкой. Но ничего не поделаешь. Такова плата за то, чтобы притворяться человеком.

«Жаль только, что вполне добротная еда расходуется впустую. Я бы лучше какого-нибудь пёсика покормила или кошечку. Интересно, а нельзя ли забирать обед с собой под предлогом, что я съем это всё немного погодя?»

Следующим уроком было практическое зелье-варенье. Преподавала его Милирина Вильер, женщина примерно сорокапятилетнего возраста, в строгом чёрном платье до пола, и с волосами серо-голубого цвета, свитыми в пышные локоны. Проходили занятия в специально оборудованной мастерской, где было множество различного алхимического оборудования. Честно говоря, у меня просто глаза разбежались от обилия странных и совершенно незнакомых предметов.

«Моя специализация ударная, боевая магия. Какими-либо ремёслами я никогда не занималась и всегда была далека от алхимии. Хотя простые, основные составы смогу смешать даже я. Но нельзя же всё время полагаться на магию. Однажды её может просто не хватить. Тем более что я имею склонность к использованию заклинаний божественного, легендарного, запрещённого и недопустимого классов. Потому моих и так не слишком-то больших сил хватает лишь на один или два удара. И всё. Я остаюсь полностью без магии, совершенно беспомощная и беззащитная», – грустно вздохнув, я вспомнила сейчас, почему-то зубы виверны, и невольно поёжилась, как от холода. – «Хорошо. Вероятно, мне будет крайне полезно в совершенстве освоить зелье-варенье».

Я загорелась этой идеей. Но учительница, всю первую часть урока, долго и нудно рассказывала нам об особенностях приготовления сложных составов, которые в обычной жизни применяются крайне редко. Под её монотонную речь Кристина опять начала засыпать и мне, вместо того, чтобы внимательно слушать учителя, пришлось то и дело тормошить соседку, чтобы не дать ей выспаться во время уроков. Наконец лекция закончилась и нам предложили разбиться на пары, чтобы самостоятельно приготовить какой-нибудь эликсир. Естественно, я оказалась в паре с Отис.

– Что приготовим? – спросила я Кристину.

– Давай посмотрим, какие ингредиенты есть. Потом решим, – предложила она.

Класс наполнился множеством голосов. Все обсуждали, что они будут готовить. Кое-где разгорелись споры. Практически все покинули свои места, сосредоточившись на выборе материалов для своих зелий. Мы тоже направились к столу, но в этот момент меня привлёк какой-то шум сбоку. Я остановила Кристину, схватив её за платье. Слева от нас барон Орифлам ди Бешамон выговаривал учительнице, указывая на Милу Листвард.

– Госпожа Милирина, я не буду с ней заниматься. Вы не можете заставлять учеников объединяться в пары с одноклассниками, испытывающими друг к другу личную неприязнь. Это абсолютно не правильно и вредит образовательному процессу.

Мила стояла, покорно склонив голову, сцепив пальцы опущенных рук, и смотрела в пол.

– Какая между вами может быть личная неприязнь? – учительница покачала головой. – Леди Листвард, разве вы испытываете к ди Бешамону неприязнь?

– Нет, – Мила качнула головой. – Но если позволите, я буду заниматься одна.

– Госпожа Милирина, пожалуйста, можно мы заберём Милу себе? – вмешалась я.

Учительница недоумённо посмотрела на нас с Отис. Мила тоже подняла глаза, и её взгляд выразил растерянность. Орифлам нахмурился. Все остальные ученики в классе притихли.

– Я сегодня второй день как приступила к занятиям, – продолжала я. – Наверное, сейчас Кристине от меня будет мало помощи. Пускай девочки занимаются вдвоем, а я у них поучусь. Ну, или могу помочь барону Бешамону.

– Не нужна мне ничья помощь. Вы будете только мешать, – Орифлам отмахнулся, – Я прекрасно справлюсь один, и это будет только моя заслуга.

– Поступайте, как хотите, – учительница развела руками.

Барон смерил нас презрительным взглядом и направился прочь. Я схватила Милу за руку и потянула за собой.

– Девочки, спасибо вам, конечно, но не стоит так меня опекать, – тихо сказала Листвард, когда мы отошли к столу с ингредиентами. – Это чревато тем, что у вас самих могут быть из-за меня проблемы с другими учениками.

