Наталия Романова
Фенёк

Глава 1

Сергей перезагрузил страницу, письма с отчётом не было. Стремительно встал, одновременно набрал номер телефона, услышал очередное: «Абонент вне зоны действия сети», и пошёл в сторону двери с надписью «Бухгалтерия».

Несколько столов, стеллажи с документацией и оргтехника встретили его.

– Здравствуйте, – обратился он к единственной сидящей девушке, которая от неожиданности подпрыгнула на месте и смотрела во все глаза на внезапно нагрянувшее начальство. – А где Маргарита Петровна?

– Она ушла, – голос девушки звучал раздражающе тихо.

– Что значит «ушла»?

– Короткий день, – Сергею пришлось напрячься, чтобы услышать почти шёпот.

– Отлично. – Он качнулся с пяток на носки и обратно.

– Я могу позвонить, – неизвестная девица в этот раз громче пропищала, Сергею даже не пришлось напрягать слух.

– Позвонить я и сам могу… – он вопросительно посмотрел на подскочившую со стула, будто ей припекло зад.

– Ксюша, – сообразила она представится.

– Ксения, очень хорошо, – машинально ответил Сергей. Больше его интересовало, какого чёрта Маргарита, свет, Петровна ушла домой, не отправив ему отчёт.

– Аксинья.

– Ещё лучше, – буркнул Сергей, никак не отреагировав на замечание. Аксинья, так Аксинья.

Набрал очередной раз знакомый номер, с облегчением услышал длинные гудки.

– Маргарита Петровна, – гаркнул он в трубку, – что значит «отправила»? Нет, не отправила, Марго! Ну, думай-думай, мне надо сейчас… В бухгалтерии, конечно. Здесь? – он посмотрела на девушку. – Аксинья здесь есть. Да, да, даю, – он протянул трубку вжавшейся в кресло Аксинье и вопросительно посмотрел на неё. – Трубку возьми, – с трудом удалось сдержать рвущееся раздражение.

Ксюша взяла трубку и на удивление бодро стала отвечать своей непосредственной руководительнице, потом быстро встала, бочком протиснулась между Сергеем и стеной, чтобы выбраться из-за стола, обдав лёгким ароматов парфюма.

Он невольно повернул голову вслед. Пока девушка шла к ноутбуку Маргариты Петровны, Сергей успел оглядеть Аксинью с ног до головы, оценивая.

Она была невысокой, худой, пожалуй, даже слишком худой, тем не менее, попка смотрелась кругленькой и, возможно, даже заманчивой, будь она размера на два-три больше. Стройные ноги в обуви, немного сношенной, на плоском каблуке. Окончательно портила вид юбка-годе, не по росту, заканчивающаяся на середине колена. Длина «ни два – ни полтора», делала невысокую Ксюшу еще более низкой, и укорачивала ноги.

«Зато попка явно выигрывает», – подумал Сергей, скорей автоматически.

– Я могу распечатать, а могу отправить на почту, – произнесла Аксинья, повернувшись к Сергею.

– Что? – Сергей в это время витал в облаках, отвлекшись на выигрышную попку сотрудницы.

– Могу напечатать отчёт или отправить?

– Печатай.

– Это долго, – предупредила Ксюша.

– Ты куда-то спешишь? – он демонстративно выдвинул стул и сел.

– Нет.

Рабочий день был закончен, и все разошлись. Сергей понимал, что он задерживает Ксюшу, но ему нужен был отчёт, нужен был еще пару часов назад, так что, как бухгалтер, она должна остаться и сделать то, что не сделала Маргарита.

В итоге, Сергей освободился сам и отпустил Ксюшу в районе восьми вечера, напоследок предложив подвезти домой.

– Я на машине, спасибо.

– Отлично, до встречи, Аксинья, – ухмыльнулся он и, развернувшись, сел в свой далеко не бюджетный автомобиль.

На выезде он кинул взгляд на маленький Пежо-107 и завораживающе тонкий профиль Аксиньи в нём. В полумраке салона она смотрелась куклой тонкой работы, фарфоровой, под заказ. Эксклюзивной.

Глава 2

Квартира встретила тишиной, но буквально через несколько минут, пока Сергей пристраивал пальто на вешалку и разувался, прибежала дочка – семилетняя Юля, и потряхивая сложно сконструированной причёской из резинок и хвостиков, с ходу начала рассказывать о прошедшем дне в школе. Юля была первоклассницей, еще восторженной, получающей в тетрадки штампики вместо оценок.

– Где Илья? – спросил он, поднимая дочку.

– Еще в школе, – Сергей посмотрел на часы.

– А мама?

– Спит, – прошептала дочка. – Ой, я громко говорила, – прикрыла она рот ладошками, чтобы тут же продолжить, так же громко: – Мы ходили в парк, смотри, что принесли! – вывернулась и побежала в комнату, вернулась с пучком свежей газонной травы. – Это Хоме!

– Хома, я надеюсь, рад, – улыбнулся Сергей.

– Не очень-то, – пожала плечами Юля, – зато почки на деревьях, знаешь, как пахнут?! И они липкие, даже пальцы потом липкие! И птиц много-много.

– Очень интересно, я пойду, маму разбужу, хорошо?

– Хорошо, – согласно улыбнулась Юля.

В спальне был полумрак, единственный источник света – маленький ночник.

– Марина, – Сергей нагнулся, поцеловал спящую, – Мариша, уже девять вечера, что ночью делать будешь?

– Спать, – Марина недовольно потянула на себя одеяло.

– Вставай, вставай, – начал шутливо щекотать по рёбрам, – вставай, муж пришёл с работы, хочет есть, Илья сейчас придёт, надо встать.

– А муж сам поесть не может? – недовольно буркнула Марина.

– Может, но хочет, чтобы его накормила жена.

– Отлично…

Она, наконец-то встала, запахнула халат и собрала волосы. Было непонятно, насколько она на самом деле недовольна. Главное, что встала и отправилась на кухню, разогревать ужин, пока Сергей звонил сыну.

– Где тебя носит? – он намеренно опустил приветствие. – Какая библиотека, парень… Слышать ничего не желаю, через полчаса, чтобы был дома. Всё. Всё. Я сказал всё!

Марина суетилась на кухне, пока Сергей переодевался в домашнее.

– Помочь?

– Нет, не надо, – отмахнулась Марина.

– Как прошёл день? – поинтересовался он, внимательно всматриваясь в лицо жены.

– Гуляли в парке после уроков.

– Отлично, – он искренне улыбнулся.

– Устала только, – скисла Марина.

– Тебе надо гулять, Марин, – напомнил он.

– Знаю, – она кивнула, отвела взгляд.

– Ты оплатила счета? – спросил он, заранее зная ответ.

– Ой, – Марина широко распахнула глаза, глядя на Сергея. – Забыла.

– Ничего, не расстраивайся только, ладно? Я завтра заскочу, – попытался он приободрить Марину.

– Забыла… Я забыла, даже не подумала, – сжалась та в ответ.

– Ты же не дом советов – всё помнить.

– Я сегодня забыла, сколько уроков у Юли. Пошла на всякий случай к четвёртому, оказалось, что пять, – почти всхлипнула Марина.

– Молодец, – тут же отреагировал Сергей.

– Молодец, что забыла? – горько усмехнулась жена.