– Да, Алиса! – Кристина вздохнула и покачала головой. – Мила, прости, что говорю это в твоём присутствии. Ты знаешь, что я никогда не была против тебя, никогда не делала тебе зла и никак тебя не обижала. Но я хочу, чтобы моя жизнь в академии протекала мирно и спокойно. Мне не нужно каких-либо бед на свою голову, и косых взглядов одноклассников за спиной. Тем более от Оливии. Алиса, прошу, не втягивай меня в назревающий конфликт. Что я буду делать, если на меня ополчится весь класс? Ты действуешь безрассудно и тянешь меня за собой. Мне страшно…

– Прости, Кристина, – я виновато улыбнулась. – Я сделаю всё возможное, чтобы мои проблемы тебя не коснулись. Постараемся как-то разделить нашу дружбу и мои взаимоотношения с другими людьми.

– Думаешь, такое возможно?

– Будем стараться. Сейчас давайте сосредоточимся на задании и решим, что мы будем готовить.

– Давайте восстанавливающий эликсир, – Кристина пожала плечами. – Состав у него не сложный. Маловероятно, что мы потерпим неудачу, и у нас выйдет что-то не то.

– Если хотим получить хорошую оценку, то лучше попытаться сварить зелье зачарования, – Мила окинула взглядом стол. – Все необходимые ингредиенты здесь есть.

– А у тебя оно хорошо получается? – Кристина с сомнением покосилась на Листвард.

– Не знаю. Но давайте постараемся, – Мила осторожно улыбнулась, словно сомневаясь, можно ли ей вообще улыбаться, когда речь идёт о таких серьёзных вещах, как наши оценки.

– Мне кажется, лучше не рисковать, – Отис покачала головой и посмотрела на меня, словно ожидая моего решения, а за ней и Листвард повернулась ко мне, с таким же вопросительным выражение лица.

«Девочки!», – я мысленно усмехнулась. – «Вы меня лидером, что ли выбрали? Теперь я должна решать, как мы поступим?»

– Как понимаю, вы обе не сильны в зелье-варении? – спросила я, улыбаясь.

– Увы, – Кристина развела руками.

– У меня иногда хорошо получается, – Мила виновато склонила голову. – Жаль, что бывает это не слишком часто.

– Понятно, – я осмотрела стол и задумалась.

«Знаю я несколько рецептов, которые применяла сотни раз. Но здесь нет некоторых материалов. Хотя для парочки зелий есть всё необходимое. Правда одно из них может приготовить любой ребёнок, и хорошей оценки мы за него не получим. А другое зелье проблемное. В условиях урока его не сварить. Нужно провернуть определённый трюк. Зато состав у него тоже, до смешного, простой».

– Госпожа Вильер! – я вскинула руку, пытаясь привлечь внимание учительницы. – Можно вопрос?

– Алиса Лиседж, я вас слушаю. Что вы хотели?

– Простите. А мы можем использовать магию для приготовления зелий?

Было видно, что все ученики в классе бросили свою работу и начали поворачиваться в мою сторону. Послышались смешки и удивлённые возгласы.

– Чего? – изумлённо прошептала Кристина. – Это как?

– Баронесса, – Милирина улыбнулась. Было видно, что и она не ожидала подобного вопроса. – А вы владеете рецептом, который требует для приготовления использование магических сил?

– Можно и без магии, конечно, – я пожала плечами. – Но с ней будет проще и быстрее. Иначе, обычным способом, нам просто не хватит времени, чтобы сварить мой рецепт.

– Понятно. Мы такое ещё не проходили. Но если вы уверены в своих силах, будет интересно посмотреть на ваши умения. Я разрешаю снять браслеты вам и, если это необходимо, то свои браслеты могут снять Отис и Листвард.

– Благодарю.

– Мне придётся наблюдать за вашей работой, – сказала учительница.

– Хорошо, – я повернулась к девочкам. – Давайте начинать.

– Алиса, что ты задумала? – Кристина покачала головой. – Что мы будем делать, если у нас ничего не получится?

– Всё будет хорошо, – успокоила я её. – Эту смесь я уже делала не раз. И рецепт там довольно простой. Нужно лишь знать один небольшой секрет.

Мы набрали необходимые ингредиенты и вернулись за свой стол. Учительница встала рядом на небольшом отдалении. Остальных учеников она разогнала по своим рабочим местам. Иначе все одноклассники толпились бы возле нас, пытаясь понять, что мы задумали, и урок был бы сорван. Поскольку мои подруги не знали рецепта, мне пришлось руководить ими и следить за тем, чтобы всё делалось правильно. В непосредственной готовке я участия не принимала. Вскоре состав был готов. У нас ушло на него минут десять.