– Молодец, что сообразила пойти к четвёртому, – он смотрел, как Марина понуро опустила плечи, бормоча себе под нос, стала ставить тарелки на круглый стол.

– Илья пришёл? – обратилась она к Сергею, словно вынырнув из забытья.

– Идёт, – пообещал он.

В это мгновение щёлкнул замок в прихожей, и раздалось громогласное:

– Мам, пам, я пришёл!

Сергей встал из-за стола, на ходу поцеловал жену, невольно сморщилась от того, что она отпрянула. Снова. Снова. И снова. Как всегда, в последнее время особенно.

– Где был? – уставился он на сына.

– Там дела… – неопределённо ответил тот.

– Чтобы больше я не видел Юлю дома одну, мы говорили об этом, – прошипел недовольно Сергей, буравя взглядом отпрыска, решившего, что ему виднее, где и когда ему находиться.

– Она с мамой была, – ожидаемо огрызнулся Илья.

– Мама спала, ты знаешь, что она спит в это время, и Юлька предоставлена сама себе. Что бы больше это не повторялось, я ясно объясняю?!

– У меня теперь своей жизни быть не может?! – взвился, почти взорвался Илья.

– Может, в дни, когда дома бабушка, в остальное время – нет, – отрубил Сергей. – Мы не будем больше говорить на эту тему, надеюсь, ты меня понял.

– Это так… – Илья сморщился, как при виде манной каши с комочками в детстве.

– Знаю… – вздохнул Сергей, понимающе похлопал сына по плечу.

Они поужинали под щебетание Юли, та слыла невероятной болтушкой, общительной и веселой. Светленькая головка крутилась во все стороны, а рот не закрывался.

– Юля, не забывай есть, – попросил Сергей, глядя на дочку.

Она была белёсой блондинкой, такой, каким когда-то был Илья и сам Сергей. Со временем они «меняли масть», становились русоволосыми, то же самое ждёт Юлю.

Перед сном, бегло проверив уроки у старшего и у дочки, Сергей нашёл время, чтобы в тишине просмотреть отчёт, делая необходимые ему пометки и записи.

– Мариш, спишь? – спросил он, заходя в спальню.

– Нет, – прошептала та в ответ.

– Волнуешься? – Сергей сел на кровать, погладил тёплую ладонь жены.

– Да…

– Всё будет хорошо, я обещаю, – сказал он, как можно более уверенно.

– Откуда ты можешь знать? – тяжело вздохнула Марина.

– Знаю. Давай спать, завтра рано вставать.

– Давай, – Марина улеглась на свою половину широкой кровати, ворочалась там и вздыхала, пока Сергей не прижал её к себе.

– Так же лучше.

– Лучше, – согласилась она.

– Теперь спи.

Глава 3

Ранним утром, когда дети спали, приехала тёща. Открыв квартиру своим ключом, она тихо готовила завтрак.

– Доброе утро, – проговорил полусонный Сергей, наблюдающий уже привычную картину – Мария Антоновна, пышных форм, в домашнем платье, хозяйничает у них дома, как у себя.

– Как ты? – она обеспокоенно посмотрела на зятя.

– Отлично, отлично, – улыбнулся Сергей, надеясь, что не слишком натянуто.

– Ой, Серёжа, я так беспокоюсь, – хрипло проговорила Мария Антоновна, борясь со слезами.

– Я тоже, но должно же помочь, да и выглядеть она стала лучше, чувствовать себя тоже, вот отменят лекарства, тогда и…

– Твои слова, Серёженька, да богу в уши.

Марина собралась быстро, Сергей окинул взглядом жену. За последнее время она набрала лишние килограммы, но это не портило её, напротив. Русые волосы были собраны в низкий хвост, тёмное платье из плотного трикотажа шло ей, как и небольшое количество косметики. Он улыбнулся, глядя на почти ту же женщину, что любил все годы своего брака…

– Ничего не забыла? – показал он глазами на сумку.

– Нет.

– Проверим? На всякий случай.

– Проверяй…

Палата клиники в Москве была просторной и светлой. С двумя окнами, небольшим холодильником и кроватью для родственника. Они могли бы обойтись и палатой попроще, а то и вовсе без. Обследование занимало несколько часов, но Марина быстро уставала, дорога до столицы, хоть и была недолгой, но утомляла, даже выматывала её.

Зная это, Сергей предпочитал, чтобы Марина имела возможность отдохнуть до обследования и после, перед дорогой. Государственная клиника с радостью предоставляла платные услуги в любое удобное для пациентов время, и Сергей пользовался этим.

Они слушали заключение уже знакомого врача в кабинет, где не один раз бывал Сергей, и не один раз слышал эти аккуратно подобранные слова, которые не становятся от этого мягче или милосерднее.

– Что значит «оказалось недостаточно эффективно»? – нахмурился Сергей, буравя взглядом доктора наук.

– Новообразование, как вы видите, увеличилось.

Врач провёл белой указкой по светлому пятну на одном из кипы снимков и изображений, под разными углами, сделанными с контрастом и без, сейчас и полгода назад, и тому полгода…

– Это я вижу, но мы принимали все эти… – Сергей покосился на бледную, готовую заплакать жену, и вопросительно посмотрел на доктора, изо всех сил гася раздражение.

– Вероятней всего, если бы не консервативное лечение, опухоль выросла бы больше, мы не остановили, но приостановили её рост, а это положительная динамика. Думаю, верным решением будет, через пару месяцев, продолжить терапию…

– У меня желудок уже болит, и… – вмешалась Марина.

– Мариша, – Сергей спокойно посмотрел на жену, – мы записались с тобой к гастроэнтерологу, помнишь? Сейчас пойдём, думаю, он что-нибудь придумает. – Он говорил, как с ребенком, быстро глянув на эскулапа, сухо смотрящего на пару перед ним.

– Всё верно, Эльдар Самойлович – один из ведущих специалистов, уверен, он «придумает что-нибудь».

– Марина, иди, займи очередь, – сказал Сергей, зная, что никакой очереди перед кабинетом Эльдара Самойловича не будет, а если и будет, можно и подождать. – Я догоню.

Марина озадачено посмотрела на мужа, но не стала спорить. Вежливо попрощавшись, она вышла.

– Послушайте, я всё понимаю, но должен же быть выход, – другим тоном, срывающимся, заговорил Сергей. – Какие пару месяцев? Снова это принимать? Она себя порой не помнит, спит целыми днями. Я заставляю её ходить, двигаться, но… Она встречает семилетнюю дочь из школы, но, на самом деле, это ребёнок её приводит домой, а не наоборот. Эту дрянь удаляют, и люди живут долго и счастливо!

– Сергей Павлович, мы уже не раз возвращались к этому вопросу. К сожалению, в случае с вашей супругой это невозможно. – врач обреченно развел руками.

После доктор наук, снова и снова, с деликатной терпеливостью объяснял, почему именно его жене невозможно сделать операцию, почему именно он и его дети вынуждены смотреть, как медленно угасает их любимый и родной человек. Не мог он ответить на один вопрос – почему именно с ней, с ними всеми.

– Послушайте, – наконец произнёс врач, – я консультировался по вашему случаю с коллегами, не один раз, мы обсуждали с вами. Есть одна клиника в Германии, они готовы рассмотреть вариант оперативного вмешательства, но вы должны отдавать себе отчёт, что это не панацея, и никто не даст и сотой доли гарантии, что операция увенчается успехом. Скорее наоборот, но так вы сохраните жизнь вашей супруге, вот только качество этой жизни…

– Вы бы как поступили с вашим родным человеком?