– Хорошо, – я кивнула. – Теперь самое интересное. Мила, сожми горшочек ладошками с боков. Кристина, сожми тоже, поверх рук Листвард. Сильно давить не нужно. Просто держите так, как будто не хотите, чтобы он убежал от вас.

Обе девушки повиновались. Я положила свои ладони им на спины в основании шей.

«У Кристины слишком выпирают косточки позвоночника», – подумала я про себя мимоходом. – «Похоже, она излишне сутулится. Надо будет не забыть сказать ей об этом. А вот у Милы шейка более мягкая и гладкая. Кроме того, кажется, Листвард значительно теплее, чем Отис. И обе они очень вкусно пахнут».

– Сейчас закройте глаза и расслабьтесь, – сказала я вслух. – Дышите ровно, спокойно. Ни о чём не волнуйтесь. Но постарайтесь не уснуть. Кристина, это тебя касается.

Обе девочки невольно улыбнулись, стоя с закрытыми глазами. Было видно, что все остальные ученики бросили работу и смотрят на нас, не отрываясь.

– Баронесса Лиседж, пожалуйста, объясните, что вы сейчас делаете, – попросила учительница.

– Сейчас будет применяться магия, ускоряющая процесс, – сказала я, не поворачивая головы. – То, что должно было готовиться в течение месяца, мы приготовим за несколько мгновений. Для того чтобы сделать это, потребуются магические силы нас троих.

– Понятно, – Вильер кивнула.

«На самом деле это ложь. Я использую девочек, чтобы скрыть свои магические возможности от остальных. Не знаю, смогу ли я обмануть преподавателя. Но, ведь не узнаю, пока не попробую. Если не получится, просто извинюсь и скажу, что пошутила».

– Девочки, повторяйте за мной, не открывая глаз до конца заклинания, – я на секунду замолчала и продолжила тихо и медленно. – «Акселере лю просесъю сэс фа». «Стабилизасъён дя лю люмье».

Пока девочки произносили слова, я задействовала собственное заклинание, используя их тела как проводник для магии. Для этого мне ничего не требовалось. Даже выражение моего лица не изменилось ни на секунду, а моя магия оказалась скрыта в потоке магии девочек. Последовала яркая вспышка света, ослепившая всех учеников и учительницу, смотревших на наш горшочек, словно в ожидании чуда, как заворожённые. Все отшатнулись. Наверное, подумали, что горшочек взорвался. Последовало множество возмущённых криков. Кто-то даже что-то уронил. Кристина и Мила вздрогнули и открыли глаза. Но сияние уже пропало. Милирина немного запоздало заслонила глаза ладонью.

– Что это было?! – спросила она возмущённо, зажмурившись и достав розовый платочек.

– Простите, – я изобразила смущение. – Сама не ожидала, что будет так ярко. Эликсир готов. Можно попробовать, – я посмотрела на своих подруг. – Кристина, Мила, не хотите испытать его на вкус? Должно было получиться что-то напоминающее сладкий компот из винограда и персика.

Учительница всё ещё тёрла глаза. Кристина с сомнением заглянула в горшочек, посмотрела на меня странным взглядом и помотала головой.

– Прости, Алиса, я, пожалуй, воздержусь.

– Ладно, – я улыбнулась и повернулась к Листвард. – А ты, Мила?

– Ты уверена? – девушка приподняла горшочек и осторожно понюхала.

– Конечно, – я усмехнулась. – Ручаюсь го…

Я не договорила. Мила поднесла горшочек к губам и, закрыв глаза, сделала глоток.

– Стойте! – спохватилась Вильер. – Вы что делаете?!

В это мгновение Мила исчезла. Секунду в классе висела гробовая тишина. Было слышно, как где-то во втором ряду, на парту упал карандаш и покатился по столешнице.

– Боже! Что произошло?! – ошарашенно пробормотала учительница. В то же мгновение, все остальные словно очнулись от паралича. Ученики закричали, толкая и перебивая друг друга, размахивая руками.

– Куда она делась?! Что это было?! Ты видел?! Кто-нибудь, объясните, что происходит! Как это?!