– Знаете, я всегда руководствуюсь, в первую очередь, интересами пациента, и когда я задаю себе подобный вопрос, понимаю, что, скорее всего, со своим родным я бы поступил так же – попытался сохранить жизнь. Сейчас я могу переслать полный комплект обследований вашей супруги в клинику и связаться с вами сразу, как получу ответ. Также вы сами можете этим заняться, я дам координаты. Вы же уже занимали подобным…

– Да, спасибо.

Сергей занимался, неоднократно, получал один и тот же ответ. Не надеялся он и сейчас, взял координаты и вышел из кабинета, предварительно договорившись о времени следующего визита.

На обратном пути, после того, как Марина поспала в палате повышенной комфортности, Сергей травил анекдоты из юности или рабочие байки, отвлекая жену.

– Не говори никому, – раздалось тихое-тихое, как гром среди ясного неба, Марины.

– Что именно? – якобы не понял Сергей, что и кому он не должен рассказывать.

– Что не помогло, – Марина опустила голову, было видно, что слёзы потекли у неё по щекам.

– Марин, всё равно станет известно, позже…

– Ну и что, сейчас не говори. Пусть мама спокойно на море с Юлькой съездит, а Илья в лагерь свой, он давно ждал… Не хочу, чтобы они знали, пока, хотя бы.

– Как скажешь, Мариша.

Всхлип, ещё, ещё, и ещё, снова и снова, пока автомобиль под управлением Сергея перестраивался в правый ряд, чтобы остановиться прямо под знаком «остановка запрещена».

– Я устала, Серёжа, я так устала, – Марина плакала, размазывая тушь и помаду по лицу, хватаясь за рубашку мужа, оставляя на ней следы косметики.

– Всё будет хорошо, всё будет хорошо, самое тёмное время перед рассветом, – уговаривал он то ли её, то ли себя.

Боролся с собственными слезами, которые раздирали глаза песком. Но не позволишь себе, не заплачешь, не закричишь в отчаянии, проклиная этот мир.

Они вернулись домой поздно ночью, после прогулки в новом тематическом парке, куда неожиданно свернул Сергей, чем вызвал лёгкую, но улыбку Марины, ужина в шикарном ресторане и даже поцелуя, который, впрочем, Сергей это знал наверняка, ничем не закончится, так и повиснет в воздухе дразнящим ярким пятном.

Сергей сказал Марии Антоновне, что опухоль не увеличилась, а, скорее всего, после повторения курса, уменьшится, то же самое он сказал Илье, обманывая сына, что его мать, пусть нескоро, но поправится. Юля ещё мало что понимала, ей он пообещал, что на следующее лето они поедут на море всей семьёй. Обязательно поедут.

Глава 4

Весна проскочила, как один миг. В первый, отнюдь не тёплый день лета, Сергей шёл по парковке, кинув уже ставший привычным взгляд на маленький Пежо.

Эта небольшая и немного нелепая машинка вызывала в Сергее интерес, как и её хозяйка. Не острый, Сергей не планировал переносить свой интерес на другой уровень, но явный.

Он встречал Ксюшу, когда заходил в бухгалтерию, или с утра они, по случайности, часто оказывались в одном лифте.

В общем-то, в Аксинье не было ничего, за что возможно зацепиться взгляду мужчины. Она была славной девушкой, хорошенькой молодой женщиной, не без очарования, но определённо «на любителя», коим Сергей не являлся. Слишком худая на его вкус, не яркая и не броская молодостью или дерзостью. Она не казалась уверенной в себе или слегка высокомерной.

Но главное – она была худой. Сергей любил женщин сочных, что называется, аппетитных, а если уж и худеньких, то по причине юности, когда ещё грех обрастать жирком. Аксинья же, хоть и производила впечатление совсем молоденькой девушки, была явно старше возраста «юности беспечной», двадцать восемь-тридцать – при последующей встрече прикинул Сергей, и ошибся на пару лет.

Аксинье было тридцать два года. После окончания института, она жила и работала в Москве. В этом году перебралась на малую родину и устроилась в их контору помощником бухгалтера, с изрядным понижением, но найти работу в их городке было дело непростым.

По какой причине Ксюша вернулась в родной город, в личном деле указано не было.

– Так-с, дружный коллектив бухгалтерии готов к празднованию дня рождения непосредственного руководителя, незаменимой Маргариты Петровны? – пропел Сергей, заходя в кабинет, неся огромный букет «от компании» и такой же «от себя лично дорогой Марго».

– Спасибо, конечно, – ответила в тон Маргарита Петровна, которая была старше Сергея на семь лет, выглядела на удивление подтянуто, моложе своего начальства.

Они были дружны едва ли не со школьной скамьи. Если Маргарита еще помнила времена, когда их родители не дружили, то сам Сергей их не помнил.

В лихие года, когда весь мир, казалось, сошёл с ума, Сергей позвал к себе работать Марго, имеющую лишь смутное представление о бухгалтерском учёте, но твёрдо намеревающуюся, во что бы то ни стало, освоить эту науку и поднять на ноги двоих детей, доставшихся ей от непутёвого мужа, который умудрился бросить жену не только со своими детьми от первого брака, но и беременную его же ребенком.

С тех пор Сергей и Марго знали взлёты и падения друг друга, были поверенными в казалось бы интимных делах, всегда служили поддержкой, готовой подставить плечо или жилетку для слёз.

Жилетку чаще подставлял Сергей. Маргарита была женщиной влюбчивой, и не раз за свою жизнь обжигалась, пока не остановилась на, казалось бы, незавидном варианте – сантехнике ЖЭКа, но была этим счастлива. Не уставая повторять, что её Василий – мужчина с большой буквы.

Профессионально Марго достигла огромных высот. Сергей был откровенно рад, что когда-то давно протянул руку помощи Маргарите Петровне.

– Отлично, отлично! Девочки, кучненько, собираемся, подтягиваемся… – веселым голосом зазывал Сергей к импровизированному столу бухгалтерию.

«Девочки», от пятидесяти до восемнадцати лет усаживались, смеясь и переговариваясь.

Последней подошла Ксюша. В узкой юбке до середины бедра, туфлях на высоком каблуке и шёлковой блузке, она была не похожа на самою себя… Волосы же, крупными локонами спадавшие по плечам, добавляли «изюма» в образ. Свободное место осталось одно, «девочки» интуитивно держались подальше от начальства, Аксинье пришлось устроится рядом с Сергеем.

После дежурных речей и поздравлений, когда все перекусили и стали собираться домой, Сергей нагнулся к Аксинье, чей запах парфюма дразнил мужчину всё время, пока он сидел рядом.

– Почему ты не пьёшь, Аксинья?

– Я за рулём.

– Есть такси.

– Предпочитаю на своей машине.

– А на моей?

– Простите?

– Моя машина тебя не устроит в качестве такси?

– Спасибо, – Ксюша подняла глаза и на мгновение встретилась со взглядом Сергея, так, что он успел рассмотреть янтарные вкрапления в тёмно-зелёном, – но вы тоже пьёте, Сергей Павлович, – Сергей поморщился от «Павлович», – так что таксист из вас тоже… так себе.