– Алиса Лиседж! – Милирина смотрела на меня круглыми от удивления глазами, и я заметила, что у неё дрожат руки. – Где Мила Листвард?! Что вы сделали с ней?!

– Всё хорошо, – я улыбнулась. – Она прямо здесь. Если у вас есть магия обнаружения, задействуйте её, и вы увидите Милу. Ну, или вытяните руку и коснётесь её.

– Вы…! Вы…! – учительнице, казалось, не хватает воздуха для того, чтобы произнести фразу, которую она собиралась сказать, – Алиса! Вы хотите сказать…, – голос Вильер внезапно сорвался фальцетом. – Вы сделали зелье невидимости?!

– Что?! – удивился кто-то из учеников. – Это же сказка. Его не существует!

– Существовало, – возразил Алфред Гимени. – Просто рецепт давно утерян.

– И хочешь сказать, Алиса его знает?! – восхитился Марк Кунасье.

На меня уставилось множество испуганных, восторженных и удивлённых глаз.

– Давайте сожжём ведьму! – внезапно предложил Аванис со смехом, и по рядам покатился хохот. Причём хохот, по большей части, нервный. Учительница оглянулась на класс и снова повернулась ко мне.

– Вы, правда, знаете такой рецепт, Алиса?

– Нет, конечно, – я покачала головой, улыбаясь. – Это эликсир иллюзии, а не невидимости, – я повернулась к Отис. – Кристина, ты же видишь Милу?

– Конечно, – девушка кивнула. – Отлично вижу и совершенно не понимаю, что сейчас происходит. Почему остальные не видят её?

– Мы касались друг друга руками, когда начало действовать заклятие, – объяснила я. – Поэтому на нас оно не повлияло. Остальные в классе сейчас под его действием и Милу увидеть не могут. Она не стала невидимой на самом деле. Просто сознание людей, находящихся в этой комнате, её не воспринимает. Это, так называемое, наваждение.

– Понятно, – Милирина кивнула. – Я слышала об этом эликсире. Но никогда не видела ни его самого, ни его воздействия. Насколько знаю, ингредиенты для него безумно дорогие, а область применения слишком ограничена. И я не понимаю… Алиса Лиседж! Как вы смогли приготовить его в нашей лаборатории?! Где вы взяли всё необходимое?

– Все ингредиенты были у вас на столе, – я пожала плечами. – А безумно дорогой только цветок иллюзорного лимонника. Его практически невозможно достать ни за какие деньги даже на чёрном рынке. Но у вас он свободно лежал в куче зелени, среди соцветий Морайской мяты. Я даже удивилась, про себя, подумав, что академия безумно богата, раз предоставляет ученикам столь редкостные артефакты для их экспериментов.

– Это было у нас на столе? – учительница испуганно покосилась на выложенные ингредиенты. Кто-то из учеников присвистнул. Кто-то глупо хохотнул. А кто-то со вздохом произнёс: – Вот это да!

– Алиса! Раз ты знала, что цветок такой дорогой, зачем мы потратили его на столь нелепый эликсир? – спросила Кристина с замиранием в голосе.

– Действительно! – Орифлам покачал головой. – Могли бы озолотиться.

– Проклятье! Поверить не могу! Женщины такие глупые создания! – Алистер Бикмарк чертыхнулся.

– Можно подумать, ты умнее! – тотчас возмутилась Анжела Пенэр. – Цветок свободно лежал на столе. Почему ты его себе не забрал? Алиса с подружками подошла туда последней.

– Откуда мне было знать, что это такое?! – возмутился Алистер.

– Вот не знаешь и молчи в тряпочку! Сам умом не особо блещешь!

– Так! Не ссорьтесь! – одёрнула их учительница.

– Простите, – я развела руками. – Я и представить не могла, что цветок случайно попал в ингредиенты. Я здесь второй день и думала, что это обычное дело.

«На самом деле никакого цветка иллюзорного лимонника там не было. Я магией навязала свойства одного растения другому. Я могу сделать это на весьма короткое время. Но одноклассникам лучше об этом не знать. Хотя бы потому, что они никогда не видели иллюзорного лимонника, а я много раз лично держала его в руках. Сейчас страшно вспомнить за какими только невероятно редкими артефактами приходилось странствовать мне по свету. В моих руках бывали вещи, существующие в мире в единичном экземпляре, и многие люди считают их сказочными. Только закончилось всё это тем, что меня, однажды, съела виверна».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.