Сергей засмеялся от небольшой дерзости и тут же отвлёкся на разговор рядом, тем не менее, продолжил держать в зоне периферического зрения Ксюшу. Он разглядел бледные веснушки на лице и на руках, небольшую родинку на сгибе локтя и фарфоровый, как он назвал, профиль.

Менее чем через час все засобирались домой. Сергей проводил глазами Аксинью, которая накинула жакет из тонкого трикотажа, сделавший её еще тоньше. Почти на грани с болезненностью – отметил он про себя.

В такси, которое вызвал Сергей, он уселся на заднее сиденье вместе с Маргаритой. Цветы и подарки гордо ехали рядом с водителем.

– Ты чего это на нашу Ксюшу заглядываешься? – смеясь, спросила Марго.

– Откуда такие выводы? – ухмыльнулся в ответ Сергей.

– А то я не вижу твои масленые глазища, – фыркнула Марго.

– Какие-какие? – заржал Сергей.

– Кобелиные, Серёжа, кобелиные.

– Не наговаривай на семью нашу, грех это, – кривляясь, отшутился он.

– Дурной ты мужик, всё же. Я серьёзно, не надо, оставь нетронутым наш оазис чистоты.

– Это Ксюша-то оазис? – ещё громче засмеялся Сергей.

– Бухгалтерия! Со дня основания не было ни одной окученной тобой девы в наших пенатах, давай, так и останется.

– Окучишь твоих, пожалуй, посмотреть – и то нельзя, сразу от главбуха по носу получишь, – примирительно проговорил он.

– Что есть – то есть, – улыбнулась Маргарита, – Серёж, ты извини меня, что в отпуск в это время ухожу, никак по-другому не получается.

– Да ладно тебе, хватит каяться-то, я всё понимаю.

– Это же надо, как неудачно… – вздохнула Марго.

– Перестань, я сказал. Надо – значит надо, сам-то как?

– Вася? Нервничает, конечно, позвоночник всё же, но уже край. Врачи говорят – операцию надо делать срочно, а он такой бестолковый, не справится без меня.

– Правильно врачи говорят, лечитесь и поправляйтесь, а мы уж тут, как-нибудь справимся. Ксюша эта твоя точно потянет проверку? Может, кого-то поопытнее на твоё место? Елену… она дольше работает.

– Если кто и потянет, так Ксюша, за это я спокойна, – твёрдо сказала Марго.

– Ну, раз ты спокойна… но будь на связи, хорошо? – напомнил ещё раз Сергей.

– Конечно буду, Серёж, – кивнула Маргарита. – А сам-то ты как? Дети? Мариша?

– Да что со мной будет… Дети отлично, Илья в лагерь отправляется через пару дней, думали – на море его, с бабушкой и Юляшей, но куда там, взрослый уже. Юля на море… сняли дом с семьёй приятелей, прямо на побережье. Хотел в пансионат, но тёще, сама понимаешь, всё не так, трясётся над внучкой, никому её питание не доверяет, – засмеялся он, – говорит, уж больно худенькая она… Правду сказать, она, действительно, самая маленькая в классе. Я уже думаю, может, к врачу? Эндокринологу, что ли…

– Брось, нормальная у вас Юлька, – с улыбкой отозвалась Марго.

– Ниже нормы по росту…

– Да ты себя-то вспомни, Серёжа.

– А что я? Я о-го-го… сто девяносто с хвостом. Косая сажень, можно сказать.

– Ну, про хвост ничего сказать не могу, – фыркнула в ладонь Марго, – ты до какого класса последним стоял в строю на физкультуре? – напомнила она.

– Чёрт его знает, до седьмого, если память не подводит.

– А Юльшка только первый закончила, наследственность это. Учитывая Маринкины сто семьдесят, вы девчушке вашей даже шанса не оставили дюймовочкой вырасти.

– Илья же высоким ростёт, – нахмурился Сергей.

– Он копия матери, только цвет волос твой, а Юлька – твоя доча, у неё даже ямочка на левой щеке, когда улыбается, точь в точь твоя. Повадки, манера разговора, на дороге оставь – найдут и вернут, как говорится. Ты, Серёга, просто пуганный, но на воду не дуй, не надо. То, что случилось с Мариной, сам знаешь, стечение обстоятельств… не ищи болячки в детях.

– Да, Марго, ты права, как всегда, – вздохнул он в ответ на отповедь подруги.

– Как Марина? – участливо спросила Марго.

– Всё так же. Не сильно хуже, во всяком случае. В санаторий завтра повезу, желудок там… а то она у меня, пока голову лечит, от гастрита какого-нибудь помрёт. Пусть воздухом подышит, физкультура лечебная, бассейн. Двигаться ей надо, а она, как Юлька уехала, считай с постели не встаёт… и не ест. Прихожу с работы, заставляю себя кормить, глядишь, и сама поест, потом гулять тащу, так она еще и обижается, засранка такая, – тепло улыбнулся он. – А с проверкой этой я дома только к ночи буду появляться. В санатории и присмотр, и движуха, там даже танцы есть.

– Да ты что? Танцы? Смотри, наставит тебе рога.

– Может и наставит, лишь бы на пользу, – улыбнулся, как всегда широко, демонстрируя ряд ровных зубов и пресловутую ямочку на щеке, зная, что Марго прекрасно видит, что скрывается за улыбками и беззаботностью руководителя и друга.

Глава 5

Проверка, плановая, но требующая времени и сил, плавно подходила к концу. Сергей, со своей стороны, предпринял всё возможное и невозможное, чтобы всё прошло без сучка, без задоринки.

Аксинья разговаривала с господами проверяющими на языке цифр, отвечала быстро, предоставляла документы немедленно. Чётко, по-деловому, профессионально. Правда, острые моменты ей не всегда удавалось обойти, но это с лихвой сглаживал Сергей, в душе радуясь, что Ксюша отлично владеет информацией, а некоторая некоммуникабельность не так и важна.

Сергей посмотрел на сидевшую за столом Ксюшу, отметил неестественно бледный цвет лица, синеву под глазами. Она нервно стучала карандашом по поверхности из дорогостоящей древесины, и вздыхала.

– Всё отлично, Ксюш, не дёргайся, – попытался успокоить Сергей.

– Я не дёргаюсь… – У Ксеньи в ответ нервно качнулась нога.

– Аксинья, – попытался он придержать руку с нервно дергающимся карандашом.

За время вынужденного общения Сергей заметил, что любые варианты имени Ксения, кроме Ксюша, нервировали временно исполняющего обязанности Маргариты Петровны.

К полному имени Ксюша тоже была благосклонна, хотя и затруднялась сказать, в честь кого или чего её так назвали. Если и были казаки в её роду, она об этом не знала.

– Всё отлично, ты справилась, молодец, – повторил он ещё раз.

– Откуда вы знаете? – нахмурилась та в ответ.

– Ксюш, обижаешь, – он развёл руки в демонстративном жесте, – С завтра даю тебе пару выходных, отсыпайся, отъедайся, сходи позагорай. Жара на улице, а ты бледненькая…

– Ох, – нервно вздохнула Ксюша.

– Говорю же, всё отлично будет.

В это время в кабинет зашли пара проверяющих и официально сообщили, что уведомление о результатах пришлют позже, но претензий не имеют. Не прошло и минуты, как парочка поспешила ретироваться. Один из проверяющих на выходе подмигнул Сергею, заставляя улыбнуться.

Стоимость проверки «без сучка» была озвучена наедине, однако безупречный помощник в лице Ксюши изрядно скостил мзду.

– Я пойду? – встрепенулась Ксюша после недолгого молчания.

– Тебя подвезти? Сделали машину? – встрепенулся Сергей.

– Нет.

– Нет, не сделали или нет, не подвезти?

– Не сделали, но подвозить не надо, я пройдусь, – пробормотала Ксюша.

– Смотри, поздно уже.

– Хочу воздухом подышать… – Сергей подумал, что воздух на самом деле не помешал бы Ксюше.

Посидев еще немного, сделав пару звонков, Сергей вышел из здания, с удовольствием расслабляя галстук. Периферическим зрением он увидел девушку, в которой моментально узнал Ксюшу, каким-то образом он скорее ощущал её присутствие, нежели увидел.

Ксюша стояла, практически вжавшись в стену, по обыкновению дёргая ногой, как делала всегда, когда нервничала. Вся её поза была слишком напряжённой для непринуждённой беседы, которую она якобы вела. Во всяком случае, Ксюше явно хотелось, чтобы так думали.

Высокий, по отношению к Аксинье с её росточком сто шестьдесят в прыжке, парень возвышался над ней, отчего она становилась еще меньше. Складывалось впечатление, что ей неприятен и сам разговор, и оппонент, но по какой-то причине она стоит и слушает…

Сергей, не слишком долго думая, подошёл и, не церемонясь, встал вплотную к Ксюше.

– Вот ты где, а я тебя ищу, – вопросительно посмотрел на неё.

– Я… тут…

– Вижу, что ты «тут».

Сергей окинул взглядом парня, который только рядом с хрупкой Ксюшей смотрелся широкоплечим и высоким, а по факту был обычным пацаном, худощавым и сутуловатым, как это бывает у подростков. Вот только из подросткового возраста он явно вырос. Лет тридцать – подумал Сергей.

– Пойдём, дорогая, нас ждут, – Сергей протянул руку Ксюше, которая в удивлении переводила взгляд от лица Сергея к его руке и обратно.

– Малышка, ты меня слышишь? – провёл рукой по щеке, сам заметно вздрогнув от ощущения бархатистой кожи под пальцами, словно бледные веснушки легонько щекотали подушечки пальцев, – Пойдём, – он притянул к себе Ксюшу и, усмехнувшись в лицо парню, повёл почти безропотную девушку к своей машине.

Выходка эта была какой-то театральной, демонстративной, настоящим позёрством. Но Ксюша, почти вжавшаяся в стену здания и её вид затравленного зверька, вызывали в Сергее желание размазать парня, стоящего рядом с ней, впечатать его в здание и оставить там, замуровав.

Доходить до драки не позволяло положение, а вот увести девушку, всем своим видом предъявляя права на хрупкую особу рядом, которую он обнял за нереально худенькие плечи – в этом Сергей не смог себе отказать, да и не собирался, в общем-то.

– Садись, – открыл пассажирскую дверь своего автомобиля.

– Сюда? – пискнула Ксюша.

– Можешь и на водительское место, но я бы предпочёл видеть тебя справа.

Сергей легонько подтолкнул, шлёпнув по пятой точке, отметив про себя, что та удивительно упругая. Родившуюся было мысль о том, каково она на ощупь, без ткани юбки, Сергей тут же откинул.

– Кто это? – без лишних церемоний спросил он, уже выезжая с парковки, направляясь в сторону центра города.

– Знакомый, – как обычно тихо ответила Ксюша.

– Знакомый… знакомый удав? Потому что выглядело это так, словно тебя сейчас проглотят, – недобро ухмыльнулся Сергей.

– Муж…

– Муж?! – Сергей посмотрел на Ксюшу, она сидела, опустив глаза в сжатые коленки.

– Бывший муж.

– Уф… отлегло, – фыркнул Сергей, недовольно морщась.

– Что отлегло?

– Ксюша, вообще-то последнее, что я хочу в этой жизни – это влезать в чьи-то семейные разборки. Не думаю, что муж, – с нажимом, – был бы рад, что его жена прыгает в машину к какому-то хлыщу и исчезает в неизвестном направлении… И что надо бывшему мужу?

– Это личное.

– Хорошо, личное, но давай так, если у тебя проблемы с этим «бывшим мужем» – ты скажешь мне, – надавил Сергей.

– Вы решаете личные проблемы всех своих подчинённых? – с некоторым вызовом ответила Ксюша, откровенно удивив Сергея.

– Нет, только самых хорошеньких, – подмигнул тот в ответ.

– Спасибо, – Сергей впервые увидел, как щёки Ксюши покрылись румянцем.

– Куда едем?

– К любой остановке, я на автобусе доберусь.

– Аксинья, умная ты девушка, лихо господам проверяющим отвечала, давай не будем менять моё мнение о тебе. Итак: куда едем? – с лёгким раздражением переспросил Серей.

– Есенина тринадцать.

– Отлично.

Сергей проводил внимательным взглядом худую фигурку, отмечая про себя, что, несмотря на худобу, Ксюша двигается на редкость грациозно. Казалось, она изготовлена из фарфора по своему, индивидуальному эскизу. Она была изящна от ногтей на пальцах ног до поворота головы в его сторону, чтобы еще раз махнуть рукой.

Сергей часто подмечал мелочи в женщинах, которые, считается, мужчина замечать не может. Он отлично видел маникюр, укладку, длину юбки, как и её уместность.

У Ксюши всё было в меру и уместно. Не слишком вызывающе, но привлекательно для него. Что удивляло – определённо не его типаж, однако с ней не хотелось расставаться. Хотелось позвать её на ужин… с продолжением. А в идеале – начать с продолжения и закончить завтраком.

Глава 6

В пятницу вечером Сергей приехал к Марине, с удовольствием отметил, что выглядитона лучше, чем обычно. Небольшой румянец на загорелом лице говорил о том, что она часто и подолгу гуляет.

Марина почти с аппетитом ела и даже пожелала остаться на танцы, что порадовало Сергея. Обычно безучастная ко всему, Марина улыбалась, а в танце, хоть и двигалась немного неуклюже, сказывалась проблема с координацией, положила голову на грудь мужа, и на какое-то мгновение, на время дуновения ветра, Сергею показалось, что всё как раньше.

Он уже привык к безучастному отношению, смирился с ним, ставя на первый план заботу о благополучии жены, но себе было сложно врать. Он скучал, тосковал по той, прежней Марине, по теплу её рук, по нежности, которую только она умела дарить…

В воскресенье, навестив сына, Сергей решил, что он заслуживает немного времени для себя. Последний месяц был напряжённым, и он не слишком долго думал, останавливая свой выбор на Асе.

Ася только окончила первый курс института и была недурна собой. Ничего сверхъестественного, но упругое молодое тело, податливость и отзывчивость на ласку, подкупали Сергея. В последнее время он предпочитал проводить время с ней.

Говорить им было не о чем, как и молчать, но они не для этого встречались. Вернее, Сергей понимал, что та имела какие-то виды или надежды, но пару раз твёрдо и однозначно обозначил природу их отношений, с чем пришлось согласиться Асе. А если нет – это не его проблемы.

Он забрал Асю в условленном месте, подмечая, как расстаралась подружка, что откровенно льстило, хоть и вызвало небольшую усмешку.

– Привет, киса, – он позволил себя поцеловать, радуясь молодому напору, тут же бесцеремонно сжал ягодицы «кисы» двумя руками, – у тебя чудные чулочки, не жарко?

– Ты же их скоро снимешь, – засияла Ася.

– Как знать, как знать, может, оставлю на тебе.

Чулки Ася сняла только после первого, отнюдь не быстрого захода. Сергей не особо церемонился, не считал нужным уделять достаточно времени прелюдии, хоть и понимал, что положение и опыт обязывают.

Всегда в первую очередь он удовлетворял себя, а уж потом, с ленцой, но не без очевидного удовольствия, наслаждался молодым телом и стонами, а то и криками. Ему нравилось смотреть, как тёмные волосы распластываются на светлых простынях, как извивается податливое женское тело, практически без изъянов. Может ли молодость иметь недостатки…

Нравилось, как в оргазме Ася сучит ногами и пытается оттолкнуть его, но он только крепче держал, точно зная, что именно это ей необходимо, и как потом остекленевшим взглядом она смотрела в потолок, чтобы через пару минут произнести: «Вау!»

Но это потом, сначала Сергей удовлетворял себя, свою похоть, которая к тридцати восьми годам не ослабла, а, казалась, наоборот, за годы платонического брака, только нарастала.

На работу Сергей заявился лишь после обеда, вдоволь насладившись утренним сексом. Чувствовал себя на редкость довольным и умиротворённым.

На обратном пути из отеля, где провели время Сергей и Ася, он завёз её в ресторан, где подавались простые блюда за неразумные деньги. Это было позёрством, Сергей понимал, как он смотрится с почти ровесницей своего сына, но Ася так увлечённо крутила головой и округляла глаза, глядя в меню, что попросту не смог отказать себе в этом удовольствии.

Как и в походе в ювелирный магазин. Сергей не слишком уважал этот бренд, но для обычной студентки первого курса покупка серёжек без всякого на повода была огромным событием. Она бы бросилась на шею Сергею, под хихикающие взгляды продавщиц, если бы он не удержал её, прошептав.

– Потом отблагодаришь, пока скажи «спасибо».

– Спасибо, – растеклась в улыбке Ася.

Сергей, не удержавшись, щёлкнул девушку по носу.

Ближе к концу рабочего дня, Сергея клонило в сон. «Всё-таки, всю ночь кувыркаться с малолеткой, уже запал не тот», – смеясь над собой, заметил про себя он.

Звук сигнала электронной почты отвлёк от мыслей о смене любовницы на более опытную, взрослую, чтобы оставалось время на сон и отдых. И понимание, что не хочется терять время на поиски, когда есть Ася, и пару раз в месяц можно и потерпеть незначительное неудобство.

Прочитав, Сергей направился в бухгалтерию, чтобы порадовать Ксюшу официальным извещением. Заодно и премией за проделанную работу.

Бухгалтерия была пуста, только стройная девушка методично пропускала через ксерокс листы, стоя спиной к двери и периодически нагибаясь, чтобы поменять лист. Это определённо была Ксюша, и абсолютно точно это была не она.

От босоножек на высоком каблуке, открывающих пальцы с ярким педикюром, с ремешком через тонкую щиколотку и игривым бантиком на нём, до волос, убранных наверх яркой заколкой в цвет обуви – это была не Ксюша.

Где-то между бантиком у щиколотки и заколкой уместились юбка плиссе, длиной едва ли до середины бедра, блузка свободного кроя, точёные ножки и длинная шея…

Каким образом всю эту красоту удавалось скрывать Ксюше, Сергей не понимал… или он был слеп.

Он быстро подошёл и встал за её спиной, смотря через плечо на листы.

– Вы что-то хотели, Сергей Павлович? – обернулась к Сергею Ксюша, нахмурилась.

– Ничего, продолжай, – кивнул он.

Он видел, как дрогнули тонкие пальцы, держащие пропечатанный лист, когда своим пальцем провёл по шее, ощутил под кожей позвоночник. Видел, как появились мурашки на светлой коже с россыпью полупрозрачных веснушек.

Одной рукой Сергей прижал к себе Ксюшу и прошептал:

– Продолжай, – подал ей следующий лист, в это самое время пробежался губами по шее и плечу, убирав ненужную ткань.

– Не надо, – Ксюша попыталась отстраниться, но он-то прекрасно видел, что надо, чувствовал.

– Т-с-с-с…

– Не надо, Сергей Павлович, – Ксюша замерла, сжалась, как от удара, – Не надо, я не такая.

– Какая «не такая»? Все такие, Ксюша, все такие…

Он быстро развернул тонкий стан себе, чтобы зафиксировать безвольно висевшие по бокам руки и безнаказанно целовать шею, щёки, прикусывать мочку ушка. В какой-то момент Ксюша невольно вздрогнула, выдав нечаянное волнение.

– Ах, вот оно, – прикоснулся он губами к выемке за ухом, уже почти задыхаясь от ставшего концентрированным аромата духов и ещё чего-то… ромашки, возможно.

Ксюша вырывалась, пыталась это сделать, но это не помешало руке Сергея извернуться и не только расстегнуть пуговицы на шёлке блузке почти до самого конца, но и маленький замочек бюстгальтера, открывая его взору маленькую грудь. Очень маленькую. Острые соски и светлую ареолу.

Доли секунды он смотрел, не веря себе. Пробегал взглядом, почти зачарованно, насколько это позволяла брыкающаяся Ксюша, дотронулся рукой до небольшого холмика, который полностью скрылся в его руке, а острый и твёрдый сосок упёрся в ладонь…

И потом кто-то выдернул пол из-под ног Сергея. Он смутно помнил нечто подобное, вероятно, лет в шестнадцать или даже раньше, когда острое желание накатывает мало контролируемой волной, и от буйства гормонов, в буквальном смысле, темнело в глазах, как и от непонимания, что с этим делать.

Разница была в том, что Сергей прекрасно знал, что с этим делать. Целуя одну грудку, он сжимал до боли вторую, прося, нет, требуя своего от Аксиньи.

– Сделай мне минет, Ксюша, – рвано прошептал он.

– Что? Нет! – Ксюша дёрнулась.

– Не ломайся, ведь ты умеешь, – он сжал её рот сильными пальцами, – давай, девочка, ты не пожалеешь…

– Отпусти, я сказала, – она попыталась оттолкнуть нависающее над ней сильное тело.

– Чего ты хочешь? Денег хочешь? Повышение? Отпуск? Давай же!

Последний слог Сергея пришёлся на сильный удар в пах, от которого потемнело в глазах, после чего его громогласный мат раздался на весь, уже пустой, кабинет бухгалтерии.

Продышавшись, Сергей вышел из кабинета, не веря себе… Не тому, что его ударила Ксюша – имела право, а тому, что он был едва ли не в шаге от изнасилования. Абсурд! Он был полностью удовлетворён физически, проведя ночь с молодой любовницей, да и не случалось подобного в биографии Сергея. Никогда в жизни.

В женской уборной услышал всхлипы и, не церемонясь, зашёл. Ксюша медленно отступала к стене, смотря широко распахнутыми глазами. Это в кино плачут красиво, в жизни Сергей наблюдал распухший красный нос и некрасивые пятна на лице.

– Я ничего не сделаю, – поднял он руки в примирительном жесте, – просто хочу попросить об одной услуге.

– Какой? – Ксюша буквально отпрыгнула.

– Не рассказывать об этом инциденте никому, если, конечно, уже не знает добрая половина конторы.

– Это домогательство… – прошептала еле слышно она, став заметно меньше и худее.

– Можешь подать на меня в суд, а можешь продолжить работать, как ни в чём не бывало – выбирать тебе. Но ты умная девушка и должна понимать, что суд в наших реалиях ты проиграешь, а репутацию себе испортишь.

– Себе?! – взвилась в ответ Ксюша.

– Ну, не мне же, Аксинья, – засмеялся он, – Так что?

– Я подумаю.

– Подумай, подумай, только хорошо подумай, на совесть.

Чтобы Ксюше ещё лучше думалось, Сергей перевёл на её зарплатную карту со своего счёта сумму месячной зарплаты.

Ночь он провёл с Асей.

На следующий день уже нашёл объяснение своему поступку – яркая, даже фривольная одежда сотрудницы и некий эффект новизны сыграли злую шутку.

Оправдав себя, посчитав, что незначительной суммой конфликт улажен, почти забыв о нём, Сергей не без удивления смотрел на Ксюшу в своём кабинете. Ноздри в возмущении вздрагивали, губы сжались в тонкую линию. Одета всё в те же босоножки, но точёные ножки скрыты подо льном брюк, а шея локонами волос. Жаль…

– Вот! – Ксюша бросила скомканные купюры на стол и, развернувшись, направилась к выходу большого кабинета.

– Что это? – он сразу понял, но нестерпимо захотелось подразнить.

– Ваши деньги! – огрызнулась Ксюша.

– Ты брала у меня в долг?

– Нет! Вы перевели мне, на карточку, – она почти провизжала в ответ.

Ксюша и вправду возмущена? Надо же… Сергей усилием воли не засмеялся в голос.

– С чего ты взяла, что это я?

– Вообще-то, Сергей Павлович, когда переводите средства через интернет-банк, всегда написано – от кого!

– Да… как-то я не подумал, но деньги возьми и иди, – пожал плечами Сергей.

– Оставьте себе, – процедила сквозь зубы Ксюша.

– Я причинил тебе неудобства, любое неудобство должно оплачиваться. Я же не замок в Швейцарии тебе купил, в самом деле. Не такая и огромная сумма…

– Не надо тут из себя лорда Черстерфильда строить! Вам прекрасно известно, что это приличная сумма денег для меня, да и для вас скорей всего тоже.

– Приличная… верно. Минет столько не стоит, Ксюша, – усмехнулся он, – а уж несостоявшийся минет, тем более.

– Я увольняюсь, – прервала разглагольствования Сергея подчинённая.

– Стоп! Ну-ка сядь, – он указал рукой на стул.

– До свидания, – Ксюша развернулась на высоких каблуках и двинулась к двери.

– Сядь, я сказал, – пришлось встать и почти силой усадить на стул, – Уволиться ты успеешь всегда, но давай-ка ты не будешь глупить. Сейчас кризис, куда ты пойдёшь? Тебе очень повезло, что ты попала в эту контору. Хочешь в Москву мотаться на электричке каждое утро? Или работать на бензин?

– Лучше на электричке каждый день, – снова огрызнулась Ксюша. Похоже она не шутила и не блефовала.

– Летом да, а зимой? Попу отморозить всегда успеешь. Гордость – это хорошо, но глупость – хуже.

Ксюша промолчала.

– Ну, хорошо. Оставляй свои деньги, но взамен сходишь со мной в ресторан, – он внимательно посмотрел в зелёные глаза. – Мы просто поужинаем, поговорим, я отвезу тебя домой. Эдакий жест доброй воли, примирения. Как тебе?

– Сомнительный жест, Сергей Павлович, – Ксюша отвернулась к окну.

– Нормальный жест, я накосячил, мне и заглаживать. Торжественно клянусь не домогаться.

– Не знаю, я… – нахмурилась Ксюша.

– Отлично, завтра в восемь, в Галикке. – Только-только заметив сомнение в голосе, он тут же обозначил границы, вынуждая согласиться. – В восемь, не забудь. Знаешь, где это?

– Да, конечно.

– Отлично, могу прислать такси. Думаю, самому заехать за тобой будет не лучшей идеей, – пояснил он.

– Вот уж точно, – фыркнула Ксюша.

– Теперь иди работать. Сегодня премия придёт, надеюсь, от неё не откажешься, – усмехнулся Сергей.

– Её я заработала, – стоя в дверях, ответила Ксюша.

Глава 7

Аксинья появилась в дверях ресторан ровно в восемь, приятно удивив Сергея. Внешний вид тоже порадовал. Ничего вычурного, со вкусом, соответственно обстановке. Платье свободного кроя, приятной длины, не скрывающей точёные ноги, но и не демонстрирующей напоказ, как на выставке народного творчества.

– Вы готовы сделать заказ? – предупредительный официант внимательно посмотрел на Сергея, потом на Ксюшу.

– Да, пожалуй, – Ксюша быстро, после пары уточнений, сделала заказ.

Заминка произошла только на выборе спиртного, но, в конце концов, заказала сначала бокал белого вина, а чуть позже – махито.

– А вы не пьёте? – посмотрела она на Сергея.

– Ты, – поправил. – Нет, я не пью, за рулём. И, в принципе, редко употребляю.

Сергей не лукавил, с тех пор, как он узнал о недуге Марины, он крайне редко выпивал, не говоря уж о состоянии «напиться в хлам». Подспудный страх, что что-то случится, а он не сможет вести машину или мыслить трезво, всегда сидел в нём.

Они произнесли тост «за знакомство», Сергей поднял бокал с минеральной водой.

– Итак, Ксюша, давай знакомится.

– Мы знакомы, – отреагировала она.

– Давай знакомиться заново. Расскажи о себе, – благодушно улыбнулся Сергей.

– Вы всё знаете, – с такой же лёгкой улыбкой ответила Ксюша.

– Не так и много. Вот, скажем, почему ты, окончив престижный ВУЗ в Москве, проработав там несколько лет на хороших должностях, с заработной платой на порядок больше, чем имеешь сейчас, вдруг вернулась в родной город?

– Меня всё устраивает, – Ксюша нарочито равнодушно повела плечом.

– Не думаю. Ты теряешь опыт работы и понимаешь это, так что же заставило такую умную девушку столь неразумно поступить?

– Может быть, мне захотелось начать с чистого листа. Честно говоря, я не смогу точно ответить на этот вопрос. Мне никогда не нравилась Москва, сейчас появился повод вернуться в родной город, – Сергею показалось, что Ксюша была искренней.

– Что ж, жить там, где хочется – отличное объяснение. Ты с родителями живёшь? – продолжил он расспрос.

– Странный вопрос, – фыркнула Ксюша.

– Может быть, я планирую напроситься в гости, – подмигнул он многозначительно. – Шучу, отставить панику в рядах советских войск.

– Я живу в квартире бабушки, она давно пустовала, теперь её обживаю я, – проговорила Ксюша, глядя поверх макушки Сергея.

– Ясно… значит, невеста с приданным, – ухмыльнулся он в ответ.

– Можно и так сказать.

– И жених есть?

– В женихи тоже будешь набиваться? – в том ему ответила Ксюша.

– Максимум – в любовники, – широко, нагло, где-то высокомерно улыбнулся он.

– Уверена, у тебя нет шансов, – спокойно произнесла Ксюша. – Ты, вроде как, женат. Я ничего не путаю? – Ксюша указала на обручальное и довольно массивное кольцо Сергея.

– Не путаешь, женат, двое детей. Парень в девятый класс перешёл, дочурка во второй, поэтому и «максимум в любовники», – почти по слогам проговорил Сергей.

– С этим предложением не ко мне, – размеренно ответила Ксюша.

– Ты «не такая»? – с усмешкой сказал Сергей.

– Да, я не такая. Говорят, чужой мужчина – мёртвый мужчина.

– Эм… забавная поговорка, поверь Ксюша, я вполне жив и полон сил, – всё с той же усмешкой ответил Сергей на поучительную тираду собеседницы. «Мёртвый»… скажите, пожалуйста, какие страсти!

– Верю на слово, доказывать не обязательно, – Ксюша криво улыбнулась.

– А я бы попробовал… доказать. Ксюша, раз зашёл такой разговор, давай на чистоту. Ты привлекательная женщина, и я бы хотел на время, на неопределённое время, найти своё место в твоей жизни. Без обязательств, естественно, как ты верно заметила, я женат, и это всерьёз и, как говорится, до конца наших дней.

– Ты понимаешь, как отвратительно сейчас звучишь? – Ксюша в упор посмотрела на Сергея. Он успел разглядеть янтарные всполохи в тёмной зелени.

– Вполне понимаю, но предпочитаю обозначать ситуацию сразу, дабы избежать потери времени и излишних иллюзий у женщины. Я, вообще, не любитель конфетно-букетного периода, – пояснил Сергей. – Дополнительные бонусы в виде повышения заработной платы, повышения по службе, естественно, прилагаются, – добавил он очевидное для него, но, возможно, не для Ксюши.

– Ты предлагаешь подсидеть Маргариту Петровну?

– О, нет, Ксюша. Марго подсидеть невозможно, это исключено, но я придумаю что-нибудь, это не так сложно, как кажется на первый взгляд, – улыбнулся он.

– Я бы с радостью ответила, что подумаю, но я не стану думать, Сергей Павлович, мой ответ – нет, – твёрдо ответила Ксюша, глядя прямо в глаза Сергея.

– До конца ужина ты ещё можешь передумать. И просто, чтобы ты была спокойна, никаких карательных мер за отказ не последует. Может быть, – последние слова он выделил сознательно, добавив цинизма интонации.

Сергей перевёл беседу в светское русло, заговорив о кино, театре, о том, что может и интересует Ксюшу, словно предложение стать любовницей ничем не отличается от предложения десерта. Впрочем, для Сергея это были равнозначные единицы.

– А ты почему не перебрался в Москву? – спросила Ксюша.

– Меня, как видишь, и тут неплохо кормят, – самодовольно протянул Сергей.

– Да, вижу, но в Москве лучше образование, школы лучше…

– Брось, я поступил в вуз после нашей средней школы, жена моя поступила, ты, вот, тоже поступила, и дети мои тоже поступят. Всё от человека зависит. Детей лучше растить в маленьких городах, спокойней, знаешь ли. Экология, опять же. Сплошные плюсы, мне нравится место, где я живу, моя работа нравится, – ответил Сергей.

– Интересно… – задумчиво протянула Ксюша.

– Что тебе интересно? Готов ответить на любой вопрос.

– Как ты попал на это место? – взгляд Ксюша стал заинтересованный.

– Всё просто, когда-то этот полуразвалившийся завод удачно приватизировал отец моего приятеля, мне, со временем, досталось место начальника отдела продаж, так это тогда называлось.

– Рука руку моет?

– Примерно так, только место моё выражалось в жутковатом стуле и перекошенном столе. В подчинении у меня была одна секретарша, которой оставалось до пенсии один год. И сейчас, сама видишь, какой у нас дурдом, но мы на плаву, вышли на мировой рынок и даже откусили госзаказ. С неба ничего не падает, волка ноги кормят. Знаешь, значительно проще было бы сдавать помещения в аренду, но это предприятие подняли, считаю, что не без моего участия. Так что твоя классовая ненависть неуместна, Ксюша. Я вырос в обычной семье, отец у меня инженер, мама была воспитателем в детском саду. Окончил школу, как все поступил, женился, Илья родился, позже Юля. Всё, как у всех. То, что я чего-то добился в жизни – результат моего труда и, конечно, везения. Отец приятеля, ты помнишь?

Сергей засмеялся, демонстрируя ямочку на левой щеке, заставляя Ксюшу покраснеть.

– Итак, Аксинья, спасибо за прекрасный вечер, надеюсь, наш инцидент можно считать исчерпанным? – вежливо поинтересовался Сергей.

– Хорошо, – Ксюша слегка улыбнулась, и Сергею захотелось, чтобы она улыбалась ему более искренне, и вся скованность, которая, несмотря на довольно откровенные темы беседы, улетучилась.

– Но всё же, я считаю своим долгом спросить, ты отказываешься от моего предложения? – ещё раз уточнил он. Чем чёрт не шутит.

– Отказываюсь. И что вы будете делать теперь?

– «Ты», мы не в конторе. Теперь я отвезу тебя домой, а потом приятно проведу вечер… – на вопросительный взгляд Ксюши Сергей продолжил: – Видишь ли, Аксинья, ты, без сомнения, очень привлекательная девушка, и, честно говоря, я бы предпочёл провести эту ночь с тобой, но я не из тех, кто питается исключительно в ресторанах изысканных блюд, – открывая пассажирскую дверь своего автомобиля произнёс он. – Мы заедем в одно место по пути, ты не возражаешь?

– Нет, конечно, нет.

– Хоть в чём-то не возражаешь.

Через десять минут на заднее сиденье прыгнула Ася и выразительно недовольно покосилась на Ксюшу.

– Привет, киса, мы довезём коллегу, ладно? А потом я полностью в твоём распоряжении, дай-ка поцелую, – Ася с готовностью потянулась к губам Сергея, по пути пытаясь убить взглядом Ксюшу, что у неё не получилось, Сергей усмехнулся и довольно промурчал: – О, мой подарок надела, умница.

Глава 8

Сергей галантно открыл пассажирскую дверь Ксюше. Она всю дорогу сидела, вжавшись в кожаное кресло, косясь на надсмехающегося Сергея Павловича и поминутно перегибающуюся с заднего сиденья на переднее Асю, которая что-то без умолка щебетала. Порой Сергей едва заметно морщился, однако, не забывал улыбаться молодой любовнице. Ксюша буквально выпрыгнула из машины.

– Спасибо за приятный вечер, – Сергей улыбнулся ещё раз и протянул небольшой букет нежных, как сама Ксюша, цветов, которые пролежали всё это время в багажнике.

– Не взаимно, – спокойно ответила Аксинья.

– Ничего не имею против Макдоналдса, – прошептал он.

И, криво усмехнувшись, посмотрел вслед, наблюдая, как нежный букет отправляется в ближайшую урну.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.